г.,

№

43

(389)

1937

сентября

17

Пятница,

2

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО

Туийуна Как рождается театр Таиров увлекался эстетскими побрякуш­ками, он превращал свои спектакли в де… монстрацию холодного, безжизненного ма­стерства жеста, ритма, мизансцены. Охлоп­ков разрывал ткань театрального действия натуралистическими, антитеатральными трюками, пытался подменить мастерство актера внешней динамикой действия. Обоим нехватало чувства сценической правды. Оба были далеки от подлинного реализма. Оба чисто формально трактовали советскую тематику (это не относится к та­ким спектаклям, как «Оптимистическаятра­гедия» и «Аристократы»). Оба не понимали художественных требований советскогоари… теля. И совершенно естественно было ждать, что управление, приступив к реорганиза­ции театральной сети; позаботится о том, чтобы в Камерный и Реалистический теат ры пришли люди, которые могли бы дать этим театрам то, чего им нехватает Управ­ление, повидимому, рассуждало иначе: и И на деле может получиться так, что ошибки одного театра будут помножены на Таиров и Охлопков формалисты. Пусть ра­ботают вместе. недостатки другого. «В целях упорядочения театральной се­ти, а также в целях художественного укреп­ления Камерного театра приказываю: «Обединить Камерный театр с Реалисти­ческим театром, сохранив наименование «Московский Государственный Камерный театр».

На Дальний Восток!  Репетиция пьесы «Голуби мира» в И предстоящая поездка в ОКДВА рас­сматривается нами не только как односто­роннее «обслуживание» нашим искусством бойцов и командиров, но и как творчес­кое обогащение театра. Репертуар театра состоит из следующих пьес: «Мстислав Удалой», «Год 19-й» И. Прута, «Бойцы» Б. Ромашова, «Мещане» и «Васса Железнова» М. Горького, «Слава» В. Гусева, «Господа офицеры» Голични­кова и Папаригопуло по повестям Ку­прина, «Гибель эскадры» А. Корнейчука, «Волки и овцы», «Последняя жертва» А. Н. Островского, «Голуби мира» Вс. Ива­нова и «Укрощение строптивой» В. Шек­спира. Кроме того, театр в поездке на­мерен показать еще две пьесы, а также использовать свое пребывание в ОКДВА для того, чтобы вместе с Н. Погодиным сделать пьесу и спектакль о героической защите нашей дальневосточной границы. Этим спектаклем по возвращении в Мо­скву мы откроем наш новый гигантский театр, который строит для нас армия. Своим искусством мы будем крепить узы братской дружбы и любви между бойцами и командирами героической ОКДВА и трудящимися нашей родины.

Театр и армия



Центральный театр Красной Армии за­родился и рос в недрах самой армии. Не­посредственная близость коллектива к бой­цам и командирам не могла не сказаться на его творческом облике, и в этом боль­шое счастье наше как советских худож­ников. Восемь лет назад, в период организа­ции театра, перед ним была поставлена задача -- показать в художественной форме людей Красной Армии. ЦТКА стал пионе­ром оборонной и военной драматургии для всего советского театра. И, действи­тельно, нет такой пьесы на советской сце­не о бойцах и командирах Красной Ар­мии, в создании которой не участвовал бы Центральный театр Красной Армии. Но быть театром Красной Армии -- это не значит говорить только об армии. Круг интересов и запросов людей нашей армии огромен. Любая современная пьеса, убедительно показывающая нашу советскую действи­тельность, находит свое место в репер­туаре театра. Наши бойцы и командиры являются защитниками не только первого в мире социалистического государства, но и всей мировой культуры, защитниками идей подлинного гуманизма. Вот почему в те­атре Красной Армии находят свое место пьесы А. М. Горького и А. Н. Остров­ского. Поэтому же театр включил в свой репертуар пьесы Шекспира. Театр в течение восьми лет, кроме ос­новной своей работы в Центральном доме Красной Армии, каждое лето выезжает в лагери, живет лагерной жизнью, являясь как бы одним из боевых культурных разделений самой армии.

У меня, - да я думаю и не только у ме­ня, - этот приказ, подписанный бывшим начальником Московского управления по делам искусств Н. А. Белиловским, вызы­вает многие сомнения. Тот, кто был хоть раз на спектаклях Реалистического театра и кто отдает себе точный отчет в смысле слова «Камерный», не может не удивиться этому приказу. Достаточно представить се­бе любой спектакль Охлопкова, разытры­ваемый в центре зрительного зала, среди публики, в своеобразной атмосфере карна­вального празднества, и вспомнить сцену Камерного театра, спрятанную за громадной аркой, где-то в углублении, отделенном от зрителя барьером авансцены, чтобы стало совершенно очевидным глубокое различие режиссерского и актерского стиля этих двух театров…

ЦТКА. Справа напево: актер Шишков, заспуж. режиссер Пильдон и

арт. Коновалов, постановщик пьесы засп. арт. Телешева, зал. арт, Хохлов. В эти дни в театре «самодея­жаках и скромных платьях. Постановщик

Но дело, конечно, не в том, где нахо­дится сцена и как называется театр. Сеть московских театральных коллекти­вов действительно нуждается в пересмотре. Что скрывать, - есть театры, которые от­жили свой век. Творчество они заменили ремеслом. Есть театры, не имеющие права на самостоятельное существование, -- это, прежде всего, случайно возникшие студии, которым надо пройти дополнительный и серьезный курс профессиональной учебы. Наконец, в иных театрах попросту нехва­тает актеров и актрис для создания сцени­ческого ансамбля -- труппы слишком ма­лочисленны, не имеют серьезного художе­ственного руководства.

Выполняя это ответственное задание, мы Пятые сутки актер Лесовой, тельный как еще больше вырастем как художники. Таков должен быть творческий итог на­шего рейда в ОКДВА. Мы счастливы и горды тем, что на на­шу долю выпала высокая честь выполнить задание нашего горячо любимого наркома первого маршала Советского Союза Кли­ментия Ефремовича Ворошилова. под-Художественный руководитель ЦТКА засл. деятель искусств А. ПОПОВ

Нет, не так Управление по делам искусств должно решать сложные организационно­творческие вопросы. Надо помнить, что каждый талантливый советский театр име… ет свое лицо, свою судьбу, свои планы. Вза­имоотношения между коллективом худож­ников, каковым является театр, и управле­нием, которому поручена сложная и от­ветственная задача, - руководить не толь­ко производственной деятельностью, но и творческим совершенствованием театров, должны строиться на других принципах Почему управление не сочло нужным обсу дить вопрос о слиянии театров на собра­ниях актива творческих работников, кото­рые безусловно подсказали бы управлению более разумное решение сложного органи­зационного вопроса? Почему управление не поинтересовалось мнением актеров и ре­жиссеров, которым предстоит работать в «укрупненных» театрах и на своих плечах нести тяжесть этого дела? Почему управление отстранило художе­ственную общественность от участия в судьбах коллективов, которые являются полноправными членами большой семьи советских театров? Росчерком пера жизнеспособный театр создать нельзя. Рождение театра - это очень сложный процесс, это дело инициа­тивы художников, дело всей их жизни. Именно сейчас, на ряду с реорганизацией некоторых из существующих театров, ор­ганы, руководящие искусством, должны всемерно содействовать рождению новых талантливых театральных коллективов. По­коление молодых художников советской страны даст десятки выдающихся талан­тов, но следует во-время оказать им под­держку, и особенно в таком сложном деле, как организация нового театра. Приказ о слиянии Камерного и Реалисти­ческого театров свидетельствует о том, что Московское управление, а с ним и Всесоюз­ный комитет по делам искусств плохо владеют методами живого, действенного ру­ководства, плохо воспитывают актерови ре­жиссеров. K. СНЕГИРЕВ

директор музея», его здесь в спектакля васлуженный деятель искусств шутку называют, книги, отзывы и бесчисленные сувениры коллектива. Он составил статистическую таблицу трофеев театра: 12 знамен, 42 по­вдравительных адреса, 36 подарков. Подар­ки самые разнообразные. Здесь модель вагона метро, обелиск от завода «Станко­лит», винтовка, макет будущего театра ЦДКА из стали. собирает фотографии, А. Д. Попов то и дело хлопает в ладоши. Этот спектакль готовится полтора года. Ему предшествовали продолжительные экс­курсии в музеи, лекции о елизаветинской эпохе, длительное изучение стиля и мате­риальной культуры шекспировских времен. Шекспир-экзамен на зрелость для каждо­го театра. И здесь он вдвойне ответственное дело, потому что «зачет» будут принимать бойцы-дальневосточники. Премьера состо­ится в Хабаровске 25 ноября, Спектакль будет доведен до сводных репетиций. Через несколько дней репетиции будут перенесе­ны на сцену. Для этого в театре на площа­ди Коммуны строится площадка дубель - такая же по размерам, как в Хабаровском доме Красной Армии. Бутафоры, портные, художники работают в две смены, Для то­го, чтобы перевезти туда все имущество те­атра, понадобится целый состав,-16 товар­ных вагонов. Репетиции идут утром и вечером. В ка­бинете художественного руководителя, в двух залах, в библиотеке режиссеры театра и концертмейстеры готовят спектакли. За­ботой о каждой мельчайшей детали прони­зана вся работа, По ходу комедии Шекспи­ра актеры должны играть на лютие и ока­рино. По эскизам, заимствованным из ста­ринных гравюр, эти инструменты были за­казаны мастерам, и сейчас преподаватели учат актеров на них играть. Музыка будет звучать на сцене, а не за кулисами. По эскизам художников загорские резчики сде­лали ручки для дверей и мебель для спек­такля. Художник Шифрин несколько раз переделывал макет, пока не нашел такую фактуру для стен и гобеленов, которая пе­редает колорит эпохи. …Сейчас 12 часов ночи, но все еще про­должается репетиция октябрьской юбилей­ной пьесы «Голуби мира» В. Иванова. За столом группа актеров, но главе с заслу­женной артисткой республики Е. С. Теле­шевой. Репетируется сцена у японской ка­зармы. - Елизавета Сергеевна, я не могу торго­вать сосисками, говорит актриса Черевко режиссеру.-Я жила на Дальнем Востоке и анаю, что в те времена там не знали, что такое сосиски. Замечание актрисы вносится в режиссер­ский экземпляр пьесы. Завтра оно будет доведено до сведения автора. 1 сентября В. Иванов почти ежедневно бывает в театре. Драматург В. Гусев срочно заканчивает для театра пьесу «Дружба». На-днях он будет читать ее труппе с тем, чтобы театр мог ее показать на Дальнем Востоке в день 20-летнего юбилея Красной Армии. В свободные часы актеры репетируют скетчи, водевили, разучивают литератур­ные произведения. Они собираются создать джаз. Актеры Центрального театра Крас­ной Армин решили дать 300 концертов для атра. армейских частей и подразделений. Поездка на Дальний Восток не прервет большой творческой работы театра. Труп­па на Дальнем Востоке будет работать над двумя постановками, предназначенными для нового здания. Здесь пойдут «Погранични­ки» Погодина и «Бородино» Шервинского  (по роману Л. Толстого «Война и мир»). Актеры и режиссеры театра свою поездку в Особую Краснознаменную рассматривают как начало нового творческого подема те­B. РЕВИЧ

Все это--экспонаты выставки, которая разместится в фойе Дома Красной Армии в Хабаровске. Выставка представит всю историю театра и напомнит дальневосточ­никам о старинном знакомстве театра с зрителями Владивостока, Хабаровска и Никольска. Возникновение красноармейско­го театра совпало с конфликтом на КВЖД, и театр сразу после своего рождения поя­вился на передовых позициях. Он подлинный театр армии. Экспонаты выставки рассказывают, что за 5--6 лет те­атр об ехал всю европейскую часть Союза. Он побывал в гостях у черноморских и бал­тийских моряков, в Ленинграде, Минске, Приволжье и почти во всех военных лаге­рях. Два грузовика, летняя столовая, под­мостки, собственноручно возведенные акте­рами, часто заменяли все театральные ак­сессуары. О том, как встречали бойцы те­атр. рассказывают фотографии. Идет дождь Бойцы в бурках и брезентовых пла­щах сидят под хмурым небом. В фокус обектива попала крупная дождевая капля, свисающая с козырька фуражки на лицо бойца. Но никто и не думает уходить с представления, забыли о дожде и актеры и зрители. В лагере Н-ской дивизии идет спектакль «Мстислав Удалой»… …Этот альбом напоминает другой инте­ресный эпизод. Бойцы военизированной пожарной охраны Ленинграда смотрели спектакль ЦТКА в Большом драматическом  театре. Спектакль был встречен восторжен­но. И пожарники немедленно отплатили труппе поразительным зрелищем. Была обявлена учебная боевая тревога. За не­сколько минут к зданию театра подлетели десятки пожарных машин, вытянулись стальные лестницы, распрямились шланги, здание было опеплено со всех сторон. Уче­ние прошло на «отлично». С волнением доложили руководители те­атра труппе о новой поездке на Дальний Восток сроком на один год. После доклада начальника театра и художественного ру-С ководителя ожидалась традиционная пауза. Актеры не любят говорить. Но вдруг под­нялся целый лес рук, Выступали заслу­женные мастера, юные актеры и актрисы, рабочие сцены и администраторы. Неди­сциплинированные давали обязательство исправиться, многосемейные советовались, как поступить с семьей, рабочие подсоб­ных цехов предлагали работать в три сме­ны. Те, кто уже побывал на Дальнем Во­стоке, с энтузиазмом описывали край ска­вочной красоты и богатства, его леса, реки, новостройки, его замечательных людей. Итог собрания подведен тут же. Вся труп­па--режиссеры, актеры, музыканты, 200 человек отправляются в далекий рейс. Воз­державшихся нет. Немедленно начались  подготовительные работы. … В большом лекционном зале при свете больших круглых ламп идет репетиция ко­медии Шекспира «Укрощение стропти­вой». Падуанские вельможи, красавицы, купцы, слуги пока сидят за столом в пид-

Почетное задание   Я не сомневаюсь, что к 1 июня 1938 г. мы сможем рапортовать: «Товарищ На­родный комиссар обороны СССР, Ваше за­дание по культурному обслуживанию ОКДВА достойно и с честью Центральным Театром Красной Армии выполнено». Заспуженный артист республики Пав. ГЕРАГА Мы воодушевлены оказанным нам дове­рием, Я думаю, нет более почетной зада­чи, чем взволновать искусством и стать нужным сердцу воина, борца ва комму­низм. Художник Н. ШИФРИН Советский актер должен знать и изучать свою страну, своих людей работа в славной ОКДВА несомненно обогатит нас, как художников, новыми, неожиданными и сильными впечатлениями. Я внаю, я верю, что театр наш, приняв­ший на себя почетное ворошиловское за­дание, выполнит его достойно, с честью, как подобает Центральному Театру Крас­ной Армии. Заспуженный артист республики A.

Слияние, например, театра-студии имени Ермоловой и студии под руководством Н. Хмелева - вполне оправданно, целесо­образно. Театр им. Ермоловой не имел в последнее время опытного художественно­го руководителя, студия же Хмелева на­столько молода и зелена, что вести само­стоятельную жизнь ей рано. Менее удачно обединение таких коллек­тивов, как ТРАМ и театр под рук. Р. Симо­нова, --- эти театры шли разными путями, они отличались и репертуаром, и методом режиссерской работы. Но, конечно, все это не идет ни в какое сравнение со слиянием таировского и охлопковского театров. Партия и вся страна воспитывают со­ветских художников в духе высокой твор­ческой принципиальности. Индивидуаль­ность театра - это понятие такое же реаль ное, как и индивидуальность писателя, ком­позитора, живописца. Принципиальность художника сказывается в том, насколько правдив он, до конца искренен и последова­телен в своем творчестве. Бюрократическое решение московского Управления по делам искусств учит бес­принципности. И у Таирова, и у Охлопкова были серь­езнейшие формалистические ошибки. Но каждый из них ошибался по-своему. Что могут дать они друг другу, чем один до­полнит другого? Таиров и Охлопков - это «лед и пламень».

момент Я счастлива, что в этот ответственный жизни театра я вместе со всем коллективом призвана выполнить приказ нашего любимого Климентия Ефремовича Ворошилова. Заспуженная артистка республики ДМИТРЕВСКАЯ уверен, что поездка нашего театра для обслуживания частей славной ОКДВА еще больше сроднит его с армией, закалит и обогатит творчески и политически. Сей­час наша задача - как можно лучше под­готовиться, чтобы достойно выполнить за­дание наркома т. Ворошилова и оправ­дать оказанную нам высокую честь и до­верие. Заспуженный артист республики K. ХОХЛОВ Тот день, когда слова, произнесенные мной со сцены, вызовут отклик в сердце пограничника, тот день, когда он натра­дит меня аплодисментами, будет счастли­вейшим днем моей жизни. АЗАРИНЗаслуженная артистка республини Ф. РАНЕВСКАЯ D

Горький Опера «Мать»- мое третье оперное про­изведение. Либретто написано А. Г. Прей­сом и Б. Е. Гусманом по повести А. М. Горького. Однако опера ни в коем случае не является музыкальным пересказом горьковской повести, Я хотел показать на оперной сцене героический образ русской женщины. Опере предшествует пролог. Поет хор женщин, ожидающих мужей и сыновей с фабрики после получки, Песня зауныв­ная, полная безысходной тоски. С насту. плением темноты молодежь слободки ва­певает песню печальную, которая перехо­дит в безудержно-разгульную. Затем показаны ссора Павла с его пре­жними друзьями и его знакомство с мо­лодыми, революционно настроенными рабо­чими, Я пользуюсь здесь мелодическим речитативом, Заканчивается сцена горест­ной «песней пьяного». Во второй картине происходит сближение Павла с молодыми революционерами и арест одного из его друзей - Андрея, Ос­новным музыкальным моментом этой кар­тины является рабочая песня, На ее фо­не звучит монолог Пелагеи, симпатии ко­торой уже на стороне новых друзей сы­на. Картина заканчивается дуэтом Пела­геи и Павла. Материнское чувство побеж­дает, и Власова просит сына оставить дружбу с «запрещенными людьми». Третья картина, рисующая обеденный перерыв на фабрике, начинается мужским хором. После сообщения о новых вычетах следует большой монолог Павла, выступа­ющего в защиту рабочих. Павла арестовы­вают. Четвертая картина­в доме Власовых. Ария матери - «Тоска по сыну», ария Са­ши, признающейся Ниловне в своей люб­ви к Павлу. Затем Саша рассказывает, что после ареста Андрея и Павла на фаб­рике перестали распространяться листов­ки. Саша беспокоится, что это может по­служить уликой против Павла. Мать бе­рется распространять листовки, Картина заканчивается дуэтом Пелагеи и Саши. Пятая картина начинается массовой пе­сней. Эта песня ширится и растет. Мать распространяет листовки. На фабрике стач­ка. Шестая картина­свидание матери с Па­влом в тюрьме носит лирико-драматиче­ский характер. Седьмая картина начинается дуэтом Са­ши и Пелагеи, ожидающих возвращения Павла из тюрьмы и мечтающих о совмест­ной жизни втроем. Приходит Павел. Его дуэт с Сашей. Павел напоминает о своем обещании товарищам участвовать в пер­вомайской демонстрации. Он должен нес­и знамя. Картина заканчивается массо­вой песней, той самой, которая уже зву­чала в пятой картине.

в опере образами. Не повторяя музыку старых ра­бочих песен, я пытаюсь сохранить свой­ственную этим песням интонацию. В симфоническом вступлении оперы ос­новными темами являются тема матери, вначале трактованная лирически, а затем драмалически, тема первой рабочей песди и тема материнской любви. Я старался очистить свой музыкальный язык от всякой изысканности, освободить­ся от влияния западноевропейского фор­мализма, которое было сильно в моих пре­жних произведениях. Я пытаюсь достиг­нуть мелодической ясности, гармонической красоты, используя интонации русскойна­родной музыки. Над клавиром оперы работаю около го­да. Семь ка картин уже закончено, сейчас приступил к последней, восьмой картине. В феврале будущего года рассчитываю окончить полностью партитуру. Опера пишется по заказу Большого теа­тра, а также предполагается к постановке в ленинградском Малом оперном театре. ВАЛЕРИЙ ЖЕЛОБИНСКИЙ

буржуазных

Покровители

националистов На собрании актива харьковских художников жить из союза и всячески дискредитирова­ли. Когда 29 июля в «Советском искусстве» была опубликована заметка, разоблачавшая гнилое руководство оргкомитета, Страхов, Касьян и другие члены оргкомитета угро­жали расправой автору статьи. Художники Харькова не собирались око­ло четырех лет и только после того, когда была разоблачена вредительская работа Хвыли, руководители харьковского оргко­митета решили созвать актив. Шесть дней длилось собрание художни­ков Харькова. В семичасовом докладе руко­водитель оргкомитета Страхов, долгое вре­мя работавший вместе с «бойчукистами» и Хвылей, ни словом не обмолвился о своих связях с вредителями, о методах их вре­дительской работы в изобразительном ис кусстве. Страхов читал собравшимся много­численные протоколы заседаний оргкомите­та сводки о финансовой деятельности раз та ных комиссий и т. д. Докладчик, - как заявил на активе т. Кривень,- построил свое выступление таким образом, чтобы или усыпить слу­шателей, или заставить их уйти из зала. Художники Прохоров и другие подверг­ли резкой критике деятельность оргкомите­та и его руководителей. Для участия в вы­ставках «Цветущая Украина» и «Социали­стическая Харьковщина» оргкомитет конт­рактовал в первую очередь своих знакомых. В результате притупления политической бдительности у руководителей комитета не­которые художники Харькова в своем твор­честве до сих пор не ушли от вредных формалистических влияний. Достаточно на­глядно об этом говорит показанная недав­но в Харькове, Киеве и Одессе выставка картин и этюдов. На этой выставке худож­ники Козик, Холостенко, Бабий, Беседин тонвыступили с картинами, искажающими на­шу действительность. Среди художников Харькова процветает групповщина и рваческие тенденции. Орг­комитет оторвался от масс, его руководи ли не занимались творческими вопросами. Не было никакой заботы о молодых кадрах. в Среди художников Харькова несколько лет не велось никакой политико-воспита­тельной работы. Художники не участвуют общественной жизни. Совершенно очевидно, что харьковский оргкомитет художников не выполнил воз­ложенных на него задач по организации по­литической и культурно-воспитательной работы, не оказывал творческой помощи ху­дожникам, не способствовал росту молодых кадров. Он не вел борьбы с групповщиной и проглядел контрреволюционную деятен ность врагов народа. Констатировав собрание художников постановило раф пустить оргкомитет. Харьков (наш соб. корр.). МИХАИЛ ВАЙС В затхлой атмосфере подхалимства и угодничества, процветавших в оргкомитете союза художников Украины, Бойчук, Сед­ляр и Падалка под покровительством ныне разоблаченного чужака Хвыли на­саждали буржуазно-пационалистическую идеологию. Они всеми силами старались задержать рост украинского советского искусства, калечили молодых художников. В харьковском оргкомитете подавлялась всякая попытка критики и самокритики. Художников, выступавших в прессе с кри­тикой работы оргкомитета, старались вы-

Недовольство театрами бульваров широко распространено среди французских теат­ральных деятелей и передовой французской интеллигенции. Несколько времени назад известный французский драматург Ленор­ман написал пьесу «Сумерки театра», в ко­торой пессимистически оценивал общее положение французской драматиче­ской сцены, поставленной в трудные ма­териальные условия и окруженной безза­стенчивой рекламой. Сейчас он несколько изменил свои взгляды. Перед возобновле­нием его пьесы, которая должна итти в сентябре в театре «Старой Голубятни», он заявил, что многие из обстоятельств, про­диктовавших ему его драму, сейчас измени­лись, и он готов смотреть на свою пьесу как на историческую в известном смысле. Он видит проблески возрождения театра в но­вом внимании к театру зрителя, одно вре­мя совершенно плененного кинематографом. Он видит его в смелых исканиях театраль­ных новаторов, в приходе в «Комеди фран­сэз» «левых» режиссеров. Каковы же те факты, которые заставили Ленормана пересмотреть свое мнение? Наи­более существенным доказательством для него является возросшая популярность те­атрального искусства среди зрителей и влияние «левого» театра, Режиссеры Бати, Жувэ, Дюлен, когда-то игравшие сравни­тельно незначительную роль во француз­ской театральной жизни, теперь обрати­лись в настоящих мэтров, окруженных учениками и добившихся входа в старей­ший театр Франции. К сожалению, в августе эти «левые» те­атры были закрыты, и я потому не берусь судить о глубине их театральных реформ. Материал для суждения об их деятельности дала мне «Комеди франсэз», которая про­должает свои спектакли и в течение лета. Ее теперешний руководитель, известный французский драматург Эдуард Бурда. знакомый СССР по его пьесе «Тяжелые времена», поставил вопрос о «Комеди фран­сэз» довольно категорически, Его назначи­ло директором и руководителем театра пра­вительство народного фронта, До назначе­ния Бурдэ положение этого театра было очень тяжелым. Сборы в нем катастрофиче­ски падали, а смерть крупнейших актеров, как Фероди, Лебаржи, Леона Бернара, ли­шила труппу «Комеди франсэз» ее наиболее выдающихся представителей. Другие и известные актеры, соблазнившись крупны­ми гонорарами, ушли в кинематограф и в театры бульваров, они предпочли академиз­му «Комеди франсаз» легкий успех сенса­ционных пьес и кинематографических филь­мов. Предшественник Бурдэ Фабр ни­чего не предпринимал для изменения ка­Первую статью см. в № 42 «С. И.».

ПАРИЖСКИЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ Марков 2. тастрофического положения П. А. этого славного театра, пред­назначенного хранить лучшие традиции французского нацио­нального искусства. Спектакли театра постепенно становились музейным подражанием когда­то славным оригиналам. И сейчас в «Коме­ди франсэз» сохранилось несколько спек­таклей, характеризующих это время бессла­вия и упадка «Комеди франсэв». Стоит только посмотреть «Денизу» Дюма­сына или «Школу мужей» Мольера, чтобы увидеть, как слепая подражательность и бесстрастие губят искусство. В этих спек­таклях рутина подменила собой живую традицию. Если бы меня спросили, о чем по суще­ству не в смысле сюжета, а в смысле идей­ном идет речь в этих спектаклях, я бы от­казался ответить, Вряд ли могли бы на этот вопрос ответить и сами актеры. Все как будто на месте. Все играют в одном то­не, все правильно отвечают репликой на реплику. Но как утомительно бесстрастны и холодны выкрики, эта уверенно штампо­ванная игра, это увлечение сценическим амплуа, а не живым образом. Не напрасно перед приходом Брда в «Комеди франсэз» было установлено точное расписание ам­плуа каждого из «сосьетеров», было точно укавано, кто играет роли благородных от­пов, благородных матерей, кто мастера грима и кто играет исключительно костюм­ные роли. я Когда-то, лет десять назад, я видел в этом же театре комедию Мариво, в которой меня живо пленило непосредственное и ра­достное искусство двух молодых актеров - Мари Бель и Жана Вебер. Они выделя­лись тогда среди серого мрака ансамбля темпераментом, яркостью и, наконец, про­сто тем, что были живыми людьми. Теперь увидел их снова, Что с ними сталось? Оба они приобрели эффектную сценическую уверенность, оба они стали мастерами сво­его дела Но неужели эта уверенная, эф­фектная, в подобающих местах плачущая или говорящая с дрожью в голосе, до нель­зя штампованная актриса, неужели это та самая Мари Бель? Неужели этот претен­циозный, кокетничающий со зрителями, хвастливо носящий костюм актер тот юно­свои первые шаги в спектакле-комедии Мариво? ре Рутина обволакивала самые свежие дарования, и нужны большие усилия, чтобы освобо­дить их от готовых штампов, чтобы влить в «Комеди фран­сэз» новые актерские силы и придать ее спектаклям настоя­щую простоту. Традиция тогда сильна, когда она носит в себе живое зерно, спо­собное дать свежие ростки. И когда занавес скрыл за собой обширный павильон, ничем не напоминающий собой старый дворян­ский замок, в котором происходит дейст­вне «Денизы», то стало очевидно, что это искусство мертво. Новое руководство «Комеди франсэв» вступило в трудную борьбу с рутиной. Пока   еще нельзя сказать о тех результатах, к которым приведет эта борьба. В «Комеди франсэз» сосуществуют сейчас как бы четы­театра, и каждый из спектаклей, на кото­ром присутствуешь, отражает собой волне­ния и внутреннюю борьбу в недрах театра. Первый театр--это тот, о котором я уже рассказывал, - театр рутины. Второй театр, стремящийся очистить традицию. Примером этого течения являет­ся последняя постановка «Мизантропа». Его ставил Копо. Он только облагообразил старый спектакль, изменил некоторые ми­зансцены, дал яркие, великолецные костю­мы, верные эпохе, и главное внимание об­ратил на слово, которым так блестяще вла­деют актеры французского театра. Без­вкусицы в этом спектакле не было. Было великолепное владение словом. Была пре­красная, чисто французская манера носить  костюм. И все-таки Копо не раскрыл, а мо­жет быть и не мог раскрыть идею «Мязан­тропа», не показал трагического одиночест­ва Альцеста, его столкновения с обществом, горькой философии пьесы. Альцеста хорошо и просто играл новый актер «Комеди франсэз» Эме Кларион. Вы­ло что-то острое и нежданное во всем его облике и была какая-то своеобразная про­стота в том, какон произносил монолог. Было великолепно и то, что зритель с са­мого начала захвачен бурным темпом моль­еровской комедии. Но ни в простоте Кла­риона, ни в стремительном развитки дейст­вия не было и намека на философский смысл пьесы, и потому традиции в этом спектакле воспринимались только формаль­но, а не приближали к сознанию и восприя-

ку. тию зрителя классическую комедию, кото­рая для Франции отнюдь не потеряла идейной и обличительной силы. Те­ма одиночества, которую так любят со­временные французские драматурги, тема протеста не ощущалась в этом гладком, кра­сивом спектакле. И единственным уроком, который мог быть вынесен зрителем или актером из этого спектакля, была необходи­мость внимания к слову, к диалогу, к язы­Третий театр - это театр подчеркнуто изысканной простоты и изящества, кото­рые можно видеть в постановках Бати: «Подсвечник» Мюссе, «Самум» Ленормана. Бати--один из выдающихся французских режиссеров, автор постановки «Мадам Бо­вари» в своем театре, спектакле, имевшем в Париже очень широкий резонанс. Бати обычно упрекают в невнимании к актеру. Судя по спектаклям «Комеди франсаз», я бы не решился этого сказать. Напротив, он   добился в каждом из поставленных им спектаклей своеобразной простоты. Акте­ры в его постановках естественны, велико­лепно владеют словом, они остерегаются ма­лейшего наигрыша, но эта боязнь наигрыша порой к   ведет обеднению сценических средств. Там, где ждешь варыва темпера­мента, видишь только намек на него. В этих спектаклях занята преимущественно молодая часть труппы: видимо, Бати было с ней легче работать, чем со «стариками». Нельзя не отметить несколько очень ких исполнений -- Клариона в «Самуме», Мадлены Рено и Жюльена Берто в «Под­свечнике», но общее впечатление от этих спектаклей близко к нашему восприятию постановки «Мизантропа». Как будто обе постановки выражают собой тот «тонкий вкус», который когда-то проповедывал тео­ретик французского классицизма. Постанов­ки Бати в конце концов не выходят за рам­ки узко эстетических исканий. Влияние французской живописи на них несомненно. Бати со вкусом использует свет, он пре­красно передает атмосферу пьесы, будет ли это старая французская провинция Мюссе или сухой и жаркий Алжир в пьесе Ленор­мана. Но эта зависимость от живописи и гу­бит Бати. В конечном итоге, он создает слок­такли, которые восхищают своим вкусом, но никак не захватывают зрителя. Наконец, четвертый театр. Это типичный театр формальных исканий, на этот раз связанный с именем Жувэ (постановка «Комических иллюзий» Кальдерона). Этот театр ведет к обнаженному формализму как в драме, так и в балете, Ему противо­стоит театр глубокой социальной темы, каким является «Народный театр», ставя­щий «Волки» Ромэн Роллана и «Мать» Горького.  

В заключительной восьмой картине - первомайская демонстрация в слободке. Павел произносит революционную речь. Жандармы арестовывают Павла, Сашу, Ан­дрея и пытаются разогнать демонстрацию. Тогда мать поднимает знамя. В это время  появляется городская демонстрация, кото­рая соединяется со слободской. В этой картине есть три массовые пес­ни. Одна, знакомая по второй картине и по увертюре, другая тоже знакомая, пото­му что она проходит как основная тема в пятой и седьмой картинах, и наконец но­вая песня городских рабочих, боевая, мар­шевого склада. Я стремился, чтобы музыкальные харак теристики не расходились с горьковскими