12 декабря 1943 г., № 293 (1551),

КРАСНЫИ ФЛОТ



О ПАРТИЙНЫХ ПОРУЧЕНИЯХ времени одно и то же поручение. Со сво­ей работой он справляется и поэтому не возникает вопроса о том, чтобы дать ему другое задание. Нередко это ведет к снижению интереса коммуниста к по­рученному делу, работа приедается, и он выполняет её без души. Такая практи­ка, конечно, не содействует политическо­му росту коммуниста. В марте 1941 года на корабле Н. был принят кандидатом в члены ВКП(б) мич­ман Рыжков, С той поры он выполняет только одно нартийное поручение: пи­шет заметки в «Боевой листок». Парторг и члены партбюро корабля упустили из ви­ду, что это поручение слишком мало помо­гает кандидату в члены партии расти. Дей­ствительно, за весь период кандидатского стажа уровень развития т. Рыжкова поч­ти не повысился. Факты подобного / рода не единичны. Они говорят о необходимости постоянно следить за ростом коммуниста и, если надо, пересматривать партийные поруче­ния, имея в виду, что последние должны содействовать расширению круговора коммуниста, обогащать его опытом и на­выками партийной работы. Но иногда сталкиваешься с явно не­серьёзным подходом к выбору партийных поручений. Некоторые парторги дают коммунистам задания, дублирующие их служебные обязанности. Такие поруче­ния ничего общего с партийной работой не имеют Одно из необходимых условий чёткой и своевременной реализации поруче­ний систематическая проверка их вы­полнения. Она даёт возможность выяв­лять недочёты и ошибки при осущест­влении тех или иных заданий и их при­чины. А это позволит определить в каж­дом случае, кому следует помочь, а кого серьёзно предупредить. Практика распределения партийных поручений не должна, однако, приучать коммуниста работать только по заданиям парторга. Надо коммунистов воспиты­вать так, чтобы они проявляли инициа­тиву, самостоятельно устраняли недо­статки, а не ждали, когда им на эти недостатки укажут. Капитан Г. РОССИНСКИЙ. Богда среди коммунистов заходила речь о кандидате ВЕП(б) т. Ферапонтове, обычно отмечалась его пассивность в об­щественной жизни. Действительно, т. Фе­рапоитов стороннася активной партрабо­ТЫ. Из беседы с Ферапонтовым парторг Заборский узнал, что тот мало читает, не интересуется художественной и поли­тической литературой, не озабочен своим культурным и политическим ростом. Тов, Заборский начал прежде всего вивать Ферапонтову вкус к чтению. Еледневно в свободнос время, подобрав увлекательный очерк или рассказ, он прочитывал его Ферапонтову, а затем беседовал с ним по содержанию прочи­танного. Ферапонтов проявлял всё боль­лий интерес к этим беседам и вскоре стал ежедневно читать газеты, журналы и брошюры, рекомендованные парторгом. Прошло время. Парторг начал пору­чать Ферапонтову читку брошюр крас­нофлотцам своего боевого поста. Поручения парторга он охотно вы­полнял, завязывая каждый раз беседу со слушателями. И незаметно ранее пас­сивный капдидат в члены партии вырос в лучшего агитатора на корабле. Пример поучительный. Он показывает, что там, где парторг в полную меру сво­их сил и возможностей заботится об идейном росте молодых коммунистов, ор­ганизованно и умело воспитывает их там политическая работа неизбежно активи­зруется и коммунисты становятся под­линными воспитателями. Как известно, одно из важнейших средств воспитания коммунистов и во­влечения их в активную практическую работу парторганизации-- партийные по­учения. Подбор и распределение партийных поручений требуют серьезного и вдумчи­вого подхода. Парторг обязан хорошо знать личные качества кандидата или члена ВКП(б), его индивидуальные осо­бенности, уровень развития, наклонно­стии даже характер. Только при этом ус­ловии парторг сумеет наиболее целесооб­разно расставить партийные силы и ра­зумно использовать каждого коммуниста. В практике работы отдельных партор­ганизаций имеют место случаи, когда коммунист выполняет в течение долгого

Ленинград и ленинградцы E. КАМЕНЕЦКИЙ беснуется враг, жизнь идет своим чере­дом. Зайдите в учреждения города - про­мышленные, государственные. бытовые Побывайте в институтах магазинах, па­рикмахерских театрах, на ваводах и в больницах. Тысячи людей самых различ­ных профессий, возрастов и положений носят на левой стороне груди почетную Ленинграда». Се­годня многотысячная семья защитников города, удостоенных почетной награды, увеличилась более чем на 300 человек Ленсовет наградил медалью свыше 300 школьников Ленинграда, Тех самых шу­стрых, задористых мальчишек и спокой­ных девочек Выборгской стороны и Нарвской заставы, Смольнинского и Пет­роградского районов. Это они, в голод­ные дни в стужу с огрызком сухаря, сто­ту. Они помогали рыть траншеи за горо­дом и воздвигать баррикады на его ок­раинах, они, не зная устали, трудились в пригородных хозяйствах, чтобы дать горожанам больше овощей. Они и сегод­ня, тотчас после разрыва снаряда уго­дившего прямо в трамвай, оказывают первую помощь пострадавшим. узнаешь по ленинградцам перенесли на своих плечах казалось бы самое невыносимое, и это невыноси­мое оставило след в душе, в облике лю­дей. Теперь не встретишь на улицах или в домах исхудалых, бледнолицых, с при­пухшим лицом и «мешками» под глаза­ми, замученных голодом людей, которых в роковую зиму 41 года называли дист­рофиками. Самое это слово, тяжелое горестное, осталось как воспоминание пережитом. Ленинградцев узнаешь по какой-то едва уловимой морщинке, по сединам, вилетенным в черные пряди во­лос, но больше всего их узнаешь по ду­шевным свойствам по ладновровионадцатилетнего опасные моменты, по огромному трудо любию. В глазах ленинградцев пылает нейстребимая жажда добить врага у стен родного города. То, что Сталин назвал великим подви­гом народа в защите родины, здесь, в Ленинграде, видишь во всем своем вели­чии и красоте. Вот на полуторке, заполненной бойца­при очередном обстреле, становится все­общим горем. Это и есть ленинградская дружба! …Давно уже утро сменил хлопотливый городской день. Зима нынче стоит мяг­кая, теплая, почти весь снег к полудню сошел. На стадионе сегодня открывают­ся общегородские стрелковые соревно­вания; в лектории кандидат философ­ских наук Эмдин читает лекцию «Фило­софские взгляды Белинского»; на один из вокзалов прибыл эшелон дров для ленинградцев, присланный колхозниками одного из районов; во всех магази­нах­продуктовых, промтоварных, книж­ных -- очень людно. Особенно торопят­ся дети. Скоро ёлка. В магазины завез­ли много чудесных игрушек, ёлочных ук­рашений. День в полном разгаре. И вдруг… С пронзительным привычным свистом про­летел снаряд, раздался взрыв, полетел в разные стороны булыжник и послы­шался стон. Улицы становится почти пустымм, безмольнвыи топора, сторонам. Снаряды падают справа, слева, за Невой… Куда стреляют немецко-фин­ские варвары? Куда они посылают каждый день сотни снарядов - фугас­ных, шрапнельных, зажигательных? Ку­да направляют пушки немецкие и фин­ские убийцы? Шестилетнюю Леночку Кострикову с 75-летней бабушкой Марией Никитичной Сотниковой снаряд разорвал в ту ми­нуту, когда радостная девочка с куклой в руках вышла из магазина и направи­лась домой, чтобы уже сейчас украсить елку. Ни Леночка, ни бабушка домой не вернулись… Вот стоит искалеченный трамвай, Сюда влетел снаряд… Лежит погибшая на посту кондуктор трамвая. Не попала в институт студентка Алек­сандра Филимонова, убит шестидесяти­етний учитель Бенцианов, девятнадцати­летний электромонтер Олег Астаметров и домохозяйка Мария Спиридонова, 46 лет. В другом месте лежит труп один­Лёши Манушева, выбе­жавшего в магазин за хлебомг. Вот кого убивают немецко-финские налачи! Они убивают женщин и детей, они разрушают памятники культуры великого хотят сравнять с землей бессмертные творения Расстрели, Росси, Баженова, Захарова, Стасова. Снаряд разорвался в Русском музее, где хранятся полотна великих мастеров ки­сти, немцы и финны изранили аттик с флота   в России»… TO два как он ной ми Жадный взгляд стремится скорее уви­деть всё, что изменилось с тех пор, как мой спутник покинул родной город. Это был видный инженер. Почти ода назад его заставили отправить­сйв покидал он ленинград со сле­зами на глазах, Он шел по улицам, ка­завшимся вымершими, с рюкзаком за плечами, медленной, типичной для того времени походкой ленинградца, чтобы можно больше запомнить: и дом, развороченный бомбой; и то место, где подобрал женщину с рукой оторван­осколком немецкого снаряда; и кро­хотный магазин с заколоченными окна­где он получал 150 граммов хлеба в день и ничего больше; и ту широкую  улицу, где он окоченевшими руками вы­рывал булыжник, чтобы зачерпнуть ка­стрюлькой подпочвенной воды. Инженер запомнил цифру: 5 часов 45 минут, Столько времени длился его по­следний путь от дома к месту сбора от­езжавших профессоров и инжеперов. Он ничуть не жалел, что прогулка оназалась десять, хоть на двадцать минут пожить в городе больше, чем все 57 лет жизни, проведениые здесь. Потом лежал длин­ный путь: от города на Неве до неведо­мого уголка где-нибудь на Урале или в Сибири. Он вспомнил лед Ладоги, дорогу, которую не забудет никакой ленинградец сколько будет жить, первый питатель­ный пункт за линией блокады на «боль­шой земле» и теплушку, в которой приш­железнодороднОнрал   лось прожить на гистралях несколько оа­Воспоминания прервал голос вокзаль­ного диктора: «Граждане! Камеры хра­нения находятся… Трамваи 12, 24 сле­дуют до… Парикмахерская начинает ра­боту…» На перроне появились носиль­щицы-женщины в белых халатах, за де­баркадером десятки встречающих вни­мательно вглядываются в лица приехав­ших. Схватив чемодан, инженер проби­вался в толпе, чтобы быстрее очутиться в городе… Во все стороны мимо вокзала, покрытого еще предрассветным мраком, спешили люди. В небе сверкали фиолето­вые отблески от трамвайных дуг… начиналось позднее ленингралекое утро. Инженер шагал медленно, иередка останавливалсь, отодвигая к стене че­модан, и подолгу смотрел во все стороны. Те же дома - ни одна бомба, видимо, не упала с тех пор больше сюда, зато почти

ЗВЕРСТВА ФАШИСТОВ В КРЫМУ ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛоТ, 11 декабря. (По телеграфу). Зверства, которые тво­рят гивлеровны да крымской вемле рывают беспошадной мести Наши войска, ведущие бои с противником на Керченском полуострове, с каждым днем находят всё новые и новые следы диких издевательств захватчиков над мирным населением. Учительница одного из селений под Аджим-Ушкаем рассказала нашим бой­цам о том, что немцы, перед тем как покинуть село, согнали в шахту камено­ломни 500 женщин, детей и стариков, , взорвали своды каменоломни и заживо похоронили мирных советских людей. Восьмидесятилетние старики Рыковы не поспевали за остальными, угоняемы­ми в каменоломню людьми. Немцы бро­сили стариков Рыковых в колодец. Группа бойцов и офицеров составила акт об обнаруженных под Керчью пре­ступлениях, в котором говорится: «То, что мы обнаружили, сжимает в груди сердце. Старого рабочего, 60-ти лст, Андрея Жостовского и его жену шиеся в дом, в его собственной комнате. Трупы убитых бандиты бросили в пог­реб. Убив стариков, немецкие солдалы бросили в погреб их дочь Ксению при­стрелили ее. Вслед за этим немцы столкнули туда же Валентину и Агрип­пину Барсенковых, после чего немения офицер бросил туда гранату, Женщины, обливаясь кровью, умирали в страшных мучениях, а гитлеровцы, заглядывая сверху, наслаждались этим зрелищем. Домохозяйка Наталья Борисовна Гра­чева, разбитая болезнью, не могла пере­двигаться. Угоняя на каторгу в Герма­нию ее мужа, немцы обещали ему не трогать больную. Но, когда Грачев, сбе­жав от фашистов, вернулся домой, он нашел Наталью Борисовну убитой. Немногим жителям удалось остаться в родном селе. Многие угнаны на немец­кую каторгу, многие растерзаны и уби­ты гитлеровцами. Купец из Вены образом: ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРмИЯ, 11 декаб­ря. (Спец. корр. ТАСС) Его нашли в погребе, где он пытался спрятаться за кадками с огурцами. Два советских автоматчика доставили его вместе с группой других пленных в штаб своей части, Так закончилась карьера лейте­нанта Рудольфа Танцера, командира роты немецкого мотополка. Сам Танцер описывает события, пред­шествовавшие его пленению, следующим - Ночью я получил приказ перейти на рассвете со своей ротой в контратаку и вернуть утерянный вечером рубеж. Я понимал, что это безнадежно, так как накануне не мог даже угрозами заста­вить солдат оставаться хотя бы на ме­сте, не отходить. Поскольку старший  маю с себя всякую ответственность за исход дела и повел жалкие остатки сво­ей роты в бой. 35 продрогших, измучен­ных солдат двигались медленно и нехо­тя, еле волоча ноги, Едва вступив в со­прикосновение с русскими, которые до того выжидающе молчали, мы сразу же были отброшены. Все солдаты разбежа­лись, а я, оставшись один, вскочил в греб и просидел за кадками несколько по-ни  часов,пока меня не взяли в плен. походе в Польшу, Голландию, Бельгию, Грецию, Там, как он говорит, все шло блестяще. Немецкий купец из ставший офицером гитлеровской армии, торжествовал, предвкушая богатое бу­дущее. Когда Гитлер напал на Советский Союз, Танцер был отправлен на Восточ­ный фронт, Мотополк, в составе которо­го он прошел путь почти по всей Евро­не, сразу же начал нести огромные по­тери, пополнялся и снова таял. Только теперь Рудольф Танцер, как он сам об этом говорит, почувствовал на собствен­ной шкуре, что такое настоящая война. Железный крест и медаль за уча­стие в зимней кампании меня уже не утешали, и я лишь искал случая живым выбраться из этого ада. Наконец мне удалось попасть в запасной батальон, находившийся в Австрии, а из него - в офицерскую школу. Правда, военная карьера меня, купца, не прельщала. Я старался попасть в офицерскую школу только потому, что хотел спасти себя, выиграть несколько месяцев жизни и как-нибудь уберечься от фронта. Рудольф Танцер признается, что он не исключение. - Подобные настроения, - говорит он,- я замстил и у других слушателей школы.

 

 

В Ленинградском Доме Флота Город окутан вечерней мглой. Взрывы Вечер проведен весело и с интересом. снарядов -- один, другой… Летят куски  И это далеко не единичный случай хоро­штукатурки. Звенят стекла. Эхо приглу­шенно вторит грохоту разрывов. Немцы и финны ведут огонь по Ленинграду. В Ленинградском Доме Флота собрались офицеры, краснофлотцы и ленинградцы. До начала концерта - более часа. В голубой гостиной -- большая груп­па моряков Композитор Мокроусов и его балтийские коллеги знакомят их со свой­ми новыми произведениями, Потом поэт Борис Тимофеев читает «Сатирическое бозрение». В соседней комнате у боль­й карты боевых действий на совет­ско-терманском фронте лектор консуль­тирует группу краснофлотцев. Звонок. Все устремляются в зал Рево­во­ЛЮЦИЧ. Зал ослепительно освещен, Среди нахо­дящихся в нем защитников города много орденоносцев. Почти у каждого на груди медаль «За оборону Ленинграда», В зале появились летчики - Герои Советского Союза гвардии капитан Титаренко, четы­режды орденоносец Пятков, знаменитый балтийский ас Цыганов… ыступают артисты Ленинградского ирка. Отшлифованное мастерство их вы­вывает бурю аплодисментов, радостный смех, одобрительные возгласы. После концерта в одном зале - кино, , вдругом - национальные танцы. В пау­зах между краковяком и гопаком тут же в зале, на ковре, выступают артисты цир­ка и эстрады. Б одной из комнат Дома Флота … се­ане одновременной игры в шашки на двадцати досках. Композиторы и поэты беседуют с офицерамй. шей организации в Доме Флота досуга за­щитников Ленинграда. Надо особенно отметить практику про­ведения встреч моряков разных родов оружия, моряков с писателями, На вечере встречи комсомольцев с писателями пос­свет. Но вечер продолжался: поэт Азаров читал стихи. Затем принесли фонарь и встреча с писателями была доведена до конца. Неплохо обслуживают посетителей Дома Флота агитпункт и библиотека. Офицер или краснофлотец в любой день может получить книгу, журнал, газету. Ему дадут здесь и авторитетную консульта­цию. Культурно-массовая работа в Доме Флоль стала организованнее и содержа­тельнее. Однако не все еще в порядке. Нередко концерты, доклады и другие ме­роприятия проходят вяло из-за плохой организации. Не уделяется достаточного внимания краснофлотской художественной самодеятельности, которая работает от случая к случаю, от смотра к смотру. Это тем более обидно что зрители --- офицеры и рядовые бойцы - всегда восторженно встречают выступления краснофлотских коллективов. 

каждый дом покрылся новым количест­ми, мчится к одному из заводов старший лейтенант Михаил Масютин. Фронтовики   послали своих делегатов к рабочим рас­сказать им о своей жизни, а в окопах и землянках по возвращении поведать о быте завода, с которым у бойцов зароди­горнусам и общими усилиями был отог­нан, теперь они встретились у станков. Рабочие рассказывали, как они подгото­вились к зиме, говорили о запасах дров, том, кто и сколько снял овощей со споего огорода. Через несколько часов в окопы вместе с бойцами уезжала завод­ская делегация. и Дружба фронтовиков с рабочими, с за­щитниками города старая революци­онная традиция Питера, В наши дни она стала еще более крепкой, неразрывной, даже, если можно сказать, интимной в са­лучшем смысле этого слова Езу репляют взаимно пехотинцы и машино­строители, летчики и профессора, врачи артиллеристы, моряки и школьники. Сегодня в 211-й школе Куйбышевско­го района праздничное веселье по слу­чаю Дня Конституции. По стенам кори­доров развешаны портреты людей двух поколений-- отличников учебы и отлич­ников фронта. К началу вечера зал за­полняется детьми и шефствующими над школой офицерами и краснофлотцами. Директор школы М. В. Климова привет­ствует дорогих гостей, рассказывает, как учатся дети сколько металлического ло­ма они собрали для ленинградской про­мышленности, сколько книг школьники отослали в освобожденные районы, На следующий день школьники побывали в гостях у моряков-шефов и показали им пьесу из жизни партизан, написанную учительницей, Весь Ленинград город, фронт, Балт­флотогромная, дружная семья совет­ских патриотов. Успех фронта - всеоб­щая радость города, победа балтийцев­гордость всего Ленинграда, несчастье семьи, потерявшей близкого человека и истребляют мирных жителей. На снимках (слева направо): дом, разрушенный вом боевых шрамов - рубцами, выбои­нами, как сыпь на теле человека. Как и огда, но с большим остервенением по­сылают немцы и финны на улицы города снаряды. тот», -- сказал мой спутник, и мы после­довали дальше. На рассвете сотни двор­ников с лопатами и метлами прошли улицу. Утром горожане вышли на чис­тые, подметенные, убранные панели. Трамвайные остановки посыпаны песком. Ленинградцы всегда считались побор­никами чистоты. Даже в самые тяжелые голода, холода, блокады люди делали максимум возможного чтобы их улицы вы­глядели опрятными, Два года назад мож­но было увидеть дворника по ул. Тер­цена, 12, плакавшего, как ребенок, по­тому что он, опухший от голода, поте­Вены,то он онмом был убрать свой дом, свой двор. Под стенами города, зарывшись глу­боко в землю, затаились немецко-фин­ские палачи. Ленинград -- на передовой линии фронта. Нет почти дня на протя­жении более 2 лет, чтобы здесь с грохо­том не рушились дома, не раздавался звон бьющегося стекла, на мостовых не образовались воронки. И в этом городе­фронтовике приятно радует образцовый порядок, идеальнал чистота. Строгие улицы, пестрящие театральными афи­шами, агитплакатами, «окнами ТАСО». На всех перекрестках газетные витрины, рекламные стэнды, справочные обявле­ния Ленинградский день особенно уплот­нен, в его деловом ритме чувствуется военный стиль. Многое нужно успеть сделать за один день а в каждом дне не­сколько часов длится артобстрел, когда прекращается движение транспорта и резко уменьшается движение пешеходов по городу. свой трудо­от злодейской Но ленинградцы сделали вой день независимым

Вот во что целят беснующиеся от своих военных неудач немцы и финны. Твется безвинная кровь на священных ицах Ленинграда, Но ленинградцы ИсполиН. …Когда кончился очередной обстрел, на город ложились не по-зимнему теплые сумерки. У газетного киоска, не успев­шего открыться днем, образовалась оче­редь. Старик в пенснэ, простоявший в ук­рытии несколько часов и сильно прозяб­ший, ждал своей очереди купить газету. Он неторопливо закурил и сказал: «Вот уж нашему городу-мученику достается…» Сосед заметил старику: Нет, дорогой гражданин, неправ­да… Вот намедни, из госпиталя, что ря­дом с моим двором, вышел офицер с че­моданчиком, на палку опирается, по всему виднолетчик, голубал линейка у него на погонах. Все лицо на нем обго­релое, очки черные… Подумал я, вот уж мученик настоящий, а потом попра­вил себя -- не мученик он, а герой на­стоящий герой… А Питер наш, хоть и побит и пожжен, и крови много повн­дал, а разве он мученик. не … Пожалуй, вы правы… Верно, мученик - герой… * * *





Ленинградскому Дому Флота следует стать подлинным центром всей культурно­массовой работы на Балтике тем более, что для этого у него есть все возможнос­ти. Лейтенант М, ЛЬВОВ.

Юные техники - в помощь фронту   Центральная станция юных техников Н. М. Шверника подвела итоги смотра «Юные технаки - в помощь фронту», про­веденного с 1 января прошлого года по 1 ноября 1943 года. В смотре приняло уча­стие 240 тысяч ребят, организованных в школьные и внешкольные кружки, и оди­чек, Они изготовляли подарки бойцам и фицерам Действующей армии, оказывали эмощь семьям фронтовиков, школам, кол­хозам и совхозам. Одних только теплых вещей для совет­сках воинов было изготовлено более 100 тысяч Юные техники сшили и отремонти… ровали детям фронтовиков около 100 тысяч пар обуви, изготовила 60 тысяч игрушек.   Они отремонтировали помещения 188 школ, свыше 15 тысяч парг, 9 тысяч классных досок. Для колхозов и совхозов изготовле­и но около 19 тысяч предметов ручногосель­скохозяйственного инвентаря. За время смотра тысячи школьников из­учили специальности радистов, шоферов, мотоциклистов, трактористов, комбайнеров. Лучших результатов добились следую­щие станции юных техников: Московская и Свердловская областные, Башкирская рес­публиканская. Автозаводского района Горького, Зейская Читинской области Анжеро-Судженская Кемеровской области Ярославский Дворец пионеров. (ТАСС).

Высоко в небе над Невой висит луна. Город окутала ночь, Доносится отдален­ный гул артиллерийской канонады. Из ленинградских театров, из концертных зал, клубов и кинотеатров выходят тыся­чи ленинградцев. Во все стороны города, почти на самую линию огня, к блинда­жам и «капэ» с тихим перезвоном мчат­ся трамваи, быстренькие «вилесы» и солидные пятитонки. Стихает день фронтового Ленинграда, герода-героя, труженика, борца. Ленинград.

пальбы немецко-финских цалачей. Пусть  Систематическим артиллерийским обстрелом снарядом, жертвы артиллерийского Ленинграда немецко-финские варвары разрушают жилые кварталы города, уничтожают памятники культуры города, одна из квартир дома после обстрела.

фашистским (Фотохроника ТАСС).