3

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО coвeтcкie

Hовые 1 В СССР около двухсот драматур­гов. Как и над чем они работают, - мало известно, По-

ьecь



Вс. ВишневскийЧерез рин России, Украины, Белоруссии, Грузни, Тема Октября, тема Ленина возникнет в правильном свете: Ле­нин, как выражение огромного пути, пройденного русским и братскими

восемь месяцев народы Советского Союза будут праздновать 800 театров ждут двадцатилетие великой Пролетарской революции. новых пьес, чтобы достойно отметить эту историческую дату. Боль­шие и сложные требования пред*являет советский зритель к своим театрам и драматургам. Дело чести--выполнить требования зрителя. Мы помещаем первые высказывания писателей об их новых произ­ведениях. В следующем номере будут помещены статьи тт. Ф. Вольфа, Вирта, Амаглобели, Вашенцева и др. «его» участка. Он обяснил мне, что проверять надо все пространство, на­ходящееся в поле зрения. - Но ведь это на расстоянии 800 метров. Если понадобится выстрелить, можно и промахнуться. Красноармеец обернулся ко мне и добродушно-поучительно ответил: - А у нас промахнуться не пола­гается. ше мирное время осуществляют боль­шевистское правило, чтобы врагам-шпионам, диверсантам, аген­там вражеских контрразведок. Самым трудным для меня было найти сюжет будущей пьесы. С само­го начала мне адесь пришлось отка­заться от «дедуктивного» метода. Я не собирал детали к заранее налу­манной драматургической интриге. Я целиком окунулся в новый для маня быт, в неизвестные мне до сих пор обстоятельства и условия и, медлен­но, кропотливо работая, я постепенно аккумулировал и собирал по крупи­цам впечатления, которые затем легли в основу пьесы. B. Билль-Белоцерковский

B. Киршон

Мы против всякой серости ются напугать ра­ботников искусств, извращенно толко­вать политику партин в области искусства. Дружный кол­лектив партийных E непартийных большевиков ис­кусства должен дать решительный зрения, росы, которые волнуют и других работников искусств. За­малчивание­враг всякого движения вперед. Задача наша заключается в том, чтобы обнаружить, об яснить и преодолеть все что мешает росту советского театра и драматургии. В последнее время у ряда работ­комитетов по делам искусств, ников директоров театров, режиссеров, дра­матургов и критиков обнаружилась весьма малоприятная болезнь, кото­рую можно назвать беспричинной бо­язнью, Эти люди, поощряемые труг  другом, пытаются бессознательно (а кое-кто, может быть, и сознательно) создать атмосферу нерешительности, неуверенности, пасоивности. Одни не берут на себя смелости другие не решаются ставить пьесу, прислушиваясь ко боятся пи­сать о спектакле, а если и пишут, то так, чтоб нельзя было понять, положительно или отрицательно от­восятся они к тому или иному яв­лению искусства. Все это, конечно, дезориентирует драматурга. Партия и правительство с исклю­чительным вниманием относятся к развитию искусства в нашей стране. Наше искусство получает громадную материальную поддержку от государ­ства, что дает возможность свободно развиваться творческим дарованиям, ния вперед. Мне позволяет все новым и новым талан­там из народа превращаться в круп­ных художников, Наше государство любовно и чутко помогает росту искусств всех братских народов Со­юза, и именно его поддержке и ру­ководству обязаны мы тем, что вс­кусство СССР по художественному и идейному уровню бесспорно самое высокое в мире. Случаи, когда государственные ор­ганы руководства искусством запре­щают какое-нибудь художественное произведение,--у нас чрезвычайно редки. Если же такие случаи и встре­чаются, то вызывается это причина­ми исключительными, например, то­гда, когда художественное произве­дение направлено против нашей ро­дины, против интересов народов было о «Богатырями» Бедного и Таирова, оскорблявши­русский народ, искажавшими его историю; так было несколько лет то­му назад о «Бегом» Булгакова,-про­изведением, восхвалявшим белогвар­дейцев. Запрещая эти произведения, прави­тельственные органы выполняли во­лю всей нашей общественности, все­запрещения прово­го народа, Самые дились в обстановке широкого обще­ственного обоуждения. Запрещение «Богатырей» и последующая дискус­сия раскрыли перед работниками ис­кусства новые творческие перспекти­вы. Однако враждебные и обыватель­ские элементы пытаются навязать

лезно рассказать об этом, сообщить 800 театрам о ходе наших работ в 1937 году. народами. Страницы многих старых летопи­сей говорят об острейших эпизодах из жизни Руси Киевской, Новгород­ской, Псковской… Чего стоит много­Драматурги на­пряженно пишут. мы. Сводка драмсек­ции союза совет­ских писателей к 1 марта дает обзор более 100 новых пьес. В мае 1936 г. в Лондоне я просил руководителя одной крупной кине­матографической фирмы познакомить меня с английскими драматургами. Меня привели в плохонький, закоп­ченный коттедж. Он был разделен на узенькие комнатки-стойла. Там я увидел людей, которые сняв пиджа­ки, закатав рукава, работали в та­бачном дыму и копоти. Они выпол­няли заказ - писали уголовные дра­Мы берем любые темы, любого вре­мени. Мы свободны. Перед нами сот­ни сцен, ждущих наших произведе­ний, Наши пьесы и сценарии помо­гают пролетариату в его борьбе - в СССР и за рубежом. Творить ра­достно! Тем, что партия предложила ряду драматургов писать об Октябре, о Ленине, сделано большое дело. Пе­лый отряд советских писателей нут в область высшей политики госу­дарственной мысли. вековая борьба с немцами в Ливо­нии, Поковщине. Какие битвы, дра­мы!… Какие можно найти фигуры. Работа эта необходима. Она подни­мет и современную тему. О моей личной работе. За 1929 1935 гг. я дал 5 пьес, 3 переводных и один сценарий. Необходима была пауза, внимательный анализ. Во вре­мя большой поездки на Запад, я познакомился с заладным кино и те­атрами, с тамошней художественной жизнью, Учитывал, изучал воздейст­вне советского искусства на Запад. Много написал за эти годы прозы; готовлю ее к печати. Весь 1936 год работал над эпиче­ской вещью для кино - «Мы - русский народ». Развиваю свои по­нски, иду дальше «Оптимистической  трагедии» и «Мы из Кронштадта». Новая вещь готова, скоро прочту ее. Она говорит о судьбах России, ее духе, нравах бойцах, борьбе больше­виков, о столкновениях с германским миром, о лебединой песне старой ар­мин, о зарождении Красной армии…

Писатель на границе Летом 1936 г. я провел несколько месяцев на нашей западной грани­це, где собирал материал для новой пьесы «Граница» (название услов­скольких часов обхода участка совместно с двумя командирами ное). Я обездил когда-то много стран, перевидал немало людей и хорошо знаю жизнь нашей страны. Но на границе во время этой поездки пере­до мною открылся новый мир. У нас часто пишут о напряженной работе, о подвигах наших пограничников, Я все это читал. Но одно дело - чи­тать, другое дело - наблюдать эту жизнь собственными глазами. Уже первые дни пребывания среди погра­ничников убедили меня в том, что одними внешними «писательскими» наблюдениями я здесь ничего не добьюсь. Я пошел по другому пути. Я не только наблюдал, но и активно участвовал в их повседневном труде, Сейчас, когда моя работа над пьесой закончена, я ощущаю, на­сколько обогатилось мое знание лю­ден, насколько Я окреп и стал моложе. Я ходил с пограничниками в дозоры, участвовал с ними в «де­лах», когда приходилось «закрывать праницу» и искать нарушителей, све­дения о которых поступали в ча в часть. научился слушать и понимать ок­ружающую природу, которая для по­граничников отнюдь не является мер­твым пейзажем. Я учился распоз­навать и понимать смысл каждого звука, каждого шороха в лесу, на полянах, на тропинках. Мой слух на­столько обострился, что я научился различать «чуждые» звуки даже там, где все, повидимому, казалось мерт­венно тихим и неподвижным. участвовал однажды в ночных поисках двух нарушителей, пытав­щихся перейтиграницу. После не­уловил один чу­жой «ступающий» звук в окружаю­щей лесной тиши­не. И этот звук, оставшийся неза­меченным моими спавших людей, умело спритавших ся в густом кустарнике. В другой раз я обратил внимание на чернила, которыми был написан один документ, это помогло расши­фровать одного «старика», пришед­шего к нам «с той стороны» и на­правлявшегося, будто бы, в гости к «своим», живущим в СССР Он ока­зался агентом иностранной разведки. Я усвоил образ жизни наших по­нич­граничников. Я видел, как погранич­ник, совершающий подвиг, равный боевому, приходит после «дела» ло­мой, снимает сапоги, ложится спать, как ни в чем не бывало. А надо ска­зать, что работа пограничников яв­ляется не менее сложной и трудной. чей служба в боевой обстановке. Я видел пограничников, останавливаю­щих целые вооруженные группы на­рушителей. Они не пугаются ни пре­восходного числа противника, ни то­го что те очень часто прекрасно во­оружены. Однажды я сидел с красноармей­цем на наблюдательной вышке. Он осматривал в бинокль далекий уча­сток. Я спросил его, зачем он смот­рит в место, выходящее за пределы

отпор врагам и обывателям, Мы знаем, что нужна смелость в постановке и разрешении творческих вопросов, Всякая лаки­ровка, сусальность, примитивизм аб­солютно чужды политике партни. Мы против всякой серости, мы - за ху­дожественное разрешение острых, волнующих нашего эрителя проблем  способленчества, обезлички. Мы хотим, чтобы Комитет по де­нам искусств решительно ударил по обывательским настроениям, которые появились у некоторых работников театра и критики. Мы хотим также, чтобы Комитет чаще общался с ра­ботниками искусств, вынося конкрет­ные вопросы творческой практики на коллективное обсуждение, ибо широ­кое привлечение всех художествен­ных сил для выработки творческих установок­это один из весьма важ­ных факторов успешного продвиже­кажется, что в самое ближай­шее время необходимо созвать ряд деловых совещаний посвященных вопросам подготовки к 20-летию Ок­тябрьской революции. Сейчас царит разобщенность, Театры не знают, что делают драматурги, драматурги не киноработники. знают, что делают Между тем времени осталось очень мало. Дальнейшее промедление не­терпимо. Мне кажется, следует при Комитете по делам искусств немед­ленно создать специальную комис­сию, которая возглавила бы и коор­динировала всю работу, прсвященную великому юбилею. Несколько слов о моей личной ра­боте. Я пишу пьесу, посвященную со­бытиям, происходившим в июле ок­тябре 1917 года, В этой пьесе я по­стараюсь дать образы большевистских вождей и рабочих-большевиков, под­польщиков. В пьесе будет выведен Владимир Ильич Ленин. Никогда еще не было в моем твор­честве более сложной и вместе с тем более радостной работы В.Ху­дожественной литературе образ Лени­на почти не отражен. Только Алексей Максимович Горький в своих блестя­щих воспоминаниях нарисовал живой образ Ильича. Это налагает колос­сальную ответственность на нас, дра­матургов, впервые показывающих Ле­нина в определенных условиях, в конкретной исторической обстановке. Я проработал громадное количество материала, но все еще кажется мало.  

дви­здесь о време­ни 20-летнем, нужно раздвинуть тему - «Наша страна» на тысячелетие. Мы должны рассказать нашему на­роду об огромной, насыщенной исто­Параллельно веду работу над пье­сой об Октябре, Тема определилась так. Петроград, Октябрь, Ленин, коль­цо врагов внешних и внутренних - ноябрь-декабрь 1917 г., зарождение ВЧК, первые чекисты и их деятель­ность. Работа требует большого на­пряжения, Сделал ряд исследований: об отражении Ленина в искусстве; о современной трагедии; о корнях и пути русской драматургии; об исто­рической пьесе. По окончании пьесы вернусь к прозе. Б. Ромашов мечательных лю­дей ленинско­сталинской шко­лы. Мне хочется дать не индивиду­портета обобщенную, типи­зированную фигу­ру. Долгое время мне нехватало ма­териала для раз­работки сюжета, для изображения действенных сто-



Пьеса состоит из трех актов и две­надцати картин. Конструктивно сна по плану несколько схожа со «Штор­мом» но в отличие от него имеет еди­ную сюжетную ливию. Пьеса пойдет в Реалистическом театре. Но в моей работе я не ориентировался ни на конкретный театр, ни тем более на конкретных актеров и актрис. Глав­ное свое внимание я сосредоточил на предельно верном, убедительном и точном изображении характеров моих действующих лиц и их поведения.

Большой репертуар Советская драматургия несомненно находится накануне подема. Пьесы текущего сезона, популярные в теат­рах, не являются еще характерными. Им присуща известная «облегчен­ность», словно драматурт не раскрыл себя самого, не дал полностью того, что мог бы дать, В силу этого даже шьесы с большими программными задачами, ставящими огромной важ­ности проблемы, не достигают высот литературного мастерства. Касаясь проблем, авторы не берут их Они скользят поверху. А и такие пьесы, в которых чув­стремление уйти подальше от больших тем. Раздаются голоса, что программность вообще вещь вредная, вроде некоей болезни, которой стра­

A. Тагиров (Башкирия)

A. Корнейчук

Перец Маркиш

Ждем помощи Содружес кество «Семья Овадис» Д. ми  Биробиджан. Ев­рейская автоном­ная область на границе. Большой праздник в еврей­ском колхозе, вру­на веч­акта чение ное За последние 10-12 лет каждый театр поставил большое количество советских пьес, но авторы этих пьес как-то не удерживаются в театре, В этом повинен не только автор. Това­рищи режиссеры, художественные ру­новодители и директоры, радуйтесь, когда есть удача у драматурга, и на­ходите в себе мужество поддерживать автора, если у него получился какой­то срыв. Помотайте ему. Верьте, что при настоящей творческой работе т. Башкирские драматурги к 20-летию Великой октябрьской революции пи­шут новые пьесы, Старый драматург Юлтый работает над пьесой о граж­данской войне. Он собрал воспомина­ния командиров, красноармейцев, красногвардейцев. Молодой драма­тург т. Идрисов работает над пъесой из жизни советской студенческой мо­лодежи. Один из наших виднейших драматургов т. Мих Михтахов работает над пьесой о комбай­рого Овадиса: партийный Мотя, пограничник Шлемка, рабочий завода Борух и Калман, работающий с отцом на лесосплаве. Праздник не­много омрачен. Старик Овадис в этот день получает письмо от овоего пя­того сына Шайки, который находит­ся по ту сторону рубежа. Зайвелю Овадису приходится вы­нести серьезное испытание. На тра­нице в столкновении с врагом поги­бает одни из сыновей Овадиса Шлемка Старый Овадис мужественно встречает это известие и с великой гордостью провожает в армию друго­го сына - Калмана Калману вруча т винтовку погибшего брата, чтобы он зорко охранял границу своей ро­дины и ту новую жизнь, которал да на еврейскому народу советской властью. Старый Овадие ощущает гордость за своего сына, которому страна доверила охранять границы  социалистического отечества. Таков сюжет моей новой пьесы, которую я уже закончил. Идея пьесы возвращение еврейских народных масс к оседлости, оформление их в полноценную нацию в семье народов, населяющих СССР. Я хочу показать, в наших, советских условиях из­менилась судьба еврейского народа, какие сдвиги произошли в сознании народных еврейских васс за 20 лет советской власти. Пьеса «Семья Овадис» пойдет в



больших глубоко. есть ствуется дает драматургия. Пьесы, мол, пишут­ся слишком ad hoс, им нехватает жиз­ненного полнокровия. Соглашаясь с последним обстоятельством, все же никак нельзя считать, что програм­мность в драматургии точно так же, как в живописи, музыке, скульптуре, может снижать мастерство. Большие исторические и современные темы требуют высокой техники. Проникно­вение в сущность современности и исторических явлений невозможно без большой подготовки, без преодоления трудностей в овладении материалом. Эта работа двигает вперед советскую драматуртию и воспитывает писателя, Только решая крупные задачи, может расти народная социалистическая дра. матургия. И разве такая талантливая пьеса, как «Земля» Н. Вирта, не яв­ляется тому примером? Глубокое зна­ние материала, пластическая выра­разительность образов, музыкальность языка, страстность в передаче драма­тических событий делают эту пьесу незаурядным явлением. Процесо творчества всегда мучи телен, когда он связан с пониманием новых сторон человеческой личности. с Драматурт должен писать только о к том, что его глубоко волнует, без че­во он не межет существовать как гражданин и художник. Когда я смот­рел фильм «Депутат Балтики» то не­вольно подумал о том, что таких кру­пных образов современности, наде­ленных высоким благородством чело­веческого духа, почти нет в наших пьесах, А образ Чапаева, а «Мы из Кронштадта»! Большое оживление можно наблю­дать не только в дискуссиях по ос­повным проблемам творчества, рые идут на наших писательских со­браниях и беседах, на совещании по вопросам оборонной литературы, на последнем пленуме и т. д. Постепен­но тают ледяные стены, которые сто­яли долгое время между писателями. Не замечать громадных сдвигов в на­шей ореде - это значит не замечать того движения, в котором мы все уча­ствуем. Правда, мы еще не вполне научиись уважать работу друг дру­га, еще дают себя чувствовать обыва­тельские взгляды. Но уже возникает атмосфера взаимного понимания, уже  раздаются толоса, в которых слышит­ся и радостное удовлетворение по по­воду победы писателя, как это про­звучало по отношению к П. Павлен­ко, или беспокойство за все наше дра­матургическое «хозяйство» в целом, как это было в выступлениях Вс. Ви­шневского и на оборонном совеща­нии и на последнем собрании дра­матургов. Это хорошие и радостные симптомы, свидетельствующие о соз­дании подлинно творческой среды. Каждый хочет принести к 20-летию   Лев рон драматическо­го конфликта. События огромной по­литической важности, свидетелями которых мы были за последнее вре­мя, в значительной мере расширили мой материал, углубив самую тему и придав ей большую остроту и акту­альность, Передо мной с реальной очевидностью встали те темные силы, тот клубок предательства и измены нашей родине, которые должны быть каким-то образом отражены в пьесе. Эта работа занимает меня целиком, ее я собираюсь закончить в ближай­шее время. Не приходится говорить о том, что это огромной трудности за­Я собираюсь также закончить пье­дача. су о гражданской войне на Северном Кавказе, материалы для которо: оторой я собирал последние годы, и первый вариант которой, меня не удовле­творивший. был сделан несколько лет назад и отложен для дальнейшей до­работки. В отношениях с театрами у нас еще нет достаточной четкости. А мне кажется, что мы должны работать не только с расчетом на определенный театр, но и рассчитывая на опреде­ленных актеров. Если мы будем шнаться только за программностью, в наших пьесах не будет той живой крови и той стра­стности, той глубины отношения к предмету, к приему, образу, которые даются в результате упорного труда, серьезного отношения к своей работе. Серьезность мастерства, в сочетании принципиальным отнон другу, даст нам возможность не только создать большой репертуар, но и выйти сплоченным коллективом подлинных художников к великому празднику 20-летия Октябрьской ре­волюции. кото-ствO Время обязывает каждого литера­тора, желающего работать для теат­ра, с особенной серьезностью подхо­дить к теме, которую он выбирает для своей пьесы. Однако чувство ответственности не должно переходить в чувство страха, в трусость. Некоторые руководители наших театров до сих пор прибегают к «перестраховкам». Они стараются оградить себя от возможных упре­ков в недостаточной бдительности и для этого разыскивают авторитетных людей, которые могут, так сказать, «визировать» пьесу. Таким образом эти руководители театра страхуются на случай неудачи. Страх «поскольз­нуться», страх ответственности пре­Октябрьской революции вещь, напи­санную с наибольшей глубиной, Уже около двух лет я готовлюсь писать пьесу «Хозяин» Мне хочется дать в этой пьёсе, посвященной вопросам пролетарского гуманизма. образ боль­шевика-руководителя, одного из за-

пользование землей. Этот акт вручают старому еврею Зайвелю Овадису, На исто­рическом праздни­ке присутствуют четыре сына ста­работник

нерах. Драматург Карнай пишет пье­су «Лес шумит». Я закончил пье­су на оборонную театром талантливый драматург даст хорошие произведения. Необходимо настоящее творческое содружество театра с драматургом. Мне кажется, что Всесоюзному ко­тему «За родину». Работал над пье­сой год. Бывал в митету пора начать подготовку к большому творческому пленуму дра­матургов СССР вместе с театрами.

кое-кому другие выводы, Они распу. скают всякие дрянные слушки, пыта­на стоящая передо мною задача. Так велика, так сложна и  Л. Леонов

разных районах, среди башкир, та­тар, русских, ма­рийцев, чувашей. Я ознакомил с со­Хочу рассказать и о своей работе. держанием этой Свои пьесы «Гибель эскадры», «Пла­Надо, чтобы страна знала, как мы работаем, да и нам самим пора серьезно обсудить вопрос прос о стилях и жанрах советской драматургии и те­атра. тон Кречет» и «Банкир» я писал пос­ле того, как много поездил по Союзу, изучил материал и героев. Я считаю, то драматург не может так просто изучать нашу дей­ствительность: сел, а что-то не - поехал потом сал. Если заранее изучил, напи­писатель знает, не пьесы колхоэников-стахановцев, рабо­чих, Они указали мне на ряд недо­статков. Буду работать над пъесой «Командир». Мы, национальные драматурги, не помощи в своей работе секции драматургов со­СССР. Не чувствуем профессиональной поверхност­не чи­часто помощи и от Критик посмотрит и раз пишет он

«Половчанские сады» совершают незаметно, медленно при­ближаясь к намеченной цели. - Настоящий подвит тот, о кото­ром никто никогда не узнает. Эти мысли принадлежат некоторым из действующих лиц моей пьесы - старику Маккавееву, подводнику От­шельникову, садоводу Унусу. Но, ко­нечно, не дискуссия о подвиге, а реальный подвиг авляется сюжетной основой пьесы. А рассуждения только между прочим, Существо дра­мы - в подвигах, которые соверша­ются не одним, а несколькими дей­ствующими лицами «Половчанских садов». Подвиги эти разного харак­тера. Главный герой пьесы Василий Маккавеев на сцене не показывается, Но он присутствует незримо, всем своим существом, всем смыслом со­вершаемого им дела. Моя пьеса «Половчанские сады»  (название условное) рассказывает о героике будней, подвигах, совершае­мых людьми нашей страны в своей повседневной жизни и работе. Есть подвиги разного характера, разного «внешнего звучанил». Одни соверша­ются «на миру», на котором, как го­ворится, «и смерть красна», о них узнает вся страна, весь народ, весь свет. Другие оста­ются иногда неиз­вестными даже тем, кто их совер­шил. Действующие лица моей пьесы размышляют, рас­суждают о харак­тере подвига. Есть подвиг прямой, как полет стрелы Точка по­падания обМаккавеев человек стремился всем напряжением этой своей воли, своих сил, своих способ­ностей, своей мысли. Подвига не ищут, он не являет­ся результатом примо поставленной задачи (совершить подвит). Подвиг



чувствуем стороны писателей

критики. такль один ную рецензию. тает вовсе.

спек-органически чувствует его тянет,

куда ему тема его

что люди

Пьесы

нужно, и какие

какая

Надо перевести на русский язык кровно волнуют, лучшие пьесы драматургов нацио­зачем он поехал, нальных республик, В прошлом году  что хочет отобрать, написать настоящую пьесу. Здесь де­ло не только в поездках. я послал переводы своих пьес он не сможет тт. Афииогенову и Панферову, но ни тот ни друтой мне не ответили. Я пе­нкак Я закончил пьесу «Банкир» о лю­дях нашей социалистической дейст­вительности, Сейчас я приступил к работе над октябрьской пьесой, в которой стремлюсь показать образ редал также пьесы в национальный сектор союза писателей, и в конце концов рукопись потеряли. Хорошо, один экземпляр попал А. М. некото­рые отметки, кое что поправил и на­писал мне письмо с указанием, что хорошо, что плохо, что нужно испра­вить в пьесе. Так надо работать с праматуртом.

Среди действующих лиц пьесы люди различных профессий. Старик - садовод, и его сы­новья подводник, боксер, врач, танкист. Дочь его - агроном. Дей­ствие развертывается в Яблоновом совхозе, которым управляет старик Маккавеев. Старик ждет свидания со своими детьми. В совхоз приезжают все сыновья и любимая дочь Маша «воробей», которую в семье про­ввали «седьмым сыном». Но один из сыновей -- подводник Василий на свидание с отцом не является. Он должен выполнить ответственное го­сударственное поручение. Из похода Василий не возвращается, Через не­которое время в газете появляется из­вещение о его смерти. В последнем акте пьесы муж Маши, подводник Отшельников, получает приказ от­правиться в тот же поход для совер­шения дела, начатого Василием Мак­кавеевым. Во время действия пьесы по соседству с совхозом происходят маневры Красной армии. Тема пьесы - подвиг в обстановке советских будней. Частично мною эта тема затронута в романе «Дорога на океан». Наше права не думать о столкновениях в которых ему Высказывания придется участвовать. Ленина и Сталина о

Владимира Ильича Ленина, Работа идет очень напряженно, Я сознаю Московском Госете в постановке ре­жиссера Виньяр. Эта пьеса принята к постановке также Белорусским Го­ника перед темой и центральным об­разом. сетом и Биробиджанским драматиче­ским театром.

в состоянии была защищаться, и. наконец, есть докаяательства, что он получил за это от японцев взятку в десять миллионов иен. Даже царское правительство не могло замять это дело и вынуждено было предать во­енному суду и осудить Стесселя. В 1907 г. Стессель уехал в Лондон и прожил там до конца дней в качестве более чем обеспеченного человека. История осады и сдачи крепости Порт-Артур, мужество русских сол­дат и матросов, отражение тех со­бытий, которые происходили накану. не пятого года в России, бездарность и глупость парского правительства­вот предмет пьесы «Порт-Артур». Вместе с тем зритель сделает из этой пьесы соответствующие выводы, ст­носящиеся к нашему времени. Эта пьеса будет показана осенью 1937 г. в театре им. МОСПС. Возможно, что пьесу «Порт-Артур» поставит и Реа­листический театр. Одновременно с этой работой, в соавторстве с драматуртом Ю. Нику­линым, я работаю над пьесой для Московского театра транспортников, которая называется «Машинисты пер­вого класса». Это пьеса о стаханов­цах железнодорожного транспорта, о переломе на железнодорожном тран­спорте, который наметился осенью 1935 года. Она уже нашисана, но нуж­дается в ряде серьезных изменений в связи с теми данными, которые вскрылись на процессе антисоветско­го троцкистского центра.

почему, несмотря на храбрость солдат царской армии, старая Россия потерпела поражение в русско-япон­ской войне и почему победа будет за   нами в том случае, ести на нас напа­дет тот же враг. Одиннадцатимесячная оборона рус­ской крепости Порт-Артур представ­ляет собой беспримерный факт в истории русско-японской войны 1904-1905 гг. В бесславной истории этой войны можно найти не много примеров, когда японские армии встречали сильное сопротивление. Один из таких примеров - оборона Порт-Артур. Пятьдесят

то слова. Об этом и о том, что совет­ская пьеса должна определять репер­туар, обязаны помнить театральные директора. Искусство требует смелости. Надо откинуть всякие страхи и перестра­ховки! Художник, понимающий ва­дачи, которые перед ним поставило наше замечательное время, не может

впасть в ошибку. Он не должен го­няться за той темой, которая в дан­ное время года является самой «мод­ной». (или сценарием) безмерно затяги­вается. Известны, например, случаи, когда, скажем,лавное управление кинематографии выносило заключение тора-два месяца после его сдачи ав­тором. И вот, после многочисленных кон­сультаций и проверок, льеса, нако­нец поступает в театр. Времени упу­щено много, и театр начинает рабо­тать в сверхударных темпах. Это не­избежно приводит к тому, что на сце­не могут появиться схематичные апитки, скучные и малосодержатель­ные пьесы, никак не отвечающие вы­росшим художественным запросам советского зрителя. Есть и другой способ избежать ответственности. Те­атры усиленно ставят классику. Толь­ко потому, что «с классиком не на­живешь себе беды», Советский театр создал ряд замечательных классиче-

20-летие Великой пролетарской ре­крепости шесть кровопролитных штурмов, от­волюции дает художнику неисчисли­мый выбор тем. В пьесе, приурочен­ной к 20-летию Октября, писатель должен писать о теме, ему наиболее блиэкой. Пьеса эта должна быть на­писана в жанре, в котором писатель чувствует себя наиболее сильным. Произведения, написанные к юбилей­ной дате, есть некий итог всей рабо­ты каждого советского литератора. Теперь о моей пьесе. В области театра я чувствую себя сильнее всего в жанре исторических пьес. Мне хо­телось выбрать сюжет, в чем-то пере­кликающийся о теми событиями, ко­торые привлекают сейчас внимание моих современников. Поэтому я вы­брал эпоху русско-японской войны и осады Порт-Артура. Пьеса «Порт-Ар­тур» должна служить делу обороны нашей страны. Она должна обяснить, битых русскими солдатами и матроса­ми, более ста тысяч убитых (потери японской армии под стенами Порт­Артура)- вот реальные факты, под­тверждающие мужество и храбрость русских солдат-защитников крепости. Корреспонденты английских газет писали с театра войны: «Русские ора­жались с яростью, которую недоста­точно назвать храбростью. Это было неистовство, а не храбрость». Надо признать, что среди командного со­става был талантливый генерал ин­женерных войск Р. И. Кондратенко­«душа обороны» Порт-Артура. Он по­гиб на форту втором, и после его смерти крепость продержалась всего две недели. Есть неопровержимые доказательства, что комендант укреп­ленного Порт-артурского района гене­рал Стессель одал крепость, которая  

том, что мы вступили в эпоху войн и революций, для нас и подрастающих поколений, ощущающих, что сроки первой передышки, отвоеванной намп у истории, близятся к концу, при­обретают с каждым днем все более конкретный и точный смысл. Мне очень хотелось бы своопьесу на­звать «Гроза», но, к сожалению, пьесь под этим названием написана уже  великим русским драматуртом Ост­ровским, Пьеса моя принята к постановке в МХАТ. Основные идеи пьесы я ста­рался (не мне, конечно, судить, на­сколько это удалось) воплотить не в театральных положениях, а в разви­гии характеров действующих лиц

ских спектаклей, принесших ему ми­ровую славу Но советский театр всег­В итоге процесс работы над пьесой   да был театром глубоко современным,