Среда,

17

ноября

1937

г.,

№

53

(399)

3

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО «Человек с ружьем» человеческие слова, действие теряэт напря­женность, конфликты делаются искусствен­ными и бесцветными. Характерно также, что и в спектакле вахтанговцев все эпизо­ды н доме Сибирцевых не получили никако­го сценического оправдания. Больше того именно в спектакле в еще большей степени, чем в тексте пьесы, обнаружилась их ник­чемность. Постановщик Р. Н. Симонов по­ставил эти сцены так, как они написаны у Погодина, - и получилось плохо,-поверх­ностно, а порой и безвкусно. Именно потому, что не эти сцены главные в спектакле - о них нужно говорить, Весь строй, характер патетического спектакля вахтанговцев обязывал их к предельной чи­стоте художественного языка. Работа двух актеров -- Б. В. Щукина, которому отныне будет кринадлежать честь первого сцени­ческого воплощения образа Ленина, и И. М. Толчанова, играющего Ивана Шадрича, должна была служить примером для всего исполнительского коллектива этого спек такля. * Режиссуре и актерам театра им, Вахтан­гова удались люди революции, большевики, рядовые солдаты и бойцы великих октябрь­ских дней. Просто и мягко играет Николая Чибисова О. Ф. Глазунов. Есть в характере, созданном Глазуновым, и настоящая напо­ристость, и убежденность, и внутренняя си­ла. Труднее пришлось А. И. Горюнову, игра­ющему матроса Дымова. Сколько их уже перебывало на советской сцене, этих слав­ных и беззаветных «братишек», отважных и отчаянных сынов Великой социалистиче­ской революции, приносящих с собой в трудную и напряженную борьбу юмор, гря­моту и почти инстинктивную убежденность в правоте своего дела. Безногий матрос в «Шторме» Билль-Белонерковского или Швандя в «Любови Яровой» Тренева уже создали некую актерскую традицию, с успа­хом продолженную Горюновым. Есть известная традиционность и в образе Надежды, жены Шадрина, созданном Е. Г Алексеевой, Простодушие, какую-то очаро­вательную непосредственность Надежды E. Г. Алексеева делает своеобразным коми­ческим аттракционом в спектакле. Едва ли это следовало делать, тем более, что в об­разе, созданном Алексеевой, есть и настоя­щая мягкость и подлинная теплота. Хорошо воссоздал излюбленные им петер­бургские пейзажи художник В. В. Дмитри­ев. Октябрьский Петроград Дмитриев по­казывает сквозь легкую пелену осеннего тумана, умно и изобретательно находя точ­ки, с которых город предстает зрителю. Режиссура показала себя со всей силой именно в тех сценах, в которых и драматург  и художник передают атмосферу города ре­волюции, города раскаленного, тревожного и насторожившегося. Таким остается в созна­нии зрителя этот спектакль - превосход­ное в основных своих чертах сценическое воссоздание величественных и героиче­ских дней, величественных и героических дел, величественных и героических образов. C. ЦИМБАЛ в театре им. Вахтангова   ра, Исключительно сильна сцена беседы   Ленина с Шадриным в коридоре Смольногоb. Актеру удалось с настоящей силой показать то высокое, органическое уважение, которое  испытывал Ленин к этому солдату, по­чти еще совсем темному и ничего толком не знающему И в волнующем телефонном раз­говоре со Сталиным и в выступлении на ми­тинге у Смольного -- он одинаково прост и серьезен, точен в определениях, ясен и вни­мателен. От сцены к сцене Щукин освобождается   от известной напряженности, которой отме­чен был его первый выход, Думается, что точно так же от спектакля к спектаклю бу­дет расти замечательный образ, созданный им, образ, который по граву должен быть признан этапным для всего советского ак­терского творчества. Рядом с образом Владимира Ильича Ленина, созданным Щукиным, стоит в спек­такле образ Ивана Шадрина, делающий честь его создателю И. М. Толчанову. Надо сказать, что в образе Шадрина с наиболь­шей, пожалуй, силой сказались все достоин­ства погодинской драматургии Шадрин жи­вет на сцене живой жизнью. В Шадрине драматург заметил множество, казалось бы, частных человеческих черт, делающих его фигурой в равной мере и своеобразной и ти­пической. Но, отдавая дань драматургу, на­до при этом сказать, что успех Ивана Шад­рина в спектакле вахтанговцев он по праву разделяет с Толчановым. Умно и последова­тельно показывает Толчанов внутренний рост своего героя, рост его мыслей, его са­мосознания, Огромная тема, поднятая Погодиным, обя­зывала драматурга прежде всего к извест. ной, что ли, дисциплине. Нельзя было ни в коем случае, разрабатывая эту тему, разбра­сываться и рядом с основной драматурги­ческой задачей выдвигать темы, возникаю­щие попутно. Такой темой в «Человеке с ружьем» ока­залась вся линия семьи Сибирцевых, изоб­раженной Погодиным надуманно. Зловещая «бабушка Лиза», терроризирующая весь дом своей пропавшей кошкой, истерическая же­на Сибирцева, глуповатый сын Сибирцевых Виталий - все они попадают в гьесу напе­рекор ее драматургической логике и воп­реки здравому смыслу. Люди, ожесточенно сопротивлявшиеся социалистической рево­люции, встретившие ее не только бещенны­ми проклятиями, но и пушками интервен­тов, представлены в пьесе в виде манекено­образных болтунов, Таковы все эти дейст­вующие в пьесе без имен и фамилий «каде­ты», «волжанины», «иностранцы». Иногда создается впечатление что Пого­дин пользуется эпизодами в доме Сибирце­вых ради баловства В порядке развлечения зрителей он устраивает парад прислуги Си­бирцевых, поиски пресловутого бабушкино­го кота эпизоды, лишенные не только смысла, но и подлинной сатирической сст­роты, Вообще характерно, что, отходя от своей главной темы, Погодин утрачивает и настоящее драматургическое мастерство. В лексиконе его исчезают живые весомые «Земля» в Саратове

Свою пьесу о великих днях социалистиче­ской революции Николай Погодин начинает  сценой в окопах империалистической вой­ны Рядовой солдат Иван Шадрин отправ­ляется в отпуск в Петроград. По осенним, суровым петербургским улицам, по площа­дям и набережным готового к бою города ведет Погодин своего героя в самую гущу исторических событий, к сердцу социали­стической революции -- к Смольному, Путь Ивана Шадрина, путь «человека с ружьем», вырастающего в бесстрашного бойца рево­люции, в большевика, организатора и коман­дира, и составляет существо и смысл пого­динской пьесы. Задача, которую драматург пытался ре­шить, огромна. Иван Шадрин, «человек с ру­жьем», - это воля народа, воплощенная в простом и сильном шадринском характере В коридорах Смольного Шадрин встречает­ся с человеком, самое имя которого стало  символом, знаменем и лозунгом борьбы ре­волюционного пролетариата, Вот они стоят лицом к лицу - безымянный солдат с фронта и великий вождь пролетарской ре­волюции, и, оказывается, им есть о чем поговорить, о чем посоветоваться друг с другом и чем поделиться. Именно здесь, в этой, казалось бы, неожи­данной и случайной встрече раскрывается величие ленинской революционной тактики истратегии, ленинского руководства, ленин­ского умения прислушиваться к массам и вести их за собой. Ту же тему гродолжает змечательный разговор Ленина с комисса­ром по топливу, та же, наконец, мысль воп­лощена и в образе Николая Чибисова, питер. ского пролетария, большевика, воспитанно­о партией, воспитанного Лениным и Сталиным. Первый выход Шукина заставляет насто­ржиться. Зрители не простят актеру ни сценического своеволия, ни фальши, ни наигрыша, Каждый в душе считает, что в   его сознании сложилось наиболее точное представление о том, как говорил, двигал­ся, смотрел и слушал Владимир Ильич. И каждый бережет в себе образ Ленина, и каждый где-то втайне по этим именно при­чинам настороженно ждет первый щукин­ский выход. И вот он появляется, стремительный и волевой, со своим характерным накло­ном головы, со своей индивидуальной, свое­образной жестикуляцией, и первое чувство, хватывающее зрителей, -какое удивитель­ное, какое непостижимое сходство! Это чув­ство вначале мешает воспринимать замеча­тельную работу художника во всей ее глу­бине. И только в дальнейшем становится ясно, что сходством не исчерпываются твор­ческие достоинства работы Щукина. Несомненно, что в процессе подготови­тельной работы над ролью Щукин стре­мился к предельно точному, почти педан­тичному внешнему сходству с Лениным. Но виртуозно воспроизведя внешний облик Ленина, - он не мог не пойти даль­ше - он должен был искать сходство внут­реннее. И здесь успех был создан удивительным, неповторимым сценическим обаянием акте-

Сегодня в запах Гос. Третьяковской галлереи открывается выставка живопи­си, скульптуры и графики художников Грузинской ССР, На фото: один из экс­понатов - картина худ. И. Мариаша «Товарищ Сталин читает письмо, полу­ченное от Ленина». Выставка искусства Грузинскойр Портреты товарищей Ленина, Сталина, Ворошилова, Орджоникидзе украшают пер­вый зал выставки живописи, скульптуры и графики Грузинской ССР. Этот зал как бы вступление к яркой и красочной повести о счастливой Советской Грузии. Первый и самый интересный раздел вы­ставки посвящен истории большевистских организаций Грузии и Закавказья. Маленький домик в Гори, где родился товарищ Сталин. Вот Иосиф Виссарионович в детстве, в юношеские годы. Мы видим его первые революционные вы­ступления. Сталин на митингах, во главе демонстрации забастовщиков, на годполь­ном заседании партийного комитета, среди железнодорожников, крестьян. Мы видим его в тюрьме. в ссылке, читающим письмо  Ленина, в Таммерфорсе, пожимающим руку ьичу при встрече. живые эпизоды из истории партии, из истории борьбы за ос­вобождение трудящихся проходят перед глазами зрителя. Войдите в следующий отдел, и вы увиди­те, как выросла и расцвела Советская Гру­зия. Счастливые люди, цветущие сады, ве­личественные плотины электростанций, но­вые грандиозные дома под небом социали­стической Грузии. Последний отдел посвящен искусству дореволюционной Грузии. Экспонаты этого отдела знакомят зрителя с замечательной историей грузинского искусства: от фресок VII в до картин художников начала А в. здесь представлены интереснейшие образ­цы грузинского искусства: древние фрески. средневсковые иконопись и барельефы, предреволюционная живопись. Всего на выставке представлено 319 ра­бот. Из них - 147 картин маслом, 124 про­изведения графики, 32 скульптуры и 16 фресок и мозаик. Выставка размещена в 8 залах Московской государственной Третья­ковской галлереи. Торжественное открытие выставки состоится сегодня в 4 часа дня. Монографии о народном искусстве Институт художественной промышленно­сти Всекопромсовета готовит к печати многотомную, богато иллюстрированную монографию «Народное искусство СССР в художественных промыслах». Монография выйдет в издательстве «Academia». Первый том посвящен художественным промыслам РСФСР. В нем говорится о резьбе по дереву, кости и камню, дере­вянной скульптуре, мозаике, чеканке, чер­ни по серебру, финифти, металлическом литье, лаках Палеха, Мстеры, Федоскина, Холуя, Жестева. а также изделиях из ка­мня и глины. Первый выпуск выйдет в пыпешнем году. Следующие томы посвящаются народно­му искусству союзных республик. 

Овадис»

«Семья

партии Мотя, отдающий свои силы строи тельству еврейской области. И именно потому, что Маркиш чув­ствует и понимает прошлое своего народа, он сумел нарисовать его будущее. Имен­но поэтому так органична в пьесе вто­рая ее линия борьба за нерушимость границ страны Советов. Они, эти моло­дые отпрыски маккавзев, достойны того, чтобы стать в одну шеренгу с Котельни­ковым, с представителями всех националь­ностей СССР для охраны священных рубе­жей социалистической родины. Народный артист республики С. Михоэла дал пьесе глубокую реалистическую трак­товку. Декотации А. Тышлера на этот раз привлэкательны своей реалистической про­стотой. Прекрасна музыка Л. Пульвера. Главные рели пьесы нашли в Госете отлич­ных исполнителей, С. Михоэлс, исполняю­щий роль Зайвла, может быть, излишне сим­волизирует образ, порой слишком подчерки­вает трагические ситуации. Но своей пре­восходной игрой талантливый артист вопло­щает идею пьесы, и зритель проникается любовью к этому человеку, в первом дейст­вии сварливо и упрямо добивающемуся воз­вращения сына из Палестины, а в финале приветствующему красных пограничников, в ряды которых вступил его младший сын. Прекрасный образ Мотьки секретаря райкома создал засл. арт. республики В. Зу­скин. Это безусловно трудная роль, кото­рую пришлось создавать отдельными штри­хами. И Зускин тонко соткал эту роль: ка­ждый жест продуман каждое движение проникнуто простотой и скромностью, кото­рые отличают руководителя-большевика. Обаятелен арт. Д. Финкелькраут в роли деда Аврама, Артистка Л. Ром просто и те­пло играет роль матери, любящей и покор­ной, находящей в себэ силы противостоять большому горю утраты сына и в празднич­вом платье проводить на заставу второго. роль Ирины засл.

Перец Маркиш -- один из талантливей­ших современных еврейских поэтов. Его стихи проникнуты то суровым «верхар­новским» гневом, то мягкой и нежной лиричностью. Поэт широких интернацио­нальных тем, он всегда национален: клей­мит ли он варварство кровавого фашизма, шлет ли вдохновенный привет испанским братьям или поет о победах своей счаст­ливой родины. Он хорошо знает еврейский народ, его вчера и сегодня, видит его ра­достное и цветущее завтра в братской семье народов Советского Союза. Как и поэзия Маркиша, его пьеса «Семья Овадис», поставленная Московским государственным еврейским театром к 20-й годовщине Великой социалистической рево­люции, интернациональна по своей идее: она говорит о любви советских народов к своему социалистическому отечеству, об их беззаветной преданности партии Ленина­Сталина, об их готовности отдать свою жизнь для защиты Советской страны. Но пьеса в то же время национальна: в ней обрисована еврейская семья, на­шедшая радость труда на полях Биробид­жана, дружно защищающая нашу дальнево­сточную границу. Зайвл Овадис понимает непреложность законов новой жизни, благодаря которым У Зайвла Овадиса четыре сына. Мотя секретарь райкома партии, Шлеймка пограничник, Калмен - плотогон, четвер­тый уехал в Палестину. Для своих брать­ев он стал чужим. Но Зайвл до сих пор чувствует в нем свою кровь, хочет, чтобы все четверо, как дубы, окружили его. сын его Калмен женится на казачке Ири­не, а дочь Броха выходит замуж за на­чальника пограничной заставы Бойко, Но ему трудно примириться с тем, что вну­ки будут не евреи и не русские, а «по­граничные». Шлеймка погибает в бою с японскими

 

Начиная с 5-й картины, фальшивые нот­ки звучат в постановке все чаще и чаще. Приспешники Антонова предстают перед зрителями как безвольные истерики и меч­татели. Между тем, они - гнусные, упор­ные враги. не Обясняется это тем, что режиссеры не имели единого постановочного плана. Ди­рекция поручила постановку четырем ре­жиссерам сразу. Но коллективная работа была обеспечена, каждый режиссер ст.- вил «свои» сцены, и только перед спектак­лем режиссеры, спохватившись, срочно за­нялись наконец сглаживанием всех шеро­ховатостей постановки. Делалось все это наспех. Многое так и не удалось исправить, Работу театра тормозило и отсутствие окончательного варианта текста, Отдельные сцены переделывались в процессе работы много раз так как в театр все время по­ступали поправки и дополнения. За не­сколько дней до премьеры репертуарный сектор ВКИ прислал в Саратов окончатель­ный вариант пьесы, разработанный авто­ром совместно с МХАТ. B. ПАХОМОВ Саратов.

Саратовский областной драматический театр показал к юбилею Великой пролетар­ской революции пьесу Н. Вирта «Земля», Карганов мастерски показывает, как про­стой крестьянин-середняк под влиянием идей партии Ленина Сталина становится подем актеров дал Большой возможность театру осуществить эту по­становку в очень короткий срок - всего с 30 репетиций. Театр занял всех ведущих актеров труппы. Лучшее актерское достижение спектакля -исполнение роли Фрола Баева (засл. арт. республики Карганов). Фрол хорошо ви­дит, что ему не по пути с кулаком Сто­рожевым Поняв, что Антонов служит Сто­рожеву, мельнику и другим мироедам, Фрол  решает итти за правдой к Ленину, Кар­ганову удалось ярко показать этот перелом в сознании Фрола. Фрол идет дет к Ленину не как ходок-одиночка, а как представитель крестьянства. С особенной теплотой прово­цит Карганов сцену возвращения Фрола в родное село, Радость его понятна - он принес самое дорогое для крестьян, принес  то, что искал всю свою жизнь и наконэц нашел - ленинскую большевистскую прав­ду. Рассказ Фрола о встрече и разговоре с Лениным - один из лучших моментов спектакля. И здесь и в следующей картине активным борцом за рабоче-крестьянское дело. Роль крестьянки-матери Мавры испол­няет артистка Стрижова. Зрителя захваты­ваэт замечательная игра Мавры - Стри­жовой в сцене поисков бандитами-анто­новцами ее скрывающегося сына-коммуни­ста. Хорошо играет Алешку артист Денисов. Обаятельный образ дочери Фрола Наташи создает артистка Соболева. Отлично провел свою сцену встречиc братом Алешкой заслуженный артист рес­публики Слонов, играющий в пьесе роль Листрата. Скупыми, строго продуманными приема­ми показал артист Григорьев озверевшего, но хитрого врага Сторожева К сожалению, к концу спектакля (в 5-й, 6-й и 7-й карти­нах) Григорьеву несколько изменило его художественное чутье. Он пытается оты­скать в роли Сторожева некие смягчающие вину «психологические обстоятельства». Вместо этого надо было до конца разобла­чить Сторожева, как злейшего врага народа.

диверсантами. Зайвл еще не находит в се Просто и приятно провела бе сил принять весть об этом, как весть артистка республики С. Ротбаум. о замечательном геройском подвиге сына. И когда младший сын Калмен заявляет, что хочет занять место брата на заставе, отец и мать воспринимают это вначале как новое горе, свалившееся на них. Перец Маркиш отказался от сглажива­ния острых углов. Он не побоялся изобразить Зайвла со всеми предрассудками, которые в течение столетий прививались народу эксплоатато­рами. И это с еще большей силой подчерки­вает значение перелома, который происхо­дит в семье Овадис. Надо уметь, изображая прошлое, пока­вывать настоящее; можеет быть, еще труд­нее, изображая настоящее, показывать прошлое, Маркиш сумел, рисуя сегодняш­нюю жизнь еврейской семьи в Биробид­жане, напомнить зрителю о силе и геро­изме маккавеев. Ибо отпрыски маккавеев, конечно, не герон «Заката» Бабеля, а ста­рый Аврам, который в бурю гонит пло­ты, его сын Зайвл, председатель еврейско­го колхоза, ведущий геркулесову борьбу с природой, пограничник Шлеймка, самоот­верженно сражающийся с диверсантами, брат его Калмен, идущий на его место в пограничный отряд, и секретарь райкома  Второстепенные роли недоработаны авто­ром, сосредоточившим внимание на основ­ных персонажах, Это относится и к доче­ри Зайвла Брохе (арт. Э. Карумер), и к начальнику заставы Бойко (арт. Я. Герт­нер), и к Мирл (арт. Р. Именитова), и осо­бенно к Билову (арт. Г. Луковский). Пье­са ничего не потеряла бы, если бы Мирл в ней отсутствовала, но от присутствия Било­домистах борократа, чтобы показать секре­таря райкома Мотьку заботящимся о повсе­дневных нуждах населения, ненавидяшим ббров боретимс о до он обратного: зритель недоумевает, почему века у себя в аппарате. Эту сцену лучше всего удалить из спектакля. «Семья Овадис» -- один из лучших спек­таклей Госета на протяжении всей его ис­тории, один из значительнейших спектак­лей, созданных советской драматургией и советским театром к 20-летию Великой Ок­тябрьской социалистической революции. Это замечательный спектакль о еврейском народе, строящем новую жизнь и защища­ющем свою горячо любимую родину. м. живов

в MХAТ  союза рабочего класса с крестьянством. Она показывает нерушимую силу этого союза, руководимого коммунистической партией. Пьеса «Земля» значительно отличается от романа «Одиночество», в котором разраба­тывается та же тема: разгром кулацко-эсе­ровского восстания, Центральной фигурой Ужестал крестьяний серед няк Фрол Баев, Это верно политически. Это убедительно и художественно. Середняк Фрол в прекрасном исполнении артиста Грибова - это монументальная, за­мечательная фигура русского крестьянина­середняка. Он любит землю, любит честный труд, любит жизнь, любит правду. Он нашел глубокую человеческую правду в том, что Октябрьская социалистическая революция отдала землю народу, изгнав помещиков. Но молодая советская страна вынуждена была обороняться от интервентов, должна была разгромить белогвардейские полчища, угрожавшие стране. Затянувшаяся война требовала от рабочего класса и крестьянства   напряжения всех сил. Хозяйство пришло в упадок, Крестьяне по продразверстке от­давали стране все излишки продуктов. Фабрики же и заводы не могли еще дать крестьянотву все ему необходимое . Драматург и театр хорошо показали ко­лебания середняка Фрола, который на ко­роткое время стал орудием в руках клас­совых врагов Антонова и Сторожева - ор­ганизаторов кулацко-эсеровского восстания. Но жизнь, факты очень скоро убеждают Фрола в том, что он глубоко ошибся. В са­мом деле: кулак Сторожев - его сосед -- получает землю обратно. Он уже мечтает о тысячах десятин, Он забирает большую си­у, становится единовластным хозяином села.

туманно-мистических фразах. Вредно недооценивать силы врага и упрощать его. Точно также ошибочно приписывать врагу нисколько несвойственную ему психологи­ческую «многозначительность». По этой же причине сцена в церкви может быть снята без воякого ущерба для спектакля и, пожа­луй, с пользой для развития темпа дейст­вия. Драматурга надо упрекнуть в том, что образ Листрата, командира партизанского отряда, рабочего-большевика, обрисован с недостаточной глубиной, Артист Добронра­вов ровно и мягко, с темпераментом прово­дит свою роль, но чувствуется, что каждый раз когда ему надо убеждать противника (особенно брата Алешку), ему нехватает слов, именно текста, а не актерских средств. Добронравов мастерски проводит сцены встречи с матерью и Лешкой -- именно по­тому, что здесь у него больше всего простьх, человеческих слов . Замечательно искренне проводит роль старухи Мавры А. Зуева. Сколько нежности, неизбывного материнского горя, сколько не­высказанных, выстраданных дум сосредото­чено в этой старушке-матери. А. Зуева в сцене встречи Листрата с Алешкой застав­ляет верить, что вот именно такой, а не иной была Мавра -- беднячка, хлебнувшая горя в своей долгой трудовой жизни. Артисты В. Топорков (Антонов), В. Грибков (Ишин), А Кильцов хорошо показывают гнусность врагов, разложение и маразм в среде эсеро­кулацких бандитов. В. Белокуров играет батрака Алешку правдиво, искренне. Этот образ ярок и запоминается. Тяжеловато и неубедительно в некото­рых картинах оформление (особенно в пос­леднем акте). Декорации В. Рындина в дру­гом юбилейном спектакле («Белеет парус») ярче и интереснее. В результате огромной творческой работы, проделанной режиссерами Л. Леонидовым и Н. Горчаковым и трунпой, МХАТ создал вы­сокохудожественный спектакль. Будем с не­терпением ждать следующей постановки Л. Леонидова. ИОГАНН АЛЬТМАН

ма, ею оплодотворена, ею живет. И если   именно это мы почувствовали в игре А. Гри­бова, то не значит ли это, что актер понял глубочайшую сущность образа Фрола? Действительно, образ Фрола -- централь­ный в спектакле «Земля». Столкновение Фрола с кулаком Сторожевым - стержень драмы. Здесь - узел политический, узел художественный, здесь - ключ к уразуме­нию центрального конфликта и всего дви­жжения драмы.

щая правда. С ней, с этой правдой, надо ит­ти, за нее надо бороться, за нее, за правду, надо грудью стоять, за нее, если придется, надо и голову сложить. Фрол, убежденный глубоко-человеческой теплотой Ленина, пре­ображается в истинно-народного героя. Фрол возвращается из Москвы, раз ясняет крестьянам, что надо кончать с антоновщи­ной, раз ясняет смысл ленинской политики. Мало того, он сам едет в штаб Антонова, что­бы сказать ему прямо, что о нем думает на­род, что о нем думает он, крестьянин Фрол. Ленина не только «листы» - декрет о прод­налоге. Он получает вечную веру в то, что за Лениным, за большевиками - настоя­Потрясает сцена гибели Фрола в штабе Антонова. Когда Фрола начинают избивать, он широко распахивает окна и в темную ночь кричит: «Народ!». Фрол знает, где прав­да, где сила. Он бросает в лицо врагам гнев­ные слова, полные презрения. Он произно­сит пророческие слова о победе народа, сло­ва полные человеческого величия и убеж­денности. И зритель видит, что минуты ан­тоновщины сочтены. Народ расправится с антоновщиной окончательно. Артист А. Н. Грибов с подкупающей про­стотой передает все мысли, поступки Фрола. Актер создал правдивый образ середняка­крестьянина, заключающего нерушимый со­юз с большевизмом, Актеру удалось пока­зать, что конкретная борьба Фрола за зем­лю неотделима от борьбы за жизненную правду. Тема «Земли» перерастает в обще­человеческую тему «о смысле жизни». Ак­тер Грибов от лица Фрола утверждает, что «смысл жизни» - не в толстовском аки­мовско-каратаевском опрощении, самоотре­чении, самоограничении, непротивлении; смысл жизни даже не в том, чтобы найти для себя «точку», утэшать других, остава­ясь, в конце-концов, изолированным от лю­дей холодным и бездушным наблюдателем чужих горестей и печалей. Грибов - Фрол уразумел смысл жизни, и не в том только, чтобы добиться благополучия для себя и од­носельчан Он находит единую и единствен­ную цель жизни -- благо всех людей, благо не только материальное, но и духовное свободный труд на свободной земле. Фило­софия Фрола идет от философии большевиз-

все соки, Кровью и потом добывался хлеб  насущный, И перздовые писатели всего ми­ра вновь и вновь возвращались к этой теме. Эмиль Золя («Земля»), Глеб Успенский, Чехов («В овраге», «Мужики») обнажали язвы эксплоататорского строя, показывали каторжный труд людей земли. «О, какая суровая, какая длинная ма, --- писал Чехов в «Мужиках». -- с Рождества не было своего хлеба и муку покупали… В хлеве день и ночь раздава­лось мычание голодной коровы… Тяжкий зи­труд от которого по ночам болит все тело, жестокие зимы, скудные урожаи, теснота, помощи нет и неоткуда ждать ее…». а И вот - великий рубеж времен. Произо­шло событие всемирно исторического значе­ния. Победила Октябрьская социалистиче­ская революция. На развалинах царской России выросло и укрепилось советское сударство, Большевизм осуществил вековую мечту крестьянства о земле, Руководимое рабочим классом, крестьянство получило зе­млю, о которой мечтало века и тысячеле­го­тия. Изгнание помещиков, затем победа над ку­лачеством, победа колхозного строя, сотни тысяч сложных сельскохозяйственных ма­шин, облегчивших труд крестьян, счастли­вая жизнь на родной земле, свободная ра­достная жизнь, созданная свободным тру­дом, упорной борьбой, страстной волей на­рода, - всего этого советское крестьянст­во добилось в результате пролетарской ре­волюции. И на всех этапах героической и упорной борьбы за социализм партия большевиков руководила и терпеливо раз ясняла кресть­янству задачи борьбы, единство интересов с рабочим классом, пути ликвидации нужды и нищеты, пути перехода к счастливой, ра­достной жизни в стране социализма. Пьеса «Земля» Н. Вирта правдиво изобра­жает один из переломных моментов в исто­рии нашей страны - переход от продраз­верстки к продналогу правдиво изображает процесс укрепления

«Земля» в МХАТ, несомненно, является одним из наиболее выдающихся спектаклей, поставленных к 20-й годовщине Великой дролетарской революции. ХАТ когда-то ставил «Власть тьмы» лстого Это был спектакль о правственном совершенствовании, о моральной победе простого, косноязычного, но «просветленно­го» старика-крестьянина Акима над сыном Никитой. Это была проповедь «божьей правды», торжествующей над «суетой ми­ра» Великая борьба народа против его угне­ателей, мечта миллионов тружеников о земле, мечта об освобождении от кабалы, дикости, грязи, невежества свелась в пьесе Толстого к спору «идей», в котором якобы побеждала философия отрешения и отказа от всего земного. В одной из заключитель­ных фраз в пьесе «Власть тьмы» старик Аким обращается к уряднику, пришедшему арестовать Никиту: Экий ты, тае, Погоди, говорю. Об ахте, не толкуй, значит, Тут, тае божье дело ддет… Кается человек, значит, а ты, тае, ах­ру… В рассказе, само название которого ста­вило кардинальный вопрос - «Много ли человеку вемли нужно», Толстой отвечает: кри аршина. В этом рассказе, правда, он резко осудил жадность богатого мужика, но ответа на вопрос, каким же образом мил­оны обездоленных могут достичь челове­ской жизни, - он не дал. Внутри себя ищи успокоения, ищи богатства, ищи отдох­новения -- вот вывод Толстого. Это был ложный ответ. Он не решал ос­новного вопроса: о социальном переустрой­мира, Он не отвечал человеку труда, в настности, крестьянину, каким образом за­жить ему действительно по-человечески. И не только Толстой не дал ответа на этот мучительный вопрос, Его не дали многочис­Бальзак в ные писатели, в том числе и своем романе «Крестьяне». «В поте лица своего будешь есть хлеб вой…» Жизнь оказалась страшнее этого столе­клочках земли. бар на кула­из них библейского проклятия, ими копались на своих они гнули спину, работали на ов, на ростовщиков, выжимавших

в Образ кулака Сторожева, каким его на­рисовал Н. Хмелев, запоминается надолго. Перед Хмелевым стояла чрезвычайно слож­ная задача - показать не плакатного ку­лака, а врага хитрого, непримиримого. Ак­тер вскрыл самую глубокую эксплоататор­скую, порабощающую черту Сторожева. Он показал Сторожевых в самой их сущности, их тайные мысли, неизбывную злобу, анти­человечность, ненависть к тем, кто своим трудом создавал богатство для Сторожевых. Весьма примечательно, что враждебность - именно враждебность и человеконенавист­ничество, звериная злоба и одиночество Сто­рожева проявляются не только в отношении крестьян, которых он ненавидит. К собст­венной жене он тоже относится не по-чело­вечески. Он видит, что антоновцы бессильны защитить его, Сторожева, собственность, его, Сторожева, богатство, и он начинает нена­видеть их. Злоба Сторожева идет от классо­вой обреченности. Это хорошо показал ар­тист Хмелев И надо пожалеть, что ни автор пьесы ни театр не заметили фальши в том, что придали Сторожеву некоторую «филосо­фичность» (сцена с библией). Впрочем, еще одному персонажу пьесы свойственно нену­жное, вовсе не углубляющее пьесу стрем­ление к поверхностной «философичности» Сафирову - начальнику штаба антонов­цев. Этот образ (актер А. Жильцов) значи­тельно выиграл бы в правдивости, если бы его избавили от экклезиастической филосо­фии «бренности человеческого существова­ния». Человек, дравшийся против нас на всех фронтах бешено пенавилящий пас стремящийся напакостить нам,-где уж тут «суета сует», где уж тут отречение от мир­ского… Подлинная философия драмы, спектакля, художественного образа -- в его жизненной правдивости. Идеалы Фрола раскрываются его делах. «Философия» Сторожева, Са­фирова, Антонова - в их делах, а не в  

Попу также возвращена его земля уро­жай с которой ему «вовек не сесть». Бан­дитская шайка антоновцев разоряет кресть­ян, насильничает, грабит, издевается. Фрол не мирится, не может мириться с волчьими «порядками» эсеро-бандитов Антонова и Сторожева. Он идет пешком в Москву, к Ленину за правдой. Здесь он узнает истин­но-человеческую правду, большевистскую, ленинскую правду. Он получает из рук