г., № 162 (1420)
11 июля 1943
ФЛОТ
КРАСНЫЙ
3
-BOHNAEC
Командир тральщика руководит политработой Парторг мичман Никитюк пришел командиру корабля старшему лейтенан-＿ ту Ровкину с планом партийно-политичекй работы. Командир внимательно просмотрел план. В первом пункте значилось: повести партийное собрание по вопросу о повышении боевой выучки Этот вопрос надо конкретизироь,- сказал командир - Лучше проти партийное собрание на более опреленную тему: о боевой подготовке личного состава в перерывах между боями. у нас бывают случаи, а отдельные коммунисты явно недооценивают значение тренировок. Партийное собрание по этому вопросу вкоре состоялось, И на нем действительн был вскрыт ряд недостатков, свидетельствующих, что на некоторых боевых постах вовсе не уделялось времени на учебу, хотя оно и было запланировано. сказал: - Бой - лучшая школа, но при условии, если экипаж к нему подготовлен. Бой не прощает ошибок из-за отсутствия званий и навыков, которые надо было выработать на тренировках. Нл собрании выступил командир, Он Партийное собрание приняло ряд конкетных решений. Результаты их претвония в жизнь не замед или сказаться, Командир орудия старшина 2-й статьи Свищев с третьего выстрела начал поражать макет плавающей мины. Повысилась взаимозаменяемость на боевых постах. И немного позже, когда корабль вел напряженный бой с немецкой авиацией, аака вражеских бомбардировщиков была успешно отражена. Командир тральщика Ровкин уже знаЧительное время работает без заместителя п политической части, В своем лице он соединяет и боевого руководителя экипаж и его воспитателя. Партийная работа н корабле стала более оживленной и целеустремленной. Командир сплотил вокруг себя крепкий актив из коммунистов
УДАРЫ НАШЕИ АВИАЦИИ ПО ВОЙСКАМ И АЭРОДРОМАМ ПРОТИВНИНА В ночь на 10 июля авиапия дальнего действия продолжала наносить удары войскам и технике противника на Орловско-Курском и Белгородском направлениях. Наши воздушные силы бомбардировали также аэродромы противника. Уничтожепо и повреждено большое число находившихся на земле неменких бомбардировшиков и истребителей. Два наших самолета не бернулись с боевого задания.
Русский герой цен: «Умирая на поле битвы «за белого царя и пресвятую богородицу»,- как он говорил -- он умирал на самом деле за неприкосновенность русской территории». Великое государство от Балтики до Тихого океана, от океана Ледовитого до Памира создавал русский народ, Известно, например, что первые шаги по завоеванию южных степей и Сибири казаки, то-есть русские крестьяне, бежавшне из центральных областей подальше от боярских батэгов, сделали по своей инициативе и своими сизами. Народ создал государство и этот же народ проявлял чудеса стойкости, когда надо было это государство, Русь, защитить. Чужеземцы не в силах были сломить народного духа. Даже сбладая численным перевесом, они встречали такой отпор, который повергал их в ужас и смятение, «… Все генералы, все участвовавшие и не участвовавшие солдаты франпузской армни, после всех опытов прежних сражений (где после вдесятеро меньших усилий неприятель бежал) иснытывали одинаковое чувство ужаса перед тем врагом, который, потеряв половину войска, стоял так же грозно в конне, как и начале сражения… Победа нравственная, та, которая убеждает проивника в нравственном превосходстве своего врага и в своем бессилии, была одержана русскими под Бородиным» (Л. Толстой). Победы одерживали и другие народы, и другие армии. Русские войска знавали не только победы, но и неудачи. Но ссть в героизме русского солдата нечто особенное, только ему присущее, для него характерное. Лев Толстой, свидетель и участник Севастопольской обороны, говорил о «молчаливом величии». Все внимательные и чуткие наблюдатели русской жизни отмечали необычайную скромность, простоту русского героя, ту естествепность героического в русском воипе, которая кладет на него печать подлинного благородства. Великий русский писатель СалтыковЩедрин с замечательной выразительностью определил разницу между немецким и русским военным: «Самый гнетущий элемент берлинской уличной жизКогда я прохожу мимо берлинского офицера, меня всегда берет оторопь… всем своим складом, посадкой, устоем, выпяченной грудью, выбритым подбородком так и тычет в меня: я герой! Мне кажется, что если бы, вместо того, он сказал: я разбойник и сейчас начну тебя свежевать, мне было бы легче… Наш русский офицер нпкогда не производил на меня тапер иикорка не производил на молтас кого удручающего впечатления, Прежде всего, он в обеме тоньше, и грудей него таких нет; во-вторых, он положительно никому не тычет в глаза: я герой! Русский человек способен быть действительным героем, но это не выпячиу вает ему груди и не заставляет таращить глаза». Русский герой «не выпячивает грудн», потому что герсизм - в самой его натуре и потому что он всегда честен в отношении людей и в отношении самого себя: «Защитить родину необходимо для меня, а, главное, для всех Поэтому я и стою на смерть». «Необходимо для всех» - этот общественный мотив является преобладающим для психологии русского героя. Меньше всего в нем эгоистического честолюбия, корыстного тщеславия, пустого ухарства. Очень хорошо показал это Алексей Максимович Горький. Фома Гордеев, сын волжского водолива, мечтает о подвиге. «Пужно такую работу делать, - говоргл он, двигая бровями, чтобы и тысячу лет спустя люди сказали: это вот богородские мужики сделали… да!» Благородство и чистота русского героизма теснейшим образом связаны с характером русского патриотизма. Патриотизм нашего народа никогда не превращался в шовинизм. Водились у нас до революции экземпляры так называемых квасных патриотов. Но они всегда подвергались осмеянию. Для лучших людей русского народа, для выразителей его
1919 год. Советскую Россию со всех сторон осаждали вражеские полчища; на востоке быстро продвигался Колчак; на юге белогвардейцы, поддерживаемые интервентами, занимали один город за другим. Молодая республика не имела хлеба, нефти, угля, Транспорт был почти парализован, и каждый пуд муки доставался с чрезвычайным трудом. Страна была истерзана пятилетней войной, Положение создалось исключительно тяжёлое. Вэтидни Ленин говорил московским рабочим: «Россия отличалась тем, что в самое трудное время у нее всегда находились массы, которые можно было двинуть вчеред, как запас, в котором находились новые силы, когда старые начинали иссякать». Владимир Ильич говорил о том, что победа будет безусловно нашей, Эта непоколебимая Ленина в победе, неугасимый ленинский уверенность оптимизм были результатом бесконечной любви к пароду, глубочайшего знания своего народа, его истории, психологии, его творческих сил, На своём историческом пути русский народ перенес немало испыганий. Он издревле отличался миролюбием, добродушием, гостеприимством, той благородной кростотой, которая, по свидетельству занадно-европейской литературы, до сих пор составляет одну из очаровательных черт славянской души. На богатства русской земли зарились многие. Одни врывались в наши края с азиатским воем, потрясая бунчуками, другие приходили с блеском евро пейских ботфорт. Бывало, они проникали глубоко внутрь страны, опустошали огромные территории, разоряли города, сжигали села, угоняли русских людей в рабство. Но конец захватчиков всегда был одии и тот же: они бывали нещадно биты и с позором изгоняемы. Одним завоевателям тупость, другим жадность мешали видеть источник огромной силы русского народа: его высокое чувство собственного достоинства. Русский карод добродушен и терпелив. Но когдаон убеждеп, что совершается несправедливость, когда он видит, что враг покушается на его свободу, - народ не остановится ни перед чем. Через всю русскую историю проходит мысль, всегда живущая в недрах народа: лучше смерть, нежели иноземное иго и бесчестие. Святослав призывал своих воинов: «Не посрамим земли русской, ляжем здесь костьми, мертвые срама не имут…» «Честная смерть лучше плохой жизни» сказал Дмитрий Донской накануне Куликовской битвы, «Лучше смерть, чем иэзор» - говорил в свой черед Петр. «Дух народный, писал Белинский, всегда был велик и могущ, это доказывает и быстрая централизация Московского царства, и Мамаево побонще, и свержение татарского ига, и завоевание темного Казанского царства, и возрождение России, подобно фениксу, из собственного пепла в годину междуцарствия… в минуты испытания, когда малые духом народы падают, он просынается, как лев, окруженный ловцами, трозно сотрясает свою гриву, и ужасным рыканьем оледеняет сердца своих вратов В горниле суровых испытаний закалялся героический дух русского народа. Извне на него наседали многочисленные чужеземные враги, внутри давили тиски парско-крепостнического режима. История редко предоставляет народувозможность решать стоящие перед ним задачи в строго последовательном по рядке, одну за другой. Народ восставал против крепостников, и всю историю России пронизывают языки пламени крестьянских революций. Но случалось так, что национальная задача
чаяний и мысли, патриотизм, любовьк родной стране всегда сочетались с глубоким уважением к другим народам, с заботой о братском сотрудничестве многочисленных и разных народов и племен, обединенных в русском государстве одной исторической судьбой. Ленинвеличайший вождь трудящихся всего мира был «русский человек», как сказал о нем Горький. Ленин нисал о национальной гордости великороссов, бесконечно любил русскую литературу, русский язык. Горький, русский писатель, влюбленный в русское слово и в русский народ («очень мы, русские, хороший народ: чем больше живу, тем крепче убеждаюсь в этом» - писал он уже после революции в одном письме), в течение всей своейжизни не переставал заботчться о литературе народов, живущих совместно с русским, содействовал переводам на русский язык украинских, грузинских, татарских, других произведений, пропагандировал братское содружество этих народов. Революция 1917 г., раскрепостившая творческие силы народов России, дала новый, необычайный размах проявлениям русского героизма. Мир не переставал удивляться величественности замыслов Советской страны, титаническому труду её народов, их энтузиазму, их готовности приносить любые жертвы во имя своих великих идей. Комсомольцы в сорокаградусный мороз обжигали себе пальцы, клепая на холодном ветру конструкции новых заводовгигантов. И неведомые юноши подымались в стратосферические, дотоле недоступные человеку, высоты. И летчики летали через океаны. связывая далекие континенты. И скромные моряки высаживались на льдине у полюса, изумляя мир отвагой и предприимчивостью научной мысли. «…Я рассматриваю русский темперамент, - писал накануне войны крупнейший писатель Америки Теодор Драйзер как самый выдающийся и творческий и в области мысли, и в области искусства, в сравнении со всеми другими национальностями, проявляющими активность в области культуры. Россия гигант как в смысле интеллектуального и художественного проявления, так и в смысле экономического развития…» Нападение немецко-фашистских орд на Советский Союз было покушением одновременно на национальную свободу русского и других советских народов и на те социальные возможности внутреннего развития, которые эти народы приобрели революцией. Никогда ещё враг не замаживался так широко, никогда не был Разоблачая гнусные замыслы немецкофашистских захватчиков, товариш Сталин говорил: «И эти люди, лишенные совести так подл и опасен. и чести, люди с моралью животных имеют наглость призывать к уничтожению великой русской нации, нации Плеханова и енина, Белинского и Чернышевского Пушкина и Толстого, Глинки и Чайковского, Горького и Чехова, Сеченова и Павлова, Ренина и Сурикова, Суворова и Кутузова!…» Русский герой с тем же «молчаливым величием», такой же скромный, но обогащенный опытом двадцати пяти лет революции, снова взялся за оружие. Оборона Севастополя 1941--1942 гг. затмила славу Севастополя прошлого века. Оборона Ленинграда, Сталинграда потрясла мир. Никогда ещё человечество не знало проявлений такого массового героизма. Вместе с русским богатырем сражается казахский батырь, и украинский герой, и потомок грузинских витязей, и многие другие представители многочисленных народов, возрожденных революцией к новой жизни. До сих пор основную тяжесть борьбы против фашистского зверя несет на себе русский, советский народ. Наши жертвы велики. Но способность наша выстоять и разбить врага еще больше. Дух великого русского народа непобедим. M. ЧАРНЫЙ
ми, вдумчиво подбирает и растит кадры агитаторов. Радист Устюшичев ограничивался только чтением личному составу сообщений Совинформбюро и других известий. Командир, поговорив с Устюшичевым, выяснил, чго оп может самостоятельно провести беседу, Командир стал давать сму поручения и учить агитационной работе. Устюшичев стал хорошим агятаторем. Его простые и доходчивые беседы всегда привлекают людей и проходят оживленно. Привлек командир к агитационно-пропагандистской работе и других - старшего краснофлотна машиниста Гудзе, старшину 1-й статьи Духина. Они … его опора, С ними он часто беседует, об ясняет, как найти дорогу к матросскому сердцу. В сегодняшней беседе вы старались ответить на вопрос, который сами плохо знаете, сказал он как-то одному нз агитаторов. Пришли бы лучше ка мне, мы выяснили бы вместе, а потом вы поговорили бы с бойцами. Командир, правильно оцепив значение книги в политическом воспитанни бойца, позаботился создать хорошую корабельную библиотеку. Все кразнофлотны и командиры корабляактивные читатели библиотеки. Комсомольны Шантырь, Васильченко и другие прочитывают не менее 5-6 книг в месяц. Нередко командир лично заглядывает в библиотечные формулиры и интересуется, кто и что читает, указывает библиотекарю, как следует пропагандировать лучшие проязведения советской художественной литературы. Нет такого участка в политической работе, который оставался бы вне поля врения командира тральщика. Он позаботился и о радиотрансляции на корабле, и о систематическом выпуске «Боевых листков», и о беседах, посвященных истории корабля. В результате значительно оживилась на корабле деятельность пар-
НАЕМ СЕРЕРЧОМ (Песня-марш)
Согретые сталинским словом, Под знаменем славным своим На Севере нашем суровом Мы Родину свято храним. Победно гудят самолеты, С победой идут корабля, И стойко дерется пехота Во славу родимой земли. Играйте громче, трубы и баяны, Мы нынче песню гордую споем О нашем Северном, О нашем сталинском, О нашём флоте боевом! Полярные ночи угрюмы, Опасны полярные дни, И видим в суровом бою мы Лишь море да скалы одни. Но мы отступленья не знаем И яростно бьем по врагу, - Мы Родину здесь защищаем, Мы здесь защишаем Москву! Играйте громче, трубы и баяны,- Мы нынче песню гордую поем О нашем Северном, О нашем сталинском, О нашем флоте боевом! Крестились не раз краснофлотцы Огнем и соленой водой, И песня недаром поется Про Северный флот молодой. Так пусть же, врагов побеждая, Семья боевая растет. Да здравствует слава морская, Да здравствует Северный флот! Играйте громче, трубы и баяны,… Мы нынче песню гордую споем О нашем Северном, О нашем сталинском, О нашем флоте боевом. Вас. ЛЕБЕДЕВ-КУМАЧ. ＿
икомсомольцев, помогающий ему вести вспитательную работу с краснофлотцатийной и комсомольской организаций. Младший лейтенант Н. НИКОЛАЕВ. ДЕИСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 10 июля. (Спец. корр. ТАСС). Группа разведчиков в главе с гвардии младшим лейтенантом Привольновым получила задание захватить кнтрольного пленного. Участок, где должны были развертываться действия, представлял собой сильно укрепленную полосу, Не было ни одного деревца, ни одного бугорка, за которыми можно было укрыться. На подступах к своему оборонительному рубежу противник расставил проволочные заграждения, спирали Бруно, мины. Привольнов все это знал. Бывалый разведчик, он стал готовитьсяк предстоящей операции. Путем терпеливого наблюдения ему удалось установить систему укреплений, часы смены караулов, время обеда и отдыха, Налет решилипроизвести на одну пулеметную точку. С наступлением ночи бойцы двинулись впуть. Впереди ползли два сапера. Они разминировали узкий проход в минном поле, и разведчики вскоре очутились у проволочного заграждения. Проволоку стали резать втроем: двое держат ее, третий разрезает. Все это проделывалось быстро и бесшумно. Разведчики прошли уже проволочное заграждение, когда одна за другой взвились в воздух две красные ракеты. Неужели обнаружены? Выждали. Оставив несколько бойцов охранять проход в проволочном заграждении, осторожно, по-пластунски, продвигались разведчики вперед. Вот они уже недалеко от вала, за которым находилась намеченная пулеметная точка противника, и вдруг где-то совсем близко раздались автоматные очереди. Разведчики залегли. По полету трассирующих пуль Привольнов определил, что немцы стреляют не по нему. Значит, противник их не обнаружил. Вперед! Вот и вал. Быстро преодолев его, разведчики оказались в неменком окопе, Но тут произошел непредвиденный случай. Окоп был залит водой, и один из разведчиков, поскользнувшись, упал в воду, Рядом был фашистский патруль. Немец, услышав шум, спросил что-то и, не дождавшись ответа, со смехом стал подходить к окопу. Тут его и схватили наши разведчики. Так же бесшумно, без единого выстрела возвратились разведчики всвою часть. Без единого выстрела
ЛЕНИНГРАДСКИЕ УЧЕНЫЕ ШЕФСТВУЮТ НАД МОРЯКАМИ ЛЕНИНГРАД, 10 июля. (ТАСС). Ленинградские ученые ведут большую работу среди подшефных моряков Краснознаменного Балтийского флота. Только за 6 месяцев они прочли свыше 350 лекций и докладов. Кандидат филологических наук Болдырев прочел морякам 30 лекций о великих русских флотоводцах адмираах Нахимове, Корнилове, Макарове, Достве Пои прочла 33 лекции о творчеДом ученых устраивает вечера-встречи ученых с моряками.
Сталинградские колхозницы --- детям фронтовиков СТАЛИНГРАД, 10 июля. (ТАСС). Неустанной заботой окружены в Сталинградской области семьи военнослужащих. В одном лишь Владимирском районе за последние месяцы им выдано свыше 18 тысяч рублей единовременных пособий, 16,5 тонны хлеба, 529 семей бойцов и командиров получили отремонтированные дома и квартиры. Женщины активистки Грачевского сельсовета, Черноярского района, собрали для детей фронговиков 17 центнеров овощей, 1.300 янц, 4 центнера рыбных изделий, сотни килограммов сливочного масла, сушеных фруктов, икры, посеяли полтора гектара проса. По примеру Грачевского сельсовета такой фонд помощи детям фронтовиков создают и в других сельсоветах района.
МЕДАЛИ ,ЗА ОБОРОНУ ЛЕНИНГРАДА ПЕРЕДАНЫ ЧЛЕНАМ СЕМЕЙ ПОГИБШИХ ФРОНТОВИКОВ ЛЕНИНГРАД, 10 июля. (ТАСС). Городской военный комиссар г. Ленинграда плковник Расторгуев вчера передал медали «За оборону Ленинграда» группе членов семей фронтовиков, погибшихсмертью храбрых в боях за город Ленина. Медаль, которой награжден гвардии младший лейтенант Михайлов, передается г сестре Валентине Михайловой, медаль комсомольца Николая Диановаего 67- летнему отцу. Лейгенант Огородников - сын старого путиловского рабочего, чьим именем назван один из проспектов Ленинграда, погиб, защищая подступы к своему родному городу. Принимая медаль брата, его сестра дает слово свято хранить славные традиции своей семьине щадя сил и самой жизни, помогать Родине в ее великой войне с немецкими захватчиками. - Храните эти медали в семье, - обращается полковник Расторгуев к родственникам погибших героических защитников Ленинграда,- как самую дорогую память о ваших сыновьях, мужьях, братьях, доблесть и мужество которых никогда не забудет наша Родина.
флагом. С исключительной чуткостью народ опрелелял, сульбах родины. Очень хорошо сказал об этом Гер-
Товарищ Покатаев, - вызвал капитан командира орудия. - Как себя чув ствуете на новом месте? - Лучше всех, товариш капитан. -Будет сегодня треске кормежка? она. Обязательно, товарищ капитан, свеженького ей поджарим. … То-то же, а то, глядишь, отощает Но тут порыв ветерка внезанно раздвинул дымовую завесу я в возникшем окошке мелькнул расилывчатый игрушечный силуэт корабля: - Помощник, что там дальномерщики ослепли, что ли? Видят транспорт в проевете дымзавесы, - доложил помощник. дистан пия шестьдесят восемь кабельтовых. hурс зюйд-ост. Пеленг… Наводить! - закричал Поночевный. - Быстрее наводить, всем орудиям! Батарея тут же дала зали, помощник быстро взял поправку и скомандовал новый зали, Над нами визжали самолеты, они шли на штурмовку позиций, но батарея продолжала вести огонь, Поночевный скомандовал очередь, и у всех нас радостно дрогнуло сердце, когда в замыкавшемся уже над немецким кораблем окошке дымзавесы блеснул огонек попадания. - Молодцы товарищи!--услышали на орудиях довольный голос командира.- Добавить им еще, скорей, помощник! И через несколько минут, когда на том же месте ветер открыл в дымовой завесе новое окошко и мы увидели вокруг раненого корабля метавшиеся катера. наши снаряды добили немца, мутный силуэт его накренился на корму и пошел ко дну. От первого попадания до гибели корабля прошло девять минут. Караван повернул, скрылся в дыму и вышел из него лишь на границе горизонта, -Зайцев, передайте личному составу
… Федор Мефодьевич, будет бой!… Постель была уже пуста и заправлена, & Поночевный находился в рубке. Я вышел из командного пункта. Море было паредкость спокойным, и даже простым глазом можно было различить далекие берега Норвегии. На пределе зрения колебались силуэты транепорта, двух тральщиков и четырех маленьких катеров. Караван шел в нашу сторону, направляясь ко входу в одну из бухт. На скалистых мысах, ограничивающих этот вход, немцы жгли дымовые шашки. Оттуда по воде навстречу транспорту ползли две черные распухшие змеи, они превращались в сплошной длинный коридор, Низко над водой летели шесть гидросамолетов. Они чуть опередили черный дым и брызнули позади себя белыми облачками - эти облака столь стремительно росли и распространялись, что вскоре белое смешалось с черным, затмило и солнце, и море, и чужой берег и образовало такую муть, что никакой взгляд не мог ее прошибить. Вдоль протянутых по камиям земле e проводов к орудийным позициям пробежали связисты. Расчеты зарядвли орудии Транспорт подходил к предельной дистанции, и с секунды на секунду должен был начаться бой. И вот на нашем берегу брызнуло пламя первого и второго залпов; все видели веплески спарядов впереди немецкого корабля и за ним он сразу же попал в вилку. Но немеп находился уже перед самой лымовой завесой, вошел в нее, и дальнейшая присельная стрельба по каравану была исключена. Тут же с занятого немпами берега открыли огонь тяжелые дальнобойные бастайцевай крошкой, На море возникли новые катера, Они новели вторую стену лымовой завесы прямо в открытое море - навстречу
поздравление по поводу победы!--капитан закрыл футляром окуляры стереотрубы и вышел из рубки. Когда все кончилось и с дымом сражения улетели последние вражеские самолеты, а на обоих берегах смолкли раскаленные орудия, лейтенант Зайпев доложил, что немцы выпустили по батарее 264 тяжелых снаряда и сбросили 19 бомб, не причинив никакого ущерба. Месяц назад они за один бой дали 728 снарядов, - сказал Поночевный,и тоже толку на грош. Учитесь, товарищ Зайцев, как не надо стрелять… Вечером я пошел с Поночевным на берег к заливу, Он переходил из воронки в воронку по побитым, израненным скалам, отмечал, где рана нова, а где новая попала на старую, еще глубже расковыряв гранит и сланец. Он нагибался к чахлым ветвям северных растений, поломанным и изрезанным взрывами и осколками, с жалостью смотрел на вырванный из земли куст, замечал какой-нибудь лепесток, зеленый, молодой, и восклицал: - Смотрите, настоящее лето. Растет, все-таки. В побитом кустарнике возле моря заливалась неведомая птипа … у нее был голос соловья; Поночевный заметил, что вот уже три года он ее слушает и не может ни в одной книге найти ее имени. Он остановился над живучей северной вервой, с наслаждением вдыхая ее аромат. - Подумать только, до чего природа живуча, -- сказал Федор Мефодьевич. -- Камня на кампе тут нет. А верба цветет. Цветет и не гибнет--душа радуется. В дыму еще стоявшей над землей гари и в холоде Баренцова моря он вдыхал оживляющий душу аромат жизни. Было до странности тихо кругом, только птица цела, и море ей полыгрывало, вечернее море, похожее в этот час на плавленый металл, вытекший из раскаленной огнями боев нашей земли. Вл. РУДНЫЙ. Полуостров Средний.
каравану. За ними волокли третье ко шесть гидросамолетов, - немпы стремились обезопасить свои корабли тройной плотной стеной. Прозвучали выстрелы орудий рядом, - соседняя батарея старшего лейтенанта Захарова открыла огонь по катерам и гидросамолетам. обла-- А над дымом из чистого неба вынырнула группа «Мессершмиттов» и «ФоккеВульф-190»: девятнадцать вражеских самолетов шли к нам на штурмовку. В рубкетесной каютке в скалах, разгороженной плаш-палаткой на-двое, находились капитан Поночевный, его помощник Зайцев и радист Коробейников. Радист периодически давал счет связанным с ним рациям, Зайцев дублировал приказания капитана и готовил данные для стрельбы, капитан сидел на высоком стульчике у стереотрубы в той тесной части рубки, которая выходила к морю.- Одной рукой он держал трубку телефона. соединенного с командиром дивизиона, флагманским командным пунктом и орудийными позициями, другой - поворачивал в смотровой щели стереотрубу, стремясь поймать хотя бы на долю секунды силуат исчезнувших в дымзавесе немецких кораблей. Немцы еще более уплотнили стену дыма и ченлили обстрел наших позиций, Снаряды рвались без интервалов, стоял сплошной гул, взрыв набегал на взрыв, и камень скал во сто крат повторял этот грохот, А в раскаленный сизо-синий воздух над батареей взлетали кусты сухой северной берёзки вместе с нависшей на корнях землей. Поночевный ворчал: - В печонку их раздери! Тратят снаряды без совести и без толку. Четырьмя батареями на меня одного работают. Он зло отфыркивался, когда в рубку залеталя брошенная взрывной волной мелкая щебенка, он не сводил с однообразного лыма на горизонте глаз, он искал и искал цель.
Правый фланг Верба огнатьсвоих бться мгновенной реакции на его приказания. Даже ливизнонной нлся шиком лежурной ние позициям, намин Кошелев, новый командир асчета Покатаев навел порядок, Капитан зашел в землянку третьего раса и остался там, соблазненный гитарой и такими запевалами, как Косуль нов и Субботин. Прибойничный Косульников и маленький рыжеватый Суб тнн … «хитрый артиллерист», наводчик, которому во время стрельбы для уюбства приходится влезать на ящик, затянули «Варяга», капитан аккомпанировал им на гитаре; старинную морскую песню пели, пока не был поин согнал заступить до четырех утра на тежурство. а уже ночь на понедельник, В леной комнате сержант Ковальковский, севастополеп по рождению и кронштадтец поморской службе, принимал по телефону пятиминутную сводку погоды. Ветер все время менялся, а видимость колебалась от буля, когла палетал снежный заряд, до девиноста кабельтовых, когда заряд проскакивал мимо, оставив на камнях быстро тающую снежную пленку. итан сел ужинать, В дверь постучалн. Вошел незнакомый пожилой лейтенант в армейской форме. Отряхнув с шинели летний снег, он отрекомендовался командиром вновь прибывшей зенитной батареи и попросил капитана помочь Павловым выбрать позиции для его «бобиков» - так здесь называют скорострельные автоматы. Поночевный пригласил гостя поужи нать: тот, однако, выпил лишь стакан чаю и вновь напомнил о цели своего прихода, подчеркнув, что генерал-лейтенант приказал установить орудия именно се годня, а отдохнуть и он, и личный состав смогут после позиции. Поночевный в душе с удовольст вием отметил, что как будто прибыла надежная защита. Он снова ушел и вернулся только к утру, когда все батарейцы после отбоя уже отлыхали. Принесли газеты за десять дней, и капитан сел их читать. В одной из газет он нашел свою фотографию, решил, что «не похож, слишком красив», потом увидел под фотографией дружескую эпиграмму: Удел врага всегда плачевный, Когда стреляет Поночевный. Он прочитал эти опроки вслух и со вздохом произнес: Хорошо бы эта газета генералу на не попалась, Слава, все-таки, штука. Попробуй теперь прома- флот. На разборе вас ко их и по лег, приказав ни в коем генерал так и сказал: награды многому обязывают хоть вы карманам попрятали… В девять утра капитан Степушонку до одиннадцати случае не сквозь сон спокойный голос го: «Немпы зажгли дымовые бросился к постели капитана:
будить, В десять, услышав Ковальковско