31 июля 1941 г., № 178 (832) -
КРАСНЫИ ФЛОТ - - Ши ды вонепро
Боевая школа комиссара Было это во время гражданской вйны,начал свой рассказ т. Моисеев. Вызывает меня комиссар из цепи и товоит: «Утром будем наступать на селение. Силы у нас неравные, белых больше, подмги ждать по приходится, надо одной ротй чти в штыковой бой. Коммунистовсами знаете сколько: всего четверо. Нам на быть впереди, чтобы вся рота виденас». А меня, бывалого балтийского мряка, хорошо знали бойцы, слушали меняи верили мне. Я и газетку вслух почиа,и на митинго выступлю, и о междупародном положении расскажу. Утром, чуть свет, двинулись мы в путь. Дачлена партии и два кандидата выскочли вперад с винтовками наперевес да ккгаркнут во всю мочь: «Ура! Бей беых гадов!». За нами грозной несокруниой стеной ринулась и вся рота. Не выдержали белопогонники дружного натиска, креткого упара острого штыка. Выбили мы иизселения и все гнали и гнали, и все быи и били нещадно, до полного уничтожения, Сглубоким интересом и волнением слуминеры, сигнальщики и машинисты рассказ полкового комссара Моисеева, воскрешающий героизм, мужство, авантардную роль коммунистов вгды гражданской войны. Через час, а иже быть и раньше корабль выйдет в вре с боевым заданием. Артиллеристы, кнеры и машинисты займут свои места уорудий, у механизмов, у машин. В их яти будут жить образы бесстрашных бльшевиков, увлекавших за собой отряы, роты, батальоны на смелые дела, на борьбу с превосходящими силами противна, на защиту любимой, родной земли. I. молодым советским морякам, понятны иблизки чувства, которыми жили их отцы отрудные, суровью годы. Им понятна кволнованность седеющего комиссара, рассазывавшего о славных подвитах старшго поколения, завоевавшего счастье для снвей, для внуков дорогой ценой, ценой собственной крови, собственной жизни. Люди сидят тихо, не шевелясь, затаив ыание, и слушают воспоминания комиссро минувшем. Но эти страницы далеко звучат для них как боевой наказ, напутствие старших, обстрелянных, двших виды отцов и братьев. Петр Монсеев пришел на фронт ровно ващать пять лет назал, в самый разгар империалистической войны. В 1915 г. ушел на фронт его отец, Егор Прович, а через год и он сам. Отеп немцев на Карпатах, сын служил на Бытике, воевал против германского фло. Егор Петрович прислал молодому мапинисту миноносца «Видный» письмо: «Довелось мне, сынок, писал оец ходить шесть раз в штыковые бл Вот когда узнали мы, русские, каке они трусоватью, горманские вояки. Нкк им не устоять против российского пыка, бегут они от него и бросаюют всю ою змуницию куда попало. Я колю прояоо германца штыком на Карпатах, а пи его на море. Меня уже дважжды нузило, но это ничего, живы будем, разобъем врага…». Iверно. Ничего, жив остался Егор Петрович Моисеев, и понышо здравствует мидесятилетний бригацир колхоза «Путь лыча» в село Старый Кувак, Шугуровсоо района, Татарской республики. А ынк его, машинист с миноносца «Видный», строго выполнял батькин наказ. Моисеев бил немцев тринадцатого Петр Монсе тня тысяча девятьсот шестнадцатого тоВ этот день балтийцы потопили несколько немецких кораблей. Бил он немцев тв семнадцатом году, в знаменитом Моопндском бою, когда миноносец, на котором лужил Петр Моиссев, входил в состав 2 «стариков». Бил он немцев и в восемндатом году, на Украине, в сводном града моряков. Бьет т Петр Моисеев геринких фашистов и сейчас, спустя двадать один год, так же крепко, беспоыню,с юношеской страстью и храброСТЬЮ. Петр Моисеев рос, мужал, учился на боных кораблях, в сводных и ле идесантных пряах, в штыковых атаках. Его боевая шклаэто Ледовый поход советских корблей из Гельсингфорса в Кронштадт, разгром пемцев на Украине, борьба с бандами Юденича под Питером, Волга, Перекоп… Великолепная школа, богатейший опыт! Но полковой комиссар Моисеев, военком N-ской части катеров-охотников, учится и сейчас, учится жадно, как это умеют делать большевики, учится новому боевому опыту современной отечественной войны советского народа против германского фашгизма. Он прочел в газете корреспонденцию о том, как смело, доблестно и искусно воевал один советский катер против огромной стаи фашистских бомбардировщиков. Комиссар много раз возвращался к этой статье, подчеркнул красным карандашом несколько мест, вызвал в свою крохотную каютку агитаторов. Пришел командир отделения мотористов коммунист Корытов, пришел минер комсомолец Торшуков, пришли боцман кандидат в члены ВКП(б) Кучеренко и коммунист Файбисович. ну, послушайте, - сказал Моисеев и прочел им вслух корреспондену-цию. - Крепко? Видали, как дерутся? Поняли, зачем позвал? Так комиссар Моисеев учится сам и учит молодежь, учит смелости, военной хитрости, боевой сметке. Он приходит к орудиям и пулеметам, рассказывает комендорам, наводчикам о том, как русский мипоносец «Видный», находясь в дозоре, первым увидел немецкий корабль и порвым открыл огонь. Пока враг начал стрелять по миноносцу, русские снаряды уже заклинили у него носовую пушку и свалили трубу. Он спускается к машинистам и вспоминает, как в 1916 г. в первом же бою в машинное отделение корабля, на котором он служил, попал снаряд. Молодой еще но обстрелянный моторист Васькин, перепугавшись, крикнул: «Корабль тонет!». Малпинист Моисеев заткнул паникеру рукавицей рот, сам кинулся заделывать пробоину между котлами. Эта мудрость военкома, испытанная и проверенная в боях, вооружает молодых моряков и вдохновляет их на героические дела, на сак и моотверженные постутки. Темной ночью этот корабль выполнял ответственное боевое задание. Неожиданно в нескольких метрах за кормою раздался сильный взрыв. Вода хлынула в пробоины, стала заливать машины. Огромная волна подняла минера Карабчука к самой лебедке и бросила на палубу. Едва боец пришел в сознание, как тут же кинулся своему боевому оружию, стал спасать бомбы. Силой взрыва выбило компасы, моторы стали глохнуть. Никто не растерялся, никто не струсил. Находившиеся на корабло командир части молодой командир катера лейтенант Попов сразу организовали людей на спасение боезапаса, на ликвидацию повреждений. Ощупью, в темноте, бойцы аварийной групны, возглавляемые боцманом Захаровым, нашли все пробоины, принялись задельвать их. Все, кто был свободен, взялись откачивать воду. Главная магистраль оказалась перебитой. Один мотор и вспомогательные механизмы вышли из строя. Старшина мотористов Догадайло расставил своих подчиненных так умело, что они успевали ликвидировать поломки и откачивать воду. Когда один из мотористов в темноте ошибся и хотел перекрыть воздух в моторо, коммунист Догадайло вовремя был уже возле него, предотвратил опгибку, открыл доступ воздуху, -- моторы дали кораблю движение. Рацию сорвало, разбило, но радист комсомолец Бутырский не вышел из рубки, не оставил своего поста, а немедленно принялся приводить в порядок материальную часть. Тринадцать часов без отдыха, по колено, по пояс в водо боролись бойцы за живучесть катера. Они полностью сохранили все имущество, спасли боезапас привели корабль в базу, В кратчайший срок катер был отремонтирован, и вот он уже стоит у пирса в полной боевой готовности, этот небольшой, но быстрый и грозный советский корабль, способный в любую минуту снова ринуться на врага. ×бую минутуи Старший политрук A. ПОНЕВЕСКИЙ.
Попытка налета немецких самолетов с 30 на 31 июля истребителями далеко на подступах к Москве. Ни один из немецких самолетов до Москвы но долетел. Сбит один немецкий самолет. Наша авиация потерь не имела. на Москву в ночь Несколько десятков немецких самолетов в ночь с 30 на 31 июля пытались совершить налет на Москву. Все вражеские самолеты были рассеяны
Слова
ЗАМЯТИНА. - ны на тохитрецои бур-
Вл. с
Музыка К. ЛИСТОВА. огнем зенитной артиллерии и ночными - - го Не ДА Нет сто-По-
Умеренно mf1 +
запевало За НА Стали
Небо Москвы Затих огромный город. Потухло большое зарово его огней, светившее на многие десятки километров вокруг. Как над темной пустыней, раскинулось московскоо небо, и удивленно мигают звезды: - Где же Москва? Москва затаилась. Над древними вышКаМи Кремля, над домами, фабриками и заводами стоит глухая, напряженная тишина. Но вот протяжные гудки и вой сирен разрывают ее. На темных улицах возникает движешие, однако все пока попрежнему темно и ни один огонек не сверкает внизу. Город готовился к защите. Звукоулавливатели обращали кверху свои широкие жерла; дула зенитных орудий подымались туда, откуда доносился шум вражеских моторов. Тысячи людей влезали на крыши и становились на-страже своих домов. В последний раз проверялись пожарные рукава, готовились лопаты, мешки с песком и вода. Никогда еще не испытывал великий город нападешия с воздуха, но спокойно и уверенно готовился он к бою. Врагу не легко будет прорваться к московскому небу. Об этом хорошо знали жители Москвы. Знали о том, что вылетели грозные отряды пючных истребителей, что они встретили уже главные эшелоны стервятников, бьют и гонят их. Только немногим удается прорваться. И тогда небо Москвы вспыхивает и загорается. Длинные сверкающие копья прожекторных лучей вонзаются в небо, пронизывают его во всех направлениях, вдруг стремительно скрещиваются, и тогда в фокусе их лучей видно, как отчаянно мечется поймалный самолет, как старается ослепленный хищник уйти во мрак ночи и не может. Со всех сторон несутся опненные струи трассирующих снарядов и рассышаются тысячами искр. Мощная волна заградительного огня всюду встречает фашистов. Ни олин уголок Москвы не остается без защиты, ни один квадрат московского неба - необстрелянным. Некуда деваться там врау. Возможно, он думал, что повторится случай с Белпрадом, когда сотни «Юнкерсов» и «Дорнье» расстреливали беззащитный город, крушили его дома, из пулеметов с бреющего полета косили женщин и детей. Нет, здесь совсем другое. Здесь падо поскорее и куда попало бросать бомбы и удирать подобру, поздорову. Но и удрать не так легко. Юркие истребители пе выпускают, гонят, настигают. И тогда то пемногие, которым удалось прорваться, завидуют главным силам, отогнанным еще на подступах. Тем легко угирать во мраке ночи, а тут, в небе над Москвой, как в гигантской мышеловке. Безжалостно хватают прожекторы сверкающими щупальцами, все ближе и чаще ложатся разрывы зениток, падают сбитые самолеты и мечутся еще не сбитые. Зажигательные бомбы летят вниз. Они вспыхивают, готовые сжечь все, что плоо делит но все дежит хорошо, всеохрахо лежит. Но всо лежит хорошо, все охраняется. И но успевает бомба охватить ядовитым пламенем место, гло она упала, как к ней спешат с лопатами, с ведрами воды, с мешками песка, пожарными рукавами. Одна падает на крышу высокого дома. И, опережая других, шестналцатилетний паренек первым достигает ее. Она слишком тяжела, и он ловко толкает ее лопатой к краю крыши и торжествующе смотрит, как она летит на мостовую и как со всех сторон бегут к ней, засышают и учичтожают, как страшного, смертоносного гада.
Вмо-РЕ гость >
Люди Москвы в первую ночь учатся боевому делу. И опыт первой ночи сказывается во вторую и в третью. Москвичи энают, что зажигательныю бомбы не страшны, если во-время заметишь их падение. Уже выделяются сотни удальцов, которые тушат бомбы даже в деревянных домах, тушат пожары в их зародыше. Уже есть свои герои, свои истребители бомб. Особенно отличаются юные москвичи, те, которые горько сожалеют, что нехватает им двух-трех лет, чтобы попасть на фронт. Горячая волна патриотизма с новой силой вспыхивает в эти ночи. Нет, не удастся фашистам сломить стойкость москвичей, ослабить их боевую мощь! На их глазах бьют фашистских стервятников. Самолеты схвачены за горло еще прежде, чем они успели сбросить свой пруз, и, падая на землю, оши рвутся на собственных бомбах, находят вместе со своими экипажами бесславную гибель. Рядом с пожилыми летчиками среди фашистских трупов находят и безусых юнцов. Сильно потрепаны нервы германских летчиков, тысячи из них закончили свои полеты на полях Украины и Белоруссии, в суровых водах Балтики, на воздушных подступах к Кронштадту, куда им так и не пришлось прорваться. И после первых полетов на Москву, после первых московских ночей стало хорошо известно стервятникам, что тот из них, кто увидит сверху Москву, заплатит за это удовольствие жизнью. И недаром находят в разбитых самолетах, на исковерканных телах летчиков фляги с ромом и водкой. Страшно лететь к Москве. Не любит она незваных гостей и шспокон веков умела встречать их. Если бы досужему статистику удалось подсчитать, сколько фапистских бомб, отправленных по московскому адресу, прибыло туда, он был бы поражен плохой работой гитлеровской «почты». Сотни воронок остались в полях и лесах, окружающих Москву, - свидетельство бессилия и трусости германских летчиков, когда берут их в стальные и огненные клещи, когда их пьяный порыв выдыхается еще в зопе заградительного огня, и когда, наконец, как последний и самый страпный для них час, приходит неудержимая атака советских почных истребителей, тогда надо поскорео сбрасывать бомбы куда попало и спасать, поскорео спасать подлую, бандитскую шкуру. Мы знаем, как идут наши соколы на боевую цель. Бывало, что один из моторов уже поврежден, что самолет идет в облаках разрывов, но если он уже лег на боевой курс и сигнальная лампочка говорит летчику«Так держать!», никогда не отвернет он салолета, пока не лягут бомбы в намеченную цель. Когда знаешь, за что борешься, когда за тобой стоит великая, свободная родина, стоит Сталин, никакая опасность не кажется страшной и каждое задание на фронте выполняется. И сейчас над Москвой, в суровые эти ночи, еще раз убедились мы, как подлы и трусливы фашистские выродки, убедились в том, что только из-под палки заставляют их летать к нам, что никакой беззаветности и храбрости нет у них и не может быть, Десятки самолетов врага гибнут над Мосювой и ее окрестностями и сотни поворачивают назад, не приняв боя. Ничто не поможет им! Когда во вторую почь они думали, что облачность облегчит им проникновение к Москве, они узнали всю силу нашего запрадительного огня, Столица опоясалась огненным кольцом. Наши зенитчики но давали фалгистам ни одного прохода. То набирали высоту в шесть-семь тысяч метров, старались прорваться отдельными эшелонами, потом звеньями и одиночками, и всюду с запада, с востока, юга и севера дорогу им преграждал заградительный огонь. Он надежно прикрывал московское небо, и нельзя было прорваться сквозь его смертоносную ограду.
-
Ды
мил-ся ТАк
НЕ
Бо
свод
ный плыВет ЭХ, КАК ГА-
-
шен
му >
И
Быть
вЕДь
гс-ТЯ КАЙ
По
-
Ла-
Ет-СЯ ДА -ЕТ
ДО
У-
ГОС-ТИТЬ… - - - ПЕ ДО ТОР
Лус-
ФашиСТ
ОТ
-
ВЕ-
МЫ
ГОС
-
ТИМ
-Ю
ГЛО-
ТАЙ
ГЛОТАЙ ДЛЯ КОНЦА
ГЛО-ТАЙ
80
5.
до
-
Ю
ЗА
-
ВАИ.
(свист)
ВАЙ
(свист)
Стали бурны наши воды. В море стонет непогода. Задымился небосвод - Гость непрошенный плывет. ПРИПЕВ:
Повернулись наши дула - Видим лодку под водой. Бьем наводкою прямой! ПРИПЕВ. Вражья лодка закрутилась, Навсегда под нами скрылась. И сказали моряки: Наши воды глубоки! ПРИПЕВ.
Враг подкрался, как акула. Эх, так! Так тому и быть --- Ведь гостя полагается Как надо угостить. Пускай фашист отведает, Мы угостим торпедою. Глотай, глотай, глотай Водою запивай!
Днем ли, ночью, в непогоду Бьют врагов за наши воды Моряки страны родной Над водой и под водой! ПРИПЕВ.
Мирное население - верный помощник Красной Армии (Спецкорр. ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 ТАСС). При наступлении N-ской части в районе железнодорожной станции К. налими бойцами был разбит и захвачен немецкий штаб третьего батальона 445 пехотного полка. В штабных папках найдено обявление германского командования на русском и немецком языках, Обявление грозит жестокой расправой мирному населению, оказывающему помощь Красшой Армии. «Настоящим доводится до сведения что всо, кто будет давать военнослужащим Красной Армии гражданское платье или укрывать и снабжать продовольствием красноармейцев, будут караться смертной казнью». Но, несмотря на угрозы фашистов, население временно занятых врагом районов всемерно помогает нашим бойцам, командирам и политработникам. На-днях в N-ское соединение прибыла одна из частей, действовавшая более 20 дней в глубоком вражеском тылу Баa июля. тальонный комиссар тов. Гуревич рассказывает: -В селах, деревнях, местечках всюду, где нам приходилось бить врага и прорываться к своим, мы чувствовали крепкую поддержку, заботу и помощьнаселения. Только за день до нашего прихода в деревню Н. немцы на глазах у населения насмерть замучили раненого лейтенанта, издевались над 33 красноармейцами и подвергли пыткам всех тех, кто заподозрен в оказании помощи Красной Армии. Но это не испутало советских патриотов. Крестьяне, узнавшие о нашем продвижении вблизи деревни Н., принесли нам молоко, мясо и другие продукты. Они помогли нам во многом. В деревне А. одна колхозница, оставив дома маленьких детей, темной ночью стала нашим проводником. Под посом у немцев, лощинами и перрелеском, отважная женщина вывела всю нашу часть к переправе через реку и указала дальнейший путь к расположению наших частей. Ф. ЖАДАЕВ. ГЕРОИЗМ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИКОВ
Героические подвиги во славу социалистической родины совершают железнодорожники. На станции Н. одной из прифронтовых железных дорог от вражеских бомб загорелся состав с боеприпасами. Начальник станции тов. Немирко, рискуя жизнью, бросился к составу, отцепил и вывел из полосы обстрела 21 вагон. Машинист Н-ского депо тов. Казанский вел состав с важным трузом. В пути поезд был настигнут вражеским самолетом, Фашистский стервятник обстрелял состав из пулемета. Тов. Казанского ранило в обе ноги, но он не оставил паровоза. Герой-машинист довел поезд до станции назначения.
Самоотверженно работают путейцы. работают путейцы. Старший дорожный мастер т. Мальцев успешно руководил ликвидацией повреждений, вызванных бомбардировкой. Бригадир пути т. Моисеенко зорко охрапяет путь. Однажды ночью т. Моисеенко вышел на проверку участка. Медленно двигаясь вдоль дороги, он заметил под рельсами какой-то подозрительвый предмет. Вызвсбодив его из-под рельс, т. Мойсеенко увидел, что это была мина. Таких примеров множество. На-днях нарком путей сообщения Л. М. Каганович награцил 25 самоотверженных железнодорожников этой дороги значком «Почетный железнодорожник». (ТАСС).
Действующий флот.
плодов своих побед, как и в 1939 г., когла он начал войну с Францией и Англией. До тех пор, пока Антлия не капитулировала. а она и не собирается делать этого и, наоборот, с каждым месялем становится все сильнее, нечего было думать не только о переделе мира в пользу Германии, нельзя было даже заставить Францию согласиться на передачу Германии хотя бы части ее колоний, Флот Антлии господствует на море, и французские колонии так же недосягаемы для Германии, как и раньше. Чем дальше, тем яснее становился для всех авантюристский характер гитлеровской дипломатии. Расстройство хозяйственной жизни в странах, задавленных фашистами, настолько велико, что с них нельзя пичего получить, для того чтобы накормить «организованно голодающую» Германию. Ненависть к фашизму во всех оккупированных странах растет с каждым часом, ибо «северная раса» ведет себя в них, как подобает настоящим ландскнехтам, бандитам и варварам. Несмотря на все победы, положение гитлеровской Германии уже в 1940-41 г. было так жо «блестяще», как и безнадежно. И подлый авантюрист заметался, Ему нужны были новые авантюры, ему были нужны нозые вассалы и лкси. Начиплается движение фашизма на Балканы. Ограбить сербский игреческий народы, дойтидо Турции, а затем через Турцию до азиатских владений Англии, поставить ее на колени такова дальнейшая попытка авантюриста. Опять столь же «блестящие», сколь и безрезультатные победы. Занятие Крига было последним успехом в этом направлении. Ирак и Сирия остались в руках антличан; все попытки немцев исправить позорный провал итальянцев в Северной Африке и проникнуть в Египет окончились неудачей. Гитлер снова стоял перед разбитым немецким корытом. Англия, попрежнему непобежденная, остается недосятаемой для неистовствующей фаспистской своры. Положение Гитлера с каждым часом становилось все более безнадежным. И тутему, как истинному политическому прохвосту и авантюристу, пришла мысль наброситься на ОССР, реализовать свои старые разбойничьи планы порабощения нашего народа. По отношению к Советскому Союзу все средства дозволены, доста-
Провал гитлеровской дипломатии Снекоторого времени негодяю и политиккму жулику Гитлеру начало казаться, и о не только великий политик, но лнкий дипломат. В самом деле, не он ли, идренный опытом первой империалистиивойны, искусными маневрами предупредил возрождение Антанты, т. е. того сожшения между Англией, Францией и Роси которое было подготовлено нелепой выитикой правительства Вильгельма II и казалось роковым для Германии 1914 - 1918 гг. Но он ли, Гитлер, сделал невозхжной «войну на два фронта», всегда виюкошмаюом над сознанием руководивоенной Германии, И, наконец, разве Гитлер, проповедник новой морали курой расы», вскрыл своего рода заатории, согласно которому «вымпая» должна порабощать и закабалять ныше» обреченные на участь рабов повх сверхчеловеков. Почему, в самом деле, нать себя новым Наполеоном, вторым аркм и прежде всего первым Гитлером, м, несравненным, властителем мира, срасы», пожирающей все, что приповлено и создано не ео руками. вся бела в том, что в истории известремена и периоды, когда на сцену о подлинно великих людей в качестве й» и «пророков» выступали прохои прохвосты, политические ничтои негодяи, подлинное существо кодолго не могли раскусить современБисмарк когда-то выразился о Налюэтом авантюристе на троне цезачо это «крупная, но но признанная рность», Бисмарк был большой полиумный человек, и история, как изо одтвердила его меткую характериБонапартизм второй империи во ий держался тем, что его создатель зовко пугать буржуазию пролетарианадувать тогда еще недостаточно ый французский пролетариат, предему подачки якобы за счет буржуаb) внешней политике бонапартизм я громким именем Наполеона I и рами, которые должны были достаславу ничтожному племяннику велиНеудача, постигшая Гитлера и его военных помощников при попытке прямого нападстия на Англию энамоновала собой перкрупное поражение фашистского политического авантюризма. Последующие историки расскажут нам о десятках тысяч немцев, погребенных на дне Ла-Манша и свидетельствующих о полном провале всех попыток фашистов высадиться в Антлип. до зубов Гермалии чрезвычайно легка, Гитлер стоял, таким образом, перед своей основной целью: разбить и унизить Францию. Франция была разгромлена и капитулировала на милость победителя через 40 дней после начала германского весеннего «молниеносного наступления» (1940 г.). Французские правители оказались самыми настоящими предателями своего народа. Такими они остаются и сейчас, жалкие лакеи германского фашизма, боящиеся своего народа больше, чем Гитлера. До сих пор все как будто удавалось титлеровской дипломатьи и политике. Но разгром Франции и удовлетворенная жажда реванша вовсе не были подлинным ядром политики Гитлера. Ему прежде всего важны интересы немецкого капитала, желающего воспользоваться фашистской военной организацией и всем огромным аппаратом фашистской пропаганды для того, чтобы послать немецкий народ на очередную бойню, для закабаления свободных народов. С этой точки зрения молниеносный разгром Франции был лишь подготовкой немецкого общественного мнсстия к новой аванторе. Победа над Францией с ее морально разложившимся господствующим классом ничего не давала Германии с этой точки зрения до тех пор, пока продолкала существовать Англиявеличайшая морская держава. Вот почему хвастливая брехня фашистской пропаганды стала уверять немецкого мещанина в том, что победа над Англией будет тал же молниеносна, как и над Францией. вое Не сломила волю английского народа и отчаянная бомбежка Лондона и других городов. Зимой 1940-41 г. «любедитель» Гитлер был так же далек от использования кого дяди. И все это в один прекрасный день провалилось с треском и позором, ибо нельзя быть одновременно вождем и жуликом, проповедником и обманщиком. Лишь ничтожество безвременья создает славу бездарностям и жуликов превращаетв пророков. Современная Германия в данный исторический период находится в таком тупике безвременья, и Гитлер стал поэтому ее «великим» проповедником и дипломатом. Гитлер постепенно ликвидировал Версальскую систему. Военная оккупация Рура, плебисцит и присоединение к Германии Саарского угольного бассейна, захват и присоединение Австрии таковы первые этапы этой ликвидации. Эта дипломатия Титлера осуществлялась под флагом укрепления и завершения «напионального слинства».
в точно обявить лишь «крестовый поход» против большевизма. Победа, якобы, буцет легка, ибо, с точки зрения этого тупоголового истерика, что такое Сотакое, как не геотрафическое ветский Союз, как не конгломерат территории и народов, плохо связанных между собой? Что он понятие, война с которым будет новой победоносной военной прогулкой, сулящей к тому же немецкому фашисту из мещан или кулаков тучные земли Украины и Дона, сало, хлеб и нефть? И вот начинается последняя, самая нелепая, самая грандиозная авантюра фашистского проходимца. Листовки, разбрасываемые атентством кретина Геббельса. показывают удивительную ограниченность и тупость фашистских политиков, информированных о Советском Союзе и его внутреннем положении, повидимому, из канцелярии белогвардейцев. Тупоголовые Геббельс и сам Гитлер не могли и не могут понять, какой огромный путь вперед проделала старая Россия за 23 года после Октябрьской социалистической революции. Авантюризм всей политики Гитлера становится с каждым днем все более ясным. Дипломатия Гитлера зашла в тупик. Если нетак давно он хвалился, что не повторит ошибки Вильгельма II и не будет иметь у себя на шее войны сразу на два фронта, то топерь он сам создал себе второй, и самый страшный для него, фронт войны с СССР. Он совершил гораздо более грубую, чем политики Вильгельма II, и чреватую гибельпыми последствиями ошибку, сзлобив против себя всех, ибо соу придется иметь дело с войной не на два, а на много фронтов. и Англия попрежнему для него неуязвима с каждым месяцем становится для него страшнее. СССР ведет войну на истребление живой силы зарвавшихся фашистских пов, уже поливающих своей кровью несб - ятные просторы нашей великой и несокрушимой ролины. Стальная воля к победе, священный порыв патриотов, защищающих свою родину, честь и свободу, порыв, помноженный на передовую технику нашей страны, прикончит бешеную собаку, терзающую народы Европы и уричтожающую припадке бессильной ярости ее культуру. Проф. С. СКАЗКИН.
Мы умеем драться в любых условиях. Защита есть для нас только один из этапов боя. Мы знасм, что за ней должно последовать нападению и затем уничтоженио врага, Пелное, беслощалное! Мы принимаем бой везде, где встречаем врага. Мы бьем его от Баренцова до Черного моря, уничтожили и уничтожаем его лучшгие дивизии и корпуса, топим и поджигаем его траяспорты, танкоры, баржи с танками, его миноносцы, катера и подводные лодки. Страшной, кровавой ценой платит германский фализм за свою безумную и проступную авантюру. Провалилась «молнисносная» война. Сто миллионов угнетенных Гитлером людей -- поляков, сербов, греков, норвежцов, бельгийцев, голландцев, французов - грозят его тылу. С каждым днем горманский народ с растущим ужасом и гневом все больше убеждастся в тем, в какую кровавую бездну завлек его фализм. И в эти дни Гитлер пытается отвлечь внимание Германии и всей упнетонной им Европы «молниеносными» налетами на Москву! Но вышло! Не выйдет никогда! Небо Москвы стало для германского фашизма еще одним фронтом, где он проиграл сражение, Весь московский народ зенитчики, прожектористы, летчики, мужчины, женщины и подростки встретил врага. Уже валяются под Москвой жалкие остовы сбитых самолетов, растет их число. Наш великий вождь товарищ Сталин, народный комиссар обороны СССР, с чьим именем идут в бой Красная Армия и Военно-Морской Флот, наш народ, высоко оценил боевую работу московской противовоздушной обороны. Небо Москвы остается защищенным так жо надежно, как и любой участок нашего боевого фронта. Кирилл ЛЕВИН.
С этими фактами западные державы в свое время примирились, Следующим этапом был захват Чехословакии. Кроме Австрии нужно было присоединить к Германии те части бывшей Австро-Вентерской империи, которые были наиболее ценны с точки эрения промышлесгости. Нужно былло также уничтожить союзников Франции на континенте и тем ослабить того врага, уничтожение которого было высшим оправданием политики Гитлера в глазах мелкого немецкого буржуа. Гитлер подготовлял удар по Франции, и понадобились продажность и глубокое моральное разложение французской правящей клики, для того чтобы не понимать, что он готовил. Последовало известное Мюнхенское соглашение. Гитлер разрывал договоры и трактаты, как никчемные клочки бумаги, издевался над международными соглашениями, но к нему ездили гости, его уговаривали не шуметь слишком сильно, а в общем принимали все его агрессии и творимые им безобразия как нечто само собою разумеющееся. У кого при таких обстоятельствах не закружилась бы голова, даже более толковая, чем у Гитлера? В 1939 г. насгала очередь Польши. Победа над Польшей была длявооруженной