4 ИЮНЯ 1937 г., № 152 (7118)
ПРАВДА
4
Обзор печати
ОБСУЖДЕНИЕ ВОПРОСОВ ТРЕТЬЕГО ПЯТИЛЕТНЕГО ПЛАНА ГДЕ ЖЕ «РЕЦЕПТЫ» НАРКОМЛЕСА? Но не в этом дело. Разве не могут по­строенные Наркомтяжпромом целлюлозные заводы покупать отходы у лесопильных заводов Наркомлеса? И, наконец, - и это самое главное. совершенно непонятно, почему Наркомлес считает, что для производства технических сортов бумаги нужна только сульфатная целлюлоза из отходов, когда известно, что многие сорта этих бумаг требуют высоко­качественной целлюлозы, и не только суль­фатной. Не вразумительны рассуждения тов. Германа и в отношении передачи Нарком­пишепрому производства пергамента и тор­говых сортов бумаги. Наркомпищепром в производстве бумаги и картона­не но­вичок; ему принадлежит уже 8 бумажных предприятий, которые должны дать по пла­ну 1937 г. свыше 45 тысяч тонн бумаги и 6,5 тысячи тонн картона. Если у Нарком­пищепрома будет не 8, а больше бумаж­ных фабрик, то от этого только выиграют рн в Статья тов. Германа, в которой одни «рецепты» признаются негодными, а вза­мен не выдвигается ни одного рецепта, лишний раз свидетельствует о том, что в аппарате Наркомлеса нет ни перспективы, ни понимания всей политической важности поднятия бумажной промышленности. Боль­ше того, в Наркомлесе не знают даже, как справиться с планом бумажной промыш­ленности уже в текущем году. Трижды представляемый по этому поводу проект наркома лесной промышленности тов. В. И. Иванова неизменно отвергается правитель­ственной комиссией! П. КАПУСТИН. В своей статье «Можно ли ждать от Нар­комлеса бумаги?» («Правда» .от 21 мая) я предложил передать строительство пред­приятий для вискозной и специальной целлюлозы и фабрик по производству тех­нических сортов бумаги Наркомтяжпрому, а фабрик по производству обертки, перга­мента и торговых сортов бумаги--Нарком­пищепрому, Это предложение мотивирова­лось необходимостью разгрузить Нарком­лес, дабы общими усилиями добиться в 1942 году производства 3 миллионов тонн бумаги (в том числе 2 миллиона тонн куль­турных сортов) и 450 тысяч тонн карто­на. Руководитель планово-экономического управления Наркомлеса тов. Герман в статье, напечатанной в «Правде» 31 мая, назвав эти предложения «негодным рецеп­том», сам, однако, об об еме производства бумаги и картона в третьей пятилетке и словом не обмолвился. Доводь Доводы тов. Германа против «разгрузки» Нарковлеса крайне легковесны. По поводу люлоза. Получить ее можно только из от­ходов лесопиления. А лесопиление сконцен­трировано в Наркомлесе; в частности Со­ломбальский целлюлозный завод питается отходами лесопильного завода им. Молотова, принадлежащего Наркомлесу… «Но тогда, очевидно,-вопрошает автор,-нужно от­дать Наркомтяжпрому и лесопильные за­воды, питающие сульфатно-целлюлозное производство своими отходами, так как это комплексные предприятия». К вашему сведению, тов. Герман: Нар­комтяжпром уже имеет свои собственные лесопильные заводы, и кое-что он мог бы, вероятно, организовать, используя отходы этих заводов.
УТЕРЯНЫ ПАРТИИНЫЕ БИЛЕТЫ… Газета «Большевистская сталь» (г. Сталинск) поместила об явление о «похи­щенном» партийном билете с просьбой(об­ращенной, видимо, к похитителю!) вернуть партбилет… по домашнему адресу. Релак­ции следовало бы знать, что найденные партийные билеты сдаются только руко­водителям партийных органов. Ведь речь идет о партийном билете, а не о похищен­ном портсигаре, который просят доставить на дом за вознаграждение!… Об явления об утере партийных билетов встречаются и в усть-калманской газете «Ленинский путь». Разиней оказался и сам редактор Вл. Илющенко. Правда, об этом в газете не об являлось. Об этом рассказали коммунисты с трибуны районной партий­ной конференции. Оказывается, Илющенко «временно терял партбилет, и Герас­кин (секретарь райкома.-РЕД.), зная об этом, не принял жестких мер». * * * Семеро коммунистов партийной органи­зации Татарского района, Западно-Сибир­ского края, почти одновременно потеряли свои партийные документы. Сведения об утере партбилетов стекались в районную газету «Ударник-животновод». В редакцию принесли обявление для опубликования: «Утерянный партбилет № 114328, вы­данный на имя Дергача Петра Борисо­вича, считать недейстбительным». Семь таких об явлений об утерянных и похищенных партдокументах поместила ре­дакция в одном номере газеты. Четыре ана­логичных об явления помещены в одном из апрельских номеров беловской газеты «Знамя ударника». B том же Западно-Сибирском крае барабинская газета «Коммуна» в последних числах марта обявила недействительной кандидатскую карточку № 0230181, «по­хищенную»… 4 августа 1936 года. Почему владелец карточки за восемь ме­сяцев не удосужился об явить о похищен­ном партдокументе? Незадолго до этого «Коммуна» сообщала о другом партбилете, «похищенном» «15 июля 1936 года в г. Одессе в трамвае № 13». в томской газете Редакция проявила излишнюю доверчи­вость. Разве может она удостоверить, что партбилет был похищен, что это случилось такого-то дня, именно в Одессе, в трамвае № 13?… Об явления об утере партийных биле­тов мы находим и в самых последних май­ских номерах «Коммуны». Непонятно толь­ко, почему редакция не печатает откликов по следам обявлений, почему она не ин­формирует читателей, что решили райком и партийные организации, получили ли ротозеи примерное наказание. Трудно предположить, что редакция не осведомлена о принятых мерах: тов, Фи­латов, исполняющий должность редактора «Коммуны», - второй секретарь Барабин­ского райкома партии. Столь важные обявления порой соста­вляются небрежно и неряшливо. Например, «Красное знамя» сооб­и«Утер «Утеряна кандидатская карточка ВКП(б) на имя Лясота Петра». Почему-то не указан номер кандидатской карточки, не названо отчество ес беспеч­ного владельца. Неизвестно также, какая организация выдала этот партийный доку­мент. А что, если в Томске и его окрест­ностях есть кандидаты партии - однофа­мильцы Лясота? Не придется ли им доказы­вать, что они никогда документов не теря­ли и об явления в газету не давали?


83 об явления об утере партийных до­кументов опубликованы за последние меся­цы в 15 районных и городских газетах За­падно-Сибирского края. Своей идиотской болезнью - беспечностью ротозеи оказали прямую услугу врагу. Газеты ограничились только помещением обявлений. Спору нет, это делать нужно. Но что сказать о редакторе, который печа­тает подобные об явления, не вдумываясь в их содержание? Ведь такое двухстрочное об явление сигнализирует об известных яв­лениях, в данном случае о беспечности и благодушии, подсказывает тему острую и неотложную. Будь у тов. Баскакова, редак­тора газеты «Ударник-животновод», поболь­ше политического чутья, он посвятил бы напечатанным им семи обявлениям пере­довую статью. Однако не только он, но и другие редакторы просмотренных газет не прокомментировали должным образом весь­ма тревожные об явления. Нехватило у ре­дакторов политического чутья. Тема, взятая нами из газетных обявле­ний, заслуживает самого пристального впи­мания отдела печати Западно-Сибирского крайкома ВКП(б). Отдел печати мог заме­тить неуменье газет ставить острые вопро­сы партийной работы, мог обнаружить ошибки газет и обязан был их предупре­дить. Это нетрудно было сделать, сидя в Новосибирске, даже без специального об­следования на месте, без письменного или устного доклада редактора об освещении партийной жизни на страницах газеты. Достаточно было перелистать комплекты и пробежать отделы об явлений в газетах.
ВЕТРЯНЫЕ ДВИГАТЕЛИ­КОЛХОЗНОЙ ДЕРЕВНЕ В 1937 году число колхозов достигло 250.000. Во многих колхозах имеются животноводческие товарные фермы. Для механизации работ колхозные фермы при­меняют до 23.000 двигателей стационар­ного типа. На каждые 11 колхозов прихо­дится примерно один двигатель. Колхозное товарное животноводство ра­стет. Потребности его в механизации по­вышаются. Колхозы нуждаются в большом количестве двигателей. Подсчеты показы­вают, что для одной лишь механизации процессов колхозного животноводства нуж­но внушительное количество новых двига­телей - 230 тысяч штук. Считая же с двигателями для питьевого водоснабжения, полива промышленных огородов, орошения и осушения полей и, наконец, с двигате­лями для электрификации и радиофикации колхозов, эта цифра возрастет до 605.000 штук (общей мощностью в 3.500 тысяч лошадиных сил). Можно ли рассчитывать на получение в третьей пятилетке такого количества ста­ционарных двигателей? До 1935 года кол­хозы имели не более 12.500 двигателей. На протяжении 1935 и 1936 гг. приба­вилось 10.780. План 1937 года преду­смагривает внедрение 7.120 двигателей, всего, таким образом, к началу третьей пятилетки в колхозах будет 30.400 дви­гателей. По наметкам плана третьей пятилетки, разрабатываемым в Наркомземе СССР, кол­хозы должны получить не более 60.000 теплосиловых двигателей. Часть колхозов построит свои небольшие электростанции. Около 15.000 колхозов будет присоелинено к сетям районных электроцентралей. Это уменьшит потребность в первичных дви­гателях. Далее, колхозы получат 105.000 цельнометаллических ветродвигателей, из­готовленных на заводах. Наконец, ряд кол­хозов, главным образом небольших, выну­жден будет обходиться конными приводами и в третьей пятилетке. Таков план энерге­тики колхозов по наметкам Наркомзема СССР. Ясно, что и при выполнении этого плана многие колхозы останутся без двигателей. Выход - в массовом строительстве двига­телей на местах в виде дерево-металличе­ских ветряков. Что для этого требуется? Наркомзем сССР должен предусмотреть в планах и в директивах на третью пятилетку массовое строительство дерево-металлических ветря ков силами и средствами самих колхозов. Нужно привлечь заводы местной промыш­ленности и промысловой кооперации (а так­же заводы и ремонтные мастерские Нар­комзема СССР) для изготовления комплек­тов металлочастей к этим ветрякам. При грамотной технической помощи колхозам обеспечение их ветряными двигателями вполне осуществимое дело. Б. КАЖИНСКИЙ.
На полях колхоза им. Буденного (Широковский район, Днепропетровской области). На снимке: бригадир тов. Винник и колхозник тов. Черновол прове­Фото Д. Шиирмана. ряют зрелость хлебов на одном из участков колхоза.
Договор четырех областей Борясь за выполнение указаний товарища Сталина о ежегодном про­изводстве зерна в размере 7--8 млрд пудов и об урожае свеклы в 200--250 центнеров с га, четыре свеклосеющие обла­сти Украины­Киевская, Харьковская, Винницкая и Черниговская заключили между собой договор на социалистическое соревнование. Соревнующиеся области обязались про­вести в 1937 году все работы на таком высоком агротехническом уровне, чтобы пе­ревыполнить во всех районах, колхозах и совхозах государственный план урожайно­сти, установленный для этих областей. Области взяли на себя обязательство ши­роко организовать стахановское движение в звеньях, бригадах, колхозах, совхозах, чтобы добиться урожая свеклы в 300- 400--500 и больше центнеров с гектара и урожая зерновых в 20 25 и больше цент­неров. Кроме того, определены показатели по урожайности подсолнуха, льноволокна, конопли-волокна, махорки, картофеля проса. В договоре предусмотрены все агротехни­ческие мероприятия по каждой культуре, которые должны применяться в соревную­щихся областях. Решено подготовить через агрозоовет­кружки весь руководящий состав колхозов и колхозный актив с тем, чтобы к концу 1937 года председатели колхозов, брига­диры и заведующие фермами сдали техни­ческий минимум. Области обязались организовать обмен опытом и достижениями лучших стаханов­цев, мастеров сельского хозяйства, создать всем стахановцам и ударникам сельского хозяйства наиболее благоприятные условия для выполнения взятых ими обязательств, а также бороться со всеми попытками игно­рировать и мешать развитию стахановского движения.
В новом центре Орджоникидзевского края ВОРОШиЛоВСК, 3 июня. (Корр. «Прав­будут проведены большие работы по пере­лы») Ворошиловск _ новый центр Орджоникидзевского края готовится к пе­реезду краевых организаций. Город благоустраивается. Уже в 1937 оборудованию водопровода, канализации, построены несколько жилых домов. C 1 сентября устанавливается прямая телеграфная и телефонная связь с Москвой. Строится автоматическая телефонная стан-

году удвоится количество электроэнергии, дия на 2.000 номеров. ПАРОХОДЫ ВЫХОДЯТ В НАРЬЯН-МАР АРХАНГЕЛЬСК, 3 июня. (Корр. «Прав­ды»). Порт Нарьян-Мар готовится к приему
Барельефы из фарфора для метро ЛЕНИНГРАД, 3 июня. (Корр. «Правды»). Танцоры застыли в движении. Русские па­рень и девушка, украинец, грузинка, играющая на чонгури, солидный казах, мечтательная армянка, белоруссы, узбеки… Многообразные пляски народов СССР уве-ры ковечил скульптор в фарфоре. Рядом с барельефами танцоров в ма­стерской фарфорового завода им. Ломоносо­ва лежат фарфоровые венки. Иекусной ру­кой скульптора в них вплетены сочные плоды­налитые яблоки и груши, тяже­лые гроздья винограда, золотые лимоны, гранат. Скоро будут отлиты из фарфора фигуры волейболистов, дискоболов, пловцов, бегу­нов, футболистов, стрелков, хоккеистов: фарфор расскажет о силе и ловкости совет­ской молодежи. Мастера Ленинградского фарфорового за­вода им. М. Ломоносова работают по ри­сункам скульпторов Н. Я. Данько (танцо-
НОВЫЕ КОЛОДЦЫ, ВОДОПРОВОДЫ, ПРУДЫ ОМСК, 3 июня. (Корр. «Правды»). Кол­хозы Омской области ведут большое ме­лиоративное и гидротехническое строитель­ство. В этом году будет построено 400 шахтных и 20 трубчатых колодцев, про­ведено 80 водопроводов, вырыто 20 пру­дов, орошено 2 тысячи и осушено 10 ты­сяч гектаров. В Калачинском районе строятся 6 шахт­ных колодцев, два водопровода в товарно­животноводческих фермах, монтируются две ветронасосные станции. Ведутся под­готовительные работы к сооружению кол­хозной гидростанции на реке Оми.
и венки) и Е. А. Янсон-Манизер (физ­первых судов. В ближайшее время из Ар­культурники). Когда будут готовы фигуры, их отправят в столицу на новые станции метрополитена. 64 барельефа на тему «Танцы народов СССР» и 120 фарфоровых венков украсят своды подземного вокзала станции «Пло­щадь Свердлова». Колонны надземного вок­зала этой же станции будут увенчаны кра­сивыми фарфоровыми капителями. Стены станции «Стадион «Динамо» будут офор­млены барельефами физкультурников. хангельска туда прибудет товаро-пассажир­ский пароход, который привезет продоволь­ствие и другие товары для ненецких торго­вых организаций. Другие суда доставят в Нарьян-Мар материалы для строительства Печорского порта и Воркутской железной дороги. Обратно они уйдут с грузом угля. План вывозки угля находится, однако, под вод утрозой: архангельский судоремонтный за­«Красная кузница» запаздывает со строительством морских барж.
ПЯТИЛЕТКА СОВХОЗА «ПАХТА-АРАЛ» ком сборе годовая прибыль совхоза превы­сит 10 млн рублей. К концу третьей пятилетки в «Пахта­Арал» намечено вложить свыше 13 мли рублей. Из них около 8 млн рублей на культурно-бытовое строительство. Этот план сейчас обсуждается на собра­ниях и совещаниях рабочих и специалистов.
АЛМА-АТА, 3 июня. (Корр. «Правды»). В хлопковом совхозе Южно-Казахстанской области «Пахта-Арал» закончено составле ние хозяйственного плана на третью пяти­летку. План намечает к концу третьей пя­тилетки довести среднюю урожайность хлопка до 34 центнеров с гектара. При та-
НИКОЛАЙ ПОГОДИН
не на Если бы он знал, что все это так иллю­зорно, так обманчиво, если бы… Но даже такие предприятия и планы строятся тех же иллюзиях. И военный разведчик работал спокойно и торжествующе. Поду­майте -- какая победа! Этот рейд на со­ветскую территорию может произвести глубокое впечатление на штабы. Он под­тверждает правоту взглядов молодого са­мурайства на большую войну. А слава… Офицер прилежно и аккуратно работал. В этот момент девочка задами дворов пробралась к соседке и рассказала ей про японцев. Та сейчас же бросила свои дела и позвала свою соседку. Женщины согла­сились, что одной следует наблюдать за нарушителями, а другая пойдет в совет. Наблюдение было установлено. В совете оказался председатель. У пред­седателя был бердан. Одному с берданом итти на двоих в пограничной полосе, где дела решаютоя пулей, конечно, было риско­ванно. Искать людей-- долго. Поблизости находился старик-инвалид. Председатель взял инвалида. Тем более, что инвалид был не трудовой, а военный, как-никак, а ню­хавший порох человек. А сам председатель в свое время служил в Красной Армии, в Особой Краснознаменной Дальневосточной. Женщины были оставлены в тылу. Двое людей с одним берданом пошли брать разведчиков. Все, как видите, происходило по прави­лам военного дела и, в чем решающая особенность всех подобных пограничных происшествий, - без шума, без паники, строго и серьезно. Шутить здесь нечем. Речь шла о жизни каждого. Заметь офи­дер, что девочка вышла из двора, для девочки это бы кончилось очень плохо. Разведчик в таком предприятии ставит на карту свою жизнь. К гостям надо было подойти незаметно и окружить их. Картина была такая: офи­цер занимался с емками, солдат стоял на коленях на разостланной шинели и что-то записывал, офицерская полевая сумка и маузер лежали рядом с солдатом, клинок был при офицере. И председатель принял решение -- самому демонстрировать с бер­даном, наступая в лоб на противника, а инвалиду в этот момент захватить маузер, если удастся -- без применения силы. И вот началась операция. Инвалид запел в тыл. Перед офицером с наведенным бер­появился председатель
как угодно. русско-японская война, на чем тридцать лет поддерживается огонь славы японского оружия. Теперь обидно и опасно разру­шать великолепные иллюзии. Так мно­жество молодых людей и полагает, что ни­чего в сущности не изменилось у русских с 1905 года и на границе можно хамить, Молодой самурай взял с собой солдата и пошел за линию границы делать воен­ные семки. Вышел он среди бела дня. Шел открыто и отважно, удивляясь сказ­кам об укреплениях нашей границы. Он идет в чужую страну в полной форме, с клинком и маузером, и его не трогают. Его просто никто не видит. Почему до сих пор японские военные силы не берут эту зем­лю? Поразительно! Через некоторое время от непривычной ходьбы по бездорожью и кочкам офицер притомился. По странному обычаю, никак не идущему к суровым самураям, офицер передал свой маузер и полевую сумку сол­дату. Потом захотелось пить. А пить за­хотелось потому, что, несмотря на пышные слова храбрости, офицер немного выпил водки и дал солдату. Так что некоторое время они были навеселе, а потом пришла обычная жажда. Неподалеку они видели пограничное рус­ское селение, там можно было напиться. Офицеру было в точности известно, что русские мужики спят и сквозь сон видят японцев, на которых возложена историче­ская миссия дать русским мужикам циви­лизацию. В мыслях все было так просто, что офицер повел солдата в селение пить воду, Селение оказалось пустынным. Жители его ушли на свои крестьянские работы. Где-то на краю смелый завоеватель чужих земель зашел во двор и увидел девочку лет десяти­двенадцати. Владея кое-каким запасом русских слов и зная, что слово «товариш» это дружеское слово рус­ских, японец обяснил девочке, что ему надо воды. Девочка не стала кричать и не убе­жала. Она дала напиться японцам. И они ее поблагодарили с изящной вежливостью сынов солнечной страны. То-есть дела шли блестяще. Граница оказалась открытой, туземное население встречало их радушно, теперь оставалось располагаться и дей­ствовать на чужой территории. Офицер пошел к возвышенности, интересующей его с точки зрения чисто военных целей, На­чалась семка местности.
даном. Теперь это дело прошлое, и преуве­личивать не стоит -- пошумел председа­тель. На бердан надежда, конечно, плохая, а голосом все-таки можно произвести впе­чатление. Офицер был удивлен. На него шел рус­ский мужик с ружьем и кричал. Стало неловко и неприлично перед солдатом. Надо было не потерять лица. Офицер стал ласко­во улыбаться. Он сам пошел навстречу мужику, протягивал к нему руку и повторял: - Товарищ… товарищ… Но тот приказывал: - Руки вверх!… Он еще что-то такое кричал, чего не понимал офицер. А он командовал дяде, инвалиду, чтоб тот скорее брал маузер. - Пушку бери --- и дело с концом. Пока солдат смотрел на человека с бер­даном и ждал от начальника распоряже­ний, а начальник пускался в любезности с русским, инвалид взял маузер, и дело действительно кончилось. Военная честь получила первый роковой удар. Офицер императорской армии был обезоружен кре­стьянами. Но у него оставался клинок. Он мог за­щищаться клинком и в последний момент покончить с собой, как того требует саму­райская традиция. Романтика не всегда оправдывается жизнью. Трагедии тоже не случилось. Клинок взяли пограничники. Непонятным образом и они появились в финале, Оказалось, чго бойцы закрыли путь отступления к границе. Иллюзии рассеялись. Граница была и здесь на зам­ке. Действовала какая-то удивительная сила, двигающая людьми, от ребенка до старика. Кто-то обманул офицера… Все не то, не так, не правда. Его взяли в плен мужики, а он думал… Обольстительные мечты отлетели, оставалось итти на за­ставу. Молодой человек капризничал, требовал высокого уважения к своей особе, ибо, говорил он, офицер императорской армии достоин почета. Его и не унижали. н справлял весь свой воинский ритуал важ­но и великолепно, лица не терял. Но это уже ничего не значило. В Манчжурии его ждал суд и расстрел. Он сам признавался, что ему следовало бы сделать харакири, но все равно… Во всяком случае он убе­дился, что это значит-- граница на замке.
На дальневосточной границе Хотя почему она Что означает в действительности «гра­ница на замке»? Это, конечно, образ­ое понятие, которое, впрочем, очень метко характеризует истинное положение дела на наших дальневосточных рубежах. Но «замка», конечно, в переносном и распро­страненном смысле, на границе так просто не увилишь. Сопки, тайга, равнины и реки, по кото­рым лежит граница, в большей своей части являют дикие места. Мы никогда не можем представить себе размаха Дальнего Бостока. Что карты?… В конце концов они дают уютные образы домашнего, глобусного мира. Но в действительности гродековское направление, о котором мы так часто чи­таем в газетах,-это какой-нибудь поволж­ский край. Его надо держать на замке. И как держат!… Кочки… Здесь ходит шутка, что старин­ный вальс времен русско-японской войны «На сопках Манчжурии» вернее было на­звать «На кочках Манчжурии», и танпоры отплясывают виртуозные вещи «на коч­ках». Кочки - это наказание. Если рав­нина, то обязательно кочки; если сопки тоже кочки; если низина, падь - опять кочки. Эти огромные бородавки земли не дают человеку прохода. И вот выходят два пограничника в дозор местности. Зима. Стужа. Кочки. Один из бойцов осматривается, щурится, замедляет шаг, Ему не понравились се­годня кочки, Что-то такое тут перемени­лось. Он еще не знает, что именно, и по­этому принимается… считать кочки. Это невероятно. Кочки пересчитать невозмож­но Но он как будто считает, думает, ухмы­ляется и говорит товарищу: - Что ли, мы их плохо считали? -- А что? Одна кочка лишняя… -- сокрушенно вздыхает он.-- Откуда же она взялась? Стоят. Теперь оба видят лишнюю кочку. Первый очерк напечатан в «Правде» 30 мая. местах. Все это очень просто и так же умно. Бесполезно в этой дикой тайге, в бо­лотах, коряжнике, зарослях искать кому­нибудь телефон. Проводов, конечно, тоже не увидишь. Земля по-первобытному не устроена. Вековые глушь и покой. Но все вокруг живет. Жизнь не прекращается ни на мгновение. В кустарник сели гуси, Это надо при­метить. Значит, здесь сейчас нет человека. На стоге помято сено. Надо узнать, не был ли там человек. А если от стога лег след, то по следу надо пустить сторожевую собаку. И обо всем, на что в другой жизни не обращается никакого внимания, пере­дает боец аккуратно, точно, вдумчиво, Иногда среди этой постоянной напряжен­ности наступает минута развлечения. Вдруг с границы звонят. - Слушаю. Называть себя не надо. Бойцы знают голос начальника. И время нельзя упу­скать. Кто знает, почему позвонили. Но в наушнике звучит веселый голос: Товарищ начальник, Япония разо­дралась. - Как разодралась? Из ворот старой заставы вышли два японских солдата и пошли к новой за­ставе. На полпути один другому дал по морде, и побитый пошел обратно. Удиви­тельный народ. Это потом будет предметом долгих об­суждений на заставе. Как же так? У нас бы это стало необыкновенным, даже чрез­вычайным происшествием. Красноармейцы подрались. Как это можно себе предста­вить? А у них дерутся. А с первого взгляда всегда кажется, что на границе пустынно и мертво. Какой за­мок? Где он? И происходят по этой при­чине диковинные вещи. Один молодой самурай пошел за славой на нашу территорию. Его обманули про­стор и пустынность границы. К тому же, по всей видимости, молодой человек, не­давно вышедший из военного училища, приехал в Манчжурию, наполненный школьными знаниями о России. А это лишняя­это не под­дается никакому математическому анализу. Кочек тысячи. Ими усыпана вся равнина на десятки километров. Ну, смотри! -- решительно говорит боец.- Сейчас эта кочка заорет! Он стремительно шагает к бугорку, под­ходит и прыгает на него. Под ним раздает­ся крик. Из кочки выползает замаскировав­шийся простынями и землей нарушитель. Вот так постепенно начинаешь понимать, что это значит в действительности -- «граница на замке»! Но очень постепен­но. Жизнь границы -- это прежде всего невидимость, Она полна тайн. Ты о них никогда не догадаешься. Тебя видят, но ты не предполагаешь, что тебя давно «за­секли», как здесь говорят. А если ты на­чинаешь строить свои предположения и делать догадки, то это до того бывает наивно и неестественно, что лучше отка­заться от них. В жизни все проще. Грани­цу оберегают обыкновенные люди. Слово «бдительность» у них не расходится с делом. Бдительность--это содержание их жиз­ни. Даже вой волка они держат под подо­зрением. С границы на заставу при мне позво­нили. Наряд передавал, что у горы, где он находится, сильно расходились волки… страшный стоит вой. Смотри там,--говорил начальник,- как бы эти волки не оказались двуногими. - Неужели бывает? - На этой границе все бывает. Недаьно начальник прорабатывал след тигра. След ушел в лес и оттуда на сопредельную территорию. За этим следом надо смотреть, как бы он не привел к колхозным хлебным амбарам. Обыкновен­ные тигры хлебом не интересуются, но необыкновенные, «дрессированные» могут поджечь колхозный амбар. Даже такая ничтожная и бессмысленная диверсия, оче­видно, имеет какое-то значение в планах воинствующих людей с той стороны. Воет волк, и об этом знает начальник заставы, Наблюдатель лежит у невидимого теле­фона. Он может найти телефон во многих