№ 29 (375)

Среда, 23 июня 1937 г.

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО Первый Всесоюзный с сезд архитекторов      C большой речью 20 июня вы­ступил зам. председателя Совнар­кома СССР т. В. Я. Чубарь, при­ветствовавший сезд от имени ЦК ВКЦ(б) и Совнаркома сссР и по­ставивший перед архитекторами ряд важнейших государственных задач. Бурными аплодисментами сезд встретил выступление испанского архитектора Мануэля Санчеса Ар­каса. речами на сезде выступи­ли также французские архитекто­ры Ф. Журден, Андре Люрса и Мар­сель Лодс, а также датский архи­тектор Эдвард Гейберг. * составе М. М. Блюменталь-Тамари­ной, Е. В. Гельцер, К. Г. Держин­ской, Б. А. Мордвинова и Р. Л. Адельгейма. Бурными аплодисментами, стоя, встретил сезд выступление народ­ной артистки СССР М. М. Блюмен­таль-Тамариной. За последние годы, сказала она, - построено немало хороших театральных зданий, но мы хотим, чтобы вы строили театральные зда­ния еще лучше, Мы хотим в театре такой акустики чтобы ни одно слово со сцены не пропадало. Мы хотим такого оборудования чтобы актеры, проводящие в театрах по­ловину своей жизни, легко, удобно и радостно могли творить и приоб­щать к великим источникам искус­ства массы советского народа. 21 июня прения по докладам о за­дачах советской архитектуры закон­чились. Утром выступали тт. Мазма­нян (Армения), Бесолов (Сев Осетия), Тимонин (Чечено-Ингушетия), Маме­дов (Баку), Бова (Грузия), Красно­сельский (Украина), Седов (Дальне­край), начальник отдела 21 июня с езд приветствовала от имени творческих работников со­ветского театра делегация ВТО в Восточный проектирования Моссовета Дедюхин, Аркин и др. Подводя итоги прений, тов. Алабян должен был констатировать, что зна­чительное число архитекторов не по­няло еще всей глубины огромных за­дач, какие партия и правительство ставят сейчас перед советскими архи­текторами. В частности, т. Алабян от­метил недостаточность самокритики в выступлениях бывших идеологов кон­структивизма тт. Веснина и Гинз­бурга. Вечером сезд заслушал большой доклад проф. С. Е. Чернышева «О ге­неральном плане реконструкции Мос­квы и о планировке городов». 21 июня на сезде присутствовал се­кретарь МК и МГК ВКП(б) тов. Н. С.   Хрущев. А. КУТ. Дворец Советов СССР. Перспектива пестницы и главного входа. Содружество архитектора и скульптора   рельефом свободной части стенной плоскости, ниши - скульптурной фитурой или группой есть чисто ме­ханическое соединение двух слага­мых Синтез же получится только тог­да, когда произойдет слияние в одно органическое целое двух равноцев ных величин, когда скульптура ока­жется не придатком к архитектуре, а будет способствовать обогащению единого художественного образа. Первый опыт творческого содру. жества Демина и Бирюкова был осу. ществлен на проекте памятника по­гибшим авиаторам группы Триандо филова. Этот памятник должен быть соо ружен на месте катастрофы, на фо­не лесной опушки, Он задуман как лортик, ваканчивающийся (а не ук­рашенный только) скульптурной группой: пионеры запускают при по­мощи лука модель пропеллера. Классический портик перекрыт не­обычайно: от линии пересечениядвух скатов его плоскости направленц вверх (треугольник фронтона постав лен на вершину). Благодаря этому у арителя возникает образ аэроплана, птицы, вамахнувшей крыльями. По вертикалям колонн глаз поды­мается к фронтону и останавливается на фигурах юных авиаторов, идущи на смену выбывшим из строя геро­ям. О торжестве жизни над смертью, о неуклонном движении вперед, «в выше, все выше» говорят фигуры ре­бят, их поднятые головы и устрем­ленный вверх взор, следящий за по­летом модели. Портал заканчивается вверху не только архитектурными плоскостями двух скатов кровли, но и скульптур­ной группой. Являясь неотемлемой частью архитектурной композиции, она замыкает вершину. Закругленной линией лука скульптор намечает пре дел всему художественному комплек­су. В целях сохранения этого свой­ства группы и тогда, когда зритель подойдет к фасаду вплотную и верх­няя часть здания будет ему видна только снизу, фигуры на перекры­тии несколько наклонены впаред, н благодаря этому кривая линия лука продолжает оставаться видимой и выполнять предназначенную ей роль. Конечно, было бы преувеличением видеть в рассмотренной нами работе образец завершенного синтеза. Одна­ко бесспорно ---- в работе тт. Демина и Бирюкова имеются определенные достижения на путях, ведущих к правильному разрешению проблемы синтеза архитектуры и скульптуры. M. РАЙХИНШТЕЙН.  В одной из мастерских молодых художников мне посчастливилось на­толкнуться на очень отрадное явле­ние. Работали два молодых человека. Один из них архитектор, другой - скульптор. Одним из первых опытов скульп­тора Бирюкова по декоративно-мо­нументальной скульптуре была рабо­та над барельефом для здания 2-го Медицинского института на Малой Пироговской ул., в Москве. Тема этих барельефов, фиакульту­ра ＿ основа лоровая Сюжети бег с препятствиями, волейбол, футбол, пляж, душ.

2

-

проф.ВОРЦеОВетОВ Дворца построено таким образом, что показывает устремление архитектур­ных форм ввысь - к статуе Ленина. Архитектурное сооружение трактует­ся таким образом, чтобы оно содей­ствовало более легкому восприятию С большим интересом с езд прослу­шал доклады о строительстве Дворца Советов. Творческий коллектив, ра­ботающий над проектом Дворца Со­ветов (арх. Б. М. Иофан, акад. В. А. Щуко и проф. В. Г. Гельфрейх), вы-

Открывшийся 16 июня Первый все­Алабяна, акад. А. В. Щусева и Н. Я. Колли - были посвящены за­союзный сезд советских архитекторов сразу же перешел к деловой работе.

Первые три доклада с езда--арх. К. С.   дачам советской архитектуры.  Задачи советской архитектуры организации вра­гов народа и их вредительскую дея­тельность на целом ряде строи­тельств (на Среднеуральском меде­плавильном комбинате, в Красно­уральске и т. д.). Создание социалистической архи­тектуры, отражающей величие нашей апохи, требует освоения классическо-

нес на деловое принципиальное об­самой фигуры Ленина. В последнем проекте здание Дворца Советов вы­глядит более лаконичным, современ­ным и близким социалистическому содержанию нашей эпохи. Тов. Щуко указал, что сейчас на площадке Дворца Советов полным ходом идут бетонные работы. Круп­нейшие советские заводы присту­пают к выполнению металлических конструкций для Дворца. Недалеко время, когда пойдут надземные ра­боты и начнут вырисовываться кон­туры Дворца Советов. Начнется но­вый, не менее ответственный этап строительства -- работа скульпторов и живописцев. Кроме завершающей Дворец Советов статуи Ленина -- по предложению товарища Сталина­во Дворце Советов запроектировано несколько скульптурных групп, зна­менующих интернациональный союз рабочего класса и братство народов Советского Союза. Тов, Гельфрейх рассказал сезду о внутреннем содержании Дворца Со­ветов­о большом круглом зале на 20 тысяч человек с местами, расно­ложенными амфитеатром, о кольце вых кулуарах Дворца, стены которых будут покрыты живописью, о малом полукруглом зале на 6.000 человек, разрешенном по принцицу античного разрешенном по принципу античного театра, об отдельны аудитория террасах, плоских крышах и т. д. Проникнутый идеей сталинской за­боты о человеке, Дворец Советов бу­дет предоставлять максимальные удобства для тех 30 тысяч человек, которые смогут находиться одновре­менно в его залах и аудиториях. * суждение сезда свою многолетнюю работу над проектом сооружения, не имеющего аналогий во всей многове­ковой истории архитектуры. Впервые в истории человечества величественный Дворец сооружается не для угнетателей, а для многомил­лионного свободного народа. Дворец Советов явится величайшим памятни­ком гениальному вождю пролетариа­та В. И. Ленину, памятником сталин-

Тов. К. С. Алабян говорит о блестя­щих перспективах, открывающихся в Советской стране перед архитекто­рами, о широких просторах для вы­полнения их творческих замыслов. Огромное значение для развития советской архитектуры имело истори­в ческое постановление партии и пра­вительства о генеральном плане ре­конструкции Москвы. Этот план, соз­данный по инициативе товарища Сталина и разработанный под непос­редственным руководством товарища Кагановича, является самым смелым в истории человечества планом пере­стройки города, направленным преж­де всего к тому, чтобы создать для населения максимально удобные и здоровые условия жизни. Мощным толчком для творчества архитекторов явились исторические высказывания товарища Сталина о социалистическом реализме и о путях развития советской художественной культуры. Социалистический реализм архитектуре означает прежде всего правдивость и простоту. Подлинная художественная простота не имеет ничего общего с упрощенчеством, она является результатом овладения всем богатством содержания и искусством форм, как средством выражения этого содержания. Социалистический реа­лизм означает народность, неразрыв­ную связь искусства с нашей эпохой, c думами и чаяниями народных масс. Значительную часть своей речи т. Алабян посвящает вопросам борь­бы против вредных, буржуазных тео­рий и теориек, еще гуляющих в об­ласти архитектурной планировки (где орудуют лжеученые вроде «профессо­ров» Сакулина и Шелейховского), против пережитков формализма, про­являющихся в работах архитекторов самых различных творческих направ­лений, наконец, против эклектики, возникающей в результате недоста­точной культуры и плохого понима­ния задач советской архитектуры. Нужно раз навсегда покончить с политической беспечностью и поли­тической слепотой, которыми только и можно об яснить проникновение в

го наследия и ценностей народного ской эпохи побед социализма. творчества, а вместе с тем и исполь­вования достижений современной ар­хитектурно-строительной техники За­падной Европы и Америки. Этой теме посвятил свой большой доклад акад. А. В. Щусев. Он указывает, что классическая ар­хитектура -- архитектура античной Давая детальный анализ работы по проектированию Дворца Советов, т. Иофан показывает, как вниматель­но и прозорливо руководил и руко­водит творческим коллективом строи­телей Дворца Советов Совет строи­тельства, работающий под председа­тельством товарища Молотова и под непосредственным руководством то­исканий, где дости­чередовались с неудачами, а правильные решения -- с ошибками, закончился в марте этого года состав­лением окончательного проекта строи­тельства. Дворец Советов, увенчанный мону­ментальной фигурой Ленина, види­мой не только со всех точек Москвы, но и при подезде к городу, решается но и при подезде к городу, решается в плане синтеза архитектуры и скульптуры. Впервые в истории ар­хитектуры сооружается гигантский памятник, пьедесталом которого яв­ляется грандиозное архитектурное со­оружение, содержащее в себе зал на 20 тысяч человек. Архитектурное оформление фасада Греции, Древнего Востока и Италии эпохи Возрождения - была архитек­турой реалистической. Архитектур­ная тематика классического мира варища Сталина. Трудный путь жения (особенно Греции), основывалась на героике, на пародном эпосе. С народ­ным творчеством связано и архитек­турное наследие наших националь­ных республик, к сожалению, плохо изученное. В советской архитектуре должна быть отражена создагаемая нами ге­быть отражена создаваемая нами ге­роика свободного труда и лирика на­шей радостной жизни (подлинным выражением нашей героики т. Щусев считает такое величественное произ­ведение зодчества, каким явится Дво­Советов). Что касается архитектуры совре­менного Запада, то она, - говорит т. Шусев, - порвала с классически­ми основами европейского искусства (это сказалось и на сооружениях па­рижской выставки), и строительство западноевропейских и американских архитекторов интересно для нас лишь высоким уровнем обработки строительных материалов, умением строить дещево и создавать необходи­мые бытовые удобства для жильцов возводимых сооружений. Выступивший после акад. А. В. Щусева проф. Н. Я. Колли дает ши­рокую картину развития советской архитектуры за 20 лет Великой про­летарской революции.

ставит это в связь с тем, что ар­хитектура промышленных соору­жений находится в союзе архитек­торов на положении пасынка. С большим интересом с езд про­слушал выступление проф. В. А. Веснина. -Конструктивисты и их подра­жатели,- сказал он,- наводнили нашу страну казарменной коробоч­ной архитектурой, ненавистной на­шему народу. Ответственность за это в первую очередь несем мы, братья Веснины, Сейчас конструк­тивизм пройденный этап. Только метод социалистического реализма подсказанный нам коммунистиче­ской партией, является единствен­ным методом, который может при­вести советскую архитектуру к на­стоящему расцвету. Архитектор Р. Хигер подверг рез­кой критике формалистические ошибки Мельникова. Архитектор И. Вакс (Ленинград) отметил ряд серьезнейщих ошибок в творчестве крупнейших архи­текторов (А. В. Щусева и др.) воз­никших в результате спешки и не­достаточно глубокого подхода к те­ме сооружений. О недостатках теоретической ра­боты в области архитектуры говори­ли проф. А. Молокин (Харьков) и И. Маца (Москва). Последний в своем вы­ступлении осветил положение в Академии архитектуры, которую возглавлял враг народа Александ­ров, сознательно выключавший из программ работ все вопросы по те­ории советской архитектуры. 0 недочетах в подготовке архи­тектурных кадров говорили Б. Ру­баненко (Ленинград), Б. Каллимул­лин Башкирия) и др. На сезде выступили также Г. Гольц (Моск­ва), проф. И. Лингбард (Ленинград), писательница Мариэтта Шагинян, В. А. Фаворский, председатель Гос­плана СССР Г. И. Смирнов, ску­льптор С. Д. Меркуров и др.

Вечером 19 июня начались прения по основным докладам, заслушанным на сезде. Дополняя докладчиков, де­легаты сезда подвергли критике от­дельные недочеты в работе архитек­турных организаций. Харьковский архитектор т. Кась­янов рассказал об огромном строи­тельстве, развернувшемся в селах Украины. К сожалению, в этом стро­ительстве наделано много ошибок. В одном селе хозяйственный двор раз­мещают в… парке, в другом - ко­ающню сооружаютрядом со… школой, в третьем ветеринарную лечебни­пу помещают рядом с… клубом. Это и неудивительно, ибо колхозное стро­ительство, как правило, идет без уча­стия старшего поколения архитекто­ров. Арх. Корнфельд поднимает вопрос об архитектурном ансамбле. - Мы потеряли, - говорит он, - чувство целого; мы миримся с отры­вом одних сооружений от других; у нас еще существует безразличие к строительству города в целом, Об этом говорят хотя бы такие сооруже­ния, как театр им. Немировича-Дан­ченко и театр им. Станиславского. Тов. Корнфельд резко выступает противвпопытки Всесоюзного комите­та по делам искусств типизировать все театры. В результате такого без­душного насаждения штампованных  сооружений театральные здания, ко­торые должны иметь радостный, праздничный вид, неизбежно станут прозаическими. Архитектор А. Таций (Украина), продолжая тему, затронутую Кась­яновым, укавывает, что все док­ладчики с езда обошли молчанием вопросы колхозной архитектуры, Нет на с езде и соответствующей секции. Проф, А. Самойлов (Москва) от­мечает и другой недостаток в ра­ботах сезда. В повестке сезда нет специального доклада о промыш­ленной архитектуре. Тов. Самойлов

Связанные тематически, эти груп­пы надо было обединить комнозици­онно, Для этого скульптор сочетал динамические и статические группы, замкнув их общей закругленной ли­нией. Барельефы до некоторой степени оживили стену, но роль их оказалась все-таки незначительной. Они не срослись со зданием органически. Стоит продвинуться солнцу на не­сколько градусов вправо, и барелье­фы исчезают из поля зрения, пре­вращаясь в плоские и пустые пря­моугольники между этажами. Знакомясь с находившимися в сту­дии еще незаконченными скульп­турными произведениями, я увидел тщательно разработанный макет ка­кого-то большого архитектурного со­оружения. На мой вопрос, почему оказалась здесь эта вещь, т. Бирю­ков ответил, что вместе с ним в этой мастерской работает архитектор. Бирюков и Демин -- товарищи по школе. Вместе они окончили скульи­турный факультет Уральского худо­жественного техникума, и лишь на некоторое время пути их разошлись - один продолжал работать по скульптуре, а другой решил заняться   архитектурой. Но очень скоро они поняли, что могут быть весьма полез­ными друг другу, Когда Бирюкову была поручена работа по декориро­ванию скульптурой архитектурного сооружения, он стал все чаще совето­ваться со своим другом. Также и т. Демин, хотя и разбирающийся в основных проблемах скульптуры, нуждался в помощи своего более опытного товариша, когда задумывал включить в свой архитектурный за­мысел скульптуру. Совместное обсуждение работ при­вело их к убеждению, что все то, что они делали до этого времени, не мо­жет быть названо синтезом в строгом смысле этого слова. Заполнение ба-

Доклады союзных республик 17, 18 и утром 19 июня сезд слу шал доклады девяти союзных рес­публик, - Украины (проф. Я. А. Штейнберг), Белоруссии (арх. Амбра­жунас), Азербайджана (арх. С. Дада­шев), Армении (арх. Г. В. Кочар), Узбекистана (арх. В. Мухамедов), Ка­захстана (арх. Т. Басенов), Грузии (арх. М. Шавишвили), Туркмениста­на (арх. В. Кузнецов) и Таджикиста­на (арх. Х. Таирова). Свои выступления докладчики пос­вятили характеристике архитек­турной жизни союзных республик и перспективам ее дальнейшего разви­тия. Взятые вместе эти доклады дали яркую, насыщенную многочисленны­ми фактами картину огромного и многообразного строительства, развер­нувшегося на всем протяжении не­об ятного Советского Союза. Докладчики говорили о том, как за годы революции изменился до неуз­наваемости архитектурный облик старых городов вроде Киева, Харько­ва, Минска, Баку и др.; в них ведется большое промышленное и жилищное строительство, сооружаются новые школы, больницы, театры, кино, ста­дионы, парки культуры, рабочие по­селки. Незначительные раньше горо­в да вроде Еревана превращаются в цветущие, благоустроенные центры с развитой промышленностью, широ­кими улицами, площадями и сквера­ми. На месте кишлаков возникают но­вые центры (Сталинабад и др.). Аулы кочевников превращаются в благоус­троенные поселки и застраиваются плановом порядке. Развитие архитектуры в республи­ках шло в общем в том же направ­лении, как и в столице СССР. Оно не избегло тех же крупных ошибок в области планирования и строитель­ства, которые значительно снизили качество новых сооружений. В ре­вультате увлечения конструктивиз мом во всех республиканских цент­рах высятся унылые коробочные зда­ния, сооруженные без всякого учета местных условий, несущие на себе следы формалистических извращений. Сейчас еще трудно говорить о на­циональной архитектуре, полностью отвечающей задачам нашей эпохи. Но можно сказать, что в некоторых со­оружениях, например, в работах ар­хитекторов Армении, уже заметны элементы нового радостного стиля, в котором социалистическое содержа­ние находит для своего выражения прекрасные национальные формы.

нем подлинных творческих исканий и ставили перед собой проникнутые идейной целеустремленностью зада­чи. Так, например, было с коллек­тивом планировщиков, разработав­ших под руководством Л. М. Кага­новича генеральный план реконст­рукции Москвы. Громадное принципиальное значе­ние имеет архитектура метро. Это непревзойденное еще достижение советской архитектуры наглядно по­казывает, к каким результатам мо жет и должен притти архитектур­ный коллектив, если он проникну стремлением выявить в архитектур ном образе идейное содержание. Идейно-целеустремленная р над образом привела в последние годы отдельных архитекторов творческим удачам. Положитель тому примеры -- Дом Совнар (арх. Ландман), Театр Красной мии в Москве (арх. Алабян и См бирцев) и др. Большое строительство было раз вернуто в последние годы и в сти лицах наших братских республи но не будет преувеличением ска зать, что и сейчас величайший наш недостаток в том, что творческой ла бораторией архитектуры является по прежнему только Москва. Широкая дискуссия о формализ­ме, прошедшая в прошлом год показала, что еще очень многы архитекторам далеко не ясны требо вания, которые страна предявлас архитектуре, и что далеко не ве стоящие на ложном пути готовы ре шительно и искренно перестронть ся. Нет еще подлинного творческ­го горения, нет желания понять что социалистический реализм озн­чает высокохудожественное, мастер ское, добротное решение без вск ких выкрутасов, вывертов, трюка­чества и рутины, решение, ренное глубокой идейностью. Приме ром именно такого решения являет ся советский павильон на Париж­ской выставке, сооруженный по при екту арх. Б. М. Йофана. Наряду с этим, как крупнейшее событие в нашей архитектурно-стро ительной практике, надо отмети окончание канала Волга--Москва, инициатива сооружения которо принадлежит великому вдохновие лю побед социализма товарит Сталину. В архитектуре канала ес прямая преемственность с архите турой метро. Несмотря на ряд нед статков, допущенных архитекторами в разработке архитектурных детален и сооружения метро, и сооруж ния канала представляют собой цель­ные, идейно насыщенные, высокок чественные произведения советско архитектуры.

за немногими исключениями - не дала еще тех полноценных резуль­татов, которых ждут от архитекто­ров трудящиеся нашей страны. Про­цесс этот проходит в противоречи­вых и сложных формах. Главная и основная причина отставания все еще недостаточное идейное пе­ревооружение архитекторов, пере­житки кастовой замкнутости и за­знайство, приводящие порой к анти­государственным тенденциям в архи­тектурной практике. В крупнейшем произведении бр. Весниных этого периода - Дворце культуры Пролетарского района -- виден известный отход от упрощен­чества и схематиама, но архитекту­ра сооруженного по их проекту до­ма на ул. Воровского (1 кинотеатр) сохраняет полностью все отрицатель­ные черты конструктивизма, Ника­ких новых перспектив в их творчес­тве не открывает и конкурсный проект Дома Наркомтяжпрома. Этот конкурс интересен и в том что показал отсутствие каких-либо творческих сдвигов на крайнем формалистическом крыле архитектуры. Утопические и форма­листическо-трюкаческие проекты К. С. Мельникова и И. И. Леонидо­ва засвидетельствовали, что их ав­торы ничему не научились.

яли, и добиться в архитектурном ре­шении нужной и верной монумен­тальности. Если говорить о работах мастеров старшего поколения этого периода, то покойный акад. И. А. Фомин на­иболее искренно и целеустремленно работал над проблемой создания стиля советской архитектуры. Наибо­лее сильно и отчетливо тенденция И. А. Фомина к обединению клас­сики с якобы суровым стилем со­циалистической эпохи выступает в новом здании Моссовета и в боль­шом жилом комплексе на ул. Дзер­жинского. Акад. И. В. Жолтовский в эти го­ды продолжал в общем оставаться верным своим исконным творческим позициям палладианства. Его рабо­ты отражают принципиальную на­правленность, сочетающуюся с высо­ким качественным выполнением строительства.

надо считать работу братьев Л. А., В. А. и А. А. Весниных и М. Я. Гинзбурга. Наиболее последо­вательно принципы советского кон­структивизма выражены в построен­ном М. Я. Гинзбургом Доме Нарком­фина на Новинском бульваре. Крупнейшая архитектурная про­блема первой пятилетки - пробле­ма градостроительства застала архитектурную общественность врас­плох. В качестве ответа на эти за­дачи группа «АСНОВА» родила ур­банистов, выделившихся в 1928 г. в собственную группировку «АРУ». Параллельно с этим в недрах «ОСА» зародился и быстро расцвел дезур­банизм За декларациями последо­вали дела. E архитектурной продукции чле­нов (проф. Н. А. Ладовский, проф.. Ф. Фридман, арх. Грин­берг, арх. Крутиков и др.) прина­длежат проекты планировки «горо­дов-коммун» Автостроя, Магнито­строя, Чарджуя и др. Это была худ­шая пародия на социализм и чело­века социалистической эпохи; чело­век в этих проектах превращался в абстрактную схему, почти неоду­шевленную вещь, Что касается дезурбанистов, то они хотели одним росчерком пера лик­видировать противоположность горо­да и деревни. Их насквозь реакци­онная, мелкобуржуазная теория ин­дивидуального расселения была взята напрокат у итальянских футу­ристов фашистского толка. И урбанисты и дезурбанисты при­чинили немалый вред раннему пе­риоду советского градостроительст­ва. Вред был бы еще больше, если бы все эти проекты не были реши­тельно осуждены историческим по­становлением июньского пленума ЦК ВКП(б) 1931 года. В 1929 году к уже существовав­шим творческим группировкам при­бавилась еще одна: возникло Все­союзное обединение пролетарских архитекторов - «ВОПРА», На сло­вах воюя с формализмом и конст­руктивизмом, вопровцы, однако, в своих собственных проектах факти­чески не преодолели ни того, ни другого, Говоря об архитектурных соору­жениях реконструктивного периода, надо в первую очередь остановить­ся на индустриальном первенце первой пятилетки Днепрогэсе, над которым работал большой коллек­тив архитекторов под руководством В. А. Веснина, а также Н. Я. Кол­ли и Г. М. Орлова. Авторам здания гидростанции удалось - хотя дале­ко неполно - преодолеть ограничен­ность палитры конструктивизма, на платформе которой они тогда сто-

Основные этапы развития Великая пролетарская революция, разрушившая вековые традиции во всех областях жизни, не могла не привести к переоценке всех ценно­стей и в области художественной культуры. Радикально настроенная художественно-техническая интелли­генция начала с первых же лет ре­волюции искать новых, достойных революции средств выражения. Но эти первые поиски шли по преиму­ществу в фарватере пролеткуль­товских и лефовских идей отрица ния всего культурного наследия че­ловечества. Архитекторы не составляли ис­ключения. Так же как и значитель­ная часть художественной интелли­генции, архитекторы оказались плену чуждых и вредных идей фу­туризма, конструктивизма и других «лево»-буржуазных концепций, Эти левацкие течения, сложившиеся ра нее в живописи и скульптуре, меха­нически переносили оттуда в об­ласть архитектурных композиций футуристические принципы дефер в мации предметных изображений, смещения планов и пр. Нарочитая асимметрия, сдвиги плоскостей и об­емов, абстрактный космизм обра­вов, гигантомания таковы чер­ты, характеризующие архитектур­ные произведения тогдашних «ле­вых» новаторов. Наиболее характер­ные в этом смысле работы вышли из мастерских И. А. Голосова и H. А. Ладовского. Если к этому прибавить, что сво­бода творчества понималась тогда некоторыми архитекторами, как ни­чем неограниченная независимость от требований экономического и конструктивного характера, связан­ных с реальным строительством, то картина «исканий» того периода и их преобладающий характер станут совершенно ясны. Левацкие течения в архитектуре наиболее привились в Москве, где отсутствие старых архитектурных традиций легче развязывало «твор­ческую свободу» и обективно ли­шало многих архитекторов возмож­ности повседневно учиться высоко­му художественному мастерству. * Из стенограммы доклада Н. Я. Колли на всесоюзном сезде совет­ских архитекторов. советской архитектуры этого отрица­Колли Проф. Н. Я. Характерным документом доводившим все периода, тельные явления до некоего прин­ципиального обобщения является программа организованного в 1920 г. Института художественной культу­ры. Программа констатирует что ар­хитектура «невыгодно» отличается от скульптуры и живописи тем, что она связана необходимостью при­способить здание к пребыванию в нем человека. 1923 году образовали «Ассоциацию новых архитекторов» («АСНОВА»), а конструктивисты обединились с 1925 года в «Обществе современных архитекторов» («ОСА»). Антиобщественный характер «АС­НОВА» заключался в открытом противопоставлении архитектуры об­щественным задачам и запросам жи­вого человека - строителя социа­листического общества. Своеобразно «перефразируя лозунг» «искусство для искусства», «АСНовА» на своем «архитектуру знамени начертала мерьте архитектурой».

Значительную деятельность развил в эти годы покойный акад. А. И. Таманян, сделавший попытки ис­пользовать в сооружаемых им зда­ниях мотивы национальной армян­ской архитектуры, Крупнейшие ра­боты акад. В. А. Щуко этого пе­риода -- Библиотека им. Ленина в Москве и театр в Ростове-на-Дону; сохраняя конструктивистскую осно­ву композиции, оба эти проекта трактованы в несколько более обога­щенных формах. Москва. К концу этого периода - к 1932 году­общественно-творческая ат­мосфера на архитектурном участке искусства была чрезвычайно напря­женной. Конец этому нетерпимому состоянию творческого фронта архи­тектуры, настроениям групповщины и творческой изолированности поло­жило историческое постановление ЦК ВКП(б) от 23 апреля. Начавший­ся новый этап советской архитек­туры был в аначительной мере под­готовлен в творческом отношении двумя историческими вехами кон­курсом на Дворец Советов и реше­ниями июньского пленума ЦК ВКП(б) 1931 года. Конкурс на Дворец Советов, бес­спорно, признается всеми за начало той генеральной перестройки совет­ской архитектуры, которая не может считаться законченной и в наши дни. Дав решительный отпор урба­нистам и дезурбанистам, пленум по­ставил во всю ширь проблему соци алистических городов и развернул перед советскими архитекторами грандиозные переспективы строй­тельства метро и канала Волга Если обратиться к архитектурной практике последних лет, нужно ска­зать, что творческая перестройка -

Наиболее законченное, чисто гро­тескное выражение формализма мы видим в произведениях К. С. Мель­никова, к сожалению, облюбовавше­го себе тогда такую область, как клубное строительство (ему принад­лежат здания клубов им. Русако­ва, «Каучук» и др.). Нечего и гово­рить, что трюкаческая архитектура Мельникова не только не решила проблемы типа и образа советского клуба, но чрезвычайно затруднила ее. Конструктивистские принципы ар­хитектурной композиции получили свое первоначальное воплощение в театре в постановках Камерного театра, оформлявшихся А. А. Вес­ниным («Человек, который был чет­вергом» и др.). Очень скоро кон­структивисты стали руководителями единственного тогда архитектурного журнала «Советская архитектура», стали «делать погоду» на большинст­ве архитектурных конкурсов, ока­зывать огромнейшее влияние на архитектурную школу. Подхватив лефовские лозунги про­изводственного искусства, конструк­тивисты утверждали, что сооруже­ние эмоционально выразительно лишь постольку, поскольку оно функционально правильно. Конструк­тивисты, непосредственно примыкав­щие к «ЛЕФ», считали самое искус­ство «вредным идеалистическим пере­житком» Более умеренные конструк­тивисты на словах признавали роль искусства в общественной жизни, но в своих практических работах не сумели поднять архитектуру на уровень подлинного искусства. Типическими образцами конструк­тивистской архитектуры 1922--1927 гг.

в Рядовое жилищное строительство Москве и других городах респу­блики ориентировалось только на конструктивизм и создало ужаса­ющий, уродующий многие наши го­рода штамп коробочной архитекту­ры. Архитектура общественных и административных сооружений это­то периода (Институт Ленина, вы­строенный по проекту проф. С. E. Тернышева, его же здание «Экспорт­хлеба», дом «Известий ЦИК СССР» проф. Г. Б. Бархина и др.) в боль­шей или меньшей степени также следовала эстетической концепции конструктивизма. Для всех их ха­рактерна известная примитивность, отчасти антиархитектоничность форм; даже внешний колорит этих зданий был выдержан в одном, несколько мрачном тоне. Особое место в архитектуре этого периола занимают известный тру­дящимся всего мира мавзолей Лени­ну, воздвигнутый по проекту акад А. В. Щусева, сооружения Всесо­юзной сельскохозяйственной выстав­ки 1923 года, запроектированной под руководством акад, И. В. Жол­товского, и здание Госбанка, частич но выстроенное по проекту и под руководством того же И. В. Жол­товского. Все эти здания выгодно от­личаются от всего тогдашнего строи­тельства, качественно весьма низко­го и характеризовавшегося полной утратой мастерства отделочных ра­бот. Одно время преподавание в веду­щей архитектурной школе (Вхуте­мас) было почти полностью сосре­доточено в руках формалистов и конструктивистов. Формалисты в

Для преобладающей массы архи­узловым моментом в текторов их творческой практике на нынешнем этапе стало критическое освоение архитектурного наследия. К сожа­лению, многие архитекторы пощли здесь по пути легких заимствований Для большинства архитектурных проектов 1933 - 1934 гг. типичным является нагромождение декоратив­но-оперных деталей, заимствованных без всякого архитектонического смы­сла, украшенчество, стремление к сверхмонументализму (последнее ха­рактерно для ленинградских архи­текторов Н. А. Троцкого, Бурышки­на и др.). Последние работы акад. И. В. Жолтовского и его школы (Гольца, Кожина, Соболева, Парусникова, Власова и др.) привлекают внимание своими строительными качествами, законченностью и нарядностью, но вместе с этим заключают в себе не­приемлемую для нас оборотную сто­рону: они как бы утверждают не­кий ограничительный закон, «тео­рию предела» красоты и полноцен­ности архитектуры, достигнутого в XVI веке. Советской архитектуре за эти го­ды удавалось достигнуть замеча­тельных успехов только в тех не­многочисленных случаях, когда ар­хитектурные коллективы или от­дельные архитекторы зажигались ог-