30
АПРЕЛЯ
1937
Г.,
№
119
(7085)
ПРАВДА
МЕЖДУНАРОДНый рЕкорд высотного полЕтА НА ГИДРОСАМОЛЕТЕ Постановление спортивной комиссии Центрального Аэроклуба СССР имени А. В. Косарева ** * Заслушав сообщение и рассмотрев материалы и протоколы, представленные спортивными комиссарами Центрального Аэроклуба СССР инженерами тт. М. С. Кривиским и К. Н. Бушуевым о высотном полете пилота старшего лейтенанта А. В. Ершова на транспортном гидросамолете «АРК-3» с двумя моторами «М-25-Е» по 710 лош. сил с коммерческой нагрузкой в 1.000 кг, совершенном 25 апреля 1937 года в 7 час.- 8 часов 47 минут, постановили: 2. Признать результат старшего лейтенанта А. Ершова ным (национальным) рекордом коммерческой нагрузкой в классу «С-бис»-- гидросамолетов. 3. Представить соответствующие риалы в президиум Международной онной Федерации (ФАИ) для ствования и утверждения как международного по классу полета пилота всесоюзвысоты с 1.000 кг по матеАвиацизасвидетельэтого рекорда, «С-бис». Председатель спортивной сии Центрального комбриг ДЕЙЧ. комисАэроклуба СОСР Секретарь МАМИЧЕВА. 29 апреля 1937 года. По прибытии спортивных комиссаров в Москву приборы, установленные на гидросамолете для регистрации высоты и температуры, были вскрыты. Изучение баротермограмм показало, что летчик-испытатель тов. Ершов достиг на гидросамолете высоты в 9.190 метров. Это на 326 метров выше международного рекорда, поставленного больше трех лет назад французским летчиком Бурденом на гидросамолете «Лиоре-Оливье» с двумя моторами «Испано» по 690 л. с.
ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ
ВЦСПС
На
VI
пленуме
нам угодья, нам тайно проползли проклятые отродья Троцкистских и фашистских змей. Лихие гадины -- они дышали местью, Но, действуя хитро, где вкрадчивою лестью, Где маскировкою змеиного труда, Сталь подменить кой-где сумев дешевой Повысив зоркость нашу втрое! Пусть знает весь фашистский скоп жестью, Кой-где добилися заметного вреда. Но им за радостью - «как, змеи, мы хитры-то!» - Коснуться вскорости пришлось загробных тем. Честь и хвала тому и тем, Кем злодеяние зменное раскрыто! На первомайский наш парад придут они С сознаньем доблестно исполненного долга. В их честь приветственно свои зажжет огни И просигналит звучно, долго, Сигналами судов, в парадный ставших строй, Новорожденный наш герой, Вступивший тоже в строй канал «Москва и Волга». Им всесоюзный наш привет! Им первомайский наш торжественный обет - Проверить звенья все в советском нашем строе, Из всех Европ и не Европ Со всею челядью своей троцкистской вкупе, Толченою в фашистской ступе, Пусть знают все, кому мерещится подкоп Под наши грозные бойницы, Что мы не только у границы Повысим бдительность свою, Что обнаруживши внутри, в родном краю, Прокравшуюся к нам фашистскую змею, Ее в ежовые мы схватим рукавицы, Стальными иглами пронзая ей мозги! Пусть твердо знают все враги, Что мы закроем им все выходы и входы, Что не уступит им ни капли, ни зерна Несокрушимая советская страна, Страна, где входят в ткань, в узоры и Необозримого, живого полотна Колхозные поля, гигантские заводы,- Страна, где правит всем гармония одна, Гармония труда, культуры и свободы, Где звоном топоров и пил поют леса, Где бороздят суда моря, речные воды,- Страна, где героизм свершает чудеса, Где в пролетарский гимн сливают голоса Разноязычные, но братские народы! разводы
Наш первомайский обет Порок лукав: на вид из выглядит пороком, Речь держит клятвелно, с молитвенным зароком, На благоротнейший мотив О поприще святом, о подвиге высоком. Подлейший лжец бесстыж: идейно-шелудиВ, Он, очи к небу закатив, Прослыть пытается пророком И валичайшим мудрецом, А не от явленным лженом. Предатель, чтоб себя не выдать ненароком, В злодействе связанный определенным сроком, Он к жертве будущей перед ее концом Подходит с ласковым лицом, Он с виду весь -- порыв, весь - жертва, весьуслуга, Он беззаветного изображает друга, Он беспорочен, чист и сердцем и душой, За друга отвечать готов любой опалой, Он друга от беды уводит самой малой С тем, чтоб его привесть потом к беде большой, беде погибельной, позорной, Недаром мудрый наш народ, Уча, как распознать, где бмуты, где брод, Где прочен путь, где - вязок, Брал в назидательный словесный оборот Иных героев наших сказок, Героев тех, Что ставили борьбу превыше всех утех, Боролись доблестно с любою вражьей силой, Справлялися с любым чудовищем-верзилой, А под конец, врагов разбивши в пух и прах, Нагнав на них великий страх, Уверясь, что прочны геройские успехи, Располагалися на отдых, сняв доспехи, В неохраняемых, как следует, шатрах, Забыв об истине бесспорной, Что враг укрывшийся пронырлив и хитер, Что, незамеченный охраною дозорной, Прокрасться может он в шатер И совершить в нем то спокойно, без опаски - О чем народные рассказывают сказки: Не уберегшися, пропустишь в дом змею. Всю мудрость древнюю свою Народ в речения пословичные сводит, Что береженого и бог, мол, бережет, близкой пропасти кочь. осторожный ржет, - Небереженого беда везде находит, На всех путях его коварно стережет, Коня хватает за поводья. Вот тут-то справиться с бедою и сумей! Так мы средь вешнего разлива-половодья Народных наших сил и творческих идей,
в и сти). Она говорит о нездоровой обстановк самом секретариате ВЦСПС. Секрета ВЦСПС не хотят нести ответственност Никакой помощи от них председатели Цк союзов не получают. ВЦСПС упустил из своих рук контроль над социалистическим соревнованием, не занимается такими важнейшими вопросами, как охрана труда техника безопасности, не обращает внимания на то, как снижается культурномассовая работа, как плохо используются заводские клубы. Секретарь завкома завода «Сери и 1олот» (Харьков) тов. Дьяченко, тов. Гонов (фабрика «Красный Перекоп», Ярославль), тов, Шефталович (завод им. Карла Маркса, Ленинград) упрекают тов. Шверника и весь секретариат ВЦСПС в отрыве от масс. Нельзя больше мириться с бумажным руководством, говорит тов. Дьяченко. Рабочие нас будут крепко за это критиковать. Пусть подумают и в аппарате ВЦСПС, как к ним отнесутся избиратели. Все выступающие ораторы требуют от секретариата ВЦСПС решительного поворота лицом к массам. Только научившись работать по-большевистски, только соблюдая принципы профсоюзной демократиц сверху донизу, только проявляя настоящую сталинскую заботу о человеке, профсоюзы смогут восстановить свой авторитет и организовать массы для борьбы за со циализм. В утреннем заседании выступили также тт. Алексеева (Ленинград), Родянский (председатель ЦК союза рабочих свеклосовхозов), Бобко (член ВЦСПС), Неустроева (Ленинград), Карклин (ЦК союза работников хозяйственных учреждений), Якубенко (завод «Красный Октябрь»- Сталинград) и Мотова (ЦК союза работпиков жилищного хозяйства). * *
Едва ли когда-либо за время своего существования президиуму ВЦСПС приходилось выслушивать такую единодушную, такую резкую критику своей деятельности, как наэтом пленуме. Тов. Шверник в своем докладе не жалел красок, чтобы охарактеризовать крупные недочеты в профсоюзной работе. Но огонь своей критики он направил главным образом в сторону центральных комитетов профсоюзов и межсоюзных органов в районах, областях, краях и республиках, почти ничего не сказав о бездеятельности секретариата ВЦСПС. Этот пробел в докладе тов. Шверника заполняется в прениях. Председатель ЦК союза рабочих обувной промышленности тов. Брегман говорит об ослаблении политической бдительности в ВЦСПС и самоуспокоенности. ВЦСПС до сих пор не овладел большевистским стилем работы. За пять лет, прошедших со времени IX сезда профсоюзов, ВЦСПС ни разу не отчитывался. Пленум не созывался два с половиной года. Секретари ВЦСПС отгородились от масс грудой бумаг и канпелярской писанины. Секретари ВЦСПС не бывают на предприятиях, не выезжают на места. ВЦСПС постоянно запаздывает с важнейшими мероприятиями. Достаточно указать, что постановление о том, как отметить восьмую годовщипу социалистического соревнования, ВЦСПС выносит лишь накануне этой годовщины. Какое же практическое значение может иметь это постановление, когда оно прибудет на места с опозданием по крайней мере на две недели? Тов. Воронина (Электрозавод--Москва) жалуется на то, что даже в Москве трудпо поддерживать связь с секретариатом ВЦСПо. Пробиться к тов. Швернику невозможно. ВЦСПС систематически нарушает профсоюзную демократию, широко пользуясь методом кооптации. На тех же вопросах останавливается и
1. Засвидетельствовать достигнутую пилотом старшим лейтенантом А. Ершовым высоту полета равной 9.190 метров. Летчик-испытатель старший A. В. Ершов, совершивший в районе вастополя 25 апреля*) высотный полет лейтенанг Сена новом транспортном гидросамолете «АРК-3», оборудованном двумя моторами по 710 л. с. каждый, достиг высоты 9.190 метров. Он поднялся на эту высоту с грузом в одну тонну, тщательно опечатанным спортивными комиссарами Центрального Аэроклуба им. Косарева - инж. Кривиским и Бушуевым. *) См. «Правду» от 26 апреля.
Сегодня флотилия канала выходит в Химки ДМИТРОВ, 29 апреля. (Спец. корр. «Правды»). Сегодня с вечерними поездами из Москвы в Дмитров приехало много гостей. Это-лучшие стахановцы и ударники столицы и представители предприятий, поставлявших оборудование для канала, приглашенные принять участие в первой экскурсии на теплоходах в Москву. Завтра гости выедут из Дмитрова на станцию Большая Волга. В аванпорте они пересядут на теплоходн и в 10 часов утра флотилия выйдет в Химки.
В вечернем заседании прения продол-
НЕКРОЛОГ тов. Артюхина (председатель ЦК союза ражались. На заседании присутствовал себочих хлопчатобумажной промышленнокретарь ЦК ВКП(б) тов. А. А. Андреев. М. В. КОБЕЦКИИ После непродолжительной, но тяжелой выполнял большую работу на ответствсн болезни в Кремлевской больнице 29 апреля скопчался полномочный представитель СССР в Греции и Албании Михаил Вениаминович Кобецкий. Тов. Кобецкий родился в Одессе в 1881 г. и с юных лет принимал активное участие в революционном движении. В 1903 г. он вступил в бакинскую организацию РСДРП и в том же году был кооптирован в Бакинский комитет партии. После второго сезда партии тов. Кобецкий примкнул к большевикам, работая в курской организации. Затем работал в большевистских организациях Екатеринослава и Петербурга. Во время работы в большевистской питерской организации РСДРП был избран членом Петербургского комитета. В конце 1906 г. тов. Кобецкий был арестован и заключен в Кресты, в которых просидел до августа 1907 г. В 1908 г. был вынужден эмигрировать за границу. Находясь в эмиграции, тов. Кобецкий постоянно поддерживал тесные отношения с В. И. Лениным. Вернувшись - из эмиграции в августе 1917 г., тов. Кобецкий находился на советской и партийной работе. В 1924 г. он был назначен полномочным представителем в Эстонию, а затем в Данию, где работал до 1933 г. В 1933 г. был назначен уполномоченным НКИД при правительстве 3СФСР, а в 1934 г. полпредом в Греции, а затем, после восстановления дипломатических отношений с Албанией, одновременно полпредом и в этой стране. В лице М. В. Кобецкого мы потеряли преданного борца за дело социалистического строительства, старого большевика, члена ВКП(б) с 1903 г. Тов. Кобецкий ном участке советской внешней политики. В течение всей своей работы в области внешней политики тов. Кобецкий с достопнством и честью представлял Советский Со103 в ряде стран, сумел спискать себе всеобщее уважение и завоевать большой авторитет. Все товарищи, соприкасавшиеся по работе с тов. Кобецким, высоко ценили этого преданного большевика, скромного и чуткого человека, завоевавшего себе всеобщее уважение и симпатию. Память о нем сохранится навсегда в сердцах всех тех, кто его знал. Литвинов, Потемкин, Стомолянв, Коллонтай, Подольский Б., Штерн, Заславский, Карский, Неймак, Козловский, Цукерман, Гершельман, Рожков, Астахов, Розенблюм, Залетин, Шахов, Пастухов, Бажанов, Вейнберг, Миронов, Левин, Плоткин, Крейнин, Мартинсон, Бекман, Пивень, Михайлов, Сафаров, Бахтиарова, Бровцынов, Даточная, Измайлов, Матвеев, Опевалов, * * *
ШАХТЕРЫ ДОНБАССА ОТВЕЧАЮТ НА ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПАРТИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВА БОЕВОЙ ПРИКАЗ ГОРЛОВКА, 29 апреля. Сегодня на шахте «Кочегарка» треста «Артемуголь» необычайное оживление. Рабочие с исключительным вниманием и интересом обсуждают постановление СНК СССР и ЦК вКП(б) «0 работе угольной промышленности Донбасса». Решение партии и правительства, заявляют шахтеры, боевой приказ, и мы его выполним. Лучший стахановец шахты им. Сталина забойщик тов. Козлов говорит: - Свою годовую норму выработки я закончил 25 апреля. За три месяца и 25 дней я заработал около 6 тысяч рублей. Каждый день я даю 3---4 нормы выработки. Ведь так работать могут многие! С отставанием угольного Донбасса надо покончить раз и навсегда. Стахановцы и низовой командный состав встретили постановление партии и правительства с исключительным энтузиазмом. НАВЕСТИ ПОРЯДОК В ШАХТЕ Партия и правительство своим постановлением от 28 апреля кладут конец безобразиям, накопившимся в Донбассе. Стахановцы и ударники получат отныне более свалифицированных руководителей на участках. Это сильно поможет наладить работу, поднять добычу угля в шахтах. Важно, чтобы решение Совнаркома и ЦК партии было выполнено без промедления, по-большевистски. Все инженеры и техники, все стахановцы и ударники угольного Донбасса должны активно взяться за реализацию боевого задания партии и правительства. На решение СНК СССР и ЦК ВКП(б) мы, угольщики, должны ответить делом, наведением порядка в шахте, повышением производительности, резким под емом добычи угля. АЛЕКСЕЙ СТАХАНОВ. г. Серго, 29 апреля. (По телеграфу).
Народный комиссариат иностранных дел, нартийная организация и местный комитет НКИД извещают о преждевременной смерти полномочного представителя СОСР в Греции и Албании Михаила Вениаминовича Кобецкого, последовавшей 28 апреля, в 24 часа, в Кремлевской больнице после непродолжительной тяжелой болезни. Гроб с телом будет установлен в конференц-зале НКИД 3 мая, в 12 часов дня. Доступ к телу для прощания будет открыт с 14 часов. Гражданская панихида состоится в 17 часов. Кремацияв 18 часов.
Орденоносцы 10-й Терско-Ставропольской казачьей дивизии. Внизуказак капитан Г. Д. Гулевских, А. С. Ревтов. Во втором ряду (слева направо): майор Ф. В. Колпачев; в третьем ряду: лейтенант Н. А. Ткаченко и казаки Фото М. Рыжака. А. Н. Зверков и М. П. Дебольский.
зами. Ему девять лет, но он, не шутя, хороший помощник. К шести часам веон чера, к моему возвращению в город, каждый день обходит все редакции вечерних газет и привозит первые экземпляры, прямо с ротационной машины. Сдает уже вышедшие газеты и докладывает, ясно, толково, кратко, почему запоздали остальные, В «Кларидад» цензура вычеркнула три заголовка, и их срезают со стереотипа. «Информасионес» еще не вернулась в собственную типографию после взрыва, а в чужой типографии ее задерживают. «Эральдо де Мадрид» ждет тока, там и темно в типографии до чортиков… Но это лишь побочное занятие Ксавера. Через минуту его выкрики разносятся по всем этажам и коридорам огромного отеля-лазарета. Стремительно врывается он в номера-палаты и продает газеты. Даже дверь в операционный зал для него не закрыта - госпитальные порядки здесь аховые; покосившись на хирургический стол и врачей в белых шлемах, он молча кладет газету на подоконник. Если Ксавер пропустил какую-либо палату, - раненые зовут его стонами: торопливо извинившись, оп кладет вечорку на ночной столик и сгребает медные монеты в кожаный кошель. Остаток газет он продает на улице, оглядываясь на небо, прислушиваясь, не гудят ли моторы «Юнкерсов». Ксавер сдает выручку отцу, сердитому, голодному и иногда пьяному сапожнику из Санта-Олалья. Пьет отеп с горя---пришлось с огромной семьей бежать в Мадрид от фашистов, а теперь власти хотят эвакупровать семью и из Мадрида. Работы нет, в беженской столовой кормят худо, войне конца не видно… Отругавшись с отном, Ксавер считает свой хлопотный день оконченным; возвращается ко мне в комнату. Гордый мальчнк почти никогда не принимает еды--ни хлеба, ни консервов, ни яблока. Но он любит сидеть в кресле у электрической печки; такая холодная зима, и нигде не топят. Подперши лицо маленьким смуглым кулаком, он сначала продолжительно сидит без движения, закрыв глаза, как усталая хозяйка после целого дня возни на рынке, в кухне, с детьми. Потом немножко отходит и тогда вынимает из кармана драней курточки свою собственную газету. Это крохотное, скверно отпечатанное издание на восьми страничках, выходит оно в Барселоне и называется «Ха-ха». Ксавер углубляется в стишки и рисунки. Веселые козявки ездят в каретах, подносят друг другу цветы, сражаются на
не хотят всегда сохранять, как сообщающиеся сосуды, в открытом соприкосновении с капиталистической клоакой. То-есть, иными словами, опять затопить. Хотят, но могут. Люди советской страны не впустят врага к себе в дом. Но не только у нас. Всюду, там, где у рабочего класса, у трудящихся появляется в руках оружие для освободительной антифа шистской борьбы или хотя бы возможность скрепить в народном фронте большие, пусть хоть временные, кое-как сколоченные преграды фашизму, там оживляется национальное чувство, крепнет сознание и ощущение родины, пусть не целиком, но все-таки своего дома. И там же, как, например, в Испании, провокаторы Тропкого спешат высмеивать это чувство, издеваться над ним, заверять рабочих, что им не за что и незачем бороться, что у них нет дома и никогда не будет. Рабочие отшвыривают их вон, к фашистам. Советское «чувство дома» не эгоистично. Как не похоже оно на звериный шовинизм реакционных стран. Там первое слово национального символа веры-это животная ненависть к людям иной крови, иного языка, требование вышвырнуть всех инородцев, Советский патриотизм великодушен. Одинцовские ребята, если могли бы, всех приютили бы под советской крышей, всех страдающих, всех обезхоле голодных, обиженных. И это не слова только. Это можно видеть. Это можно видеть в Одессе и Аликанте. В Одессе, когда чернявые ребятишки, отосланные бездомными отцами под укрытие надежного советского неба, широко раскрывают глаза и рты на первые бутерброды со сливочным маслом, на просторные пионерские дворцы, на веселые площадки с играми в смолистом сосновом бору, В Аликанте,-когда на пальмовом бульваре появляются и чинно стоят высокие, стройные, как корабельный лес, советские матросы архангельские, саратовские, уральские лица… Ребят отозвали, они заняты делом, собирают шишки для самовара. Шишки прошлогодние, твердые, упругие, звонкие, А между тем сосна начинает опять цвести. Конечно, это не вишня, не акациясосна цветет очень скромно, целомудренно, незаметно. Нежные, смолистые пахучие почки, Тонкие коричневые побеги, потом онп сплетаются в мягкие, гибкие мутовки, Еще немного, и в майские дуновения вплетется этот чистейший и бодрый аромат нашей северной пальмы. Как хорошо у
шпагах, мышата прыгают то в банку мукой, то в мешок с сажей и вылезают оттуда совсем как маленькие негры с хвостиками. Ксавер вслух, тихо смеется. Затем расспрашивает о советских детях получает очередную порцию русских слов. По утовору я обязан сообщать восемь слов в день, а в воскресенье, когда нет вечерних газет, двенадцать слов. Ксавер впитывает, как губка, он жадно любопытен; война пока лишает его школы. Откинувшись в кресле, он мечтательно перебирает уже накопленные словесные богатства. «Бу-ма-га». «Ка-ран-дач». «Издра-стуйте». «Испи-чки». и с Одинцовские ребята слушают про Ксавера, молчат и вздыхают. Им ясно, что дела у парня неважные. Дядя Миша, возьми его Одинцово. А как же другие, его братья и сестры? Их ведь тоже жалко оставлять, Надо всех забрать сюда, к нам домой. -А зимой мы их будем держать на Кавказе. Там тепло, там пальмы есть, тигры, все, что они любят. Одинцовские, как и все советские ребята, как и мы, имеют дом. Трудно охватить воображением все величие этого сознания сейчас, когда остальное человечество по всей планете бездомно. Валятся крыши, стены и заборы, нарушаются границы, врываются разбойники; фашизм делает народы бродягами в своих же странах. В наше ощущение дома входит не только география, не только земля, сосны и пальмы, морошка и лимоны, снетки и киты--сюда входит ощущение надежности во времени. В нашем доме у каждого есть будущее. Одинцовские дети, с момента рождения, уже имеют путь, они катятся вперед, по рельсам и сами будут переводить стрелки, куда захотят, и уже сейчас чувствуют это. Каждый из них может стать всем; «ничем» у нас дома остаться нельзя. А ведь это удел каждого бедняка там, за рубежом. Вечными бродягами, бездомными бивуачными скитальцами по замкнутому кругу «перманентной революции» хочет фашистский убийца Троцкий гнать трудящихся нашей страны и всего мира, каковы бы ни были их завоевания и жертвы, Борьба Троцкого против Ленина и Сталина, нашей партииэто ведь, кроме всего прочего, всегда борьба против права и желания рабочего класса иметь свой дом, То, что в неслыханной борьбе уже отвоевано от капитализма, ограждено каменной плотиной, очищено троцкистОдинцо
МИХАИЛ КОЛЬЦОВ
СОСНА И ПАЛЬМА ему десять лет, полагает, что белку полностью перековать невозможно. Белке верить нельзя. Белкапритворяшка. Паша ей все верил, а она взяла и откусила ему палец. - Не откусила, а прокусила. Ты, Вася, поменьше ври, тебе же лучше будет. Дети требуют у Паши показать след от белкиного коварства. След совсем маленький, неинтересный. Тогда они начинают говорить об охотниках, затем о велосипедах, затем о почтовых марках. Это пово. Никогда раньше ребята в деревне не собирали почтовых марок. Потом разговор, конечно, переходит на Испанию. - А что там дети делают? Бьют фашистов? - Зачем же им самим. Это взрослые дерутся с фашистами, а маленькие им помогают. - Патроны подносят? - Бывает, и патроны подносят. И баррикады помогают строить. А главное, доматерям, пока отцы сражаются на фронте. А когда дом разбило бомбой, они куда идут? Им тогда, бедняжкам, некуда итти. Они тогда бездомные. Разве что в метро прячутся. - Красивое метро? - Некрасивое. - Пускай они к нам приедут. Мы им дадим дом. Пусть живут в нашем метро, пусть забирают хоть пять станций. - А мы как же будем? -А мы на остальных будем ездить. Нам хватит. Или новые построим. А порусски они говорят? - Некоторые говорят. Ребята начинают соображать, как вывезти детей из Испании сюда. Вывозить, конечно, надо в самолетах, Вопрос, сколько влезет в каждый самолет. Вася обясплет, что в самолетах иногда крылья бывзют пустые туда тоже можно напихать детей. И просверлить дырки, чтобы могли дышать. Потому что лететь далеко. В Мадриде у меня есть друг и помощник. Зовут его Ксавер. Испанец, бледный, круглолицый, с огромными глазами и еще большими синими кругами под глас Изгнанный со своей родины, Гейне медленно задохся в «матрацной могиле», как он называл свое ложе страданий. В восьмидесятую годовщину смерти национальпого поэта Германии его сочинения издают, на немецком языке, только в одном городе - в Москве. Но сосна и пальма все-таки встречаются. Пальме трудно подниматься на север, сосне приходится спускаться далеко на юг навстречу. Это можно видеть у Сухуми, у Нового Афона, в Каталонии, в Альмерии. Вдоль теплого морского прибоя, потряхивая на ветру пышными прическами, вытягиваются легким строем тонкие пальмы. Над ними, на песчано-каменистой террасе, разморившись от жары, в сухих смолистых ароматах, толпятся крепкие великаны-сосны. Нет более волшебной смеси, чем эта смесь ветров и запахов. У нас есть и сосны и пальмы. Мы бонут бескрайными степями, прикрыт Паминут бескрайными Как здесь надежно! Дети играют под соснами. Это здешние, одинцовские сельские ребятишки. Их пятеро, все на разные размеры. Играют в пряталки, бегают между сосен, бегают то тихо, то вдруг захохочут, итогда--шум до небес. Дети всюду дети, но они же всюду различны. Русского малыша не смешаешь ни с каким другимпо манере носить поясок (очень они любят носить поясок), по манере нахлобучивать шапку, по низкой нолевой стрижке головы, по проворной хоть и чуть медвежатной манере ходить, бегать, взлазить на деревья, по прямому, строгому и веселому взгляду из-под белых бровей. Кончили бегать, начали болтать. Это уже не прежние разговоры о еде, о пайках, о выдачах. Дети сыты, хорошо, хоть и просто, одеты, они говорят о развлечениях, о путешествиях, о приключениях, о подвигах, и вовсе не только о парашютах и ледоколах, как это припято в благовоспитанной детской литературе. Идет спор, можно ли воспитать белку, но так воспитать, чтобы совсем-совсем. Чтобы никого не кусала, чтобы спала рядом на подушке. Совсем маленькие считают, что дело это возможное, но Вася, стоспокойно!кпомогают Когда лежишь здесь на спине, виден большой кусок светлого свежего неба, и в нем шевелятся верхушки дерев. Какое красивое дерево сосна! Прямой, стройной колонной взвивается вверх стебель этого мощного растения. У земли ствол суров, покрыт толстой коройтемносерой, шершавой. Чем больше вверх, тем светлее, затем кора становится медно-красной, гладкой, нежной. Скромное и гордое дерево, оно неприхотливо, не требует ни тепла, ни влаги. Оно сухолюбиво спокойно лягте под сосной, здесь нет ни сырости, ни гнили; в сосновом бору свободио вздохнут слабые легкие. Оно светолюбивопотому быстро освобождается от нижних ветвей, рвется зеленой своей главой вверх, к солнцу. Когда медно-красные стволы соснового леса озарены, они становятся золотыми; это один из прекраснейших образов, какие дала природа. полушария. Она высится от Астурии до полушарни.то стбтропического пояса. Ее не знают только низменные, сырые, болотно-травянистые края, Дания, Англия, Ирландия. И она их не знает. Но больше всего сосна-это, конечно, Россия. Медведи и сосна… Есть и гималайские медведи, черные, мелкие. Есть черная соена, на Балканах, в Сицилии, с очень волосатой хвоей. Хорошие медведи, хорошая сосна, но не те. На севере диком стоит одиноко На голой вершине сосна И дремлет качаясь, и снегом сыпучим им Одета, как ризой, она. Это писал Гейне, переведенный Лермонтовым. Снеговые ризы часто опасны для сосны, душат ее. От снеговала на севере гибнут каждую зиму сотни тысяч сосен. И снится ей все, что в пустыне далекой В том крае, где солица восход, Одна и грустна на утесе горючем Прекрасная пальма растет. Тема гейне-лермонтовского стихотворения трагична. Это тема вечной разлуки, тема двух друзей, которые никогда, никогда не встретятся, тема неосуществленной мечты. Оба поэта были влюблены в жизнь, в мечту и оба погибли бессмысленно, несправедливо до слез. Сосланного царем Лермонтова застрелил бездельник-офицер