(6247).

1

№

Г.,

1935

ЯНВАРЯ

1

ПРАВДА.

2

СОБЫТИЙ. центрах, напряженная работа научной мы­сли выражалась в минувшем году в осо­бом обилии сездов и конференций. Совет­свий Саюз нсе больше делается цонтром и ференция геометров, антиревматический сезд, Всесоюзные сезды­менделеевский, физиологов, математиков. Происходила кон­ференция по изучению стратосферы. трудящихся были охвачены учебой во всех ее видах произволствен­теорсовойшей неграмотности в минутнем году уступила свое место проблеме ликвидации малогра­мотности, Всеобщее образование детей школьного возраста стало в Советском Союзе лпроко бурдуасии от него тапиталистическомчире отказывается по отсутствию средств. Однако самое широкое распространение грамоты и школьного образования еще не обеспечивает подлинного культурного раз­вития, если дело поставлено формально. Минувший год отмечен постановлением пар­тии о таком преподавании истории и гео­графии, которое действительно вобружало бы советских школьников фактическимй культурный крутозор. Событием исключительной важности был в минувшем году всесоюзный с езд писате­лей, происходивший под председательством великого пролетарского писателя Максима Горького. Ему предшествовала громадная БРАТСТВО

ВЕЛИКИХ бытий в этом году, то один этот сезд на­всегда выделил бы 1934 год в дели годов десатилетой. Сотти ниллионов просду­шали тогда, кто с гордостью и восторгом, кто с бешеной злобой, но все затаив ды­хание, этот гениальный в своем величии и в своей простоте доклад Сталина совет­ской стране и международному пролетариа­ту о выполнении клятвы, данной десять лет назад у гроба Ленина. «Победила политика индустриализа ции страны, Ее результаты для всех теперь очевидны. Что можно возразить против этого факта? Победила политика ликвидации кула­чества и сплошной коллективизации. Ее результаты также очевидны для всех. Что можно возразить против этого факта? Доказано на опыте нашей страны, что победа социализма в одной, отдельно взл­той стране вполне возможна. Что можно возразить против этого факта? Очевидно, что все эти успехи и, пре­жде всего, победа пятилетки окончатель­но деморализовали и разбили впрах все и всякие антиленинские группировки. Надо признать, что партия сплочена теперь воедино, как ипкогда раньше». А вокруг монолитной коммунистической партии сплотилась, как никогда раньше, вся великая советская страна. Незабывае­мы дни под*ема и одушевления, окружив­шие сезд. Чувства гордости, радости, люб­ви к партии и к ее гениальному вождю товарищу Сталину выходили за пределы обычных формулировок, требовали для себя особых слов. Их нашел тогда ученик и друг класса--Сергей С ЕЗД ПОБЕДИТЕЛЕИ, сезд партии был с ездом победителей. И если бы даже не было других великих со­Сталина, любимец рабочего Миронович Киров. ГЕРОИКА ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ. Вооруженная контрреволюция, поддер­жанная империалистами, прошла по совет­ской стране в минувшем году тенями исто­рии. События гражданской войны всегда живы в памяти трудящихся. На них вос­питывается наша молодежь. Пятнадцатиле­тие разгрома Деникина дало повод остано­виться на них более подробно. Миллионы вспомнили, а милллионы узнали, как отра­жала героическая Красная Армия в дни своей юности могучего и опасного врага, снабженного новейшими по тому времени средствами военной техники. Международ­ная буржуазия выступала тогда единым фронтом против советской страны, и контр­революционные русские генералы вели за собой передовые отряды капитала, за ко­торыми в случае последовали бы успеха основные кадры империалистических Но успеха-то и не было. Белогвардейские отряды были биты и под Орлом, и под Ца­рицыном, были потом выброшены из Крыма. В воспоминаниях, рассказах, документах прошли перед всеми трудящимися картины героического прошлого. На гениальном плане Сталина, одобренном Лениным, мил­лионы учились побеждать врагов. Не как остывшая за пятнадцать лет история воспринималась вся эта картина героической борьбы рабочего класса, Совет­ская молодежь с воодушевлением узнавала в плохо одетых, иногда разутых красных бойцах и партизанах старших братьев своих и отцов, которые теперь с таким же пылом и энтузиазмом строят социализм. Огромный успех фильма «Чапаев» начало свое берет в тех же источниках, что и жи­вая память о днях боев под Воронежем, Орлом, у Харькова и Киева, под Царицы­ном, на Перекопе. И с чувством глубокого удовлетворения советская страна сознавала, что за пятиад­цать эти лет несоизмеримо выросла ее военная сила. Живые традиции героиче­ских полков и дивизий Красной Армии то­го времени одушевляют новых ее бойцов. По своей боевой подготовке, новейшей технике, насыщенности средствами обо­роны, по своему боевому духу и кровной связи с трудовым народом наша Красная Армия является самой сильной армией в мире. Выход из Лиги наций наиболее воин­ственно настроенных против Советского Союза империалистических держав -- Япо­нии и Германии--показал в 1934 году, как осложнилось дело с подготовкой новой антисоветской войны. Приглашение СССР в Лигу наций явилось еще одним свиде­нашей силы. Пятнад­тельством цать лет назад капиталистический мир пы­тался обединить всех под лозунгом войны с большевиками, как нарушителями «всеоб­щего мира». Теперь часть этого капитали­стического мира прибегает к помощи Со­ветского Союза, чтобы отсрочить навис­шую над миром империалистическую войну. 1934 год был свидетелем борьбы Совет­ского Союза за мир в самой Лиге наций и за пределами ее. Год прошел без военных потрясений, хотя положение на Дальнем Во­стоке продолжало оставаться напряжен­ным. Выли заключены и продлены соглашения с соседними государствами о ненападении. Велись переговоры о восточ­ном пакте, который содействовал бы успо­коению и сглаживанию международных отношений в наиболее опасном углу Ев­ропы. Это внешнее спокойствие не могло обма­путь рабочий класс советской страны. В какие бы комбинации ни складывалось капиталистическое окружение Советского Союза, как бы ни были глубоки противоре­ХМЕЛЬНИЦКАЯ. E.

работа на местах. тия и ее вождь Сталин кое место в социалистической куль­туро должна заимать диторатура, по­такое видное и почетное место в культур­ном творчестве народов. Сезды-местные, республиканские и всесоюзный … подвели итоги гигантским достижениям кульгуры. Они показали вместе с тем рост кадров но­вой социалистической интеллигенции, иду­в ногу с рабочим классом и вдохно­вляющейся его победами, его борьбой, его творчеством. 3а этим писательским с ездом следила с удивлением и иной раз с не­вольным восхищением интеллигенция ка­опиталистических стран. Она вынуждена бы­ла признать, что только в советской стра­не развивается культура, и только в со­ветской стране перед художественным твор­чеством открываются новые богатые пер­спективы. в году победно Культура в быт. минуюшем го­проникала

вперед и вверк, одна развивает промышлен­ность и сельское хозяйство невиданными темпами, одна не знает безработицы и униатовииа белность нонаенсть, бур-

чия, раздирающие империалистический мир, - ни на один момент не прекращает­ся классовая борьба. Ненависть к стране, которая среди бушующего окономичесного арщение

Началом минувшего года завершилось пелатилетие со дня смерти Лонина. Какие надежды вольгаль в сое времи иоздуна­родная буржуазия на эту тяжелую потерю абочего класса! Она с нетерпением ожи­даяа неминуемого, по ее мнению, раскола в коммунистической партии, а затем и рас­нада ее. Врагам рабочего класса рисовались картины упадка советской страны, круше­ния промышленности, обнишания, голода, полной беспомощности. Буржуазия тешила себя мыслями о разрыве между пролетариа­том и крестьянством, о росте недовольства в стране, о восстаниях против советской власти. При жизни Ленина капиталистиче­ская печать изощрялась в брани по его адресу. После смерти Ленина буржуазия признала его гений только для того, чтобы отказать коммунистической партии в спо­собности продолжать ленинское дело и в возможности найти достойного по силе и гению преемника Ленина. Первые годы после смерти Ленина ме­ждународная буржуазия еще питалась своими иллюзиями. Интервенты потирали радостно руки, наблюдая поход зиновьев­цев, троцкистов, правоуклонистов против руководства партии. Они говорили оппози­цли словами Гамлета: «Браво, крот, ты хорошо роешь!» Буржуазия издевалась открыто над пятилетнйм планом социали­стического строительства, над социали­стической индустриализацией. Она отводи­ла лушу в площадной брани по адре­су вождей коммунистической партии и повторяла о товарище Сталине те же кле­ветнические измышления, как прежде о Ленине. 1934 год подвел окончательные итоги десятилетию «без Ленина». Семпадцатый

ГЕРОИКА СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ БУДНЕЙ. культуру требовала жертв. сенко и Усыскин подымались вверх за Федосеенко,Миллионы ством. Они были молоды, себе сказать словами Кирова: «если по-че­ловечески сказать, так хочется жить и жить». А «жить» по-большевистски зна­чит бороться и творить. Они переживали еще минуты счастья победы и торжества советской культуры, когда их стратостат уже стремительно падал… Урны с их пра­хом скрыты теперь в стене героев, павших за победу коммунизма во всем мире. Из поэмы челюскинцев и их спасяте­лей, из подвига стратонавтов родилось по­четнейшее звание «Героя Советского Сою­за». За отважными передовыми бойцами идет многомиллионная рать. Советской культуре минувший год принес новые важ­нейшие завоевания во всех областях, От­ромный культурный рост - это одна из наиболее заметных черт 1934 года. Ко­нечно, на протяжении всех предшествую­щих лет накоплялись культурные завоева­ния, но в 1934 году они оформились наи­вания до ходе, в семье. более ярко. Стали ясны в свете побед со­циалистической промышленности и социа­листического сельского хозяйства и куль­турные плоды и вместе с ними культурные пробелы. Завоевание подлинной и глубокой культуры стало очередной важнейшей про­блемой, культуры -- во всем, начиная эт высших ступеней теоретического исследа­культурного быта в личном оби­Глубокое, волнующее единство всей со­ветской страны вокруг коммунистической партии показал минувший год и в памят­ные, исторические «челюскинские» дни. Судьба небольшой группы советских людей, выброшенных на лед в холодной пустыне, приковывала к себе внимание всего мира. Но у нас внимание выразилось в могучем действенном подеме, в порыве борьбы, в готовности каждого по призыву партии от­дать свою жизнь для спасения передового советского отряда. Подвит челюскинцев, победивших поляр­ную смерть организацией и большевистской стойкостью, родил героику советских летчи­ков коммунистов и беспартийных, оди­наково родных детей большевистской семьи. Месяцы пребывания челюскинцев на льду, дни и недели их спасения, их проезд через страну, их прибытие в Москву, торжествен­ная встреча на Красной площали, когда вожди партии во главе с товарищем Стали­ным прошли мимо них, отдавая им знаки революционного почета, - все это слилось в одну героическую поэму борьбы и победы. Это была поэма борьбы за культуру и по­беды над старым, буржуазным бескуль­турьем. Во имя советской культуры отваж­ные моряки и ученые предпринимали свой поход сквозь льды. Опасности не остана­вливали их. Гибель «Челюскина» и трудно­сти спасения никого не испугали. И в том же 19 году «Литке» пересек те же про­странства, покрытые льдами. Как и гражданская война, борьба за

советских

Переустройство

родов, в особенности Москвы, Ленинграда, Киева, преображало и внешний вид их, и внутренние бытовые условия жизни трудя­щихся, 0 культурных магазинах, о куль­турной мебели, о культурном обслуживании, о культурной одежде советская печать писа­ла как о проблемах первостепенной важно­сти. Мелочь культурного обихода приобрела принциниальное значение, как выражение общего похода зановые формы общественной жизни. НАРОДОВ

И ЗАЖИТОЧНАЯ ЖИЗНЬ. году советская страна. Поистиче, советский год стоит прежней эпохи. Наблюдая вокруг себя рост зажиточности и культуры, неяз­менный рост социалистической промышлен­ности и коллективного сельского хозяйства, участвуя в едином мощном порыве милли­опов к защите завоеваний советского хо­зяйства и советской культуры, гордясь успехами, гордясь вождями, выражая пла­менную свою любовь и преданность това­рищу Сталину, деля вместе с коммунисти­ческой партией и сталинским Центральным Комитетом скорбь по убитом Кирове, него­дуя и возмущаясь подлыми подонками зи­новьевской антисоветской группы, трудя­щиеся всех возрастов связывались крепко, неразрывными узами со своей страной, со своей милой родиной, на которой так ра­достно жить и так хочется жить! * * * Радостно думать, что наша советская родина служит родиной и для милли­онов пролетариев за пределами Советского Союза. Как на свою родину, приехали в минувшем году вырванные международным пролета­риатом из когтей фашизма тов. Димитров и его спутники по борьбе и испытаниям. Как на свою родипу, приехали потерпев­щие неудачу в бою австрийские рабочие­шуцбундовцы. Как своих сыновей, встреча­ла их советская страна, гордая тем, что мо­жет представителям пролетариата, борюще­гося за власть, показать страну, в которой власть рабочего класса уже дала свои бо­гатейшие плоды. Как за своими родными событиями, сле­дила вся советская страна за героической борьбой испанского пролетариата. Между страной победившего рабочего класса и рабочим классом во всех странах, где идет борьба трудящихся, протягивались родственные нити сочувствия, понимания, солидарности. ** Финалом истекшего года была замеча­тельная беседа товарищей Сталина, Моло­това и Орджоникидзе с металлургами Глав­ное теперь -- в людях, овладевших техни­кой, Наступающий год станет великим го­дом заботы о людях. С непоколебимой уверенностью в побе­де, с радостным сознанием успехов, без сомнений и колебаний, в которых мучается капиталистический мир, вступает советская страна в новый год.

за Под лозунгом борьбы за новую, за со­встскую культуру, за улучшение всех условий быта трудящихся, за культурную зажиточную жизнь колхозников шли вы­боры в советы. В этой кампании, поставив­шей на ноги почти поголовно все трудя­щееся население советской страны, была та же сплоченность вокруг партии, о же единство, та же твердая воля продолжить до полного завершения социалистическое строительство. Выборы в советы показали дальнейшее развитие советской демокра­тии, единственно подлинной демократни на земном шаре. Широчайшие круги тру­дящихся не только обсуждали по-деловочу, со всей пролетарской строгостью работу, проделанную на местах, но и сами брались работу, выбирая новых депутатов. В системе советского управления были за минувший год проделаны немалые изме­нения. Реорганизации подвергся рад пзрод­ных комиссариатов. Некоторые были раз­делены, были созданы новые, Разделены были некоторые крупные области. Полит­отделы МТО преобразовываются в нормаль­ные партийные органы. Все эти пе­ремены имели своей целью упростить управление, приблизить его к трудящим­ся, уничтожить лишние ступени, повыеить политическую ответственность руководя­щих учреждений и лиц. Вся советсвая система учреждений в согласии с указа­ниями семнадцатого с езда была упрощена, и облегчена была благодаря этому борьба с еще гнездящимся в советском аппарите бюрократизмом. Новые завоевания в области напиональ­ной ленинско-сталинской политики были в особенности отмечены перенесением столи­цы УССР из Харькова в Киев, торжествен­ным всесоюзным празднованием годовщин национальных республик, учреждением национальных республик, утверждением Ев­рейской автономной области в Биробиджане. Величайшим событием 1934 года являет­ся решение Пленума ЦК об отмене карто­чек на хлеб и некоторые другие продукты. Это мероприятие ведет к колоссальному ро­сту товарооборота в стране и к новому подему благосостояния трудящихся. Забо­та о советском потребителе­самая на­сущная задача. Стоит собрать все перечисленные бегло события минувшего года, чтобы предста­вить себе, какую богатую школу полити­Фото А. Шайхет. ческого воспитания и опыта прошла в этом

НАУКА, ТЕХНИКА, КУЛЬТУРА. внимание всей печати. Со своей стороны, Академия связывается непосредственно со всеми участками строительства, где идут изыскания, где осваиваются новые области. На сессии Казакстанского филиала Акаде­мин наук СССР в 1934 г. обединялись ученые и хозяйственники. Их увлекала одна работа: развитие культуры в отдален­ных республиках Советского Союза. Научные экспедиции во всех частях страны, часто сопряженные с опасностью для жизни, массовое восхождение на Эль­брус, установка там станции для научных работ, развитие сети станций по краям Ле­довитого океана,все это борьба за куль­туру в области науки. А в городах совет­ской страны, в особенности в крупных ее  В 1934 г. Академия наук СССР пере­ехала из Ленинграда в Москву, За этим, казалось бы, простым географическим пере­мещением-явление огромной политической важности, вырастающее во всей своей зна­чительности прн сравнении с положением науки на капиталистическом Западе. Ее упадок в странах старой буржуазной куль­туры общепризнан. В перемещении географического центра советской высшейнауки иперемещение се политического центра. Наука поднята в Со­ветском Союзе на огромную, никогда не ви­данную в истории культуры высоту. Она становится важнейшей частью управлентя и строительства в социалистической стране. Сессии Академии наук приковывают к себе   





Занятия по агротехнике в хате-лаборатории коммуны имени Сталина (Генический район, Днепропетровской области).

час ясно, что двухмиллионная армия безра­лотого паритета. Ни на минуту не стихла таможенная драка, не снизились, а вырос­ли стены внешнеторговых ограничений. В новогодних рассуждениях придется еще раз встретиться с бесконечными вза­имными попреками и жалобами на отсут­ствие мировой солидарности. Сторонилки «золотого блока» еще раз посетуют на без­умие инфляционизма. Инфляциописты по­говорят о консерватизме государств, цеп­ляющихся за обветшалый миф золота. А всем вместе остается лишь апеллировать к «всеобщей солидарности и мировому ра­зуму». Но наибольшие опасения вызовет то, что на языке буржуазной науки принято обоз­начать громкими словами: дух предприни­мательской инициативы, риск и отвага ка­пизала, доверие к перспективам, Со всемп этими хорошими вещами дело обстояло в 1934 году попрежнему неблагополучно, Жалобы на отсутствие инициатиры, на слабую активность частных предпринима­телей уже успели изрядно набить оскоми­ну во всей экономической прессе мира, Никто не слорит о том, что в конечном счете капитальное строительство - это тот рычаг, который единственно в состоя­нии был бы повернуть кон юнктуру к ново­му подему, Об этом в течение всего геда говорилось немало остроумных и убеди­тельных стов, И не случайно кое-кто из экономических редакторов начинает уже, обозревая положение на исходе года, ост­рить по этому поводу: «Разве не парадок­сально то положение, что деловые люди все еще колеблются стважиться на широкие программы до тех пор, пока перед ними столь много неоппеделенных обстоятельств? Уж не приведут ли эти колебания деловых людей как раз к ому, чего они больше все­го опасаются?» (декабрьский помер «Ан­налиста»). За колебанияли, «отсутствием доверия» и тому подобными неопределенными выра­жениями в калиталистическом хозяйствe скрываются, омако, весьма определенные дела, Вот, например, Германский кон юнк­турный институт только-что опубликовал свои птоговые подсчеты размеров строи­тельства в 1934 году. Оказывается, что из общей массы строительных работ на 5 мил­лиардов марос в 1934 году на государ­ственное строительство (читай - воору­жения) пало 3 миллиарда марок. А произ­ботных «вошлаванглийскую порму». Орга­низация промышленников заявляет, что «в виду общего стремления к ограждению соб­ственного рынка хозяйство Англии уже до­стигло своего нормального уровня». Еще менее утешителен баланс 1934 го­да во Францин. За этот год пришлось из­рядно спустить жирок и расплатиться за относительно более легкий ход кризиса в прежние годы. Не исключена возможность нового, более острого рецидива кризиса. Зажатое в тиски казарменного «регули­рования», германское хозяйство еще более жестоко расплачивается за эксперименты националл-сопиалистских «спасителей оте­чества». Устойчивость марки, оплаченная дорогой пелой потери золотых резервов, ви­сит на волоске. Все трудное становичся пиризводить очередные ирыскивания мил­лиардных сумм на поддержание военной промышленности. Под тяжестью невиданнюго бремени во­енных расходов начинает трещать инфлл­ционное благополучие конюнктуры в Япо­нии. Как видим, новогодняя картина калита­листического мира разрисована весьма пе­стрыми красками. Нет сейчас, по сути де­ла, единого согласованного хода мировой конюнитуры. 1934 год это показал с исключительной яркостью. Но и в безумыи бывает своя логика! В пестрой, разноречи­вой картине мирового калиталистического хозяйства проявляется одна из характер­нейших черт депрессии особого рода. Капитализм в годы своего поступатель­ного движения создал силу, которая, как говорил Маркс, «становится все более мас­совой и, в конечном счете, оказывается мировым рынком». Но это мировое могу­щество и «пропагандистская сила капита­ла» (Маркс) ныне безнадежно подорваны. Тот из новогодних буржуазных обозре­вателей, который посвятит свои «мысли вслух» подведению мировых итогов, еще раз должен будет констатировать общенз­вестные и­увы! - пе менее печаль­ные итоги, Не удалось капиталистическо­му миру и в этом году приостановить раз­вал мировых хозяйственных связей, Осно­ва основ мирового рынка - денежу стема - потерпела новые уроны год. Еще длиниее стал список стр и­от ва­зо­юта которых стоит меньше полов. 

стит водственное сттроительство оценивается все­го лишь в 800 миллионов марок! Но львп­ная доля этого мизерного по обему строи­тельства падает на сельское хозяйство. Это значит, что «инициативу» проявили глав­ным образом помещики и кулаки, обстраи­вающиеся с помощью дарового труда, па деньги, щедро пожертвованные правитель­ством. Размышлля вслух, экономический ре­дактор любого буржуазного органа не смо­жет обойти вопрос о том, чем же вызвзно это парадоксальное явление, Что мешает предпринимателям проявить, накопел, нип­циативу и смелость? Почему дух предпри­нимательства отлетел от капитанов совре­менной капиталистической промышленно­Но тут размыпления экономических эна­харей и пророков подходят к самому опас­ному пункту. Не легко ведь вслух и пуб­лично излагать невеселые мысли о том, что подорвано доверие буржуазии к судь­бам капиталистичского строя. Не лег­го признать, что в мире, задыхающем­ся от изобилия неиспользованных произво­дительных сил, трудно решиться на новое крупное расширение производственного ап­парата. Для того, чтобы решиться на новые крупные вложения капитала, нужна хотя бы минимальная доля уверенности в том, что они дадут желанную прибыль. Для то­го, чтобы решиться на вывоз калитала, нужна уверенность в том, что должник бу­дет платить по своим обязательствам. Нуж­на гарантия в том, что вложения за гра­ницей не помогут вооружениям того про­тивника, с которым, быть может, завтра придется схватиться в кровавой драке за новый передел мира. Для того, чтобы ре­шиться на вывоз капитала в колонии, нужна уверенность в том, что в них мож­но будет хозяйничать по-старому, Кто мо­жет это гарантировать в нынешней обста­новке капиталистического мира? Кто может   его завтрашнем дне? внушить гибнущему строю уверенность в Действительно, новогодние итоги и пер­спективы мало благоприятствуют веселыя размышлениям редакторов буржуазной прессы. Произнюсить вслух мысли о завт­рашнем дне нелегкая задача для за­в веселые дии встречи нового года.

Редакторы мыслят вслух. Рассказывают, что на одном из банке­тов покойный Гинденбург, сидевший рядом с тогдашним редактором «Берлинер таге­блатт» Теодором Вольфом, спросил его: «Какова ваша профессия?» Вольф ответил, добавив, что ему приходится работать до поздней ночи, когда заканчивается выпуск газеты. Престарелый президент, никогда не оставлявший своей привычки ложиться спать в 10 часов вечера, выразил живей­шее участие к редакторской судьбе, заме­тив, что он воегда с ужасом думал о про­фессии ночного сторожа, лишенного ночно­го сна. Редакторы буржуазных газет особенно остро должны почувствовать недостатки своей профессии в ночь на новый, 1935 год. К новому году принято подводить не­которые итоги, рисовать перспективы. Круглый год буржуазная газета предста­вляет собой калейдоскоп событий-одиодне­вок. В этот единственный день налю кину взор назад, попытаться прорвать.  дущего. Думать об весело. Неутеши персп «процветания», от чего действительно нель­зя отвлекаться при построении перспектив капиталистического хозяйства. Неизлечи­мые недуги обреченного строя снова со всей силой напомнили о себе. Снова ли закрываться ворота только-что пущен­ных в ход фабрик и заводов в США, Уско­рились падение производства и общее ухул­шение положения во Франции. Брасочные выставки суррогатов, хвосты у продоводь­ственных лавок, закрытые за недостатком сырья фабрики в Германии застывили уме­рить пыл фашистской рекламы. Даже лави­на ппонского демпинга, вызывавшая сме­шанные чувства зависти и недовольства во всем капиталистическом мире, натолкнулась на препятствия в результате сокращения спроса. Конзюнктурные институты еще не подсчитали итогов гола, не расположили по графикам с таблиц цифровые дач, постигших в 1934 году, ер эльно уве­она­ихся H нежной системы не менее далеко от пор­мального. Словом, «в итоге мы нигде не видим признаков возрождения действитель­ного процветания. В некоторых местах эко­нача-помическое положение в прошедшем году стало еще хуже». * * * Картина, наблюдающаяся в веселые но­вогодние дни в каждой отдельной капита­листической стране, по-своему способна омрачить настроение новогодних обозрова­телей. Общие болячки капиталистического строя, подводные камни и рифы депрессия особого рода таятся в каждой страше в раз­сных местах. Они по-разному обнаруживают­ся в их повседневной жизни. Авторам новогодних статей и обильных писем в редакции американских газет при­ходится задумываться над тем, что вот уже два года, как страну треплет жестокая ли­хорадка быстрых улучшений кон юнктуры и столь же головокружительных паде­eний в важнейших отраслях хозяйства, aКривые нагрузки промышленных пред­приятий описывают причудливые пи­руэты. Фермеры на выжженных летней засухой полях, кое - как перебиваясь с помощью государственных субсидый, боятся последовать призывам прави­тельства и еще раз пойти на сокращение посевов, на хищнический убой скота. На­дежды, которые связывались с обеспене­ниом доллара, уже успели обнаружить свою обманчивость. В богатейшей страве мира­десятимиллионная армия безработ­ых, за долгие годы нищеты истративших е вои сбережения, вконец изголодав­чхся. И английская буржуазия, относительно ыше других заработавшая на отказе от атков традиций свободной торговли, с вогой взирает на будущее. Празда, Анг­ближе других подошла к докризисно т и уровню. Но особенно гордиться этим тижением не приходится, Известно, что докризисный уровень уж Ан­уровном застоя и загние