8

Й ф Л О Т

КРАсНЫ

октября 1942 г., № 231 (1182)

ПЕРЕД БОЕВЫМ ПОХОДОМ



МИТИНГ ПОДВОДНИКОВ КРАСНОЗНАМЕННОГО БАЛТИЙСКОГО ФЛОТА    * * ЕДАВНО перед выходом в очередной боевой поход состоялся митинг подводников Краснознаменного печатаем выступления ряда Балтийского флота. Ниже мы товарищей на этом митинге.

Бесстрашие и умение дают победу Речь члена Военного Совета Краснознаменного Балтийского бомбовыми и штурмовыми ударами истреб­ляют врагов и сокрушают их боевую тех­нику. Только за последнее время летчики части полковника Кудрявцева сбили 51 вражеский самолет. У нас есть замеча­тельные ассы, имеющие на боевом счету уже свыше своем десятка сбитых фашистских самоле­тов. Это летчики Цоколаев, Ефимов, Каберов, Костылев, Байсултанов и многие другие. Наши штурмовики сеют смерть и ужас в рядах вра­гов. Наши бомбардировщики топят корабли, громят берего­вые об екты врага. Балтийский флот уничто­жить нельзя! Руки коротки фашистов. Мы уничтожаем врагов и будем уничтожать их еше сильнее. Балтийцы - люди большевистской за­калки. Они воспитаны на славных бое­вых традициях. Покуда бьется сердпе бал­тийского моряка, он смело и настойчиво идет в любой бой, презирая смерть. Ленин говорил, что презрение к смерти обес­печивает победу. Эти ленинские сло­ва блестяще подтверждены сотнями яр­ких примеров боевой деятельности бал­тийцев. Немцы кричали на весь мир, что Фин­ский залив закрыт, заминирован, что ни один советский корабль не пройдет в Балтийское море. Вы, подводники. первы­ми доказали, что нет никаких преград, которые не смогли бы преодолеть совет­ские люди. Вы преодолели опасность, форсировали минные поля. Ваши удары по врагу были неожиданными, стреми­тельными и грозными. Немцы об явили себя хозяевами в Бал­тийском море. Вы, подводники, показали. что это далеко не так. Советские подволники, и никто иной, стали регулировать движение на враже­ских коммуникациях и наводить нужный нам порядок на Балтийском море, Вам хо­рошо известно, как приходится «регулиро­вать» это движение, об этом, кстати, не­плохо знают немцы и их финские лакеи. Много фашистских транспортов с танка­ми, оружием, фрицами и гансами лежит на дне Балтийского моря. Удары ваших торпед немцы крепко чувствуют не толь­ко здесь, под Ленинградом, но и на дру­гих фронтах. Мы знаем - впереди еще очень много тяжелых испытаний на дорогах войны. Здесь, на Балтике, мы помогаем черно­морцам и славным военным морякам Волжской флотилии бить немпа, Здесь, на Балтике, своими ударами мы приближаем час разгрома немецких злодеев. Военный совет Краснознаменного Бал­тийского флота обращается к вам, дорогие товарищи подводники. Усильте боевое на­пряжение, множьте героические подвиги, впятеро больше топите кораблей против­ника, тем самым помогая воинам совет­ского Юга остановить, отбросить и раз­громить фашистских поработителей. Товарищи подводники! Метите нена­вистному врагу за поруганную нашу зем­лю, за разрушенные горола и села, за страдания миллионов людей, за смерть замученных родных и близких, за истер­занных женщин и детей. Мстите за на­ших славных подводников, погибших в боях с врагом. Балтийцы! Крепче удары по немецко­фашистским злодеям, посягнувшим на нашу родину! Своими делами покажите, как надо любить родину-мать и как надо ненавидеть врага. (Аплодисменты). Дорогие товарищи подводники! Вы хорошо знаете, что такое война, и знаете пену победам. Вы деретесь с закля­тым врагом за сотни миль от ролных бе­регов. Выход на просторы Балтики сопря­жен с неимоверными трудностями, От кажлого командира и краснофлотпа. от всего экипажа требуются большоенапряжениесил. подлинное мастерство и уме­ние, смелость и отвага. Нуж­на неутолимая жажда побе­ды. Но одного желания побе­дить мало. Нужно это жела­ние превратить в умение по­беждать врага в любых ус­ловиях, разить фашистскую гадину наверняка. насмерть. грамотныхТоваришСталин нас учит - победа сама не при­ее завоевывают. А раз так, вы обязаны серьезно готовиться каждому походу. Никакая случайность, никакая неожиданность не должны за­стать подводников врасплох. Есть старое морское правило: «Не верь морю, а верь кораблю». Это истина. Наши балтийцы верят своим кораблям потому, что эти ко­рабли - наши, советские, на них наше оружие, наши машины, они сделаны ру­ками советских людей, и нужно, чтобыс каждым боевым походом совершенствова­лось мастерство и умение военных моряков, Советский народ доверил нам, балтий­пам, отличные боевые корабли. Лучших своих сынов, прекрасных, смелых людей, готовых на все ради победы над врагом, послал народ на корабли Военно-Морского Флота. Балтийцы с честью оправдывают доверие народа. Они высоко и с честью проносят славное имя балтийпа сквозь все трудности, лишения и преграды. Отважные подводники Краснознамен­ной Балтики в нынешнем году немало по­работали во славу советсного оружияМы горлимся героичесними подвигами наших подводников. Только нелавно мы встреча­ли славный экипаж подводной лод­ки капитана 2-го ранга Гришенко, В те­чение одного боевого похода эта подводная лодка потопила немепкий миноносец и 4 транспорта общим водоизмещением 12 тысячи тонн. Подводники! Учитесь отваге и мастер­ству командира Грищенко. Слава бесстрашному экипажу. Страна ведет счет народной мести, Она учитывает кажлый корабль врага, пущен­ный вами на дно, Страна знает подвиги экипажей командиров Вишневского, Его­рова, Осипова, Лисина, Страна знает и достойно отмечает своих сынов. Еще прошлой осенью Геббельс пропи­щал на весь мир, что «Балтийский флот уничтожен», Фашистский обер-враль, как видите, уже давно утопил в своих гряз­ных чернилах все наши корабли. Хорошо говорят в нароле: «Собака лает, ветер но­сит»… Пусть Геббельс лает, а мы будем еще крепче бить фашистских разбойников на море, на суше и в воздухе. Наши корабли разрушают немецкие укрепления на Ленинградском фронте. Артиллерия наших могучих кораблей на­носит сокрушительные удары вражеским войскам. Наши бесстрашные катерни­ки вы знаете имена тт. Бочкарева, Калябистова, Кокшарского и многих дру­гих, творят замечательные дела, совер­шают героические подвиги, нередко выхо­ля в бой против впятеро сильнейшего не­приятеля. Морские пехотинцы Балтийско­го флота бесстрашно сражаются в районе Синявино. Они уничтожают тысячи не­мецких бандитов Балтийские бесстрашные морские летчики изо дня в день своими флота корпусного комиссара СМИРНОВА.

Речь капитана 3-го ранга ВИШНЕВСКОГО. Горжусь своим экипажем Товарищи! В первые дни войны с гит­леровскими бандитами мой корабль по не­немцам о том, что бельсом которым причинам не мог участвовать в боях с врагом. Вот почему экипаж чув­ствовал себя в долгу перед водиной. Мы решили приложить все силы, чтобы опла­тять свой долг, Настойчиво сокращали сроки подготовки к походу, чтобы с первым отрядом вый­ти в море и топить врага. И это нам удалось. Самым радостным днем был для нас тот, когда мы смогли сообщить нашим друзьям, ленинградцам, всей родине потоплении первого транспор­та врага, a затем и еще двух. Краснофлотцы и коман­диры корабля проявили в по­ходе образцы смелости, стой­кости и умения. На подви­ги их вдохновляла любовь к родине, не­нависть к врагу, желание мстить фаши­стским бандитам за те слезы и горе, ко­торые эти бандиты принесли нашим со­ветским людям. Однако мы­и я, как командир, и все мои подчиненные - считаем, что еще не полностью оплатили свою задолженность. Наш счет мести только начался! Пусть это запомнит гитлеровское зверье! Могу доложить вам, что наша подводная лодка снова готова к боям и походам. Мы про­должим счет мести. Экипаж полон реши­мости и сил намного увеличить счет по­топленных кораблей врага. Несмотря ни на какие трудности, мы в свое время бу­дем на коммуникациях противника, разы­щем врага всюду и ударим там, где он меньше всего ожидает. Новыми торпед­ными атаками мы напомним еще не раз «потопленный» Геб­Краснознаменный Балтийский флот живет, действует, наносит немчуре все новые удары. И эти удары будут все чувствительней для фашистской Герма­нии. Успех боевого плавания и атаки зависит не только от командира. Он решается всем экипажем ко­рабля, всем коллективом под­водников. партийной и ком­сомольской организациями, ко­горые сплачивают людей во­круг командира, вокруг бое­вого знамени корабля. Этот успех зависит также от пред­варительной подготовки к по­ходу. Надо еще у пирса, в базе выверить все механиз­мы. Только убедившись в без­отказной их работе, в умении людей в бою, можно их использовать быть уверенным в победе.



Вышибем дух из гитлеровских мерзавцев Друзья! Борьба с нашим историческим врагом делается все напряженнее и ост­рее. Немпы рвутся в глубь нашей роди­ны, на вольное низовье Волги и на Кав­каз. Немцы терзают нобые миллионы лю­дей. Потоками крови, пытками, жестоко­стями, напором брони и техники думают немцы сломить нашу волю. Врешь! На­Нашу спину не согнешь. Россия не сдаст, не уступит, выдержит. Мы, русский народ, потянем Гитлера к пропасти. Мы столкнем его в эту пропасть и утопим. Пусть захлебнет­ся он в черной крови! (Аплодисменты). Товарищи военные моряки! Нало наби­рать силы, Ленинград, Балтфлот идут в новые бои. Вы идете вперед, вы идете громить врага. И в канун новых походов вдумайтесь в то, что творят немцы в за­пятых ими районах. Они установили там рабство. Барщину они ввели там. Думают править нашим народом, как скотом, шелкая бичом и покрикивая, Здесь среди вас много украинцев. Вы помните ее, мать-Украину. Немец разорил Украину. На голодный паек посадил немец ского хлебороба. От зари до зари должен работать крестьянин на немца, на поме­щика. Вспомните об этом, когда будете топить немцев. Бейте их, бейте без пощады! Друзья! На Украине были наши заводы. Вместе с вами в годы пятилеток в вели­чайшем напряжении создавали мы нашу знаменитую южную металлургию. На за­водах Юга работали 200.000 рабочих. Стоят сейчас эти заводы. Кладбища, руи­ны… Гарь и пепел. Там, гле звучал ра­достный гул труда, сейчас, как вши, ко­пошатся несколько сотен подлых холуев, которых немпы поставили сторожами. Вспомните о наших заводах, вспомните о потухших доменных печах, о стоящих мар­тенах, которые мы с вами строили. Топи­те, топите немцев, подводники Балтики! Гитлер и его живодеры хотят стереть русских с лица земли. Они регистрируют в «Остланде» всех, кто был военнообязан­ным,-отдопризывников до стариков, всех кто работал в советских учреждениях и предприятиях, регистрируют, чтобы улоб­нее было убивать. Они никого не щадят­ни взрослого, ни ребенка. Они убивают наших людей по всякому поводу. Нашли - семью одну семью в Днепропетровске чашего моряка, перебили семью, Во дворе тулял четырехлетний мальчик - сынок моряка, Палачи разрядили в ребенка свои автоматы. Вспомните об этом, когла будете в мо­ре, и бейте, бейте без пощады и без про­маха! Друзья! Помните, что нет такой гнус­ности, нет такой жестокости, перед кото­рой остановились бы немпы. Из-за голола, из-за нечеловеческих условий вспыхнул тиф на Украине, И немцы, обявив каран­тин в этих районах, попросту их выжи­тают. Выжигают целыми селами с людь­ми, и здоровых и больных, жеющин и де­тей. Сейчас в захваченных местах России, Украины и Белоруссии немцы хватают людей, угоняют в Германию, Угоняют в рабство. Наших свободных людей везут на каторгу. На базарах продают наших девушек, и немецкие сволочи покупают их. Вспомните об этом, военные моряки, Речь писателя Всеволода ВИШНЕВСКОГО. вспомните об этом, друзья, когда будете топить немцев. Огонь по рабовладельцам, смерть им поголовная! Друзья! Немцы стараются вытравить великую нашу историю, уничтожить рус­ский. украинский языки. Они ввели, как обязательный, немецкий, Они заставляют украин-Подводники, друзья мои! Вы хорошо ра­ботали последнее время. Но нужно еще лучше работать. Так родина требует. ответ может быть один: «Есть. все вы­полним!» наших людей изучать его, пытаются за­ставить забыть наш язык. Они уничто­жили вузы. Немцы говорят, что в России слишком много культурных, людей. Они «вредны»… Немпы говорят, что из уцелевших людей в захваченныходит, ими районах они будут готовить батраков, которым не нужно образование Они хотят приготовить себе онемеченных холуев. Немцы кричат, что необходимо вышибить из наших людей дух сопротивления. Нет, из нас дух сопротивления не выбьешь. нас в России народ упорный, отчаянный. жилистый, выносливый. как нитде… мы сами вышибем из них дух. Торпедами мы будем его вышибать! Артиллерийским ог­нем мы будем вышибать немецкую сво­лочь, немецкий дух. Здесь под Ленинградом немцы боятся нас. Боятся наших внезапных атак. Нем­цы спешно строят укрепления. Они сей­час выгоняют все население захваченных районов на рытье окопов. Никого не ос­тавляют. Семи-восьмилетних детей погна­ли они на эти работы. Ребят, пионеров, которых вы на руках носили, когда они приходили к вам на корабль. руки маленьких детишек дали они тяжелые лопаты. Паек 100 граммов хлеба в день. И заставили копать. Пусть хоть нем­ного, - маленький человечек, а выкопа­ет. Ребята от истощения валятся на зем­лю. «Дяденька, не могу»… И тогда немеп­кие звери каблуками кованых сапог да­вят детские головки. Помни об этом, воен­ный моряк! Когла будешн выходить в мо­ре, будешь на траверзе Петергофа-вспом­ни об этом и посмотри туда, в сторону не­мецких окопов. Там идет расправа. Так бей же немпа­в душу, в голову, в сердце. Топи! И чтобы не было у тебя иного чувства. Чтобы ничего больше ты по желал, кроме как смерти врагу как желали этого матросы балтийцы в 1917- 20 годах. Грехни по немцам крепким бал­тийским ударом, да так, чтобы раскаты пошли до края земли. Пусть почувствуют браги, что нет им нигде пощады. Пусть души у них посе­деют от ужаса. Пусть всюду им мере­щится балтийский подводник, который не­сет им гибель. Товарищи! Приближается 25-я годов­шина Октября. Октябрь -- это Ленин. Онтябрь - это Сталин, А Лении - это победа. Сталин - это победа. Так иди­те в свои октябрьские походы и возвра­щайтесь с победами. Днем, ночью, в дожль и ветер встре­тит вас Ленинград, на пирсе горячо обни­мет, поцелует и скажет: «Хорошо пора­ботали краснофлотцы! Прекрасно провели свои октябрьские походы. Будут помнить немцы удары русских балтийпев». Идите, друзья! Идите и возвращайтесь с победой! (Бурные аплодисменты). Ненависть



Товарищи! Для меня, как командира корабля, нет большей горлости, чем эки­паж, с которым я уже выходил в торпед­ные атаки и побеждал! Я безгранично ве­рю в людей моей подводной лодки, пла­менных патриотов родины, с которыми я вновь уйду в поход. Когда экипаж спла­чивает горячее стремление нанести врагу жестокий удар, когда у командиров и под­чиненных одно желание - мстить вра­гу, - никакие преграды не страшны, ус­пех обеспечен, Надеюсь, товарищи, в недалеком будущем здесь же докладывать вам о новых победах нашего экипажа. Да здравствует наша победа над вра­гом! Да здравствует наш вождь и люби­мый учитель товарищ Сталин! (Бурные аплодисменты).

Наш закон-топить гитлеровцев Речь командира орудия СУББОТИНА. Товарищи! Хочу и я сказать несколько слов. Только вы не обижайтесь, если я не гладко говорить буду. Оратор я плохой. (Голос с места: «Ничего, зато стрелок хо­роший!» Смех.). Выступаю редко, почти совсем не приходилось, вот сегодня не могу не вы­ступить. Потому все у меня бушует в груди. Как в море во время шторма. А шторм у нас в груди, потому что не можем мы быть спокойны­ми. Что сейчас происходит? Враг ворвался в наш пре­красный дом. Буянит он. Все ломает, крушит, изде­в вается. У нас нехватает слов, чтобы сказать, какая нас ненависть горит. Крепко мы бьем врагов, Крепко, но еще недостаточно. Вот наша подводная лодка. Утопили мы четыре транспорта, а хочется еще топить. Там, в море, нам всем доста­лось работенки. И мне тоже, поскольку один транспорт мы из орудия, то-есть из моей пушки, утопили, Слов нет, трудно было. Но мы эти трудности побороли, по­тому что злобы у нас к врагу много бы­ло, и эта самая злоба нам помогала дей­ствовать как полагается. По-балтийски! Пушка моя все время действовала без­отказно. И скорострельность была подхо­дящая. И как ни было тя­жело, а стрелял я без оста­новки. Я по немцу бил, по­ка он под водой не скрылся. Личный состав нашей подводной лодки, побывав в море, сейчас снова рвется в бой. Мы утопили четыре транспорта еще хотим утопить. И я тут ответствен­но заявляю: мы в любую минуту готовы снова выйти в море.

Еще хочу обратиться к артиллеристам­подводникам, которые уходят в боевые по­ходы. Товарищи артиллеристы! Стреляйте по-снайперски! Заметил цель бей! Да бей так, чтобы ни один снаряд даром не был выпущен. Выстрелил - попал, вот какой должен быть наш закон. Да здравствует наш вождь товарищ Сталин! (Аплодисменты).

Бить фашистов без промаха Речь комендора ЗАЙЦЕВА. Нет такого человека, который бы мог оставаться спокойным, когда слышит он о немецких зверствах. Вот дрался я с немцами на сухопутном фронте, крепко там бьют военные моряки немчуру пу­лей, штыком, гранатой. И я бил. В боях был я там ранен, теперь я снова на корабле и готов собственными руками душить фашистов, Откуда у меня та­кая злоба, такое желание мести? Получил я недавно письмо от сестры Лены с Украины, и вот что хочу вам сказать по этому поводу, Была у нас семья. Жили ладно, дружно. Все было хорошо. А теперь после немцев нет нашей семьи, Пишет мне Лена: «Я сейчас живу одна. Папу немцы забрали и рас­стреляли. Маму убили, а Нину и Клаву  повесили за твою фотокарточку». За фотокарточку краснофлотца вешают! А каково читать такие слова? «Я с Зиной была в то время за горо­дом, в колхозв работали, когда немцы заняли город, а потом наши войска опять  заняли город, и мы пришли домой, Дома ничего и никого не было, а возле клуба висели Нина и Клава, а папа лежал воз­ле пруда, залитый кровью. Маму нашли возле 40-й столовой, У нее, Миша, го­лова вся разбита и левая рука отрубле­на. И тут, Миша, мы упали у родной ма­машл и так плакали и всех вспоминали». Вот что пишет мне сестра Лена, У меня, кроме нее, от всей моей большой семьи никого не осталось. Потому другая сестра Зина из-за этого горя померла от раз­рыва сердца. Как подумаю я обо всем этом, так у меня прямо в голове стучать начинает и ненависть такая охватывает. Нет, мы с немцами посчитаемся! Вото я сейчас командир срудия. Я свое ору­дие, своих людей готовлю к делу так, чтобы бить немцев насмерть, наверняка. Без промаха! Не будет извергам пощады, не спрятаться им от нашей мести. Этого требует от нас родина, этого тре­бует от нас народ, этого требует товарищ Сталия! И мы выполним это требование!  (Аплодисменты).

дорогую мою, безвинно погибшую семью… Есть, Зайцев! Отомстят за тебя друзья! Стой у своего орудия, неси хорошо свою службу - кровь сестер твоих дорого вста­нет немпу. Вечно будут стоять перед гла­зами подводников страшные детские стро­ки, Балтиец отомстит за балтийца. Тако­вы традиции на флоте…

да рассказывает он в наступившей тиши­не о горе своем, Лучшего друга боцмана, того, кому поверял он заветные думы свои, схватили немцы, отрезали уши и нос, распороли живот. Разве можно про­стить такое? Разве забудешь такое? И не­нависть, пронизывающая слова Петрова, передается всем, кто слушает его корот­кую речь. Просто и ярко слово мичмана Мирош­никова. Это­бывалый воин, испытав­ший многое. На синем его кителе блестят ордена. Каждый из них связан с гибелью фашистских кораблей. Мирошников рас­сказывает, как тяжело было зимою, когда делили краснофлотцы скудный блокадный паек, когда в тридцатитрадусные морозы сами ремонтировали свою любимую лодку, чтобы весною выйти в море, чтобы каж­дый механизм корабля служил священно­му делу мести. И у Мирошникова большое личное торе, Убили немцы его отца, старого пар­тизана. Погибли в боях два его любимых брата. - Я поклялся мстить! -- восклицает балтиец, и слова его звучат с необыкно­венною силою Я буду мстить. Мы уже потопили четыре корабля. Мы уходим в шем горе. Пусть наживаются на немцах рыбы, которым мы кинем эту падаль! Слушает слово Мирошникова комендор  Зайцев, и ненависть сжимает его душу. Он уже побывал на фронте, бил фрицев на сухопутье, был ранен, вернулся из ла­зарета на корабль, снова встал у орудия. Пичего, придет и его черед­только бы поскорее! Товарищи по кораблю хорошо знают, лочему волнуется Зайцев, Содрогаясь, чи­тали они и перечитывали стралные стро­ки письма, полученного Зайцевым от де­сятилетней своей сестренки. «Я сейчас живу одна, Палу немцы забрали и рас­стреляли. Маму убили, а Нину и Блаву повесили за твою карточку». И встает Зайпее со своего места, рас­ступаются перед ним товарищи, С надеж­дой и верой вглядывается артиллерист в лица тех, кто идет в бой на Запад. - Я прошу вас. друзья мои, - гово­рит он, - в море отомстите за них, за море и будем без устали искать врага. Они торопятся к нам­нажиться на на-

градцами делили люди подводной лодки Петра Грищенко тяжкие испытания бло­кады. Все видели, все испытали­смерть ребят, гибель друзей, горе матерей, Разве забудешь это? И первая торпеда, пущен­ная во вражеский транспорт, была тор­педой за Ленинград. За Ленинград, за горы горя, которые принес немец, за поруганную землю на­шу, за поруганные семьи наши­смерть! И несли смерть торпеды Грищенко и Вишневского, Лисина и Осипова, Когда облетела отсеки радостная весть-потоп­лен еще один фашистский транспорт,- улыбка озаряла лица балтийских воинов, морщинки разглаживались на лбу, свет­ло и праздаично становилось на душе. Так радуется снайпер, уложивший еще одного гитлеровца, так торжествует пар­тизан, собственными руками задушивший фашиста и с наслаждением слышавший его последний, предсмертный хрип. Умри, лю­доед! Нет тебе места на земле! Нет тебе места в воздухе! Нет тебе места на воде! И торпеда, простая торпеда перестает быть только куском металла, начигаенного отнем, Она становится формулой ненави­сти. Торпеда балтийца это возмездие! Неукогда не было так трудно воевать подводникам на Балтике, как сейчас. Дувр­ский барраж меркнет рядом с тем, что выпало ныне на долю балтийских рыца­рей глубин.Минные поля, несущие смерть, фашистские дозоры, катера, самолеты под­стерегают наши подводные лодки в каж­дом квадрате Балтики, Сотни ловушек и препятствий стоят на пути лодок еще до модхода в район боевых операций, Знает кажлый подволник, на что он идет, И, не­смотря на это, никогда не было у экипа­жей такого неодолимого желания - ско­рей уйти в море, скорейвстретиться с вра­гом Нет сил сидеть на базе! Уходят в поход одни, с нетерпением ждут своей очереди другие. Они хотят мстить! Мы слышали речи подводников Балти­ки. О чем было их слово? О чем может говорить сейчас моряк, балтиец? 0 том.   что жжет душу. 0 мести. Дрожит голос у боцмана Петрова, ког-

25 с в В Ненависть конкретна, Зимой рулевой «малютки» был в Ленинграде Вернувшись на подводную лодку, он расжазал това­рищам о том, что видел, На проспекте Октября, у магазина. неподалеку от памятника Екатерине, стояла группа жен­шин и детей - ждали свой скудный паек, котором хорошо сказано у поэтессы «сто двадцать пять блокадных грамм огнем и кровью пополам…» Воровски подошел к городу немецкий бронепоезд, открыл беглый, торопливый огонь по жилым кварталам. Снаряд попал женщеин и детей, стоявших у магазина. Увидел подводник кровь и горе. Девочку, разорванную на части осколком Женщину, обрызганную кровью собственного сына. Услышал подводник стоны и плач и про­кЛЯТЬЯ… Как дошел подводник до стенки не помнит. Взор заволокло туманом, горело все внутри. Так хотелось в море - бить, кромсать, топить убийц со свастикой. Но подводная лодка стояла в Неве, глубоко рпаянная в лед, похожая на спящего морского льва… Надо было ждать… Недавно «малютка» вернулась в Кроа­штадт. 0 ее походе кратко сказано в од­ном из сообщений Советского Информбюро: «В Балтийском море наша подводная лод­ка потопила транспорт противника водо­измещением в 7.000 тонн». Экипаж «малютки» наградили орденами. этот день рулевой с «малютки» был задумчив и тих. Он сказал друзьям: - Уйдем снова в море потопим еще два транспорта. Это --- за Ленинград. В кругу товарищей, празлновавших победу, молчит рулевой с «малютки». Страшным виденьем, гнетущим, неправдо­подобным спом встает перед ним спена у намятника Екатерине, Жжет душу, жжет… Темнеют глаза подводника, все кичит в нем­смерть врагу, которого он встретит в море, смерть! Он будет мстить за девочку, разорванную на куски оскол­ком, за обрызганную кровью мать, за «сто двадцать пять блокадных грамм с огнем и кровью пополам…» с Ненависть конкретна, Вместе с ленин-\

ках виков О них, об этих традициях флота, гово­рит пришедший на митинт поДВОДНИКОв балтийский писатель Всеволод Вишнев ский. Обжигает бойцов его страстное, большевистское слово. Говорит он­и будто ветры девятнадцатого года ходят над головами, будто уходят с Якорной площади отцы наши, братья наши на су­хопутье бить Юденича и Врангеля, бить оккупантов, посягнувших на честь отече­ства… Балгийпы, сложившие дерзкие го­ловы свои под Царицыном, на полях Укра­ины, на подступах к Красному Петрогралу, будто встают из могил и зовут своих де­тей, новое поколение балтийцев, не по­срамить, не замарать флотской чести… Пламенная речь писателя воскресила времена девятнадцатого года. Вот так, на­путствуемые большевистским словом, ухо­дили на фронт балтийцы, неся на шты­своих возмездие врагу, И ныне, ког­да уходят подводники в поход, в бой ве­дет их правдивое слово партии больше­Открыта, правдива, пряма речь члена Военного совета Краснознаменного Балтий­ского флота корпусного комиссара Смирно­ва, приехавшего на митинг подводников. Трудные настали времена. Лихие дни. В предгорьях седого Кавказа слышна на­глая неменкая речь, У берегов Волги лю­туют черные орды. Венгро-румынская че­лядь облепила золотые, благословенные земли Юга, И член Военного совета зовет балтийпев к возмездию. Он зовет подвод­риков бить немпев так, чтобы все Бал­тийское море дрожало от этих ударов! Чтобы фрины пол Ленинградом дрожали от этих ударов! Враг сеет ненависть. Пусть он пожинает месть. Окончен митинг. Вернувшнеся с моря квепко жмут руки уходящим. В добрый путь, грузья! Курс проложен. Вьются на сентябрьском ветру флотские флаги. Батальонный комиссар А. ШТЕЙН.

Не будет немцам пощады Речь боцмана ПЕТРОВА. Товарищи! Тяжелое время переживает наша родина, Враги убивают наших бра­тьев, пытают наших отцов, бесчестят на­ших жен, сестер, невест, Пытками и по­жарами, разрушениями наших городов и сел хотели немцы запугать нас. Нет, врешь! Русский народ не запугаешь! Русские люди панике не поддаются! (Апло­дисменты, Возгласы; «Пра­вильно!»). Нас на испуг не возьмешь! Мы сами немпев запугаем! Смертью запугаем. (Аплодисменты). Перед нами, подводниками, одна цель, одна задача: то­пить немцев, топить фаши­стских гадов. Нам есть уко­го учиться, Немало хороших мне малец? 0 горе своем. Сделали немцы его сиротой. Убили его отца, моего брата, разрушили ихнюю деревню. Ну как же не мстить немцам? Как могу быть я спо­гибшего под Ржевом. Вы палачи с ним сделали? Ему, раненому, немцы отрезали нос, отрубили уши, распоро­ли живот. (С места: «Вот гады!»). Да, гады! Так раз­ве можем мы быть спокой­ными, пока по нашей земле немцы разгуливают? По должен я сказать, что



просто так, одними речами, с немцем не совладаешь. Тут мало говорить, что, мол, y меня на немца злость, Нет. Тут дело такое: раз У тебя на немца злоба есть, значит свое дело подводное ты должен знать до тон­кости. Оружие свое изучить так, чтобы оно во всякое время, в любой обстановке отлично сработало. Ненавидишь немца - утопи его в море! (Бурные аплодисменты).

дел совершили наши товарищи. Не сдин транспорт, набитый гитлеровской сволочью, отправлен балтийнами на дно, Нет такого советского человека, которому бы не причинили несчастья враги, Возь­мем к примеру меня. Недавно получил я из Калининской области письмо от десяти­летнего моего племянника, 0 чем пишет