Четверг, 17 июня 1937 г. № 28 (374) СЛОВО СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО АРХИТЕКТОР ХУДОЖНИК Всесоюзному с езду архитекторов предстоит решать задачи архитектур­ного образования и подготовки ма­стеров строительного дела. Вопрос этот вовсе не узко-профес­сиональный. Он интересует самую широкую советскую общественность. Ведь мы строим для миллионов, Воз­двигнутые нами здания должны сви­детельствовать о величии нашей эпо­хи. Опыт говорит, что ни в коем слу­чае не следует отделять архитектур­ное образование от изучения скульп­туры и живописи. Архитектор дол­жен быть художником, Готовить та­ких архитекторов возможно только в институтах и академиях, под руко­водством лучших зодчих. Между тем до сих пор в наших втузах препода­ванию архитектуры не уделяется не­обходимого внимания. Громадное большинство проектиру­ющих, строящих и даже обучающих в институтах педагогов вышло из ста­специально художественного образо­гражданские инженеры. ож­ших совместного образования худож-и ников всех видов нскусств. Необходимо ввести минимум худо­жественного образования в средней школе. Истинное мастерство может быть достигнуто только многолетним упорным трудом и серьезной подво­товкой с детского возраста. Наша Академия художеств в те­чение полутора веков обучала круп­нейших мастеров, архитекторов-ху­дожников, обессмертивших свое имя. Замечательными произведениями ар­хитектор создавал соответствующую среду для живописи, пластики п мозаики, Этим об ясняется высокое развитие монументальной живописи и скульптуры. Величественный собор Петра в Ри­ме, палаццо Питти с садом Боболи во Флоренции, Лувр в Париже создава­лись архитекторами в тесном сотруд­ничестве с живописцами и скульц­торами. В эпохи расцвета архитекту­ры сами водчие были и скульптора­ми и живописцами, Творцы роман­ских и готических соборов вышли из монастырских школ, в которых на­ряду с архитектурой обучали также живописи, скульптуре, мозаике и при­кладным искусствам. Великие архи­текторы прошлого, в том числе наш Баженов были и скульиторами ижжи­вописцами. Архитектор Э. Л. Бесконечная волокита В течение полутора лет я безус­пешно хожу по канцеляриям Всесо­юзного комитета и Московского уп­равления по делам искусств. Эти бес­конечные хождения так ни к чему и не привели. В продолжение двух с лишним лет я нахожусь не у дел. Мне стыдно просить пенсию, хо­чу и могу работать. Я начала рабо­тать в театре с 1904 года. До револю­ции я была актрисой в ряде провин­циальных и московских театров. Годы гражданской войны провела в приф­ронтовой полосе (театр второго стрел­кового полка в Восточной Сибири). Возвратившись с фронта, я органи­зовала в Москве театральный коллек­тив под названием «Современный те­атр», которым и руководила до 1935 г. Неоднократно меня премиро­вали за ударную работу, за выполне­ние планов. Случайное обстоятельство, явивше­еся результатом моей недостаточной осведомленности в финановых воп­шего начальника УМЗП, ныне разоб­лаченного троцкиста Морозова, отдать меня под суд. И хотя я была полно­стью реабилитирована, а ЦК Рабис ходатайствовал о немедленном вос­становлении меня на работе, Морозов категорически отказался выполнять предложения ЦК союза. С тех пор (лето 1935 г.) я обиваю пороги ВКИ и Московского управле­ния искусств. Зам. начальника теат­рального управления ВКИ т. Орлов­ский, в особенности начальник Мос­ковского управления искусств Бе­лиловский, разговаривали со мной в издевательском тоне. Мне, старому театральному работнику, Орловский заявил: - Мы вам помочь не можем. А Белиловский отнесся ко мне, как бюрократ. Он долго отказывал в приеме, а когда я все же добилась аудиенции, он грубо отказал в моей просьбе. Будет ли конец этой волоките? Где же забота о человеке, о которой так много любят говорить наши руково­дители из ВКИ и Московского управ­ления по делам искусств? А.А. ВЕРИНА ПРЕДОСТАВЛЕНО ФОРМАЛИСТАМ жание работ авторов «венской шко­лы», составители сборника, однако, пошли по линии наименьшего сопро­тивления. Они просто отбирали из работ иностранных искусствоведов то, что казалось им «наименее форма­листическим», с тем, чтобы во всту­пительной статье, примечаниях и комментариях «подправить» форма­листов с марксистских позиций. Но ни вступительная статья, ни составленные наспех «поправочки» и комментарии не раскрыли идейного  содержания архитектурных произве­дений Микельанджело, и сборник, по существу, превратился в трибуну для формалистов. Статья К. Маковского «Архитектур­ные произведения Микельанджело» при всей ценности фактического ма­териала совершенно обходит худо­жественные проблемы архитектуры и не связывает произведения Микель­К. Маковского и Р. Соботта, который творчество Микельанджело исключи­тельно формально и ограничивается его номенклатурной классификацией. Статьи, напечатанные в сборнике, содержат ряд ценных замечаний о месте Микельанджело в истории раз­вития архитектурных форм, о его от­ношении к римской античности и готическому средневековью, о приме­нении Микельанджело вовых форм, повышающих динамические возмож­ности архитектуры. Но эти ценные замечания утопают в море деталей и мелочей, в формалистическом клас­сификаторстве. Ошибка составителей сборника и его отв, редактора Ю. Милонова за­ключается в том, что они ограничи­лись некритическим отбором выска­вываний буржуазных искусствове­дов. Пора, наконец, руководству Акаде­мии архитектуры и ее издательству организовать самостоятельную твор­ческую работу советских искусство­ведов, а не пробавляться изданием эклектических сборников. A. РИН   Гениальное творчество Микель­анджело в архитектуре долгое время не было понято и оценено многими европейскими искусствоведами. Вы­исокомерно отзывался об архитектуре Микельанджело Шарль Гарнье, ар­хитектор, строитель эклектической Grand Орега в Париже. «Я обриняю, заявлял он, - Микельанджело в том, что он не знал языка архитектуры», Между тем зодчество Микельанд­жело является ярким образцом орга­нической связи архитектуры с живо­писью и скульптурой. Эта черта Ми­кельанджело в соединении с прони­кающими все его произведения темой борьбы, пламенной страстностью, на­пряженным драматизмом и насыщен­ностью великими идейными замысла­ми его эпохи делает Микельанджело близким нашему советскому искус­ству. Как бы иля навстречу потребности советских деятелей архитектуры читателей иметь более отчетливое изведениях Микельанджело, изда­тельство Всесоюзной академии архи­тектуры издало сборник статей «Архитектурное творчество Микель­анджело» Однако метод составления сбор­ника, подбора материалов и их обра­ботка вызывают недоумение, В сбор­нике перепечатан ряд статей из спе­циальных иностранных журналов и отдельные главы из книг западно­европейских искусствоведов (К. Толь­най, К. Маковского, Э. Пановского, A. Поппа, Г. Зедльмайра и др.). Методологические установки авторов сборника совершенно не соответству­ют марксистскому пониманию задач искусства. Большинство материалов, публикуемых в сборнике, принадле­жит искусствоведам - формалистам «венской школы». Сознавая формалистическое содер­«Архитектурное творчество Ми­кельанляело» Сборник спатей Изл тельство Всесоюзной академии архи­тектуры, 1936 г. 133 стр. 97 иллюстра­ций. Цена 12 руб.

…

5

Худ. Богородски

«Домик Горького» (г. Горький).

Собрание актива работников искусств ла что первоочередной задачей му­зыкального управления является во­спитание собственных советских мо­лодых дирижеров, Но для этого к по­стоянной работе в симфонических коллективах, и в первую очередь ор­кестрах Союза ССР, должны быть привлечены все лучшие, наиболее спо­собные советские дирижеры, а также использованы наиболее выдающиеся первоклассные западноевропейские мастера дирижерского искусства. Тов. Шатилов, подобно другим работникам зорно. П. М. Керженцев в своем заклю­чительном слове прежде всего допол­нил информацию отдельных доклад­чиков, а затем остановился на неко­торых принципиальных вопросах, затронутых в прениях. Он указал, что на местах не ведется необходи­мой подготовки к 20-летию Великой пролетарской революции. Вызванные на собрание актива представители Ленинграда и Украины (почему только из этих двух мест? --- Ред.), даже не сочли нужным приехать. Говоря о советской драматургии, т. Керженцев указал, что у нас нет пъес и киносценариев на темы о бдительности, о борьбе против троц­кистских и иных шпионов, диверсан­тов и вредителей, на оборонные темы в современном, более широком и кон­кретном их понимании, на тему о ве­дущей роли партии в нашем тельстве. Керженцев строи­Тов. Керженцев поднял так­же вопрос о необходимости известного единства в идейном толковании пье­сы, которая ставится разными ре­жиссерами в разных театрах. отнюдь не Но это, конечно, что готовят советские композиторы к 20-летию Великой пролетарской ре­волюции, сообщил о концертном пла­не; о ряде конкретных мероприятий (декады, конкурсы, выпуск граммо­фонных пластинок, большие концер­ты); жаловался на недостаток вни­мания наших концертных организа­ций к творчеству советских компози­торов и т. д. и т. п. Но, к сожа­лению, конкретной была и в этом докладе только его информационная часть. Во всем остальном т. Шати­ся» и т. д. Мы уже говорили, что изобрази­тельное искусство почему-то вовсе выпало из поля зрения ВКИ. Нар­комтяжпром организует выставку «Индустрия социализма», Наркомат Обороны выставку «20 лет РККА», Обе эти выставки строго тематические. Почему нельзя орга­низовать к великой годовщине вы­ставки советского изобразительного искусства, графики и скульптуры? Об этом на собрании актива не было ска­зано ни одного слога. Не было постав­лено и доклада унравления цирков. Вопросы подготовки эстрады к 20-лет. нему юбилею в докладе т. Шатилова не были даже затронуты. Проблему подготовки театров к 20-летию Великой пролетарской рево­люции нельзя сводить к одному лишь репертуару. Вопросы творче­перестройки театров, вопросы не важны. Одна­ской организации менее ко в докладе т. Боярского не было и тра намека на все эти острые про­блемы. О творческом состоянии теа­им. Мейерхольда, Камерного теа­тра, Театра революции и др., которые должны приэти к юбилейной годов­щине творчески окрепшими, вырос­шими, в докладе руководителя теат­рального управления не было сказа­но ни слова. Немногочисленные работники ис­кусств явно не понимали, для че­го их собрали. Это недоумение было сформули­ровано кинорежиссером т. Рошаль, b, который прямо заявил, что ему не­понятны ни цель, ни задачи этого ак­тива. Тов. Рошаль предложил органи­зовать в юбилейный год единый фе­стиваль искусств; щироко показать творчество советских композиторов, чтобы оно получило мировой резо­нанс; составить кино-труппы (в 300--400 человек каждая), что по­зволило бы ликвидировать нехват­ку актерских кадров на кинофронте. Организаторы «актива» не сумели поднять его работы на достаточно высокий политический уровень. Сек­ретарь парткома ВКИ т. Патарая указал в своем выступлении на за­соренность аппарата отдельных уп­равлений и учреждений искусств врагами народа и их пособниками. Во главе Филармонии до недавнего времени стоял близкий друг врага на­его «деятельности» в Филармонии не сделаны более глубокие выводы). Секретарем парткома театра им. Вах­тангова был разоблаченный на-днях троцкист Егиазаров; оказались засо ренными врагами народа аппарат главного управления цирками и ряд местных управлений по делам ис­кусств (Армения, Челябинск и др.). Обо всем этом докладчики даже не заикнулись. Для всех собравшихся стало ясно, что собрание «актива» является просто формальной отпи­ской. Его организаторами повидимо­му руководило исключительное же­лание показать, что «и у нас не ху­же, чем в других наркоматах, Cо­зываются активы». Выступавшие в прениях работни­ки искусств отмечали недостатки в работе управлений. Тов. Мейерхольд указал на недопустимо пренебрежи­на кадров. тельное отношение к вопросам эст­радного репертуара. Забывается, что именно эстрада будет во время вой­ны выступать на фронте одной из первых. Тов. Охлопков требовал от Комитета более ясной и определен­ной линии поведения по отношению к молодым театрам, возникшим уже после революции. Тов, Гаук указал недопустимое сокращение коли­чества симфонических оркестров и на отсутствие должной смелости в выдвижении молодых дирижерских Проблеме советского дирижера уде­лил, между прочим, много внимания в своем докладе и т. Шатилов. При этом он из непонятных соображений приписать «Советскому ис­кусству» позицию, которую газета в этом вопросе никогда не занимала. В изложении т. Шатилова выходило, будто бы «Советское искусство» в ущерб интересам советских дириже­ров ориентируется на дирижеров­«варягов». В действительности же на­ша газета неоднократно подчеркива­13 июня в Бетховенском зале Большого театра состоялось собрание актива московских работников ис­кусств, созванное Всесоюзным коми­тетом по делам искусств. Собрание было крайне малочисленно и прошло на редкость неудачно. Присутство­вало всего несколько десятков чело­век, среди которых преобладали ра­ботники управлений Комитета. Три доклада о подготовке к осен­нему сезону и к проведению 20-ле­тия Великой пролетарской револю­«актива», созванного им в марте. Как и тогда, в зале заседания не было почти никого из виднейших мастеров советского искусства. наботников те­атра, кинематографии, композиторов и музыкантов в зале можно было бы пересчитать по пальцам. Актив следовало созвать раньше, во всяком случае до того, как большинство мо­сковских театров закончило сезон и раз ехалось на гастроли. Было при­глашено всего 100 человек, да к то­му же самые приглашения рассыла­лись со значительным опозданием. Некоторые работники искусств полу­чили их только за несколько часов до окончания собрания, Многим ап­парат ВКИ в приглашениях вовсе отказывал, не допущены были на со­брание и отдельные представители советской печати. На повестку дня собрания был поставлен один вопрос: о подготов­ке к 20-летию Великой пролетарской революции. Этой теме посвящались все три доклада -- т. Боярского (те­атр), т. Шумяцкого (кино) и т. Ша­тилова (музыка). Совершенно непо­нятно, почему не было доклада изо­управления ВКИ, Правда, т. Эйдель­сон выступил потом в прениях, но его выступление, в сущности, све­лось также к голой информации. Содержательнее других был доклад т. Боярского, который справедливо считает, что театры ни в коем слу­чае не должны отказаться от само­стоятельной работы с драматургами и рассчитывать на то, что репер­туарные органы театрального упра­вления будут снабжать их пьесами. Тов, Боярский поставил также во­прос о том, могут ли несколько теа­тров ставить одну и ту же пьесу. По мнению докладчика это допусти­мо только в исключительных слу­чаях, в порядке творческого сорев­нования. Так, например, в нынеш­нем году Малый театр и театр им. Вахтангова покажут «Ревизора». В основном же каждый театр дол­жен стараться строить свой соб­ственный оригинальный репертуар. «Доклад» т. Шумяцкого был еще более информационным и не содер­жал в себе никаких обобщений. Тов. Шатилов говорил о ликвида­ции остатков рапмовщины на музы­кальном фронте, рассказал о ом,  круг и показывал, как происходило радение. На картине, изоб изображавшей события 1905 года, Горький увидел студентов. Тотчас же последовало замечание: «Откройте студентам рты они поют!». Он замечал буквально каждую ме­лочь Об одном рисунке сказал: «Швеи не могли быть полненькими» (Кукры­никсы представили швею пухлой де­вушкой). «Икона! Тогда вешайте ее в над­лежащее место» --- и указал, в чем ем неправильность данного рисунка. Внимательно просмотрев все полу­ченные от Кукрыниксов иллюстра­ции, отметил на каждой из них обна­руженные недостатки. Прошло полгода упорной работы над «Климом Самгиным». Кукрыник­сы вновь встретились с А. М. в Гор­ках, чтобы показать свою работу. На этот раз Алексей Максимович был удовлетворен их работой, найдя толь­ко незначительные погрешности. По­нравились ему все персонажи «Кли­ма Самгина». Но особенно Дронов. -«Хорошо сделали, правильно, жуликом. Он у меня в 4 томе изда­телем будет!». Просматривая иллюстрации, он по­вторял одобрительно: «Теперь­дру­гое дело». Полностью согласился с новым ва­риантом Марины (Лидия не вызвала возражений и в первом варианте). Внимательнейшим образом разгля­дывал пейзаж Петербурга 9-го янва­ря 1905 года - Троицкий мост и Дворцовую площадь. Говорил, отку­да шли войска, откуда стреляли.пытался Заметил неправильность: на карти­не войска непосредственно соприка­сались с толпой. - Соприкасаться с толпой войскам нельзя, - указал А. М. и об яснил, какое на самом деле было расстояние E. Л. между ними.

В исполнительской в 14 июня на заседании исполни тельской секции союза композиторов руководитель секции отчитывался в полуторагодовой деятельности сек­ции. Тов. Гинзбург указал на ряд поло­жительных моментов в работе сек­ции, организовавшей творческие от­четы исполнителей, конкурсы на луч­шее исполнение советской музыки, обсуждение новых произведений со­ветских авторов, Однако все эти хо­рошие начинания проводились лишь первый, начальный период рабо­ты, Секция ничем не помогла испол­нителям, когда начало сказываться вреднейшее руководство Кулябко, приведшего Филармонию к развалу, а многих талантливых исполнителей творческому бездействию. Мало то­секция затрудняла борьбу испол­нителей за оздоровление концертных организаций, потакала безобразиям рил творившимся в них. Об этом говорил т. Эдельман. в Выступавшие товарищи рассказы­вали об омераительной атмосфере взаимного недоверия и натравлива­ния друг на друга, существовавшей Филармонии под директорской эги­дой Кулябко. Со слезами на глазах артистка Филармонии А. Капитонен­ко рассказывала о мучительных пе­реживаниях, которые ей пришлось испытать в Филармонии, и о том как людей доводили до того, что у них опускались руки. Пианист Дьяков рассказал собранию о том, как Ку­лябко уговаривал его переменить свою профессию пианиста и педагога «Сколько вы получаете в Консер­ватории -- 500 рублей? Поезжайте ди­ректором Минской Филармонии, я вам дам 1000». Кулябко просчитался: администра­торская тысяча не соблазнила пре­красного музыканта Дьякова. Вместе с блестящей плеядой советских скрипачей он продемонстрировал в Брюсселе и в других многочисленных городах Европы свое превосходное искусство советского пианиста. Пример с Дьяковым не единичен. Пресловутая периферийная теория, рожденная в недрах филармоничес­ких канцелярий, преследовала лишь

секции Союза оюза композиторов одну цель - ограничить размах со­ветского исполнительского движения, нанести ему ущебр. Вреднейшая болтовня о якобы су­ществующем в нашей стране перепро­изводстве исполнителей странным об­разом находила в себе отклик и за пределами Филармонии; ее поддер­живало и руководство исполнитель­ской секции. Если Кулябко пытался убрать с исполнительской работы Дьякова, то заместитель председателя секции т. Рабинович по существу то же самое предлагал учинить с пиани­стом Гутманом, лауреатом всесоюзного и международного конкурсов пиани­стов. перед своей в руководителей Отчитываясь деятельности качестве одного руководителей секции, т. Рабино­вич очень пространно и эпически спо­койно повествовал о своих раимов­ских ошибках, совершенных им по постановления ЦК ВКП(б) от 23 ап­реля 1932 года. Но т. Рабинович очень мало сказал по существу пред яв­ленных ему обвинений, как руководи­телю секции и коммунисту. Неудиви­тельно поэтому, что его «самокрити­в ка» не удовлетворила собравшихся. Собрание признало работу руковод­ства секции неудовлетворительной. Избрано новое бюро секции в соста­Гедике, Г. Эдельмана, А. Дьакова, А. Ойстраха и А. Шац­кеса. 

Зам. председателя Всесоюзного комитета по делам искусств т. Шумяцкому Уважаемый т. Шумяцкий! Мы живем в такой стране и в такую эпоху, когда все профессии, все от­расли труда - почетны и значитель­ны. У нас господствует труд, и люди труда являются героями нашей жиз ни, нашего общества. Советская ху­дожественная литература, живопись, кино отражают жизнь ученых, вождей рядовых крас­театр, полководцев, и ноармейцев, шахтеров, пастухов.го, Однако нас, советских недагогов, упорно обходят. Жизнь и труд педа­гога до сих пор остается неподнятой целиной нашего театра. В СССР сот­ни тысяч учителей, они выполняют сложную, полную глубокого интереса работу. Жизнь нашего педагога на­полнена прекрасным содержанием. Огромная армия преподавателей остается забытым участком советской сцены и экрана. Комитет искусств и союз писателей не пробудили в дра­матургах интереса к художественно­му показу педагога, не разяснили актуальности такой темы, не заинте­ресовали его. Скоро мы будем праздновать 20- летие Великой пролетарской револю­ции. Зритель увидит на сцене и эк­ране много новых и интересных тем. Советское учительство, выполняющее нное и прудное дело, хон ддсть на онеле тектра свою жино; настоящего советского педагога. Ответьте нам, т. Шумяцкий, уви­дим ли мы в юбилейном году учителя на сцене? Группа педагогов московских школ: B. ПАВЛОВСКИЙ, И. ЗОММЕР, K. ЛИФШИЦ, Н. ДАВЫДОВ, Л. ГРИНБЛАТ, Р. ЦОДИКОВА и др.

Чризвостные мициаторы Кипренского и Боровиковского Государственный Исторический му­зей приобрел ценную коллекцию ми­натала х дога Коллекция состоит из 25 вещей. Большинство портретов написано гуашью на слоновой кости и заключено в изящные рамки из кра­сного дерева, бронзы и тисненой ко­жи. Некоторые миниатюры подписаны именами Маклея, Гейма, Фрика и дру­гих художников. Особенный интерес вызывают неизвестные раньше мини­атюры Ореста Кипренского и Борови­ковского. Работа Кипренского датиро­вана 1807 г. и представляет собой портрет графа де Рибаса, одного из строителей Одессы. На миниатюрном портрете работы Боровиковского изо­бражен генерал Дохтуров, герой вой­ны 1812 года. Портрет написан в 1811 г.



значит, что мы требуем единообраз­ной художественной интерпретации одной и той же пьесы разными по­становщиками. Критикуя выступление заведующе­го издательством «Искусство» тов. 0. Бескина, П. М. Керженцев ука­зал, что издательство обязано вести самостоятельную работу с драматур­гами, не дожидаясь поступления пьес ив репертуарного сектора ВКИ. Пьесы должны быть срочно выпу­щены издательством с расчетом, что­бы и периферийные театры могли их во-время получить и приступить к репетиционным работам. Следует увеличить издание классических пьес народов СССР, антифашистских



дежь имеется во всех театрах и о ней нужно заботиться в первую оче­редь. Дальнейшее существование та­ких стихийно возникших театров, как театр-студия под руководством Симонова или театр-студия под ру­ководством Хмелева, не имеет смы­сла. Надо соединить мелкие, нежиз­неспособные театральные коллекти­щем молодые театры должны у нас возникать в порядке «отпочкова­ния» от основных театральных орга­низмов. Коснувшиоь вскользь вопро­са о воспитании молодых дирижер­ских и режиссерских кадров, т. Кер­женцев заметил, что этот важный

Горького

Встречи

с художниками Горький придавал большое значе­ние художественной иллюстрации. Мне хочется рассказать о работе Горького с художниками, иллюстри­ровавшими его произведения. В начале 900-х годов редакция «Знания», по мысли Горького, реши­ла иллюстрировать его произведения. К работе были привлечены худож­ники Д. Ф. Богословский, Н. Ф. Пет­ров, Сорин, Васильев, Куликов и др. Д. Ф. Богословский вспоминает, как однажды ему и художнику Куликову оследствии в течение многилет бывшему директором пензенской художественной школы) И. Е. Репин предложил взять заказ на иллюстра­ции произведений Горького. Репин знал Д. Ф. Богословского и Куликова как своих учеников по Академии ху­дожеств. Богословский и Куликов были при­Н в контору «Знания» (на об условиях работы. Затем, как-то ве­чером в том же помещении редакции состоялась встреча с Горьким, Горь­кий сказал, какие иллюстрации ему хотелось бы видеть и какой харак­тер они должны иметь. 4. М. рассказывал о впечатлениях, которые на него произвела поездка на Кавказ (1900 г.). Он сожалел, что не художник, не умеет рисовать. Нельзя описать словами такие карти­ны, какие встречаешь на Кавказе. удожник может изобразить пейзаж или человека гораздо точнее, чем пи­сатель. В этом преимущество худож­ника над писателем. Потом речь заш­ла о бурлаках, которых художникам предстояло наблюдать для иллюстра ции произведений Горького. Писа­тель настоятельно подчеркивал, что надо отыскивать характерные типы. По мнению Горького, лучше всех изо­бражал бурлаков И. Е. Репин. В сво­их скитаниях Горький неоднократно встречал именно таких бурлаков. В дальнейшей беседе Алексей Макси­мович назвал ряд своих произведе­ний, которые нужно иллюстрировать. Всех названных Горьким рассказов Д. Ф. Богословский не помнит. Он помнит, однако, что Горький гово­рил о «Челкаше», «Архипе и Лень­ке», «Бывших людях». Богословский ваялся за иллюстрацию бытовых рас­сказов. Петров избрал аллегорические и романтические сюжеты. За лето необходимые зарисовки бы ли сделаны, и, вернувшись в Петер­бург, художники приступили к окон­чательной обработке материала. а последовала еще одн тем и Пятницким на квартире Горьким ли переданы Пятницкому. Помимо Богословского и Куликова к иллюстративной работе были при­влечены и другие художники. Соста­вилась целая коллекция, состоявшая приблизительно из 4550 картин, В 1928 г. вся эта коллекция была приоб­ретена в Ленинграде у одного част ного лица для открывавшегося тогда в Москве музея М. Горького при Все­союзной библиотеке им. В. И. Лени­на. Особое место занимают взаимоот­ношения Горького с художниками Кукрыниксы - Куприяновым, Кры­ловым и Н. Соколовым. Кукрыниксы встречались с Горьким на Малой Ни­китской или в Горках. Увидев впервые художников и

вопрос должен явиться предметом самостоятельного обсуждения на од­ном из ближайших активов, кото­рые Комитет созовет в будущем. Июньский актив работников ис­кусств был неудачно организован и проведен. Комитет должен извлечь из этого урок, Может быть пора уже подумать о созыве актива работни­ков искусств не одной только Моск­вы, но и других крупнейших куль­турных центров нашего Союза. ц. п.

A. М. Горький и Кукрыниксы (художники Крылов, Куприянов и Соколов). протягивая им дружески руки, А. М. с улыбкой сказал: «Здравствуйте, исказители нашей действительности!». Горький мыслил и говорил, слушал и советовал, по выражению Кукры­никсов, «открыто и широко». «Рассказывает о том, о другом, и вдруг: «А вы кого знаете? Что чита­ли? Кого любите?». Задаст во время своего рассказа несколько таких во­просов, будто невзначай, а на самом деле внимательно изучает собеседни­ка, чтобы в случае надобности по­мочь ему советом. Алексей Макси­мович неоднократно говорил о своих взглядах на живопись, на искусство­карикатуры, упоминал Гейне, Олафа Гульбрансона, много раз - Домье, советуя у него учиться. Горький не только советовал, он занялся обору­дованием для Кукрыниксов библио­теки, подарил им полного «Симпли­циссимуса», снабдил их всеми исто­риями карикатуры -- древней, ан­глийской, французской. Алексей Мак­симович прислал в мастерскую Ку­крыниксов целый шкаф с книгами, монографиями, альбомами. свои иллюстрации к «Климу Самги­Когда Кукрыниксы показали ему рисунка. ки не подняты». ну», Горькийй быстро, безоговорочно их забраковал. - «Клим Самгин! Ему надо сделать хрящевиднее нос». Варавка! Кукрыниксы вначале изобразили его с французской, корот­кой бородкой, этаким модернизиро­ванным русским предпринимателем. - «Не годится. Варавке -- бороду прибавить от ушей». «Не то, это какая-то кувалда». И тут же обяснил, как она должна выглядеть. Художники изобразили, как Безбедов (в 3-й части «Самгина») гоняет голубей. Горький впился гла­зами в рисунок. «Куда смотрят люди, якобы смо­трящие на голубей?». Это горьковское «якобы смотря щие» является его оценкой данного Вот сцена проезда царя - народ бросает шапки вверх. Горький уже видит из ян: «Шапки взлетели, а ру­Борода в данном случае должна бы­ла определить, по мнению Горького, место, занимаемое Варавкой в его собственной промышленно-купече­ской среде. Посмотрел на Марину:

Спектакли на кораблях Сегодня бригада оперного театра им. Станиславского начинает шеф­скую работу на кораблях Черномор­ского флота. В репертуаре бригады концерты и оперы («Ввгений Онегин» и «Тайный брак»). Руководитель те­атра, нар. арт. Союза ССР К. С. Ста­ниславский обратился к морякам Чер­номорского флота со следующим пись­мом: «Шлю горячий привет красно­флотцам и комсоставу доблестного Черноморского флота. Счастлив, что культурная задача обслужить наших советских моряков поручена в этом году нашему театру. Искренне наде­юсь, что коллектив театра оправда­ет эту почетную миссию и еще более укрепит дружбу между артистами и славными черноморскими моряка­мм»,