11 ноября 1943 г., № 266 (1524)
ФЛОТ
КРАСНЫЙ
3


Otdnessy9
enhennytoia8 Седьмой раз в строю Это была отчаянная борьба трех обес­силевших людей со стихией. Когда «Мы с вами пойдем, возьмите нас, то­варищ командир!» Так, на шлюпке оказалось три чело­века: один без одной руки, другой без ноги и третий, Кузьма Бутвин, весь ис­полосованный раскаленным металлом, Весел не было, Вместо них приспособи­ли две лопаты, случайно оказавшиеся на борту. В добрый путь, друзья, сказал Рогальский и махнул рукой. Ушла за горизонт одинокая шлюпка. В голубом небе плыли тыеячи рваных облачков. Подул ветер, острый, порыви­стый. Волна подкинула шлюпку, припод­няла ее и бросила в бездну, И вновь шлюпка показалась на гребне. которого он сейчас был. … Бутвин, Бутвин, - донесся голос из тьмы, и человек, мечтавший у рубки, рванулся вперед и крикнул: - Есть Южная осенняя ночь скрыла корабли. Только по сдержанным голэсам людей угадывалась здесь жизнь на­пряженная, тревожная. Плотный человек в больших сапогах и в кожаном костю­ме прислонился к рубке и мечтательно глядел в небо, усыпанное звездами. Очем думал он? Быть может, о Джу­ныновне -- милом селе на Винничине, где пролетело детство «батрачонка», так называли его когда-то? Быть может, о черноокой дивчине, которую увидел он в день, когда сознание вновь вернулось к нему? А может быть, в эти мгновения прошла перед ним вся его жизнь, двад­цатишестилетняя жизнь украинского на­рубка - от череды коров, которую он пас на раздольных черноземах Укранны до палубы бронекатера 114, командиром Бутвин, в строю… Ракета прочертила зеленоватую под­кову и россынью огня скрылась в воде. Это был сигнал, Урчанье моторов, ше­лест вымпелов, короткие слова офицер­ских приказаний,… Неверный свет раке­ты озарил Бутвина, и снова тьма скрыла все вокруг. Корабли ушли в бой. Когда далеко позади осталась бухта и, «сто четырнадцатый», тяжело дробя волну, то погружался в нее, то возникал на ее гребне, я вспомнил фразу коман­дира: «Есть Бутвин, в строю»… А сколько раз за эти двадцать восемь месяцев войны казалось ему, что все кончено и не бывать теперь в строю, не ходить в лихие походы, не слышать больше взрывов снарядов, не любовать­ся больше вечной красотой родной Джу­ПЫНОВКИ. Бутвин видел смерть. Она дневала и ночевала с ним, Но Бутвин не покорял­ся ее страшной силе, Она уже закрыва­ла ему глаза, а он огромным усилием воли открывал их, и врачи много раз диви­лись его чудесной жизнестойкости. …По городскому булыжнику с лязгом мчались немецкие танки, снаряды ложи­лись в бухте. На корабли уже доноси­лись обрывки чужой, вражеской речи, но уходить было нельзя, Еще удержать­ся, еще хотя бы пятнадцать, хотя бы двадцать минут! Танки, громыхая, по­дошли к бухте, полвились в небе фаши. стские самолеты, Два советских корабля приняли неравный бой. Бутвин управлял огнем, Спаряды ло­жились рядом. Бой длился долго - час, второй, третий, Потом Бутвина, словно лезвием, полоснули по телу, ему пока­залось, что за ворот кителя льется рас­плавленная масса. Он потерял сознание. Очнулся Бутвин глубокой и темной Ночью. … Кузьма, ты жив? Послушай, шай, доро­roil, Кузьма… К нему наклонился лейтенант Рогаль­ский, Бутвин хотел спросить - чем кончился бой, почему тихо вокруг, но даже шелохнуться не смог. Рогальский сел радом, шонетом сназал: «й один, Кузьн, одни на ногах на всем кораба. Остальные убиты и ранены…» Начало светать. На востоке поднима­лась заря, Бутвин посмотрел на море. Оно было в этот предрассветный час не­обычайно красивым это море, покоив­шееся в полном штиле. Только сейчас, , на заре, Бутвин понял, что произошло. Рядом с их кораблем стоял другой ко­рабль, уткнувшийся носом в грунт, Там тоже царило безмолвие. И вдруг донес­ся голос; «Спасите, товарищи, спасите». Бутвин и Рогальский глянули друг на одадет ууман, ввойдет солице, и немцы прямой наводкой начнут расстреливать обыть уко номны по оставшихся на борту… Тогда созрело решение. Рогальский останется на борту. Он будет ждать помощи, Он перевяжет ра­ны краснофлотцев, тех, кто сможет двигаться, поставит к пушкам, вложит снаряды в уцелевшие орудия и до по­следнего дыхания будет отбиваться от врага. Легкая зыбь качала шлюпку. Малень­кой посудине, к тому же продырявленной в десятках мест, предстоял огромный путь - через все море, к родным бере­гам, за помощью. Рогальский помог Бут­вину. По трапу он снес его, изувеченно­го, на шлюпку. Но как одному пойти в неизведанную даль? Два краснофлотца, очнувшиеся после долгого забытья, увидели своего коман­дира, Они поднолзли к борту, и один из боль, крикнул:
…Бутвин очнулся в госпитале. У его изголовья сидела чернобровая дивчина в беленькой косынке, Он силился вспом­нить, что произошло с ним, почему он очутился на больничной койке, где его друзья? Он посмотрел девушке в глаза, улыбнулся: «Как хороша жизнь, чорт побери». Девушка сказала ему, что это действительно правда -- жизнь очень хороша, и еще она сказала, что теперь ему не страшно--ведь все тридцать во­семь больших и маленьких осколков вы­тащили из его тела, и он, конечно, бу­дет теперь жить много лет, будет в строю, будет воевать. * * *
Корабли Н-ск Н-ской военно-морской базы систематически снабжают высадившиеся части оружием и боеприпасами, подзозят пополнение, На снимках: суда с ПИТАНИЕ КРЫМСКОГО
Четыре поднятых вверх руки держа­ли бокалы, наполненные випом. Кузьма Бутвин, не мастер на многословные ре­чи, посмотрел в глаза друзьям: Выпьем, хлопцы, за жизнь сод­датскую, за то, чтобы воевать аж до са­мой победы, Друзья чокнулись и выпили. Потом пели песни, хорошие, задушевные, ук­раинские. А когда солице садилось за гору, четыре друга расцеловались и ра­зошлись в разные стороны. На тельх че­тырех друзейу моряка, летчика, ар­тиллериста и танкиста -- было свыше ста шрамов, они вместе лежали в го­спитале, а сейчас снова уходили на вой­ну. Так второй раз стал в строй офицер Кузьма Бутвин,-добродушный парень в жизни и злой в бою,чтобы мстить за свои раны и за краснофлотца без но­ги, и за старшину без руки, и за раны тех друзей, с которыми вчера он выпил бокал вина…
на Керченском полуострове десантные десантниками направляются к берегам Крыма. Фото М. Тофан (ТАСС). ЛЮБОВЬ И СЕРДЦЕ УКРАИНЫ Тебя я снова слышу, Киев Передо мной встает пора, Когда сквозь шорохи степные Я слушал мирный плеск Днепра. Когда, еще не зная горя, В красе немеркнущей своей, Сады вишневые по взгорьям Сияли облака белей Как будто песни над Ирпенью Плывут, качаются, и в них Луга, внимающие пенью. И шелест яворов ночных, Тебя я снова слышу, Киев, И я ловлю твой скорбный стон Что древний ужас дней Батыя! Что половецкий злой полон! Любовь и сердце Украины, Как надругались над тобой! Какая боль - твои руины, Какая трепетная боль! Тебя на дыбах разрывали, Бросали заживо в огонь И гвозди ржавые вбивали В твою чистейшую ладонь. Но не сдавались мертвой силе Твои живые тополя, Твое бессмертье не убили Ни штык, ни пуля, ни петля. И вот тебя я слышу, Киев,- И вдаль отходит боя гром, Сияют взгорья золотые, То всходит солнце над Днепром. И вот, в пожарах опаленный, Пройдя огонь и смертный дым, Истерзанный, окровавленный, Встаешь из пепла ты живым Ночь отошла и не вернется. И дышат вольно тополя И скоро к солнцу вся пробьется, Вся Украинская земля!
НИКОЛАЙ БРАУН
ДЕСАНТА чЕрнОМОРСкИЙ фТоТ, 10 ноября. (Потелеграфу), Высадившиеся на Кер­ченком полуострове армейские части вмсте с отрядами черноморцев и азовцев продолжают вести упорные бои за расши­рение плацдармов. Немцы предприняли нетолько ожесточенных конератак, Все онибыля отбиты с большим уроном для потивника, Северо-восточнее Керчи де­анники в ходе боев уничтожили 600 сдат и офицеров и захватили пленных, жнее Керчи батальон немецкой нехоты контратаковал наши позиции. Враг был встречен интенсивным огнем, Контратака захлебнулась, Оставив на поле боя более са трупов, гитлеровцы в беспорядке ЭТОШЛИ, Корабли Азовской военной флотилии и Черноморского флота продолжают в усло­вх штормовой погоды снабжать выса­ившиеся части вооружением, боеприна­сми и продовольствием, подвозят попол­стрелять прожектор из одного Прямой наводкой прожектор был уничто­жен. Пример стойкости показал командир сторожевого катера старший лейтенант Погожин. Его корабль с десантом на бор­ту и барказом на буксире, преодолевая ог­невую завесу, уверенно шел вперед. До берега оставалось 30-40 метров. Оскол­ками снаряда Погожин был ранен в ногу и руку, но продолжал командовать. Командир отделения рулевых Конаков и рулевой Анисимов, воодушевленные геро­измом офицера, не ушли со своих хотя тоже были ранены. Катер получил много пробоин, рулевое управление вышло из строя, но задание он выполнил и бла­гополучно вернулся в базу. Катер мичмана Макарова возглавлял группу катеров с боезапасом для десант­ных частей, Плтый раз вел Макаров свой корабль под минометным огнем. Из-за нение. большого наката нельзя было подойти к Питание десанта после высадки -- один берегу. По пояс в холодной воде экипаж и труднейших этапов операции, так как начал выгружать боезапас. Волны подби­противник уже знает пути, по которым вали катер к берегу. Появилась опасность цетпополнение живой силой и техникой. сесть на мель. Тогда командир решлл от­Немы стараются ударами с воздуха и вести корабль, а потом подойти снова. пря перерезать морские коммуникации, Когда катер стал отрабатывать «назад», пеградить путь к крымской земле совет­оказалось, что руль оторван, На соседнем скя шхунам, сейнерам, катерам, мото­катере в это время вышел из строя мотор. ботам, Два катера оказали помощь друг другу Торпедные катера и катера-охотники в один действовал моторами, другой -- ру­теснм взаимодействии с истребительной лем, Выполнив задание, оба корабля бла­гополучно вернулись в базу. Повреждения были быстро исправлены, и корабли про­должают выполнять боевые задания. азиацией отражают все попытки кораблей прогивлика прорваться на налги коммуни­кции. В течение дня морские дозоры по­вредили баржу и катер, подавили огонь четырех артиллерийских баларей. По дополнительным сведениям, позав­черав воздушных боях над морем сбиго три немецких самолета. Благодаря героической работе эклпа­жей катеров и мотоботов десангники не испытывают нужды в боеприпасах. Морл­ки-артиллеристы успешно отражают мно­гочисленные атаки пехоты и танков вра­Сознавая всю ответственность поручен­гоим дела, команды советских кораб­ий, питающих крымский десант, в труд­ных условнях успешно выполняют зада­ния Один из мотоботов, перевозивший прких пехотинцев и пушки, при подходе кберегу был освещен прожектором. У рда начали рваться десятки снарядов и мин. Лейтенант Головченко приказал об­зиции.B. АЛЕНСАНДРОВ. га. Только за один день морские артилле­ристы отбили и сорвали 21 танковую ата­ку, В течение дня наша артиллерия пода­вила огонь четырех немецких батарей и взорвала четыре склада с боезанасом. Бои за расширение плацдармов продол­жаются. Наши войска улучшили свои по­Коменди унол Цель быстро надвигалась. Отбивалсь от атак немецких истребителей, проры­вавшихся к группе, штурмовики вошли в зону сильного зенитного огня, Гуляев снова бомбил с малой высоты. За ним устремились молодые летчики Васильев, Гусев, Дороганов. Атакованные тран­на аэродром. В одном из последних боев группа штурмовиков, ведомая Гуляевым, пото­пила два транспорта и сторожевой катер противника Атака была столь внезал­ной, что немцы не успели открыть зенит­ный огонь, Удачным был и налет на немецкий танкер водоизмещением 10.000 тонн. Погода в тот день стояла плохая: низ­кая десятибалльная облачность, види­мость в некоторых местах доходила до одного--двух метров, Немцы поэтому ре­шились выпустить танкер без прикры­тия. Получив данные разведки, Туляев вы Восемь боевых вылетов Напитан Мазуренко поставил перед аненантом Гуляевым в первом боевом влете задачу­подавить зенитную ба­тею противника, в то время как ос­тльные штурмовики будут действовать потивмелких оудов Мазуренко дал та­е задание Гуляеву, тогда еще молодо­сенио по цели из полигоне, дмна цель и точным бомбометанием айтенант заставил батарею замолчать, апулеметным огнем потопил катер, Вчствертый боевой вылет он шел во­дмым на конвой, состоявший из 18 ко­раблей. Яростные атаки немецких ист­рбителей и сильный зенитный огонь с ралей преграждали путь. Несмотря о, Туляев прорвался, сбросил бом ына транспорт с малой высоты и по обстрелял сторожевик. Транспорт был потоплен. - При выходе из атаки, -- расска­вет он­за мной увязались два «М-110». Уходил змейкой и от зенит-
До моря Бутвин тогда не дошел. Го­рела Кубань. Немцы рвались к Кавказ­ским предгорьям, Бутвин отправился ротой морских пехотинцев в горы. И очень скоро о бое Бутвина говорили все, как о легенде. Рота сдерживала налор нескольких батальонов немецной пехоты, танков, дртиплерии. Немцы сжали роту и вы­толкнули ее на высоту, обнесенную со всех сторон лесом, Кругом немцы подо­жгли лес, чтобы в огне сгорели русские матросы. Но Бутвин не сдавался. Люди шли в горящий лес, телами сбивали пламя, Сквозь огонь они проби­вались к траншеям врага, чтобы забро­сать его гранатами, бить прикладом, колоть штыками. Матросы не видели Бутвинаон был в дымуони слышали его жаркое слово: «Вперед, хлопчики, бейте немца!» Двадцать три вражеских атаки вы­держала рота Бутвина в этот день, но с места не сошла, Следующее утро нача­лось штурмом вражеских цепей. С рас­света до темна весь день длился вто­рой бой. Поредевшая матросская рота и в этот день выдержала двадцать две атаки, Всё так же победно звучал голос Бутвина, Третий день начался бомбежной с воздухо. Векедра бомбартировщаков новнель над участком, гло оборонялась хаоcе огня и металла люди видели сво­его Бутвина, Потом пошли танки, потом пехота, А матросский утес остался неприступным. *
единственная рука гребца бессильно опускалась, Бутвин с усилием подавал­ся вниз и, едва не сваливаясь за борт, алоровой рукой помогал врасновлотну Шлюпка наполнялась водой, волны все суровей и безжалостней захлестывали гребцов. Глаза Бутвина слипались. Нестерпи­мо эгли раны, нестерпимо хотелось пить, Он попытался языком провести по губамво рту все пересохло. Уже сумерки легли на море, уже мно­го часов неслась по волнам шлюпка с тремя моряками, Безногий краснофло­тец позвал Бутвина. Неужели конец, товарищ коман­дир? Ведь…


Он не успел закончить шлюпку еще раз полнила волна верх и бросила в почь. Тьма окутала все. …Волна выбросила шлюнку на берег в районе, где нес дозор наш катер. Бутвина поднесли на руках к двум его верным товарищам к мордку без руки и к моряку без ноги, Он крепко поцело­вал их, тихо сказал: «Спасибо, хлопцы, великое вам спасибо за ваш военный подвиг, лечитесь, будьте здоровы». Моряков унесли на носилках, Кузьма Бутвин отказался итти в гос­иимыль до тек пор, пока не увидит Ро­тальокого, пона но спазнт внех жиных, лать. Его снова посадили на катер. Попрежнему ревело море, не утихал шторм, и самая мысль о том, чтобы вы­пустить катер из бухты, показалась бы в иную пору нелепой. Но сейчас выхода не было. До рассвета мы должны быть у кораблей. Иначе нельзя, Мы обязаны там быть, еле шевеля губами, проце­дил Бутвин и уснул крепким сном. Бутвин очнулся в удивительной и наю ветра, резущему волны он ужо насголько привык, что это каза­лось ему впелне нормельным, А вот но­Оказалось, кончилось горючее. Тог­да Бутвин приказал из двух винтовок и плащ-палатки смастерить парус. Так и сделали. В предрассветной дымке с катера за­метили отдаленную точку. Точка увели­чивалась, приближалась, Теперь все ви­дели это был катер. Свой или чужой? На катере Бутвина было две винтовки и пистолет. На ход рассчитывать не приходилось. Огня не открывать, стрелять только по моему енгналу, - приказал Бутвин… Это был наш катер. И он тоже от­правился на помощь. У Рогальского и у нескольких тяжело раненных выступили слезы, когда они ранним утром увидели Бутвина, пришед­шего на подмогу. Затопив корабли, ра­неные сошли на катера.
Бутвин снова скучал в прекрасном особняке, где расположился один из гос­питалей на юге. Он ходил по врачебным кабинетам и умолял всех врачей быстрее выписать его. Он клялоя, что вполне вдоров и все раны, старые и новые, хазным давно заанли. …Через несколько дней Бутвин уже прорывался на своем бренекатере во вражесную базу. Потом было много по­ходов, Он высаживал десанты, он об­стреливал вражеское побережье, он всту­пал в морские бои, он дрался в едино­борстве с немецкими кораблями, бата­реями, самолетами. Шесть раз осколки снарядов и пули вгрывались в тело Бутвина, Он падал кровь заливала палубу, его уносили в госпиталь, и он снова возвращался в строй. На Азове сейчас стоят серые ноябрь­ские дни. Бушует море. Бронекатер «114» в строю, и седьмой раз в строй вернулся командир славного катера старший лейтенант Кузьма Бутвин--ро­весник Октября, кавалер орденов Крас­ного Знамени, Суворова, Отечественной войны и Красной Звезды, Азовская военная флотилия. E. КАМЕНЕЦКИЙ.
Подводники­рационализаторы Сложные условия боевой позиции за­ные устройства. В этом ваяном доле командирам БЧ-У номогают командиры кораблей. Так, гвардии капитан 3-го ранга Грешилов предложил изменить конструкцию и обводы кормовых бар­бетов орудия. Это значительно снизило срок приготовления орудия к бою, уменьшило вибрации на подводном ходу и улучшило тактические данные кораб­практике были изменены барбеты и на остальных под­водных лодках. Попадание забортной воды при све­жей погоде в шахту батарейной венти­навело инженер-капитан-лейтенан­та Прокофичева на мысль приварить возле гриба наклонные щитки, Испыта­ние щитков подтвердило правильность идеи офицера.


нго огня и от вражеских истребителей. Однак «Мессершмитты» не отставали. валось критическое положение, К то­летел с группой штурмовиков, быстро отыскал танкер и потопил его. Пришед у стрелка отказал нулемет. Выру ведущий капитан Колтунов. На вы­хде из атаки он выбил из-под хвоста самолета «Ме-110» пристроился еи по пути отхода подобрал ос­ывных штурмовиков. Мы благополучно вернулись на авродром. пустя некоторое время лейтенант Гуяев самостоятельно повел группу са­плтов. Приказ гласил: атаковать тран­порты, отстаивающиеся на рейде во нажеском порту. шая на выручку четверка «Мене спасла положения. Два «Мессершмит­та» были сбиты. Командир эскадрильи Гуляев за во семь боевых вылетов потопил: танкер водоизмещением 10.000 тонн, транспорт в 5.000 тони, два катера, два мотобота, самоходную баржу, повредил два тран­спорта и один поджег. Капитан Л, МАКАРОВ.
Рационализаторские предложения по­лучили широкий размах и на судоремон­те. Наблюдая многократный ремонт сос­динительных муфт гребных валов, стар­ший техник-лейтенант Мартышкин уста-
новил необходимость строгой герметиза­них, силясь заглушить ции камер наполнения, Решили насажи­вать на изношенное место вала муфты горячую цилиндрическую втулку из красной меди, а затем стягивать ее резцом. Такой ремонт соединительных муфт гребных валов позволил поддер­живать материальную часть кораблей на необходимом уровне. Старший техник-лейтенант Дианов предложил метод укупорки валов глав­ных гребных электромоторов одного из типов, чем устранил попадание смазоч­ного масла из подшипника электромото­ра на коллектор и полюсы намагничи­вания. Хорошо организует рационализатор­скую деятельность офицеров инженер­капитан 1-го ранга Кравченко. Метод его работы поучителен. Инженер-капи­тану Арутюняну поручили составить темник, посвященный экономии электро­энергии. Такие же темники по другим вопросам посланы на корабли. Над ними работают не только инженер-механики. но и рядовые краснофлотцы. Многие рационализаторы премированы Военным советом флота. Среди них тт. Алексеенко, Мацко, Дианов, Мартыш­кин. Работа инженер-капитана 1 го ран­га Кравченко отмечёна приказом Народ­ного Комиссара Военно-Морского Флота, Инженер-капитан 3-го ранга A. ЕЛИСЕЕВ.
ВЫЛАЗКА МОРСКИХ ПЕХОТИНЦЕВ тыре немца. В диске автомата не было уже ни одного патрона, но Розаев не растерялся. Подпустив двух солдат по­СЕВЕРНЫй ФЛОТ, 10 ноября. (По телеграфу). В полночь отряд морских пехотинцев высадился на берег, занятый противником. На рассвете разгорелся бой; он продолжался около 15 часов. Военные моряки показали образцы бесстрашия и отваги. На краснофлотца Розаева иапали че­ближе, он уничтожил их гранатой, а довал по пятам и направил в сторону наших разведчиков. Один немецкий обер-ефрейтор набро­Потанин. Гитлеровцы тяжело ранили красно­флотца Дуркина. Они решили захватить его и начали подступать к раненому. сился на младшего сержанта Ковтюшен­ко. С помощью подоспевшего Розаева Ковтюшенко обезоружил врага и отпра­вил его к командиру отрада. Другого ° немца взял в плен старшина 2-й статьи Это заметил младший сержант Подкледа. остальных, бросившихся бежать, пресле­Будучи сам раненным, Подкледа подполз
к товарищу и, опередив немцев, перета­щил Дуркина в безопасное место. Бесстрашно действовал пулемётчик Кузнецов. Прицельным огнём он расст­теливал фашистов, не давая им накал­диваться для атаки. Заметив нескольких немецких солдат, подползавших к высоте. Кузнецов поспешил выйти наперерез врагу и в упор стал расстреливать их из пулемёта. Боевую задачу отряд морских пехо­тинцев выполнил отлично. Были взяты пленные и трофеи.
Действующий флот.
Налеты на порты врага СЕВЕРНЫй фЛОТ. 10 ноября. (По афу), 7 ноября морские лётчики Почти в то же время штурмовики, ве­домые старшим лейтенантом Дергачевым, внсли ряд комбинированных ударов совершили налёт на другой порт против­ртам противника. Первой к цели шла группа бомбардировщиков, ве­капитаном Якшиным, под прикры­истребителей во главе с капитаном ника. Они разрушили несколько зданий, вызвали пожары и подавили огонь двух зенитных автоматов. Над целью штурмо­вики подверглись атакам «Мессершмит­Истребители прикрытия, навязав ылниковым и младшим лейтенантом тов». противнику бой, отвлекли на себя его маовым. Внимание бомбардиров­в привлёк стоявший в порту круп­транспорт, На него и обрушили силы и в ожесточённых схватках добились победы. Старший лейтенант Нужин и младший лейтенант Швечков сбили по ни свой груз. Транспорт водоизме­ценем 10.000 тонн загорелся. пути к цели бомбардировщикам нось преодолеть огонь венитной палерии и атаки истребителей про­нка. В воздушном бою стрелок-ра­сержант Фенин сбил «Фокке-Вульф­. Успешно действовали наши истре­бели, В воздушных схватках младшие аиенанты Бурматов, Горбачев и Джу­в сбили каждый по одному «Фокке­Выьф-190». и одному «Мессершмитту-109». Младший лейтенант Лапин сбил «Фокие-Вульф­190». В бою отличился стрелок одного из штурмовиков старшина Чугунов. Мет­кой очередью он уничтожил «Ме-10». Всего в воздушных боях сбито 9 вра­жеских самолётов, В результате бомбо­штурмовых ударов подожжен транспорт противника водоизмещением 10.000 тонн нанесён серьёзный урон портовым со­оружениям.


Активные действия летчиков Балтики сти совершили налёт на караван враже­ских судов, Гвардейцы потопили буксир и повредили тральшик. Группа самолётов совершила налёт на эшелон противника на железнодорожной станции, В результате атаки взорван па­ровоз и повреждено шесть вагонов. В течение дня наши истребители про­бели три воздушных бол, Три самолёта «Иковлев-7» подразделения капитана Мироненко, отражая налёт вражеской
КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ, 10 ноября. (По телеграфу), Груп­па самолетов «Петляков-2», прорвавшись сквозь зенитный огонь, сбросила бомбы точно над целью. Прямым попаданием потоплен транспорт водоизмещением 5.000 тонн, Одновременно штурмовики части полковника Петрова атаковали и потопили сторожевой корабль противни­ка. Несколько позднее в этом же районе самолёты «Ильюшин-2» гвардейской ча-
авиации, завязали бой с восемью немец­кими истребителями, Младший лейтенант Кулага решительной атякой сбил один самолёт противника, Вторую вражескую машину уничтожил лётчик этого же под­разделения старший лейтенант Ковалёв. Четвёрка истребителей «Лавочкин-5» провела бой с двенадцатью самолётами противника, В неравном сражении гвар­дейцы один вражеский истребитель сбй­ли и два повредили.
Действующий флот.