17 ИЮЛЯ 1937 г., № 195 (7161)
ПРАВДА
В пионерском лагере В лесу было тихо и пустынно. Чуть шевелились ветви кустарника. Но из глубины заросли послышалась заглушенная команда. И тогда «кустарник» помчался вперед. Вглядевшись, можно было различить маленькие фигурки, искусно замаскированные зелеными ветвями. В наступление шли пионеры московской фабрики «Большевик». Они пробирались туда, где предполагался штаб «противника». Ваня Захаров вел отряд. Горнист, мастерски игравший торжественную «зорю» и стремительный «сбор», авиамоделист, обучивший не одного пионера этому увлекательному делу, он стал теперь начальником отряда. Иногда Ваня Захаров думал: достойно ли человека, почти окончившего школу, заниматься игрой. Но ведь это военная игра. И леса есть не только под Москвой, рядом с дачами поселка Пушкино. Они протянулись по всей стране - на западе и на востоке. Кто знает, может быть, именно ему, Ване Захарову, придется вести отряд, настоящий военный отряд, пробиваясь сквозь дремучую вековую тайгу, настигая и окружая врага. …Пионеры бесшумно скользили вперед. Созревала земляника, но ребята не замечали ее. Штаб «противника» скрывался где-то здесь. Все данные разведки и следы человеческого пребывания говорили об этом. «Противник» притаился в лесу. Спасение обороняющихся было в тишине. Наступающая цепь прошла мимо. Но вот она повернула и, окружив штаб, отрезала ему пути к отступлению. Грело солнце. Был прекрасный солнечный день. Защита и нападение возвращались после военной игры домой, оживленно обсуждая события дня. За рекой Серебрянкой на высокой мачте колебался ярко-красный флажок лагеря. По берегу разбрелись члены рыболовного кружка. Часами они держали свои удочки. Они мечтали о щуках, о карасях и даже… о пескарях. Но рыба плыла мимо, не прельщаясь самой заманчивой приманкой.
ИЗ ПОСЛЕДНЕЙ ПОЧТЫ Бюрократы
мой. Рыболовы, не унывая, возвращались доС каждым днем они становились чернее от горячего солнца, бессменно стоявшего над рекой. Члены кружка вышивальщиц расположились около лагеря. Тортовщица Маруся, посланная в пионерский лагерь комсомолом фабрики, обучала их сложному искусству вышивания. Из дачи, точно ее населяли соловьи и канарейки, доносился сложный птичий пересвист. Это репетировали участники шумового оркестра. Звенела песня. Волейбольный мяч, стремительный, как ядро, перелетал через сетку и, мастерски отбитый, падал обратно. Валя Широков и Валя Фролова в глубоком раздумье склонялись над шашечной доской. Люда Морякова, готовясь к лагерным спортивным соревнованиям, прыгала в вышину. День был наполнен стремительным, веселым движением. Но вот над лагерем прозвучала торжественная мелодия горна. Музыка звала на обед. Суп, котлеты, компот готовы и требуют внимания. Население лагеря -- свыше 100 дочерей и сыновей рабочих фабрики «Большевик» торопилось в столовую к накрытым столам. Обед окончен. Перевалило за полдень. Начался и уже кончается мертвый час. Вечереет. Ребята готовятся к пионерскому костру. Зажигаются звезды, и торжественно застыла сухая ель. Еще секунда, и пламя охватывает ее. Вся Москва окружена пионерскими лагерями. Пионеры заняли школы и лучшие дачи, расположились в подмосковных лесах и на берегах рек. Поезжайте по любой шоссейной дороге, и в стороне, над зеленью деревьев вы увидите высоко поднятые лагерные флаги. Ежедневно Москва провожает за город отряды ребят. Впереди идет клуборкестр. Он играет веселый марш. новые ный A. ШАРОВ.
Недавно в редакции киевской областной газеты «Пролетарская правда» произошло из ряда вон выходящее событие: в груде мусора были обнаружены 38 селькоровских писем. Были тут письма пятисотниц, агрономов, директоров МТС и рядовых колхозников. Ни одно из этих писем не было зарегистрировано в редакции, ни одно не имело пометок, по которым можно было бы судить, что над письмами кто-либо в редакции работал. Все это «происшествие» проливает некоторый свет на нравы, культивируемые в редакции газеты «Пролетарская правда». Отношение к селькору, к его письму здесь, мягко выражаясь, непартийное. 9 ноября прошлого года в редакцию обратился селькор Барсученко, поделившийся опытом выращивания сои. Пять месяпев это письмо пролежало в редакции без ответа. Только 3 апреля нынешнего года Барсученко получил из редакции немногословный ответ: «В прошлом году вы писали нам про ваш опыт выращивания сои. Просим написать, как вы организуете эту работу в нынешнем году». Вот и все, что нашла нужным редакция сообщить селькору. Бюрократическая отписка с попыткой выдать ее за внимание к живому человеку. Такие случаи в редакции «Пролетарской правды» далеко не единичны. 31 октября прошлого года научный работник Письменко прислал в редакцию статью о выращивании люпина. Статья пролежала без ответа почти полгода. Опять 3 апреля 1937 года (видимо, в эту пору редакция хватилась ответить оптом на залежавшиеся письма) тов. Письменко получил из редакции ответ: «Еще в октябре 1936 года вы прислали нам статью… Прошу сделать необходимые изменения и прислать нам для использования». Приведенными примерами, однако, далеко не исчерпывается характеристика нра-
вов, процветающих в редакции газеты «Пролетарская правда». 24 июня этого года газета опубликовала заметку селькора Горовенко о плохой подготовке его колхоза к уборке. Вслед за появлением заметки редакция получила от тов. Горовенко письмо: «Лживая статья, которая помещена за моей подписью в вашей газете… вызвала вполне справедливое возмущение колхозников и самих руководителей. МТС и земельного отдела. Дело в том, что эти факты не соответствуют действительности. У нас еще 17 июня (я сообщал об этом вам по телефону) началась уборка, а в газете 24 июня пишется, что у нас не подготовились к уборке, что в этом полный провал. …Статья написана мною еще 2 июня… Я думал, что заметку сдали в архив, как устаревшую, - и вдруг неожиданно, больше чем через полмесяца, она появляется. Мне неимоверно стыдно… Колхозы убирают, а тут такая несусветная чушь в областной газете, да еще за моей подписью. Большего стыда быть не может». 28 июня «Пролетарская правда» опубликовала заметку «Когда будет путевка». Речь шла о больном колхознике, который нуждался в срочной помощи. После опуоликования заметки редакция получила от селькора тов. Цыбко письмо, полное справедливой горечи и возмущения: «Вы поместили заметку,- писал тов. Цыбко, - о больном колхознике из села Щербатовка, Обуховского района, Цыбко А. М… Но очень и очень плохо, что заметка помещена не тогда, когда это было необходимо. Ведь прошло больше двух месяцев с тех пор, как вы ее получили. И за это время бюрократы из райздрава не дали путевку и даже не отправили больного в больницу. Уже больше полмесяца, как он умер». * * *
Кадр из фильма «Шахтеры»- производства киностудии «Ленфильм». На пераднем плане--шахтер Матвей Бобылев (артист В. Лукин) со своей невестой Галкой (артистка 3. Федорова). НОВЫЙ ЗАВОД В БАКУ ФИЛЬМ О БАСКСКИХ ДЕТЯХ
Вылазки буржуазных националистов В Дзержинском районе Белоруссии недавно разоблачен председатель райисполкома Вансовский как буржуазный националист течение нескольких лет под его руководством в этом районе проводилась насильственная полонизация белорусского населения. Детей белоруссов под тем предлогом, что якобы «их дедушки когда-то были католиками», насильственно заставляли посещать польские школы. Буржуазные националисты орудуют здесь и по сей день. Бывший секретарь Дзержинского райкома Домбровский стянул в польских националистов, продолжающих и до сих пор заниматься вредительством. Год назад Дзержинский райком вынес решение о школах. Указывалось, что в 12 так называемых польских школах нет поляков, а учатся там только дети белоруссов, загнанные туда националистами. Но вредители продолжали вести занятия на польском языке. Во время обмена наспортов было установлено, что польское население здесь - в незначительном меньшинстве. Тогдa Домбровский предложил начальнику милиции провести выдачу паспортов населению снова, с тем, чтобы «повысить процент поляков в районе». Этот покровитель националистов остался ненаказанным. И до сих пор в ряде колхозов этого района белорусские фашиствующие националисты вкупе с польскими творят вопиющие безобразия. Под разными предлогами враги лишили многих колхозников приусадебных участков, которые им полагаются по уставу сельскохозяйственной артели. Свыше тысячи дворов колхозников не имеет приусадебных участков. Лишив колхозников приусадебных участков, националисты начали провоцировать их на самовольный захват земель из общего колхозного массива. И вот результат этой провокации. В колхозе «Звязда», Станьковского сельсовета, произошел из ряда вон выходящий случай. Несколько колхозников самовольно захватили землю из колхозного массива в свое личное пользование. В колхозе «Авангард», Нарейковского сельсовета, под влиянием националиста председателя колхоза Бугая приусадебные участки были отведены колхозникам из колхозного массива в размере до одного гектара вместо 0,35 га, принятых по уставу. Когда эта провокация удалась, буржуазный националист заведующий районным финансовым отделом Возник тотчас же постарался, чтобы наложить через суд непосильные штрафы на «захватчиков колхозных земель». Белорусские буржуазные националисты вкупе с польскими всячески стараются задержать колхозное строительство. В том же Дзержинском районе в земельном отделе имеется много заявлений колхозников о том, чтобы им разрешили слить свои хутора с колхозными селами. Но эти заявления умышленно маринуются. Надо надеяться, что ЦК КП(б)Б и СНК Белоруссии быстро и решительно исправят эти и другие ошибки, допущенные некоторыми организациями, и до конца разгромят буржуазных националистов. Т. ГОРБУНОВ. (От белорусского корреспондента «Правды»)
Не ясно ли, что все эти факты являются результатом беспримерно бюрократического, бездушного отношения редакции газеты к письмам трудящихся?
Ленинградская студия Союзкинохроники выпустила фильм о приезде и пребывании в СССР детей героического баскского народа. Кинооператоры Блажков, Овсянников и и шпион. В Трофимов засняли прибытие парохода «Сантай», на котором приехали баскские дети. Встретив «Сантай» в открытом море, операторы пересели на него и сделали на борту ряд интересных семок. В фильм включены также следующие эпизоды: встреча маленьких басков в Ленинградском порту, ознакомление их с городом, встреча с пионерами и т. д. тотОФилрайон атрах Ленинграда. °
в БАКУ, 16 июля. (Корр. «Правды»). Закончено строительство первого проволочногвоздильного завода Наркомместпрома Азербайджанской ССР. С августа завод вступит число действующих предприятий Азербайджана. Годовая производительность завода - 3.000 тонн гвоздей и 5.000 тонн тянутой проволоки. Стоимость завода вместе с оборудованием -1.890.000 рублей. На заводе устанавливаются 21 гвоздильный станок и 7 проволочно-волочильных. Гвоздильные станки представляют собой усовершенствованные электрифицированные авизготовлены на заводе Азстанкостроя № Один мастер-гвоздильщик будет обслужи1. вать четыре или пять автоматов. °
Странное бездействие (Продолжение) структор был хорошо подготовлен Червоным, и в результате «проверки» заявления оказалось, что в радиокомитете… все благополучно. После выступления «Правды» автор заявления решил позвонить в культпросветотдел ЦК КП(б)У и узнать, не считает ли нужным ЦК КП(б)У пересмотреть теперь выводы в отношении радиокомитета. Из кабинета зав культпросветотделом Цв откликнулся на телефонный звонок все же Кавицкий. Приведем дословно его ответ: были правильными. Пересматривать их не будем. Так было заявлено работником ЦК КП(б)У 13 июля, через несколько дней после того, как на страницах «Правды» была разоблачена вражеская работа в радиокомитете. Мои выводы по вашему заявлению и с Этот факт делает еще более странным отношение ЦК КП(б)У к вражьей работе на важнейшем идеологическом участке - на радио. До вчерашнего д го дня ЦК КП(б)У Совнарком УССР хранили упорное молчание -- ни одного нового, большевистски стойкого работника в радиокомитет не дали. Странное бездействие. Вчера, наконец, была выделена… «комиссия по расследованию и разработке мер». Но даже в эту, крайним запозданием созданную, комиссию не включен ни один член ЦК КП(б)У. КИЕВ, 16 июля. (Корр. «Правды»). Дважды уже в последнее время «Правда» писала о вражеской работе в радиокомитетах на Украине. А ЦК КП(б)У, который не мог не знать о положении в радиовещании, не принял мер к ликвидации вредительской работы в радиокомитетах. Сейчас, уже помимо партийных организаций на Украине, раскрывается вражеская банда в радиокомитете. Пойман с поличным главный виновник передачи по радио похоронной музыки после обявления приговора над контрреволюционным центромпоследнего дня наДолгин, работавший до чальником республиканского вещания. Он оказался троцкистским шпионом. Разоблачен заместитель председателя радиокомитета фашист Рашмадилов, который только недавно старался протащить в радиокомитет еще одного троцкистского бандита Кабо. Но вредители радиовещания имели и еще имеют своих покровителей в аппарате ЦК КП(б)У Полгода назад заведующий культурно-просветительным отделом ЦК КП(б)У Червоный получил сигнал о вражеской работе в радиокомитете. Червоный положил это заявление в архив… В мае этого года Червоный получил еще один сигнал. На этот раз руководителю культпросветотдела ЦК КП(б)У не удалось спрятать заявление под сукно. Червоный передал сигнал инструктору ЦК КП(б)У Кавицкому на «расследование». Но ин-
РАСХОДЫ РАБОЧИХ НА КУЛЬТУРНЫЕ НУЖДЫ
ПЕРВЫЕ ЭКСПЛОАТАЦИОННЫЕ СКВАЖИНЫ НА ТУЙМАЗИНСКОМ ПРОМЫСЛЕ УфА 16 июля. (Корр, «Правды»). На недавно открытом в Башкирии Туймазинуском нефтяном месторождении закладывается 7 эксплоатационных скважин. В ближайшее время сдаются в эксплоатацию первые три скважины. На отпущенные Главным управлением нефтяной промышленности 5 миллионов рублей развертывается жилищное стролтельство. Уже построен первый многоквартирный дом.
ЯРОСЛАВЛЬ, 16 июля. (Корр. «Правды»). Областное управление народнохозяйственного учета, обследовав бюджет рабочих, получило интересные данные о расходах на культурные нужды. Для сравнения были взяты май 1936 года и май 1937 года. Расходы рабочих Ярославля за год увеличились: на приобретение одеколона, зубного порошка, туалетного мыла -- на 33,7 проц., на культурно-просветительные нужды на 18,3 проц., на кино и театрна 15,5 проц. В этом году рабочие расходуют на выписку журналов и покупку книг в шесть раз больше, чем в прошлом году.
В АМЕРИКУ
мы летим между двумя слоями облачности, которые вот сейчас соединятся. Как будто не летим, а падаем в ущелье, заканчивающееся узеньким дном. Высотомер показывает 2.000 метровну, это правильно. вот температура наружного воздуха …40. Это дело куда хуже, чем кажется с первого взгляда, Я беспокойно оглядываюсь назад. Чкалов лежит и курит трубку, Беляков копошится у радиостанции. И, не почувствовав поддержки, я еще больше напрягся, ожидая облачность. «Только бы не обледенеть» - все вертится в голове. Верхний слой не просвечивается, и близость его чувствуется через сырость на стеклах кабины и на руках без перчаток, Внизу та же облачность, отгораживающая землю. И солнце где-то тоже бессильно прячется за хитрыми тучами. Вот уже белизна водяных паров окутала плотно фюзеляж и крылья, и я становлюсь автоматом, подчиняясь приборам, и только им. Чувства к чорту -- они обманчивы в таких делах! Вера в каждый прибор и знание их до тонкости заменяют все, и по ним же вы выбираете правильное положение для полета. Слепой полет… моя специальность в перелетах. Валерий и Саша спокойно сидели за моей спиной, Но у меня этого спокойствия на сей раз было так мало, что через 5 минут я заорал благим матом, призывая Валерия. Тот с красными глазами, встревоженный, подлез ко мне и сразу же понял, что мне надо, увидев только появляющийся ледок на стеклах и крыльях самолета. Мотор слегка затрясся мелкой дрожью. тиобле-Давай скорей давление на антиобл денитель! Сейчас,--крикнул во все горло Валерий и, быстро спустившись с бака, начал качать насосом. открыл капельник, и вместо капель пошла солидная струя благородной жидкости, очищающей винт от льда. Потянуло спиртом. Самолет стал спокойнее, удары уменьшились, и лишь хвостовые стяжки, отяжелев, разбалтывали фюзеляж сильными рывками, Вот они, тревожные минуты, дающие отпечаток на седеющей русой голове Чкалова. Обледенение стращнейший враг авлации взяло нас за горло и повторяло нам: куда горло и повторяло нам: куд куда вы лезете, вернитесь! понял: если мы пробудем хоть час в этих тисках, мы или разломаем самолет или сядем, перегруженные от чтольда, на землю. Скорей вырваться из об -
вать масло! А контролировать будем прогревом средней магистрали, чтобы не упустить до половины бака. Через 20 минут стало видно на глаз уменьшение потеков в кабине. Мне до смены Чкалова остался Самолет начал набирать высоту в 2.000 метров, как положено по графику. Перерасхода бензина пока нет. Это замечательпо. Мы все успокоились после первых тревожных минут. Первое обледенение Прошли тревожные часы. Жители краснокрылого корабля работали спокойно, изредка окидывая привычным взглядом многочисленные приборы и горизонт бесконечных просторов. Самолет, еще сильно перегруженный, не может сразу вскочить на большую высоту, чтобы не встретить коварное обледенение в облаках. Поэтому брови, тщательно разглядывает впереди лежащую часть неба. Там действительно что-то белеет в виде узкой ленты. Но это еще где-то далеко впереди. Да и чего волноваться, если метеорологи заранее предупредили нас о циклопе над Кольским полуостровом. Я пролез между левым бортом фюзеляжа и радиостанцией к баку, где лежал большой спальный мешок, и, закутав им ноги, быстро уснул. В 9 часов меня разбудили на вахту летчика. Валерий, мастерски совершив взлет и отсилев 8 часов за рулем, устал. Как мне не хотелось просыпаться! Но Валерий уже откинул заднюю спинку сидения и ждал, когда я буду рыбкой проскальзывать в неимоверной тесноте на его место. Я не особенно торопился и, медля, искал свои очки со светофильтром, Затем поговорил с Сашей и, удовлетворившись тем, что масло не бьет и идем хорошо по маршруту, наконец, полез на первое сиденье. Когда я перекинул ноги на управление, Валерий что-то прокричал, но из-за шума мотора, брывавшегося в открытые окна, я ничего не разобрал. Валерий скрылся сзади, а я, внимательно прощупав моторные приборы, занялся пилотированием самолета. Мне сразу не понравилось поведение машины, она сильно вышла влево и требовала для равновесия систематической поддержки элеронами, Это сильно утомляло руки и ноги. И только после этого я заметил,
ятий обледенения наверх! Полный газ мотору, и самолет медленно берет метр за метром. Вот уже 2.500 метров, слева тускло просачиваются лучи солнца. Значит, конец облачности близок. Через 5 минут появилось солнце, и мы, так же сияюще веселы, как его лучи, с гордостью посматривали на оставшиеся внизу облака. Я с облегчением вздохнул и поглядел через плечо на Валерия. Он пережил немало и теперь, как-то по-серьезному улыбнувшись, стал кутаться потеплее в спальный мешок. а Под солнцем быстро очистились стекла моей кабины от льда, и я уже забыл о первом уроке борьбы. Теперь мне хочется больше всего курить, и я, не стесняясь, бужу только-чтозаснувшего товарища. Чкалов, не понимая, в чем дело, долго вопрошал мимикой и, когда увидел, что я выразительно сосу палец, срочно занялся приготовлением трубки, Передав ее по назначению, он крепко заснул. Часы показывали 11 часов 32 минуты. Где-то далеко внизу, сквозь разрывы нижнего слоя облачности, зачернели воды Баренцова моря, мелькнуло под туманом какое-то морское судно, и вновь потянулась, точно спежная степь, облачность и облачпость. В невоторых местах она темнела длинными дорогами, и казалось, что нет под вами холодных вод Баренцова моря, есть сибирские степи, занесенные метелями долгой зимы. От нечего делать я оглядываю лишний раз все приборы, сбавляю подогрев. Вдруг резкий щелчок в карбюратор заставляет опомниться и сбавить вновь высотный корректор. Когда попался на глаза масломер, я, долго его осматривая, решил: не может быть, что у нас в баке 80 килограммов масла, наверное, врет указатель, и стал отвинчивать стекло циферблата, Как только вывернул один оборот, стрелка резко скакнула на 120, указывая, что масляный бак еще заполнен. Ясно, что заедало циферблатную стрелку. Теперь уже нечего контролировать расходный бак бесконечным прогревом магистрали. В течение последних двух часов полет шел настолько нормально, что становилось скучно, тянуло, под слепящими лучами высокого солнца, поспать за рулем. Но 14 часов конец моей вахте. Я бесцеремонно тормошу Чкалова, и мы вновь фокусничаем, меняясь местами Борт самолета «АНТ-25». (Продолжение в завтрашнем номере).
НАШ ПОЛЕТ
Трота
Как ни хорошо, но все же, думаю табак следует выбросить за борт, чтобы не смунал. 6 часов 30 минут. Я окончательно Полго леду на спине с открытыми глазами и через фонарь солнечного указателя курса, или, как мы его зовем, «СУК», вижу голубое небо, а внутри фюзеляжа ползают медленно бесчисленные тени различных приборов. Валерий попросил подкачать масло. Действительно, масломер показывает только 80 килограммов. Я переключил два тройниковых крана и начал старательно подавать свежее масло из резервных масляных термосов в моторный бак. Хотя я качал долго, все же масломер показал прибавление лишь на два килограмма. Боясь перекачать, мы прекратили подкачку масла, и я сразу же после физического развлечения уснул.
старые гигант, теперь осиротев, продолжал уверенное движение на Север. Я делаю очередные записи в навигационный журнал. Прошли г. Череповец. Высота - 1.200 метров. В кабине очень тепло, и поэтому отопление еще не включаем. формы, А их родня, краснокрылый 4 часа 25 минут. К моему удивлению, Саша проснулся раньше положенного срока. Валерий сосет пустую трубку. И ему, и мне сильно хочется курить. Жаль, что нет папирос. Все идет, как по маслу. Мотору уже сбавлено несколько оборотов, и, следовательно, самый напряженный для него режим пройден. 17 часов. На небе появляется очень много веерообразных перистых облаков. Пс графику сдаю Саше вахту штурманарадиста. У меня в полете универсальная система. 1 летчик, штурман и радист. Не знаю еще, выдержим ли график на всем протяжении полета, а то, может, какая-нибудь специальность для меня останется теоретической. Беляков внимательно осмотрел все и уселся на свой штурманский стул, устроенный на водяном резервном баке. Я теперь должен четыре часа отдохнуть, а затем итти сменять Чкалова. На глаза попадается огромная резиновая шлюпка. Она свернута в юк и укреплена около радностанции. Слишком не на месте ее пристроили, и я решил переложить ее на заднее сидение, куда никто никогда не ходит. Очевидно, потому лишь, что это слишком далеко. Мы с Сашей эту резину еле перетащили назад-уж очень тесно в самолете. Пойду спать. Я подлез к Валерию и за его спиной разглаживаю большой и мягкий спальный мешок из собачьих шкур. Отто Юльевич Шмидт считает такие мешки лучшими. Мы его опыту верим. Чкалов захотел курить по-настоящему и теперь страшно злится. Я решил его успокоить. Полез в крыло и из своего рюкзака достал трубочный табак под назвапием «Капитанский». Название подходящее. Наше плавание весьма дальнее. Валерий, набыв трубку, сразу же притих, как ребенок, которому дали соску. Я не удержался и тоже сделал несколько затяжек.
навигации. Саша приспосабливает масляный бак под спальное место, Я начинаю устанавливать двустороннюю связь с Москвой. Слышимость колоссальная. Даю первую радиограмму. 1 час 30 минут. Мотор ревет на полную мощность своей металлической груди. В кабине слышится лишь непрерывная песня гула. Высота 400 метров. В лощинах проплывающей местности густые туманы. Они неподвижны, как старость. Валерий в кепепке и кожаном обмундировании кажется не полярным летчиком, а просто шофером, который собрался прокатить нас за город. Он спокоен и от нечего делать заглядывает вниз. Очевидно, поджидает свою родную Волгу. Саша уже спит. Ну и способности! Справа встает солнце и, заглядывая через стекла кабины, сильно слепит глаза. Я надеваю очки. По нашим расчетам, теперь солнце должно светить часов 55, не заходя за горизонт. Нас многие будут винить в том, что мы излишне жестоки к почтенному светилу, заставляя его работать сверхурочно. Ничего, ведь не каждый день летают через полюс. Туманы серебрятся от скользящих лучей солнца и кажутся светлыми реками и озерами на зеленом фоне лесов и колхозных полей. 2 часа 30 минут. Давно уплыли под крылом города Калязин и Кашин. Начинается обширный озерно-болотистый район Северного края. На горизонте появились высокие перистые облака. Валерий надел кепку козырьком вперед, прячась от утреннего солица. Оно уже забралось высоко. Чкалогу хочется пить. Я достаю термос. Но передать его, не разбудив Сашу, невозможно. За нами все еще гонятся два сопровождающих самолета. Один - старинный двухмоторный «АНТ-6» и другой--современный скоростной моноплан. Чтобы легче было подстраиваться, он не убирает шасси. На этом самолете сидит старик Дедюлин. На другомРыбко. Минут через десять белоснежный моноплан ловко «поджал под себя ножки», пулей обогнал наш тихоходный корабль и, сделав перед нашим носом два прощальных круга, повернул назад и скрылся на чистом горизонте. За ним последовал и более ранний его предок«АНТ-6», на развороте показывая свои
Буквально через десять минут Саша Чкалов, насупив поднял тревогу на корабле. Он разбудил и меня, стащив за ногу с весьма удобной койки. Не понимая, в чем дело, я недовольно лезу к Белякову и по его глазам вижу, что на самолете тревожные минуты. - Масло откуда-то бьет,сказал Саша. указывая на пол. Действительно, пол фюзеляжа, у штурманского люка и около радиостанции, весь был залит чистым авиационным маслом. Сообщили об этом и Вальке. Кто бы знал, какая у него была физиономия в этот момент! Но я его понимаю и по своим переживаниям. Неужели что-нибудь лопнуло? Но этого ведь н может быть! Хочется сразу запепиться за то, что врет масломер, и сейчас, наверное, полный бак выбрасывает излишки. финкой режу первый попавшийся прорезиненный мешок и им протиран места, где сочится масло. Теперь я смогу увидеть, будет ли увеличиваться течь или, наоборот, уменьшаться. Валерий предлагает откачать масло обратно. Что жедельное предложение! Быстро работаю насосом, но альвеер обратно качает почему-го хуже. После этого я осмотрел весь низ фюзеляжа при помощи оптического навигационного прицела. Ясно видно, как жирная струя течет от радиатора и чуть справа. Наверняка это садит из дренажа. Ну, это не страшно. Только больше не перекачи-