ПРОЛЕТАРИИ

ВСЕХ

СТРАН,

СОЕДИНЯЙТЕСЬ! НПОЗАВТРА, 8 СЕНТЯБРЯ, ПРАЗДНУЕТ ДЕНЬ ДА ЗДРАВСТВУЮТ СОВЕТСКИЕ И ТАНКОСТРОИТЕЛИ! СОВЕТСКАЯ СТРАНА СЛАВА Плакат художника В. Иванова «Слава советским танкистам», танкистов.  выпущенный издательством «Искусство» к Дню В Президиуме Правления Союза советских писателей 

ИТЕРАТУРНАЯ г. 1946 сентября ОРГАН СОЮЗА 7 Суббота, СССР Союза  ПРАВЛЕНИЯ

№

37

(2300)

Цена 45 коп.

РЕЗОЛЮЦИЯ Правления писателей от 4 сентября 1946 г. блем развития советской литературы часто подменяется претенциозной шумихой по Несвойственный советским людям дух низкопоклонства перед буржуазной куль­турой Запада, отмеченный постановлением ЦК ВКП(б), сказался особенно ярко в об­ласти драматургии. Постыдный факт пере­лицовки драматургом Александром Глад­ковым повести буржуазного писателя пьесу якобы о современных советских людях («Новогодняя ночь») -- наиболее яркое свидетельство этого. Издательство «Искусство» выпустило сборник низко­пробных, пошлых одноактных пьес совре­менных английских и американских дра­матургов, отравляющих сознание наших людей мировоззреннем, враждебным со ветскому обществу. Большую долю ответственности за про­никновение в нашу литературу чуждых влияний, аполитичных, пошлых, идейно, и художественно слабых произведений не­сет наша литературная критика, часто за­бывающая великие традиции русской кри­тики, традиции Белинского, Чернышевско­го, Добролюбова, Горького, Критика со­вершенно недостаточно реализует в своей практической работе гениальные труды и указания Ленина и Сталина в области ли­тературы и искусства. До сих пор критики не сделали надлежащих выводов из док­лада А. А. Жданова на Первом Всесоюзном сезде советских писателей. Теоретический уровень многих критических статей ни­зок, анализу идейной направленности ли­тературных произведений не уделяется должного внимания. Крупные писатели не выступают с критическими статьями, нару­шая этим благородную традицию русской литературы. Серьезное обсуждение важнейших про­второстененным вонростм, унодяней ниса­телей от коренных проблем современности. Характерным примером этого является дискуссия по вопросам драматургии на страницах «Литературной газеты» и «Со­ветского искусства». В высказываннях не­которых критиков (например, А. Гурвича) сквозит эстетский суб ективизм, оторван­пость от текущих политических проблем современности. До сих пор в среде неко­торых критиков и писателей имеют хож­дение формалистические концепции. в Критики не пытаются всерьез разобрать­ся в процессах литературного развития, осмыслить и обобщить опыт литературы. В «Литературной газете» появилось бес­принципное и пошлое высказывание Л. Рах­манова по поводу книги Борисова о Грине, напечатана эстетская и захваливающая статья Данина о Смелякове, Теоретический уровень многих выступлений газеты ни­зок, она оторвана от жизни союза, прохо­дит мимо основных вопросов идеологиче­и ского воспитания писателей, не умеетприн­ципиально и остро критиковать вредные произведения и чуждые влияния в лите­о­ратуре, не организует критику и само­критику в литературных организациях. Известное распространение среди писа­телей получила вредная теория о том, что будто бы неправомерно требовать от пи­сателей-современников достойных произ­ведений о наших днях, что будто бы такие произведения могут появиться лишь в будущем. Эта вредная и путанная теорийка, грубо попирающая традиции великой рус­ской демократической литературы, кото­рая на протяжении всей своей истории бы­ла передовой и актуальной, не встретила отпора в печати, Не получило должного отпора и выступление И. Сельвинского, предлагавшего «заменить» социалистиче­ский реализм, как метод художественного творчества, «социалистическим символиз­мом». Украинский писатель Петро Панч выступил с «теорней» о «праве писателя на ошибки». Эта «теория» открывает две­ри для проникновения в литературу чуж­дых влияний. И она не получила соответ­ствующей квалификации со стороны ли­тературных критиков. Отставание теоретической мысли на фронте критики и литературоведения при­вело к тому, что у нас нет до сих пор учебных пособий по теории и истории со­ветской литературы, нет даже удовлетво­рительной программы преподавания исто­рии советской литературы в Литинституте ССП. Отдельные критики, так же, как и руко­водители Союза писателей и редакторы его   органов, руководствуются в своих оцен­ках произведений не интересами идейного и художественного развития советской ли­тературы, не интересами государства и народа, а групповыми, приятельскими, лич­ными соображениями. Это находит свое выражение, в частности, в раздувании из этих побуждений заслуг и восхвалении пн­сателей, принадлежащих к группе «свонх», ции журнала «Октябрь». Крупнейшим недостатком работы Прези­диума ССП и Правления союза в целом яв­ляется слабое руководство литературами народов СССР, что привело к возрожде­нню в отдельных литературах буржуазно­националистических тенденций (например, очерки Кирилюка по истории украинской литературы, возвеличение ханско-фео­дального эпоса об Едигее в Татарин и Баш­кирии). Теоретическая работа критиков в союзных республиках особенно отстает. У некоторых писателей народов СССР необ­ходимо отметить тенденцию ухода от сложных тем современности в далекое историческое прошлое. Все эти крупнейшие недостатки и про­рывы в руководящей работе Президиума и Правления ССП в целом не возникли бы, если бы эта работа была проникнута чув­ством ответственности перед народом и партией за воспитание средствами худо­жественной литературы народных масс в духе коммунизма, большевистской прин­ципиальностью, атмосферой честной кри­тики и самокритики, Но Президиум ССП не был таким творческо-руководящим цен­тром литературной жизни, мало и случай­занимался идейно-творческими вопро­сами, не обеспечил развертывания критики самокритики писательских организаций. ственных причин отставания критики яв­ляется полная запущенность этого участ­ка работы в союзе, отсутствие заботы о теоретическом росте критических кадров, об организации критики критиков и о соз­дании надлежащих условий для их работы. Руководство со стороны Президиума ССП редакциями журналов и издательством «Советский писатель», в практике которого совершенно неудовлетворителилостатков, вело к ослаблению чувства ответственно­сти работников редакционного аппарата журналов и «Литгазеты» и способствовало проникновению в них чуждых влияний. В работе Президиума не обеспечивалась коллективность, к ней не привлекался ши-

Президиума советских

На-днях Президиум Правления Союза советских пи­сателей постановление ЦК ВКП(б) от 14 «Ленинград». ССП принял постановление о работе Союза советских писателей в связи с постанов­«Звезда» и «Ленин­лением ЦК BКП(б) «О журналах град».

Постановление Центрального Комитета ВКП(б) от 14 августа с. г. о журналах «Звезда» и «Ленинград», совершенно пра­вильно указывающее на идейные провалы в работе редакций ленинградских жур­налов, крупнейшие недостатки в жизни писательских организаций и извращения в практике работы Правления ССП, являет­ся важнейшим документом нашей партии, определяющим боевую программу даль­нейшей работы Правления ССП и всех писательских организаций страны. Абсолютно правильно указание ЦК на то, что Правление ССП и его председатель тов. Н. Тихонов не приняли никаких мер для улучшения работы журналов союза «Звезда» и «Ленинград» и не только не вели борьбы с вредными влияниями Зо­щенко, Ахматовой и им подобных несовет­ских писателей на советскую литературу, но даже попустительствовали проникнове­нию в журналы чуждых советской литера­туре тенденций и нравов, Систематическое появление на страницах журналов - орга­нов Союза писателей -- пошлых и злобных пасквилей Зощенко на советских людей и советские порядки, печатание пустых, безыдейных стихов Ахматовой, пропитан­ных духом упадочничес ва и пессимизма, явилось прямым следствием бездеятель­ности Правления Союза писателей, отсут­ствия большевистской принципиальности, политической остроты и ответственности за порученное дело. Правление союза, редакции журналов, руководители издательств, литературные критики не сделали надлежащих выводов из данного журналом «Большевик» анализа писательского облика Зощенко, человека, чуждого советской литературе, постыдно безучастного к делу советского народа даже в годы Великой Оте войны. Отечественной Смысл творчества А. Ахматовой, типич­ной представительницы буржуазно-аристо­кратической салонной поэзии, выразитель­ницы вреднейшей буржуазной теории «искусства для искусства», пошлого эстет­ства и декадентского распада поэзии, уже давно ясен советскому читателю. Несмотря на это, несмотря на очевид­ный вред «творчества» этих несоветских писателей для дела воспитания нашего на­рода и, в первую очередь, молодежи, их писания появлялись в печати. Ленинград­ское отделение Государственного изда­тельства в 1946 году выпустило книгу пошлых рассказов Зощенко, где был напе­чатан и рассказ «Приключения обезьяны», полный антисоветских выпадов (редактор С. Спасский), В «Библиотеке «Огонька» в Москве большим тиражом вышла книжка Зощенко с тем же рассказом (редактор A. Сурков). Стихи Ахматовой печатались не только  в ленинградских, но и в московских жур­налах - «Знамя» и «Огонек». Орган Правления ССП «Литературная газета» нашла возможным напечатать 24 ноября 1945 г. интервью Ахматовой и ее портрет, а выступления Ахматовой в Москве, допущенные Президиумом ССП, прошли в обстановке незаслуженного вос­хваления ее творчества. Понятно, что отсутствие борьбы Прези­диума союза с чуждыми влияниями в жур­налах, издательствах и литературной сре­де отрицательно сказалось на всей идей­ной жизни союза и деятельности его орга­нов. Именно этим об ясняется появление в «Звезде» и «Ленинграде» упадочных, про­никнутых пессимизмом стихов, пошлых пьес, пустых и никчемных рассказов. Именно вследствие отсутствия подлинно руководящей и направляющей работы Правления ССП стало возможным широкое распространение аполитичной, безыдейной, оторванной от народной жизни поэзии Б. Пастернака, рекламируемой некоторыми критиками (А. Тарасенков в журнале «Знамя»). Ответственные за руководство литера­турой люди в литературных организациях и редакциях журналов и издательств за­были, что литература является могучим орудием в деле воспитания советских лю­дей, и в особенности молодежи, и что по­этому они должны руководствоваться в своей работе тем, что составляет жизнен­ную основу советского строя - его полн­тикой. Это привело к грубым политическим ошибкам. Советская литература за четверть века своего развития дала нашему народу не­мало замечательных произведений, ярко и правдиво изображающих нашу эпоху и ее людей. В годы войны и последующее вре­мя лучшие произведения советской лите­ратуры способствовали воспитанию народ­ных масс в духе коммунизма и любви к социалистической Родине. Однако наряду тельные и халтурные (пьеса Александра  Райтонова «Ровно в полночь», киносцена­рий Нилина «Большая жизнь» - 2-я се­рия). указывает на крупнейшие провалы в ра­Постановление ЦК ВКП(б) о репертуаре оПостановление овершотно справонниво Цооте драматургов, Аполитичность, поверх­<  ностная и плоская трактовка больших тем жизни, идейная пустота сказались в пьесах Лавленная посадка» Водопьянова Тур, «Лодочница» Погодина, «Окно в ле­су» Рахманова и Рысс, «Самолет опазды­вает на сутки» Рыбака и Савченко. Появляются идейно и художественно беспомощные произведения, со слабым знанием жизни и материала («При взягии   Берлина» В. Иванова журнал «Новый мир», «Солнце с Востока» Веледницкой - журнал «Октябрь»), произведения с невер­ной исторической концепцией (Сергеев­Ценский «Брусиловский прорыв»). Жур­налы печатают немало произведений, на­писанных неряшливо, небрежно, свидетель­ствующих о недобросовестной работе ав­торов над содержанием и формой их, а подчас и просто недостаточно грамотных, засоряющих русский язык. В творчестве некоторых молодых поэ­тов (например, в стихах А. Межирова) проявляется болезненное любование стра­данием, нытье, Старшее поэтическое поко­ление не дает отпора этим мотивам. В творчестве некоторых опытных поэтов проскальзывают надрывно-пессимистиче­ские настроения («Не вечная память» П. Антокольского - журнал «Знамя»), увлечение формалистическими опытами, снижающими идейную направленность стихов (С. Кирсанов «Александр Матро­сов» - журнал «Октябрь»). В результате снижения редакциями жур­налов требований к авторам литературных произведений некоторые писатели пере стают работать над совершенствованием своих произведений, над повышением своего мастерства.

рокий актив писателей, В составе Прези­диума союза не мало писателей, не вы­полняющих своих обязанностей руководя­щих деятелей литературы. Некоторые писатели стоят в стороне от коренных вопросов современности, не знают жизни и запросов народа, не умеют изображать лучшие черты и качества со­ветского человека. Правление ССП вместо того, чтобы направлять творчество писате­лей в интересах дальнейшего развития ли­тературы, фактически устранилось от твор­ческого руководства писателями, ничего не делало для повышения идейно-художе­ственного уровня создаваемых произведе­ний, не боролось против пошлости и хал­туры в литературе. Необходим коренной перелом в идейной жизни и работе Союза писателей. Центральный Комитет ВКП(б) указал, что сила советской литературы, самой передо­вой литературы в мире, состоит в том, что она является литературой, у которой нет и не может быть других интересов, кроме интересов народа, интересов государства. Задача советской литературы состоит в том, чтобы помочь государству правильно воспитать молодежь, ответить на ее запро­сы, воспитать новое поколение бодрым, верящим в свое дело, не боящимся пре­пятствий, готовым преодолевать всякие препятствия. Поэтому всякая проповедь безыдейно­сти, аполитичности, «искусства для искус­ства» осуждена Центральным Комитетом  ВКП(б), как чуждая советской литературе, вредная для интересов советского народа и государства. Такая проповедь не должна иметь места в наших журналах, книгах и в жизни литературных организаций. Президнум союза считает необходимым положить в основу своей дальнейшей ра­боты указания ЦК ВКП(б), данные в по­становлении о журналах «Звезда» и «Ле­нинград», и решительно изменить методы идейно - художественного руководства. Борьба против чуждых влияний в литера­туре, против всяких проявлений безыдей­ности и аполитичности, воспитание совет­ского писателя, как верного и чуткого выразителя интересов народа, советского государства, помощника партии в комму­пистическом воспитании народа, - долж­ны стать главным содержанием всей ра­боты Союза писателей. Президиум ССП ставит своей важней-- шей задачей повернуть внимание как ру­ководящих органов Союза писателей, его журналов и издательства, так и всех пи­сателей к темам современности, к темам героического труда нашего народа по вос­становлению и развитию социалистическо­го хозяйства и отображению лучших сто­рон и качеств советского человека, кото­рые он проявил в Великой Отечественной войне и с новой силой проявляет в нынеш­не стройтельной работе по ук ней строительной работе по ук укреплению могущества социалистической Родины. Пеобходимо вести среди писателей си­стематическую пропаганду политики пар­тии по основным вопросам внутренней и международной жизни, широко информи­ровать писателей о решениях партии и правительства. Всю эту работу нужно пропитать боевым духом активной наступательной идеологии коммунизма. Бичуя произведения, в которых сказы­ваются те или иные проявления низкопо­клонства перед буржуазным столь несвойственного советским людям, писатели, вооруженные учением Ленина Сталина, должны в своих произведениях разоблачать природу капиталистического окружения, бороться с его разлагающим влиянием, разяснять характер современно­го империализма, таящего в себе угрозу новых кровопролитных войн. Президиум Союза писателей считает не­обходимым повысить требования со сто­роны всех писательских организаций, жур­налов и издательств к художественному качеству произведений, не допускать вы­хода в свет произведений небрежных, неряшливых, свидетельствующих о не­серьезной торопливой работе, засоряющих литературный язык. Осуществление этого решительного по­ворота во всей работе Союза писателей в целом возможно только на основе развер­тывания правдивой принципиальной кри­тики и самокритики среди писателей. В качестве ближайших практических ме­необходи­роприятий Президиум считает мым: 1. Освободить тов. Тихонова Н. С. от обязанностей Председателя Правления Союза советских пнсателей. 2. Созвать в октябре Пленум Правления ВКП(б). лению ССП в кратчайший срок осущест­вить радикальную перестройку его на канских союзов и областным отделениям ССП провести в начале сентября собрания писателей для обсуждения постановления ЦК. Командировать в крупнейшие органи­зации членов Правления ССП для оказания практической помощи в осуществлении указаний ЦК. В этот же период провести общемосковское собрание писателей. 4. В ближайшее время обсудить доклады редакций журналов «Октябрь», «Знамя», газеты» и издательства «Советский писа­тель» под углом практического осуществ­ления ими постановления ЦК. Помочь журналу «Звезда» и Ленинградскому отде­основе указаний ЦК. 5. Коренным образом перестроить всю систему работы Союза писателей по под­готовке молодых литературных кадров. Помочь работе Литературного института, создав благоприятные условия для учеб­ной и творческой жизни в нем и обеспе­чив систематическое влияние Президиума союза на деятельность института. 6. Президиуму союза разработать меро­приятия и обсудить вопрос об обеспече­нии теоретического роста и политической закалки критических кадров и создания надлежащих условий для их работы. 7. Исключить Зощенко М. М. и Ахмато­ву А. А. из Союза советских писателей, как несоответствующих в своем творче стве требованиям § 2 Устава союза, гла­сящего, что членами Союза советских пи­сателей могут быть писатели, «стоящие на платформе советской власти и участвую­щие в социалистическом строительстве». Президиум союза призывает всех писа­телей сплотиться вокруг решения задач, поставленных ЦК ВКП(б), и заверяет Центральный Комитет партии и товарища Сталина в том, что писательская органи­зация устранит вскрытые недостатки и по­большевистски выполнит постановление ТЦК ВКП(б).

Президиум Правления Союза советских писателей рассмотрел также организационные вопросы. Президиум тов. Н. С. Тихонова обязанностей председателя Правления ССП. Для руководства работой Союза Президиум решил создать Секретариат в составе: генерального секретаря Союза советских писателей, 4-х его заместителей и 8 генеральным гене­Вишневско­членов Секретариата, Президиум избрал секретарем ССП Фадеева А. А. заместителями рального секретаря тт. Симонова К. М., го В. В., Тихонова Н. С., Корнейчука А. Е. и членами Секретариата тт. Горбатова Б. Л., Леонова Л. М., Сем­пера И. Г. (Эстония), Упитса А. М. (Латвия), Венцло­И. (Грузия), Айбека Му­Коласа (Белоруссия). 

Журнал бронетанковых и механизированных войск B издании военного издательства Министерства Вооруженных Сил Союза ССР вышел в свет посвя­щенный Дню танкистов «Журнал бронетанковых и ме­ханизированных войск» № 89.

В журнале опубликованы Указ Президиума Верхов­ного Совета СССР «Об установлении ежегодного празд­ника «Дня танкистов», статья дважды Героя Советского П. Рыбалко Союза Маршала бронетанковых войск «Сталин - организатор бронетанковых и механизиро­ванных войск», приветствия ко Дню танкистов Ми­нистра транспортного машиностроения СССР В. Малы­ше Маршет Советского Союза К. Рокоссовского, Маршала авиации К. Вершинина. Ряд статей посвящен действиям танков и танкистов в боях против фашистской Германии и империалисти­ческой Японии, вопросам тактики и боевой подготовки танковых войск.

Вас. куриленков Выдающийся К 30-летию со дня смерти Сурена Спандаряна  ях, муках и стремлениях трудящегося да», что он сумел показать в своей поэме «их силу, их надежды». В 1910 году в рецензии на трагедию Шиллера «Коварство и любовь» Спандарян  говорил о том, какое глубокое поогрессив­ное и революционное значение имело это произведение в условиях стольшинщины. Трагедия, писал он, «глубоко захватывает перед ней «бледнеют нудные творения со­временных писателей», она помогает, как писал Спандарян, «горячо бороться заее «человека», защищать человеческую лич­ность от поругания, общественной неспра­ведливости и гнета». Он называл Шиллера великим мастером, благородным адвока­том человечества. С тех же позиций защиты и пропаганды идеалов в литературе Спандарян яростно нападал на фальшивые и кустарные тво­рения, принижавшие русскую литературу, уводившие ее в сторону от настоятельных задач освободительного движения. С гру­стью писал он об «эпидемии переделок произведений русских классиков», о том, как карикатурно был искажен в результате такой переделки «Обрыв» Гончарова и «Черный монах» Чехова. «Человек, стоящий на нашей позиции, должен говорить голосом твердым и не­преклонным», - учит товарищ Сталин. Спандарян хорошо усвоил указания това­рища Сталина, открывшие ему пути к ле­нинскому учению о партийности в лите­ратуре. Толсто­В 1908 году, в дни юбилея Л. Н. Толо го, Спандарян выступил со статьей «Бла­горазумное негодование». В ней он по­большевистски прямо и справедливо ука­зал на вредность учения Толстого. Статья была напечатана в руководимой Сталиным газете «Бакинский рабочий». Тогда же ле­нинский «Пролетарий», где перед этим бы­ла напечатана статья В. И. Ленина «Лев Толстой как зеркало русской революции», положительно отозвался о позиции, заня­той «Бакинским рабочим». «Пролетарий» писал: «Сурена мы не забудем. Работайте для революции так, как работал Сурен». Так писал о Спандаряне товарищ Сталин. Сурен Спандарян - выдающийся агита­тор и пропагандист. Он был образцом ре­волюционера и литератора, сочетавшего в неразрывном единстве непреклонную волю большевика с пламенным словом журна­листа. Как большевик, как публицист и лите­ратор, Спандарян был выращен Сталиным. Во всей своей революционной и литера­турной работе Спандаряи опирался на его постоянную помощь, указания и советы. Он был ему близким другом и верным со­ные пути тесно соприкасались с великой и трудной дорогой вождя. ряну Ленин. Нежно и заботливо относился к Спанда­Литературно-публицистическая деятель­ность Спандаряна протекала в основном в период столыпинской реакции. В атмос­фере ренегатства, идейно-политического разброда, широкого разлива декадентщи­ны и оппортунизма Спандарян неизменно оставался твердым и страстным глашатаем большевистских идей. Его мужественное слово сплачивало народные массы, буди­ло народное сознание, помогало итти впе­ред. Значение своей работы Спандарян видел в непримиримой борьбе «против всех тех, кто затемняет классовое сознание проле­тариата, раскалывает его силы и стоит на пути неуклонного движения всероссийской революции». Он писал, что за перо журналиста взял­ся затем, чтобы «выяснять «алчущим и жаждущим» пути и возможности будуще­го», потому, что «бодрое слово приносит большую пользу в смысле разумного про­буждения общества и его сил». « Публицист, говорил Спандарян, это «руководитель общественного мнения». Литературу, искусство, театр Спандарян рассматривал прежде всего как важнейшие факторы общественного воздействия и идеологического воспитания масс. Литера­тура и искусство, справедливо полагал он, -- должны быть тесно связаны с нуж­дами народа, должны быть рупором его интересов. Литература -- светоч жизни, в этом ее величие и слава. Именно об этом писал Спандарян, когда давно учащенно биться человеческие серд­ца, «стали истертыми, потерявшими цен­ность монетами». Грановский, И. Крылов и многие другие», вот кого назван Спандарян «свсточами русской жизни». Они, писал Спандарян, первов на служение меньному браг на дело просвещения и освобождения своей страны». лу Позже он скажет о Шевченко, Толстом, Чехове, обратится к произведениям Пуш­кина и Горького, используя красоту и си­их слова для пропаганды революцион­ных идей и защиты интересов народа. С гордостью он будет писать: «Русская литература завоевала и поко­рила весь мир». Русская литература, ее связь с животре­пещущими вопросами дня, с кровным де­лом трудовых масс всегда были в центре внимания большевистской партии, ее пуб­лицистики и критики, Эта традиция восхо­дит к учению Ленина об исторической миссии русской литературы, ее народности и партийности. Свое яркое отображение она нашла в трудах товарища Сталина. Пропагандируя учение Ленина и Сталина, Спандарян со всей страстью отстаивал сокое воспитательное и общественное наз­начение литературы. Он писал о необходи­мости ее демократизации, ее прямой свя­зи с освободительной борьбой руссково пролетариата, Об этом же говорил в те годы Горький. Спандарян стоял на передовых позициях критики. Его голос звучал страстно и убе­жденно, Революционное подполье и лите­ратурная трибуна были для него единой кафедрой утверждения великих начал в жизни и высоких доктрин в литературе. Рецензируя в 1911 году новую поэму Ако­па Акопяна, он отметил прежде всего то достоинство поэта, что он «впервые в ар-

литератор-большевик кого украинского поэта, поэта-горемыки, народного кобзаря». Спандарян был великим и достойным ры­царем родной литературы. Во имя ее сво­боды и чести он восставал с открытым за­бралом и против гонителей ее и против лю-всяческих «приспособившихся в тяжелое осременье, капелатбыли, ратура, ни ее слава, ни ее честь, Он писал: там, «где имеют решающий голос о. о. Иллиодоры и Восторговы, там, где Гермо­гены творят то, что им вздумается, там… нужно и должно ждать одобрения и па­стырского благословения только черносо­тенной литературы». Герцен называл историю русской лите­ратуры мартирологом - скорбным списком мучеников, В 1910 году Спандарян на­звал свою статью о современной ему ли­тературе «Российским индексом» - спис­ком запрещения лучшего, что создала она даже в условиях столыпинщины. Русская литература, писал Спандарян, «это падче­рица истории, ее великомученица». Разоблачая столыпинский поход против всего живого в стране, Спандарян писал: «Многострадальная русская литература опять подвергается новым преследованиям, новым карам, и мысль, скованная новыми узами, будет биться в тяжелых тисках. Национальная тордость и сокровищница наша, покорившая мир, литература - бу­дет у себя подвергаться всенародному осу­ждению со стороны Пуришкевичей в ря­сах». Спандарян разоблачал «бреттерство и лавочничество» в литературе, бичевал тех, кто пытался спекулировать ее великими именами, и тех, кто пытался отгородиться литературой от живой жизни. С упреком он писал об интеллигентах, которые ухо­дят от животрепещущих вопросов дня, от задач, волнующих трудовые массы, пред­почитая «читать лекции об Уайльде, Метер­линке и других писателях». «Мы переживаем такое время, - писал он, … что работа на местах, кропотливая, упорная, по просвещению масс, по подня­тию их умственного уровня, по расшире­нию их кругозора является, единственно разумной и общественно необходимой деятельностью». Спандарян видел в такой работе «мощный фундамент для будущей грандиозной и прекрасной постройки». «Теперь будни, серые будни, - писал зидательного труда. Между тем, в наших «общественных учреждениях» больше го­ворится о «Синих птицах» и «Шантекле­рах», «О религии красоты и страданий», и нуждах, о работе общеетвенной, о за­лах, о работе общественной, о за­этой работы, Слов нет, что интересно и нужно поговорить и о Леониде Андрееве и нужно поговорить и о Леониде Андрееве и гоискательстве», о «мистическом анархиз­ме»… но не надо передовой интеллигент­ной части нашей демократии поддаваться этому опиуму красивых слов и мистиче­ского тумана». Спандарян умер в 1916 году. За два года до этого Ленин писал: «Политическая точка зрения на сотруд­ничество того или другого литератора в ра­бочей прессе состоит в том, чтобы судить об этом не с точки зрения стиля, остро­умия, популяризаторского таланта дан­ного писателя, а с точки зрения его на­правления в целом, с точки зрения того, что несет он своим учением в рабочие массы». Как бы перекликаясь с Лениным, рабо­чие в посмертной статье о Спандаряне именно то, что Ленин считал важнейшим достоинством литератора: «Он умел своим внушительным словом и убеж­дениями размягчить многие каменные сер­дца и освещать многие темные пути». «Мы, зная его и будучи знакомы с идея­ми, которым он служил… склоняемся пе­ред прахом его и с уважением сохраним память о нем». Публицистическое и литературное утеряло следство Спандаряна не значения и по сей день.

«Бакинский рабочий» (вместо «Гудка») критику теории непротивления злу и хо­рошо выясняет, как должен относиться рабочий класс к толстовщине». и Юбилей Толстого еще раз вскрыл пол­ную противоположность большевистского буржуазного отношения к литературе. противлении и пассивности к своим инте­ресам, буржуазная печать стремилась фальсифицировать точку зрения больше­виков на Толстого-художника. Спандарян презрительно назвал весь этот шум буржуазной печати «газетной шар­манкой» и с достоинством ответил: «Мы не оценивали Толстого как худож­ника слова, как знатока человеческой ду­ши, в этом отношении двух мнений быть не может. Мы оценили его как проповедника, как учителя «новой» жизни и нашли, что уче­ние его вредно, реакционно, не соответ­ствует интересам пролетариата, на-руку буржуазии. Вот и все!» В 1910 году, когда у еще свежей могилы писателя началась лицемерная вакханалия, Спандарян с горечью писал, что вся эта трескотня «адвокатов» от литературы во­круг имени «титана русской литературы, ее гениального поэта» не что иное, как вы-бесстыдное глумление над ним. «Мы вправе были ожидать, писал он, - более чуткого, более благоговейного от­ношения к памяти великого писателя». Тем же гневом и болью за родную лите­ратуру проникнута и одна из «Заметок» Спандаряна 1911 года. Отмечая убожество официальных пра­зднеств юбилея Шевченко, когда с подмо­стков Народного дома распевались «куп­леты самого пошлого, кафешантанного со­держания», Спандарян с негодованием вос­клицал: «Не правда ли мило! Превратить народную сцену в кафе­шантан. И эта пошлость совершается в

своего

Изданный в 1940 году сборник статей, Спандаряна нуж­переиздании, Тем более необходимо сделать, что первое из­изобиловало грубейшими опечат-

мянской литературе заговорил о страдани­день пятидесятилетия со дня смерти вели­ками.