Вторник, 17 августа

1937

г.

№

38

(384)

Панорама «Бородино» СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО В канун юбилея Бородинского боя, далеком прошлом. После сноса па­вильона панорама была намотана на большой вал и в таком виде кочева­ла по разным московским складам - от Нескучного сада до «Аквариума», от Миусского собора до «Эрмитажа». Не раз и не два раза три тройки рос­лых першеронов, запряженных в по­лок, таскали с одного конца Москвы в другой этот тяжелый, скованный стальными тросами тюк, от которого все старались отказаться и поскорее сбыть с рук. года. Панорама мокла под дождем, по­крывалась пылью, временами дела­пась добычей крыс Была сделала по­пытка, - к счастью, окончившаяся неудачей, - вырезать из панорамы наиболее эффектные места и исполь­этре отеретвы только после этого панорама как «бесхозное имущество» была водворена, по распоряжению од­ного из бывших заместителей предсе­дателя Моссовета, в сарае, в Каретном ряду­«временно, на две недели», - чтобы только панорама не валялась под открытым небом в «Аквариуме». «Две недели» превратились в три всех без За последние зиму и весну к пано­раме открылось целое паломничество. Вю «заинтересовались» представите­ли различных организаций и учреж­дений. Они приходили в сарай, пред­являли мандат, осматривали со сторон огромный тюк, который помощи десятка людей не сдвинуть с места, охали и ахали об ужасных условиях, в каких находится пано­рама, и… уходили, оставляя заведую­щему складом свою фамилию и свой телефон, Представители исчезали, а панорама оставалась на своем старом месте. Хозяин панорамы так и не на­ходился. когда советская общественность со­бирается отмечать 125-летие этого ве­личайшего сражения XIX века, мы считаем необходимым привлечь вни­мание художественной общественно­сти к большому живописному памят­нику, связанному с этой историчес­кой датой. Мы говорим о панораме Бородинского боя, написанной изве­стным баталистом - академиком жи­вописи Рубо, и о ее грустной судь­бе. Старые москвичи хорошо помнят эту нанораму, которая была написа­на 25 лет назад и демонстрировалась в течение ряда лет в специальном здании на Чистопрудном бульваре, у Покровских ворот. Посетители этого толившегося там где теперь возвышается здание Наркома­та легкой промышленности, помнят и художественные детали этого гран­диозного полотна, изображающего Бо­родинское поле в самый разгар боя около полудня 26 августа (старого стиля) 1812 года. Вот как описывает эту картину один из критиков: …«Напротив от входа - курган­ная батарея Раевского, ключ рус­ской позиции, на которую ведут приступ неприятельские войска, Направо вдали видна деревня Гор­ки, а перед ней стоит со свитой и штабом главнокомандующий рус­ской армией Кутузов, наблюдаю­щий за ходом битвы, Спева среди горящих развалин деревни Семе­новской представлена русская пе­хота, отбивающая атаку неприяте­ля, а дальше за ручьем занятые французами багратионовы флеши. Правее их на втором плане виднеет­ся центр французской позиции … Шевардинский редут и впереди не­го, среди своей гвардии, верхом на белом коне, Наполеон…». Художники, видевшие эту послед­нюю по времени работу знаменитого баталиста, отмечают большие живо­писные достоинства панорамы не ус­тупающей по силе своего воздействия знаменитой панораме Севастополь­ской обороны. Сейчас это громадное полотно длиною в 120 метров и шириною в 15 метров - свалено в Каретном ря­ду, в сарае хозяйственных вещей. Именно свалено, ибо сарай этот, за­груженный бревнами, железом, водо­проводными трубами, бочками с вестью и иным строительным мате­человек.управление хранению художественных произве­дений. Мы поинтересовались узнать, ка­ким путем панорама Рубо, художе­ственную и историческую ценность

Вс.

Вишневский

Советский агитационный плакат Вслед за совещанием художников­оформителей редакция«Сов. Искус­ство» устроила 13 августа собеседова­ние художниками-плакатистами. Темой собеседования являлся вопрос о том, почему за последнее время стало меньше хороших, острых, вы­разительных, запоминающихся поли­тических плакатов и что нужно пред­принять, чтобы поднять советский плакат на ту идейно-художественную высоту, которая была бы достойна величия нашей социалистической страны. Как художники-плакатисты должны подготовиться к 20-летию Ве­ликой пролетарской революции? В совещании приняли участие крупнейшие художники-плакатисты Москвы С большой откровенностью они указали на те основные причи­ны, которые мешают искусству со­петокого плакала подняться на вы­соту, достойнуо эпохи Сталинской Конституции. ми». Учреждением, которому партия и правительство передали в 1981 году монопольное право на выпуск кар­тин и плакатов, является Изогиз. Было бы нелепым утверждать, что за 6 лет своего существования Изо­гиз ничего не сделал, не выпустил ни одного хорошего плаката и т. д. Но если поставить вопрос так, как его поставил на совещании Д. С. Мо­ор, в каких же все-таки процентах Изогиз выполнил задания, поставлен­ные перед ним страной, придется со­гласиться с т. Моором, что эти про­центы были «далеко не стахановски­Что мешает этому? Тт. Моор, Розе, Радаков, Каневский, Кокорекин, Ми­зин и другие художники приводили из своей практики многочисленные случаи и примеры, свидетельствую­щие о хроническом неблагополучии в плакатном секторе Изогиза. С худож­никами в издательстве не ведут по­стоянной и планомерной работы. Ху­дожникам вообще в Изогизе уделяют слишком мало внимания. В Издатель­стве изобразительных искусств ху­дожник еще не стал центральной фи­гурой. Художники говорили, что, приходя в Изогиз, они не находят там атмос­феры, которая могла бы поднимать их творческую активность. Под­час они не видят там людей, с кото­рыми можно было бы поговорить на языке искусства. На совещании при­водились факты, свидетельствовавшие о низкой художественной, а подчас и политической кочести их кадров, Редакторы эти чаше всего не знают художников и в своих зада­ниях мало учитывают индивидуаль­мало учитывают индивидуаль­стов. Художники, со своей стороны, не имеют времени б не имеют времени ближе познако­миться с этими быстро меняющимися редакторами. Ставка этих редакто­ров на серенький, беззубый, «благо­получный» плакат, не привлекающий к себе ничьего внимания, могла толь­ко отталкивать подлинных мастеров от серьезной работы над плакатом. Как не было в Изогизе настоящей большевистской заботы о выращива­нии редакторских кадров, так не и настоящего к было в нем внимания росту молодых кадров плакатистов. Тов. Розе правильно заметил, что издательство слишком много надежд в этой области возлагало на самотек. Могут сказать, - и на собрании кое-кто попытался прикрыться этим аргументом, - что воспитание ху­дожников-плакатистов является обя­занностью творческого союза. Это верно. Но, если старое оппортунисти­ческое руководство МОССХ игнори­ровало все виды политического ис­кусства, кому же, как не Изогизу, нужно было заняться воспитатель­ной работой с художниками-плакати­стами?! Между тем, в практике Изо­гиза не видно ни лекций на художе­ственные темы, ни творческих собе­седований с художниками, ни круж­ков по вопросам живописи и графи­ки, ни обсуждения в товарищеской среде плакатной продукции, Ни до­стижения, ни провалы отдельных пла­катистов Изогиз никогда не попытал­ся использовать для того, чтобы при­влечь внимание художественной об­щественности к основным проблемам плакатного искусства.  летнее время и безусловную необхо­димость произвести солидную очиста ку авгиевых конюшен старого МОССХ, все же надо сказать, что пора, давно уже пора новому руководству союза перейти к положительной творческой работе среди художников, - в пер­вую очередь в тех отраслях изоискус­ства, которые были не в фаворе у старого руководства. Тов. Малкин, ре­дакторы Изогиза тт. Игнатова и Па­волоцкая правильно заметили, что но­вое руководство МОССХ ничего не делает в смысле политической и творческой подготовки новых кадров плакатистов. Как правило, художники-плакати­сты сейчас работают со своими редак­торами на правах соавторства. Сегод­ня это вполне законная форма худо­жественно-политического сотрудниче­ства. Но это только одна из возмож­ных форм работы художника, при том далеко не лучшая. На совещании не раз упоминалось имя В. В. Мая­ковского. Он являл собой образец иной, более высокой методологии ра­боты. Маяковский не ждал, когда ему позвонят из издательства или редак­ции, он сам звонил редактору, указы­вая темы рисунков и стихов, ставил редакторам на вид, что они прозева­ли темы, которые выдвигаются в по­рядок дня ходом жизни. Работники Изогиза смогли привести лишь еди­ничные примеры и случаи, когда ху­дожники сами, по своей инициативе, предлагали темы для политических плакатов. МОССХ включает, по крайней мере должен включать, в свои ряды худо­жественных критиков и искусство­ведов, На плечи творческого союза ложится обязанность организовать и планомерно проводить настоящую, искусствоведческую критику плакат­ной продукции. Все плакатисты в один голос жаловались на то, что они имеют лишь единичные, случай­ные отзывы о своих произведениях, а Б. Ф. Малкин добавил, что если б его попросили назвать фамилии двух или трех критиков, которые могли бы серьезно написать о плакате, он был бы поставлен в затруднительное по­ложение. Так мало людей, которые умеют художественно грамотно пи­сать о плакатах, и так ограничен круг искусствоведов, интересующихся этим видом изобразительного искусства. В этой области для МОССХ - широкое поле работы. Наконец, поскольку МОССХ ведает целым городком художтится и словке), союзу надо позаботиться и о создании необходимых условий для работы плакатистов. Речь идет об ор­ганизации мастерских. Только на­ржоволенно рого МОССХ могло пустить в обра­щение «теорию», будто художествен­ные мастерские нужны для одних лишь живописцев-станковистов. Что касается Моора и Дени, они прекрас­но могут работать на том же столе, где обедают, писать в той же комнате, где спят. Тов. Кравченко обратила внимание собрания на то, что институт изоис­кусства за последние годы совершен­но не выпускает плакатистов. Тов. Смоляк рассказал об организации плакатного дела в кино, где выпуском плакатов руководят коммерческие ди­ректоры и где в качестве художников работают случайные люди. Плакатисты указывали, что подня­тию общего интереса художественной общественности к плакату содейст­вовала бы выставка советского пла­ката за 20 лет. Большим недостатком МОССХ надо признать то, что он не добился участия плакатистов на двух юбилейных выставках этого года. Совещание в «Советском искусстве» поставило ряд острых политических и творческих задач перед художни­ками. На совещании в «Советском искусстве». п Отсюда, может быть, и проистекает серая однообразность изогизовских плакатов, их невысокий художествен­ный уровень. Нередко художествен­ный плакат подменяется монтажем из фотографий. Формы плакатной продукции Изогиза крайне консерва­тивны. В ней нет той предельной лаконичности и выразительности, ка­кую требует сама сущность плакатно­го искусства, Никому из редакторов Изогиза не пришла, например, мысль выпустить серию народных лубков, и никто из художников-плакатистов не подумал о том, как придать такому лубку подлинно народные, не сытин­ские формы. Художники-плакатисты призваны воздействовать на сознание милли онов, но между художниками и мас­сами стоит литографская машина. Тов. Сенькин четко сформулировал требование художественной общест­венности к руководителям Изогиза: прежде чем плакат отправлен в ма­шину, он должен быть просмотрен художником и им авторизован. Толь­ко при этих условиях художник мо­жет отвечать за качество своей про­дукции.

В республиканской Испании Заметки из блокнота На-днях Вс. Вишневский рассказал о своем 40-дневном пребывании в Испании и Франции коллективу сотрудников «Советского искусства». Ниже мы печатаем отрывки из путевых записей Вс. Испания - огромная страна, за­нимающая площадь 580 тыс. квад­ратных километров. Необычайная смена пензажей: от пустынь до суб­тропических лесов, очертания север­ных испанских берегов внешне схо­с Крымом, местами с Батуми. Первый городок Испании, который встретили делегаты Второго всемир­ного конгресса писателей в защиту культуры, - Портбу. Он похож на шу Балаклаву. Пляж. На пляже - жители приморского городка, моло­дые солдаты. Люди ходят спокойно. Привыкли к артиллерийской стрель­бе. Война вошла в быт. Когда узнали о приезде делегатов конгресса - писателей 28 стран, - люди пришли в движение. Отноше­ние к советским делегатам неопису­емо волнующее. Слова - «Москва», «руссо» произносятся ласково, по­братски, Писателей обнимают, целу­рт. Суют в карманы фрукты. Испан­ды говорят невероятно возбужден­но, громко, стремительно. «Встречали» конгресс и фашист исты. Подошел крейсер «Канарис», кото­рый открыл огонь по этому примор­скому пограничному городку. * ют на картах, когда окончится вой­на.

 

и

.

Мадрид. Встречи с бойцами. Рас­сказы о первых боях, В Мадриде других крупных городах вслед ва сигналом Франко 18 июля 1936 г. восстали три дивизии, Народ кинул­ся защищать революцию, столицу. Дрались чем попало: били мятежни­ков досками с гвоздями, женщины лили горячее масло, кипяток. Три дня шла кровавая схватка невоору­женного народа с фашистами. Народ победил. Но вот появилась авиация фашист­ских интервентов «Юнкерсы» «Кап­рони», «Фиаты». Они жестоко били по городам, сносили целиком мирные деревни, Гибли сотни, тысячи жен­щин и детей. Республиканская авиация, вначале очень слабая, по­казывала героические примеры борьбы. Республиканские летчики на примитивных самолетах вылетали против «Юнкерсов», смело броса­лись на них, таранили и гибли, унося вместе с собой в могилу и фашистов. Наконец, была создана регулярная республиканская авиация. Незабыва­емый эпизод. Налет 60 фашистских самолетов. Жители столицы с тре­петом ждут очередной дикой бом­бардировки, И вдруг… Один фашист­ский самолет обрушился стреми… тельно вниз, второй, третий, шестой… Республиканские летчики расстреля­ли фашистские самолеты. Сейчас очевидно превосходство республикан­ской авиации над фашистской. Несмотря на бои, Мадрид живет своей обычной жизнью. Дети идут в школу. Республиканское правитель­ство открыло 300 новых школ. Вос­кресенье. Сады переполнены гуляю­щими. На балконах сидят группами. Веселый смех. Жизнь опрокидывает все опасности. …В районе Аранжуэса как-то де­монстрировался мой и т. Е. Дзига­на фильм «Мы из Кронштадта». Пе­реполненный зрителями зал. В это время район подвергся бомбардиров­ке мятежников. В зале несколько убитых… Раненые… Никакой паники. Убитых вынесли. Сеанс продолжал­ся… Конгресс закончил свою работу во Франции. Делегаты посетили Париж­скую выставку. Выставку ежедневно посещают 250--300 тысяч Уже прошло семь миллионов посе­тителей. 50 стран мира представлены на этой выставке. В Париже во время выставки состоится 400 различных

.

Мы в Каталонии. Барселона. 1200 тысяч жителей. Делегаты осмотрели город и кре­пость. Она была захвачена троцки­стами-«поумистами» во время май­ского восстания. Теперь троцкисты выбиты из крепости. Испанская деревня. Изумительные масличные плантации. Сады апель­синов и лимонов. Несмотря на нале­ты фашистской авиации, крестьяне продолжают свой мирный труд. На плях работают женщины и дети. Посевная площадь повысилась на -8 процентов. Заметны первые на­чатки коллективного землепользова­НИЯ. Беседуем с одним пожилым кре­стьянином: -Что вам дала реально револю­ция в Испании? и одну вдень Это - одна лишняя тарел­ка еды… Надо знать всю нищету испанско­крестьянства до революции, все рабство крестьянина, работавшего на питнов, чтобы понать значоние этих слов. Делегаты ездили по деревням. Идет передел земли. Крестьянство освобождается от многовекового раб­ста. В Испании идет аграрная ре­ВОЛЮЦИЯ… Валенсия. Она напоминает наши жные города. Валенсия живет при­фронтовой жизнью. Улицы заполне­ны толпой. Масса военных. Много беженцев, Повсюду военные плакаты. Мировой конгресс писателей от­крылся в зданик дании муниципалитета в Валенсии Купол здания снесен бом­бами, Конгресс от имени испанского правительства приветствовал премьер министр Хуан Негрин. Началась ра­ботз конгресса. На вторую ночь делегаты были свидетелями воздуш­ной бомбардировки города. Делегаты конгресса жили в го­синице «Метрополь». Рядом огром­не здание, где происходят бои бы­ков. Делегаты пришли на зрелище. Военный оркестр в 300 человек. Проходит шествие девушек. Горячие обращения - о войне с фашизмом, б укреплении мощи республикан­ской армии, Начинается сбор денег. Жертвуют на оборону страны. Ор­вестр играет национальный гимн - смарш Риего». *

C

6  d) d

с ки Сейчас, благодаря личному вмеша­тельству товарища К. Е. Ворошилова, вопрос о Бородинской панораме мож­но считать решенным. Наркомат обо­роны возбудил перед Совнаркомом вопрос о приведении в порядок и па­норамы «Бородино», и самого Боро­динского поля. Совнарком согласился доводами Наркомата обороны и обязал Наркомпрос реставрировать папоран рыставить ее для публи­в специально выстроенном поме­щении. татель, ни т. Бубнов, ни музейное из-ниях Наркомпроса не присту­управление Наркомпроса не присту­пили еще к выполнению постановле­ния Совнаркома. Более того: они ничем не заявили о своих правах на эту картину. Пано­рама продолжает валяться на складе в Каретном ряду. А. ВЛ. 

Плакат худ. Ванециана: «Да здравствует союз рабочих и кре­стьян - основа советской впа­сти», выпускаемый Изогизом к двадцатилетию Великой пролетар­ской революции. У Изогиза нет собственной полигра­фической базы. Прежнее руководство Огиза - в лице предателя Томского­делало все, чтобы не только затормо­зить дальнейший рост цветной по­лиграфии, но и разрушить сущест­вующую полиграфическую базу пла­ката. За время хозяйничания Том­ского в Огизе не было приобретено ни одной новой литографской маши­ны, а существующие были доведены до такого состояния, что последствий вредительства не удается изжить до нынешнего дня. Другой формой вре­дительской деятельности Томского было ежегодное снижение количества выпускаемых плакатов. В первона­чальном варианте изогизовского пла­на на 1937 год общее количество по­литических плакатов, намеченных к выпуску во всей стране в течение го­да, было снижено до… 66 названий. Советский, революционный, больше­вистский плакат Томскому, конечно, был не нужен. И художники, и работники Изогиза заявили на совещании, что вопрос о предоставлении Изогизу собственной полиграфической базы, стоящей на уровне современной техники, являет­ся вопросом большой политической важности. Такое же политическое значение имеет и строительство Кра­сочного комбината, который должен обслуживать в первую очередь Изо­гиз. Его почему-то передали в свое время для строительства тому же Томскому. Не надо добавлять, что к строительству комбината даже не приступали, а комбинат должен быть готовым в будущем году. Справедливой критике со стороны художников и работников издатель­ства подверглась на совещании дея­тельность МОССХ. Со времени выбо­ров нового правления союза прошло несколько месяцев. Даже учитывая

конгрессов. К советскому павильону - гигантский интерес. Наш павиль­которой никто не оспаривает, попала на свое теперешнее кладбище. Следы он является в полном смысле при­тягательным центром выставки. Вни­мательно осматривают каждый эк­спонат. Масса вопросов, споров. Исключительный интерес представ­ляет павильон изобретений и дворец «500 лет французского искусства». Это один из лучших павильонов на выставке. Большинство павильонов выставки на 80-90 процентов по­казывает образцы технического обо­рудования, посуды, тканей, бытово­го комфорта, с уклоном в торговую рекламу… A. Жид выпустил к конгрессу вто­рую книжку клеветы на СССР: «До­полнения к моему возвращению из СССР». Он приводит всякие клевет­нические измышления о СССР, пу­тает, врет и алобствует. Испанские писатели в лице крупного поэта Хо­зе Бергамина выступили о резким протестом против этой клеветниче­ской книжонки. Писатели мира проголосовали на конгрессе против фашизма, за куль­туру, за мир, за Советский Союз. Они напишут новые книги. Револю­ционная Испания и борьба герои­ческого народа вдохновили многих писателей. В своих произведениях они отразят борьбу испанского наро­да за мировую культуру. 

 

 D) e Я 

В канун двадцатой годовщины Ве­ликой пролетарской революции, в канун выборов в Верховный Совет, в эпоху Сталинской Конституции, от­крывшей огромные перспективы пе­ред всеми видами социалистического искусства, проблемы революционного большевистского плаката властно ста­вятся в повестку дня. A. КУТ

Делегаты конгресса на автомоби­ях двинулись вдоль берега Среди­змного моря. По пути во всех ма­лньких городах - горячие встречи. Приветственные плакаты. Все моло­дое на фронте. Сидят старухи, гада-



нем было легче петь, чем о Барклае де-Толли или Витгенштейне. Платов был русский, он был казачьим ата­маном с Дона (хоть и царским), он руководил народным, партизанским движением. Его знало все казачество. Народ, об единясь в борьбе с фран­цузским нашествием, готов был идеа­лизировать и Платова, находившего­ся на «царевой службе». Народ искал настоящих героев в национально­освободительной войне. Одна из песен о Платове начинает­ся так: Не ясен сокол летает, козак Платов раз езжает Он по крутой горе, сам на вороном коне. Козак Платов наскакал, три словечу­шка сказал: Не видать вору французу нашей ка­менной Москвы! Любопытно, что солдатская песня Платова упорно называла не гене­ралом, а козаком, что своих непосред­ственных руководителей - Платова, Кутузова отделяла от русских «сена­торов» или даже от царя, которые-де «спервоначалу испугались», а потом, благодаря Кутузову или Платову, «крепко возрадовались». Народное со­знание пыталось демократизировать Платова более того, чем он этого за­служивал. Солдатская песня, по впол­не понятным и бесхитростным при­чинам пыталась создать образ поло­жительного военного, национального героя. Народные песни о подвигах рус­ской армии, о преследовании отсту­павшей французской армии, о сбо­рах «под Париж», о подвигах Плато­Радость победы над врагом в пес­нях связывалась с проявлениями люб­ви к родине и с воспоминаниями об ее страданиях во время нашествия. Солдаты пели: Уж ты, матушка моя, Россия, Много нужды приняла, Много нужды, много страсти, Невозможно вспомянуть! В солдатских песнях выражались надежды на окончательный разгром врага, на облегчение тяжелой доли и мечты о возвращении к мирному труду. E. ВЕЙСМАН

Полно вам, снежочки, На талой земле лежать; Полно, вам, солдаты, В поле лагерем стоять. Француз, шельма ты, грубитель, Полно нами тебе грубовать, Мы готовы с тобой воевать, Кровь по капле проливать! Пожар Москвы, с гневом был вос­принят народным сознанием. Обэтом говорит песня, уже стилизованная, но со многими отавуками народных речений: Ночь темна была и не месячна, Рать скучна была и не радошна, Велико чудо совершилося, У солдат слезы градом сыпались, Как оплакивала мать родимую, Мать родимую, мать кормилицу. Златоглавую Москву милую, Разореную Бонапартием… Но песня, записанная в бывшем Звенигородском уезде Московской гу­бернии, с чувством гордости и удов­летворения говорит: Француз вступил в Москву в гости, Оставил свои кости; Сделал в Москве пожар, Москва дала смертный удар,, Князь Кутузов Побил французов, Платов генерал Последних покарал… Пожалуй, самым любимым героем народных солдатских песен был ге­нерал М. И. Платов. Русский народ, слагая былины и песни, свободолюбивые и проникну­тые чувством национальной гордости, часто обращал свои взоры на каза­чество. Там, на Дону, казаки высту­пали не только против поработите­лей народа, внешних врагов, но ча­сто против царя и феодалов, Кресть­янские войны Степана Разина своих хозяев и угнетателей. Не случайно и русский былинный богатырь Илья Муромец в поздней­ших былинах (конца VII века) на­зывался «старым козаком», не на­прасно русский народ в одной из бы­лин Илью Муромца посадил на струг «Сокол» к Степану Разину. Образ казака в народной песне - образ народного героя. Русская армия 1812 года крайне своеобразно пере­несла некоторые черты этого образа в изображение казачьего царского ге­нерала Платова. Русскому солдату о

в русской армии были систематиче­скими, и к ним были причастны да­же некоторые генералы и высшие чиновники. В своих записках декабрист С. Г. Волконский, сам участник войны, рассказывает: «Армия часто пребы­вала без хлеба, а иногда хлеб был из черного теста и рубленой соломы и такого качества, что его не мог есть солдат, как бы последний ни был голоден».

Наполеона

Нашествие

C

и русские народные песни Сила народного творчества часто возрастала в годы тягчайших испы­таний для страны, в те годы, когда народу грозили военные, вахватниче­ские нашествия иностранцев. Когда в Московское государство первой четверти XVII века пришли польские интервенты, русский народ, изгнав их, создал былину о лже-Дми­трии, где осудил самозванца и Мари­ку Мнишек, как «воров» (т. е. госу­дарственных преступников). Когда Наполеон с он сто двадцать пять лет тому назад в 1812 году вторгся в Россию, народное сознание остро и болезненно восприняло это наше­свие как народное бедствие. В на­родных массах просто и безыскус­ственно стали слагаться исторические песни о насильниках-интервентах, об и «воровском» разорительном движе­ди к сердцу России, к Москве. д Казенно-патриотическая литерату­ра, манерная и напыщенная, уже вос­питанная на ложноклассических за­надных образцах XVIII века, поспе­нала «на помощь» русскому наро­Тогда в печати появилось много приотических песнопений, ритори­чских и весьма далеких духу народ­ного творчества. Все многочисленные песни и гим­н написанные по случаю войны с фанцузами, вряд ли могли влиять н создание народом своих песен о ншествии. Песни сочиненные не были тогда сходны с подлинно-народ­ными, даже когда они заимствовали сова из народного лексикона и на­родные мотивы. всеэтисочиненные песни: «О, Росс, родвеликодушный о твердокамен­грудь», «Гремит, гремит священ­лый глас отечества, закона, славы», й кубок мщенью, други, в строй к небу грозны длани!», уже по им зачинам говорят об их искус­ственности, рожденной установленны­огда риторическими и стихо­порными правилами. «Грянувшие» в такой манере пес­ни вряд ли могли дойти до сердца русского крестьянина, одетого в мун­дир ополченца, в кафтан донского казака или в армяк партизана. Они могли, пожалуй, взволновать только русского дворянина в какой-нибудь московской гостиной. Песни «для народа» создавались профессиональными стихотворцами, иногда с явными заимствованиями из французских водевильных купле­тов, но часто на мотив: «Ах, вы сени, мои сени!» 

Но несмотря на тяжелые матери­альные условия, в которых находи­лась русская крестьянская армия, она была охвачена патриотическим стремлением, -- в бою с врагом от­стоять свои села и деревни, свои семьи и и прогнать его из родной вем­льи и прогнать его из родной зем­ли. Несмотря на крепостное положе­ние, русские крестьяне, одетые в сол­датские мундиры, «быть под врагом» не хотели, они шли на страну от иноземного нашествия. Однако песни о сборах солдат на войну совсем не соответствуют офи­циальным, крикливым извещениям об этом правительства. Не соответ­ствуют они также и сочиненной, ура­националистической, явно приспо­собленной для русских солдат песне: Для российского солдата Пули, бонбы ничего. С ними он за панибрата, Все безделки для него!

O

Верещагин «Партизаны» 1812 г. («Не замай, дай подойти»)  движения переплет движения перепле плетаются в народных песнях, «туда» и «сюда» - в народ­ных песнях содержали иногда оди­наковые мотивы и одинаковые от­дельные сюжетные ситуации. Но в этих песнях чувствовались бедствия народа, вовлеченного в жестокую и кровопролитную войну. Разорена путь-дороженька От Можайска до Москвы. Еще кто ее ограбил? Неприятель -- вор француз… Разоривши путь-дорожку, В свою землю жить пошел, Ко Парижу подошел… Не хвались-ка вор француз Своим славным Парижом! Как у нас ли во России Есть получше Парижа! Есть получше, пославнее, Распрекрасная Москва! Подготовляя вторжение в Россию, Наполеон распространял слухи O большой численности своей армии. Силы были неравными. Подготов­ка царского командования к войне с Францией была далеко не блестящей, Продовольствия, военного обмунди­рования и снаряжения было загото­влено мало, интендантские хищения Некоторые русские историки XIX ве­ка предполагали, что «великая ар­мия» достигала 600 тысяч человек. Уже находясь на острове св. Елены, Наполеон признался, что состав его армии не превышал 400 тысяч чело­век. Однако и эта армия вдвое пре­восходила количеством русскую ар­мию, которую Россия смогла выста­вить на западных границах (200 ты­сяч человек без запасных гарнизо­нов). пом разбирался в историческом смыс­дом разбирался в историческом смыс­ле событий. Действительность оказа­лась сложной, и, складывая песни ней, нельзя было опираться только на старые былинные сюжеты и образы. Народ в новых песнях попытался сначала сосредоточить внимание на непосредственном движении Наполе­она к Москве, Многое в той войне было непонятным для народа, но всем было ясно одно - чужеземцы хотят взять русских «в полон» и по­работить их. Народное сознание вос­стало против этого замысла. Врага надо было из России изгнать. Тогда появляются песни о родине, о том, как «привиделся сон».     о Не спалось девке - не дрямалось, Ничего во сне не видалось Только виделось - сон бесчастной: Как француз Москву разорял, Красну девицу в полон взял, Генералушку подарил… Девица слезно плачет а генерал ее утешает и обещает купить ей «три подарка», но девушка говорит: Не хочу твоих трех подарков Ты пусти меня во Россею, Мне с батюшкой повидаться, Мне с матушкой распроститься! Наполеон шел до Москвы с боями, разоряя страну и народ -- наиболее распространенные народные песни пе­лись о «разоренной пути-дорожке»… В песнях о «разоренной дорожке от Можая до Москвы» слышен был гул о Смоленских, то Бородинских боев. От Парижа шли к Москве францу­зы, после - от Москвы к Парижу русские. Эти начальное и встречное 

3 a

За горами, за долами Бонапарте с плясунами Вздумал вровень встать… Не в подлад пошел Англезу, Вздумал, бросив Экосезу, Польскую пройтить! Видно, хват ты из французов, Говорит ему Кутузов: Нет, брат, погоди! - Бонапарту не до пляски Растерял свои подвязки, Хоть кричать «пардон»!

и т. д. Патриотические, вполне искусствен­ные гимны и так называемые «Поль­ские» во множестве сочинялись про­но, не столько в армии, сколько в фессионалами и исполнялись, конеч­концертах и на банкетах. Народ же по-своему переживал ино­странное нашествие, он по-своему рассказывал в песнях о разорении родины, о голоде и о бесчисленных смертях. Его патриотизм был иным не казенным. Песни русского народа той поры опирались не на риториче­ские правила, а на многовековые бы­линные и песенные традиции, на­родные по существу и по форме. При задаче, ставшей в годы фран­цузской интервенции 1812 года еди­ной для всех слоев русского обще­ства - отразить «нашествие двуна­десяти язык» - многонациональной, сборной, «большой» армии Наполео­на Бонапарта - песни складывались по-разному. Пораженный внезапным нашестви­ем интервентов, русский народ с тру-

Народ понимал, на какое тяжелое дело он поднимается. Государь прислал указ: Онаряжайся-ко, солдат, В государев весь мундир, Бери суму на плечо! Востру саблю на бедро! Запечалился солдат, Сухари велят сушить, Сухари не пироги - Во дорожке дороги, Сухарями зубы трет, Сапогами ноги бьет. Капитан веры не ймет! Солдатская песня, простая и му­жественная, рассказывает иногда о тяготах военной жизни уже языком порченым: По колен в воде стояли, Хлеба-соли не примали, Много горя увидали, Очень было студено, Между прочим тяжело!

10 й

. ,

h

 

Но общий порыв, стремление про­гнать врага, в русской армии не уга­сал, Солдаты, останавливаясь на би­вуаках и готовясь к бою, пели: