Суббота,

23

октября 1937 г., №

49

(395)

ИСКУССТВО

СОВЕТСКОЕ

Молодые

Страны Советов  

музыканты

Праздник советской музыки Первый всесоюзный конкурс музыкан­ов-исполнителей происходил в 1933 году. Через два года возник вопрос об организа­ции второго такого же соревнования. Мно­гие наши музыканты, и среди них даже пе­дагоги, чьи талантливые ученики всемирно дрославили впоследствии советское испол­нительское искусство, высказывали тогда опасения, что за такой короткий срок едва ли появятся новые кадры талантливых ис­полнителей. Жизнь, как известно, блестяще опровер­га эти опасения, Второй всесоюзный кон­курс выдвинул пианиста Флиера и целую пеяду наших прославленных молодых скрипачей во главе с Ойстрахом и проде­монстрировал общий необычайно высокий уровень нашего исполнительского искусства. Он показал такое обилие одаренных людей, такой необычайный размах музыкального исполнительства в нашей стране, о котором едва ли могли мечтать даже самые горячие антузиасты советской музыки, За вторым конкурсом последовала серия новых блестя­щих доказательств художественного роста наших исполнителей. Вызвав необычайно широкий интерес к музыке, конкурсы сы­грали огромную роль в развитии нашей ис­полнительской культуры. И, как все пре­красное в нашей стране, они вошли в тра­дицию. Из исключительных, парадных меропри­ятий наши конкурсы, наши многочислен­ные из года в год организуемые на местах и во всесоюзном масштабе смотры испол­нительской молодежи давно уже преврати­лись в деловые, рабочие совещания. Они стали новой, социалистической формой по­вседневного выдвижения все новых и но­вых кадров талантливых людей. Вот почему каждое такое начинание, - будь то конкурс-соревнование, или фести­валь детской музыки, или, наконец, недав­но прошедший смотр лауреатов, - закон­н воспринимается нами вместе с тем, как праздник и советской музыкальной, и ху­дожественной культуры. С исключительной интенсивностью растет и развивается советское исполнительское искусство, И наглядным доказательством эого могут служить все те же конкурсы, организация которых сейчас, в великие ис­торические дни подготовки к выборам в Верховный Совет и к 20-летию Великой про­летарской революции, приняла невиданный размах. Уже прошли конкурс дирижеров­ассистентов и 3-й всесоюзный конкурс скри­пачей и виолончелистов. В первых числах декабря начнется всесоюзный смотр наших новых пианистических кадров. За ними последуют вокалисты, ансамблисты, дири­жеры. Советские музыканты наши ющие виртуозы и их талантливые воспитатели будут рапортовать о своих новых достиже­ниях и вавоеваниях. Первый из серии этих октябрьских смот­ров всесовоный колыуво е не достатки в его организации, явился еще од­ним доказательством расцвета советского исполнительства. Пусть скрипачи оказались в этом конкурсе представленными более виолончелисты, слабо, чем Признание это-

Конкурс скрипачей и виопончепистов. Премированные участники конкурса: К 20-летию Великой пролетарской рево­люции музыкальная культура нашей стра­ны принесла ряд блестящих плодов. Все­союзный конкурс скрипачей и виолонче­листов показал нам новую и интересней­шую плеяду молодых исполнителей, худо­жественный уровень которых является лучшим свидетельством роста нашей скри­пичной и виолончельной школы. Какая огромная разница между харак­тером наших конкурсов и конкурсами в капиталистических странах! Там конкурсы превращаются в деляческое рекордсменст­во, во взаимную ожесточенную конкурен­цию отдельных преподавательских школ и отдельных исполнителей. Экономически наименее состоятельные музыканты и вовсе лишены возможности принимать участие в конкурсах. У нас же каждый исполнительский кон­курс является делом всей общественности. В основе его лежат точные и продуман­ные педагогические и культурные уста­новки. Поэтому у нао и нет тех закулис­боты западных конкурсных жюри. Каждый конкурс исполнителей являет нашей стра­не подлинный урожай новых талантов. Если говорить о закончившемся конкур­се, то он явился подлинным торжеством показали на класс игры, такую своему характеру скрипичной. явился не толь­исполнителей, но поучительной демонстраци­ей ряда наших педагогических школ. Виолончельная школа проф. Штримме­ра (Ленинград) проявила себя школой ог­ромной и серьезной педагогической куль­туры, большой вдумчивости и простоты, чрезвычайно серьезного и ответственного отношения к своим ученикам. Сам прек-

верхний ряд - Д. Шафран, А. Впасов, М. Впадимирский, И. Шпильберг, А. Стогорский, Э. Фишман, А. Амитон, Л. Закс, А. Чиджавадзе, М. Гольдштейн Моя биография еще очень короткая, -(я заявил в беседе с сотрудником «Советского искусства» юный Шафран. - На конкур­сах я участвую впервые. В ноябре 1933 г. Даня Шафран впервые принимал участие в публичном концерте консервато­рии. Будущий лауреат дебютировал с про­граммой из «Прялки» и «Танца эльфов» Поппера и «Ляргетто» Генделя. Затем Шаф­ран участвовал в концертах юных дарова-- ний в 1934, 1935 и 1936 гг. Последний раз перед конкурсом он играл в Москве на дет­ском музыкальном фестивале. Мы спросили у юного виолончелиста характере его художественных и литератур­ных интересов. Лицо Дани Шафрана еще более оживилось. Я очень люблю Бетховена и Чайковско­го. Первого - за его мощь, правдивость, второго - за нежный лиризм. Мои любимые писатели - Лев Толстой, Горький, Пуш кин и Лермонтов. Недавно я еще раз пе­речитал «Анну Каренину» и «Воскресение». Нечего греха таить, «взрослые» книги мы  курса. Слишком незначителен был пере­рыв между вторым и третьим турами. Каждый конкурсант получал только одну репетицию с оркестром, а это явно недо­статочно; желательно, чтобы в будущих конкурсах каждый участник финального тура имел хотя бы не менее двух оркестро­вых репетиций. Есть недостатки и в самом методе рабо­ты жюри конкурса и, прежде всего, в прин­ципе его комплектования. Но это вопрос особого порядка, и он настолько важен, что исчерпать его одними попутными за­мечаниями нельзя. Он требует самостоя­тельного обсуждения в специальной ста­тье или даже ряде статей. Закончившийся конкурс познакомил нас не только с новой талантливой плеядой молодых исполнителей-мастеров; он при­нес нам и большую художественную ра­дость. Я имею в виду юного виолончелиста Д. Шафрана. Это - подлинно одухотво­ренный музыкант. Прекрасная техника и умение передать внутренний мир чувств и образов композитора сочетаются у него в

Г. Баринова, Е. Лунц, Я. Спободкин, Л. Каппан; нижний ряд 

Уроки конкурса расный исполнитель, Штриммер относится очень противоречит общей идее исполнения, а наоборот, целиком ей подчинена. Профессор Козолупов (Москва) рядом с необычайным мастерством демонстрировал в своих учениках глубокое «знание гри­фа», законов игры, значительную художе­ственную культуру. Еще раз показал блес­тящие результаты своей работы профессор А. И. Ямпольский; его ученики играют, как правило, очень культурно, они прекрасно владеют техникой инструмента. Индивидуальные черты и серьезные ре­зультаты обнаружили также школы проф. М. И. Ямпольского (виолончель), Мостра­са, Цейтлина, профессора Гольдфельд (Харьков), Бертье и Магазинера (Киев) и др. Ученики Магазинера, Бертье и Гольд­фельда были допущены к конкурсу воп­реки тому, что они еще являются учени­ками первого курса консерватории - на­столько серьезны и интересны были ре­Конкурс носил поистине всесоюзный ха­рактер: он демонстрировал достижения му­зыкальной культуры и преподавательских школ не одних только Москвы и Ленингра­да, но и Грузии, Белоруссии, Украины, Ар­мении. Но конкурс обнаружил у наших скрипа­чей и виолончелистов и ряд существенных недостатков. Самым серьезным из них яв­ляется отсутствие точной интонации у большого количества участников обоих московских туров конкурса. Чувствовалась также чрезмерная и неоправданная ро­бость у некоторых участников конкурса, их неумение приспособиться к новым для них акустическим условиям большого за­ла. Необходимо отметить и некоторые оргa­низационные недочеты в проведении кон­

Самый юный

говорю о всех своих сверстниках) начи­наем читать довольно рано. И я об этом не жалею… На третьем туре конкурса Даня Шафран исполнял «Вариации на темы рококо» Чай­ковского. В 1934--35 учебном году Даня Шафран был принят в пионерский отряд № 4 им. Жданова (в Ленинграде). На самом пороге моей будущей жизни профессионального музыканта я вижу, как все взрослое население нашей страны гото­вится к активному участию в выборах в Верховный Совет. День награждения меня конкурсной премией совпадает, таким об­разом, с днем радостных переживаний всех народов моей родины. Более счастливого «предзнаменования», более многообеща­ющего совпадения обстоятельств я и ожи­дать не мог. Я в жизни переживал еще очень мало. Но иметь возможность слить свою собственную радость с радостью насе­ления целой страны, мне кажется, очены редкое счастье и для более опытных и ста­

Лауреаты

в рядах нашей одаренной музыкальной мо­лодежи. Педагогические результаты конкурса ста­нут, однако, реальными только тогда, ког­да, все отмеченные мною недостатки (а также те недостатки, которых я коснуться не смог в своем кратком высказывании) станут предметом вдумчивого и критичес­кого обсуждения в каждой музыкальной школе, каждым профессором и каждой консерваторией. Методологические и тех­нические выводы из наблюдений на кон­курсе должны найти свое отражение B учебном плане каждой музыкальной шко­лы. A. ДьЯКОВ.

го несомненного факта (что, к слову сказать, должно было быть ясным организаторам конкурса раньше, чем они апеллировали об увеличении количества премий с 13 до 18, а затем и до 19) нисколько, однако, не сни­жает общего значения конкурса. Выступле­ние на конкурсе рсе одного Дани Шафрана, виолончелистов. Последние конкурсе такой высокий виртуозность, которую по можно назвать Закончившийся конкурс ко парадом талантливых и чрезвычайно эой восходящей звезды первой величины, сгособно было бы украсить любое исполни­тельское соревнование в мире. Но и кроме Шафрана на конкурсе выступили такие за­мечательные талантливые исполнители, как Яша Слободкин, Федя Лузанов, такие ху­дожественно одаренные исполнители, как Власов, Баринова и Владимирский. Мы не сомневаемся, что все они с честью выдержат любое международное состязание. Скверная организация финала конкур­са - самого ответственного его этапа,- на котором в значительной степени решает­ся судьба каждого из участников, не дала возможности некоторым исполнителям проявить себя надлежащим образом. С уве­ренностью можно это сказать, например, о скрипаче Семецком. Оркестровое сопровож­дение в концерте Глазунова было настоль­ко неряшливым и ритмически неточным, что оно просто мешало играть солисту. Стыдно было, сидя в зале, слушать такой, с позволения сказать, ансамбль. И это было отнюдь не только с Семецким. Неужели же организаторы конкурса не могли обеспечить в наших условиях более культурного проведения оркестровых вы­ступлений? Так или иначе, но уже в начале заключи­тельного тура стало ясно, что требование 19 премий оказалось преувеличенным. И жюри конкурса совершенно справедли­во поправило эту ошибку организаторов, признав достойными для присуждения пре­мий 14 человек. Можно было бы еще стро­же подойти к отбору лауреатов. Это только повысило бы значение конкурса и самое звание советского лауреата. Социалистическая родина окружает на­шу молодежь, наших талантливых детей поистине материнской любовью. В атмос­фере исключительной любви и заботы ра­стут наши юные таланты, и, естественно, их становится все больше и больше. Олег Каравайчук, Лялик Берман, Йося Майстер, Леня Коган и десятки и сотни других сча­стливых советских ребят вступят завтра в ряды конкурсантов, чтобы продемонстриро­вать всему миру красоту и величие совет­ского искусства и всей замечательной жиз­ни нашей великой и прекрасной родины.

А. К. Власов - сын служащего. До пос­тупления в Консерваторию занимался у Го­релика (в музыкальной школе) и проф. Сейделя (в московском музыкальном поли­техникуме). С 1934 г. учится у проф. Ко­золупова. Сейчас Власов - аспирант май­стершуле при МГК. Одновременно он рабо­челиста в симфоническом оркестре Москов­ской консерватории. 

Э. Г. Фишман вошел в состав квартета им. Ауэра, где состоит и сейчас.

в г. Мариуполе в 1911 г. в семье кустаря. Играть на скрипке он начал с семи лет. В 1935 г. окончил Московскую консерва­торию, а в 1937 г. аспирантуру майстершу­ле. На втором всесоюзном конкурсе музы­кантов-исполнителей был награжден по­четной грамотой. Сейчас А. Н. Амитон яв­ляется деканом струнного отделения Мин­ской государственной консерватории. Леон Борисович Закс, сын рабочего-слеса­Впервые в ря, родился в 1918 г. в Канаде. Советский Союз он приехал 12 лет назад. С 1926 года начал учиться по классу скрип­ки в музыкальном училище им. Гнесиных. года Закс поступил в московский областной музыкальный техникум, в класс проф. Цейтлина, а в 1930 г. был принят в особую детскую групну при Московской го­сударственной консерватории. Сейчас Закс - студент 5-го курса Московской кон­серватории (по классу Давида Ойстраха).  Александр Ираклиевич Чиджавадзе - ро­весник Октября. Он родился в Тбилиси в 1917 г. Родители его - служащие. Учиться игре на виолончели начал в раннем возра­сте. Сейчас Чиджавадзе учится в Тбилис­ской консерватории по классу проф, Минь­яра. Михаил Маркович Гольдштейн родился в 1910 г. в Одессе. В 1929 г. он окончил Одесскую государственную консерваторию по классу засл. деятеля искусств профессо­ра-орденоносца II. С. Столярского. В 1980 г. на всеукраинском конкурсе скрипачей он получил 3-ю премию. Абрам Моисеевич Семецкий родился в 1908 г. в гор. Хмельник Витебского округа, в семье рабочего-столяра. Учился в Киев­ской консерватории по классу скрипки с 1925 по 1928 г. и в Московской консервато­рии, которую кончил в 1934 г. В прошлом году А. Семецкий закончил майстершуле и в настоящее время является ассистентом по классу проф, Я. И. Рабиновича в Москов­кой государственной консерватории. дарова-Исаак Михайлович Турич родился в Тби­лиси в 1913 г. Мать его -- музыкант-педа­гог. Учиться музыке начал с детства. В 1937 г. Турич окончил Московскую консер­ваторию по классу виолончели у проф. М. И. Ямпольского и сейчас является аспи­рантом майстершуле. Комсомолец Федя Лузанов родился в 1919 г. в Ростове-на-Дону. Заниматься игрой на виолончели он начал с 1930 года, а в 1933 г. после окончания ростовской музы­кальной школы был послан учиться в Мос­кву. Сейчас Лузанов учится в Московской государственной консерватории у проф. Козолупова. В. Я. Андреев - сын музыканта. С 1923 г. учился в Московской консерватории по классу проф. Мостраса. В 1936 г. посту­пил аспирантом в майстершуле. B. Л. Артемьев - сын рабочего, став­шего впоследствии художником. До посту­пления в 1925 г. в класс проф. Цейтлина в Консерваторию обучался в Лосиноостров­ской народной консерватории (1920 г.), впо­следствии реорганизованной в музыкаль­ное училище им. Корецкого, и в Сокольни­ческой музыкальной студии у проф. Щерба­кова, После окончания Консерватории в 1932 г. Артемьев состоит в аспирантуре мэй­стершуле при Московской консерватории. Одновременно т. Артемьев работает в каче­стве преподавателя в музыкальном учили­ще им. Ипполитова-Иванова.

  

Михаил Давидович Владимирский родил­ся в 1909 г. в Киеве, в семье рабочего-сто­ляра. Игрой на скрипке он начал занимать­ся с шестилетнего возраста. Учился сна­чала в Киевской, а затем в Московской кон­серваториях, которую окончил в 1936 году. В настоящее время Владимирский - аспи­рант высшей школы художественного ма­стерства. 

Галина Всеволодовна Баринова родилась в 1910 г. в семье музыкальных деятелей. Шести лет она поступила в Ленинградскую консерваторию в класс проф. В 1924 г. ВЦСПС командировал Галину Все­володовну для усовершенствования в Па­риж, где она занималась у знаменитого про­фессора Тибо. В 1925 г. Баринова верну­лась в СССР. В 1933 г. она была награжде­на почетным отзывом на первом всесоюз­ном конкурсе музыкантов-исполнителей. После занятий у профессора Цейтлина Ба­ринова продолжает свое обучение у профес­сора Ямпольского.

Дипломированные участники конкурса: А. Семацкий, И. Туриу, Ф. Лузанов, В. Андреев, В. Артемьев

Конкурс скрипачей и виолончелистов.

Елена Александровна Лунц родилась в Одессе в 1908 г. в семье служащего. Училась она в Одесской государственной консерва­тории по классу проф. Пермана, совершен­ствовалась в Москве у проф. Цейтлина. В течение пяти лет она была солисткой ор­кестра ГАБТ. Елена Лунц несколько раз ездила на гастроли в Дальневосточный край и имеет благодарность от командования Особой Краснознаменной Дальневосточной Красной армии. г Яше Слободкину недавно исполнилось 17 лет. Его родина - Ростов-на-Дону. Там он семилетним мальчиком начал учиться играть на виолончели. В Москве Яша с 1930 г. В 1935 г. он окончил особую детскую группу при Московской консерватории. Сло­бодкин участвовал в показе юных ний и получил персональную стипендию. Лев Максимович Каплан родился в 1914 в Москве в семье служащего, В 1937 г. окончил Государственную Московскую кон­серваторию. Сейчас он является аспирантом школы высшего художественного мастерства (май­стершуле при Московской консерватории). И. А. Шпильберг -- 28 лет -- воспитанник Московской и Ленинградской консервато­рий. Его учителямк являются проф. Цейт­лин, Сибор, Мирон Полякин и Налбандьян. В 1934 году т. Шпильберг занял по кон-C. курсу место концертмейстера скрипачей симфонического ленинградского оркестра Филармонии. В 1935 г. он поступил аспи­рантом в майстершуле Ленинградской кон­серватории. 

располагала культур­Впечатления и замечания сочинений советских композиторов для виолончели, Я знаю, что ряд интересных произведений ленинградских композиторов А. Я. Штриммер С. М. Козолупов лежит в авторских портфелях и упорно Музгизом не издается. Здесь мне хочется сонату упомянуть прелюдии Рязанова, Кушнарева, сонату Майвеля. Безусловно положительным моментом яв­ляется то внимание, которое было уделено на конкурсе сочинениям Баха. Но, к сожа­лению, мы еще не можем говорить о полном   овладении наших виолончелистов бахов­ской культурой. Отдельно мне, в связи с результатами конкурса, хочется сказать о моем юном уче­Мы имеем здесь дело нике Шафране. с дарованием очень серьезным и очень глубоким. Это подлинная надежда совет­ской исполнительской культуры. И ес­ли мы все, педагоги, музыкальная общест­венность и государственные учреждения сумеем обеспечить ему нормальные и здо­ровые условия физического и педагогичес­кого развития, мы уже через несколько лет получим мастера, который сможет состя­заться с такими виртуозами европейского масштаба, как Казальс, Файерман и др. Для этого нам нужно уберечь Шафрана от ма­лейшего проявления «вундеркиндства», не пытаться уже сейчас, в годы его нежного переломного возрасте, загрузить его боль­шим количеством публичных концертов и вообще обращаться с ним, как с профес­сиональным исполнителем. Даня Шафран еще мальчик, школьник, и он должен про­должать учиться так же «на отлично», как он это делает сейчас в своей школе-деся­тилетке. Преступлением будет, если мы будем, пусть и с лучшими побуждениями, форсировать его музыкальный рост. Давай­те оберегать наши юные многообещающие дарования, тогда, я уверен, их таланты да­дут прекрасные плоды для советской му­зыкальной культуры… Проф. А. Я. ШТРИММЕВ лончелистов были вообще крайней редко­стью в России и оказывать сколько-нибудь заметное влияние на развитие виолончель­Я ной культуры в стране они не могли. В совершенно отличных условиях прохо­дит рост советских виолончелистов. За вре­мя с 1933 года мы уже подводим итоги третьему всесоюзному конкурсу, на котором виолончелисты занимают значительное ме­сто. Первый всесоюзный конкурс исполните­лей выдвинул таких представителей та­лантливой молодежи, как Кнушевицкий, Цомык, Галина Козолупова и Феркельман. Второй всесоюзный конкурс, который по­следовал меньше чем через год после пер­вого, дал менее благоприятные результа­ты: виолончелисты не получили на нем ни одной премии. В этом факте нельзя, одна­ко, усматривать ничего внушающего опа­сения. В течение месяцев новые таланты не появляются. Они требуют длительной педагогической подготовки. Зато с чувством необычайной радости и гордости мы констатируем, что на третьем всесоюзном конкурсе скрипачей и виолон­челистов виолончелисты вышли на первое место. Результаты этого последнего соревнова­ния, естественно, вызывают у нас, виолон­челистов, самые радужные и волнуощие надежды. Этот наш успех должен явиться, однако, только предпосылкой и ступенью к дальнейшему развитию и достижению но­вых побед. Найдутся, может быть, такие товарищи, которые захотят уже сейчас говорить об элементах советского виолончельного стиля. хотел бы предостеречь от этих прежде­временных и преувеличенных заключений. Закончившийся конкурс показал нам прежде всего, что мы располагаем плеядой молодых талантливых виолончелистов Сре-

После конкурса Вечером, 21 октября, в Большом зале рватории состоялось торжественное о тждение наград лауреатам Всесоюзно­конкурса сюрипачей и виолончелистов. праткой речи председатель Всесоюз­ного комитета по делам искусств П. М. Перженцев указал, что конкурс привлек себе внимание всей общественности на­страны. Результаты конкурса явля­ся лучшим доказательством продолжа­ющегося роста исполнительской культуры в нашей стране, роста наших музыкаль­нЫХ школ. о имени участников конкурса высту­ли скрипачка Баринова и виолоччелист Бласов. Они выразили горячую благодар­пость коммунистической партии и совет­скому правительству за отличные условия, созданные в советской стране для учебы и творческой работы музыкантов. единогласному решению всех при­По сутствовавших президиуму торжественно заседания поручается послать привет­ственную телеграмму товарищу Сталину. В заключение состоялся концерт с уча­эуием лауреатов конкурса.

ди них особое внимание обращает на себя больлого отагород ства и культуры. В той или иной градаций, в том или ином сочетании эти качества характерны и для некоторых других вно лончелистов, участников третьего тура кон курса. Но необходимо сказать и о недостатках, обнаруженных в ходе конкурса. Многие молодые виолончелисты еще недостаточно владеют техникой точных интонаций. них отсутствует не только чувство стиля, но и элементарное для художника чувство музыкальной фразы. Эти недостатки серь езны, но преодолимы. И преодолимы тем легче, чем строже и серьезнее будут требо­вания, которые наши молодые виолончели­сты будут предявлять к себе. Работа в ка­честве солистов-виолончелистов с симфо­ническим оркестром или в составе камер­ных струнных ансамблей безусловно при­несет здесь нашим виолончелистам огром­ную помощь. Я уверен, что советский репертуар на­ших виолончелистов на конкурсе был бы значительно более широким и разнообраз­ным, если бы Музгиз издавал побольша

А. П. Стогорский - сын музыканта. Уче­ник Московской консерватории по классу виолончели проф. Ямпольского, В 1936 г. вступил в майстершуле при МГh. Эммануилу Григорьевичу Фишману сей­час 30 лет. Он родился в Одессе в 1907 г. в семье рабочего столяра. С 1925 по 1927 г учился в Одесской консерватории, Затем Фишман переезжает в Ленинград, где в 1933 г. кончает Консерваторию. В 1936 г Фишман закончил высшую школу художе­ственного мастерства, Как артист оркестра Фииман начал работать с 1926 г. В 1932 г.