вообще вся благородная, розовато-се-

`В МАСТЕРСКИХ
_ ХУДОЖНИКОВ

Широкое снежное поле, низкий го-
ризонт почти сливается с небом, лихо
мчится удалая русская тройка н
мелькают по сторонам бревенчатые
крестьянские избы, и кажется, нет
мочи ямщику сдержать неукротимый
‘бег свонх разыгравшихся гнедых. |

Это одна из ранних картин худож- |
ника. Простая и правдивая по цвету,
она надолго запоминается своей ори- |
гинальностью и динамичностью ком- |
позиции.

А вот «Баня». Опять незатейливый
сюжет, скромный серовато-коричне-
вый фон деревянных стен, но сколько
жизни и силы в этих обнаженных до-
родных русских женщинах, как ма-
стерски передано ощущение мокрого,
распаренного тела, как естественна
компановка фигур. Эта картина—одна |
из самых прекрасных работ художня-
ка_еще не закончена. Акварельный
вариант ее висит на стене мастерской.

Любимый жанр Александра Гера-
симова—портрет. Здесь творческий
темперамент мастера проявился с наи-
большей полнотой. Сколько остроты,
художнической наблюдательности в
раскрытии того или иного характера,
сколько. разнообразной выдумки, ка-
залось бы, в совершенно ограничен-
ных возможностях портретной компо-
зиции. Ненсчислимая галлерея пор-
третов ученых, артистов, генералов,
художников наших современников, |
созданная этим мастером, хорошо из-
вестна всей стране. Сейчас в мастер-
ской художника в работе новая груп-
па портретов. Вот балерина Головки-.
на — она как бы вторит прекрасному
портрету МЛепешинской, созданному
Герасимовым еще до войны и находя-
щемуся сейчас в Третьяковской гал. |
лерее. Талантливая артистка трени. |
руется перед выступлением. Вырази- |
телен ракурс лица; аксессуары ин-
терьера написаны с поистине серов-
ской артистичностью колорита. Да и

 

рая гамма картины—мягкая, воздуш-
ная, трепетная — перекликается с
творчеством Валентина Серова, этого
«мага» живописности в русском пор-
третном искусстве.

Откуда-то из-под подрамников из-
влекается небольшой портрет Игоря
Грабаря. И сразу среди присутствую-
щих в мастерской возникает веселое
оживление—это исключительно удаз-
ная работа мастера. Известный ху:
дожник и ученый Игорь Эммануило-
вич Грабарь на холсте, ‹как живой»;
характерно выражение рта, он как бы
собирается что-то сказать, за стекла-
ми очков угадываешь прищуренный,
проницательный взгляд, затылок, вы-
лепленный несколькими ударами ки-
сти, прелельно-пластически экспрес-
сивен. Еще и еще раз хочется смот-
реть на этот удивительный портрет.

Художник недавно вернулся из за-
граничной поездки, оттуда привезена
им серия портретов—маршала Воро-
шилова, маршала Толбухина и дру-
гих. В отличие от прежних портретов,
они как-то особенно нарядно-цвети-
сты, живописно насыщены.

Основные произведения Герасимо-
ва, над которыми он работает послед-
ние два года, это Московская кон-
ференция министров иностранных дея
и историческое заседание руководи-
телей трех держав в Тегеране. Слож-
ность и грандиозность задач, стоя-
щих перед художником в этих рабо-
татурчевидны, когда смотришь на
огромные, во всю мастерскую, полот..
на. За круглым столом сидят делега-
ции трех великих стран-победитель-
ниц. Рузвельт обращается с какой-то
репликой к товарищу Сталину. Этот
момент и является у художника свое-
‚ бразным узлом всей композиции.

Главное, что привлекает наше вни-
мание — это образ товарища Сталина.
В нем и мудрая простота’ великого
вождя, и серьезность данного исто-
рического момента, и обаяние люби-
мого нами человека.

Много сложных ассоциаций,  свя-
занных с суровыми днями Отечест-
венной войны, вызывает у зрителя эта
сще далеко не законченная картина.

 

Сидя в мастерской художника, пе-
ред множеством холстов, закончен-
ных и начатых, невольно вспомина-
ешь сотни других работ мастера, раз-
бросанных в музеях и дворцах куль-
туры. «Ленин на трибуне» — волную-

` щий образ вождя. Не случайно этот

портрет в миллионах экземпляров
разошелся по нашей стране. Это луч-
ший портрет Ильича, и, собственно
говоря, это одно из первых произве-
дений подлинно советской реалисти-
ческой живописи, знаменующее со-
бой определенный этап в ‘развитии

 

 

Б. ИОГАНСОН

 

Каждый новый этап в истории!
нашей родины заставляет нас, лю-|
дей искусства, задуматься о том, что |
уже сделано нами и что нужно еще
сделать, чтобы искусство наше стало
еще более прекрасным, еще более
близким своему народу. ‘Нам, pyc-
ским людям, скорее свойственно не
дооценивать себя. нежели восхищать-”
ся своими достижениями. |

За годы войны художники прошли |
трудный путь, переключившись в эти |
дни в основном на малые формы. Это- |
го требовала война. Важно было тот-
час же откликаться на события дня. |
Вместе с тем мы накапливали впечат-
ления, пока создавалась „дистанция
времени, позволяющая правильнее ви- |
деть общую картину, картину целого. |

Задачи работы над большой Ффор-
мой в искусстве, работы, прерванные |
войной, опять встали перед советским.
художником. Великая Отечественная
война обогатила наше искусство но- |
вым великим содержанием —легендар-
ными подвигами, совершенными со-
ветским народом. Родина вправе
пред’явить художнику требования
— отразить в картинах Недавнее

прошлое, отразить правдиво, ярко, |
понятно. Отразить так, чтобы сердце
художника и сердце зрителя бились

У Александра

 

в унисон.

- Достижения советской живопися
несомненны. На ближайшей выставке
наш советский зритель увидит их и
выскажет о них свое правдивое мне. |
ние. Но мы по-хорошему жадны, мы|
постоянно стремимся к совершенно- |
му. Поэтому и я, признавая все 10|
хорошее, что есть в советской живо- |
писи в целом, поразительно выросшеи
за прошедшие 28 лет, все же болею
за те недочеты, которые имеются в
нашем искусстве.

Основная наша забота—это, конеч-
но, забота о зрителе, Если художник
действительно думает о нем, не ку-
тается в тогу «аристократа души»,
стоящего на вершине горы, с высоты
которой, кстати сказать, не увидишь,
что делается на земле, если он и сам
способен быть зрителем, то не будет
никакого разрыва межлу зрителем и
художником. На творческих встречах, |
или в беседах об искусстве в тесном |
кругу друзей, когда начинается. горя- |
чий спор и оненка тех или иных яв- |
лений в искусстве идет по «гамбург-

' писного языка, «нажимают»

В. ГАПОШКИН
®

послеоктябрьского искусства. Можно
только сожалеть, что эта картина не
находится в Третьяковской галлерее.

Вепоминаются разнообразные но
трактовке и всегда оригинальные
портреты товарища Сталина. Много
лет работает художник над образом
любимого вождя, много удачных пор-
третов, проникнутых сердечной теп-
JIOTOH, отмеченных все новыми живо-
писными исканиями, созданы им. Ху-
дожник неутомимо ставит перед со-
бой новые, все более сложные задачи;
в ряде случаев портрет перерастает

|в большую историческую картину:
«И. В. Сталин на ХУТ  партс‘езде»,
«Гимн Октябрю», «Первая конная»,

«И. В. Сталин и К. Е. Ворошилов в
Кремле». И надо сказать откровенно,
это единственный у нас мастер, ко-
торому по плечу столь грандиозные
задачи в искусстве—задачи создания
монументальных исторических груп-
повых портретных композиций. Дар
художннка—редчайший и удивитель-
ный. Когда только он ‘успевает все
это делать? Вот сидит он у себя в
мастерской спокойный и простоватый,
прищуриваясь и улыбаясь разговари-
вает с вами, пыхтя неизменной своей
трубкой. А сколько у него дел вне
этих стен! Председательство в Орг-
комитете Союза советских художни-
ков руководство художниками всей
страны, этим огромным и капризным
хозяйством. Представительство в раз-
личных руководящих органах искус-
ства и т. д. Как каждый истый ху-
дожник, он подолгу может восхи-
щаться чужими удачами, любит го-
ворить о творческих успехах своих
коллег —ИМогансона, Грабаря, Павло-
ва, Петра Котова, Сергея Герасимо-
ва, Ефанова, Пластова и многих дру-
rHX.

Помню, однажды в Оргкомитете,
захлебываясь от восторга, он. расска-
зывал о маленьком карандашном ри-
сунке Жукова—«Домик зимой». «Ax,
как сделано, как сделано, повторял
Александр  Михайлович,—крыша-то
засыпана снегом; он чистую бумагу
оставил, только кое-где ударил ка-
рандашом и заставил ощутить кров-
лю. Артистически сделал!» Со сто-
роны можно было подумать, что Жу-
ков—настоящий бог рисунка, а гово-
рящий эти слова—только какой-ни-
будь начинающий самоучка.

Вот и теперь он вдруг заговорил:
«Какие мы на-днях прекрасные пей-
зажи Бакаеева смотрели! Всех пора-
зил старик, столько свежести в крас-

>

скому счету», часто возникает вопрос:
существует ли разрыв между тем, что
хочет видеть советский зритель, н
тем, что дает художник, и если су-
зществтет, то почему? Одно положе-

`ние совершенно бесспорно: в подав-

ляющем большинстве художники глу-
ко осознали, что только реалисти-
ческое искусство способно выразить
Wish своей етехи, ее думы и
падежям. М пак толко художник
(очень часто даже с хоромими наме-
рениями), желая, как ему кажется,
только более «остро», более «нова-
торски» выразить содержание, от-
клоняется в сторону, так неизбеж-
но он становится слабее, он говорит
менее понятно и‘тем самым углубляег
разрыв между собою и зрителем.
Реалистическое искусство есть та-
кое искусство, когда художник в пре-
дельно ясной форме доносит свою
мысль до зрителя, в форме настолько
высокой, что зритель сначала не заме-
чает ее, он только слышит биение

своего взволнованного сердца. Ху-
дожник, преодолевая форму, раду-
ясь своей победе над природой, до.

носит свою мысль и свое чувство до
зрителя. Вот тут-то и наступает мо-
мент, когда нужно подумать о том,
что такое реалистическая форма, что
такое подлинное новаторство, что та-
кое острота. формы.

Если в свое время Ренуар или Дега

выразили женщину Парижа, то для

выражения сущности нашей совет-
ской женщины, нашей советской де-
зушки необходима иная, созвучная
нашей современности форма. Кто же
будет с этим спорить? Эту форму
нужно искать. Нашел ли ее кто-либо
из нас — это вопрос. В одном мы
сойдемся, именно в том, что высокая
форма реалистического искусства не-
сет в себе сочетание музыкальных и
пластических начал с глубоким пси-
хологическим содержанием. Более то-
го, глубокое психологическое содер-
жание не может быть выражено без
использования этих музыкальных И
пластических начал живописи. И ког-
да «псевдоноваторы», задумываясь
над так называемой остротой живо-
педали,
желая во что бы то ни стало быть
новыми, то это’ приводит часто, по-
просту говоря, к срывам голоса, и
только. Так часто бывает на сцене,

 

 

ерасимова

ках, столько наблюдательности, ли-

ричности. Совсем молодой мастер».
В вопросах искусства Герасимоз

всегда принципиален и последовате-

|
|
|

|

лен. Многолетняя борьба с «левака- |

ми» создала ему немало врагов. Ос-
новное художественное кредо’ его,
мне кажется, можно было бы сфор:
мулировать так; «Чувство современ-

ности, оплодотворенное мастерством
великих реалистов прошлого, — это
наше искусство».

Прекрасный знаток мирового ис-
кусства, изучавший его на подлинни-
ках за границей, он больше всего
любит русское искусство. Репин, Су-

риков, Серов, Коровин-имена, наи- |

более близкие ему. Их же он под’ем-
лет, как мечи, в борьбе с рецидива-
ми формализма в нашем искусстве.
Сам он во многих портретах—под-
линный репинец в лучшем смысле
этого слова. Глубокий психологизм,

экспрессивность характера,

 

товая напряженность, порой совер-
шенно виртуозный мазок—во всем
этом как бы живут традиции велико-
го русского мастера Репина.

Правда, кое-что есть и спорное в
работах Герасимова: некоторые ‘рз-
боты как будто «недотянуты» в ко-
лорите, жестковаты, иногда безраз-
личны. Но безусловно это происхо-
дит не от недостатка одаренности у
их автора, а от неизменной спешки,
«заказной горячки» в предвыставоч-
ные кампании, иногда от вынужден-
ного пользования фото из-за отсут-
ствия живого об’екта.

Приходится только сожалеть, что
такие досадные «побочные»  обстоя-
тельства, сплошь и рядом мешающие
меньшой художественной «братии»,
влияют иногда и на таких маститых
и ведущих мастеров, как Герасимов.

Перед моим уходом из мастерской
художник как бы вспомнил: «Подож:-
дите еще минутку, покажу вам свое
интимное». И откуда-то достал не-
сколько акварелей и маленький аль-
бом с рисунками пером. Это—сюита
миннатюрных рисунков и набросков,
посвященных Тарасу Бульбе: кулач-
ный бой, Сечь, гордая голова Тараса
на коне, опять бой ит. д. Удиви-
тельный масштабный контраст: на
мольбертах монументальная «Tere-
ренская конференция», «сгусток сов-
ременности», —и крошечные листики
интимных размышлений о далеком
прошлом... М что же? Они тоже жи-
вут. Ибо это истинные жемчужины.

Покидая мастерскую, чувствуешь,
что побывал в замечательной лабора-
тории искусства, где неистощимо
бъет творческая мысль большого ху-
дожника-патрниота.

}

 

Портрет работы А. ГЕРАСИМОВА

 

когда актер «нажимает», желая что-
то подчеркнуть, но, нарушая тем са-

мым гармонию, только
слушателя.

Подлинный новатор, преподнося но-
вое толкование того или иного образа,
идет на новом диапазоне, органически
связанном с новым толкованием обра-
за, и никогда не разрывает` гармонии
целого. И тогда перед нами будет но-
вое явление, а не лоскутное одеяло
компиляций. Как это часто бывает,
«модники» в искусстве оказываются,
по существу, голыми королями. На-
днях в-газете «Советское искусство»
была помещена статья В. Городинско-
го, посвященная Василию Ивановичу
Качалову, где автор называет его
«прекрасным вокалистом». Это глу-
боко справедливо. Я воспользуюсь
этим примером, чтобы подчеркнуть
мою мысль. Читает Качалов Маяков-
ского — у него один диапазон, чита-
ет Пушкина — другой. Читает Есени-
на—третий, Все у него осмысленно,
проникнуто чувством. А раз оно, это
настоящее чувство, владеет артистом;
ни одной фальшивой ноты не издаст
звуковой аппарат, который сам по се-
бе у него чудо по совершенству пе-
редачи тончайших ощущений. Вели-
колепная школа Станиславского не
позволяет великому артисту быть
вульгарным и «нажимать». Мысль и
чувство у подлинного художника
рождают музыкальность. Музыкаль-
ные возможности художника-ак-
тера помогают прелельно. ясно’ вы-
разить смыел слова. Это—подлин-
ная классика. Отсюда такой тесный
контакт художника и зрителя. Образ
лоходит через обаяние голоса, через
правдивость его эмоционального зву-
чания. Так в реалистической живопи-
си через правду и красоту живопис-
ных созвучий доходит до зрителя
мысль художника, Будет ли это изо-
бражение цветов, фруктов, пейзажа,
будет ли это портрет, картина все
равно. Если зрителя это. захватывает,
поднимает, художнику еше более за-
хочется жить и работать; ‘значит
восхишение художника  природою
сообщилось зрителю через музыку
| красок.

Мне кажется, что искренний ху-
дожник любого склала души и даро-
вания никогда не старзется быть’ но-

режет ухо

 

 

ватором. Ему некогда ни рядиться

HeHCTO- |
вый живописный темперамент и цве-,

 

 

 

Л. Овсянников. Автопортрет. (Рису-
нок пером).

$ ©
И. БРОДСКИЙ

Мастер цветного
эетампа

Работы Леонида Федоровича Оз-
сянникова ’ впервые появились на
весенней выставке 1909 года в Ака-
демии художеств, где экспонировался
его цветной офорт «Мать < peben-
ком». Эта работа была отмечена пре-
мией имени Куинджи.

Ученик В. Матэ — выдающегося
русского  художника-гравера — Л.
Овсянников не стал его полражате-
лем. Суховатая манера учителя с его |
дробной, хотя и сильной техникой не
мешала ученикам этого мастера раз-
вивать свои индивидуальные наклон-
ности.

Искусство цветного офорта и гра-
вюры, тогда очень новое, увлекло Л.
Овсянникова на путь самостоятель-
ных интересных опытов.

Будучи пенсионером академии, JI. |
Овсянников выполнил за границей
две офортные копии: в Мадриде ‹ Ве- |
ласкеза («Ребенок из Валенси») и в
Лондоне с Рембрандта («Голова ста-
рухи»).

Совет академии одобрил результа-
ты заграничной поездки Л. Овсянни-
кова и в виде поошрения поручил
ему выполнить заказ — репродуци-
ровать в офорте «Запорожцев» Репи-
на. Работа над этим офортом заняла у |
хуложника три. года.

Дальнейшее развитие Л. Овсянни-
кова характеризуют поиски новых
живописных возможностей графики.

Чувство декоративного органично
об’единено ‘у него. с пониманием` пла-
стики формы, знанием ее законов и
большой свободой в средствах ее вы-
ражения.

Гравюрам на картоне Л. Овсянни-
кова свойственны особая прелесть гу-
стого, живописного тона и богатство |
цвета и фактуры. Исполненные cy-|
хой иглой гравюры «Пейзаж c лу-
ной», «Деревья», «Вечер», «В парка»
отличаются многообразием художест-
венных эффектов, тонкостью цвето-.
вых и тональных определений.

Эти цветовые возможности глубо- |
кой печати при работе на картоне раз- |
нообразно используются художником |
и особенно успешно применяются им |
в пейзажах, Именно в пейзажах |
творческий облик JI. Овсянникова
раскрывается наиболее полно и орга-
нично. Каждому его пейзажу прису-
ще эмоциональное содержание.

Серия последних габот Л. Овсян-
никова на темы СаМазканда — сви-
детельство значительного роста ма-
стерства художника. Если в первый,
ранний период его творчества он до-
бивался фешения преимущественно
свето-теневых задач, то теперь живо-
писность целого достигается им. на|
основе разработки цвета. В компо-
зициях «В старом городе», «У Реги_
стана», «Дорога в город», «У хауза»
он достигает очень сильных обобще-
чий. Правда, в отдельных работах он
подчас чересчур увлекается экзотч» |
кой Востока.

Умение передать экспрессию ли-
ца всегда отличало художника: «Го-
лова старика», «Портрет В. В. Ма-
тэ», «Автопортрет» — убедительные
решения по пластике формы, остроте
композиции и верности психологиче-
ской характеристики. Менее интере_
сен художник в тех пейзажах и порт-
ретах, где он лишь иллюзионистски |
воспринимает внешний мир и не ищет |
целостного эмощиюнального образа.

В целом выставка Л. Овсянникова |
прекрасно иллюстрирует итоги 35-
летнего творческого пути талантли-
вого художника.

 

 

Выставка работ художника Л. Ов-
сянникова открыта в Ленинградском

союзе советских художников.

 

 

перед зеркалом в костюм «дэнди», ни
напяливать на себя вериги юродивого.
Оч работает. Пушкин нё потому был
великим поэтом, что он был новатор,
— наоборот, он был новатором пото-
му, что был великим поэтом. Это у не-
го рождалось в процессе творчества
органично. Мы, прожив в молодом со-
ветском государстве 28 лет, страшно
торопимея, иные истерики кричат в
тревоге—где же новая форма? Kpx-
чат и не замечают, что всем ходом со-
бытий она созидается, что культура
советского художника достаточно вы-
еока и она растет. Растет и его ма-
стеретво. Советский художник сегод-
ня к самому себе пред’являет уже не
те требования, какие он пред’являл
вчера. Новая форма не должна по-
явиться в результате преждевремен-
ных родов. Задачи, поставленные со-
ветским народом советскому искус-
ству, слишком велики и серьезны.
Мы, работники искусства, зараже-
ны профессионализмом, который веч-
но, как тень, идет с нами. Писатель,
актер или художник постоянно и не-
заметно вбирает в себя впечатления
и ошущения жизни. Беседует ли он
с прекрасною женщиной, он не про-
сто любуется ею, — он наблюдает,
как подернулась губа, как сузились
веки, как ветер развил локон волос,
и уже, как Плюшкин, собирает все,
что попадается под руку, все, что|
может пригодиться. Смотрит ли он
на небо — он уже запоминает, как
нежно переливаются това зари, пере-
ходя в пурпур заката и. вместо того,
чтобы после дневной работы  поды-
шать воздухом, чего доброго, побе-
жит тотчас же за этюдником. Пой-
дет ли в музей, — и уже незаметно
для самого себя начинает «нюхать»
картину: как это сделано, как под-
малевано, чем лессировано. Порой,
сам обозлившись на себя за это, пой-
дешь в музей просто посмотреть кар-
тины, как смотрит советский зритель,
и при этом посмотреть такие, кото-
рые были бы интересны содержанием,
не привлекали бы особым гурманет-
вом живописи. Как необычайно инте-
ресно тогда видеть в картинах прошлое
своего народа, обстановку, костюмы,
архитектуру прошлого, жизнь раз-
личных классов старой России. Кро-
ме того, как восхищает и берет за
душу тонкость психологической кан-
вы произведения, ясность мысли рус-
ского художника основное каче-
ство русского таланта. Я не буду го--
ворить о титанах русской живописи
— Сурикове, Репине,

 

потому что о ‘сапожника, пищущем

А. ЛЕБЕДЕВ

 

Открылся Государственный Эрми:
таж — крупнейший музей СССР и
один из самых крупных музеев мира.
Вновь стали доступными широким
массам зрителей его бесчисленные co-
кровища.

Полностью восстановлена знамени:

| тая Галлерея героев 1812 года, лод-
| жии Рафаэля, открыты залы антич-
| ного искусства,
| кусство Западной Европы ХУ—ХУШ

демонстрируется нс-

веков, функционирует большая вы-
ставка памятников искусства народов
Востока. Кроме того, экспонирована
выставка драгощенностей, так назы-
ваемая «Особая кладовая», открытая
в значительно расширенном по срав-
нению с довоенным временем виде.
Одновременно действует Кутузовская
выставка. В скором времени будут
открыты дополнительно некоторые
разделы картинной галлереи, отдел
нумизматики, отдел истории перво-
бытной культуры, выставка памятни-
ков искусства древнего Египта.

Нападение фашистов в 1941 году
прервало работу Эрмитажа. На зда-
ния Эрмитажа посыпались бомбы и
снаряды. Около 30 снарядов попало
в здания музея. Но все основные цен-
ности в начале войны были вывезены
на Урал. Тонны упаковочных матерни-
алов, таких, как папиросная бумага,
пробковые опилки, клеенка, были из-
расходованы для предохранения пред-
метов от повреждения.

Скульптура укреплялась в ящиках
при помощи специальных  пружиня-
щих конструкций. Некоторые полот-
на заклеивались слоем  папиросной
бумаги, предохраняющей красочный
слой от трешин и выпадания. При
этом много инициативы и изобрета-
тельности проявили музейные рестав-
раторы, возглавляемые замечатель-
ным мастером и знатоком реставра-
ционного дела Ф. Каликиным. Co-

`трудники Эрмитажа эвакуировали на

расстояние нескольких тысяч кило-
метров один миллион сто семнадцать
тысяч памятников (это в 28 раз пре-
вышает общее число экспонатов
Третьяковской галлереи!).

Вывезенные в глубь страны сокро-
вища Эрмитажа тщательно хранились
группой сотрудников музея во главе
с проф. В. Левинеоном-Лессингом. В
хранилищах строго соблюдался не-
обходимый режим температуры и
влажности, по всем правилам музей-

ного хранения было организовано на-

блюдение за состоянием вещей. Пос-
тоянно производились вскрытия ящи-
ков для определения состояния цен-
ностей и лля их переупаковки.

Научные сотрудники Эрмитажа, на-
ходившиеся в эвакуации и хранившие
основные музейные коллекции, в пе-
риод Отечественной войны прочитали
в госпиталях, школах, воинских час-
тях несколько тысяч лекций по воп-
росам искусства. Профессоры М. Гряз-
нов и А. Иессен вели археологичес-
кие раскопки, обнаружившие стоянки
первобытного ‚человека на Урале.
Реставраторы Эрмитажа провели ре-
ставрационные работы над картинами
Сверллозского,. Нижнетагильского и
Омского музеев.

Необычайно велики заслуги ра-
ботников музея, остававшихся в Ле-
нинграле,. мужественно в условиях
блокады хранивших  остававшуюся
часть коллекций и оберегавших зда-
ние Эрмитажа вместе с принадлежа-
щим ему Зимним дворцом.

°

Во главе со своим директором—ака-
демиком И. Орбели, фанатически лю-
бяшим Эрмитаж, сотрудники тушили
падающие «зажигалки», носили песок
в здание дворца для борьбы с пожа-
рами, укрывали в подвалах бесчис-
ленные скульптуры, мебель, рамы,
витрины. |

При этом многие не прекращали
научной работы. Крупнейший специа-

лист в области истории прикладного |.

искусства Э. Кверфельдт написал
большой труд по истории стильной
мебели, обнимающий период от вре-
мен античности до ХХ века. Многие
замечательные члены коллектива Эр-
митажа погибли в эти тяжелые дни
блокады, выполняя свой лолг. Нет
уже крупнейшего <спениалиста-нуми-
змата Ильина, погиб видный ученый
Кубе, умер Дервиз и многие другйе.

Уже с 1944 года начались в музей-
но-дворцовых зданиях восстанови-
тельные работы. Об об’еме их дает
представление следующий факт: ког-
да были вставлены в окна музея стек-
ла, общей плошадью в два гектара,
то оказалось, что нужно остеклить
еше очень много окон.

В октябре 1945 года была проведе-
на реэвакуация коллекций. Прибытие
первого ящика с реэвакуированными
ценностями в здание музея было оз-
наменовало пуском курантов Зимне-
го дворца, не действовавших 29 лет,
и поднятием над Зимним дворном
штандарта.

«BOT ящик с тончайшим старым
китайским фарфором, вот баул с ред-
чайшими античными изделиями из
стекла, здесь скрыта знаменитая,
приобретенная в свое время с огром-
ными трудностями Петром Великим,
Венера Таврическая — бесценный па-
мятник древнего искусства. В этом
ящике — неннейшие рисунки и пас-
тели. В другом — 6 полотен Рем-
брандта и «Мадонна Литта» Леонар-
до да Винчи. В третьем — сотни ред-
чайших предметов из золота и драго-
ценных камней — целая история ев-
ропейского ювелирного искусства, и
знаменитые скифские клады. Не ваз-
бились ли редчайшие фарфоровые
изделия, не появились ли следы сы-
рости на нежнейших пастелях, не от-
ломилась ли деталь у хрупкой дра-
гоценной скульптуры Микельандже-
ло и нет ли плесени или царапины на
знаменитых полотнах Рафаэля и Ве-
ласкеза? Вот вопросы, которые волно-
вали всех сотрудников.

Но велика была их радость, когда
при вскрытии ящиков не было обна-
ружено никаких повреждений.

По возвращении ценностей, кол-
лектив музея принялся с необычай-
ной энергией за восстановление экс-
позиций. День и ночь шли восстано-
вительные работы. На 22-й день экс-
позиции были восстановлены, и ма-
жорная музыка духовых оркестров

 

радостно приветствовала первых по-
сетителей — красноармейнев, ученых,
артистов, рабочих, генералов, офице-
ров, служащих, студентов. Ко дню
своего открытия Эрмитаж выпустил
целую серию научных работ и исселе-
дований. Tax, вышли в свет Т том
«Трудов отдела античного мира», I
том «Трудов отдела нумизматики»,
исследование И. Левиной о Гойе и др.

 

 

В Эрмитаже. Академик И. Орбели осматривает распакованные картины,
| Фото В. Федосеева (ТАСО).

них много сказано. Я возьму худож- |

ника, который по живописному сво-
ему дарованию меньше этих гиган-
тов, меньше и Федотова, родона-
чальника русского жанра, я буду го-
ворить о Владимире Маковском, не-
обычайно даровитом художнике, об-
ладавшем талантом психолога. Да,
мне кажется, что он был бы замеча-
тельным. актером. Я попробую разо-
брать некоторые. его картины, рас-
сказать, о чем они говорят мне. Возь-
Mem ero картину «Об’яснение в люб-
ви». Не надо подписи. Не надо об’яс-
нений. На даче летом, когда так ча-
сто зарождаютея всякие мысли н
мечты о любви, о которых так чу-
десно пишет в своих рассказах Че-
хов, студент в белом кителе стоит у
рояля, красный от смущения, рас-
сматривает свои ног\фи, выдавливая
слова: «Я люблю вас, Наденька». Кто
он и что переживает, чего ждет от
него Наденька? По выражению де-
вушки, сидящей у рояля, чувству-
ешь, что не он ее герой, не его она
ждала, не его, тлуловатого, обыч-
ного, которого, в лучшем случае,
ждет карьера бесталанного юриста.
Рассказать все это так тонко, так
изууительно мог бы еще только Че-
хов. Найдите это в западном искус-
стве, изошренном в мастерстве вы-
полнения. Разве можно найти что-ли-
бо подобное у голландцев? Я убеж-
ден, что только русский талант спо-
собен на это. Z

Возьмем другую простенькую кар-
тинку «К сыну». Мать пришла к сы-
нишке, принесла ему калачик. Сы-
нишка отдан к сапожнику, пережил
побои, издевательства, бегал за BOT.
кой. Так и чувствуются слова мате-
ри: «Потерпи, сынок, станешь сам
мастером, все пройдет». О многих
картинах Маковского можне писать
целые рассказы.

Я предвижу, что художники с иро-
нической улыбкой спросят меня:
«Стало быть, вы ориентируете со-
ветский молодняк, о котором вы так
печетесь, на Маковского? Ориенти-
руете на Маковского. когда у нас
есть Суриков, обладающий талантом
неизмеримо большего масштаба, ху-
дожник-психолог, ' драматург шек-
спировского размаха, и мастер вели-
чайщего живописного = дарования,
есть Репин, обладающий. леми же
качествами?» Я отвечу: «Может быть
Шекспир, может быть и Чехов, с его
дачными рассказами, ‘се чудесным
рассказом ‘© Ваньке'— подмастерье
«на деревню,

дедушке» каракули о своей тягост-
ной жизни». Почему я опять и опять
называю имя Маковского? Гютому,
что жанра советского у нас, в сущ-
ности, еще нет. Если и есть попыт-
ки его создать, то единичные. Мы
пыжимся поднять обязательно значи-
тельные и «великие» темы, сплошь
да рядом с негодными средствами. Я
не хочу, чтобы меня упрекнули в не-
дооценке больших тем, но я хочу
сказать, что нам нужны и картины,
раскрывающие повседневную жизнь.

Я также предвижу вопросы ху-
дожников, облеченных в одежды слу-
жителей «великого» искусства: «Как
можно говорить об анекдотах Маков-
ского, когда есть Рембрандт, Тициан,
Веласкез, Веронез, великие францу-
зы, наконец, наш гениальный Алек-
сандр Иванов?»

Я никогда не понимал и, вероятно,
никогда не пойму величайшей узостн..
сектантства некоторых художников;
один на всю жизнь «ушиблен» Ма-
тиссом, другой Дереном, третий всю
жизнь молится на Александра Ива-
нова. Почему нельзя оценить худож-
ника в меру дарования; отпущенного
ему природой? По-моему, это совер-
шенно неверно. Если я взял Маков-
ского, то именно затем, чтобы обос-
новать мое глубокое убеждение, что
в советском искусстве именно жан
является его ахиллесовой пятой.
Причины оскудения живописи в этом
отношении для меня ясны: между ис-
кусством передвижников, между жи-
вописью Сурикова и Репина и после-
дующим искусством произошел глу-
бокий разрыв. Импрессионисты от-
крыли новые возможности живопи-
си. Но вскоре живописцы, в том чис-
ле и ряд классиков импрессионизма,
не удовлетворенные достижениями
импрессионизма, как искусства  цве-
та и света, перекинули мост к MO-
нументальной ‘форме, HO вместо
того, чтобы обратиться к великим
традициям старых мастеров (как это
случилось с Эдуардом Мане, открыв-
шим миру глаза на Веласкеза), они
‚вдруг встали на путь формализма и
пошли до Пикассо на Западе и до
черного квадрата у Малевича у нас.
Дальше итти было некуда.

Мы пережили ‘увлечения жи-
вописными достижениями  импрес-
сионистов, они обогатили нас, мы пе-
режили и увлечения монументальной
формой, они помогли нам задуматься
о твердом каркасе композиции. Мы
пережили всяческие «измы». И, нако-
нец, обуяла нас тоска: когда же, ког-

Эрмитаж сегодня

Эрмитаж обладает первоклассным
научным коллективом, руководимым
директором Эрмитажа академиком
И. Орбели. В коллектив входят чле-
ны-корреспонденты Академии наук—
К. Тревер, А. Якубовский, М. Добро-
клонский, профессоры — М. Матье,

В. Левинсон-Лессинг, И. Лурье,
М. ЩШербачева, MK. Мацулевич,
Б. Пиотровский, А. Быков, Т. Ка-
менская, А. Иессен, М. Грязнов,

Е. Лисенков и многие другие. Этот
коллектив продолжает напр яженно
работать над рядом научных проблем
и научно-популярных работ, среди
которых одно из первых мест зани-
мает многотомная Всеобщая история
искусств. По ряду наук, в частности,
по ряду разделов вспомогательных
исторических дисциплин (сфрагисти-
ка, палеография, нумизматика и др.)
Эрмитаж располагает не только круп-
нейшими, но и единственными в СССР
специалистами. Как-то было подсчи-
тано, на скольких языках разговари-
вают сотрудники Эрмитажа, и оказа-
лось, что число их превосходит 40,
среди них — редчайшие древние на-
речия, совершенно исчезнувшие в на-
стоящее время.

Эрмитаж не просто восстанавлива-
ется, а возрождается в расширенном
виде, в смысле увеличения экспози-
ционных площадей и новых экспона-
тов. Огромный Зимний дворец теперь
полностью передан Эрмитажу. Общая
кубатура зданий Эрмитажа достигает
фантастической цифры — миллиона
кубических метров.

Двадцать пять лет тому назад тю
инициативе и под руководством
И. Орбели при активном участии
К. Тревер, А. Якубовского, М. Матье
И др. начал создаваться в Эрмитаже
новый отдел — отдел Востока, пер-
воначально  насчитывавший около
6.900 памятников. Сейчас этот отдел
является самым крупным в музее —
музеем ‘истории искусства и культу-
ры наролов Востока, насчитывающим
свыше 100 тысяч памятников. По pa-
ду коллекций, как, например, по соб-
ранию иранского искусства, он стоит

 

вообще вне конкуренции, а в области
скифского,  греко-бактрийского ис-
кусства является елинственным и
монопольным хранилищем  памятни-
ков. В последние годы в Эрмитаже
был создан и другой новый, теперь
первоклассный отдел‚—истории пер-
вобытной культуры, обогащенный
редчайшими и ценнейшими памятника-
ми, обнаруженными научным коллек-
тивом музея во время археологичес-
ких экспедиций. Ныне, в связи с рас-
ширением экспозиционных плошадей
музея, стала возможной организация
важнейшего отдела — отдела русской
культуры. который должен, в част-
ности, с исчерпывающей полнотой на
выдающихся памятниках показать
нигде сейчас систематически не де-
монстрируемую историю различных
видов национального прикладного ис-
кусства, включая сюда и гранильное,
и мебельное, и шпалерное, и ювелир-
ное искусство. Сейчас ведется напря-
женная работа по созданию этого но-
вого отдела. т

Эрмитаж непрерывно обогашался
новыми памятниками за счет покупок
и приобретений, не прекрашавшихся
даже в голы суровой блокады Ле-
нинграда: В

Общее число музейных предметов
Эрмитажа сейчас превышает 1,6 мил-
лиона памятников.

Эрмитаж прочно и заслуженно за-
нял почетное место среди самых
крупных музеев мира. При всех боль-
ших экопозиционных площадях, Му-

 

зей в состоянии показывать зрителю
только часть своих коллекций. Но да-
же и при этом общий маршрут осмот-
ра экспозиций музея превышает 22
километра.

Возобновление деятельности Эрмн-
тажа — подлинный праздник совет-
ской культуры, ибо этот музей играл
й играет выдающуюся роль в разви-
тии искусства и культуры народов
СССР. Несколько поколений круп-
нейших русских художников и среди
них Суриков, Репин, воспитывались
на собраниях этого музея. Коллекции
Эрмитажа послужили серьезной ос-
новой для роста и воспитания многих
видных ученых нашей страны.

Ленинградская общественность
встретила открытие Эрмитажа с ог-
ромным энтузиазмом. 8 ноября в Эр-
митаже побывало свыше 25 тысяч зри-
телей —‘цифра, невиданная в истории
этого музея.

да же появится картина, или, вернее,
картины, где бы художники различ-
ных складов — трагики, лирики, ро-
мантики, каждый сообразно своему
дарованию, на основе всех завоевя-
ний живописи прошлого и последних
лет, скажут свое слово о нашей дей-
ствительности, но такое слово, в ко-
тором бы жил человек со всеми сво-
ими страстями, со всеми тончайши-
ми движениями души. У ‘нас есть все
предпосылки для этого. Особенно ве-
лики наши надежды на молодежь.
Наша задача — воспитывать их в этом
направлении.

Я предвижу еще один вопрос, ко-
торый мне может быть задан: «Не
опасно ли становиться на точку зре-
ния зрителя, который зачастую еше
не разбирается во всех тонкостях
искусства, не грозит ли художникам
тогда опасность оказаться в хвосте?
Ведь мы имеем примеры, когда со-
зременники художника осуждали
его, а следующие поколения, наобо-
рот, восхищались им — для них он
становился классиком. Так, напри-
мер, было с Эдуардом Мане во Фран-
ции. Так было со многими русскими
художниками».

Вопрос законный и серьезный. Я
думаю следующее: гений всегда опе-
режает современность, гений всегда
тянет эпоху вперед. Гений всегда
оказывает величайшее влияние на
рождение нового искусства. В истин-
ном гении собираются, концентриру-
ются еще не осознанные большин-
ством духовные потенции народа; он
выражает в своем искусстве народные
чаяния своего времени. Он оформля-
ет в своем искусстве не только по-
требности новой формы, которые жи-
вут в художнике, но и еще не осоз-
нанные потребности зрителя. На-
прасно бояться, что народ чего-либо.
не поймет. Народ не поймет того, что
не нужно ему, а непонятное, далекое
от него никогда не будет гениаль-
ным, никогда не будет классикой.

Но очень возможно, что народ не
примет очень многих художников-
индивидуалистов, оказавших все же
большое влияние на искусство. *Дол-
жно ли всецело отвергнуть этих но-
ваторов или быть благодарным им?
Если многие не понимают и недооце-
нивают такого художника, то люди
искусства, конечно, согласиться с
этим не могут. Беть художники для
художников. Они существуют закон-
но, как возбудители, как искатели
новых путей, как экспериментаторы,
открывающие новые возможности.