И. ГРИНБЕРГ

Обобщение характера обобщения ОТВЕТ С. ОБРАЗЦОВУ * Англии, Америки и других», а в том, что Джульетта в самой глубиче своей индивидуальности несет в се­бе черты такой девушки, которая при соответствующих исторических условиях могла бы быть и в Ан­глии, и во Франции, и в Америке, , и в России везде, конечно, со сво­им национальным колоритом. C. Образцов обявляет девушку из поэмы Горького (и Царевну-Лебедь Пушкина) своеобразной «девушкой вообще», своего рода «субстанцией» всех девушек, из которой можно вы­вести всех Наташ, Джульетт и Дез­демон Но ведь если из конкретных «разновидностей» можно составить себе абстрактное понятие, то, обрат­но, в этом абстрактном понятии го­вершенно невозможно ощутить худо­жественную конкретность образа! «Когда я из действительных яб­лок груш, земляники, миндаля об­разую общее представление «плод»… то я этим, выражаясь спекулятив­ным языком, обявляю «плод» «суб­станцией» груши, яблока, миндаля и пр. …Но насколько легко из дей­ствительных плодов вывести аб-- страктное представление «плод», на­столько же трудно из абстрактного представления «плод» вывести дей­ствительные плоды». (К. Маркс - «Святое семейство»). При реалистическом изображении действительно жертвуют отдельны­ми характеристиками. Но какими? Не главными, не теми, которые дополня­ют образ или помогают в развитии ос­новного характера, А жертвуют тем, без чего главное становится более выпуклым. Это «отсенвание» част­ностей не имеет ничего общего с отвлеченным образом условного изо­бражения плаката или мультипли­кации, принципы которого С. Образ­цов распространяет на самые различ­ные виды и роды творчества. Обобще­ние же, ведущее к абстракции, чро­тиворечит реалистическому методу в искусстве. Как в плакате или народном лубке, так и в басне, и в сказке мы находим, пользуясь термином С. Об­раздова, наиболее «увеличенное» обобщение. Но животные здесь как средство изображения, не воплоща­ют человека, «как такового», «вне разновидностей». Отнюдь, нет. в баснях Крылова лиса­олицетворе­ние хитрости, ворона-разиня («про­воронила» сыр), Подразумеваются не столько люди, сколько отдель­ные нах недостатки, Ведь человек­храбрым, и трусом каким угодно. Аллегория и символ из мира жи­вотных с древнейших времен ис­пользовались как средства характе­ристики отдельных черт человека. Еще Леонардо да Винчи в своих сатирических карикатурах изобра­жал некоторых людей подобнем льва, лисяцы змеи и т. д., что яв­лялюсь особенно выразительным пон­емом характеристики главной черты персонажа. В ряду других творческих причин которых пишет С. Образцов, нель­удач мультипликационного кино, о зя забывать присущее большим мастерам чувство самой природы мультипликации и максимальное ис­пользование возможностей этого ро да искусства. Ясное ощущение художником ма­териала, из которого «строится» произведение (особенно в изобрази­тельных искусствах), необычайно важно; это имеет прямое касатель­ство к вопросу о художественном обобщении, Русский скульптор Коненков соз­дал своего изумительного «Ста­ричка-боровичка» из дерева. Это действительно старик-славянич, ему тысяча лет он кряжист и узловаг, как дуб могучих российских лесов. Никакой другой материал, кроме дерева не мог бы воплотить так этот замечательный образ! Венера Милосская не может быть создана из золота, несмотря на все богат­ство этого материала, Она может быть только из мрамора, только через него полнее всего лередаетсяоперы, красота и прозрачность обнаженного женского тела. Брюллов с негодо­ванием смотрел на безупречную гипсовую копию мраморного Лао­коона, говоря, что «он кавжется без­кожий». Одно время из чрезмерного страха перед формализмом вообще всячески избегали говорить о мате­риале, из которого строится произ­ведение, Но формалисты ловинны в ином они фетишизировали мате­риал, они отрицали конкретный об­раз, а отвлеченные абстракции сво­их представлений выражали в аб­страктном же материале. Мы не видели у них ни людей, ни натюр­мортов, a видели металл, дерево. стекло. Когда же мы смотрим на Венеру, то не замечаем мрамора, в коненковских скульптурах не заме­чаем дерева. Материал здесь орга­нично вошел в образ. Умение «взять потолок» каждого материала­это само по себе при­знак большого мастерства, Мульти­пликационное кино имеет свой пото­лок, свои, только ему присущие, воз­можности. В этой части своих суж­денийC. Образцов абсолютно прав. Шекспир, Толстой, Достоевский-- вне мультипликации. Сложные чело­веческие коллизии в реалистической трактовке - вне мультипликации. А вот «Песнь о Гайавате», Гаргантюа, Калевала, мифы, сказки-это может стать основой художественной мультипликации, И наибольшей вы­соты своего «потолка» мультипли­кация, лумается мне, может достиг­нуть в изображении мира животных и мира природы. Но значит ли это, что сказка дол­жна быть монополией только муль­типликационного кино, как это ут­верждает C. Образцов? Конечно, нет, Критика А. Корда и особенно А. Роу вполне обоснована, однако неудачи «Кащея» нельзя возводить в общий порок, в «родимое пятно» натурного кино, берущегося за сказ ку. Я помню еще на заре кинемато­графического некусства фильмы, где сказочные кони на фоне сказочного богатырского леса не казались «сказочно-нереальными». Кто же ви­новат, что, работая мало в этом жанре мы малого и достигли! То же самое и с оперой в кино, Ведь «Черевички»это первый опыт и, на мой взгляд, не особенно уда­чный. Но только на основании того, что в жизни девушка никогда не разговаривает пением, нельзя от­рицать оперный жанр в натурном кино. Ведь следуя дальше этой лю­гической схеме, надо сказать, что и на театре разговор пением - а5- сурд! В жизни ведь этого не бы­вает. Весь вопрос в том о чем метко материал ликтуют «свой манер», полить отне работ ники кино.

в. ГАпошкин

ТАИНА ПОДВИГА участников, а всей сцены в целом. По авторской схеме входящие в ком­нату комсомольцы один за другим «демонстрируют» различные формы поведения молодежи, Вот явный обы­ватель, вот смельчак, вот мужествен­ная, но не до конца, а вот и вполне мужественная… Целостный и обая­тельный образ, возникший в первых картинах пьесы, здесь оказался вдруг геометрически расчерченным и… сразу утратившим свою вырази­тельность. Зато большая психологическая правда есть в первой сцене, экспони­ровавшей отношения Зои с её това­в нне: И В рищами, в особенности с Борисом, ко­торого она любит первой чистой де­вической любовью, Только что Борие предлатал «выкупать в реке эту ора­торшу», и вдруг сразу что-то измени­лось и он увидел Зою иной, взглянул на нее другими глазами, Они идутпо берегу реки, впервые открывшись друг другу, торопясь рассказать о самом дорогом, с трудом подыскивая слова для выражения чувств, внезап­но их охвативших, А сзади плетется Клавка, зазубриваю­щая параграфы комсомольского уста­ва - антипод Зои, Прелестная сцена, которой соединяются органически добрая улыбка и серьезное чаблюде­В первых сценах Зоя не соверает, казалось бы, ничего геронческого, ав­тор не разрешает себе подчеркнуть ее незаурядность Толькоотказывает­ся она итти на весенний школьный бал, где должна была танцовать с Борисом. Отказывается с грустью, нехотя, исполняя слово, данное ма­ленькой соседской девочке Люсике посидеть с ней в темноте, рассказать ей сказку. Зоя не может нарушить свое честное слово. В этом обостренном нурстве провды к характеру героини, Алигер писала в своей поэме - еделалась правда повадкой твоей, Порывом твоим и движеньем невольным, беседах совзрослыми в играх детей, В раздумьях твоих и в кипении школьном. на и потому несколько условна. Эти строки содержат общий очерк пове­дения Зои, но не передают ее обая­чия. В пьесе формула получила живое, непосредственное и убеждаю­щее выражение Войдя в круг юноше­ских горестей и радостей, Алигер удалось воплотить те черты, которые позволили ее героине впоследствии совершить подвиг. После сухого и несколько дидак­тичного эпизода в комитете героиня пьесы в партизанской, а еще более в заключительной сцене, - предстает перед нами все той же молодой, меч­Эта формула верна, но отвлечен­тательной, любящей девушкой, вче­рашней девочкой. Этот контраст меж­ду хрупкостью Зои и тяжестью испы­тания, перенесенного пернесенногочестью,  до конца, Здесь окончательно тор­жествует поэтическая логика и утверждается сказка, исполненная самой подлинной, самой важной и решающей правды. Все, что жило в душе Зои и про­должает жить в этот последний, предсмертный час, … все ее помыслы и мысли воплощаются в зримые и слышимые образы. Снова на сцене двойное бытие. Теперь эта двойствен­ность обнажена и открыта взору са­мой героини. Она еще тянется к Бо­рису, матери, друзьям, еще мечтает, как раньше, о будущем, о работе, любви, семье, и в то же время она уже отрешена от привольного и лю­бимого мира, и самые мечты ее о бу­дущем стали уже прошлым. Все три временных плана - настоящее, про­шедшее и грядущее - здесь сдвину­ты и соединены так, как это может происходить только в поэтическом произведении. Таковы контуры этой пьесы, выра­зительной в своей эскизности и от­четливой в своей незавершенности, Одно из действующих лиц говорит в первой картине о том, что герой «и дэ того как совершает свой подвиг в чем-то герой. И как он живет на све­те, это страшно и таинственно». До­бавим, это, кроме того ипоучитель­но. В пьесе Алитер Зоя - школьни­ца, одна из своего поколения Имен­но поэтому тысячи других советских школьников и школьниц могут найти в себе силу и смелость для подража­шня героине. Потому что, как гово­рил Плутарх, героические жизне­описания должны «одновременно внушать восторженное удивление к подвигам и желание подражать со­вершившим их». Мы запомним навсегда подвиг Зон Космодемьянской и героязм красно­донцев. Факты тут как нельзя более красноречивы и значительны, Они не толькопоражают наше воображение, но и дают пищу нашему уму, застав­ляют задуматься над природой этого беспримерного душевного величия юности. Что же здесь делать искусству? Может ли художник изобразить по­ступки Зоя или молодогвардейцев еще более величественными и пре­красными, чем они есть? Правда жизни так монументальна и эначи­тельна, что искусству, казалось бы, остается на этот раз либо сложить руки, либо ограничить свою задачу простым копированнем. Но снова и снова обращаются на­пи художники к этим героическим сюжетам. Удача к ним приходит имен­но тогда, когда они - как это сде­лал в своем романе А. Фадеев, - от­казываются от писания «картин с на­туры» и выступают, как поэты и нс­следователи, стремящиеся отнюдь не к «отображению» подвига, а к рас­крытию его основы, его …Зоя в пьесе Маргариты Алигер «Сказка о правде» от начала и до по­следней картины, - только москов­ская школьница. Ни одия немецкий палач не появляется на сцене, все фактические обетоятельства зоиной смерти вынесены за пределы драма­тургического действня, Это нё слу­чайность и не «остраняющий» прием, а необходимая и естественная форма раскрытия авторского замысла; Поэ­зия Зои, ее облика, судьбы ее по­коления -- вот художественное со­держание пьесы Алитер. Поэтическое имеет свои законы, свою люгику, У него особые права и особые ограничения. Ему равно чуж­ды и непритязательная подробность бытописательства, и алгебра отвле-ключ ченных рассуждений, Наличие рифмы и строение строфы в этом случае ни­чего не решают. Пьеса, написанная честной прозой, может быть несрав­ненно более поэтичной, нежели про­изведение, созданное с помощью самых хитроумных версификационных приемов. Вот почему, говоря о поэтичности пьесы Алигер, мы имеем в виду от­нюдь не стиховые монологи, произ­носимые геронней и Борисом. Иным из них, -- из этих монологов, - как раз и свойственна та суховатость и отвлеченность, которая препятствует познанию облика героини во всей его прекрасной жизненной полноте, Зато поэтическая непосредственность есть в «школьных» сценах. Они на­писаны свободно и непринужденно. Болтовня ребят, нескончаемые, моло­дые споры, острота впечатле натлений и прямота суждений - вся атмосфера этих сцен говорит о том, чего не смогла бы выразить самая патетиче­ская тирада - о ясной и чистой, доб­рой и смелой, умной и сильной юно­ой смелой, умной и сильной оно­заключается поэтичность «Сказки о правде». Строго говоря, действительно завершен и полон только образ Зон. Остальные персонажи аккомпаниру­ют ей, доставляют ей возможность резче проявить себя, контрастируют с ней или дополняют ее. Однако хоть онии эскизны, но в эскизах этихсхва­чены различные приметные черты. Ладный, удачливый Борис; носитель мальчишеской «философии» Алеша; «ученый» Костик; простенькая Клав­истоков.простодушная ка - в каждом из них как бы звучит особая нота, каждый из них воплоща­ет частицу живого фона, на котором выступает образ поколения, вошедше­го разом в жизнь и в войну. Так возникает основная поэтиче­ская тема пьесы тема юности побед­но прошедшей через все военные ис­пытания, Пьесу движет не столкнове­ние характеров, не течение интриги, а контрастное сочетание простой. весе­лой школьной жизни этих славных мальчиков и девочек и еще незамет­ных взору, но упорно созревающих в них оил и способностей к совершению больших и трудных дел, Эта беспеч­ная молодежь уже «обречена» славе. Вот почему читатель или зритель, слушая бесхитростные и пылкие бесе­ды девятиклассников, видит в них завтрашних бойцов и партизан, видит те нити, которые уже протянуты в героическое завтра. Сквозь «быт» школьной любви, мечты и дружбы уже просвечивает великое «бытие» подлинных больших страстей. В этом контрастном сочетании есть настоящий драматизм. Он-то и де­лает «Сказку о правде» произведени­ем драматургии, дает основу для спектакля своеобразного и интерес­ного, Наши театры находятся в ожи­дании пьес, отвечающих всем зако­нам, испытанным веками, Однако в ожидании канонического совершенст­ва, они нередко оказываются ленивы­ми и нелюбопытными при встрече произведениями пусть незавершенны­ми, но выдвинутыми живым развити­ем жизни и литературы. Именно к та­ким произведениям относится «Сказ­ка о правде». Итак Зоя и ее друзья покидают прявычную школьную обстановку… Тут автор сперва теряется. Тотчас же исчезает поэтическая непосредст­венность и наполненность действия. Ее изгоняет суховатая дидактичи сть сцены в комитете комсомола, Именно, не секретаря комитета, не других ее   

В каждом виде и жанре искусства законы обобщения имеют свои гра­ницы, Нельзя абстрактно говорить о художественном обобщении, как это делает С. Образцов, переходя романа Толстого к драме Шекс­пира, сказке Пушкина и басне Кры­лова, Не потому нельзя наградить близорукостью Отелло и Гамлета, что они, как указывает Образцов, более обобщенные» образы а Каренина и Протасова можно, пото, му что это более «натуральные» ха­рактеры со многими внешними под­робностями. Дело в ином: близору­кость не в природе самого характе­ра Гамлета или Отелло, «Натураль­ный» Вронский кстати, тоже не мо­жет быть близоруким, так как это снизит его обаятельность для Анны и, следовательно, нарушит всю кон цепцию замысла Толстого. Чтобы пояонить мою мысль, при­веду ческолько примеров из твор­ческой области, наиболее близкой мне, как художнику. В плакате, например, мы видим фигуру одного рабочего у станка, протягивающего к зрителю один Это не Сидоров, не Петров, не Иванов. Мы подразумеваем весь рабочий класс нашей страны, сра­ботавший не один снаряд, а все мощное вооружение, необходимое в борьбе с врагом, Это и Петров, Иванов, и Сидоров, и миллионы им подобных обобщение, пре­дельно широкое. Но сне вовсе не значит что изображение рабочего на плакате включает» в себя чер­т всехрабочих, создававших воору­жение, Тут, очевидно, следует раз­личать широту и глубину обобще­ния. Попробуем перенести прием пла­и вы ката в картину или фреску, отвернетесь схема! В картине должны быть или Сидоров, илиПет­ров, или Иванов. Картина обобща­ет проникновением в глубину инди­видуальности, отражая общее в частном, в личном. Прекрасный мастер Б. Иогансон создал одно из лучших живописных произведений нашего времени «На старом уральском заводе». Здесь конкретный рабочий по его изможденному лицу можно предста­вить всю его жизнь; здесь конкрет­ный капиталист - Демидов вся фи­гура которого рассказываетего бно­графию и сытую натуру, Но все это настолько типическое, что может служить примером художественного обобщения. Статья С. Образцова является опытом критического анализа филь­емоОна изобилует остро­тельными утверждениями общего порядка. По мне кажется все же, что тезисы С. Образцова не могут явиться прочным основанием для развития теоретических и практиче­ских мыслей о мультипликационном кино, так как они воздвигнуты на зыбкой почве субективного понима­ния художественного образа. B самом деле: обратим вниманче на положение Образцова - «чтобы приобрести качество «увеличенного» обобщения надо пожертвовать от­дельными характелстиками» Мысль вообще совершенно бесспорна Но что же доказывает ею автор? Преи­абстракции перед кон­кретностью.

Узбекский ордена Трудового Красного знамени театр оперы и балета. «Бахчисарайский фон­тан». Мария - Розия Урманцева, Гирей - засл. артист УзССР Барановский.

K. Н. Игумнов Фрагмент портрета работы П. КОРИНА. 

Л. ОБОРИН, В. РОЗАНОВ, Я. МИЛЬШТЕЙН  К 50-летию концертной деятельности Пятьдесят лет назад концертная деятельность замеча­тельного русского пианиста Констан­по тина Николаевича Игумнова. Его творческая жизнь - это путь под­линного художника, отдавшего свой сгромный талант служению русско­му музыкальному искусству. Как исполнитель, Игумнов обла­дает яркой и своеобразной индиви­дуальностью, Он не повторил ни­кого ни в чем и одновременно про­должил лучшие традиции XIX ве­ка. Учителями его по фортепианобы­ли Н. Зверев, А. Зилотти и П. Пабет, камерному классу - В. Сафонов, по теории композиции - C. Танеев, А. Аренский и М. Ипполитов-Иванов. Дарование Игумнова многообраз­но, но одна его черта особенно вы­деляется - простота и естествен­ность исполнения. Ему чужды внеш­ние виртуозные эффекты, деланный пафос и вычурность. Игру его от­личает тонкий безупречный вкус, чувство меры и благородство выра­жения. Когда слушаешь Игумнова, то на­чинаешь понимать, что высшее ис­кусство пианиста заключается не в том, чтобы поражать слушателей фейерверком звуков и техническими трюками, а в том, чтобы передать всю богатую и сложную жизнь испол­няемого произведения. Действитель­но, талант Игумнова не вносит ни­чего нарочитого, ничего надуман­ного в исполнение: оно как бы со­Эти редкие качествя сочетаются у Игумнова с пленительной красо­той и разнообразием звучаний, По богатству колорита, необыкновенной певучести и мягкости звука, по владению всеми тайнами педализа­ции с Игумновым мало кто может соперничать. Однако никогда кра­сочность не становится для него са­моцелью. Менее всего похож он на тех музыкантов-импрессиони­стов, для которых художественное произведение, как и мир, -- ряд кра­сочных впечатлений и эффектов. Игумнов не только чувствует эту красочность, не только является ма­стером тончайшей отделки, еле уло­вимых штрихов и нюансов звуча­ний … он прежде всего стремится передать поэзию исполняемого про­неведения, раскрыть самую сущ­ность его, В игре Игумнова всегда воплощаются большие чувства и мысли. Этим об ясняется и выбор репертуара. Достаточно вспомнить поражающее своей проникновен­ностью и художественной силой игумновское исполнение последних сонат Бетховена, b-mollной сонаты Шопена, h-mollной сонаты Листа, Крейслерианы и фантазии Шумана, «Песен без слов» Мендельсона и других шедевров романтической фортепианной литературы. Но особенно ярко раскрывается великолепное дарование Игумнова в интерпретации произведений Чай­ковского и Рахманинова. В испол­нении Чайковского он достиг та­ких вершин, до которых дошли лишь избранные из избранных: среди ди­рижеров Никиш, среди вокалистов - Собинов и Нежданова. Ненеся­каемый поток глубочайшего чувст­ва, великая искренность и задушев­ность, очарование грусти, грациозность и мягкость - все это есть у Игумнова. Можно без преувеличения сказать, что его исполнение трио, фантазии, сона­ты, цикла «Времена года», fis-mollно­го вальса, колыбельной и других мелких пьес относится к числу прекраснейших достижений шнани­стического искусетва. Здесь он не знает себе равных. Репертуар Игумнова обширен и разнообразен, Он является первым исполнителем ряда произведений Скрябина, Рахманинова, Глазунова, Лядова, Ляпунова, Прокофъева, Мясковского. Многие незаслуженно забытые произведения благодаря ему были восстановлены в концерт­ном обиходе. Художественнаядеятельность Игумнова не ограничивается исполл­нительством. Он является старей­шим профессором Московской кон­серватории, создателем замечатель­ной школы пианизма, получившей признание во всем мире Игумнов воспитал целую плеяду пианистов, среди которых многие пользуются мировой известностью. Замечательный исследователь рус­ского пианизма доктор искусство­ведческих наук К H. Игумнов в настоящее время ведет большую работу по редактированию русской фортепианной литератувы. Советское правительство по до­стоинству оценило вылающиеся за­слуги Игумнова перед родиной, присвоив ему звание Народного ар­гиста РСФСР, наградив его ном Трудового Красного Знамени и теперь … орленом Ленина. Поже­лаем Константину Николаевичу сохранить на многие годы свою редкую работоспособность энергию, молодость чувств и мыслей. ВСЕСОЮЗНЫЙ КОНКУРС МУЗЫКАНТОВ­ИСПОЛНИТЕЛЕЙ веесоюзного конкурса музыкантов­исполнителей утвержден Оргкоми­тет, в который вошли: В. Сурин (председатель), М. Белоцерковский (зам. председателя). E. Грошева (отв. секретарь), B. Власов, К. Держинская, В. Дулова, С. Кнуше­вицкий, С. Козолупов, М. Максако­ва, Л. Оборин, Д. Ойстрах, Н. Спе­ранский и Д. Тонский. Третий тур конкурса состоится в Москве. Победители получат звание лау­реатов и денежные премни от 5 до  15 тысяч рублей.

 Л. ДАНИЛЕВИЧ тотснаряд. дирижера Мясковский, Моцарт, Дебюсси, Равель такова была программа концерта симфонического оркестра Союза ССР выступившего под уп­равлением дирижера А. Стасевича. 24-я симфония Мясковского - одно из лучших симфонических про­изведений последнего времени, Ак­тивное волевое начало играет в нем первенствующую роль, Ее строгая, суровая музыка словно озарена от­блеском военных лет. Взволнованным порывам, вопло­щенным в крайних частях симфонии, противолоставлена лирика средней медленной части, Ее главная скорб­ная тема вырастает в образ глубо­кого трагизма, но светлая лириче­ская струя проходит через весь финал, завершая его мягко, покой­во. Все же основное в симфонии это динамика страстной борьбы. А. Стасевич - хороший интерпре­татор симфонического творчества Мясковского. Исполнение 24-й сим­фонии было отмечено глубоким по­ниманием содержания и стиля про­извеления Выразительные краски ее первые страницы). Много тем­перамента он вложил в исполнение финала, хорошо передав энергию напряженного полифонического раз­вития. Менее удалось дирижеру Allegro deciso (первая часть) здесь порой нехватало четкости, со­бранности, не всегда была достигну­та ритмическая согласованность в оржестровом ансамбле.

началась

«Броненосец Потемкин» Энзен­штейна, «Арсенал» Довженко силь ны и величием новых идей и тем, что авторами их найден был «свой манер» немого кино. Было найдено то, чего нельзя увидеть например, в театре. С появлением гозорящего и цветного кино обогатились вы разительные средства, но они про­диктовали «свой манер» и в ком­позиции кадров, и в игре актеров, и в приемах семки. Попробуйте «По­темкина», «оцветить» и «оговорить»- повысит ли это его эстетическое звучание? Нет. Рембрандтовский офорт, суровый и мужественный в своем построении черного с белым, не нуждается в раскраске это бу­дет антихудожественно, Красками Рембрандт писал станковые компо­зиции. Ощущение остроты темы, слеци­фичности художественных средств, жанра, материала - очень важно для живописи, и для кино, и для любого другого искусства. Плохо, что в ином фильме, не просмотрев «титульного листа» авторских имен и не оправившись об этом предва­рительно мы с трудом различаем авторов-постановщиков. Разве кино такое монументальное синтетиче­ское, всемогущее искусство, веччо движущееся может обойтись без поиска, риска, творческой остроты, оригинальности? И тем более ши­рокий простор для таких поискоз открыт в области киносказки, кино­киномультипликации! публикуется ПРИМЕЧАНИЕ. Статья 1в порядке обсуждения.

После симфонии Мясковского был исполнен «Ноктюрн» Дебюсси, Зах­ватывающее впечатление произвеля хореографическая поэма «Вальс» Равеля замечательный пример симфонизации танцовального жан­ра! В основе «Вальса» лежит посте­пенный переход от утонченной чув­ственности первых страниц к сти­хийно могучему, страстному порыву. Дирижер и оркестр сумели передать капризную игру ритмов, остроту тембровых контрастов, красочную вы­разительность мелоса. Пианистка Лиза Гилельс сыграла концерт Моцарта, В ее талантливом исполнении было много огня, муже­ственной силы, но нехватало той тон­кости и одухотворенности, которой требует моцартовский стиль. Отрадно, что А. Стасевич сумел проникнуть в содержание столь сложных и различных по своему стилю произведений, как 24-я сим фония Мясковского и «Вальс» Раве­ля. Одной из положительных черт его дирижерской деятельности яв­ляется неутомимое участие в про­паганде лучших образцов советского симфонизма, Думается что этот да ровитый художник должен иметь более широкое поле концертной деятельности.

Образ Наташи Ростовой прекра­сен своей индивидуальной завершен­ностью. Джульетта - менее ин­дивидуальна, но по силе своей кон­кретности и впечатляемости этот об­раз не уступает Наташе. Он равен ей. «Анджелла Гоцци еще менее иниведуальна, чем Джульетта», Та­ким образом, она включает в себя и Наташу, и Джульетту, и Дезде­мону и еще большое множество женщин. «Превосходство» Анджел­лы над Джульеттой (а тем более над Наташей) кажется С. Образлову очевидным Выходит чем образ ме­нее индивидуе тем оолее универсаленобщечетовечен Так ли это? Общечеловечность образов и ха­рактеров не в их «универсально­сти», и не в том, что образ Джуль­етты «включает в себя образы всех других девушек Италии, Франции, *C. Образцов. «Закономерность уда­чир. «С. И.» № 24 от 15 июня 1945

лоруссии, герои штурма Берлина… Экран показывает героев, диктор на­зывает их имена, напоминает о слав­ном боевом пути частей, соединений, й, фронтов.

/ыхание времени  денная Франция», «К вопросу о пере­мирии с Финляндией, «Освобождение Белоруссии», «Берлин» и другие. И вот нашим кинооператорам до­велось запечатлеть торжественный апофеоз сражений -- парад Победы. Сюда пришли кинооператоры-фрон­товики, Задачей их было создать про­стой, ясный и точный рассказ о вели­ком событии. И хроникеры сумели пе­редать на экраие грандиозность, кра­сочность и величие парада. Четыре года жило в сердце каж­дого из нас ожидание этого дня! С верой в победу приносил народ мно­гие тяжелые жертвы, переносил ли­шения и трудности. Вождь с мудрой прозорливостью сказал народу: «Будет и на нашей улице праздник!» И вот он - этот наступивший праздник! С большой теплотой отобразили его на экране мастера кинорепортажа. Мы видим, как с самого раннего ут­ра люди были полны напряженным ожиданием предстоящего, как собрав­шиеся на Красной площади воины и многочисленные гости с радостным волнением ждали минуты появления величайшего гения человечества - Сталина. Возбужденные лица людей. протянувшихся от Белого до Черного eморя Они стоят, точно вкопанные, застывшие, как изваяние, величаво, та. Единственные, кто нарушает ве­ставляя к глазу ручные «Аймо», и снимают. Здесь я вижу и сложную аппаратуру: они снимают и в цветном варианте. Мои соседи по трибуне досадова­ли, что погода была плохая, что шел дождь. Но вряд ли кто-либо из них подумал, что это стократная ое­да для кинооператоров, И все же ап­параты трещат!Я слышу их ласковый стрекот повсюду… Авторы фильма - операторы-фрон­товики орденоносной студии доку­ментальных фильмов, режиссеры В. Беляев, И. Посельский и И. Вен-

Михана ЧИАУРЕЛИ

Да, это Красная Армия 1945 года! Этот великолепный строй крепких, мужественных людей, эту великолеп­ную технику - артиллерию, танки, мотомеханизированные части - де­монстрирует армия, только что иро­шедшая четырехлетнюю, небывалую по ожесточенности войну! Вот какова сила великого, единого, многонаци­онального советского народа, взра­щенного Сталиным, который в ту памятную нам, представителям стар­шего поколения, - зиму 1924 года поклялся привести нашу Родинук не­меркнушей славе! Вспоминаются прекрасно выполнен­ные гравюры больших мастеров, изо­бражающие батальные сцены эпохи Петра I, наполеоновских войн, карти­ны мастеров батальной живописи. Но, право, они бледнеют сегодня перед простыми кадрами кинохроники, по­казывающими рядовые эпизоды обо­роны Сталинграда или боев на Одере и у стен Берлина. Они меркнут пе­ред этими кадрами прохождения ар­мии - победительницы перед своим Верховным Главнокомандующим. На­столько величественно жизненное, ис­торическое содержание разворачива­ющегося перед нами события! Труд­но найти сравнение в длинном ряду произведений батальной живописи вот с этими простыми кадрами, пока­зывающими, как бросают советские воины к подножию мавзолея 200 не­мецких знамен, захваченных в побед­ных боях, знамен отборных дивизий и личный штандарт Гитлера, упавший Все происходящее на экране так рабочих по чертежам наших кон­структоров. Эту армию мы одели и кормили трудами наших рук, ей по­свящали мы произведения нашего ис­кусства. С законной гордостью видит зритель плоды своих трудов. Просто и бесхитростно сделан­ный хроникальный фильм о параде вызывает глубочайшие чувства, И простая хроника вырастает до высот патетического произведения о народе нашем и его неизбывной радости в дни победы, о великой народной бла­годарности творцу победы, люби­мому Сталину.

На долю кинохроники, ее работни­ков операторов, режиссеров выпала почетная миссия: правдиво и с воз­можной подробностью отобразить на­ши величественные дни, события, пюл­ные исторического значения. С какой жадностью ловим мы, сви­детели и современники этих событий, каждый кадр кинохроники, запечат­левший незабываемые мгновения славной эпохи! Красная площадь! Сегодня на ней выстроились победоносные полки

ФИЛЬМ О ПАРАДЕ НА КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ 24 ИЮНЯ 1945 ГОДА разразившуюся вне внезапно военную бу­ра внезапно военную бу р и добиться победы. И вот он - исторический парад Победы! Красная площадь… Отсюда отправ­лялись полки на великую битву со

Красной Армии, избавившей мир от злобным врагом, и тогда над нею про­нависшей над ним величайшей угро­зы. звучал голос Сталина, твердо верив­шего в свой народ и в конечную побе­ду. Вдохновленные великим вождем, народ и армия делали все для дости­жения этойпобеды, И они победили! Кто расскажет о героях-киноопера­торах, которые ежедневно, ежечасно, в боевых порядках армии, на протя­жении всех четырех лет войны, вели незаметную, но важную и ответствен­ную работу, сохраняя для мира, для истории небывалые примеры мужест­ва, отваги, геройства советских бой­цов и офицеров? Какие слова благо­дарности найти, чтобы почтить фрон­тового оператора, который, истекая лишь о своем долге перед народом? С болью в душе вскрывали на студии хроники коробку с его негативами, извлекая последние кадры, снятые его рукой, Не раз вид видели мы на экране кадр: огромный взрыв потрясает воз­дух, летят глыбы земли у самого об - ектива и кадр обрывается. Это зна­для нас оператор-герой, их создан­ший. Операторы-фронтовики ни на день не отставали от стремительно насту­павшей Красной Армии. Фильмотека беспрерывно обогащалась материа­лом. Советские хроникеры научились снимать осмысленно и целеустрем­ленно. Именно эта идейная и творче­ская направленность в их работе вы­сокий патриотизм, ненависть к врагу позволили создать такие фильмы вы­сокого звучания и мастерства, как «Разгром немецких войск под Моск­вой», «Сталинград», «Орловская бит­ва», «Народные мстители», «Освобож-

Красная площадь! Величественный вид ее сегодня напомнил мне иные дни, также запечатленные в кадрах кинохроники… …Летят ввысь комья мерзлой зем­ли; это взрывают грунт для строи­тельства мавзолея, чтобы увекове­чить память вечно живого среди нас великого Ленина. Бесконечная оче­редь тянется к входу в Колонный зал Дома союзов. Суровая зима 1924 го­да. Люди на железных жаровнях жгли уголь, разводили костры, чтобы отогреть мерзнущие руки. И в те траурные дни, дни глубо­кой всенародной печали, прозвучал Великий Сталин дал учителю клятву свято хранить ленинские заветы, при­звал народ еще теснее сплотиться вокруг партии большевиков и единой дружной семьей в самоотверженном труде обеспечить выполнение заветов Владимира Ильича. клятву вождя народов, Все последу­ющие годы кинохроника наша рас­сказывала миру об осуществлении этой великой клятвы. Славные годы пройдены советским народом под водительством Сталина! Великие годы! Ведь именно накоп­ленная за эти годы могучая сила да­ла нам возможность стойко встретить Синмали операторы-фронтовики Цент­Знамени сту ральной ордена Красного дни донументальных ровали: лауреаты Сталинской B. Веляев, И. Посельский и И. Венжер. Текст B. Л. Музыкальное Д. Блок и С. Чернецкого.

Кадры из фильма «Парад Победы». Вверху - сводный полк Карельского Фронта, внизу - немецкие знамена, повергнутые к ногам советских вои­нов-победителей. жер, писатель В. Агатов, чтец Л. Хма­ра, композиторы Д. Блок и С. Чер­нецкий поработали на славу. Теперь перед нами проходят кадры фильма… Праздничная атмосфера царит на Красной площади! И бурную ова­цию, возникающую при появлении езжают войска, могучее «ура» гре­мит в ответ на поздравление с побе­дой! Маршал Жуков произносит с мавзолея речь, и мы видимтех, к ко­му она обращена: рабочих и работ­ниц, людей науки, техники, искусст­ва, закаленных в боях воинов, внима­тельно слушающих полководца, Ар­тиллерийский салют. Марш, испол­пяемый оркестром из 1.400 человек… Начинается прохождение войск. Одиннадцать сводных фронтовых полков возглавляют прославленные маршалы и генералы, Идут герои Ле­нинграда, освободители Украины, Бе-



На защиту родины Скульптура заслуженного деятеля искусств Армянской CCP Ара САРКИСЯНА. и Выставка работ художников Креване.

оформление