Ал. ИСБАх К 20-летию со дня смерти В кинофильме «Мя­тяж» есть такой кадр: «Фурманов и его то­варищи, схваченные мятежниками, сидят в тюрьме. В перспек­тиверасстрел. Жить осталось счи­танное время. Фур­манов лихорадочно спешит занести в свою записную книж­ку последние собы­тия. Надо записать полнее. Надо успеть. Ведь притти за ними могут каждую мину­ту. От сильного на­жима ломается ка­рандаш. Неожиданно и досадно прерыва­ются записи». Этот кадр - не вы­мысел. В архивах Дмитрия Фурманова среди других сохра­нилась и эта запис­ная книжка, которую он заполнял своим твердым почерком з тюрьме в ожидании смерти. И в середине страницы, там, где сломался карандаш, идет жирная обрыви­стая черта. Тогда смерть была предотвращена, как и в десятках других случаев, когда, каза­лось, выхода нет. Записные книжки, дневники, беседы, в которых Фурманов делился планами своих будущих работ, говорят о богатейшем опы Фурманов был большевиком и на фрон­тах гражданской войны, и в боях за про­летарскую литературу. О том, как работал Фурманов в Чапаев­ской дивизии, рассказывает один из его со­ратников: «Части все время находились в движе­нии. Нужно было быть там, где ты больше всего нужен: впереди, с войсками И Фурма­нов вместе с Чапаевым были редкими го­стями в штабе дивизии, Нужно былообо-И дрить, показать пример, разобраться в об­становке и иногда круто поступить с ос­лушниками. Вместе с тем нужно было поль­зоваться всяким представившимся случаем, чтобы об яснить красноармейцам и мест­ным крестьянам всю необходимость борь­Фурманов, всегда спокойный, кипед в Сколько раз смерть случаем щадила Фур­манова. Иногда казалось, что не осталось никаких надежд остаться живым, но слу­чай спасал ему жизнь». Много лет подряд вел Фурманов свои дневники, В перерывах между боями, на коне, в тюрьме, в ожидании расстрела… И потом из огромных запасов своих наблюде­ний он отбирал главное, и это главное клал в основу своих произведений. «…Все ли можно писать? Все. Только… В бурю гражданских битв пишешь об осо­бенностях греческих ваз… Они красивы и достойны, все-таки ты сукин сын: нли по идиотизму, или по классовости. Писать нало то, что служит, непременно, прямо или косвенно, служит движению вперед. Для фарфоровых ваз есть фарфо­ровое и время, а не стальное. Впрочем, можно и про вазы. Дело тогда решит душа произведения, смысл, гармо­ния чувств и настроений…» В дневниках Дмитрия Фурманова много таких записей о задачах искусства, о пси­хологии творчества, о пути художника. Он всегда волнуется, всегда ищет. Дневник его -- поистине огромные рос­сыпи тем, наблюдений, образов. Он записывал все обстановку боя, за­печатлевшийся пейзаж, разговор с товари­щами, характерное слово, оригинальную деталь… Он еще не думал тогда, когда ехал по степи с В. И. Чапаевым, о своей будущей





об утверждении Указов Президиума Верховного Совета СССР ЗАКОН Верховный Совет Союза Советских Со­циалистических Республик постановляет: 1. Утвердить Указы Президиума Вер­ховного Совета СССР об образовании На­родных Комиссариатов, принятые после VIII Сессии Верховного Совета СССР, и внести соответствующие изменения и до­полнения в статьи 77 и 78 Конституции СССР, изложив эти статьи следующим образом: «Статья 77. К общесоюзным Народным Комиссариатам относятся Народные Комис­зариаты: Внешней торговли; по!утей сообщения; подязи; c этского флота; Речного флота; Угольной промышленности западных районов; Угольной промышленности восточных районов; Нефтяной промышленности южных и западных районов; Нефтяной промышленности восточных районов; Электростанций; сти; Электропромышленности; Черной металлургии; Цветной металлургии; Химической промышленности; Авиационной промышленности; Судостроительной промышленности; Сельскохозяйственного машиностроения; Вооружения; Тяжелого машиностроения; Автомобильной промышленности; Машиностроения и приборостроения; Заготовок; По строительству предприятий тяжелой индустрии; По строительству военных и военно-мор­ских предприятий; Целлюлозной и бумажной промышл ышленно­Резиновой промышленности; Станкостроения; Транспортного машиностроения; тий; По строительству топливных предприя­Строительного и дорожного машино­строения». Вооруженных сил; Иностранных дел; «Статья 78. К союзно-республиканским Народным Комиссариатам относятся Народ­ные Комиссариаты: Пищевой промышленности; Рыбной промышленности; Мясной и молочной промышленности; Легкой промышленности; Текстильной промышленности; Лесной промышленности; Земледелия; Зерновых и животноводческих совхозов; Финансов; Торговли; Внутренних дел; Государственной безопасности; Юстиции; Здравоохранения; Промышленности строительных мате­риалов; Государственного контроля; Технических культур». 2. Утвердить Указ Президиума Верхов­ного Совета СССР «О возрастном цензе для граждан СССР, избираемых в Верховный Совет СССР», и внести соответствующее дополнение в статью 135 Конституции СССР изложив эту статью следующим образом: «Статья 135. Выборы депутатов явля­ются всеобщими: все граждане СССР, до­стигшие 18 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, пола, веро­исповедания. образовательного пенза, осед­лости, социального происхождения, иму­щественного положения и прошлой дея­тельности, имеют право участвовать в вы­борах депутатов и быть избранными, за исключением умалишенных и лиц, осужден­ных судом с лишением избирательных прав, Депутатом Верховного Совета СССР мо­жет быть избран каждый гражданин СССР. достигший 23 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, пола, вероисповедания, образовательного пенза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности».

Открытое письмо писателям, художникам, композиторам Высшая школа нашей страны пред являет вам, деятелям советской литературы и ис­кусства, свой моральный счет! После победоносного завершения войны мы, работники высшей школы, вместе со всем советским народом перешли к мирно­му строительству, к мирной учебной рабо­те и подготовке кадров специалистов, не­обходимых стране. И сейчас мы особен­но остро чувствуем нужду в вашей помо­щи в воспитании подрастающих кадров советской интеллигенции, в художествен­ном отображении в литературе, живописи, музыке, духовной жизни и быта советско­го студента. Советская высшая школа вместе со всей страной блестяще выдержала тяжелые ис­пытания войны, Наше студенчество, борясь на фронте с врагом в качестве командиров и бойцов, совмещая учебные занятия B своих вузах с работой на заводах, прояви­ло самоотверженную любовь к Родине, му­жество и самопожертвование, непреклон­ную верность большевистской партии, де­лу Ленина--Сталина. Советская высшая школа достигла этих замечательных результатов потому, что большевистская партия всегда воспитыва­ла и воспитывает в нашей молодежи вы­сокие понятия о чести и поведении, достой­ные гражданина нашей социалистической Родины. Громадную помощь в воспитании моло­дежи всегда оказывали литература и ис­кусство. Замечательные произведения ве­ликих творцов искусства, зовущие к слу­жению высоким целям, наполняют благо­родным трепетом молодые сердца. Пламен­ная революционная проповедь, призыв к самоотверженной борьбе с угнетателями человечества, с невежеством и реакцией, выраженная в совершенных художествен­ных образах, жадно воспринимается нашей молодежью. Кто из нашей многочисленной передовой молодежи не увлекался образами Базаровa и Рудина, созданными замечательным рус­ским писателем Тургеневым? Кого не пле­рняли образы представителей революцион­ной студенческой молодежи, ярко запечат­ленные во многих произведениях Горького, Чехова, Андреева, Куприна? Русское революционное студенчество широко отображено также в незабываемых произведениях наших великих мастеров живописи - Репина, Маковского, Само­киша и др. Однако мы должны признать, что наши современные мастера литературы и ис­кусств еще недостаточно оценили огром­ное воспитательное влияние художествен­ных образов на нашу молодежь. ны. В их произведениях молодежь не нахо­дит еще ответа на многие волнующие ее вопросы, потому что еще не создан яркий образ советского студента со всеми его качествами и недостатками, образ буду­щего специалиста, строителя социалистиче­ского общества, который волновал бы, вызывал бы лучшие чувства и воспитывал замечательного гражданина нашей Роди­Советская студенческая молодежь, в среде которой зреют будущие ученые, творцы новых открытий и изобретений, государственные деятели будущие строи­тели нового мира, не нашла еще реали­стического отражения в произведениях современных писателей. Писатели инженеры человеческих душ­еще не подошли к изображению образа советского студента, не показали жизнь студенческой молодежи, Они еще не запечатлели в художественных образах лучшие черты студенчества, не заклеймили недостатки, проявляющиеся в период его роста. У нас нет кинокартин из студенческой жизни, нет студенческих песен. Советские писатели, музыканты, худож­ники и кинодраматурги должны создать произведения о советском студенчестве, которые решали бы указанные задачи. В своих произведениях они должны отра­зить сложный процесс роста молодого по­коления нашей народной интеллигенции. Жизнь нашего студенчества в ее буд­ничной трудовой обстановке наполнена сложным внутренним содержанием, пытли­вым восприятием окружающего мира и ду­ховной жизни человека. В личной жизни молодежи возникают обстоятельства, требующие правильного ответа на различные вопросы морали и нравственности, неизбежные в условиях многообразной жизни большого города. Сейчас, когда мы вступили в период мир­ного развития и наша школа должна под­нять на высокую ступень качество всей учебной воспитательной работы, мы, ра­ботники высшей школы, на которых воз­ложена почетная и ответственная задача воспитания молодых кадров советской ин­теллигенции, требуем и ждем от советских писателей, художников, композиторов по­мощи в этом почетном деле и выполнения их высокого гражданского долга перед мо­лодым поколением нашего советского на­рода! Председатель Всесоюзного Комитета по дслям высшей школы при Совете Министров СССР C. КАФТАНОВ.

Писатель-воин Дмитрия ФУРМАНОВА Кончилась граж­данская война. Ко­миссар дивизии Дмит… рий Фурманов пере­чел свой дневник, свои записные книж­ки, И глубокое вол­нение охватило его. Ожили старые бое­книге, Он был тогда не писателем, а бое­вым комиссаром Ча­паевской дивизии. Но чувствовал, что нель­зя оставить незапи­санными эти встречи и эти разговоры. вые товарищи. Об этом нельзя было не написать. Он уже видел в своем воображении буду­щую книгу о Ча­паеве. И все-таки она не­легко давалась ему. Долгими ночами сидел Дмитрий Фур­манов над своими записками. Будущая книга за­он думает только о ней.

хватывает его, «Ее надо сделать прекрасной. Пусть год, пусть два. Но ее надо сделать прекрасной. Материала много, настолько много, что жалко даже вбивать его в одну повесть… Теперь сижу и много, жадно работаю… Ув­лечен, увлечен, как никогда!…» «Встаю - думаю про Чапаева, ложусь­все о нем же, сижу, хожу, лежу, - каж­дую минуту, если не занят срочным, дру­гим, только про него, про него…» Наконец, подготовка завершена. Он с волнением начинает писать. Он то­ропится. Образы захлестывают его. «Скорей, скорей, скорей - вот жела­«Главный вопрос не в том, что скоро, а в том, что хорошо. Если сам увидишь, что не очень удачно, потерпи…» вот она, законченная, лежит перед ним, его первая большая книга. Последняя бессонная ночь, замыкающая десятки ночей, заполненные «Чапаевым». «Ночь. Сижу я один за столом у себя и думать не могу ни о чем, писать ничего не умею, не хочу читать, Сижу и вспоминаю: как я по ночам страницу на страницей пи­Остался я будто без лучшего, любимого друга… Чувствую себя, как сирота». енере не «Чапаев» вышел в свет. О нем сразу за­говорили Спорили о том, к какому жанру отнести эту книгу, иные литературные гур­маны отказывались считать ее художест­венной литературой. А читатель сразу при­нял книгу. Это была творческая победа. Фурманов написал еще несколько книг. Но не раз он возвращался к этой первой, любимой своей книге. шизмом. Он обрабатывал ее для каждого нового издания. В последние недели жизни он опять возвращался к мысли об органиче­ской переделке всей книги. Он хотел сде­лать ее лучше, ярче, художественнее. Он не успел осуществить свой план. Но герои «Чапаева» живут. Образы, созданные Фурмановым, вдох­новляли тысячи героев Великой Отечест­венной войны в их борьбе с немецким фа­Взволнованные зрители выходят из кино­театров, Говорят о Чапаеве и Фурманове, о Петьке и Анке, о прошедших боях… И где-то сидит у письменного стола вер­нувшийся с фронта молодой, еще никому не известный писатель. Он перелистывает свои записные книжки и, волнуясь, пишет страницу за страницей, Рождается новая книга, которую ждет страна: «Чапаев» на­ших дней.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР Н. ШВЕРНИК. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 14 марта 1946 г.

Об образовании Реданционной комиссии по внесению изменений и дополнений в текст Конституции СССР 1. Для внесения изменений и дополне­ний в текст Конституции СССР образовать Редакционную комиссию в составе: Председатель комиссии Вышинский Андрей Януарьевич - де­путат от Вольского округа Саратэвской области РСФСР. Члены комиссии: Александров Георгий Федорович -- де­путат от Энгельского округа Саратовской области РСФСР. Голяков Иван Терентъевич - депутат от Уфимского округа, РСФСР. Горкин Александр Федорович депу­тат от Канашского округа Чувашской АССР. Горшенин Константин Петрович - де­путат от Северного округа РСФСР. Палецкис Юстас Игнович - депутат Пальцев Георгий Николаевич … депу­тат от Владимирского округа Владимир­ской области РСФСР. Перов Георгий Васильевич -- депутат от Таллинского-Морского округа Эстон­ской ССР. Поскребышев Александр Николаевич -- депутат от Белебеевского округа Башкир­ской АССР. Поспелов Петр Николаевич - лепутат от Обоянского округа Курской области РСФСР. Рычков Николай Михайлович - депу­тат от Сернурского округа Марийской АССР. 2. Поручить Редакционной комиссии внести предложения об изменении и допол­нении текста Конституции СССР на рас­смотрение очередной сессии Верховного 

Конкурс на лучшее издание детских книг о ский детстве В. И. Ленина (художник жник Б. Дех­терев, отпечатана на той же фабрике), дет­календарь на 1946 год (календарь оформлен коллективом художников и от­печатан на фабрике детской книги № 1, в 1-й Образцовой типографии, литографии кие школ сказки чатана Госпланиздата и в 5-й литографии). Третья премия в 25 тысяч рублей при­суждена книгам: Л. Толстой - «Малень­рассказы», изданные для нерусских (художник А. Брей, отпечатана на фабрике № 1), «Волшебный колодец» народов СССР, составленные А. Любарской (художник А. Якобсон, отпе­на фабрике детской книги № 2 в Ленинграде). го В Государственном издательстве дет­ской литературы состоялся обществен­ный просмотр представленных на отчет­ной выставке качества и полиграфическо­оформления 185 книг для детей, издан­ных в прошлом году. На лучшее издание этих книг был проведен конкурс. Министерство просвещения РСФСР под­вело итоги конкурса. Первая премия оста­лась неприсужденной. Вторая премия в 50 тысяч рублей присуждена книгам: С. Маршак «Сказки, песни, загадки» (художники В. Лебедев, А. Пахомов, В. Ко­нашевич, А. Ермолаев и В. Щеглов. Книга отпечатана на московской фабрике дет­ской книги № 1), А. Кононов«Шалаш»-



от Паневежского округа Литовской ССР. Совета СССР. Председатель Президиума Верховного Совета СССР Н. ШВЕРНИК. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 19 марта 1946 г. 



УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР О ПРЕОБРАЗОВАНИИ КОМИТЕТА ПО ДЕЛАМ КИНЕМАТОГРАФИИ В СОЮЗНО-РЕСПУБЛИКАНСКОЕ МИНИСТЕРСТВО КИНЕМАТОГРАФИИ СССР Преобразовать Комитет по делам кинематографии в союзно-республиканское Ми­Н. ШВЕРНИК. нистерство кинематографии СССР.

Неопубликованный отрывок из ., Чапаева В архивном фонде Д. А. Фурманова, сре­ди его автографов и биографических мате­риалов хранится первый лист рукописи «Чапаев» в его ранней редакции. На нем штамп издательства: «Рукопись поступила 4 октября 1923 г.». Отрывок не вошел целиком ни в одну из глав основной редакции текста и является, очевидно, одним из ранних вариантов на­чала «Чапаева». Центральный Государственный литера­турный архив. Публикуем данный отрывок: В глубине Уральских степей, на широ­кой равнине разбросалась станица Алек­сандров-Гай. Куда ни глянь за околицу, всюду вдаль побегут степные просторы, и нет им конца. Не задержится взор ни в го­рах, ни в холмах - ровная, чистая про­стынь степей и на юг и на север, на восток и на запад - гладка, тиха, безмятежна. Весенняя ростепель еще не тронула снежные покровы - только заледенели они серебряной коростой, играют, сверка­ют на солнце, хрустят под человеческим шагом, под конским бегом. Там, где зимами стояли глубокие сугро­бы, а по летам качались ковры нетронутых сочных трав степных, где не было следа человеческого, ныне из края до края, в разные стороны, путаясь и перебиваясь, то наскакивая одна на другую, то рассекая, сливаясь, то выбиты колесами артилле­рийских повозок, конскими копытами и подковами солдатских сапог степные дороги, дорожки, тропинки, отдельные четкие, глубокие следы. Вся степь взбун­товалась, Обеспокоена, встревожена она. Заполыхала в пламени гражданской войны. Уж не сбираются на вечернюю беседу седобородые, старые казаки - ухватили пики, сверкнули шашками, ускакали они с белыми генералами от красных полков. Уж не сбираются с дивчатами в круг на пес­ни, на игры, на пляску в цветных жупанах казачата, - и они ускакали с отцами, a другие от отцов и против отцов--в крас­ные полки, в эскадроны красных кавалери­стов. Забило, закружило вихрем казацкие ста­ницы, уж давно не знают они старого, при­вычного сытого покоя, Степь заклокотала, раз ярилась, застонала под звоном шашек, под свистом пуль, под раскатами орудий­ного грома. Станица степей кулацких - Уральск - и та потеряна: заполонили ее красные пол­ки и отряды, угнали казаков за реку и тес­нят, все дальше теснят по большому трак­ту: хотят загнать ко Лбищенску и за Лби­щенск - на Сахарную, до самого Каспий­ского моря. Пробежала молва среди каза­ков - будто едет снова в Уральские сте­пи красный командир Чапаев, от которого не было покоя в прошлом 18 году. При­помнились его походы, стремительные уда­ры, когда налетал со своими отрядами, словно коршун, и разбрасывал, разметы­вал казацкие полки, Нет Чапаеву бы нет было его силы, еще которая случая, удержу, остановила, не

Председатель Президиума Верховного Совета СССР Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 20 марта 1946 г.

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР О назначении тов. Большакова И. Г. Министром кинематографии СССР Назначить тов. Большакова Ивана Григорьевича Министром кинематографии СССР. Председатель Президиума Верховного Совета СССР Н. ШВЕРНИК. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 20 марта 1946 г.

Иллюстрации А. Кокорина к книге Т. («Молодая гвардия»).

Логуновой «В лесах Смоленщины»

ЗАМЕТКИ НИСАТЕЛЯ   вая в своих произведениях нашу прекрас­ную и трудную жизнь, честных и благо­родных людей, рисуя и прошлое, и настоя­щее, и будущее, ничего не прикрашивая, увлекая - я повторяю - лишь силой и правдой искусства. Это и есть высшая ро­мантика. Выполнить эти задачи обязан каждый из нас, но я не случайно выделяю писателей моего поколения, для которых предстоя­щие десять-пятнадцать лет, это … годы зрелости. Если в эти годы мы не сделаем того, чего мы хотим, о чем мечтаем, ради чего и стали писателями, то когда же мы это сделаем? На-днях я излагал эти мысли на писа­тельском собрании в Ленинграде и, быть может, я ломился в открытые двери. Воз­можно, что по этой причине кое-кто, гля­дя на мой многозначительно поднятый па­н смогу ли я, успею ли сделать все, чего от меня ждут, чего прежде всего жду я сам? ныснно потому и без неловкого чувства говорил это вслух. Ведь дома, за письмен­ным столом, нас непременно колет тревога, хорошая творческая тревога: то ли я де­лаю? Мы не были бы писателями, мы не были бы русскими писателями, сыновьями великого народа, прошедшего титаниче­ские испытания победившего в величайшей из войн и готового к великим победам на фронте фронте нте созидатель тельного труда, если бы мы тельного труда, если бы мы своему писательскому призванию. легкомысленно и беспечно относились к Нет и не может быть среди нас литера­турных папильонов, порхающих над слад­кой кашкой и над мещанской резедой, в свое удовольствие потягивающих благо­вонный нектар искусства для искусства. Многие из нас были писателями-бойцами, все мы опять стали писателями-граждана­ми. Не все из нас уже широко известны чи­тателям, для которых мы пишем, не все, это нужно признать, протоптали к читате­лю торную дорогу, Значит, мало топтали, значит, надо еще больше работать. Есть хороший завет большого поэта: Но не пытайся для себя хранить Тебе дарованное небесами: Осуждены - и это знаем сами - Мы расточать, а не копить. Но это не расточительство. От каждой калории душевной теплоты в наших про­изведениях пойдут тепловые волны по всему широкому миру читателей. Это теп­ло к нам вернется сторицей. ** и Историк Сергей Соловьев сказал: «Народ любит ставить памятники своим выдаю­щимся людям, но эти люди своей деятель­ностью сами ставят памятник своему на­роду». Я не хочу применять эти слова к нам и к нашей деятельности. Мы - рядо­вые работники, но нам дано драгоценное право участвовать в литературном деле. Кто из нас расскажет, споет, напишет бес­смертные слова - неизвестно. Но все мы участники огромного дела, и все мы, как мне кажется, находимся на под еме духов… ных сил. Это не риторика. Я не фантазирую не преувеличиваю. Реальные доказатель­ства моих слов я нахожу в наиболее зна­комой мне жизни писателей Ленинграда. Недавно, например, мы подробно и при­дирчиво обсуждали планы ленинградского оттелении подательства «Советский  окончания войны. Писатели, как и все на­ши люди, устали, … что скрывать, было трудное время. Но это не творческая уста­лость, нет. Мы знаем уже о новых книгах, а в ближайшее время появится много но­вых книг, и только от издательства зависит скорейший их выпуск в свет. Еще больше книг в работе. Даже те писатели, которые до войны писали мало и трудно, сейчас пи­шут много и с особенной горячностью. Еще полгода назад мы опасались, что во­зобновляющему свою деятельность ленин­зобновляющему свою деятельность ленин­градскому отделению «Советского писате­ля» нечего будет издавать. Как смешны те­перь эти опасения! И как разнообразны книги и замыслы! Писатели ломают свои узкие литератур­ные специальности, Поэты пишут расска­зы, очеркисты - приключенческие и лири­ческие повести, даже критики пишут ро­маны и пьесы… хорошо это уже тем, что приучает нас творчески дерзать, а дерзать нам надо во что бы то ни стало. Писатели пишут, будут писать еще боль­ше. И если читатель с большим опоздани­ем читает написанное нами, зачастую ви­ной тому наша вялость и робость в жур­нальных и издательских делах. Журналы выходят с огромными опозда­ниями. Но еще более медлительны произ­водственные темпы издательств, Ровно год тому назад в Союзе писателей выступал представитель Лениздата и заверял. что книги будут издаваться в три-четыре меся­ца. В издательство были сданы многие ро-

маны и повести. Увидел ли их читатель? полгода или Нет, они безнадежно застряли в типогра­фиях, в переплетных… Альманах, собран­ный нами к Октябрьской годовщине 1945 года, в лучшем случае выйдет к… май­ским дням 1946 г. Не является ли такая медлительность пренебрежением издатель­ства к писателю и к читателю? Не стоит ли вспомнить практику издательства «Красная газета», на базе которого и создан теперешний Лениздат? Бывало, что это издательство издавало книги даже без ведома автора, но читатель получал но­вую книгу незамедлительно. Правда, теперь у писателей-лепинград­цев имеется свое издательство, отделение «Советского писателя». Мы там хозяева, и мы же хозяева своего писательского труда. Отсюда следует, что наше издательство должно стать настоящим писательским комбинатом. Девизом его должно быть «Писатель, ближе к издательству! Изда­тельство, ближе к писателю!» Планы его должны быть реальными, база прочной и основательной смпы жным демократии должен лежать в основе всей жизни и работы писательского издатель­ства. Я Мы можем быть хозяевами в своем из­дательстве, в своих журналах. Но есть об­ласть нашего труда, где писатель отстра­нен от живого участия в творческой жизни. говорю о ленинградских театрах. Можем ли мы мириться с тем, что ленин­градские театры ставят в год от силы одну советскую пьесу а то и ни одной. Акаде­мический театр им. Пушкина, Ленинград­мический театр им. Пушкина, Ленинград­ский театр им. Ленинского комсомола, Но­вый театр, Большой драматический театр им. Горького, --- в каждом из этих театров в минувшем году поставлено всего только по одной современной пьесе, Характерная деталь: ленинградские драматурги скорее и чаще видят свои пьесы поставленными Москве, чем в Ленинграде Совсем свежий пример: пьесу Л. Малюгина «Старые друзья», написанную в Ленинграде, пьесу o ленинградцах, ленинградский зонтель увидел уже после того, как она с успехом прошла в Москве, и увидел не в постанов­ке театров Ленинграда, а в гастрольных московских спектаклях. Разумеется, гораз­спокойнее выждать премьеру в Москве, до проштудировать отзывы московской кри­тики, прислушаться рукоплесканиямо­сковских зрителей, а затем, вытребовав из отдела распространения Управления по охране авторских прав отпечатанную на стеклографе пьесу Малюгина (или друго­го автора-ленинградца), не торопясь, го-

товить ее год. Откуда эта творческая безынициативность, бездея­тельность, боязнь риска у ленинградских театров? Создается впечатление, что ленинград­ские театры просто-напросто забыли о су­ществовании ленинградских драматургов. На-днях я получил письмо от дирекции Академического театра им. Пушкина. письме речь идет о пьесе, которую нетыре года назад я должен был написать для театра. И вот, как я выяснил из письма, театр не только забыл, что пьеса давным-давно им принята, более того, что она издана мной отдельной книжкой и о ней уже написан ряд статей и рецензий, - нет, театр не знал даже, что я живу и работаю в Ленин­граде. Свое письмо театральная дирекция адресовала мне в г. Котельничи, где я жил некоторое время в 1942 г. Дирекция не удосужилась заглянуть даже в списки ленинградских писателей, которым она ре­гулярно присылает приглашения на про­ли, или ответить театру в Новосибирск, где он находился в годы войны. Взаимоотношения, существующие между ленинградскими театрами и драматургами, замедляют рост нашей драматургии. матургам подчас остается печатать свои ьесы в журналах, Если не ошибаюсь, в ре­дакции «Звезды» скопилось не менее пяти наных печатанью, По это, ко­Это что-то вроде стеатра для себя». Зритель ждет не только напе­чатанных пьес, но прежде всего пьес, по­ставленных на сцене. Я перечел написанное об издательствах и театрах. Не является ли все это чем-то второстепенным? Нет, это имеет прямое от­ношение к главному, что составляет сущ­вность нашей работы, нашего труда, Новые ответственные задачи стоят перед нами. Мы должны их выполнить как можно лучше: серьезно, талантливо, а если выйдет, то и с блеском. А выйти должно! Народ нашта­лантлив, и мы не можем давать ему ренькое чтиво и скучные пьесы. Народ ви­дел и пережил горе и радость. Нет челове­ка, в жизни которого кровь и любовь, как в старинных стихах, не прошли бы рядом за годы войны, Такого читателя и зрителя

Леонид РАХМАНОВ

Наша литературная молодость - я гово­рю о своем поколении, поколении сорока­летних-совпала по времени с первыми Сталинскими пятилетками. Тогда мы еще только начинали, у нас не было достаточ­ного опыта, знаний, чтобы работать в пол­ную силу, как этого требовали суровые дни  великого строительства, Мы были слишком молодыми его участниками, скорее учени­ками, а иногда и только свидетелями Иные из нас увлекались голой технологией на­шего ремесла, не умея еще применить ее к большим и серьезным задачам. Иные были склонны к эстетству, к литературному анекдоту, к шутке, пародии, беспочвенной романтике и другим грехам юности, сло­вом, были мы тогда еще далеко не вровень веку. Но все же мы росли, мужали, нахо­дили дорогу к читателю, каждый из нас на­писал (или был на пороге того, чтобы на­писать) одну-две серьезные повести или в саком минувшие военные годы? Возможно, что итоги сделанного могли бы быть более значительными, - не знаю! Сейчас острота вопроса в другом. Наступил мирный пе­риод, Наступило время новых Сталинских пятилеток, время огромных новых задач. В новом качестве находимся и мы сами. Давно прошла наша литературная моло­дость, Не знаю, можно ли нас считать опытными, зрелыми писателями, но быть ть ими нам пора. Годы новых ответствен­нейших задач в жизни нашей страны, нашего народа должны совпасть с го­дами нашей духовной, гражданской и ли­тературной зрелости. Отмеренные вождем сроки­две-три пятилетки, десять-пятнад­цать лет, это - решающие сроки. Они ре­шают будущее страны, они делают ее на­всегда сильной, уверенной в своем могу­ществе, в своей нерушимой правоте и в своем праве на очень большое счастье. Эти сроки решающие и для писателей моего поколения! Многое предстоит сделать в ближайшие ятилетки каждому писателю. Наш граж­данский долг велит нам быть на высоте задач своего времени, быть с народом, по­могать ему, учить подрастающую моло­дежь, учить не менторски, не на прописях, а силой искусства, художнически, показы­2 Литературная газета № 13



чтобы

отступили,

побе-

жали перед.

 Тбилисская сокровищница книг В 1931 году в Тбилиси была открыта Го­сударственная публичная библиотека Гру­зии им. Карла Маркса. Сейчас книжный мов. Дра-библиотеки составляет 1.668.729 то­В отдельном помещении хранятся ред­кие книги, рукописи, газеты и журналы на ском, арусском, латинском, француз­Здесь перваяком и других языках.

книга «Гру­зино-итальянский словарь», изданный в 1629 году в Риме; спустя 40 лет в Риме вышла в свет «Грузинская грамматика», хранится в биб­в Венеции издания тру­Вольтера. Среди о путеше­экземпляр которой также лнотеке; вышедшая в 1562 году история Византии», первые дов Паскаля, Лейбница и родких изданий - много книг нях по Кавказу и Ближнему Востоку. ольшой интерес представляют книга берти «Сообщение о Колхидет вы­шедшая в 1654 году в Неаполе, и «Путе+ се-ьие по Грузии и Армении» Турнефора Мион, 1717 год). В уникальном фонде с также редкие Тут можно видеть го «Колокола», библиотеки хранят­периодические издания. комплекты герценовско­номера первой грузинской вышедшие в 20-х комплекты жур­и другие, Впо-

не речь вождя, Наше дело, это-яркое, ясное газеты «Картли газети», годах прошлого столетия, налов «Иверия», «Пискари» и горячее, правдивое художественное сло­следние годы уникальный ся во, Ответим же этым делом! Ленинград. новыми ценными была приобретена Грузни» царевича Вахушти.

фонд пополнил­изданиями, В 1944 г. рукописная «История