2

СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО

СОВЕЩАНИЕ ДЕЯТЕЛЕИ ТЕАТРА И ДРАМАТУРГОВ того, из чего сложилось наше обще­ство. Такие, какие мы есть, мы роди­лись не на пустом месте. История ре­волюционного движения, история на­шей революции, биографии великих деятелей революции это тоже часть нашей души, Это тоже вхо­дит в круг интересов нашего чело­ются нереализованными в силу того, что оба произведения зиждятся на одном обветшалом драматургиче­ском приеме. В молодую учительницу в пьесе Мы должны будем бороться на идеологическом фронте, и бороться не путем пассивного сопротивления, а путем активного, беспощадного и безостановочного наступления на на­ших врагов. Это соответствует тому, чему нас учит партия. Это соответствует нашим традициям, это соответствует нашему характеру, воспитанному в дни пяти­леток и закаленному в дни войны. У нас характер угловатый и не­Пусть наши враги считают нас не­приятными людьми. Из уст врага - это похвала. Во всеуслышание, на весь мир, с трибуны нашего искусства, мы гово­рим и будем говорить о том, что мы боремся и будем бороться за комму­низм, о том, что мы считаем, что коммунизм это единственно правиль­ный путь в будущее для человече­ства, о том, что наши коммунистиче­ские идеалы были, есть и останутся неизменными и что их никому не по­колебать. И если наши враги, желая нас уко­лоть, говорят, что наше искусство партийно и тенденциозно, - это единственное в чем мы согласны с нашими врагами. Да, наше искусство партийно и тенденциозно, и пусть его не любят наши враги, а главное, пусть боятся. Тихонова влюблен работающий вме сте с ней учитель, себялюбец, эго­ист, который всячески увлекает ее века. Это тоже сегодняшняя тема. И завтрашняя тема. талантливый виолончелист, москвич, который приезжает к ней в район и И в этой обстановке вдруг после войны у нас выйскались люди, ис-

ВСЕСОЮЗНОЕ Постановление ЦК ВКП(б) от 26 августа 1946 года «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению» горячо обсуждалось на собраниях работников театров во всех городах страны. Актеры, режис­серы, художники, драматурги и пи­сатели единодушно одобрили это атрального искусства. Вместе с дру­гими важнейшими постановлениями ЦК ВКП(б) о литературе и кино и докладом товарища Жданова - об ошибках журналов «Звезда» и «Ле­нинград» это решение Центрального Комитета партии стало программой деятельности работников театра. При обсуждении этих исторических решений партии работниками искус­ства были подвергнуты серьезной кри­тике ошибки в работе Комитета по делам искусств при Совете Минист­ров СССР и театров, ошибки, при­ведшие к вытеснению советской пье­сы из репертуара крупнейших теат-лу ров, к постановке комедий, искажаю-деятелям. щих образ советского человека и опо­шляющих нашу действительность к сценическому воплощению историче. ских произведений, не имеющих ни­какого воспитательного значения, и к проникновению в репертуар пьес бур­жуазных авторов, проповедующих реакционные взгляды, реакционную буржуазную мораль. Главной причиной всех этих круп­Идейно-полити было забвение литических задач искусст театра при обсуждении решений ЦК ВКП(б), и это было одним из основ­ных выводов большинства выступав­ших. Однако при всем единодушии, ка­кое было проявлено деятелями те­атра во время обсуждения решений ЦК партии, нашлись отдельные ра ботники театра, которые не совсем верно поняли и оценили всю глубинз требований, которые предявляет на­род к театру. Некоторые актеры и режиссеры оказались во власти деля­ческих настроений. Вместо постанов­ки принципиальных творческих и ор­ганизационных проблем такие работ­ники ограничивались мелочными, не­существенными предложениями, от­носящимися к второстепенным воп­росам театральной жизни. Были так. же отдельные попытки снять с себя ответственность за создавшееся по­и ложение. Подобных выступлений было не­много, но вспомнить о них теперь потому что они являются ва ражением консервативности и инерт­ности определенной части театраль ных работников, тормозящих движе­ние вперед. Достаточно сказать, что в Моск­ве и Ленинграде ряд спектаклей, на­меченных к выпуску к 29-й годовщи­не Октябрьской революции, не был своевременно показан в силу гого, что режиссеры и актеры проявили недостаточно ответственное отноше­ние к этим постановкам. Наприме), уже после праздника увидели свет рампы спектакли «Бранденбургские ворота» в Ленинградском драмати­ческом театре «Сказка о правде» в Ленинградском театре им. Ленинско­го комсомола. Бригада Комитета по делам ис­кусств, вернувшаяся из длительной

О создании современного советского репертуара   продуманно, усилия затрачиваются драматургами впустую, и талантли­Одна из его последиих пьес«Там, где растет гаолян»- написана об ос­вобождении Красной Армией Маньч­журии. Японцы в ней выглядят, по сравнению с представителями совет­ской армии, с советскими людьми, значительно более ловкими, умными, предусмотрительными, чем офицеры и солдаты Красной Армии. Получилось это благодаря тому, что автор до­вольствовался в разработке темы со­четанием детективных эпизодов с общими декларативными местами. Этого оказалось достаточно, чтобы подчеркнуть преступные действия но японцев, но совершенно недостаточ­для обрисовки образов советских людей, Для пьесы «Начало карьеры» К. Финн избрал интересную тему, Ему хотелось противопоставить две мо­рали, бытующие в нашем обществе. Одна мораль, свойственная передо­вым, лучшим людям, зиждется на честном, добросовестном служении народу. Другая мораль мораль лю дей, которые хотели бы потевлее «устроиться» в нашей жизни для осуществления своих личных жела­ний и стремлений. Однако, замыслив такое произве­дение, Финн решил его по стандарту так называемых семейно-бытовых пьес. Носителем прогрессивной мора­ли явился скромный инженер, только что женившийся на молодой пред­приимчивой девушке-художнице. Та оказалась представителем собствен­нической, потребительской морали. И вот, столкновение этого скромного инженера со своей женой, активной хитрой женщиной, которая действует в союзе с подобными ей подругами, составляет содержание пьесы. Из та­кого решения темы, конечно, ничего хорошего не вышло, Она получилась мелкой, лишенной сколько-нибуль широкого общественного значения, пов фи моральных приитаклей. пов у К финна происходит на узком пьесы выглядит недалеким слабока рактерным, просто неумным. Ему приходится часто компрометиро­вать себя в многочисленных сверах с женой. Благородный моральный зывается опороченным, измельченным. Чрезвычайно характерно неожи­данное совпадение в сюжетах двух недавно появившихся пьес. Одня из них «На далекой реке» -написана опытным драматургом А. Глебовым, а другая«За Камой-рекою» созда­на человеком, впервые выступающим на драматургическом поприще B. Тихоновым, В обоих произведениях показана жизнь районов, далеко от­стоящих от столицы. Авторы намеревались показать, что люди наших отдаленных районов также ведут большую, полную, со­держательную жизнь, в своей работе преследуют большие цели. Однако благородные стремления ав, торов в значительной мере оказыва­поездки по трем республикам-Узбе­кистану, Киргизии и Таджикистану, не поставленной в Театре им. Хамза сов­ременной пьесой узбекского драма турга является «Мухаббат» Туйгуна. Это очень средний спектакль. Театр им. Ермоловой двумя пос ледними спектаклями, «Старые дру­зья» и «Далеко от Сталинграда», за­воевавший любовь московского зри теля, в течение нескольких месяцез не сумел найти такой советской пье­сы, которая могла бы немедленно пойти в работу. Все это означает, что чувство от­ветственности за свое дело не свой­ственно довольно значительному чие­театров и некоторым театральным Тем не менее, нужно отметить, что за последнее время осуществлены по­становки ряда новых произведений. Пять пьес занимают и будут зани­мать ведущее положение в реперту­арс драматических театров в ближай­шее время. Это - «За тех, кто в ×море!» Лавренева, «Победители» Чир­скова, «Далеко от Сталинграда» Су­рова, «Старые друзья» Малюгина, пьесь с этими произведениями такие как «Под каштанами Праги» и ские люди» Симонова, «Кремлевские куранты» Погодина, «Нашествие» Леонова и др., будут определять ре­пертуар наших драматических теат­ров в ближайшее время. Это, конеч но, серьезный сдвиг в творческой жизни наших театров. Кроме того, театры скоро получат возможность работать над новыми произведениями советских драматур­гов. «Русский вопрос» и «Дни и но­чи» К. Симонова, «Второе дыхание» А. Крона, «Ольга Нечаева» В. Пано­вой, пьеса Ромашова о советской интеллигенции, «Закон зимовки» Б. Горбатова и некоторые другие пьесы скоро появятся на сцене.

Из доклада Ю. Калашникова 

Теперь главной задачей Комитета, Союза писателей и театров, работаю­Драматургию создают люди, облада­ющие талантом и мастерством. От творчества Леонова, Симонова, Пого­дина, Крона, Соловьева и других дра­матургов, от творчества пришедших в драматургию поэтов, прозаиков и журналистов зависит будущее совет­ской драматургии. Нужно обеспечить максимально благоприятные условия для их творческой работы. Вот над какими темами работают наши драматурги. Пьесы об Отечест… венной войне пишут К. Симэнов, Л. Славин, П. Федоров, А. Гладков, И. Прут, С. Кирсанов, Б. Полевой, Г. Граков (пьеса «Молодая гвардия» по А. Фадееву), В. Гроссман, Г. Берез­ко, О. Берггольц, Г. Мдивани, Н. До­рохин (инсценировка «Василия Тер­кина»), B. Поляков, Ю. Чепурин, И. Бражнин, А. Штейн, А. Первен­цев, Ф. Ваграмов. Над произведениями о героике ты­ла B Отечественной войне рабо­тают М. Большинцов, Б. Липатов, Е. Габрилович, С. Колков, Вс. Иванов, К Минц, О советской деревне пишут драмл­турги В. Радыш, С. Герасимов, В. Овечкин. Производственному героизму со­ветских людей после войны посвя­щены будущие пьесы К Паустовско­го, С. Антонова, А. Сурова, Г. Фе­дорова, Е. Пермяка, А. Спешнева, . Кригера, М. Павловой, А. Авдеенко Ю. Никулина, Б. Фаянса, Ю. Грачев­ского, И. Штока, К. Липскерова, О. Берггольц, Г. Макагоненко, А. Га­лича, Г. Флоринского. Драмы и комедии на международ­ные темы готовят Л. Никулин, А. Штейн, Б. Горбатов, К. Симонов. Таким образом, как мы видим, по­давляющее большинство авторов пи­шут об опыте Отечественной войны на фронте и в тылу. Значитель­замыслов произведений трудовом героизме советских лю­работает над произведен ветской деревне. Советская деревня уже долгое время остается за преде ами внимения наших драматургов с ненормальным фактом мириться больше нельзя. Созданию нового репертуара дол­жен способствовать об являемый, со­гласно решению ЦК партии, все­союзный конкурс на лучшее драма­тургическое произведение. Конкурс этот даст положительные результаты только в том случае, ес­ли будут учтены и преодолены серь, езные недостатки, имевшие место при проведении прежних конкурсов. Недостаточно было бы только об явить конкурс и указать его общую цель, очень важно обеспечить опре­направленность самой те­деленную матики будущих произведений, Нуж­но не жалеть сил и труда для широ­кой творческюй пропагандистской работы по конкурсу, ибо нередко мы видим, что когда тема ставится не-

зовет ее в столицу для легкой приятной жизни. Но обе героини от­вергают эти предложения и предпо­читают: однаскромного, честного труженика, нового директора шко­лы; другая председателя колхоза, необходимости передохнуть, поси­деть, погадать на кофейной гуще - что будет? и поведующие теорию «передышки», Кстати сказать, таким теоретикам и практикам «отдыхательного» искус­тоже скромного трудольбивого чело века. Этот драматургический шаблон, так напоминающий избитые старые пьесы эпигонов Островского, опреде ляет и здесь измельчание темы. По этому большие вопросы, поднятые аз­торами, повисают в воздухе, оказы­ваются неразрешенными. Хорошие за­мыслы остаются у порога пьесы. Причина этих неудач заключается в том, что авторы, даже нащупывая интересную тему, подсказанную ства, как раз им именно, в подавля­ющем большинстве своем не от чего отдыхать, они как раз меньше всего и работали во время войны. Они тогда говорили, что нельзя пи­сать во время войны потому что ну­жно осмотреться, А сейчас они го­ворят, что нельзя писать после вой­ны потому, что им нужно отдохнуть. Что же? В конце концов, если они хотят отдыхать, то мы можем дать им право на отдых. Но выйдите вон

жизнью советского общества, решают эту тему умозрительно, не обращают. к действительности, а пытаются «скомбинировать» драму, исполь­зуя избитые драматические ходы, об­ветшалые приемы. и отдыхайте вне пределов советского искусства, атра, утверждая, что лучшие спек­такли якобы всегда готовились по­тто наши театры тратит на по­При этом ссылаются на историю те­Из доклада Спустя три месяца после опублико­вания постановления Центрального Комитета о репертуаре драматических театров мы подводим итоги нашей ра­боты, дающие возможность об­суждать не столько творческий, сколько организационный опыт пос­ледних месяцев, пэтому что творче­ского опыта новых спектаклей и пьес еще почти нет. Театры и драма­турги, а может быть и Комитет по делам искусств еще недостаточно серьезно оценивают положение с ре­пертуаром в наших театрах. Сущест­венно, однако, хотя бы то, что из по­ры взаимных восхвалений и взаим­ных порицаний мы пришли к твердо-ны, му сознанию того, что ответствен­ность за театр в равной мере несут и театры, и драматурги. Все, что я буду говорить, в равной что образы, которие о приттти на сцену, требуют более тон­кого, глубокого и ответственного ма­стерства, чем мастерство, каким сей­час театр обладает. Речь идет не только о перестройке репертуара, речь идет о творческой перестройке театра в целом. Сюда входит и чрез­вычайно серьезное и глубокое отно­пертуара. пкостюмов, долгу, Между тем, это совершенно неверно. В лучший период работы МХАТ К. С. Станиславский затрагил на постановку «Бронепоезда» немно­гим более двух месяцев. Подобных примеров очень много в истории те­атра. Фактор времени сейчас для те­атров это не количественное поня­тие, он имеет большое принципиаль ное значение. Интенсивность работы театров - одно из серьезных усло­вий успешной перестройки всего ре­Необходимо решительным образом пересмотреть методы работы над спектаклями и, в частности, способы художественного оформления спек­Во многих наших театрах художественное оформление нередко сводится к тому, чтобы заготовить как можно больше громоздких, слож­ных, а часто и пышных декораций, са, фанеры, шелка, бархата, сотол сотел метров тюля и т. он часто господствует на подмост­ках многих крупных театров, Такой подход к решению вопросов офоэм­ления необычайно затрудняет произ­водственную жизнь театров, тормо­зя подготовку новых спектаклей. Эти и некоторые другие отрица­тельные явления в жизни театров и в работе драматургов показывают, что мы еще не сумели должным об-

Художник и образ 

П. Маркова 

чайно интересно было прочитать пье­су Овечкина. Она не закончена, и я не знаю, к каким результатам придет ав­тор в итоге. Но в ней чрезвычайно интересно глубокое знание колхозной жизни. Здесь я подхожу к тому, что составляет особый интерес и зна­чительность образов новых, совет­ских людей и что составит новую природу нашей советской пьесы. Важно понять, что в советском госу­дарстве профессия и личность слива­ются в одно целое, что пафос прэ­фессии есть пафос отношения к жиз­ни, что мораль и политика неотрыв­что они сущеолитика неотрыв стве параллельных, а напротив, не­разединяемых рядов. A. Крон в «Глубокой разведке» и в «Офицере флота» показал единство себя своему долгу, в пафосе своей­деятельности. Это большая задача деятельности. Это большая задача дельно быт и лирику, где отдельные стороны человеческой личности свя­заны в тесном единстве. Когда мы говорим о героях пьес Крона, героях пьесы Чирскова «Побе­дители», о тех образах, которые по­явились в пьесе Сурова «Далеко от Сталинграда», для нас принципиаль­но важна линия единства этих обра­зов в их личнэм и общественном, в их моральных и политических взгля­дах. Не случайно пьесы так называемой «военной» тематики резко изменили свой характер. Вместо описательного рассказа о внешних «событиях» или происшествиях, они стали повестью о людях, об их философии. Драматур­гия переходит в «Победителях» и в пьесе Симонова «Дни и ночи» к фи­лософскому осмыслению войны. Пи­сателей вдохновляет желание изо­бразить опыт войны и сделать ясной основную великую этическую и сэ­которая стоит перед нашим Работа над созданием образа чело­века нашей современности сложна. Раскрыть образ современника -- зна­чит найти ту простоту, которая не бу­дет простоватой, найти ту возвыше::- ность, которая не будет декламацией, найти тот пафос, который не будет трафаретом. Опыты, сделанные Ю. Завадским в «Бранденбургских во­ротах», А. Лобановым в «Старых дру­зьях», Художественным театром в «Офицере флота», «Глубокой развед­ке», чрезвычайно важны, потому что они направлены по пути ломки актер­ских профессиональных штампов ради раскрытия сложного и большего об­раза нашего современника. Речь идет об углубленной, сжатой, строгой характеристике образа, кото­рая должна быть лишена дешевых театральных трюков, часто заслоняю­ших от зрителя подлинную действи­тельность. Я думаю, что здесь и теат­ры, и авторы должны будут притти к единым точкам зрения, хотя я не по­лагаю, что работа театров с авторами есть работа спокойная и тихая. Я ду маю, что работа с авторами требует чрезвычайно различных и сложных подходов. Она мне несколько напо­минает работу режиссера с актерами. В конце концов, не так ли должен подходить режиссер к авторам, как он подходит к актерам? Здесь может быть и очень большая внутренняч дружба, когда тема пьесы будет ро­ждаться во взаимных разговорах. Здесь может быть и подсказ со сто­роны театра на определенную тему, помогающий раскрыться опыту пра­матурга, Может быть творческий под­сказ, но не творческое насилие. Мо­жет быть технический совет, но не навязывание автору своих законов. Мне кажется,что сложность эгих взаимоотношений заключается в сле­дующем. Театру важнее всего глубо­кое миросозерцание и миросщущечие автора, которое оплодотворит театр. А для автора опаснее всего навязы­вание ему со стороны театра привыч­ных театрально-технических приемов, которые могут разрушить нарождаю­щийся стиль и мироощущение автора. которые могут итти в разрез с его авторскими приемами, ибо каждый подлинно сильный автор несет в себе свое понятие о драматургии.   Здесь должно быть проявлено Точень серьезное, большое, гибкое вни­мание и такт, Мне кажется, что толь­ко при взаимной ответственности те­атра и драматурга, при общем жела­нии найти смелый, свежий, по-настоя­щему внимательный подход к жизни, когда будут отброшены в сторону во­просы привычной технологии и при­вычного профессионализма, когда большой внутренний опыт художни­ка-актера и драматурга будет сли­ваться в едином образе, когда смысл того, во имя чего создается еди­ничный спектакль, будет подчинен высокому смыслу и высокому значе­нию того огромного движения, кото­рым идет вперед наша страна к пэ­строению коммунизма,--только тогта мы ответим на требования. которые к художникам сцены пред являет стран Это очень трудная, очень ответст­венная, в самом своем существе глу­боко радостная работа.

Однако для 600 драматических те­атров Советского Союза этих пьес явно недостаточно. Сейчас большая группа известных талантливых писателей принимает прямое участие в работе театров с прям драматургами. Л. Леонов позглавляет репертуар­ную работу в Малом театре, К. и­ную работу в Малом театре, кэтим сомола, Вс. Вишневскийв Камер­ном театре, Б. Горбатов в Москов­ском театре драмы, Б. Чирсков--в Театре им. Пушкина, С. Михалков - в Центральном детском театре, Г. Мдивани - в Оперно-драматическом театре им. Станиславского, писатели Григулис и Ванагс-в латвийских драматических театрах Риги. В театрах Москвы и Ленинграда и в репертуарном отделе Комитета по делам искусств сейчас имеется 82 до­говора с драматургами, пишущими новые пьесы. В театрах союзных рес знал наш советский театр. публик, по данным, которые имел Ко­митет на 1 ноября, было 48 договор­ных обязательств. Такого размаха де­ятельности по созданию новых дра матургических произведений еще не

разом повлиять на процессы пере­стройки театров. Этим вопросам следует уделять больше внимания и усилий. шение к актерскому исполнению, к актерскому мастерству. За последние годы в театре и дра­рами поставленных Центральным Ко Выполнение драматургами и теат­митетом партии задач приведет к дальнейшему прогрессу советского матургии закрепленные установились и твердые театральные маски. Вместо отмененных амплуа старого театра по­явились новые. Их театральный смысл закрыл от актеров и драматур­гов подлинный смысл и значение жи­вых, реальных людей, которых эти маски будто бы предназначены изоб­ражать Мы приучились встречьть в пьесах и штамп и

театрального искусства. на сцене новый но­вое амплуа театрального социального новое общество вместе с литерату­героя. Мы часто мирились с обра­секретаря райкома, кото­рой, драматургией и театром. В том, чтобы искать для искусства настоя­Что­зом рый представлял собою не столько живой образ, сколько отвлеченную щее место в строю этой борьбы, бы бороться с дезертирами этой борьбы и помогать солдатам этой «функцию». Это утверждение но­вых штампов, новых трафаретов борьбы Изучайте ту жизнь, которую происходило и от отсутствия высокой вы можете сейчас увидеть. Изучай­идейной насыщенности и от невнима­жизни, и от забвения того, что те недавнее прошлое, Вам еще при-ния дется писать о многих военных пье­долго к на сцене должны существовать пол­линная страсть, подлинная жизнь, будет волновать советскую литера­туру. Внимание к жизни должно неиз­Проблемы восстановления страны, бежно одновременно обозначать обо­подлинный огонь. гащение и рост актерского мастер­ства. Однако изучение отдельных ку­сков жизни вне широкого охвата ху­дожником современности недостаточ­но. Изучение отдельных маленьких участков жизни ничего не даст акге­ру, если он не видит целого. Толь­ко расширяя весь свой жизненный со­циальный опыт, он сумеет изучать жизнь с необходимой проницательно­стью и подняться до высокого идей­ного обобщения, сумеет в частных сценах отразить то, чем живет вся шей страна, то, что составляет пафос на­современности. Даже в самых хороших произведс­ниях мы нередко видим такое толко­вание жанровых фигур, которое неиз­бежно ведет актера и театр к изобра­жению людей в качестве заниматель­ных «чудаков». Разве мы не привык­ге ли к этим сценическим чудакам-крэс­ноармейцам, рассеянным профессорам, внешне занимательным, а на самом деле пустым, не отвечающим действл­тельности, образам. В конечном ито­зерном образа становилось «чуда­чество», а не то подлинно-человече­ское, что нас может по-настоящему волновать. Как часто выдуманный сценический трафарет ситуации под­меняет жизнь. В своих интересных и значительных пьесах Михаил Свет­лов, Маргарита Алигер, желая рас­крыть поэтическую сторону жизни, внезапно пользуются старыми трафа­ретными приемами «сна», тем самым отказываясь в этих случаях раскрыть свои намерения через живой поэтиче­ский образ. Нужно внимание к жизни и ее верное отображение, тогда драматург поставит театру новую и трудную за­дачу, без которой театр двигаться вперед не может. Не потому ли так заинтересовались театры «Молодой гвардией» Фадеева? Совершенно не удивительно появление такого коли­чества инсценировок этой вещи, По­весть с крайним трудом поддается драматизации, но в «Молодой гвар­дии» каждый читатель почувствовал дыхание жизни, высокую мораль и на­фос нашей действительности. Не отсюда ли возник интерес к беллетристике, не отсюда ли инте­рес к тому, что принесли Симонов, Овечкин, Калинин, Оснпов и др.? Для я нас важен весь внутренний опыт этих авторов перед войной и во время вой­ны, помогающий осмыслить их инге­со-ресные и глубокие наблюдения. Не отсюда ли внимание к молодым авторам, которые должны внести свое свежее знание, увиденное глазами ча­шего современника, пусть молодое и неопытное, но способное побудить те­атры к новым творческим поискам? Я глубоко уважаю Леонова, Крона, Погодина - драматургов, ставящих трудные задачи театру, Мне чрезвы­ческим строем. выраженные в образах людей, вче­рашних героев боев и сегодняшних героев восстановления, - это наша Мы должны написать и должны показать на сцене такого советско­го человека, такого строителя буду­щего, качества характера и души ко­торого покажут и нашему зрителю и всему миру идейное и истинное чело­веческое превосходство наших лю­дей, воспитанных нашим социалисти­Драматург будет правильно решать своомеждународную задачу, если он покажет в своей пьесе рядового со­ветского человека со всем его ду­шевным богатством, со всей его во­к победе, со всем его железным и несгибаемым характером - одно­го из тех миллионов людей, от име­ни которых и опираясь на которых говорят наши делегаты на междуна­родных конференциях, А актер, сы­грав такого человека, тоже этим са­мым скажет своим языком свое сло­во на международной конференции. Такова генеральная тема, в кото­рую, как ручьи, стекаются многие темы, прямо и точно связанные с ней. Интернациональная тема, антифа­шистская тема, республиканская Ис­пания, в которой на улицах Мадри­да умирали русские парни рядом с немецкими антифашистами из ба­тальона имени Тельмана, коммуни­стические армии Китая, югославские партизаны и болгарские антифашисты - все это тоже жизнь нашего поко­ления, часть ее благородства, часть ее романтики. Это - наше. Это вхо­дит в круг душевных интересов, в круг волнений, в круг переживаний богатой души советского человека. Ни в одной области не подвиза­лось столько конюнктурщиков и ис­кателей легкой поживы, сколько в области истории, Сейчас они бегают и забирают отовсюду свои рукопи­си с той же поспешностью, с какой они раньше их всюду совали. Но История - с большой буквы - раз­ве это не наша тема? Разве она не входит в круг интересов нашего пе­редового человека? Разве она не ставляет часть нашей души? не вижу для драматурга, живу­Я шего дыханием нашей эпохи, причи­ны писать пьесу об Аполлоне Гри­горьеве или о генерале Скобелеве, но я вижуудля него все основания писать пьесу о Чернышевском или Фрунзе, потому, что они - часть на  сегодняшняя тема. Драматург, ре­жиссер и актер не могут и не дол­жны оперировать пафосом цифр, па­фосом сводок, пафосом строительст­ва, взятого в его количественном ве­личии. Но пафос человеческой ду­ши, пафос характера, взятый в их глубинном измерении, - это тот па­фос, который доступен и необходим нашему искусству.

Драматургия, театри жизнь  он мешал этому строительству, что не было достойно гордого имени борца за коммунизм. Не будем вытаскивать подшивки хвалебных рецензий, не будем разма­хивать письмами читателей, не будем ссылаться на наши заслуги или пре­мии, не будем радоваться тому, что мы не упомянуты в постановлении ЦК. Если мы к этому вопросу подойдем гак серьезно и глубоко, то мы уви­дим, что мы упомянуты, хотя и не названы по именам. Упомянут Корнейчук, который не сумел в пьесе «Фронт» дать положи­тельных героев армии хотя бы на том же художественном уровне, на кото­ром он показал отрицательных. Упо­мянут Симонов, который в пьесе «Русские люди» не сумел подняться выше понятия русского патриотизма и не показал, что такое патриотизм советский. Упомянут Леонов, кото­рый в пьесе «Нашествие» показал положительного героя Колесникова слабо, немощно, не в меру своих сил человека и художника. Мы должны были выполнять пол­ностью свои задачи художников со­циалистического общества, - мы вы­полняли их только частично. А разве не относится к нам то, что пятиде-У одновременно чуть ли не в сяти театрах шла глупая пьеса «Са­молет опаздывает на сутки»? Разве мы не должны часть вины взять на театров, где пьеса имеет существовать годами, наши пьесы за­частую, как пробки, выскакивают из репертуара после первого же сезо­на, - разве это не относится к нам, к качеству нашей работы? возможностьнаписал Вопрос о перестройке репертуара театра, - я глубоко убежден, - от­нюдь не кончается на том, чтобы най­ти для каждого театра достаточное количество доброкачественных со­ветских пьес. Это только половина дела. Надо еще их доброкачественно сыграть. Я не ставлю под сомнение чисто профессиональное мастерство мно­гих наших актеров и режиссеров, Но я ставлю под сомнение их знание жизни, их участие в этой жизни, их понимание тех политических проблем, которые стоят перед советским те­атром, точно так же, как они стоят перед советской литературой, Для того чтобы высечь искру спектакля, нужно два кремня, Дра­матургия - только один из них. Вто­рой - это театр. Причем это относится к спектак­себя, ибо мы не написали тех пяти, десяти или пятнадцати хороших, до­брокачественных комедий, которые самым фактом своего существова­ння лишили бы даже самого нераз­борчивого худрука возможности ста­вить этот «Самолет, который опазды­вает на сутки»? А то, что в репертуаре столичных лю не только, как к явлению искус­ства, но и к спектаклю, как к явле нию политики. И то и другое должно рождаться от общих усилий и обще­го вдохновения и драматурга, и те атра. Драматург обязан быть полити ком. Но не в меньшей степени обя написанных на острые политические темы, и посмотреть режиссерские и актерские вымарки. Категорически утверждаю, что эти вымарки будут свидетельствовать не только о на­шей драматургической незрелости, которую театрам приходится выпра­влять, но будут свидетельствовать и о безидейности целого ряда поста­новщиков пьес, и об отсутствии эле­ментарного политического чутья целого ряда исполнителей ролей. Слишком много забот о своем ре­жиссерском и актерском «я», о ма­ленькой жизненной правде на каж­дом шагу и в каждом жесте и часто слишком мало заботы о большой жизненной правде - об отстанвании наших идей со сцены. Режиссеры и актеры слишком часто в современных пьесах шарахаются от всякой патетики, от всякой романти­ки, от всякого приподнятого моноло­га. Они отвыкли над этим работать, отвыкли разговаривать со зритель­ным залом, не только как актеры, воспроизводящие жизнь на сцене, но как актеры, агитирующие со сце­и ны. и о современном ее состоянии, Во­прос о критике искусства неразрыв­но связан с вопросом о самом искус­стве. Я считаю правильным рассматри­вать наших театральных критиков, как соучастников нашего искусства, а не как противников его. Ибо у нае одно и то же поле деятельности -- геатр, одна и та же трибуна - наша печать, и одна и та же цель - по­строение социалистического общест­ва. Но, рассматривая наших театраль­ных критиков, как соучастников на­шего искусства, я именно в этом ка­честве считаю необходимым предя­вить им серьезный счет. Чрезвы­чайно много и чрезвычайно справед­ливо всегда - и особенно в послед­нее время - говорят о том, что пи­сатель должен знать, должен изу­чать, должен видеть жизнь. Об этом справедливо пишут все и. в частно­стч, наша критика. Но редко кому приходит в голову самая простая мысль обратного по­рядка: а не должен ли критик, пи­шущий о писателе и оценивающий в своей критической статье то, на­сколько писатель знает жизнь и зна­ет ли он ее, не должен ли этот кри­тик тоже знать, видеть и изучать жизнь? Жизнь вообще и, в частно­сти, тот кусок ее, о котором идет речь именно в той пьесе, которую Под поверхностью бытовых правд у и правдочек часто в нашем театре, в глубине, оказывается неправда о на­шем времени и наших людях, о ро­мантическом времени, способном на высокие дела, и о романтических лю­дях, способных на высокие речи.лей Говоря о драматургии и о театре, было бы, конечно, неверно обойти вопрос о нашей театральной критике он критикует. Дорогие товарищи-критики! Вы в большинстве своем забыли традиции классической русской критики - критиковать произведения искусства с позиций жизни и ради жизни.

Решения Центрального Комитета партии и доклад товариша Жданова -это документы, критикующие на­ши ошибки и обязывающие нас вни­мательно просмотреть все то, что мы делали в искусстве, и то, как мы это делали, Но в то же время это документы, которые прежде всего помогают нам заглянуть в будущее нашего искусства и литературы. Можно ли сказать, что никто из нас не видел, не замечал, не чувст­вовал или даже не говорил о недо­статках произведений, упомянутых в этих документах в качестве отрица­тельных примеров? Конечно, нет. Многие из нас все это видели, заме­чали и говорили об этом, даже иног­да писали, но в подавляющем боль­шинстве случаев - с неправильных позиций, с позиций узко-литератур­ни, понимаемой, как некая сумма жизненных явлений, а с точки зре­ния жизни, понимаемой прежде все­го, как борьба за коммунистические идеалы, за будущее человечества, та­кое, каким видим мы его и каким не хотят видеть его наши враги. Мы говорим: советская литерату­ра, советское искусство, И говорим это, к сожалению, часто не вдумыва­ясь в смысл этого прилагательного, не понимая его смысла, не понимая, что это не просто прилагательное, а что это --- определение искусства. Читая иные статьи, можно поду­мать, что, скажем, слова «советское искусство» есть понятие географиче­ское и что все, что написано, поста­влено, сыграно на территории от Бреста до Владивостока и от Мур­манска до Кушки, по этому самому, автоматически, уже является совет­ской литературой и советским искус­ством. А между тем, - смешно об этом говорить, но напомнить прихо­дится, -- советская территория и со­ветское искусство - не есть два аб­ных, узко-театральных, узко-профес­сиональных. Центральный Комитет партии в своих решениях и товарищ Жданов в своем докладе взглянули на эти яв­ления с точки зрения не просто жиз­солютно совпадающих понятия. Еорьба с капитализмом, борьба с чуждой нам идеологней - не есть только наша внешняя борьба. Это есть и наша внутренняя борьба c чуждыми явлениями, с «родимыми пятнами» капитализма внутри наше­го общества. Причина многочисленных срывов и неудач в нашей литературе и в на­шем искусстве в последние годы за­ключается не только в том, что мно­гие люди искусства неправильно рас­шифровывают понятие советский че­ловек применительно к своим ге­роям, но и неверно расшифровывают понятие советский человек, по отно­шению к самим себе. Трудно искренне написать борца, не будучи борцом самому. Трудно описать самоотвержение, не идя са­мому на самоотвержение. Трудно ис­кренне показать, что для нашего ге­роя его социалистический долг пре­выше всего, если для вас самого этот социалистический долг не пре­выше всего. На страницах свсих произведений, нерасхваленных и расхваленных, не­премированных и премированных, на страницах своей души художник должен найти то, чем он помогал и помогает строительству социалисти­ческого общеста, и стоечь то, чем

Из доклада К. Симонова 

заны быть политиками и режиссер и актер. Если мы встанем на эту о на вя и позицию, то мы поймем, что вопрос том, какой состав актеров назначить советскую пьесу, есть политиче­ский вопрос для режиссера, и каксы­грать героя в советской пьесе есть политический вопрос для акте­ра, ибо этим они участвуют в борьбе за социализм, в борьбе за наши иде­алы, ибо оценка их деятельности есть не только оценка деятельности художника, но и оценка деятельно­сти солдата революции. Точно так же и вопрос о сроках постановки советской пьесы тоже есть не только вопрос взыскательно­сти, но и вопрос политики. Не понимаю и никогда не пойму, как мог Художественный театр це­лых два, три года ставить «Кремлев­ские куранты» Погодина или «Глу­бокую разведку» Крона. Ведь, ста­эти пьесы, театр приносил в мир утверждал дорогие нашему обще­ству идеи, Как же мог художник, со не страстью ставящий спектакль, со страстью игравший его, как он мог постараться вырваться в мир со своими идеями, страстями именно тогда, когда это нужно зрителю, нужно стране, наконец, нужно ему самому, как политику? нас слишком часто бывает в те­атре, что оборотной стороной взы­скательности к форме оказывается не­достаточная заинтересованность в содержании. Недавно мне довелось посмотреть публицистическую анти­фашистскую пьесу. Я в ней с прямо­линейностью, которую мне даже ста­вили в вину, высказал свои взгляды на борьбу с недобитым еще фашиз­мом, на традиции этой борьбы, на­чиная с Испании, на будущее этой борьбы. Из этого режиссер ухитрил­ся, вытравив при этом часть текста, сделать жанровые картинки из жиз­ни Праги. Я был оскорблен, потому что я не хочу видеть, как хороший актер, якобы в поисках «бытовой правды», говорит слова «а, по-моему, социа­лизм это радость и счастье», стоя спиной к зрительному залу. И это не деталь, а стиль спектак­оли вам не нравится пьеса, не ставьте ее. Если вы не можете с свою пьесу «Под каштанами Праги» в Ленинграде, в Большом драмати­ческом театре. За немногими исклю­чениями, ее играли хорошие актеры. Но я ушел со спектакля в состоя­нии крайней обиды, пожалуй, вернее, - оскорбления. чувством сказать слова, написанные автором, не играйте. Но если вы ста­вите и играете, то будьте политика­Потому что быть политиком это не монополия автора. Не автор за вас, а вы сами, товарищи акте­ры, должны понимать, что такое сле во социализм и как его нужно произ­носить. Я глубоко убежден, что со многи­ми пьесами и во многих театрах про­исходит нечто подобное. Это не ча­стность, а проблема. Можно было бы проделать очень интересный опыт: взять режиссерские экземпляры не­скольких наших современных пьес



Ваша задача в том, чтобы строить шей души, часть нашего опыта, часть