10 апреля 1943 г., № 84 (1342) 

КРАСНЫЙ ФЛОТ



ЕВРО ПЫ Гжат-остаётся образцом и государственного гения гер форностен» сообщила, что два серба были приговорены к тюрьме за «варвар­3 Командиру чехословацкой воинской части в СССР полковнику Свобода Господин полковник, с искренней ра­достью я прочел сообщения, что наша часть на Восточном фронте была под Ва­шим командованием введена в бой против немецко-фашистских орд, принимая таким образом участие в славном советском на­ступлении, Она отлично показала себя и с честью выполнила свою задачу, которая была на неё возложена в рамках боёв победоносной Красной Армии, Горячо бла­годарю Вас и всех остальных офицеров. унтер-офицеров и рядовых за сознательное исполнение своего патриотического долга. Для нас является прямо символическим с точки зрения освобождения нашей ро­дины, что мы можем сражаться за нсе на всех союзных фронтах и в особенно­сти также на фронте Восточном вместе с победоносной армией наших советских союзников. Мы будем стоять вместе с нашими союзниками до конца и победим. Сердечный привет Вам и всем нашим всинам в СССР. Честь и светлая память всем тем, кто отдал жизнь за свободу народа. Верховный Командующий чехосло­вацких восружённых сил доктор Здуард БЕНЕШ. ский поступок»: они сели котенка, при­надлежавшего жительнице Данцига. Европа заполнилась беспризорными. Корреспондент «Националь цейтунг» пн­шет, что во Франции ему приходилось встречать «толпы одичавших детей, ко­торые с криком убегают при приближе­нии к ним человека». В Париже в госпи­тале Сальпетьер находятся 286 девочек в возрасте от 9 до 14 лет, больные си­филисом. В Марселе были арестованы два мальчика, один 8 лет, другой 11, обви­няемые в ряде убийств. В Сербии бес­призорные дети бролят группами по 20 30. В Греции среди беспризорных детей отмечены случаи людоедства. Нужно ли говорить о культурном одп­чании? Школы и университеты либо за­крыты, либо обращены в рассадники гит­перовского невежества. В газете «Мар­сейез» описьвается лекция «профессора» «Коллеж де Франс»: «Он долго обяснял, что неясно очерченный подбородок и вол­нистая линия овала свидетельствуют о нечистоте расы». Это происходит в тех самых аудиториях, где читали лекции математик Пуанкаре, химик Перрен, фи­зик Ланжевен, Газета «Депеш де Тулуз» с грустью отмечает: «Среди юношей, сдавших выпускные экзамены, отмечена пебывалая малограмотность». Книжный фоид ченоких бибшотек носде гитлеров­ствоток» тов. Мне удалось повидать некоторые книги, изданные во Франции при немец­кой оккупации, Я не стану говорить об идеях: даже книги, посвященные филосо­фии, полны скотоводческого пафоса, ко­торый обязателен в «нео-Европе» Я го­ворю о другом: эти книги написаны ди­карями, Во Франции каждый школьник умел хорошо выражать свою мысль. Те­перь во Франции даже «писатели» не умеют сказать того, что хотят. Тысяча дней--немальй срок. За тысячу дней можно многому научиться, можно и мно­гому разучиться. Институт заложников, зрелище казней и пыток деформируют души слабых, Де­ти видят виселицы. Подросткам говорят: «Если ты выдашь отца, ты получишь банку консервов и бутылку вина. Если ты скроешь отца, мы тебя поведём в ге­стапю, а там умеют загонять булавки под ногти». Террор деформирует людей. Неко­торые становятся трусливыми. Некото­рые патологически жестокими. Нечезает норма поведения, колеблются основы лю­бого общежития, Европа становится от­крытой для инфекции, для распада тка­ней, для анархии. Европа не хочет умирать. Сражаются, обливаясь кровью, партизаны Франции и Югославии. Ещё много непоражённых клеток. Красные шарики борются с бе­локровьем. Наследье веков, прекрасное прошлое Европы сопротивляется коричне­вой чуме. Можно спасти Европу, Но вре­мя не терпит, Наивно думать, что наро­ды, выдержавшие тысячу дней, выдер­жат и другую тысячу. Этой весной перед мя! де сем вой ва техников!… защитниками жизни и культуры, перед всеми народами, воюющими против фаши­стской смерти, встаёт грозное слово: вре­Никто не сомневается в конечной побе­антигитлеровской коалиции. Сталин­град был её блистательным началом. Крас­ная Армия и поддерживающая ее страна показали духовную силу, решимость, Мы знаем, что вместе с союзниками мы нане­последний удар гитлеровской военной машине, Но спящую красавицу нужно освободить до того, как она станет мёрт­красавицей -- я говорю о пленённой фашизмом Европе. Мало победить, нужно сохранить те живые силы, которые по­зволят виноградарям Бургундии снова насадить лозы, рыбакам Норвегии снова раскинуть сети, каменщикам Европы сно­отстроить города и ученым лонести до нового поколения полупогасший факел познания, Горькой будет победа, если во Франции не останется ни докторов, ни художников, ни виноделов, ни электро­Я видел в Смоленской, Орловской, Кур­ской областях деревни, которые сохра­нились: немцы не успели их сжечь Крас­ная Армия спасла много ценностей от разрушения, Она спасла от физической ее но не ишь. или моральной смерти миллионы людей. Армии антигитлеровской коалиции могут спасти Европу, её людей, её культуру, душу. Есть нечто дорогое всем врагам фашизма. Ученые Оксфорда и Ленинграда знают, что такое Сорбонна или институт Настера. В Лондоне любят пьесы Чапска, без живой иисвободной Праги нет Ча­пека. Но без живой и своболной Франции американцы ы никогда, не увидят тартицысо цы никогда не увидят каргины Матисса или Марке. Как бы ни представ лял себе тот или иной государственный мыслитель будущее европейских госу парств, оно может покоиться только на культуре, на нормах общежития, на че­ловеческом достоинстве. Из камня можно строить дома самых разнообразных сти­лей, Но в пустыне нет камня, в пусты­песок, а из песка ничего не постро­Никогда ещё весна так не томила ста­рую Европу, Весна 1948 года встает пе ред Европой не только как смена времен года, как прилив космической жизни Она встает как призыв к последней, реши­тельной схватке, как начало воскресения. Илья ЗРЕНБУРГ. («Правда», 9 апреля.). России, и вершиной всеевропейской и общечеловеческой мысли. потому, Минск, жжены. Мы понимаем горе Франции не только что у нас есть Гжатск, Харьков, но и потому, что нам бесконечно дорога судьба европейской культуры. Мы помним, что декабристы вдохновлялись «Декларацией прав гражданина», что Тур­генев был другом и влохновителем лучших писателей Франции, На трагедию Европы мы смотрим не со стороны. Тысячу дней немцы топчут завоёванные ими страны Европы. Я повторяю: тысячу дней. Стал страшнымещё недавно цвету­щий многообразный материк. Смерть моно­тонна. Достаточно увидеть Воронеж Вязь­му, Истру, чтобы представить себе множе­ство европейских городов. Немцы или их ставленники не могут восстановить разру­шенное: все их силы направлены на даль­нейшее разрушение, Так, до сих пориспаш­ский город Герника-- пешелице, улицы Альмерии - мусор. За пять лет генерал Франко не сумел отстроить Барсело­ну или Мадрид. Испанцы не могут за­ниться своим домом, они вынуждены сб­служивать интендантство Германии и умирать за Берлин под Ленинградом Раз­валины Роттердама похожи, как близнецы, наразвалины Белграда Север Франции на­поминавший каменный муравейник, где улины одного города переходили в узены Что стало с лдьми? Одна женщина в Гжатске, У которой немцы угнали четырех летей, a потом сожли дом, сказала мне: «Дом­дело наживное, А без детей не прожить…» Пемцы посягнули не только на древние кам­ни Европы, они растоптали е тело, ее мололость, ее детей. Люди лишены простейшего права: жить на своей земле. Подпольная Французская газе­та «Вуа дю нор» сообщает, что в лилле и Валансьено на каторжных работах рабо­тают профессора Киевского университета, студентки Харькова и Минска, А в городе запорожье в военных мастерских изныва­ют французские инженеры и рабочие, при­везенные немпамииз Нарижа. Гитлер тор гует рабами, Так, он послал на лесныера­боты в Финляндию поляков и на земля­ные работы в Польшу­словенов. Эль­засцы отправлены на Украину­прокла­дывать немцам дороги. Бельгийские искусницы-кружевницы роют землю в Литве. На улицах французских городов происходят облавы: немцы ловят работо­способных и гонят рабов на Восток. Каж­лый день из Франции вывозят десять тысяч невольников, Плач матерей Гжатска, как эхо, раздается в Лионе, но это не эхо­это плачут матери Лиона. «Только с годами чумы и мора в сред­невековьи можно сравнить наше время», пишет «Журналь де Женев». Когда-то один французский король сказал: «Я хо­тел, чтобы в горшке каждого моего под­данного курица». В Гжатском райо­была не до до прихода немпев было 37 тысячкур, Осталось 110. Недавно я прочитал в немецком экономическом журнале обстоя­тельную статью: об исчезновении в Евро­не яии какой-то «герр доктор» разбирал вопрос о месте, которое занимали яйца в международной торговле, и меланхолично заключал: «Для Дании, Франции, для про­ший из 1943). тектората необходимо найти новые про­дукты экспорта». «Продукты экспорта» найдены: рабы, Но стоит отметить, что, обсуждая вопрос о причинах исчезновения лиц в Европе, немецкий «ученый» не от­метил одной: солдат-куроедов. Что едят в Европе? Французы уже сели все запасы кормовой репы, сели ворон, сели и воробьев. На юге едят траву, называя её «салатом Лаваля», на севере едят жолуди и толчёную кору, В Греции обезумевшие от голода люди гложут кустарник. На улицах Афинбро­дят тени: это учёные и рабочие, худож­ники и ремесленники. Их не берут на работу: они не в силах поднять лопату. Опи просят милостыни, и немецкие сол­даты их пихают ногами, как собак. А собак больше нет: седены. Страшные болезни косят тех, когооста­вили в своей стране рабовладельцы Нем­цы, как чумные крысы, принесли с со­бой заразу, В некогда сытой красноще­кой Голландии, в стране какао «Ван-Гу­тена» рост туберкулеза принял угрожа­ющие размеры. В олной Гааге за первые левять месяцев 1942 года отмечено 17 тысяч случаев заболевания острым ту­беркулезом. Во Франции, по данным под­контрольной газеты «Сет жур», насчи­один миллион больных острой форуой губеркудеза Уисло больных сиои­ормой туберкулеза. Число больных сифи­лисом возросло в двенадцать раз, число больных кожными заболеваниями -- в тридцать раз, Нет мыла, Нет лекарств, Нет хлеба, В Греции от голода и эпиде­мий погибла треть населения. Дифтерит обошел Польшу и Чехословакию, приви­вок нет, и смертность среди дстей дости­гает 60 процентов. Еще страшнее жизнь европейцев, вы­корчеванных немцами, Полмиллиона фран­цузских рабов уже умерли в Германии, два миллиона ожидают смерти. «Мы живем в страшном бараке среди кала и вшей. Нас кормят похлебкой из карто­фельной кожуры. Нас бьют палками по спине»,-рассказывает француз, убежав­Германии. («Ле Докюман». март Недавно немецкая газета «Данци­Театр Черноморского олота последних дней она была в осажден­ном Севастополе, скрашивая своими выступлениями тяжелые дни героичс­ских защитников города. Нередко актеры, прервав концерты, вместе с бойцами отбивали атаки на­седавшего врага За боевые заслуги из коллектива театра награждено 14 человек медалями Союза; артисту Ми­хайлову вручен орден Красной Звезды. Зимний сезон 1942/43 г. театр от­крыл премьерой «Река полноводная» (автор и постановщик­Реут). Новая пьеса посвящена жизни и боевой дея­тельности партизан Крыма. К ЛXVго­довщине Великой Октябрьской револю­ции теалр поставил пьесу А корней­чука «Фронт», а несколько позже­«Русские люди» К. Симонова. Оба эти 

Недавно мне пришлось побывать в ском районе, освобождённом от немцев. Слово «пустыня» вряд ли может передать то зрелище катаклизма, величайшейката­строфы, которое встаёт перед глазами, как только попадаешь в места, где немцы хо­зяйничали семнадцать месяцев. Гжатский район был богатым и весёлым. Оттуда шло в Москву молоко балованных швицких ко­ров. Оттуда приезжали в столицу искус­ные портные и швейки. Причудливо вна шей стране старое переплеталось с новым. Рядом с древним Казанским собором, рядом с маленькими деревянными домиками в Гжатске высились просторные, пронизан­ные светом здания-школа, клуб, боль­ница. Были в Гжатске и переулочки с пе­пролавной грявью и подростки, мечтавшие о полёте в стратосферу. Теперь вместого­рода -- уродливое нагромождение желез­ных брусков, обгоревшего камня, щебня. Гжатск значится на карте, он значится и всердцах, но его больше пет на земле. По последнему слову техники вандалы нашего века уничтожали тород. Они взрывали то­лом ясли и церкви, Врываясь в дома, они ыбивали оконные стекла, обливали стены горючим и радовались «бенгальскому от­ню»: Гжатскгорел. В районе половина де­ревень сожжена, уцелели только те дерев­ни, из которых немцы убирались впопы­хах под натиском Красной Армии. Малои людей остадесь. Шесть тысяч русоках ием­в ловеческой истории. Напрасно матери пытались спрятать своих детей от не­мецких работорговцев. Матери зарывали мальчишек в снег--- и те замерзали. Ма­тери прикрывали девочек сеном но немцы штыками прокалывали стога, По улицам города шли малыши двенадцати---триналца­ти лет, полгоняемые прикладами: это немпы гнали детей в рабство. Порой угонялине­лью семьи, целые сёла, Район опустел. Го­лод, сыпняк, дифтерит и застенки гестало оо модот бне менее страшно чем физическое истребле­ние, моральное подавление человеческого достоинства, Когда попадаешь в город ос­вобожденный от немпев, пугают не толь­ко развалины и трупы, пугают и челове­ческие глаза, как бы отгоревшие. Люди говорят шопотом, вздрагивают при звуке шагов, шарахаются от тени, Я видел это в марте в Гжатске, Я видел это и в фен­рале в Курске. В начале войны газеты говорили о том, что несёт миру фашизм. Теперь мы рилим что фашизм принос хваченным немцами областям. Слово «емерть» слишком входит в жизнь, оно здесь не на месте лучше сказать, небы­тие зляние, и права, старая кростьянка, которая скорбно сказала мне о немпах: «хуже смерти». Когда глядишь на запад, витишь страш­ные картины -- где-то далёко есть такой же Курск и такой же Гжатск, Их называ­ют сначала близкими нам именами Мин­ском или Черниговом. Потом имена меля­ются. Вот это пепелище было францу Аррасом Вот этирасстрелян­городом ные вывезены из чешскогогорода Табора. Крайний западный район Бретани, мыс Ев­ропы, обращённый к Новому свету, фран­пузы называют латинским словом «фини­стер»-«копец земли» От Гжатска до Бре­ста, до Финистера та же ночь, то же запустение, те же картины издевательства, умерщвления, варварства. «Конец земли» стал концом великой европейской почи. Мы страстно любим свою землю, свои истоки, свою историю Мы горлимся нашей славянской Элладой Киевской Русью, стройностью Софии, плачем Ярославны, классической ясностью Андрея Рублёва, гражданскими вольностями Новгорода рат­ными делами Александра Невскогои Дмит­рия Донского, Но никогда мы пе отделяли нашей культуры отевропейской, мы свя­заны сней не проводами, не рельсами, но кровеносными сосудами, извилинами мозга. Мы были и старательными учениками, и учителями Европы. Только неучи мо­гут представлять Россию, как дитя, две­сти лет тому назад допущенное в шко­лу культуры. Заветы древней Грепии, этой колыбели европейского сознания, пришки к нам не через Рим завое­вателей и законников, но через Византию философов и подвижников. Достаточно сравнить живопись Андрея Рублёва с фресками мастеров раннего Возрожде­нии ＿ Чимабую или Дволто чтобы ти­деть, насколько ближе к духу Эллады ке ясности и веселью старое русское искусст­во. Когда в девятнадцатом веке Россия поразила мир высотами мысли и слова это но было рождением, это было зрелостью, кто скажет что отывается кина в молодости -- стихи Байрона или сказки няни Арины? Передовые умыРос­сии в прошлом столетии - горячие пат­риоты, разделяли страсти Европы, ее на­дежды, её горе. Они внесли в европей ское сознание русскую страстность, прав­дивость, человечность. В «неистовстве» Бе­линского, в подвижничестве Чернышевско­го, в героизмо русских революционеров вид­ны не только дары Запада, наследье гума­низма и Французской революции, в них чувствуется и то искание правды, которое было историческим путем русской культу­ры: «взыскующие града», Вот почему Толстой, Достоевский и Чехов, Чайковский Мусоргский обогатили любого культурно­и го европейна, углубили и расширилисамо понятие Европы. Вот почему Ленин

Северный флот, Подводная лодка, где K. Колосов, за короткий срок потопила 3 капитан-лейтенант снимке (слева направо): женер-лейтенант А. Тимофеев

командиром капитан-лейтенант фашистских транспорта. На К. Колосов, старший ин­и штурман лейтенант А. Капитонов. Фото Н. Веринчука.

О партийных взысканиях БОЕВЫЕ РЕЙСЫ Мы переживаем суровое время, В вой­не, на ратном поле проверяются люди. Ярче вырисовывается облик человека, как на надони, видныы его поступки и дела  шевистской нартии, мужественно и стой­ко сражаются за родину. Есть среди наших военных коммуни­стов такие товарищи, которые когда-то за различные проступки получили пар­тийные взыскания. В боях они проявили себя как лучшие воины, доказали на де­ле преданность партии и народу, и мпо­гие заслужили правительственные награ­ы, 0 них-то и должны позаботиться наши партийные организации, поставить вопрос о снятии с них взыскания. Однако некоторые партийные органи­зации вспоминают о снятии взыскания лишь в том случае, если провинившийся в прошлом коммунист сам розбудит об этом ходатайство А ведь партийные ор­танизации знать дела своих коммунистов, и если товарищ исправился и парторганизация убедилась в этом, так почему не поставить вопрос о снятии с него партвзыскания? Это име ет очень большое воспитательное значе­отече­ние, особенно сейчас, в период ственной войны. Вот, например, т. Желтухин Александр Алексеевич. В 1939 году за халатное отношение к партдокументу парткомпе­сия флота обявила сму строгий выговор. И это взыскание оставалось до недан­него времени. Между тем т. Желтухин полностью извлек урок из допущенной им свыше трех лет назад ошибки. Он считается активным члетом партии показывает образцы высокой ич­ной дисциплины, требовательности себе и подчиненным. Тов. Желтухип командир воздушного корабля - своим примером, самоотверженным выполнением воинского долга воспитывает подчинён­НЫХ. Весь его экипаж имеет правительствен­ные награды за образцовое выполнение заданий командования, Сам т. Желтухин награжден орденом Красного Знамени, И совершенно правильно упоступили парт­организация и партийная комиссия сое­динения, возбудившие ходатайство перед высшими инстанциями снятии C т. желтухина партвзыскания, об явлен­ного в 1939 году, Взыскание с т. лел­тухина было снято. Приведем другой пример, Член ВКП(б) т. Байков, будучи на гражданской ра­боте, в апреле 1938 года получил вы­говор. Еще в период финской кампа­нии он показал себя примерным бойцом, хорошо знающим оружие. С июня 1941 года он на флоте, служит на траль­щике, В войне хорошо проявились его боевые качества. Тов: Байков показывает образцы стойкости и мужества, яв­ляется секретарем парторганизации. Тог. Байков пользуется заслуженным автори­тетом, умело мобилизует коммунистов и весь личный состав на успешное выпол­нение боевых заданий, От командования т. Байков имеет ряд поощрений, Партий­ная организация и нарткомпссия соеди­нения приняли правильное решение­возбудить ходатайство о снятии с т. вал кова партьзыскания. Есть у нас еще, к сожалению, такие парторганизации, которые не знают точ­но, какие, когда и за чо вынесены  взыскания коммунистам, состоящим у них на учёте. Есть и такие паршкомис­сии, которые не знают, сколько комму­инотов в их соединении имеют парт­поведение. Такие секретари парторгаци­заций и парткомиссий, видимо, забыли или недооценивают огромное воспита­тельное и политическое значение по­становления 3-го пленума Бомиссии Партийного Контроля при ВыП(б) от 110 марта 1936 года. Вот что ска­зашо в этом постановлении: «Признать неправильной существую­щую практику, когда партийные органи­зации после вынесения постановления наказании того или иного коммупиета за совершенный им проступок считаюч свою обязанность на этом законченной и в дальнейшем не интересуются пове­дением этого члена партии. Предложить всем партийным комите там установить такой порядок, по кото рому оци вна зависимости от того воз­буждает или нет член партии по яроше­ствии определенного срока вопрос о сня­тип с него взыскания, возвращаются вновь к обсуждению его поведения, тем чтобы в результате этого обсужде­ния установить, исправился ли этот член партии, и в этом случае решить гоц­рос о снятии с него партвзыскания». При рассмотрении вопросов о снятии партвзыскания так же каки при приёме в партию, нельзя допускать поверхност­пого, формального подхода. Нарторгани­зация, партийная комиссия должны рас­полагать исчерпывающими данными, ха­рактеризующими поведение и работу коммуниста, проверитьпоарооским там точность даты, формулировки и ме­ры партвзыскания, На практике же не­которые парторганизации и парткомп­сии соединений нередко формально, по терхн зерхностно отно отноеятестолражному относятся к столь важному вопросу, как снятие партвзыскания. В партийную комиссию одного соеди­нения поступило дело т. Алексеева снятии с него выговора, вынесенного в 1938 году, за притупление бдительности. После этого т. Алексеев два года не служил на флоте, а работал в гражданских организациях. Что же об­паружилось в деле Алексеева?. Оказы­вается, на партсобрании этот вопрос не обсуждался, в протоколе партбюро неправильно записали, кто вынес парт­взыскание. Словом, подошли очень по­верхностно. Получив решение партоюро, парткомиссия соединения просто его проштемпелевала и ходатайствовала пе­ред вышестоящей инстанцией о спятии с т. Алексеева выговора. Через некоторбе время выяенилось, что т. Алексеев еще не заслужил этого, так как он не по­партийпому ведет себя в быту. Парткомиссии соединения пришлось отменить свое первое решение Парткомиссии обязаны пристально следить за тем, чтобы не допускать по­добных ошибок. При отмене решения пер­вичной парторганизации о снятии взы­скания с того или иного коммуниста парткомиссии должны раз яснять на партсобрании, почему решение отменено, воспитывать у всех коммунистов ответ­ственность за каждого члена партии. Особенно внимательно и осторожно надо подходить к снятию партвзысканий за политические ошибки. Полковник М. ТКАЧЕНКО.

Командиру чехословацкой полевой частя в СССР полковинку Свобода Командир фронта, на котором участво­тала Ваша часть, высоко опенил се боевые качества и храбрость. Поздравляю Вас и всех офицеров и бойцов батальо­на от имени чехословацкой армии за­границей по случаю честной защиты военных достоинств чехословацкой армии. C уважением и сердечностью преклоняю голову перед Вавими навшими. Министр национальной обороны ливизионный генерал ИНГР.



Приветствие членов чехословацкого парламента, находящихся в СССР, чехословацкой воинской части Передаем доблестным офицерам и сол­датам чехословацкой воинской части на фронте и ее командиру полковнику Сво­бода наши горячие поздравления и вос­хищение ее боевыми подвигами. От имени членов чехословацкого парламента, находящихся в СССР, ГОТВАЛЬД, КОПЕЦКИЙ.

 

Переписка в эфире Вчера утром в час, когда по радно передавались с фронта, прочел защитника Ле­письма тор обращение Степановича Гадецко­го к своим сыновьям - Павлу и Ни­колаю. - В бою под Ладогой я был ранен. Сейчас уже поправился и снова вер­нулся в строй. Желаю вам, мои доро­гие сыновья, удачи в боях с фашист­скими злодеями Уверен, что вы му­жественно сражаетесь с врагами от­чизны. Ваш прадед - герой Севасто­польской обороны 1854-1855 гг. Будь­те такими же храбрыми и стойкими солдатами, каким был ваш прадед. Ежедневно по радно с фронта и на фронт передаются десятки писем. Родные, близкие и друзья рассказыва­ют фронтовикам о своей работе в ты­лу, о том, как они помогают стаханов­ским трудом Красной Армии и Воеп­но-Морскому Флоту. K своим вемлякам, ныно сражаю­щимся на воде и на суше с немецки­ми захватчиками, обращались с кол­лективными письмами рабочие Мос­ковского автозавода имени Сталина, шахтеры Караганды, студенты, трак­тористы колховов и совхозов. Совершая рейс, моряки теплохода. «Арктика» узнали по радио о боевых делах своих товарищей, ныне бойцов Н-ской части, Дементьева, Пахова и других. По радно было передано письмо ар­тиллериста Черноморского флота Ана­толия Пархоменко, А через двадцать два дня почтальон подразделения младший сержант Мельников принес ему 23 письма. Пархоменко получил свыше 1.070 инсем. Ему писали из Москвы, Закавказья, Ленинграда, Ура­ла, Сибири, Средней Азин, с Волги, Дальнего Востока, к нему обращались словами дружбы русские, грузины, украннцы, люди различных профессий и возрастов. Балтийский моряк Михаил Штейн­бок, обращаясь по радио к своему другу А. Романенко, писал: «Много воды унесли реки с тех пор, как мы распрощались в нашей «жемчужине у моря» - Одессе. С чувством огром­ной ненависти к врагу я мщу теперь за свой родной город». В течение трех недель Михаил Штейнбок полу­чил свыше 800 писем. Военный моряк Анисим Изотович Сибирцев пишет своему брату Ивану: «Нал корабль недавно вернулся из боевого похода. Штормы, туманы и снежные заряды все это затруд­няет боевые операции. Но наш экипаж привык бить врага в любое время го­да. Мы пустили на дно несколько вражеских транспортов и благополучно вернулись на свою базу». На пизьмо летчика А. Андреева, в котором он рассказал, что на Укран­не во время варварского налета не­мецкой авиации погибла вся его семья, откликнулось свыше 1.000 со­ветских патриотов. Александра Ка­лашникова написала летчику: «Вы сообщаете, что стали сиротой, Нет, фашисты убили ваших родных, но у вас осталась большая семья--весь со­ветский народ». осударственный Исторический му­зей включил письма, полученные лет­чиком Андреевым, в свою коллекцию документов о Великой отечественной войно, Благодаря передаче писем по радио многие фронтовики отыскали свои семьи, узнали их адреса. Полковник Бельшев, гвардеец-орденоносец Ус и многие другие получили возможность поддерживать переписку со своими семьями.

Моряки транспорта, которым командует орденопосец капитан Труш, за время войны проделали десятки рейсов в фрон­овые районы. Немецкие летчики совер­шили на судно свыше 200 налетов и сбросили на него около 600 бомб. Че­тыро раза пароход подвергался артилле­рийскому обстрелу, когда он прорывал юлокаду и снабжал героически обороняю­щийся город боеприпасами и продоволь­ствием. Моряки насчитали тогда в кор­пусе корабля, на палубе и в надстрой­ках 2.000 пробоин. Однажды, имея на борту бойцов и бое­В  Е Ы

припасы, транспорт в открытом море под­вергся налету четырех бомбардировщиков. Артиллеристы парохода открыли шкваль­ный заградительный огонь, и вражескиe самолеты отвернули, Спустя три часа нa судно вторично обрушились пять бомбар­дировщиков, тем не менее оно успешно за­вершило рейс. Когда транспорт покинул один рейд, на него налотели 30 враже­ских самолетов. Они сбросили свыше 150 бомб, на бреющем полете обстрели­бали пароход из пушек и пулеметов, Ка­питан Труш непрерывно машеврирова,флота быходя из-под обстрела.

Коллектив театра Черноморского за бремя отечественной войны провел большую работу в частях и на кораблях, Черноморцы любят свой то­атр, его актеры заслуженно пользуют­сяпопулярностью у флотского зрителя. Фронтовая обстановка выдвинула перед театром новые требования. Нуж­но было найти гибкие формы, чтобы в этих условиях работать плодотворно и удовлетворить запросы зрителя. Те­атр неплохо справился с этой зада­чей. Cпервых дней отечественной войны театральный коллектив разделился на три эстрадно-концертных группы. Они выступали на передовых позициях и дали сотни концертов и вечеров, Осо­бенно выделялась группа, воэглавля­емая молодым актером Рохлиным. До

спектакля проходят с большим успехом. 1. В юбилейные дни Красной Армии и Военно-Морского Флота, коллектив те­атра поставил «Олеко Дундич», Премь­ера прошла с большим успехом. Театр готовит постанювку пьес «Адмирал Нахимов», «Раскинулось мо­ре широко», «Жди меня» и др. Эти спектаклибудут осуществлены не только в стационарном театре, но и показаны в частях. Коллектив готовит также небольшие пьесы для постанов­ки на кораблях. Попрежнему работает эстрадно-коп­цертная группа театра, репертуар ко­торой значительно обновлен. Недавно она вернулась из длительной поездки по передовым участкам фронта. Черноморский флот. Лейтенант Г. АФАНАСЬЕВ.

КН И Г И

НО

да Иванова «Матвей Ковалев» (главы из ромапа «Проспект Ильича»), повесть Л. Соловьева «Черноморец», Б. Ямполь­ского «Ярмарка», рассказы М. Слоним­ского «Председатель горсовета» и другие. Отдельной книжкой выгущен доклад академика А. Н. Толстого «Четверть ве­ка советской литературы», сделанный им на юбилейной сессии Академии наук СОСР 18 неября 1942 года.

Издательство «Советский писатель» выпустило первую часть нового исто­рического романа лауреата Сталинской премии писателя С. Сергеева-Ценского «Брусиловский прорыв», Эта книга рас­сказывает о талаптливом русском воепа­чальнике генерале Брусилове, который в 1916 году нанёс сильный удар против­шику на 0го-Западном фронте. Дзданы также книги: Алексея Толсто­то «Рассказы Ивана Сударева», Всеволо-