1 января 1942 г., № 1 (952)

КРАСНЫЙ ФЛОТ

 Моряки Севера громят фашистских В первые месяцы военных действий в Заолярье немцы имели превосходство в вздухе, Используя авиацию, фашистское омандование пыталось помешать развер­ыванию наших частей, Оно рассчитыва­о совершить победный марш по Кольско­му полуострову и «молнизносно» захва­ить столицу Заполярья - Мурманск. Но гитлеровцы просчитались, Героиче­ское сопротивление частей Красной Армии нарушило планы немецкого командования. Большую роль в боях с фашистекими за­хватчиками сыграла артиллерия Северно­го флота. Артиллеристы-североморцы своим огнем не давали противнику покоя ни днем, ни ночью. Дерзкими налетами и обстрелом прибрежных позиций врага, схватками с воздушными бандитами они оказали боль­шоо влиячие на весь ход военных дейст­вий в Запюлярье. Прикрывая развертывание наших ча­стей, созлавая огневую завесу для защи­ты наших десантов, производя артилле­ийскую разведку, корабли Северного фло­т всей мощью своих орудий постоянно наиминали фашистам о силе артиллерий­ского огня. В боях с врагом артиллеристы-северо­корны льно все огно­вые скораонен начиная с кзтеров-охотников и кончая подволнными лоламн, Происшедший недавно бой на­пей подводной лодки с кораблями про­ивника показывает, насколько артилле­ристы-подводники уверены в силе своей ороло оталели они своим делом. Смело преодолевая старые капоны и вормы, учтя создавшуюся обстановку и приолособившись к ней, командир-под­водник тов. Галжиев сумел использовать артиллерию своего корабля с максималь­нй эффективностью и добился блестящей победы. новое слово в практике морских опе­аций сказали наши катера-охотники. Опыт войны на северном театре показал, чо дизпазон их действий гораздо шире, чем предполагалось, Катера с успехом мо­быть использованы для разведки ог­невых точек и даже для обстрела берего­ых позиций и минометных и пулемет­ных гнезд противника. живать приморский фланг нашей армии и подавлять батареи врага. Североморцы выполнили эту задачу с честью. Немало оперативных замыслов фашист­ского командования потерпели на Мурман­ском направлении крах именно из-за дей­ствий наших кораблей. Система взаимодействия кораблей с ча­За полгода войны катера-охотники Се­верного флота уничтожили подводную лод­купротивника, сбили 12 самолетов и на­несли большой урон врагу, обстреливая берега. В то же время мы не имели по­терь ни среди личного состава катеров, ни в материальной части. В качестве одной из осповных задач артиллеристам флота поручалось поддер­сями Краспой Армии приобрела такую четкость и отработанность, без которых мыслим успех совместных операций. Пользуясь корректировкой с берега, флот­ские артиллеристы наносили врагу сокру­пительные удары. Насколько эффектив­выми были они, можно судить по неко­торым донесениям. Вот пример: «Производили обстрел частей против­ника, расположенных в квадратах №№… По данным наблюдения все снаряды ло­жились в цель, Уничтожена 75-миллимет­ровая артиллерийская батарея, разрушены окопы и проволочные заграждения. Боль­шие потери понес противник в живой сле. Это подтверждается тем, что и на следующий день после обстрела против­ик в течение нескольких часов выпосил из блиндажей раненых и убитых». В другом донесении сообщалось: «По данным наблюлательных пунктов установлено, что артиллерийские снаряды ложились в районе расположения огневых тчек и пехоты противника. Уничтожено захватчиков до 200 человек пехоты, один станковый пулемет, два миномета. Разрушено много землянок, блиндажей и проволочных за­граждений». В третьем донесении сообщалось, что во время обстрела, который артиллери­сты вели в течение нескольких часов, было уничтожено свыше 250 человек вражеской пехоты, несколько пулеметных и минометных точек, раэрушено до 50 землянок. Все эти сокрушительные удары наноси­лись врагу без всяких потерь с нашей стороны. Особенно хорошие результаты действий артиллерии имеются на корабле где командиром БЧ-2 старший лейтенант т. Алексеев. Вооружение и механизмы второй боевой части этого корабля рабо­тают с безупречной четкостью, личный состав всегда отлично подготовлен. Ору­дия Алексеева бьют по врагу с исключи­тельной точностью. Кораблям Северного флота в первые ме­сяпы ройшыоилостБезмолвный, бои главным образом с вражеской авиа­цией, Противник ставил перед собой за­дачу-с воздуха нанести удар нашим мор­ским силам, пустить на дно наши кораб­ли, Однако, этот план, тщательно разрабо­танный в штабах фашистского командова­ния, разошелся с реальной действитель­ностью. Массированный огонь корабель­ных и береговых зенитных батарей ге­роические действия морской авиации соз­дали над нашими кораблями такую не­проницаемую залциту, преодолеть которую фашистские пикировщики оказались бес­сильными, При этом противник потерял десятки самолетов, которыю нашли себе могилу в водах Баренцова моря. Однажды наши корабли, конвопровав­шие транспорт, в течение всего дня отра­жали почти беспрерывные атаки фашист­ских бомбардировшиков, волнами сменяв­ших друг друга, Сотни бомб были сбро­шены на корабли, но искусное маневри­рование и точный огонь зенитчиков при­вели к тому, что все без исключения бомбы упали в море, Корабли вышли из боя почти без повреждений, Зато фаши­стам этот многочасовой бой обошелся до­рого. Орнем корабельных зепиток и бе­реговых батарей было сбито 8 вражеских пикировщиков. Ничего не дают фашгистам полытки на­нести урон кораблям Северного флота с помощью своих батарей, Показателен та­кой эпизод. Наш корабль зашел в за­лив Н., чтобы обстрелять позиции против­ника, Немцы пошли на хитрость, Несмот­ря на то, что вход в залив простреливал­ся орудиями их батарей, они, не выпа­вая себя, пропустили корабль в расчете на то, что он попадется в ловушку. Когда моряки закончили обстрел, и, разгромив немалый участок вражеских позиций пошли обратно, фашистская бе­реговая батарея открыла по кораблю ин­тенсивный огонь. На хитрость врага моряки ответили хит­ростью, Не снижая скорости, корабль по­шел прямо на огневую завесу, прибли­зившись к ней почти вплотную резко отвернул вправо, Вражеская батарея сра­зу же перекинула огонь в сторону, кута отвернул корабль, Тогла моряки снова легли влево на старый курс, Расчет был правилен. Фашисты быстро перенесли свой огонь на новое место, Именно этого и ждали североморцы, Корабль, как черезB ворота, невредимым проскочил между сна­рядами, падавшими справа и слева от него. Маневр, построенный на правильном учете действий противника, блестяще удался. Шесть месяцев войны с сильным и ко­варным врагом многому научили моряков­артиллеристов, Закаленные, обогашенные боевым опытом, они продоллжают громить ленавистных захватчиков. Капитан 3-го ранга А. БАРИНОВ. Действующий флот.



Письма обреченных Лейтенант Франц Аббат не был лишен сентиментальности. Вместе с порнографи­ческими открытками из Варшавы и фото­графиями бравого лейтенанта, любующего­ся повешенными на центральной площади Белграда, в его чемодане лежали безде­лушки почти идиллического характера -- новогодние елочные сувениры, Крохотные Фигурки изображали Францию, Бельгию, Голландию, Чехию, Польшу, покорно при­ветствующих Гитлера «Хайль!». Франц Аббат возил сувениры с собой. Они напоминали ему о том, как были встречены 1940 и 1941 годы. Леркие победы, безудержный грабеж и еще одна или несколько игрушек в чемодане, сим­волически изображающих новые, покорен­ные Германией, страны. «Дорогой Франц! -- писала жена Абба­та мужу на фронт. - Надеюсь, ты не будешь там слишком долго находиться. Несколько дней назад слышала четыре специальных сообщения и поражаюсь, что наши вооруженные силы в такой короткий срок, все сделали. В Клоех оплакивают две потери. Это, вероятно, очень тяжело для родных, Но не для всех определена такая судьба, и я заранее радуюсь нашей встрече с тобой. Эльза». Меткий бросок краснофлотской грана­ты, которой был убит лейтенант Аббат, показал глупой Эльзе и тысячам ей по­добных германских самок, что немецкая грабъармия, сумевшая якобы «в такой короткий срок все сделать», в действи­тельности сделала лишь одно: она опре­делила свою судьбу, судьбу смертников, которым не вернуться домой. Кога же, наконец, наступит мир, обещанный нам фюрером? - все с боль­шей тревогой спрашивает германский обы­ватель. «Всегда ожилаешь с напряжением,- читаем мы в письме из Германии, най­денном у убитого немецкого солдата, что должен принести следующий день. Но то, чего мы все с нетерпением ожидаем, но наступает. Кто знает, как долго будет еще тянуться время, пока не наступит мир? Сегодня был день именин палы, но он прошел без настроения. Все было тихо, потому что мы все трое думали только об одном: вернешься ли ты?». «Уже снова кончается месяц, а до сих пор нет никаких признаков мира, -- пи­шет мать сыну на фронт. - Вы уже третий год в серых, походных мундирах. Кто думал, что эта война будет так долго продолжаться». «О том, что у вас тяжелые бои, это слышали уже также здесь. Должно быть все же много раненых и убитых. Это ужасно, если об этом подумать, Надеюсь, что война скоро совсем кончится». Но войне не видно конца, Немецкий обыватель в тылу начинает ее все явст­веннее ощущать и на собственной шкуре. Вместе с верой в непререкаемость обе­паний фюрера быстро и победоносно за­кончить на Востоке войну испаряется и тот тонкий налет мещанского патриотиз­ма, которым был пропитан германский тыл. Сейчас уже не встретить в письмах к солдатам истошных призывов итти в бой за Гитлера и Германию, К чорту фю­рера! Напо спасать свою собственную шку­ру. И пресловутая германская мать пишет сыну: «Мой милый Фриц! Получила сообще­ние о твоем ранении. Я теперь успокой­лась, ибо знаю, что ты на некоторое вре­мя будешь в безопасности И если бы твое воздоровление затянулось, я была бы счастлива. Сообщения о русских приходят очень стремительно. Таким коварным не был еще ни один противник, Поэтому это удваивает мои опасения. Здесь все нахо­дятся в нервном состоянии». Это нервозное состояние понятно. В об­становке растерянности и страха, в пред­чувствии надвигаюшейся катастрофы встречает германский тыл 1942 год. Г. НОВОГРУДСКИЙ.



Разведчики в засаде. На переднем плане капитан И. И. Запявин.

Фото А. Межуева (Фотохроника ТАОС).

Возрождение Вскоре после занятия Волоколамска немцы расчистили неподалеку от шоссе вторую ширскую дорогу. Эту дорогу они многозначительно называли «магистралью Берлин -- Москва». Нескончаемым пото­ком шли военные маштны по «магистра­ли замодляя свой бег у моста близ дерекни Теряево, Молодой слесарь Андрей, вместе с групной партизан-подрывни­ков, дождавшись наибольшего скопления машин, взорвал мост и удачно ушел еще нехоженными тропами в глубь волоколам­ских лесов. Через час у зпяющих проле­тотояно бальше пятисот машин а затем над «магистралью» нежданно по­советские штурмовики Еще через песколько дней шофер Петр взорвал три немецких автоцистерны. В середине декабря, когда волоколам­щина еще жила в полном неведении от­носительно истинного положения вешей немпы в многочисленных листовках неол­нократно повторяли, что взят Саратов, что московские радиостанции вещают из Саранска и что штаб Западного фронта уже перебрался из Куйбышева в Чкалов. вот поздним вечером радист партизан­ского отряда «лесной Кренкель», как его называли товариши, начальник райотдела связи Семен принял и запи­сал сводку Информбюро о поражении не­мецких войск на подступах к Москве. Эта сводка, с соответствующим обращени­ем, мпновенно была отпечатана в парти­занской типографии. Лучшие лыжники отряда немедленно разнесли ее по окрест­ным лесам, И уже на другой день в селе  ксино, в ближайшем тылу у немцев, нартизаны провели колхозное собрание, советское собрание в советском селе. Так началось восстановление советской власти в Волоколамском районе, Еще шли бои за Испрой, а партизаны, соелинив­шись с действовавшей по фалпистским ты­лам частью полковника Ч. освобождали одну деревню за другой, И там, где они прохолиливазврашался привычный со­ветский порядок жизни. Курчавый дымок вился над трубами обезлюдевших, было, хат, опять завертелись крылатые мельни­цы, двигались санные обозы с продоволь­ствнем для обездоленных и обобранных до последней нитки деревенъ и уже пар­тизаны прикидывали по-хозяйски, где взять семенные фонды для будущей вес­пы. Движение по «магистрали Берлин Москва» шло отныше только в сторону Берлина, и немецкие пут-машины, пред­назначенные для стремительных бросков по нашим тылам, назывались теперь драл-машинами. вся-валины Гитлеровцы не успели превратить Во­локоламск в зону пустыни, но все же го­род лежал в дыму и руинах, когла пар­изаны вернулись на родные улицы, раз­на месте дома пионеров, руины на месте здания горсовета, пепелише на месте трех новых школ, груды обгоревших трупов у дома № 3/6 по Пролетарскому проезду, где фашисты сожгли несколько 

Тихая, лунная предновогодняя ночь. необятный, нетропутый рус­ский лес Блиндажи и землянки, вырубленные в далекой, едва заметной лощине. Черный телефонный провод змеится в снегу, В земляной нише -- радиоприемник и пач­ка свежих листовок. Белый халат часо­вого, прижавшегося к старой, в два об­хвата сооне. Большая сильная ладонь его лежит на стволе трофейного неменкого автомата. Все ушли в Волоколамск тово­рит часовой. Там сегодня актив гор­совета. Через два часа мы в Волоколамске.сь Фронт еще близок, еще струится горький дымок над обгорелыми балками, а на за­падной окраине города отчетливо слышно, как бушует минометный и орудийный ог­невой шквал. и В маленьком домике на крутом при­горке, где собрался актив, полным-полно партизан, Вспоминаются чудные строки Гоголя, описывающие везд Тараса Буль­бы в Сечь: «И витязи, собравшиеся со всего храб­рого мира Восточной России, целовались взаимно и тут почеслись вопросы: «А что Касьян? что Бородавка? что Колопер? что Пидсыток?». …Председатель Волоколамскогогорсовета Зотов, подымаясь из-за широкого, щерба­того стола, целовал каждого вновь при­шедшего и тревожно спрашивал: A что Кузьма? Что Андрей? Что Петр? Что Григорий? и только слышал он в ответ, что жив и бодрствует подрывник ндрей что песравнени подрыши следопыт Григорий вернулся к своей старой профес­сии электромеханика, что в добром здравии находится бесстрашный разведчик Кузьма, что боец партизанского отряда Петр снова стал шофером и привел первую ма­шину с мукой и бараньими тушами в освобожденный Волоколамск. В волоколамском партизанском отряде насчитывалось 32 человека, немпам не удалось выбить из оряца ни одного бой­ца. Партизаны устроили свою базу в та­кой лесной глухомани, что даже лучший проводник отряда тов. Б. подолгу бро­дил по безвестным тропам, пока не на­ходил, наконец, свою землянку, Отряд имел свою рацию, свою типографию. сводках Информбюро несколько раз упоминалось о боевой славе волоколам­ских «лесных братьев» Однажды взлетел на воздух большой склад немецких боеприпасов, Душой этого смелого ночного дела был штурман мо­сковского речного пароходства Кузьма - маленький, необычайно подвижной чело­век, всегда носивший за плечами мешок, в котором, как он говорил, хранится «шильце, мыльце, да пара гранат на кий непастный случай». Белый костер вспыхнувшего пожара пылал так ярко, что в ту ночь во всей округе было свет­ло, как днем.

сот пленных и раненых красноармейцев. На каждом шагу встречались кровоточа­щие следы, оставленные фашистской ор­дой, пришедшей к нам из-зa Одера и Рейна. С какого конца начинать возрождение города?! Но партизаны были не только воинами, но и созидателями. И как-то сразу жизнь вошла в старую, родную, давно обжитую колею, Командир отряда беспартийный учитель тов, Т. взял на себя восстановление школ. Комиссар от­ряда товарищ М. вернулся к своим обязанностям секретаря райкома пар­тии. «Лесной Кренкель» монтирует те­лефонную станцию на сто номеров. Штур­ман и подрывник Кузьма стал и прорабом, и строителем, и архитектором, и плани­ровщиком. Под его руководством развед­чики и полрывники восстанавливают во­допровод, баню, почту, выпекают хлеб, ремонтируют здания трех магазинов. Механик местной электростанции Гри­горий как-то взялся вывести два немецких танка кратчайшим путем на шоссе. Он долго петлил по проселочным дорогам, за­вел танки в лесистую болотную чащобу и скрылся, исчез, растаял под самым но­сом у немещких водителей. Сейчас Григорий разыскал свои «подшефные танки», снял с них моторы, перенес на электростанцию готовится дать свет освобожденному го­и роду. Кажная волнская часть, проходящая через Волоколамск, протягивает городу то­варищескую руку подмоги и поддержки. Гвардейские танкисты Котукова выцелили две трофейных машины для подвоза про­довольствия, Краснофлотцы отряда морской пехоты Чистякова помогают восстанавли­вать связь. Отрелки вымели горы мусора из зданий трех еще уцелевших школ. В горот постепенно возвращаются тепло, спокойствие, довольство… Встречать новый год партизаны собра­лись в своем снежном лагере, в старом величественном лесу. В большой землянке жарко дышала раскаленная печь, дымился сухой валеж­ник, слышалась песня людей, познавших горечь испытаний и радость победы. Во всех их разговорах чувствовалась дружба, неумирающая фронтовая дружба, сроднив­шая воедино партизан, согретых великой любовью к своей родине. В углу, у земляной ниши, сидел на своем привычном месте т. Семен и, чуть повертывая рычажки приемника, слушал Москву, И очно в двенадцать, по знаку командира отряда, волоколам­ские партизаны подняли свои походные кружки. Это был тост за Сталина, а зна­чит и за побелу, за Истру, за Клин, за Калинин, за Елец, за Наро-Фоминск, за свой родной Волоколамск, за все освобож­денные русские города и села, лежащие после немецкого нашествия в развалинах и пепелищах, но уже возрождаемые к жизни, к труду, к борьбе, к счастью. Гр. НИЛОВ. Западный фронт.



ЗАРЯ НАД МИРОМ мию, чтобы начать битву в зоне Среди­земного моря, И ему снова повезло, Гер­манские войска стояли на границе Егип­та, как четверть века до тото. И герман­ский солдат успел за это время прочно по­верить, что он призван грабить, жечь и насиловать, и никто не в состоянии ему в этом помешать. А Гитлер и его камарилья? Они столь же прочно поверили, что ничто и никто не может воспрепятствовать их безграни­чному и бесконтрольному владычеству над Европой. Со всех сторон, казалось, при­бывали силы к этому союзу наиболее хи­щнических империалистов, поставившему на службу своим интересам наемников воех наций, вамонников и врагов всех на­редов, поиблее подлых и отдетых неголя ко под крылышком Гитлера могут кое-что приобрести. Империя, созданная Гитлером на чере­пах, возвысилась, как мрачная тюрьма, в самом центре Европы. Хотя трудно предполагать, чтобы такие личности, как Гитлер и его клевреты, верили бы во что-нибудь, одно можно сказать с несом­ненностью: еще в прошлом году они безу­словно верили в конечную и, самое глав­ное, быструю и полную победу, Геббельс, конечно, и в июне прошлого года оста­вался апостолом лжи, но и он верил, что еще до того, как опадут осенние листья, Германия закончит войну блистательной победой и что она будет одержана на Во­стоке. **

От Кавказских гор до карельских уте­сов Красная Армия продолжает теснить «непобедимую» гитлеровскую армию, вы­полняя директиву своего Верховного глав­покомандующего: истребить всех немцев, пробравшихся на территорию нашей роди­ны в качестве ее оккупантов, А из Ли­вии приходят не менее печальные для Гитлера вести о разгроме английскими войсками немецких и итальянских диви­зий. Гитлер и здесь хотел бы перейти к «позиционной войне», Но, увы, это не от него зависит, а в гораздо большей степе­ни от воли генерала Ритчи. фронт. Немпы потерпели на пороге 1942 г. поражения на всех фронтах, где решается исход нынешней войны. Как бы ни раз­вивались до определенного момента воеп­ные собычия на Тихом океане, они не об­по Витроко вой войны. Германия сейчас не располагает таки­ми крупными силами, с которыми она вступила в борьбу против СССР шесть месяцев назад. Если даже гитлеровскому командованию и удастся пеной потери огромного количества артиллерии, танков, автомашин, боеприпасов спасти свои ос­новные кадры и отвести их на Запад, то в этом нет никакой гарантии успешного наступления весной, которое Гитлер обе­щает в своем приказе от 19 декабря. Терманской армии еще предстоит перене­сти длинную зимнюю кампанию, когда разразятся настоящие русские морозы. Теобельс уверяет, что «наступит час, ко­гда противник зашатается». Но пока мы видим, как шатается и трешит под уда­рами красной Армии весь германский И сегодня в полночь, когда раздастся бой часов, возвещающий наступление но­вого года, он прозвучит для гитлеровской Термании, как звон похорошного колоко­ла. На пороге нового года народы, обеди­нившиеся для беспощалиого истребления немецких варваров, видят, как рассеивает­ся мгла, в которую была погружена Ев­ропа, и сквозь пороховой дым сражений встает над миром заря, предвещающая поболу. И. ЕРМАШЕВ.

ветским Союзом они составили антигитле­ровскую коалицию. Это был тот именно исторический поворот в международной об­становке, которого в Берлине боялись больше всего. Когда он стал фактом, Гит­лер и его генералы самоуверенно сказали себе: «Что ж. мы победим раньше, чем они успеют практически об единиться». В борьбе на Востоке решалась судьба по­истине всего мира. И теперь уже ясно, что борьба эта Гитлером проиграна, хотя впереди еще много тяжелых испытаний. Год, начавшийся многими победами Гер­мании и возвещенный ее обнаглевшими правителями «годом окончательной побе­ды» заканчивается для ритлеровской им­перии тяжелым кризисом. Все шесть ме­сяцев войны против Советского Союза гер­манская верховная ставка ни разу не об­молкилась ни единым словом о тяжелых потерях германских войск. В октабре Геб­бельс заявил, что потерия германской  человек, В декабре Гитлер должен был, наконец, из себя выдавить, что потери германской армии составляют 750 тыс. чел, Это было почти в десять раз меньше действительных потерь. И только после того, как начатое Гит­лефом «генеральное наступление на Мо­скиу для окончания войны» было отбя­то Красной Армией и закончилось позор­ным крахом всех наступательных опера­ций немецких войск на Востоке, после то­го, как Красная Армия, выполняя при­каз своего Верховного главнокомандующе­го товарища Сталина, перешла в контрна­ступление почти на всем протяжении фронта, от Черного моря до Ладожского озера, Гитлер признал, наконец, что гер­манская армия почесла «тягчайшие жерт­вы», Этот авантюрист, конечно, не посмел признать, что поражение, понесенное гер­манской армией, значительно глубже, по­тому что это -- поражение всей гер­манской стратегии, это ---- поражение, ко­торое по своим последствиям несравненно серьезнее, чем Марна, чем Верден, ** Гитлер может сказать себе сейчас: «Я лгал, когда провозгласил в своей речи 3 октября, что германский солдат -- луч­ший солдат в мире, ибо солдаты Красной Дрмии побили моих солдат: они наступа-

ют там, где для нас наступать оказалось невозможным; я лтал, когда утверждал в этой же речи, что германская техника во­оружения лучшая в мире, ибо во главе технического прогресса в технике воору­жения оказался Советский Союз, который производит в этой области подлинный пе­реворот; я лгал, когда назвал немецких генералов лучшими генералами в мире, ибо мне самому пришлось сместить свое­го лучшего генерала -Браухича; нако­нец, я лгал, когда превозносил самого себя, заявляя германскому народу, что германское государственное руководство не имеет себе равного: ведь мало-мальски думающему человеку, даже немпу, должно притти в голову -- руководители, ввязав­шиеся в заведомую авантюру на Востоке, в лучшем случае заслуживают презритель­ной клички авантюристов». Конечно, Гитаер всего этого никогда но скажет. По вот проболтался же Геббельс деется гитлеровская камарилья, В статье, опубликованной в «Рейх», он пишет: «Ногда-нибудь (!) наступит час, когда про­тивник зашатается, но когда именно этот час настанет, никому неизвестно». Тот ли это Геббельс, который заявил утром 22 июня, что через восемь недель война закончится победой Германии? Тот ли это Геббельс, который по меньшей мере шесть раз уничтожал Красную Армию? Конечно, все тот же тертый гитлеровский жулик. Он сам, как и его повелитель, забыл при­поднятый, истинно-прусский нагло-высо­комерный тон, В приказах Гитлера, в ре­чах и статьях Гебоельса преобладают те­перь истерические ноты, они говорят о смерти, которая ожидает Германию в слу­чае поражения. Гитлер заклинает своих мародеров «фанатически держаться», упо­вая на…помощь Японии, которая якобы «молниеносно» одержит победу на Тихом окоане. Но тем временем германская армия от­ступает, а Красная Армия продолжает на­ступать, Гитлеровская пропатанца приду­мала для об яснения, -- вернее, для со­крытия этого поворота в ходе войны, словечко: «переход на позипионное поло­жение». Быть может, изгнание немцев из Керчи и Феодосии - это тоже относится к разряду событий «позиционной войны»?!!

Еще год назад Европа и мир лежали в мгле. Минувший год начался под раз­ывы германских бомб над Лондоном, Ли­верпулем, Саутгемптоном, Бристолем. От плоских берегов Нидерландов до Вардара по всему континенту разбросал свои щупальцы германский спрут. И хотя воз­душное вторжение в последнюю непоко­ренную западноевропейскую страну Великобританию, об явленное Гитлером с алой самоуверенностью, не увенчалось спехом, Европа была раздавлена, Теперь ы знаем, почему такая страшная сульба постигла наш континент, Ни один народ, ставший жертвой германской агрессии ни одно правительство, свергнутое германски­и штыками, не дали себо труда поду­зить и понять: Германия сильна лишь потому, что ее жертвы были слинком слабы. Терманская военная машина в течение семнадцати месяцев--с сентября 1939 г. до 22 июня 1941 г. - не встречала на полях сражения ни одного противника, готового сражаться до конца. Континент был разделен и покорен по частям. Глу­бокая ночь опустилась над Европой, и ее зловещие тени заслоняли весь мир. Сем­вадцать месяцев, - эти страшные сем­надцать месяцев, мимо которых не прой­дет ни один будущий историк наших дней, - германская военная машина не­слась вперед увлекаемая жаждой завое­ваний, безнаказанным грабежом, призра­ком немецкого господства над миром. Рабы и вассалы, страны, завоеванные, покоренные, купленные, по все одинаково зажатые в железный кулак жадного и безжалостного немецкого жандарма, дол­жны были платить Германии дань, рабо­тать на нее до кровавого пота, постяв­лять ей солдат. Это было время, когда военные успехи гитлеровской тирании до­шли до апогея. Гитлер мог без особых затруднений бросить в далекую Ливию пелую танко­вую армию Роммеля для спасения злосча­стного Грациани, за которым по пятам нался Уайвелл, Он, не задумываясь, снял сЗагадного фронта целую воздушную ар-в

обектом всемирной ненависти. Но меньше об всего он думал о ее судьбе, затевая пре­ступную войну, и уж разумеется, он стремился к победе, шагая через миллионы трупов, ибо с ней, и только с ней, свя­зана его собственная судьба. Он внушил своим солдатам, не­скольким поколениям немцев, отупевших и развращенных, -- что они могут завое­вать весь мир и поступить с ним, как им заблагорассудится, А на что способны эти дикари, мы видели на протяжении 6-месячной борьбы на Востоке: сожжение городов и сел, массовые убийства плен­ных, расстрелы и виселицы, насилия над женщинами, осквернение очагов культуры, ронх певоку незатноко» сго страниы, фиогческое истребленние не ления. В захваченных нами германских приказах об этом говорится с типично гитлеровской, садистской подробностью: как жечь, как умерщвлять мужчин, жен­щин, детей, стариков, Германия доведе­на Гитлером до алютея… пюдлости, и быть может, немцы только сейчас начинают догадываться, что приближается день, ко­гда им за все это придется ответить. Шесть месяцев и девять дней назад Гитлер двилул свои армии на Восток против великой Страны Совстов, Он надеялся на сочувствие и поддоржку сво­их вчерашних врагов, Он уже видел себя во главе еврошейской, а то и всемирной антисоветской коалиции. Его васса­лы не смогли помочь ему завоевать на Западе господство над миром; быть мо­жет, весь мир поможет ему стать власте­лином Востока, Богемский калрал, начав­ший свою «государственную» карьеру в качестве мелкого шпиона в Тироле, видел себя в окружении созвездий великих дер­жав, Он нетерпеливо отмахивался от за­гробного голоса Шлиффена, который пре­достерегал: в Россию можно войти, но выйти из ее пределов невозможно. Великие державы, реальным интересам которых угрожает гитлеровская Германия, отвергли предложение о создании антисо­ветской коалиции, Наоборот, вместе с Со-



Гитлер не просто верил в свою победу, - он понимал, что поражение Германии было бы прежде всего его поражением. Он знает, -- этот питмей, возомнивший себя Наполеочом, - что ни один евро­пейский народ не удостоит его чести даже заточения на острове св. Елены. Его не примет на свою палубу современный «Бе­лерофон»; фонарный столб и намыленная веревка -- вот лучнее, что ожидает его сделал Германию этом мире. Гитлер