Уральский балет Письмо из Свердловска Свердловский театр оперы и бале­та имени Луначарского показал не­давно премьеру нового балета «Ка­менный цветок», созданного по мо­уральских сказов П. Бажова. Либретто балета написано И. Кел­лером в основном по двум сказам «Каменный цветок» и «Горный ма­стер». Действие происходит в XVII  XVIII веке. Замечательный ураль­ский мастер, резчик по камню Дани­ло создал прекрасную малахитовую вазу и в награду за это получилот барина разрешечие на брак с лю­бимой девушкой Катериной. Встретив­шись однажды со сказочной власти­тельницей горных недр, Данило уви­дел в руках Хозяйки медной горы чудесный каменный цветок и решил овладеть тайной его создания, Вме­сте с Хозяйкой медной годы он спускается в ее подземные владе­ния, где подвергается ряду испы­тании. ерез некоторое время Дани­по создает еще более замечатель­ный цветок. Хозяйка склоняется пе­ред искусством мастера, Она утра­чивает свою власть над ним, и Да­нило возвращается на землю к своей возлюбленной. Музыка композитора А. Фридлен­дера мелодически выразительна, блестяще инструментована и к тому же хореографична в полном смысле этого слова. Широко использовав богатства уральских народных пе­сен композитор создал цельное драматургическое произведение. Балетмейстер К. Муллер правиль­но почувствовал поэтическую при­роду «Каменного цветка» и поста­вил интересный спектакль, в кото­ром сказочная фантастика перепле­тается с исторической правдой. Старый спор между пантомимой и танцем К. Муллер решил безогово­рочно в пользу танца, и это во многом определило успех спектакля. в «Каменном цветке» танцев много, они подмущают своей све­массовым танцам и пляскам моло­парстве наиболее строгим посвоей классичестоболее строгим по своей K. Кузьмичева --- исполнительница роли Катерины несомненно одарен­ная актриса и танцовщица, Техника ее не поражает виртуозностью, При­влекательность танцев Кузьмичевой их пластичности, воздушной лег­кости, а главноевнутренней содер­жательности. Артистка рисует об­раз молодой русской девушки, поко­ряющий своей искренностью, чи­стотой, душевной свежестью. и Исполнитель роли мастера Дачи­лы Н. Орешкевич опытный актер хороший танцовщик, но ему нехва­тает драматической выразительности. Наиболее сложен для сценическо­го воплощения в «Каменном цвет­ке» образ Хозяйки медной горы. К сожалению, постановщик не сумел раскрыть до конца его поэтическую природу. Можно спорить о том, что пре­как говорится в сказах), но прев­ращать ее в соблазнительницу Да­нилы нет решительно никаких оз­нований. Из-за такой трактовки об­приобретает новые черты, не раз свойственные его фольклорной осно­ве. 1, в конечном счете, это приво­дит к снижению образа Данилы. Все сказанное относится не столько к исполнительнице, сколь­ко к замыслу постановщика. Что же касается Н. Млодзинской, то труд­нейшую партию Хозяйки медной го­ры она проводит мастерски. В «Каменном цветке» есть две небольших роли: хозяйского при­казчика Северьяна и приятеля Да­нилы башкирa Айлыпа. Обе эти ро­ли нашли талантливых исполнителей в лице В. Шелкова и К. Федорова. Стоит отметить также блестящее техническое мастерство Т. Каравае­вой в «танце алмаза» и очень мяг­кое, лирическое дарование 3. Хол­мовой («танец опалов»). B художественном оформлении спектакля (В. Людмилин) хотелось бы большей красочности, поэтично­сти, особенно в фантастических сце­нах, Жаль также, что слабая тех­ническая оснащенность сцены не всегда позволяет добиваться необ­ходимых световых эффектов. По­становка «Каменного цветка» в Свердловском театре оперы и бале­та творческая удача, имеющая большое принципиальное значение для развития советского балетного искусства. Евг. ВАРВАЦИ.

ЖАНРАХ  сал И. Шток. Жанровые намерения автора видны и в языке пьесы, не­сколько стилизованном. Сквозьпри­но бы ще но ет Но сущую его героям лексику явствен­проступает личная интонация автора, то патетическая, то ирони­ческая. Насколько это возможно в сценическом произведении, Шток не отказывается от активного вмеша­героев. Почему не так? Есть пьесы, где вооб­автор является непосредствен­действующим лицом, фигуриру­на просцениуме, эксперименти­рует над своими персонажами на глазах у публики. Весь воплое в Мне могут возразить: «Хорошо, пусть вы правы в спределении жан­ровых особенностей пьесы Штока, мы не принимаем самого жанра применительно к данному материа­лу, Мы считаем, что Шток искажа­а сюжет его пьесы не несет в себе никакой жизненной темы». Это другой раз­говор, Попробую ответить инаэто. не ся не Я думаю, что пьеса «Туман над заливом» трактует важную и жиз­ненную тему, Во время войны воп­ее участника, а в особенности военного профессионала, является значительной проблемой. От нее следует пренебрежительно отма­хиваться. Дело не в поощрении только. Во время войны кадровый военный, офицер армии или флота сдает экзамен, к которому готовил­всю жизнь, Я встречал десятки моряков и летчиков, для которых вопрос признания и справедливой оценки их боевой деятельности был крайне острым. Они болезненнопе­реживали случайности военной об­становки или несправедливость судьбы, мешающие этому призна­нию, Большинство из них отнюдь были людьми с раздутым само­любием. Для них это был вопрос чести. Война с особой яркостью поста­рить, Советский офицер кровью за­воевывает доверие своих товарищей и дорожит им. Потерять доверие­тяжелая травма, неизмеримо боль­шая, чем просто удар по самолюбию. Поэтому мне верится, что ские зрители, прошедшие черезвой­ну, поймут чувства Егорушкина, оценят благородные мотивы, движу­вила также еще один вопрос, О до­верии. Боевая практика упростила и тем усложнила отчетность. Ответ­занию. Серьезные оперативные ре­принимаются на основания многих слулнка, хотя его во совет-в щие его поступками, и найдут оправдание его срывам. Тема, заключенная в притче М. Блеймана о капитане Б., и тема пьесы «Туман над заливом»-разные темы, Шток не писал пьесы о том, как человек победил болезнь. Этот мотив в пьесе играет второстепен­ную роль, Но неверно утверждение М. Блеймана, что поступками Его­рушкина движут чисто личные эго­истические мотивы. Достаточно вспомнить отличный финал II акта, говорит ит не уязвленный честолю­бец, а боец и гражданин. Не производит на меня впечатле­ние жизненного неправдоподобня и упомянутая в статье М. Блеймана сцена III акта, где два друга-лет­чика отказываются отнести на свой личный счет сбитый немецкий само­лет. Но ведь на поверку оказывает­ся, что они правы самолет действи­тельно сбит ни тем, ни другим, Что же касается полковника, сбив­шего этот самолет, то откуда взял М. Блейман, что полковник скрыл это обстоятельство? Если бы это было так, то критик имел бы все основания обвинить полковника что он сделал это по прямому науще­нию автора, желавшего лишний раз продемонстрировать высокие чувст. ва своих персонажей, хотя бы во­преки логике, Но ведь в пьесе ни­чего подобного нет! Полковник ведь узнает о своем подвиге последним, почти под занавес. По моему мнению, Исидор Шток сумел в избранном им жанре прав­диво и увлекательно рассказать о наших современниках. И, может быть, именно предвзятость критерия, пре­тендующего быть универсальным, игнорирование «характера драмы», сиречь жанровых особенностейпро­изведения, помешали доброжела­тельному и вдумчивому критикура­зобраться в драме характера, на­писанного Штоком. В своей статье М. Блейман, мо­жет быть помимо своего желання, перекликнулся с Г. Бояджиевым.

ПОГОВОРИМ О тоте и правде. Но заклинания не помогут разрешить этот спор -- его разрешит только творческая практи­ка, живое соревнование различных по своим стилистическим и жанровым особенностям пьес и спектаклей, А потому - поговорим о жанрах. II.



Аденвр Крон

идет своим путем. Прекрасныйпрозанк В. Катаев в своей драматургии явно тяготеет к водевилю. Если исключить занимаю­щне особое место в его работе для театра инсценировки собственных повестей, почти все катаевские пье­сы--лирические водевили. «Квадра… тура круга» была написана почти в традиционных канонах жанра и на­писана виртуозно. Зритель понимал границы жанра и не требовал от во­девиля психологического анализа и глубоких философских обобщений. Он налету схватывал отдельные Но водевиль, как и всякий дру­гой жанр, требует точного выбора материала. Материал, взятый В. Ка­таевым для пьесы «Отчий дом», требовал более пристального, суро­вого и взволнованного взгляда ху­дожника. Примениз некоторые из испытанных приемов водевильной тех­ники к сопротивляющемуся этим приемам жиэненному материалу, ав­тор снизил свой замысел. Здесь коренится причина неудовлетворен­ности, которую вызывает эта ма­стерски построенная пьеса. эти.него Я не призываю к всеядности. Можно любить одно и не любить другое. Но нельзя отрицать за различными жанрами (они редко существуют в чистом виде) права на существование. Наоборот, зала­ча критики­помочь их становле­нию, отделить неудачный, но пло­дотворный эксперимент от грубой ошибки, псмочь драматургу в его поисках, Ибо были, есть и будут авторы-психологи и авторы-зани­мательные рассказчики, авторы-три­буны и авторы, отличающиеся ин­тимной интонацией авторы, способ­ные убеждать, доказывая, и авторы, владеющие силой внушения Ивсем им дано по-своему говорить правду о жизки. Были, есть и будут пье­сы, где все ситуации подчинены развитию характеров, живописанию нравов, и пьесы сложной интриги. Универсальной формы не сущест подверг сравнительному рассмотре­нию две разных пьесы, применив к ним одни и те же критерии. Мне кажется, ошибка М. Блеймана за­ключается в том, что он исключил из своего разбора анализ жанровой природы обеих пьес, которая раз­рить с М. Блейманом. III. социалщения корректную по тону статью, гле лична, и осудил пьесу И. Штока «Туман над заливом» с позиций жанра, противоположного тому, в котором она написана. Пьеса И. Штока не бытовая и не психологическая. Это пьеса отчет­ливо романтического склада В ней есть элементы быта, но это быт, отобранный под специфическим уг­лом зрения, быт, взятый почти как экзотика. В пьесе есть характеры и, на мой взгляд, сочно написанные, но автор явно не ставил себе зада­чи показывать их в развитии, в ста­новлении. Они привлекательны имен­ского «Сирано». Но это «нечто» орга­нично, Шток не придал искусственно североморскому летчику не свойст­венные ему черты французского дворянина, его герой -- капитан Его­рушкин сын своего класса, русский человек, северянин, И не случайно, что штоковский герой летчик лет­чик-истребитель. Именно в среде людей этой профессии, овеянной обаянием легенды, драматург ско­рее всего мог найти и отобрать черты, роднящие его героя с ле­гендарным героем Ростана. Для рождения легенды не всегда нужна большая временная дистан­ция. Отечественная война еще не кончилась, а об ее героях полко­водцах, партизанах, отважных раз­ведчиках уже ходят легенды, Пе­редаваясь из уст в уста, они теря­ют излишние, с точки зрения рас­сказчика, подробности, обрастают новыми, факты гиперболизируются, причем, как правило, обогащение сюжетной стороны идет по линии усложнения перипетий, разворота событий (зачастую с элементами сенсационности) и почти всегда за счет психологических мотивировок и нюансов. Рождается рсмантичес­кая новелла, героическое «фаблио», не во всех деталях точно совпада­ющие с действительностью, их по­родившей, но тем не менее верно отражающие заложенные в ней тен­Вот такую романтическую новел­лу, изобилующую увлекательными сплетениями обстоятельств, напи­денции,

Второй этап дискуссия по вопро­сам драматургии и театра, развер­нувшейся на страницах «Советского искусства», мне кажется более ин­тересным и плодотворным, чем ее начало, Статья Г. Бояджнева, дав­шая старт дискуссии, не открывала широкого плацдарма для борьбы мнений. Начав интересный разговор о стилевых и жанровых особенностях советского театрального искусства, f. Бояджиев договорился, в конеч­ном счете, до отрицания жанрового многообразия в сценическом изобра­женни явлений современной дейст­И. полярно-противоположная точка зре­ния, находящаяся в непримиримом противоречии с позицией Г. Еояд­жиева, Огонь дискуссии рисковал угаснуть от отсутствия воздуха, Ибо трудно начинать развернутый спор на том, на чем обычно все споры кончаются. Оставалось толь­ко подвести итоги, а противникам благородно разойтись. Статья Н. Коварского по существу исчерпала дискуссию. Но появилась статья Н. Погодина, вслед за ним выступили в печати А. -Горюнов, М. Блейман, пламя творческой дискуссии вслыхнуло с новой силой, Заговорили о конкрет­ных произведениях, и в процессе этого разговора вновь выплыли жи­вые проблемы жанра, стиля, твор­ческой методологии. Спор о быте и романтике, сюжете и характере при­нял более осязаемые формы Я ре­шительно не принимаю тона, в ко­тором Н. Погодин пишет о пьесе A. Гладкова, но Погодину можно быть благодарным за то, что он перевел дискуссию из плана прежде… временных обобщений на путь кри­тического рассмотрения творческой практики, дающей богатый матери­ал для теоретического осмысления процессов, происходящих сейчас в драматургии и на театре. возВозвращаясь к началу дискуссии, я не колеблюсь в определении сво­ей позиции, Мне думается, что пра­вы были И. Шток и Н. Коварский, нивелировки, устанавливаемые Г. Бо­и очень стоит которыми Бояджиев, ращены зиции. «У Но спектакля, но печально. К счастью, дел­об­не так. Даже те примеры, оперирует в своей статье легко могут быть прев­в аргументы против его по­Мне тоже нравится спектакль стен Ленинграда» в театре КБФ. разве не в том именно заключа­ется правдивость и простота этого что театр сумел правиль­понять жанровые особенности драматургии Вишневского - писате­ля романтически приподнятой мане­ры, склонного к публицистическому пафосу, широкому декоративному мазку? Где в этом спектакле увч­дел Г. Бояджиев быт, повседнев­ность? Именно в том и удача ре­жиссуры этого спектакля, что ее не потянуло на бытовую деталь, на психологическую подробность. Ре­жиссура сумела правильно раскрыть свойственные Вишневскому. Поставь театр КБФ пьесу Вишневского в тех приемах, которыми он пользовался при постановке погодинской «Пади яджиевым, могут быть применены к творческой практике наших театров авторов. Случись это - было бы Серебряной», и правда Вишневского обернулась бы ложью Точно так же, как правда Погодина жестоко по­страдала бы, будучи изложена сце­ническим лочерком, найденным ре­жиссурой при постановке «Стен». Наконец, кто из знающих искусст­во Акакия Хоравы, лучшего траги­ческого актера Грузин, поверит Г. Бояджиеву, что простота и правда, достигнутые им в роли Отелло, не есть нечто принципиально иное, чем простота и правда А. Тарасовой, ве. ликолепно играющей Юлию Тугину, что «театр Хоравы» не отличается глубочайшим образом от «театра Та­расовой». Кто этому поверит, зная, что романтически приподнятое ощу­щение действительности является глубоко ему присущим, коренящимся в национальном характере грузинско­го искусства, свойством таланта это­го актера? Смешивая понятия правды жиз­ненной и правды сценической, геро­изма и «геронческого театра» (кста­ти, откуда он взялся, этот термин?), Г. Бояджиез превратил «простоту и правду» в абстракцию, в заклинание, уподобившись тем самым маститому актеру, описанному им не без яда в статье «Спор о театре». Они оба (актер и Г. Бояджиев) злолне ис-



За последние годы в нашей дра­матургии произошло одно явление, которое, если подходить к нему только с знешней стороны, казалось бы, подтверждает наличие процесса нивелировки жанров. Искони в под­заголовке любого произведения, но говорю), было принято указывать жанр, в котором это произведе­ние написано: трагедия, драма, фарс, водевиль и T. д. По­давляющее большинство драматур­гов нашего времени не следует этому правилу. Изредка про­мелькнет слово «комедия», обознача­ющее обычно, что автор считает свое произведение смешным. Изред­ка какой-нибудь озорной автор на­зовет свое детище как-то по-осо­бенному: «траги-гротеском» или «ге… роической хроникой». Но окружаю­щие, как правило, смотрят на затеи хмуро. Театры их тоже не одобряют, а критики любят нронизи­розать над ними, И автор покорно возвращается к испытанной формуле «Пьеса в стольких-то действиях», Пьесы стали жанровс-анонимны. Значит ли это, что наши пьесы начисто лишены жанровых призна­ков, что зритель обречен всегда ность, многообразие форм, а не уни­фикацию. смотреть «просто пьесы», лучше или хуже написанные, а критик - по­верять их одним и тем же цирку­лем? Верно ли, что героизм нашего народа может быть отображен на сцене только одним художественным методом и вся задача автора (режи­сера, актера)-приблизиться к этому единственному решению? Социалис­тический реализм - вовсе не жан­рово-ограничительное понятие, он предполагает богатство, а не бед­революцией, новый строй жизни, новые черты в сознании и поведении человека социалистической формации, с особенной яркостью проявившиеся в Отечестзенной войне, потребовали от драматургии и театра новыхформ и средств выражения. Прежние жан… ровые категорни, сложившиеся при других общественных отношениях, оказались затвердезшими и недоста­точно емкими. Новые явления жизни явно не вмещались в каноны ряда жанров, Драматург чувствовал, что нельзя калечить и обрезать жизнен­ную правду во имя установившихся законов зрелища. Эти законы и были опрокинуты действительностью. Оп­рокинуты, но не уничтожены. Про­исходит переоценка олыта, но не ауто-да-фе. Арсенал драматургии пересматривается и обновляется, но не идет на сл м. Одни формы зре­ватную ему форму. Нельзя требовать от Н. Погодина, принесшего на сцену театра темп и ритм наших бурных пятилеток, чтоб потому, что жанров нет, но потому, что они находятся в процессе стано­вления. Гигантские трясения, вызванные Октябрьской он заключил свои открытня не толь­ко в жесткий каркас классических «трех единств», но и в традицион­ное строение «психологической дра­мы» конца XIX века. хотя пьесы Погодина и посвящены проблемам человеческой психологии. Мне ка­жется органичной многоэпизодность построения «Темпа», «Моего друга», «Аристократов», его диктует обилне свежего жизненного материала, име­

Мать

Картина Б. НЕМЕНСКОГО. военных художников им. Грекова. Н. ЖУКОВ

Студия

X. УШЕНИН,

Дорогами войны говорил, что «дать обществу каэ­тины настоящей, неподдельной вой­ны нельзя, глядя на сражение в бинокль из прекрасного далека, нужно самому все почувствовать и проделать, участвовать в атаках, штурмах, победах». Эти слова Верещагина могут быть целиком отнесены к работе «гре­ковцев» молодых военных художни­ков студии имени Грекова Они вместе с Красной Армней прошли грандиозный путь наступле­ния от Волги до подступов к Бер­лину. В суровой фронтовой обета новке складывался новый тип воен­которомуодорской которому одинаково привычны бое­вое оружие и походная палитра. Работа грековцев на фронтах стала для них своеобразной шко­лой мастерства. Здесь выросла молодежь - B. Медведев, Г. Прокопинский, Г. Черенщиков, Ф. Усыпенкои дру… гие, Здесь крепнет мастерство та­Знаменитый русский баталист Ве­рещагин, который в жизни и твор­чествесвоем является лучшим при­мером отважного художника-воина, ать ких способных живописцев. как П. Кривоногов и К. Китайка, А. Горпенко и Б. Неменский. В сту­дии много талантливых графиков М. Маторин, Н. Аввакумов, Л. Го­лованов, П. Кирпичев, В. Богаткин, E. Комаров, Г. Храпак, Н. Соколов и другие; прекрасные скульпторы -- E. Вучетич, И. Макагон, А. Ветров. Еще в 1941 году грековцы выеха­ли на передний край Это был пер­вый организованный выезд совет­ских художников на фронт. Вте трудные дни талантливый военный художник Гогиберидзе погиб на вражеских снарядов. Важнейшим этапом жизни студни была работа художников в Сталин­граде зимой 1942 года. Грековцы находились непосредет­венно в воинских частях, которые вели бой в заводском поселке, в зданиях города. Они зарисовывали боевые эпизоды, заводские корпуса, рде между разбитых станков стоя­ли наши орудия, под остовом его­ревшего вагона находился команд­ный пункт дивизии, а внутри мар­теновской печи размещался целый лазарет. Они видели и запечатлели вомно­жестве рисунков разгром немецких войск под Сталинградом, являю­щийся поворотным моментом Оте­чественной войны. Здесь художники столкнулись с материалом, какого не знала исто­рия батального искусства в прош­лом. После Сталинграда грековцы де­лали зарисовки на Дону и Днепре, под Ленинградом и в Карелии. M. Домащенко и П. Кирпичев были очевидцами и участниками ге ройческого десанта войск Красной Армии в Крыму Во время Сапун-Горы в Крыму погиб коман­дир роты. Военный художник ст. лейтенант Домащенко, зарисовывав­ший сцену боя, принял командова ние ротой. И лишь когда контр­атака немцев была отбита он атака немпев была отбита он воз­вратился к своей работе фронтово­Домащенко за доблесть орденом Отечественной - степени. го удожнака. тов. С изменением характера войны по Амии порсния ударов Красной Армни по врагу, менялись и усло­вия работы грековцев Чтобы худож­ники могли принять участие встре­мительном наступлении нашихвойск на Белорусском и Украинском фронтах, были оборудованы специ­альные походные мастерские в ав­томашинах, которые передвигались вместе с наступающими частями Красной Армии. Отечественная война выдвинула из глубин народа тысячи героев. чьи легендарные подвиги веками будут жить в памяти потомков. Запечат­леть эти подвиги в правдивых, ре­алистических формах искусства, участвовать своим творчеством в морально-политическом разгроме врага-славная и почетная задача военных художников. Эти же зада­чи сплотили вокруг студии видных мастеров советского искусства. Большую роль А. Герасимов, Б. Иогансон, Г. Са­вицкий и др., помогая грековцам овладеть высоким мастерством жи­вописи и рисунка, направляли их творчество по единственно вер­ному пути-художественной правды. Позднее в работе Художественного совета приняли участие С. Гераси­мэв, А. Пластов, Кукрыниксы, Д. Шмаринов, В. Яковлев. Ценным достоянием грековцев является их богатый запас замеча­тельных впечатлений, опыт личного участия в Отечественной войне на всех ее этапах: множество зарисо­вок, этюдов, дневников ит. п., соз­данных на полях сражений с немец­кими захватчиками. На выставке в ЦДКА можно видеть первые ре­зультаты творческого освоения это­го достояния, которое должно стать прочной базой художествен­ного роста молодых баталистов.

Возрождение города Пушкин

Исполком Ленинградского Совета! депутатов трудящихся утвердил ге­неральный проект восстановления и реконструкции города Пушкин, раз­работанный в мастерской члена-кор­респондента Академии архитектуры E. Левинсона. Генеральный проект предусматри­вает строительство большого коли­чества двухэтажных домов, значи­тельное увеличение зеленых насаж­дений.

Архитекторы запроектироваливос­становление замечательных дворцо­вых ансамблей­Екатерининского и Александровского. В прошлом году в Екатерининском дворце были ра­зобраны завалы, укреплены грозив­шие обрушиться стены, собрано много архитектурных деталей. Во многих комнатах реставрированы

паркетные полы. Собраны разрушен­кренни в своем стремлении к прос­В порядке творческой дискуссии. ные мраморные камины, выполнен­ные по эскизам Камерона.

 шительно, демону слушая доятов реэким как бы вычеркивая Дез­из своей жизни. И, наконец, признание Яго, Отелло Хи­почти корчится от боли, прыжком сражает Яго кин­жалом и затем вонзает клинокв се­бя. Но он, шатаясь, ним ханной ву на еще несколько мгновений идет, падает, послед­усилнем доползает до безды­Дездемоны и опускает голо­ее грудь. Исполнение гает ровских роли Отелло рылал­Абрара Хилоятова в число вы. дающихся интерпретаторов шекспи­образов в советском театре. нграет Сара Ишанту­исполнении Дездемона прежде всего-зерная подруга Отел­ло, которая готова сопутствовать ему повсюду, делить с ним все тя­готы его жизни. Многогранное дарование Сары Ишантураевой блистательно раскры­вается в роли Ларисы из «Беспри­данницы». Сара Ишантураева не ви­дела «Последней жертвы» в Худо­жественном театре. Но в ее работе над ролью Ларисы есть черты, близкие современным исканиям рус­ского театра.Она раскрывает этот образ, как образ, исполненный тра­гизма. Духовный мир Ларисы-Ишан­тураевой богат переживаниями, меч­тами, стремлениями, Даже Паратов это тоже мечта, рожденнаяв бес­сонные ночи, к которой невольно тянется все ее существо, Приупо­минании о Паратове Лариса Ишан­тураева оживляется, Во втором ак­те, узнав о приезде Паратова, она выбегает из комнаты, а затем, ду­мая, что он ушел, медленно кра­дется к окну. И вдруг вскрикивает, увидев Паратова, и голос ее срыва­ется, переходит на шопот. В третьем акте смятение Лари­сы при словах Паратова длится недолго, она решительно встает, со­глашаясь на прогулку. Весь после­дующий разговор с Паратовым у Сары Ишантураевой - на горьком, ироническом смешке и только во взгляде тоска и страдание, После ухода Паратова, низко склонив го­лову, Лариса слушает Вожеватова, Кнурова, Карандышева, слушает, но не слышит их, ее мысли где-то да­леко. Только слова «я вещь…» она почти выкрикивает с отчаянием гиб­нущегочеловека. Так же, как и «Отелло», «Беспон­данница»- спектакль высокого ре­жиссерского мастерства (постанов­ка Е. Амонтова, режиссер - Нази­ра Алиева). Он радует цельностью актерского ансамбля. По-новому оригинально и свежо раскрыт в спектакле Карандышев (арт. На­би Рахимов). Более обычен темпера­ментный и пылкий Алим Ходжаев Паратов; мягко, без нажима играет Робинзона Шариф Каюмов. Пьеса Шейх-Заде «Джелалетдин» обладает большими поэтическими до­стоинствами. Исторический образ Джелалетдина, бсровшегося с наше­ствием орд Чингис-Хана, чрезвычай­но спорен и сложен, Но Шейх-Заде дает своей пьесой благодарный ма­териал для спектакля (показанного недавно, в дни празднования 20-ле­тия Узбекской ССР). Постановке свойственна эпическая монумен­тальность, присущая стилю театра им. Хамза. Спектакль принес ряд актерских постижений (Джелалетдин Шукур Бурханов, Тимур Малик Абрар Хидоятов. Шах-Абид Джали­лов, Чингис-Хан-Амин Турдыев). Успешное воплощение прекрасных произведений русской классики, национальной узбекской драматур­гии, величайших трагедий Шекспира свидетельство высокой культуры и зрелости театра им. Хамза. Узбекское искусство вправе гор­диться своим театром, который всту­пает в новый этап деятельности, обогащенный опытом пережитой четверти века, полный сил и боль­ших творческих замыслов,

Гордость

К 25-ЛЕТИЮ ТЕАТРА ИМ. ХАМЗА

он первые вспышки ревности. После слов Яго о коварстве женщины, об­манувшей своего отца, Хидоятов делает мучительно-долгую паузу; все ниже и ниже склоняется егого­лова под тяжестью сомнений. И вдруг - страстный взрыв ярости. Отелло страшен в своем гневе. Он резко схватывает голову Дездемо­ны, пристально смотрит в ее глаза, словно стараясь проникнуть в нх тайну. В порыве боли и грусти, под­няв руки к небу. Отелло прощает­ся со своими «пернатыми войсками». Сцену с платком Хидоятов прово­дит сдержанно, на скупых, злове­щих интонациях, В последнем акте, всматриваясь в спящую Дездемону, Отелло нежно гладит ее: бурн кон­чились, осталось только нестерпи­мое страдание. При входе Эмилки  говорит «я убил» быстро и ре-

H. ПУТИНЦЕВ

узбекской культуры Народный артист СССР Хидоятов в роли полководца Ти­мур-Мелика из пьесы Шейх-Заде «Джелалетдин». Фото М. ПЕНСОНА. Театр привлекала большая герои­ческая тема, сильные трагедийные конфликты. Он неоднократно воз­вращается к образу народного ге… роя-борца, бросающего дерзвовен­ный вызов окружающему миру. Бытовая комедия, хотя и занимает значительное место в репертуаре театра (и имеет ряд интересныхис­Узбекский академический театр им. Хамза … старейший театраль­ный коллектив не только в Узбеки­стане, но и во всей Средней Азии Группа артистов, об единившаяся во­круг Хамза Хаким Заде-талантли­вого драматурга, композитора, ре­жиссера, общественного деятеля, начала свою деятельность еще в да­лекие дни ожесточенных боев Крас­ной Армии с басмачеством, Репер­туар актеров был невелик: несколь­ко миниатюр и концертных номе­ров, преимущественно музыкаль­но-фольклорного характера. Но уже тогда Хамза ставил перед молодым театром огромные задачи приобще­ния к русской и европейской куль­туре. В 1924 году создается Узбекская студия при театре имени Вахтанго­ва, Здесь свыше двадцати юношей и девушек под руководством Симонова, Басова, Толчанова готовят спектак­ли «Принцесса Турандот», «Ску­пой», «Ревизор» и, после трехлетне­го пребывания в Москве, показыва­ют их в родном Узбекистане. Среди студийцев-Сара Ишантураева, Лют­фулла Назруллаев, Шариф Каюмов и многие другие. Все они, влившись в труппу театра им. Хамза, быстро за­воевали в нем ведущее положение. Но еще несколько лет театростает­ся музыкально-драматическим кол­лективом. В его стенах созрело да­рование многих выдающихся певцов vзбекского, нарола (и в их числе Халима Насырова). Только в 1930 г. происходит окончательное отделе­ние драматической труппы. Уроки вахтанговцев дали моло­дым артистам глубокое знание основ театрального мастерства. Однако новый национальный коллектив его режиссеры Уйгур и Ятым Бабаджа­нов не пошли по пути простого подражания Вахтанговскому театру, Они искали в искусстве своих, са­мостоятельных путей, полнителей таких, как Миршахид Миракилов, Шариф Каюмов, Мария Кузнецова), все же не определяет творческий облик молодого коллек­тива. Принципиальное программное значение имели для театра поста­новки «Грозы», «Бесприданницы», «Лауренсии», шекспировских траге­дий. Характерен выбор советских пьес русских авторов: «Бронепоезд» «Мятеж», «Мой друг», «Человек с ружьем»… Судьба театра им Хамза тесно связана с возникновением и разви­тием узбекской драматургии. Вок­руг него группировались виднейшие национальные драматурги, писатели и поэты, На его сцене впервые поя­вились пьесы Хамзы, Яшена, Хамида Алимджана, Уйгуна, Шейх-Заде и других современных узбекских авторов. К числу наиболее интересных и значительных спектаклей театра им. Хамза за последние годы можно отнести «Отелло» Шекспира, «Бес­приданницу» Островского и «Дже­лалетдин» Шейх-Заде. Театр не впервые обращается к Шекспиру. Сыгранный в 1936 г. «Гамлет» с Абраром Хидоятовым в главной роли прошел с огромным успехом и был показан на гастролях в Москве, Спектакль «Отелло» по­ставлен около пяти лет назад (ху­дожественнным руководителем театра Уйгуром и режиссером Ладыгиным) с большим вкусом, яркостью, глу­боким проникновением в мир шек­спировских героев. Отелло играет Абрар Хидоятов. Вот он в белом плаще, в белой чалме появляется на фонeвенецианского пейзажа, пла­стичный, гибкий. с широкими, быст­рыми жестами. От его фигуры веет мощью, спокойствием и благород­ством За неторопливыми, приглу­шенными словами-большое чувство к Дездемоне, гордость за нее.Пер­вые намеки Яго, первые подозрения,

«Отелло» в Узбекском академическом театре драмы им. Хамза. Сцена из 4 артист СССР Абрар Хидоятов, Дездемона - народная артистка Узбекской

акта. Отелло - народный ССР Сара Ишантураева. Фото М, ПЕНСоНа.