9 МАЯ 1937 г., № 126 (7092)

ПРАВДА





2







ЖИЗНЬ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ БОЛЬШЕВИКОВ Федорович Дубровинский  ты приметы «преступника». Вот как гла­сят некоторые приметы: по п. «Б» на вопрос: нет ли какой особой манеры дер­жаться­ответ: «держится скромно, слег­ка волнуется», на вопрос: очертания дба и нет ли особых примет ответ: «лоб высокий, гладкий, покатый назад». По п. «В» -- походка и ее особенности ответ: «походка твердая, скорая». После допроса и снятия примет насту­пают длительные монотонные тюремные будни. Без малого год проводит Дубровинский в тюрьме. 12 ноября 1898 г. последовал и ту организацию, в которой сам уже не­сколько месяцев работаешь, которую как будто бы знал, но не так хорошо, как после приезда «Иннокентия». Как-то странно было услышать, что Дубровинский, так горячо веривший в дущую победу революции, обладавший силь­пой марксистской выучкой, аналитическим умом, широким организационным размахом, не расходившийся с Лениным ни поодному тогда перед III с ездом РСДРП между боль­из пунктов разногласий, наметившихся шевиками и меньшевиками, стал на путь примиренчества. Ленин и Сталин вели огромную работу по созыву III сезда пар­тии. «Иннокентий» солидаризируется с членами ЦК - примиренцами, которые бы­ли против созыва III с езда, что лило воду на мельницу меньшевиков. Но это была временная размолвка. 0 своей солидарности с Лениным «Иннокен­тий» заявил, будучи в тюрьме. Об этом свидетельствует письмо Ленина в Секре­тариат Международного Социалистического бюро. III

СООБЩЕНИЕ

ИНФОРМАЦИОННОЕ B.JRCM. С 27 апреля по 5 мая с. г. происходил Ш-й Пленум ЦК ВЛКСМ обсудил следующие вопросы:

за границу, к Ленину, который в это вре­мя, как известно, писал свой знаменитый философский труд «Материализм и эмпи­риокритицизм». «Целый ряд писателей, желающих быть текущем гря-марксистами, предприняли у нас в году настоящий поход против философии марксизма», -- так начинает Ленин пре­дисловие к 1-му изданию книги «Мате­риализм и эмпириокритицизм». го -- одного из образованнейших людей Появление в этот момент Дубровинско­партии - очень обрадовало Владимира Ильича. Дубровинский проявлял глубокий интерес к философским работам Ленина, выказывал большое знание дела. Ему же поручается выступить оппонентом на ре­ферате Богданова. В помощь Дубровинско­му для этого ответственного выступления Ленин составляет свои знаменитые «Де­сять вопросов референту». Первый ленинский вопрос гласит: «Признает ли референт, что философия марксизма есть диалектический материа­лизм? Если нет, то почему не разобрал он ни разу бесчисленных заявлений Энгельса об этом? Если да, то зачем называют махисты о свой «пересмотр» диалектического мате­риализма «философией марксизма»? Об этом выступлении Дубровинского чн­таем в донесении царской заграничной агентуры департаменту полиции: «На-днях в Женеве, в группе «больше­виков» произошел следующий скандал: на реферате Богданова, полемизировавшего с Плехановым, выступил «Иннокентий», член Центрального Комитета и редакции «Пролетария», и заявил, от имени свое­го и Ленина, что большевизм ничего не имеет общего с философским направлением Богданова (эмпириомонизмом)…» В августе Дубровинский присутствует на пленуме Центрального Комитета, про­исходившем в Женеве, после чего вско­ре выезжает обратно в Россию на работу. Но уже в конце ноября того же 1908 года он вновь арестован в Петербурге и отпра­влен в ссылку в Вологодскую губернию. 29 января 1909 г. департамент полиции сообщает вологодскому губернатору: «Указанный в отношении деп. пол. от 16 с. января за № 75855 Иосиф Феодоров Дубровинский, по имеющимся сведениям, является весьма видным членом Централь­ного Комитета РСДРП (кличка «Иннокен­тий») и петербургская организация партии озабочена устройством побега Дубровинско­го из места ссылки». B ссылку Дубровинский, как «склон­ный к побегам», шел этапом в кандалах, которых у него на ногах образовались раны. Всю дорогу, рассказывали товари­щи, шедшие с ним в этапе, Дубровинский температурил, кашлял, что нисколько не помешало ему вызваться на дерзкие пере­говоры с начальством вятской пересыльной тюрьмы, где в то время пересыльных по­литических избивали. Как ни протестовали товарищи против того, чтобы именно Дубровинский вступил в разговоры с зверствующим начальником пересылки, - ничто не помогло. Дубро­винский настоял на своем, и, совершенно неожиданно, эту партию пересыльных не только не избили, начальство было как-то даже особенно корректно с Дубровинским. V

пленум Центрального Комитета Иосиф I

1. Подготовка комсомольских организаций к выборам в Советы по новой изби­рательной системе и недостатки политико-воспитательной работы в комсо­моле. 2. Отчеты и выборы комсомольских органов. Докладчик -- тов. Косарев. Докладчик -- тов. Лукьянов. Пленум принял по этим докладам соответствующие решения. В связи с переходом на другую работу,- пленум освободил товарища Мускина от работы заведующего отделом пионеров ЦК ВЛКСМ и от обязанностей члена бюро ЦК ВЛКСМ и товарища Снеткова от обязанностей члена бюро ЦК. Заведующим отделом пионеров ЦК ВЛКСМ и членом бюро ЦК­утвержден то­варищ Козодеров. B работах пленума принимал участие секретарь ЦК ВКП(б) товарищ Андреев А. А. демократия большевистскую плину шадной проявлениями не исключает, а организованность, дисци­и ответственность, требует беспо­борьбы с какими бы то ни былоc. анархизма и неорганизован­НоСТИ. Совершенно недопустимо где бы то ни было, тем более на партийных конферен­циях, выступать с безответственными, непроверенными обвинениями. Каждый де­легат обязан, понятно, высказать свое мне-c ние о той или иной кандидатуре, если оно имеется. Но наклеивать «ярлыки», обви­нять необоснованно никто не имеет права. Руководители конференции обязаны обере­гать в этом отношении права коммуни­стов. А между тем такие факты имели ме­сто на мелитопольской конференции. Обсу­ждали, например, кандидатуру партийного организатора Осоавиахима, политработника тов. Ляховича в члены райкома. Из зала кто-то крикнул, что отец Ляховича быв­ший торговец. Не разобравшись, не выслу­шав даже об яснений Ляховича, его канди­датуру отвели. Как известно, дважды обсуждали канди­датуры, два раза голосовали. При обсужде­нии первого списка кандидатур секретари райкома молчали, соблюдая «дружеский нейтралитет». Никого не отводили. Во вре­мя вторичного обсуждения кандидатур они Но самое поучительное на конференции это поведение Митро­фанова и Алейникова. развили бешеную активность, выступали почти по каждой кандидатуре, давали от­воды, спорили. Поведение секретарей райкома в первом и втором туре было диаметрально проти­воположно. Первый раз, например, об­суждалась кандидатура в члены райко­ма заведующего районной сберегательной Волкова. кассой Ни Митрофанов, ни Алей­ников не давали Волкову отвода. Секрета­ри даже высказали мысль, что неплохо было бы избрать Волкова председателем ре­визионной комиссии райкома. Но в первом туре кандидатура Волкова была забалло­выдвинули снова и вторично тирована, Его обсуждать. Тут взял слово Митрофа­стали нов и неожиданно для всех дал Волкову отвод. - Волков,-заявил он,--плохой комму­нист, зажимал самокритику, подхалим, раз­валил работу, имел два партийных взыска­ния, в том числе одно за сокрытие социаль­ного происхождения. Понятно, что Волкова отвели. Точно та­кая же история произошла с председателем промартели Недренко, уполномоченным хлебной конторы Сахно, кандидатуры кото­рых тоже обсуждались дважды. Секретари райкомов во втором туре дали им отрица­тельные характеристики, противоположные тем, какие были даны за день до этого. ма? Что же произошло с секретарями райко­Обясняется это просто. В первом туре голосовались сами секретари райкома тг. Митрофанов и Алейников. Поэтому они молчали, не хотели ссориться с группой делегатов, боясь потерять голоса, Они хво­ность: оберегать партийные органы от про­никновения в них непроверенных, нерабо­тоспособных людей. Д. ВАДИМОВ.

В летний вечер июня 1913 г. волнами бурной сибирской реки Енисея была уне­сена драгопенная жизнь пролетарского ре­болюционера, одного из строителей нашей партии, одного из крупнейших ее органи­заторов, близкого друга В. П. Ленина, жизнь Иосифа Федоровича Дубровинского (партийная кличка «Иннокентий»). Цар­ское правительство загнало Дубровинско­го в туруханскую ссылку в такой мо­мент, когда туберкулез легких, которым он страдал много лет, принял у него ката­строфические формы. Два десятка лет неутомимой, кропотли­вой подпольной работы по строительству партии; царские тюрьмы, ссылки, скита­ния по этапам в кандалах, побеги; полу­голодное существование нелегального про­и утонул. Иосиф Федорович Дубровинский родился 14 августа (по ст. стилю) 1877 г. в Покровском-Липовцах, Малюархангель­ского уезда, Орловской губернии. Когда ему исполнилось 11 лет, родители поместили его в курское реальное учили­ще, В первых четырех классах он идет первым учеником, но начиная с 5-го клас­са заметно «портится», устанавливает связь «подозрительными личностями» из ин­теллигенции, читает литературу по обще­фессионала-партийца, отсутствие в течение месяцев и годов собственного угла, жизнь «на ночевках», неуклонно подтачивающий организм туберкулез - все это так надло­мило физические силы «Иннокентия», что, сидя в роковой вечер на обрывистом бере­гу Енисея, он, обессиленный, упал в воду ственным вопросам, а с 6-го и 7-го классов завязывает связи с одиночками рабочими, среди которых ведет революционную про­паганду. Молодой Дубровинский с первых же шагов своей революционной деятельности являет собою тип работника не «кустаря», так жестоко впоследствии осмеянный Лениным, а революционера с широкими горизонтами, такого революционера, по поводу которых Ленин в свое время вос­клицал: «дайте нам организацию револю­ционеров и мы перевернем Россию!» Широта размаха проявилась у Дубро­винского. в том, что он не удовлетво­ряется печатанием и распространением прокламаций только для своего города. Он связывается с Москвой и Петербургом, заготовляя для этих центров не только ли­стовки, но и брошюры, вплоть до отпеча­тания и отправки в Москву «Коммунисти­ческого манифеста». Молодым Дубровинским заинтересовыва­ются жандармы, «слуги царевы». Начи­нается усиленная слежка, заставившая его покинуть Орел и перебратьея в Калугу. где он быстро завязывает связи с калуж­скими социал-демократами. Лубровинский поступает на службу в земскую управу статистиком. статистика уже сама по себе его Работа привлекала, так как была связана с раз­ездами, с возможностью непосредственного общения с деревней. Дубровинский, кото­рый с самых молодых лет не переставая учился не только по книгам, но и у живой жизни, не мог не дорожить возможностью пополнить свой арсенал знаний этим но­вым оружием -- знакомством с деревней. В конце 1896 г. и в первой половине 1897 г. Дубровинский в промежутках ме­жду раз ездами по деревням Калужской гу­бернии наезжает в Москву, с которой он кренко связан, а затем и оседает в Москве. Это было за пару лет до выхода первых номеров «Искры». В Москве, как и в дру­гих городах, шла интепсивная работа по обединению разрозненных социал-демокра­тических кружков, за создание в России марксистской социал-демократической пар­тии, Дубровинский попадает здесь в род­ную стихию, - он с головой уходит в практическую революционную работу, про­должая ее до конца 1897 г., до декабря, когда последовал его первый арест. «Осенью 1897 г. в Москве была обнару­жена новая революционная группа, при­даний социал-демократического направле­ния, отпечатанных на пишущих машинах и мимеографе, а также принадлежности печатания. Дознанием установлено, что не­которые члены этой группы вели преступ­ную пропаганду среди рабочих, другие же занимались печатанием, изданием или рас­пространением противоправительственных сочинений». Так писала ла московская охрапка в де­партамент полиции. Далее идет длинный перечень аресто­своившая себе также наименование «Ра­бочий Союз». Произведенные в ноябре и декабре минувшего года обыеки по танным декабре минувшего года обыски по данным ванных и среди них «статистик Иосиф Дубровинский». О степени интенсивности революционной работы Дубровинского по приезде в Мо­скву свидетельствует обширный дневник филеров московского охранного отделения, следивших за ним изо дня в день. Днев­ник этот был переслэн в департамент по­лиции с препроводительной бумагой, за подписью обер-охранника Зубатова. стрял доеятки имон рабочих и интеллигон­стрят десятки имен рабочих и интеллиген­по делам, то заходя к рабочим, засижива­ясь у них по нескольку часов и ведя груп­повые занятия, то заходя лишь на мину­ту, после чего из этой квартиры уже вы­ходит другой человек со свертком. А иног­да и сам Дубровинский несет какой-то сверток под мышкой и, заметив за собою слежку, ускользает через проходной двор. Перегруженный работой, метался он по Москве из одного района в другой. Ведь обстановка работы тогда была такова, что зачастую одному и тому же человеку при­ходилось заниматься и пропагандой, и агитацией, писанием прокламаций, орга­низацией их писания и распространения. Дубровинский успевал выполнять и то, и II другое, и третье.

Безответственность и неорганизованность На-днях закончилась мелитопольская районная партийная конференция, Выбо­ры райкома на этой конференции поучи­тельны во многих отношениях. Здесь, ви­димо, решили, что выдвижение кандидатур  в райком---дело второстепенное. Само собой разумеется, что каждый де­легат конференции обязан серьезно проду­мать кандидатуру, которую он выставляет. Он должен настолько хорошо знать выдви­гаемого товарища, знать его качества как большевика, чтобы суметь защитить и от­вечать за эту кандидатуру. Но на мелито­польской конференции выдвигали кого по­пало. Были, например, такие делегаты, ко­торые по 2--3 раза поднимались и на­зывали все ногых и новых людей. Стоит в связи с этим рассказать об од­ном вопиющем факте. Обсуждается канди­датура тов. Белого. Его выдвинул тов. Га­ращенко-- директор совхоза «Садовое». Один за другим выступают делегаты кон­ференции и дают Белому исключительно отрицательную характеристику, Не нашлось ни одного человека, который поддержал бы эту кандидатуру. Белый не присутствовал на конференции, поэтому попросили тов. Гаращенко дать характеристику своему «выдвиженцу». Гаращенко нехотя поднял­ся и стыдливо попросил вычеркнуть Бело­го из списка. - Белого я знал только до 1932 го­да,--заявил он. - Как же ты его рекомендовал? Тут со мной рядом сидел один деле­гат, 1 спросил его, он сказал, что Белый как будто неплохой человек, вот я и вы­двинул… Нужно было избрать в райком 29 чело­век. Наметили 108 кандидатов, отвели только 23,- исключительно тех лю­дей, которые имеют те или иные поли­тические пороки. Среди оставшихся были, например, почти все директора мелких предприятий, все секретари парткомов ин­структора райкома, заведующие отделами исполкома и т. д. Для каждого более чем ясно, что всех в райком избрать нельзя пусть даже за ними не числится никаких грехов. В райком нужно избрать самых достойных, лучших из лучших. А здесь стоило только установить, что товарищ не имеет выговора и вообще ничем полити­чески не запятнан, как его спешили оста­вить в списке для тайного голосования, кома и партийный актив отстранились от руководства выборами. Они не отстаивали лучшие кандидатуры. Поэтому в списке для голосования оставили слишком много кандидатур, поэтому во время голосования вместо 29 членов рай­кома избрали только 18. При такой безответственности и неорга­низованности даже после второго тура го­лосования в состав райкома не вошел ни один рабочий и ни один колхозник, рабо­тающие непосредственно на производстве. На конференции было немало случаев, свидетельствующих, что некоторые товари­щи ставят знак равенства между внутри­партийной демократией и мелкобуржуаз­ной распущенностью, Всякое замечание ща считали «зажимом». Люди готовы бы­ли охаять все прежние решения партийных органов, принять всякую критику. Эти то­варищи не поняли, что внутрипартийная (От днепропетровского корреспондента «Правды»)

Дубровинский с осени 1904 года уде­ляет больше всего внимания пропагандист­ской работе в районах Петербурга. Здесь застают его события 9 января 1905 г. В этот и последующие за «кровавым воскресеньем» дни Дубровинский -- в гуще масс. Он использует всякую воз­можность для революционного выступле­ния, для раз яснения массам истинного ха­рактера происшедших кровавых событий, для призыва их к организации и сплоче­нию вокруг партии. В феврале 1905 года Дубровинский при­езжает в Москву для участия в совещании ряда членов ЦК, которое происходит на квартире писателя Леонида Андреева. По­лиция накрывает совещание, и все участ­ники, в том числе и Дубровинский, аресто­вываются. Накануне III с езда Дубровинский­за тюремной решеткой. В тюрьме он подписы­вает декларацию о полной поддержке непри­миримой линии Ленина. Из тюрьмы он осво­бождается в октябре 1905 года. Дубровин­ский идет на низовую массовую работу в Замоскворецкий район, но долго здесь оста­ваться ему не приходится в ноябре ЦК, избранный на III сезде большеви­ков, отзывает его в Петербург. Дубровин­скому дается ответственное партийное за­дание поехать в Кронштадт, где револю­ционные матросы подняли восстание. В Кронштадте он выступает перед массами воеставших с пламенными речами, но цар­скому правительству, как известно, скоро удается потопить в крови восстание. Начи­нается жестокая расправа. «Иннокентию» удается скрыться, избегнуть расстрела только лишь благодаря его исключительной находчивости, исключительному самообла­данию в минуты смертельной опасности. Спасшись из Кронштадта, он возвращается Петербург, куда к этому времени уже приехал Ленин, и тут состоялась их пер­вая личная встреча, хотя до того они уже хорошо знали друг друга по переписке. Здесь было заложено основание и тес­ной личной дружбе, продолжавшейся до самой смерти Дубровинского. Из Петербурга Дубровинский приезжает Москву … из кронштадтского огня попа­дает в московское полымя декабрьского вос­стания. Героические усилия московских пролетариев натыкаются на щетину шты­ков, и вооруженное восстание подавлено, Революционные организации разгромлены. Ленин переезжает в Финляндию. Уезжает туда и Дубровинский, В конце 1905 г. в Таммерфорсе созывается общерусская боль­шевистская конференция, Здесь влервые встречаются лично Ленин и Сталин. Их заочное знакомство и переписка закрепля­ются большой замечательной дружбой. Вскоре больной Дубровинский возвра­щается в Москву, а затем в Петербург. Он бератся ся опять за свою ою обычную работу ою обычную работу нелегального профессионала-партийца.  Его пересылают этапом в Москву, где вскоре по болезни освобождают «впредь до приговора по совокупности дел». В момент освобождения Дубровинского из московской тюрьмы наша партия готови­лась к V (лондонскому) сезду, В числе других делегатов от Московской областив лучил мандат на лондонский с езд и Дубро­винский, но незадолго до с езда, 11 марта, он был арестован. По совокупности прежних дел Дубровин­ский должен был бы отправиться в ссылку, но так как туберкулез легких уже был в такой стадии, что угрожал жизни, то в виде особой «милости» было удовлетворено его ходатайство о выезде вместо ссылки за границу, Таким образом он успел еще попасть в Лондон в последний день сезда, что не помешало избрать его в ЦК, ибо Дубровинского знала вся партия IV

(1877 -- 1913 гг.)

Ward

«мера пресечения» -- высылка на 4 года в глухой Яранск, Вятской губернии. В ссылку к нему попадают запрещен­ные царской цензурой книги. Так, напри­мер, в одном полицейском донесении зна­чится: «В августе 1900 г. вятским губер­натором представлены в департамент три запрещенные книги о социализме, получен­ные из-за границы и адресованные Дубро­винскому». о первынему В сыром Яранске Дубровинский заболе­вает туберкулезом легких настолько серьез­но, что даже полицейские врачи считают для него необходимым перемену климата, и его направляют для дальнейшего отбы­вания срока ссылки в Астрахань. С приездом в Астрахань открылась воз­можность приобщиться к практической ра­боте. К лету 1902 г. уже полностью, как из­вестно, сложилась и энергично лействовала ленинская «организация революционеров», быходила «Искра», шла подготовительная работа ко II с езду РСДРП. Будучи еще на положении ссыльного, Аубровинскии становтся одним из дея тельных агентов «Искры». Почти накануне П с езда РОДРП, 5 июля 1903 г., он кончает срок ссылки, при чем ему запрещено в течение 5 лет прожива­ние в промышленных и университетсних центрах. Получив такую «свободу», он местом жительства избирает Самару. Туда наезжа­происходили вешания искровцев, связанные с подготов­вещания искровцев, связанные с подготоберется письменную связь с Лениным. расколе и появлении внутри партии фрак­ций большевиков и меньшевиков, Дубро­винский заявляет себя большевиком, сто­ронником Ленина. Вскоре Дубровинский был кооптирован в состав ЦК партии и в качестве чле­на ЦК обезжает ряд городов с докладом сезде. Активные работники местных организа­ций нелегального периода существования нашей партий помнят в том числе и пишущая эти строки и не забудут стиля практической повседневной работы «Иннокентия», Не забыть никогда, каким большим событием являлея приезд члена ЦК Дубровинского, который каким-то эсо­бым проникновенным взором видел всю организацию со всеми достижениями и не­достатками. За несколько дней пребывания было такого угла, где бы Дубровинский не в том или друтом городе, а кажется, не побывал, - он успевал познакомиться не только с верхушкой парторганизации -- комитетом, который заслушивал его бле­стящий по форме и глубокий по содержаниюЛенин доклад о текущем моменте, Он успевал ин­структировать пропагандистов и агитаторов, бывать на пропагандистском кружке, вы­ступить в лесу на массовке, а после вы­ступления собрать вокруг себя отдельных рабочих, поговорить с ними, прощупать через них настроение массы, Все это вы­ходило у Дубровинского очень просто. До­бродушная и в то же время несколько грустная бывала у него при этом улыбка. Доверчиво, как к родному, относились к впервые видевшие его рабочие.ных Каждый раз, когда Дубровинский посетит парторганизацию, где, бывало, работаешь, узнаешь от него не только новости обще­партийного характера, не только получаешь директивы из центра, но узнаешь лучше в в

b

Все

В весну глухого 1910 года, когда мо­сковская охранка слала в департамент полиции свои хвастливые донесения, что в Москве «все ликвидировано», «револю­цией больше не пахнет», - в конце мая приезжает в Москву по паспорту Бориса Дмитриевича Познанского---Дубровинский. де успел он и оглянуться хорошенько, как по его пятам стали ходить шпики,- восемь дней подряд ходили они за ним. Таких два провокатора, как Малиновский и житомирский, отлично знали о приезде в Москву «Иннокентия». «По имеющимся в департ. полиции распоряжению и преподанным в цир­куляре от 28 апреля сего 1910 г. з № 109793 строго проверенным данным псевдоним «Иннокентия» и в действитель­ности являющегося мещанином г. Курска Иосифом Феодоровым Дубровинским». Арестованного в июне 1910 г. в Мо­скве на улице Дубровинского водворили дикую Туруханку. О побеге мечтать не приходилось. В тос­ке, в одиночестве проводит Дубровинский время в глухой ссылке, а о том, как эта глушь давила его, свидетельствуют следую­щие маленькие строки из письма его Москву к своей дочурке: «Читал я недавно, как заскучал принп­лисичка Острозубок, когда поместили его в зверинеп. Пришлю -- прочтите. Вот бы пустить его в Туруханский Край! Места у нас столько, сколько у вас губерниях в 20-и (1.700.000 квадратн. верст­Та­лек, понимаешь?), а народу, остяков, тун­гузов и русских вместе, меньше, чем на Никитской улице». Угасали силы Дубровинского вдали от партии, которой он отдал всю кровь своего сердца и все силы своих нервов, и угасали в момент, когда в России наметил­ся новый подем революционного движе­ния, когда на Пражской конференцип окончательно оформилась большевистская партия. Это был замечательный революционер, человек, о котором товарищ Сталин ска­зал: «… из всех знакомых мне незауряд­ных организаторов я знаю - после Ленина - лишь двух, которыми наша партия может и должна гордиться: И. Ф. Дубровинского, который погиб в ту­руханской ссылке, и Я. М. Свердлова, который сгорел на работе по строительству партии и государства». Ц. ЗЕЛИКСОН-БОБРОВСКАЯ.

НЕПРАВОМОЧНЫЕ КОНФЕРЕНЦИИ (От ивановского корреспондента «Правды»)

щих на конференции 37 организаций по­желает выступить с критикой районного комитета, он может получить гостевой би­лет. Это выступление получило достойный отпор со стороны конференции. -Выступление секретаря городского комитета тов, Соколинского по меньшей ме­отложить ре несерьезно, - говорит делегат тов, Шрейдер. Тов. Шрейдер вносит предложение конференцию на один день с ли партийной единогласно не ствуют районной ствуют насчитывающихся тем, чтобы все избранные делегаты мог­принять участие в работе районной конференции. Это предложение принимается. Оказывается, эта конференция не яв­ляется исключением. Второй день уже работают фрунзенская и кировская район­ные партийные конференции. Они также правомочны, ибо в их работе не уча­многие делегаты. На фоунзенской партийной конференции отсут­делегаты 63 организаций из 120, в районе. И. ГРЕКОВ.

Секретарь районного комитета тов. Пу­занова обратилась к конференции с обыч­ным вопросом: явилось столько-то деле­гатов, конференцию можно открывать?… Слово берет делегат конференции тов. Крупин: Открытие сталинской районной партий­ной конференции (Иваново) ознаменова­лось неожиданным сюрпризом для секрета­ря Ивановского городского комитета партии тов. Соколинского. На конференции отсутствуют деле­гаты 37 организаций. Это вызвано якобы тем, что создаются новые районы. Предста­вители одной трети районной организации, таким образом, незаконно лишены права высказать овое мнение по отчету район­ного комитета ВКП(б). Это справедливое выступление вызвало одобрение со стороны делегатов. Но против тов. Крупина решительно выступил секретарь городского комитета партии тов. Соколинский. Смысл его вы­ступления был прост и ясен: территория новых районов установлена, вопрос решен, а если кто-либо из делегатов отсутствую-

1907 год подходил к концу. вместе с заграничной частью Цк переезжает в Швейцарию. Партийный ак­тив в России с каждым днем убывает. Гуляет по его рядам тяжелая рука пар­ской жандармерии и охранки, усердно проводя «последовательные ликвидации». Менее закаленные элементы поддаются усталости, отходят от партии. Вместе с лучшими большевиками, орга­низаторами и строителями партии «Инно­кентий» приступает к энергичной работе по восстановлению разрушенных нелегаль­организаций, вновь обезжает города, связывает их между собой, инструктирует, подталкивает, приободряет. К весне 1908 года физические силы на­чинают изменять Дубровинскому, он вы­нужден сделать перерыв в работе, уехать

2 июня--с езд компартии Казахстана в вого комитета партии, АЛМА-АТА, 8 мая. (ТАСС). 2 июня Алма-Ата созывается первый с езд комму­нистической партии (большевиков) Казах­стана. На повестке дня с езда: отчет крае­комиссии, выборы Центрального комитета

20 декабря 1897 г. состоялся допрос, на котором «Иннокентий» катего-

отчет ревизионной рически отрицал предявленные ему обви­нения. Допрос происходил в присутствии поли-

КП(б) Казахсгана и ревизионной комиссии. цейского врача, которым тут же были сня-