12 АПРЕЛЯ 1937 Г., № 101 (7067) 12 АПР г

ПРАВДА

2

1937

apE­18 17

1882 1.-

Iaрль3

Великий русский дарвинист K. А. Тимирязев создателе закона сохранения и превраще­ния энергии. В рода» (1883) Тимирязев говорит о том, как Майер пришел к представлению о сохра­нении энергии и к механической теории теплоты. STAI B Последовательное проведение материали­принципов требовало, чтобы РОЛЮЦИ алисти Дическон ap зренням В х стических естествознание связалось с революционной общественной мыслью. Это условие осуще­ствилось в русской науке. К. А. Тимир­зев применил закон сохранения энергин к биологическим явлениям и выяснил энер­гетику жизненных процессов. Это было сде­лано на основе дарвинизма. Именно бла­годаря тому, что Тимирязев был последо­вательным учеником Дарвина, он смог по­явлениям жизни с полным пони­ROB, собезья! дойти к манием их специфичности. Теория Дарв­Летом 1877 года в небольшом коттедже, где жил Дарвин, появился русский бота­ник, известный своей горячей защитой дарвинизма, К. А. Тимирязев. Тридцать с лишним лет спустя в Кембридже, во вре­мя юбилейных дарвиновских торжеств, на плечи Тимирязева была наброшена почет­ная докторская мантия Кембриджского университета. Прошло еще одно десяти­летие, и в Московском совете рабочих и красноармейских депутатов было оглашено приветствие члена Московского совета Ти­мирязева, великого дарвиниста, на склоне лет отдавшего революции последние силы, мысли и чувства. Научная деятельность К. А. Тимирязева началась в 60-х годах. Он принадлежал к тому поколению русских натуралистов, для которого дарвинизм был общественным, боевым знаменем. Пропаганда дарвинизма, начатая Тимирязевым еще на универси­тетской скамье, непосредственно примыка­ла к его общественно-политическим высту­плениям. Статья «Книга Дарвина, ее кри­тики и комментаторы» (1864) появилась в «Отечествениых записках» после статей Тимирязева «Гарибальди на Капрере» (1862) и «Голод в Ланкашире» (1863). Статьями дело не ограничилось, и в резуль­тате студенческих беспорядков Тимирязев каче­должен был кончить университет в стве вольнослушателя. В 1868 г. Тимирязев едет за границу. По возвращении в Россию он становится профессором Петровской сельскохозяй­ственной академии, а с 1877 г. наряду сковском университете. Одновременно из­под его пера выходит ряд сочинений, по­священных агрономии, физиологии расте­ний и пропаганде дарвинизма. Характерна блестящая литературная форма этих работ. Демократ-шестидесят­ник, впитавший всю вековую культуру Запада и неразрывно связанный со своим народом, писал живым, ясным и строго научным языком о самых сложных про­блемах физики и биологии. В тимирязевской пропаганде дарвиниз­ма выразился прежде всего боевой темпе­рамент ученого-революционера. Здесь нет ни одной равнодушной строки. Интересно вспомнить сейчас, какие до­воды выдвигали в России против Дар­вина. Русский антидарвинист Страхов прямо указывал на связь дарвинизма с мате­риализмом. «Все эти теории Дарвина суть только плод материалистического брожения умов, которое так сильно в Европе и со­ставляет некую болезнь в европейской науке», - писал он. Исходя из «самобытности» России, про­тив дарвинизма выступили и народники во главе с Михайловским. Наиболее страст­ным и блестящим представителем дарви­низма, борцом против всех реакционных противников теории Дарвина был К. А. Тимирязев. Он открыл дарвинизму дорогу в русскую агрономию. Еще в 60-х годах, под руководством Менделеева, он присту­пил к работе по организации опытных по­лей. Впоследствии он стал вдохновителем всей сети опытных станций. Страстная борьба против мистики, вита­лизма и реакции толкнула Тимирязева к ксследованиям, в наибольшей степени раз - яснившим тайну органического мира. После работ Дарвина раскрыть тайну хлорофила было самой важной задачей не только биологии, но и всего естество­знания. В сборнике «Солнце, жизнь и хло­рофил» Тимирязев собрал речи, статьи и исследования, посвященные действию света на растения. Первая страница сборника на­чинается с воспоминания о Роберте Майере,

Славная жизнь великого ученого (КРАТКАЯ БИOГРАИЯ) «Геологические наблюдения в Южной Аме­рике» (1846 г.). Ч. Дарвин издал также свой дневник под названием: «Путешествие натуралиста вокруг света». По возвращении из экспедиции молодой ученый поселился в Лондоне. В 1837 г. Кембриджский университет присвоил ему ученую степень магистра. Болезнь, вызванная расстройством нерв­ной системы и обмена веществ, заставила ч. Дарвина покинуть Лондон. В 1843 г. он переселился в Даун, близ Лондона. В 1838 г. Ч. Дарвин пришел к идее естественного отбора. В 1842 и 1844 гг. он составил первые наброски своей теории. После 12 лет кропотливого собирания и работу для печати. 1 июля 1858 г. резуль­таты работы Дарвина были доложены его друзьями Ляйеллем и Гукером в заседании Линнеевского общества и затем опублико­ваны в журнале этого общества. В 1859 г. вышел в свет составивший эпоху труд «Происхождение видов путем естественного отбора». Свою теорию Дарвин продолжал всесто­ронне разрабатывать. Плодом этой работы явился ряд исследований, посвященных различным проблемам биологии. Болезнь не оставляла Дарвина в тече­ние всей его жизни. Она ограничивала время, которое он мог уделять научной ра­боте. Лишь благодаря размеренному и спо­койному образу жизни, вести который Ч. Дарвин мог в значительной мере благо­даря заботам жены-друга Эммы Веджвуд, болезнь не унесла его преждевременно. Дарвин обладал ярко выраженными ка­чествами ученого. Он проявлял чрезвычай­ную научную добросовестность и строгость по отношению к самому себе. Так, его «Происхождение видов» появилось в ре­зультате двадцатилетних исследований. Дар­вин был настойчив и териелив при произ­водстве многочисленных и длительных экспериментов. Наблюдения над деятель­ностью земляных червей он продолжал в течение многих лет. Наблюдения над разви­тием растений он производил ежедневно со скрупулезной точностью. Садовник Дарви­на наивно заметил о нем: «Хороший ста­рый господин, только вот что жаль: не мо­жет себе найти путного занятия. Посуди­те сами: по нескольку минут стоит, уста­вившись на какой-нибудь цветок. Ну, стал бы это делать человек, у которого есть ка­кое-нибудь серьезное занятие?» Дарвин был необычайно скромен. Так, свою автобиографию он написал лишь для членов семьи. Издателю, настойчиво домо­гавшемуся получения биографических све­дений, он ответил: «Зовут меня Чарльз Дарвин. Родился я в 1809 г., учился, про­делал кругосветное плавание - и снова учился». Дарвин был награжден несколькими ме­далями и орденами. Многочисленные уче­ные организации разных стран присвоили ему ученые степени. Он был избран чле­ном российской, германской и французской академий наук. Его жизнь была целиком отдана науке. Болезнь и старость не сломили силы и яс­ности его ума. Еще за два дня до смерти­17 апреля 1882 г.-Дарвин, несмотря на резкое ухудшение здоровья, продолжал на­учные наблюдения.

Чарльз-Роберт Дарвин родился 12 фе­враля 1809 г. в небольшом английском городке Шрюсбери. Род Дарвина насчиты­вал ряд выдающихся ученых, обществен­ных и политических деятелей. Дед Чарльза с отцовской стороны - Эразм Дарвин был известным врачом, поэтом, философом, бо­таником и зоологом XVIII века. Дед с ма­теринской стороны - Джосайа Веджвуд создал знаменитый английский фарфор. Отец Чарльза---Роберт-Уоринг Дарвин был в свое время известным врачом. Крупными учеными были сыновья Ч. Дарвина Джордя и Френсис. Еще в детском возрасте Чарльз Дарвин увлекался коллекционированием минералов, растений, насекомых, любил рыбную ловлю в годы ученья. В 1818 г. он поступил в так называе­мую «грамматическую школу» в Шрюсбе­ри. Изучение древних языков - главный предмет преподавания в школе­не при­влекало живого и любознательного маль­чика; учился он посредственно. Позже Дарвин отзывался о роли школы в его жизни, как о «пустом месте». В 1825 г. Чарльз Дарвин поступил в Эдинбургский университет для изучения медицины. Но эта наука его не увлекала. Разочаровавшись в изучении медицины, Дарвин в 1828 г. поступает, по на­стоянию отца, в «коллегию Христа» Кем­бриджского университета для подготовки к деятельности священника. Священником Дарвин не стал. В годы ученья в знаменитом Кембриджском университете, давшем миру ряд великих ученых, Дарвин обрел свое истинное призвание. Он посвятил себя естествознанию под влияни­ем своих знакомых по Эдинбургскому уни­верситету -- геолога Энсворта и зоологов Кольдстрима и Транта, и знакомого по Кембриджскому университету -- ботаника Ганслоу. В 1831 г. баккалавр наук Дарвин был принят, по рекомендации Ганслоу, на борт корабля «Бигль», отправлявшегося в кру­госветное плавание с научными целями. Экспедиция продолжалась 5 лет (1831 1836). Дарвин произвел многочисленные наблюдения в Южной Америке, на Огнен­ной Земле, исследовал Галапагосский архи­пелаг (Тихий океан), побывал на острове Таити, в Новой Зеландии, Тасмании. Эта экспедиция сыграла роль поворот­ного пункта в развитии Дарвина как уче­ного. Он привез из экспедиции не толь­ко богатейшие коллекции. Во время путе­шествия сформировались также те первые научные догадки и предварительные обоб­шения, которые развились позже в зво­люционную теорию происхождения орга нических форм, теорию, лишившую теологию и телеологию опоры в тех обла­стях естествознания, с которыми сопри­коснулся гений Дарвина. Собранные Дарвином коллекции были обработаны с помощью привлеченной им группы ученых. Результаты этой совмест­ной работы были изложены в труде «Зооло­гические результаты путешествия на ко­рабле «Бигль». Лично Дарвин написал ряд работ, посвященных геологическим наблю­дениям экспедиции на «Бигле»: «Строение и распределение коралловых рифов» (1842 г.), «Геологические наблюдения над вулканическими островами» (1844 г.),

pел нап бор

вые пы

на, учение о клетке и закон сохранени энергии были в области естествознани главным завоеванием XIX в., который Тп­мирязев называл «веком Дарвина», Ру­ский ученый-революционер соединил в своих работах эти важнейшие открытия таким образом, в значительной степен обобщил все естествознание XIX века. пкажая Слеку даут твующ! предстая Синтез этих величайших открытий XI века был сделан на основе революционноо миросозерцания. Последовательно-револь­ционные и последовательно-материалисти­ческие взгляды сложились у Тимиряем не сразу. С «Капиталом» он познакомиля 1867 чуть ли не раньше воятз «Это было так давно, пивт отборны пания «Сoш ПОЧВУ ГИЛЬНО преодол ссии, еще не родился, а Плеханову, которе многие наши марксисты считают сви учителем, было всего десять лет» *). Но тогда «Капитал» не оставил в душе Тимирязева заметных следов. Он увлекал­ся Контом, а в политических взглядах н отличался особой четкостью. Непригляднй русской действительности он противопоса­влял западноевропейскую культуру в ц­лом. Уважение к культурным ценностям, н­копленным человечеством, Тимирязев пра­нес через всю свою жизнь, и нигде это н могло встретить такого сочувствия, как внед рядах пролетарских революционеров. Н для того, чтобы притти к революционном марксизму, Тимирязев должен был разгля­деть оборотную сторону западноевропей­ской цивилизации. Империалистическая война и Великая пролетарская революция многому научил Тимирязева. Пламенное приветственное письмо Московскому совету показывает всю   силу и чистоту его революционного чувства. Но письмо Моссовету было предсмертным. 28 апреля 1920 года Тимп­рязев умер. За несколько минут до смерти он сказал доктору Вейсброду: «Я вседа и рад чт В иь Дарви B старался служить человечеству бота в эти серьезные для меня минуты вижу ВОБрУ вас, представителя той партии, которая Вн действительно служит человечеству Боль­щевики, проводящие ленинизм,я верюрал его убежден,работают для счастья народа приведут его к счастью. Я всегда был ваш и с вами… Передайте Владимиру Ильч име. мое восхищение его гениальным разреше­Гала нием мировых вопросов в теории и на д­ле. Я считаю за счастье быть его совре­менником и свидетелем его славной дел­тельности. Я преклоняюсь перед ним их­чу чтобы об этом все знали. Передайте всем товарищам мой искренний привет и пожелания дальнейшей успешной работы про для счастья человечества». Map Последовательная защита, пропагандаи разработка дарвинизма привела одного самых великих учеников Дарвина подзн­-мена ленинизма. Б. ГРИГОРЬЕВ. *) «Наука и демократия», стр. 413 414.

в

Д

Голь

h.arwo Juy

низма. Mexa

-

25

лсы Дарин пвст првую Ал-

Портрет Чарльза Дарвина с автографом, подаренный великим ученым K. А. Тимирязеву во время встречи в Дауне (Англия) в 1877 году. (Биоло­гический музей им. К. А. Тимирязева). … Эта книга дает взглядам. КЛАССИКИ МАРКСИЗМА О Ч. ДАРВИНЕ естественно-историческую основу нашим

деное

Д

МАРКС. Письмо Энгельсу от 19 декабря 1860 г. (о работе Дарвина «Происхождёние видов»). Очень большое значение имеет работа Дарвина, она годится мне как естественно-научная основа исторической борьбы классов. МАРКС. Письмо Лассалю от 16 января 1861 г. …Дарвин, которого я как раз теперь читаю, превосходен. В этой области телеология не была еще разрушена, а теперь это сделано. Кроме того, до сих пор еще не было такой грандиозной попытки доказать историческое развитие в природе, да еще с таким успехом. ЭНГЕЛЬС. Письмо Марксу от 12 декабря 1859 г. Сама теория развития еще очень молода, и поэтому нет сомне­ния, что дальнейшие исследования приведут к очень значительному видоизменению теперешних, в том числе и строго дарвинистских, пред. ставлений о ходе развития видов. ЭНГЕЛЬС. «Анти-Дюринг».

вателе

Tenne.

Подобно тому как Дарвин открыл закон развития органического мира, Маркс открыл закон развития человеческой истории. ЭНГЕЛЬС. Речь на могиле Маркса.

и Как, Дарвин положил конец воззрению на виды животных и растений, как на ничем не связанные, случайные, «богом созданные» неизменяемые, и впервые поставил биологию на вполне научную почву, установив изменяемость видов и преемственность между ними, так и Маркс положил конец воззрению на общество, как на механический аггрегат индивидов… ЛЕНИН. «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?»

скольку, например, плоды или шарообраз­ные, или эллипсоидальные, или яйцеви­ные имеются и у яблони, и у груши, иу алычи, и у дыни, и у винограда. И. Пангало с восхищением указыва­ет, что на основании учения о гомологи­ческих рядах акад. Н. И. Вавилов пред­сказал существование в природе розового и лилового ландышей (Пангало -- «Осно­вы селекции», стр. 50). Даже не отрицая всей важности этого открытия, мы мож как совершенно бесспорный факт, устан­вить, что подобной в высшей степени уп­рощенной классификацией некоторые с­временные ученые придают чрезмерно боль­шое значение делу библиотечного коллет­ционирования, в то время как на нынеш­нем этане развития естествознания мав­ная задача состоит в обяснении явлени. в установлении их связей и опыте. Не случайно автор и горячий сторони этой теории полемизирует с Дарвиным вопросу о том, чем об яснить подражане одних видов и родов другим в формео­раски, В то время как Дарвин обяена эти явления так называемой «мимикрией», отбором, автор «теории гомологических ра­дов» приписывает их тому, что различи семейства и роды подвержены тождеств ной изменчивости: явления мимикрии не люстрируют не роль «отбора в созда форм, как это склонны были предполагать дарвинисты, а общую организованному ру повторность форм изменчивости». стр. 53). ды 2-го Всероссийского с езда по селек Можно ли примирить с дарвинизмом про­тивопоставление гонотипа фенотипу, п­тивопоставление генотипа, якобы неизмен­ного в бесконечном ряду поколений, якобы составляющего основу живущего, - нотипу, как его изменчивой, непостоянно! внешности? Можно ли примирить с дарв­низмом излюбленное современными генет­ками вульгарное сравнение германског профессора Бауэра, уподобляющего феноти платью, в которое одевается, в зависимо­сти от условий среды, прирожденный, не­изменный генотип? Известно, с какой страстностью бичевал Тимирязев теорию так называемой бес­смертной зародышевой плазмы Вейсмана, теорию, которая противопоставляла якобы (Окончание см. на 3-й стр.)

дельную частицу (ген). Говорят, будто бы сторонниками неизменности генов в бес­конечном ряду поколений являются только второстепенные ученые и что поэтому буд­то бы не стоит их критиковать. ГоворятK. также, будто бы теория неизменности генов есть устарелая точка зрения одного только Подзи, не встречающая будто бы поддерж­ки среди крупных современных ученых. Однако это возражение нам кажется недо­статочно серьезным. Если бы дело обстоя­ло так, то почему некоторые виднейшие генетики до последних лет не критиковали эту точку зрения, а, наоборот, своими фор­мулировками ее поддерживали? Наконец, если это так, если у некоторых крупных современных ученых антидарвинистские ошноки являются в их теории лишь слу­чайностью, не характеризующей их науч­ных позиции, то почему бы не поступить им в отнощений отдельных своих ошибок так, как этого требует достоинство серьез­ного ученого, то-есть подвергнуть эти ошибки суровой самокритике? Идет ли по дарвинистскому пути так называемая теория гомологических рядов? В самом деле, одна из величайших заслуг Дарвина заключается в том, что вместо линнеевской классификации на основании только отличий в органах размножения он вылвинул идею классификации организмов я, именно дар­вин опрокинул раз навсегда закрепленные границы классов, родов и видов, связал с лел ограниченный метафизический харак­их пройсхождением и тем самым преодо­тер додарвинистского естествознания. Как известно, согласно выдвинутой не­которыми современными учеными «теории гомологических рядов», и рожь, и пшени­ца, и ячмень, и просо, и сорго, и кукуру… за, и пырей оказываются в одной системе, характеризующейся параллельными рядами изменчивости, потому что у каждого из этих сельскохозяйственных растений имеется зерно и крупное, и мелкое, и сред­нее; колоскии остистые, и безостые; , зерна и круглые, и удлиненные; у каж­дого из этих растений оказываются виды высокие, и средние, и низкие, На осно­вании той же «теории гомологических ря­дов» и яблоня, и груша, и алыча, и тома­ты, и дыня, и виноград фигурируют в од­ной системе, поскольку представители этих самых различных семейств обладают парал­и лельным гомологическим рядом форм, по-

наличие каких-то первичных центров происхождения, где может быть по тем или иным причинам сконцентрирован весь за­пас этих генов. В географических центрах происхож­дения «заключаются все гены, все воз­можности наблюдающегося сортового разнообразия в скрытом, криптомерном состоянии». (К. И. Пангало - «Основы селекции», стр. 80). «Тот запас генов, который имеется сейчас во всех гражданах СССР, имеет тенденцию, как показывает теория, дли­тельно сохраняться без заметных нений…» (А. С. Серебровский-«Антро­погенетика и евгеника в социалистиче­ском обществе», стр. 7). изме­совершенно, что теория концентра­ции всего запаса ныне существующих ге­нов культурных растений в диких расте­ниях, в каких-то центрах происхождения, теория о том, что в центрах происхожде­ния концентрируется вся наследственная система форм вида, что там представлено все богатство сортов, так же как и идея неизменности запаса генов, присущего тем или иным народам, или родственная этой прис­идее идея особой ценности генов, прису­щих народам арийской расы,- несовмести­мы с учением Дарвина о развитии, Ибо величайшая заслуга Дарвина в том и зак­лючается, что он об яснил теорию образо­вания всего многообразия ныне существую­щих форм из нескольких форм путем тех изменений, которые воспроизводятся в по­томстве, и путем отбора. Ясно, что теория неизменности генов в корне противоречит дарвиновской теории развития и представляет собой возврат к теориям, господствовавшим в естествозна­нии до Дарвина. Известно, что до Дарвина господствовал догмат постоянства, неизменности видов. Известно, что до Дарвина природа не пред­ставлялась чем-то исторически развиваю­щимся, природа считалась, раз она уже возникла, неизменной, Этот догмат Дарвин разгромил, установив историческую преем­ственность всего жившего и живущего. Современные же сторонники неизменно­сти генов делают шаг назад, даже по срав­нению со сторонниками неизменности ви­дов, об являя неизменным в бесконечном ряду поколений даже не вид. а заложен-

Я. А. ЯКОВЛЕВ

дарвинизме и некоторых антидарвинистах роль в этом превращении естествознания   из науки, только собирающей факты, в науку, об ясняющую изменение и разви­тие органического мира, Энгельс назы­вает теорию развития, впервые системати­зированную и обоснованную Дарвиным Как бы предвидя будущие наскоки различных антидарвинистов на теорию Дарвина, как теорию развития, Энгельс предупреждал еще в 1886 году о том, что теория Дарви­на решает более чем удовлетворительно проблему развития органического мира и что она сохранит свою силу и свое значе­ние, какие бы превращения ей ни пред­стояли в отдельных частностях. Известно, какое крупное место среди Известно, какое крупное место среди современных ученых заняли специалисты, проповедующие неизменность генов в бес­конечном ряду поколений. Вот почему мы сомневаемся в том, что Дарвин из наших сельскохозяйственных вузов и из нашей сельскохозяйственной литературы исчез случайно, по недосмотру. Не сыграл ли здесь большую роль, чем случайность, тот факт, что сторонники неизменности генов в бесконечном ряду поколений должны себя чувствовать задетыми беспощадной крити­кой Дарвина не меньше, чем сторонники неизменности видов, которых в свое время беспощадно бичевал Дарвин? Кто же открыто выступает против дар­винизма? Никто, кроме явных мракобесов и неучей, Каждый ученый понимает, что выступать открыто против Дарвина -- зна­чит похоронить свое научное имя, и по­этому противники дарвинизма оспаривают по существу учение Дарвина о развитии, сохраняя на словах преданность дарви­низму. У таких ученых всегда есть в за­пасе десяток питат из их произведений, насыщенных комплиментами Дарвину, Од­Среди некоторых ученых-сельскохозяй­ственников имеет распространение совер­шенно неправильная теория, что-де дарви­низм-это старина, которой следует кла­няться, но которой можно не следовать, что-де дарвинизм или переработан по су­ществу или отвергнут открытиями совре­менной науки. В виду этого дело с изучением, развити­ем и популяризацией дарвинизма обстоит у нас неблагополучно. В частности со демии перестали изучать Дарвина. смертью Тимирязева в Тимирязевской ака­Если даже допустить, что «Происхожде­ние видов» Дарвина устарело в той или иной части, в той или иной детали (что, конечно, не исключено, наука ведь дви­жется вперед), то все же «Происхождение видов» или «Происхождение человека» по глубине применения теории эволюции к явлениям органического мира, по ширине охвата всего развития органического мира, по силе дарвиновской атаки против сторон­ников неизменности видов являются пока непревзойденными трудами в области есте­ствознания. В самом деле, можно ли примирить с теорией Дарвина теорию неизменности ге­нов? Эта теория заключается в том, что будто бы в природе дан определенный за­пас неизменных генов, обреченных в бес­конечном ряду сменяющихся поколений на полную неподвижность, на неизменяемостьЯсно на постоянную повторяемость, Эта теория, далее, рассматривает все изменения в при­роде лишь как результат перекомбинаций данных неизменных генов: сумма форм при этих перекомбинациях остается постоян­ной, неизменной, опять-таки строго огра­ниченной в бесконечном ряду нисходящих поколений, -- исключения из этого пра­вила, именуемые мутациями, происходят вила, именуемые мутациями, происходят лишь случайно, внезапно, по неизвестным причинам раз в десятки или даже сотни тысяч лет. Вот что по этому вопросу пишет вид­ный специалист проф. К. И. Пангало: «Томозиготный генотип самоопылите­лей представляет собой как бы совер­шенно замкнутую систему генов, своей конструкцией и механизмом опыления обреченную в перспективе сменяющих­ся поколений на полную неподвижность, на неизменяемость, на постоянную по­вторяемость, Генотип гетерозиготный, правда, меняется, распадаясь, расщеп­ляясь в своем потомстве, но этот рас­пад является в сущности лишь пере­комбинацией имеющихся в генотипе ге­нов, не доставляя ничего нового, и сум­ма форм любой расщепляющейся гете­розиготы всегда оказывается постоян­ной, неизменной, строго ограниченной в бесконечном ряду нисходящих поколе­ний». (К. И. Пангало­«Основы селек­ции», стр. 91). Если природа владеет известным запасом

Мы здесь целиком стоим на позиции, изложенной Энгельсом в 70--80-х годах прошлого столетия как в «Анти-Дюринге», так и в «Людвиге Фейербахе». Энгельс ука­зывал тогда на величайшее значение пере­ворота в естествознании, который произо­шел в девятнадцатом веке. Если равьше естествознание было преимущественно со­бирающей и систематизирующей наукой, наукой о готовых, раз навсегда закончен­ных, неизменных предметах, то теперь естествознание стало наукой о происхож­дении, изменении и развитии предметов, о связи, соединяющей явления. Среди трех великих открытий (открытие клетки, закона превращения энергии, тео­рии Дарвина), которые сыграли решающую

нако мы не можем судить о современных теориях только на основании того, что их неизменных генов и все происходящее в природе может быть об яснено исходя из

 авторы клянутся в верности дарвинизму. этого запаса, то естественно предположить ную в половой клетке хромозому и ее от-