Украину 

Советсную

нашу

Новый

за

художественно-документальный Борис АГАПОВ Эпос наших

фильмБитва Бр.

ВАСИЛЬЕВЫ

дней

Большая правда «Битва за нашу Советскую Укран­нуз фильм о чувствах, владею­щих сейчас сердцем нашего наро­да,-любви и ненависти, Чувства эти нашли здесьна редкость силь­ное и полное выражение благодаря таланту А. Довженко, режиссеров Ю. Солнцевой и Я. Авдеенко и Эператоров хроники. Материал хроники обрел в кар­тине новую силу, новое звуча­ние­Принципы монтажа, применяемые авторами, дают опромный эмоцио­нальный эффект, Так кадры, по­казывающие истерзанных и заму­ченных советских людей, чередуют­ся с изображением улыбающихся гитлеровских бандитов, весело шагающих по дымящейся земле и трупам мирных жителей и невин­ных детей. Гнев и ненависть пере­плескиваются с экрана в зритель­ный зал! Режносерская зоркость помотает  исключительно точному этбору ка­дров фильма. Череп немца нашедшего смерть на украинской земле, череп с жад­но ощерившейся пастью - это не только реалистическая деталь, со­общающая эсобую окраску всей картине боя Этот кадр становится иногозначительным художествен­ным образом, почти символом. Удачный отбор и монтаж кадров и трофейной хроники умное ис­пользование фонограммы боя вос­создают на экране подлинную кар тину нашего наступления и гигант­ского сражения­Так силой творческюго перыва авторы раскрывают перед нами образ великой народной битвы великолепной и прандиозной битвы за жизнь и счастье человечества. Участие в картине A. Довжен­ко -- кинематографиста и писате­ля сообщило фильму особую поэ­гическую взволнованность. Диктор­ский текст его опрокидывает установившиеся каноны В этом гексте - ораторский пафос и глу­бочайшая патетика, Мудрые, иск­ренние, пронизанные глубокой лю­бовью к своему народу, полные ве­ры в грядущую победу, слова тек­ста будят мысль зрителя ведут его за собой на протяжении всего фильма. Фильм дает слово десяткам ты­с убитых и замученных совет ских граждан­Их обращение в зрительный зал: «Смотрите на нас, не отворачивайтесь от нас, мстите за нас» - одно из самых сильных межаничемира мест картины. Подлинного пафоса достигает эизод похэрон майора Рудика, где режиссеры обращают свой рас­сказ о героической гибели совет­ского командира к грядущим по­колениям, к нашим потомкам, Поэтичноктью и вдохновенностью повествования отличается этот Фильм от многих документальных картин, не поднимающихся выше честной и старательной информа­ции.

Этот фильм можно было бы нав­вать исторней нашей победы. Тема его - битва народа за родную землю. И скорбь его авторов не пасовв­на-это гневная скорбь, страстный призыв к мести, к действию, к раз… грому врага, к победе. Экран передает нам ход великой борьбы­от первых ее дней до первых исторических салютов ро­дины ее сынам-победителям. Экран бросает нас в гущу сраже ния. Он показывает наступательный порыв советского бойца, его уменье воевать, силу его боевой техники. Экран говорит об истоках муже­ства, яростного и неукротимого, мужества советоких людей. Гнев воина в жестоких схватках наносящего врагу один за другим сокрушительные удары не только показан, но обяснен, Ожесточение битвы, самоотверженность воинов, кровь и труд войны - откуда они и почему оня? Что за катастрофа, повергнувшая миллиочы людей B муки и гибель? Каков путь, прой­денный оставшимися жить, и над чем напрягут люди свою мысль, когда стихнет столь же внезапно, как и начался, грохот орудий? C высоты истории оглядываем мы эпоху этой войны и с высоты человечности. Мужественно не прикрывая глаз не зажимая ушей­чтобы все горе вошло до самого сердца в образах смерти, в звуках плача, тех подлинных смерти и плача, что виделись и звучали на опустошенной вемле, Бесстрашно вспоминаем зет и землю и жизнь, какими они были до войны, хотя видение их - таких ласковых таких сияю­щих таких величественных режет серице опазмой сжимает горло, И накаляется воля наша к бюрьбе умвожаются силы борцов. Все, что мы видим - правла, мы гядим и знаем: это ваш многолетний труд черным дымом встает над полями, это наше жилье пылает, это наши родные повеше­ны и закоченевшие трупы их, упая с балконов, лежат разбитые, как статуи из льда. Пусть плачет женщина, как толь­ко позволяют ей оставшиеся силы, громко и слезно,- не перед круж­ком односельчан плачет она и расс сказывает о квоих утратах, но си­лою кино размножен ее плач и раз­несен над всей страной, и до Тихо­го океана стало слыхать его. Умер Григорий Рудик, первый ворвавшийся в Харьков, и полуоб­наженное тело его в крови несут на посилках четыре товарища, идут, не сгибаясь под пулями, в рост. Но силою кино и сегодня, как в тот день смерти, всё несут его четыре товарища, подняв над всей страной, и пронесут сквозь многие годы в назидание и на гордость потомкам Глядим, и чем дальше, тем жарче накаляется сердце гневом. Для то­го ли растили эти бескрайние жи­та. возявигали дворцы города, пе­реливали силу своей молодости в силу бетонных плотин, чтобы кро­вавый пошляк пустил дымом по ветру все наши труды? Для того ли стали свободными, чтобы быть ут­нанными в иноземное рабство? Не­ужто так и останутся там за колю­чей проволокой или в услужении у отощавших пруссачек вот эти красавицы наши девушки, что идут по Киеву, как шли они три года тому назад? Неужто нам уходить, опустив головы и дулавинтовок, никогда не вернуться? и и По шире расходится мысль Не только Украина это не только на­ша страна, не всё великое Созида­ние, чем гордится человек на земле, вся мысль его, все знания, накоп­ленные всками, подверглось пору­ганию и подвинуто к гибели, Само­довольная, узколобая, тупая сила, опоганившая даже науку тем, что посягнула применить ее для своих преступлений, прет на нашу землю бренча своими бляхами, вылан­вая свои идиотские заклинания и влача за ообой своих толстопу­зых, неся гибель всему Уходили защитнику Украины, но уносили с собою твердое решение: вернуться Шли на восток. А там, в седых горах, в дали, не­доступной для врага, сотрясалась земля от мерного хода механизмов, и стлался дым над соснами ущелий, пламя вырывалось из доменных башиен. Гудели горы от подземного труда, силу которого умножили пришедшие с Украины люди. Из мых недр Урала, из неисчернаемой Аэии вылетали и выезжали боевые машины одна за другой - все больше, все быстрее с каждой ми­нутой. Насупив седые брови туманов завернувшись в белые вьюги, ковал Восток оружие на за­укравны Лучших людей Со­ветской страны собрал он у себя­знатоков металла, мастеров ров, кудесников электричества, гатырей руды. Все великое брат­правительства двинулось на битву, Вдохновленные гением Сталина, накопившие силу, умение, воору­женные по последнему слову тех. ники, приступили войска Советской страны к освобождению украин­ской земли. Они шли по израненным городам, по селам, превращенным в прах, и слезами радости встречали их братья и сестры, матери, вызволен­ные из гитлеровского ада. Они шли и идут только вперед, только на запад к родному Днепру, к священ­ному Киеву, расчищая себе путь победюносным огнем своих пушек, под рокот тысяч самолетов и тан… ков.

ожиданное обращение на «вы» к павшему смертью героя майору Ру­дику Или слова к эпизоду с дядь­кой Шамрихой, где ласковая и смешная фраза вдруг заключает момент, не торжественности: Словом, падали враги за каж­дою чаркой десятками, сотнями. Л. Хмара хорошо прочел текст, кстати сказать очень трудный для исполнения в особенности в ме­стах, где применена форма обраще­ния к эрителям или героям фильма. Очень важное достоинство филь­ма целостность его материала, его единство. К этому шли и путем отбора кадров, и путем работы с ператорами, Она заключалесь не в в те на за заданиях как это или только другие на

сюжеты, хронике что мне

бывает

обычно

рассказывали и Ав­Солищева о ними

Операторы с Доаженко, беседовали

На пепелище. Когых утихнет гром последний отудий слово «Мир» на всех изыках; когда не когда и не тех, узнают к дорогих непелища к нз любимых; и,

и аароплены начертают в иобееа вернется долой такое иножесть возвратятся пе в дома, а н ни их ин ии свои тогда какую потерь сел, оно улии, городов - сердиь, в

буду-

деенко

огнядываясь, уже никогна

щей картине, стремясь передить ее дух, ее стиль, ее философское со­держание. Одия из операторов вы­сказал, на иой взглюд, очень важ­ную мысль: - После беседы с Довженко,- сказал он,- я представил себе до­вольно ясно, какое место и значе­ине будет иметь мой материал в картине, Но особенно помогло ине то, что я хорошо внал все предше­ствующие работы Довженко, очень любил их и ясно чувствовал стиль, а значит и требования режиссера. Это был оператов П. Касаткин, один из тех, кто снимал жизнь партизан, Если вспомнить привезен­ные им из немецкого тыла кадры, то станет ясно, что он прав, Это­снятые с нижней точки согнувшие­си женщины, тянушие борону, за тем сеятель, разбрасывающий зер­но из лукошка, снятый на фоне грозного неба, черел немца с оска ленной пастью и в каске. Каков из этого вывод? Он очень прост: именно творческая индиви­дуальность режиссера, его соб­ственный непоторимый стиь не­похожесть его на других и дали ключ оператору, чтобы точно «по­пасть в задание». Этой непохо­жестью характерен фильм. Она важна совсем не сама по себе, а потому что происходит от очень цельного и глубоко пережитого по­нимания мира, истории, духа наро­да. Без такого понимания искус­ство всегда неполноценно, может быть, оно даже и просто невозмож­но. Оно превращается в механиче­но Оно превращается в ское сочетание элементов: будь то звуки или кадры - безразлично. Возможности хроники богаты, кадры ее хороши, сператоры ее ра­ботают самоотверженно, а в усло­виях войны­мужественно, не счи­таять ни с опасностью ни с лише­ниями Повый фильм еще раз гово­рит об этом. Вспомните эпизоды, посвященные партизанам. Чтобы снять их, операторы Б. Вакар, П. Касаки Фроленко пере­секли линию фроита и проникли в глубокий тыл немцев, иногда за от Им пришлось позиций. несколь­передовых там пробыть

Кадь из фильма «Витва напу Совотскую Ппрвну». Ввтов -- велишое достонество фильма. Он жесток с нашим серд­цем, как жестока жизнь. Он нрав­див.

Дозор.

стренились горя путь и

кому

найдут увидит

прошлю,

стращный нищеты,

какой

человечество,

только

безвозвратинх

страданий, атаман

ство, одушевленное страстчой лю­бовью к родине и поднявшее весь документальный материал на высо­ту подлишной поэзии. Это­но­вые методы и новый подход к ма­териалу, которые предчувствова­лись, но редко осуществлялись иись в декументальном кино И столь же отличен этот фильм от всех шных, сколь отлична твор­ческая индинидуальность его созда­телей. Она чувствуется во всем - и в принците отбора кадров монтаже, ивманере осмысения пе реходов от темы к теме и, наконец. в дикторском тексте роль которо­го тут своеобразна и нова. Первой и главной победой сле­дует считать что удалось донести до эрителя и нигде не выронить центральную тему картины, Это тема народной борьбы. Вот поту­хает экран, загорается свет, и зри­тель встает, переживая волнующе остро, осязаемо победную силу народной борыбы: он видел все предпосылки победы Но вместе с чувством близкой победы сердце его полно скорби и гнева, чувства, которые владеют каждым, кто борется в эту минуту за осво­бождение Украины. Это - неспо­койые чувства, Они взывают, они требуют действия. Они растут из любви, которую внушает картина к нашей, Советской Украине и к ее народу. Как достигнуто это? Во-первых, прекрасным образом Украины, ко­торый создан сочетанием песни, стихов, музыки и золотых кадров изображения, Такой она была вдни ее расцвета. ли Во-вторых, столь же ярким и, ес­можно так выразиться, -- без­жалостным изображением непо­сильных бедствий, обрушившихся на нее. Любовь и скорбь порождают стий. Он виден. Он простирает свою затянутую в лайковую перчатку руку, посылая своих бандитов на и яростный гнев охватывает каждого советского человека при виде его. Мы видим его не однажды, Мы пеликом подчиняемся чувствам ав­торов и тогда, когда перед на­ми проходит враг в обличьи весело  улыбающихся парней в форме Самодовольные бандиты идут своим наглым шагом по зем­со ле, которую только что видели мы всеми подробностями совершен­ных ими преступлений. ся Драматургия фильма заключает­именно в том что к моменту на­чала наступления советских войск зритель переживает всю ненависть ми и когда наступление начинается когда шквая огня из всех родов оружия извергается на врага, зритель чув­ствует разрешение собственной живому,овся предшествующими кадрами. Однако ведь освобождение еще не закончено и чувство ненависти еще живет и все растет в людях, значит, оно должно все расти я в каждом зрителе. И фильм доби­вается этого силою правды. Мы вырываем пошую жиани поскрасиыодей жестоких страданий, И смерть и са-ибо пвспоставления дивости. мото-торые бо-то Эти победы происходят на полях, сожженнных варзарами, среди раз­утрак метается с радостью этих побед. то творн лось в родной стране под игом фа­теты, голодные, грязные и боль­ные профессора, собирающие по листикам развеянные научные кни­ги. детишки, прятавшиеся под зем­лей в канализационных люках… Ненависть к врагам не меркнет при свете побед. Она разгорается. 1. 2, На

беадну неописуемых ввергнул его подлый Гатлер.

воннствующего

ниперизлави-

немецкого

A. Довженке «Битва за нашу Советсную Укранну. * Полос

Для достижения этой правдиво­сти он применяет методы, которые давно лежали в арсенале докумен­тального кино но по каким-то при­чинам были забыты. Например - синхронная семка и широкое использование фонограмы подлинных событий. Если кинонзо­бражение -- это лик истории, то фонограмма­это ее голос, Страх перед синхронной споой полжин ного факта происходил от частых неудач вследствие неумения эту семку производить, Несмотря на то, что мы имели примеры пре­восходных синхронных записей (разговор с днепростроевской ра­ботницей в одном из фильмов Д. Вертова, рассказ старой женщины в последней работе Э. Шуб), запи­сей, которые потрясали своей прав­дивостью и в крата только раскрывали характер чело­века, но и давали ощущение всей нашей эпохи, -- синхронная семка считалась «табу». Авторы нового фильма отмели этот предрассудок экран зазвучал голосами подлин­и ной жизни. Совершенно поражающее впечат­ление производят звуки боя, запи­е возиле арпиллерийских бата где выстрелы мешаются C командой, со словами корректиров­щиков, с какими-то невнятными но полными волнения голосами… Все это мы заменяли до сих пор буханьем обернутой в тряпку пал­ки по оарабант принем выешим стижением техники считался шу­ных о мок», долженствовавший изобра­жать не то раскаты эхо, не то от­звук далеких разрывов. Плач женщин над трупами род­в Купянске действует не менее сильно, нежели изображение Очень хорошо удались записи рассказов немецких зверствах. Чрезвычайно интересна и поучи­новом фильме Авторы этого филь­ма сумели прорвать еще один пред­километров рассудюк, авименно, будто дик­торский течст докиментальном кино должен служить только под­писью под картинами на случай, ежели что-нибудь на картинах не­яоно. A. Довженко сохранил в тексте тот индивидуальный, довженков­ский стиль патетического лиризма, который так вяжется со всем сти­лем картины. С экрана звучит не вообще голос, безличный и безраз­личный, но слышится речь как бы самой картины, ее творца, задумав­шего еев целом с ее сценарием, ее музыкой, ее основной идеей. Со­вершенно неважно -- один или не­сколько человек работали над всем этим, Важно,,насколько они едины, Теюст Довненко прежде всего, глубоко раскрывает идею картины. уже сперов ход великих часов истории, стрелки которых движутся по тя­желым дням нашей битвы Уже по­нимаете вы, что не на радость сло­жен этот световой эпос но как борыбе и гчеву, как урок потомкам, лубокое чувство боли за родную страну, претерпев­страшные муки, пронизывает вас, даже когда видите вы радост­ные картины недавнего прошлого, не ради простого эффекта со­контрастов показы­ваются они, но во имя того же свя­щенного гнева. И по мере того, как движется фильм, движется и мысль зрителя, руководимая сло­вом, переходя от одного этапа истории к другому, от темы к теме. И так течет она, что неминуемо приходит к последним словам, ко­сам аритель должен был бы сказать, если бы они не были са­заны с экрана: - Да, это - наша история, На­ша жизнь и бессмертие.

художника или быле с бойлечи. ели страной, в сердце было в шоем… Слушая текст фильма, напсан­ный Алексзндром Довженко, сх­шая это страстнсе повоствование, прерываемое то едкой насмепной, во возглисом пнева то тихим сло­вом любвл, -- встомиваешь Гог. ля и Маявковского, клоочущую лаву их поэм. Этот монолют, - такой выразительный, что, кажется будто видишь меняющееся в сме не чувств лицо автора -- нишиса для людских промад, для миллнон­ных аудиторий фронта и тыла Го лос художника будет услышан всюду, где воюет и трудится со­ветский человек, бо «далеко раз­носится могучее слово, будучя по­добно гудящей колокольной меди, в которую много повергнул мастер дорогого, чистого серебра… Необыкновенная изобретатель… ность монтажа требовала истинного вдохновения. Создается впечатле. ние что операторы собирали в от­не боев, на руинах городов, на пыльных дорогах войны части уже существовавшего целоготак сл тен поток этих кадров. ся И нельзя сказать: речь ликтора написана в дополнение к фильму, или же семка производилась, что­бы иллюстрировать авторский текст. проСлово впаяно в кадр, В тех же случаях, когда это слово докумен­тально (рассказы профессора, ра­неного красноармейца, женщины, у кэторой немцы убкли ребенка) поубедительность его достигает пре дела, это сама правда, дымящам­кровью закаляющая сердцадля битв. бо. Непревзойденные кадры фильмз это артиллерийское сражение­Я не знаю в кино ничего бо лее достоверного, Мы видим совре менную войну, напряженный и яро… стный ратный труд, пот трудовой на лицах солдат и командиров, слышем охрипшие голоса, кажется, что чувствуем жар от раскаленных следим за этой хроникой в кото­рой люди делают в общем эднооб­разное и несложное делю - стре­ляют. Да, бывает, что война однообразный труд, но какая страсть в каждом движении, какая вдохновенная деловитостьу офи­церов и солдат! И вам передается жаркое вдохновение битвы, много­кратно повторяемые артиллерий­ские команды, эта взволнованная математика боя возбуждает вас еще больше снарядов и мин по немцу! вот чего вы хотие в эти минуты сильней, чем когдали­Уже не раз мы имели случай восхищаться отвагой и талантом наших фронтовых кинооператоров. Теперь мы узнали, что может сде­лать в хроникальном кино само­бытный и смелый новатор, большой художник, исполненный любви гнева.

НАГОРНый

c.

Фильм идет лавиной. Мысли, образы, чувства обрушито ваются в зрительный зал с гроио­подобной силой Страсть и гнев молниями сверкают среди горько­го дыма пожаров, плач матерей прорезывает глухую канонаду смертельной битвы. Кадр за кад­ром падает в душу, острое, как штык, слово вонзается в сердце… Так искусство делает свое дело: вэт, говорит оно, святая цель, идите вперед и вперед бейтесь до полного утоления мести, до окон. чательного вызвсления родной зем­ли. Голос этот звучит призывной трубой, медью набата. всеаны крайны, ее славу силу и неслюмленную волю видим мы на экране. Афиша оповещает: из храникаль­ных кусков, из фактов, документов сделан этот фильм. Не будем бояться слов: эти кус­ки склесны кровью сердца, горячей кровью художника, взволнованно­го любовью и ненавистью. Вот почему в фильме «Битва за нашу Советскую Украину» доку­ментальная кинематография окон­чательно и бесповоротно утверж­дает себя как искусство. B «игровой» кинематографии очень немного картин с ярко выраженной индивидуальностью ав­тора, Можно сказать, что их столь­ко же, сколько хороших картин Перо по бумаге ведит одна рука, хоть слабая но одна, и мы видим почерк, Фильм делают многие, изводственный процесс подобен конвенеру. Но все же и в этом счастье ки­нематопрафа - сильная творческал обна ь себе весь процесс, энергия большого таланта вламывается на экран, и мы видим «Броненосец По­темкин», «Чапаев», «Огни большо­другими. Александр Дэвженко вступил в область хроникального кино, как новатор. Можно утверж­дать, что с появлением «Битвы за нашу Советскую Украину» докумен­тальная кинематография начинает го города», «Щорс» вещи которые нельзя ни забыть, ни спутать с новую главу своей истории, Хрони. ка в этом фильме перестает быть анонимным произведением. У нее появляется автор -- наш современ­ник, человек ваступательной энер, гин, трибун и вонтель, Этот чело,  век разговаривает с миллионами. как брат и наставник Он смело обращается к будущим поколени­ям от имени ныне живущих и к живущим от имени тех ктю пал в Он не информирует не поясняет, нет, он любуется и вас зовет любоваться, ликует и про­клинает он напоминает о прюшлом и прорючествует. Вы слышите оратора, смелю взо­шедшега на всенародную трибуну. Почему он это делает, кто дал ему право? Он говорит по праву художника, сердце которого приняло в себя все слезы своего народа, вобрало в себя силу гнева народного и волю к победе Он может сказать:

«Битва за нашу Советскую Ук­раину» - достойный памятник на­шего героического времени. A

ко месяцев и разделить с отважны­ми патриотами все тяготы их бос­вой жизни, Движение в болотах по грудь в воде, когда по нескольку километров надо было нести аппа­ратуру и пленку на вытянутых вверх руках, ночевки в мокрой одежде, нехватка продовольствия, внезапные походы, когда приходи­лось наспех закапывать пленку, ибо не было возможности тащить ее с собой, наконец боевые опе­рации, во время которых часто случалось действовать попеременно то автоматом с пленкой, то авто­матом с патронами… Но совсем не это урнетало операторов, а одно крайне неудобное для них парти­занское обыкновение, изменить ко­торое они были не в силах, а имен­но, что все почти операции проис­ходят в ночное время, когда кино­обектив слеп. И погому, если вы­давалось такое счастье, что бой кли диверсия случались днем, тут уж надо было ни о чем не думать, только бы поспеть всюду и всегда быть в самом центре событий. Коллектив «Битва за нашу Со­ветскую Украину» одержал боль­шую победу, К работам докумен­тального кино военного времени прибавилась еще одна, достоинст­ва которой новы и своеобразны. Разрабатывая основную генераль­ную тему этих лет­тему, любви к отечеству и героизма, новый фильм обогащает ее глубиной и сплой поэтического миробщущения, стройностью драматургического развития смелыми и успешными исканиями в области формы. Вели­чественная страница истории Оте­чественной войны, созданная сред­ствами кино, заполнена до конца: последние строки ее записаны у бе­регов Днепра. но отирылают Грае диозная битва за Днепр начинает ее. Много славных имен уже горит на ней, освещая путь ввовшам идущим на запад И чем дальше илут они, тем больший позор Гер­мании открывается их очам, тем большей ненавистью накаляются сердца, тем яростнее дерутся они за освобождение нашей Совет­ской Украины. Она будет свободна. хоть многих любимых недосчитает среди своих сынов Она будет сво­бодна, и о том как это случится, будет написана новая киноповесть.

Раненые бойцы Фрагмент кадра из фильма «Битва за нашу Советскую Украину». 

Современникам и потомкам превращенных в развалины и нем пел. Картину нельзя забыть, она дол­го держит вас в своей власти Ее все время перебираешь в павяти кадр за кадром сцену за сценой… Смело заснятые операторами ви­зоды, мастерски сментированный материал, великоленный диктор­ский текст А. Довженко, который как бы подхватывает и формулиру… ет ваши чувства и мысли, возни­кающие в процессе восприятия фильма, - все это делает карти­ну выдающимся явлением совст­ской культуры. в и Фильм Армии борьбы С ша Украина, цветущие вызывают первые ный труд инскую во радости и передает всё напряжение советского народа. показывает великое осво­наступление Красной какой любовью показана на­ее колосящиеся поля, сады! Какую боль и пнев кадры, показывающие бомбы, разрушающие мир­советских людей! Как ос­осамодовольно   хату! Какое сложное чувст­и вместе с тем огром­ной боли вобожденных ощущаешь при виде ос­земель и

м. Штраух

бя Новый хроникальный фильм «Битва за нашу Советскую Укра­ину» -- исторический документ ог­ромного значения. События, запе­чатленные в нем, потрясают вооб­ражение своей трагической силой. Фильм заставляет чувствовать се­непосредственным участником событий: вокруг вас бушует ог­ненный ураган войны, вы слышите взрывы и гул невиданной битвы, видите руины промышленных ги­гантов, пожарища городов и дере… вень -- дикую и опустошительную работу» зверей, воспитанных Гит­лером.

Текст Довженко дает ключ к стилю картины. Патетический и лиричный, он литературно индивидуален, как произведение всякого подлинного писателя. Вспомнить хотя бы не­3,

Вперед, Украины сыны и братья-воины! Олава вам! этой Мы существуем уже как победители в истории на нашей иссеченной ранами, но от Дона до Карпат.

гигантской прекрасной

борьбе Украине, в

такими Киеве,

останемся Львове,

Вуковине,

Это наша история. Наша жизнь и бессмертие.

A. Довженко, «Битва ва нашу Советскую Украину». на нашу Каая «Битюх фильма

Они илут и сейчас. Их победный поход слышим мы за сотни кило­метров, его видим мы с белого пря­моугольника экрана, будто не толь­ко сердце, но и телесное зрение наше - там, на просторах нашей Советской Украины, Сила документального кино дает нам пережить все это. Но не только впечатление документа тому при­чина, Нечто гораздо большее, чем документ, заключено в картине, сделанной режиссерами Ю, Солнце… вой и Я. Авдеено под руковод­ством А. Довженко. Это - искус-

гитлеровнами.

замученных

родных,

освобожденной

земле

Хоронят

переправа,

Партизанская

Советскую

Украину.