(6968)

2

№

Г.,

1937

ЯНВАРЯ

2

ПРАВДА

Обзор печати

Письма в редакцию

ГАЗЕТА БЕЗ АКТИВА Тов. Мухин написал в «Красную Тата­рию», что в Кукморе ларьки плохо обслу­живают потребителей. Ровно через месяц редакция известила автора: «Ваше письмо «везде очередь» (?-Ред.) переслано в Наркомздрав (?-Ред.) за № 12743-23 для приня­тия мер и ответа вам». Ответ, достойный газетного бюрократа, ксторому письма рабочих и колхозников в тягость. Ему всего важнее сплавить письмо. Куда, кому, зачем безразлично. «Красная Татария» не все письма пере­сылает в Наркомздрав или в другие народ­ные комиссариаты. Редакция и сама ре­шает судьбу некоторых писем, отвечает авторам. Но что это за ответы? Тов. Селиверстов информировал газету, , что бригадир Лошкин, из колхоза «Крас­ный Зай», Шереметьевского района, в ус­ловиях засухи добился 7 центнеров шше­нипы с гектара, в то время как другие бригады этого же колхоза едва собрали по 2 центнера. Заведующий сельскохозяй­ственным отделом редакции тов. Азовский ответил Селиверстову: «Ваше письмо о бригаде колхоза «Красный Зай» Лошкина в печати ис­пользовано не будет. В письме нет ни­каких фактов, которые бы показывали особые достижения бригады Лошкина в борьбе за урожай.» Автор надеялся, что редакция заинтере­суется его сообщением и сумеет выяснить и рассказать читателям, почему бригада Лошкина, при прочих равных условиях за­сушливого года, собрала урожай в три­четыре раза больший других бритад. На­дежды не оправдались. Нечего доказывать, что бюрократические отписки «Красной Татарии» не вдохнов­ляют авторов. Отписки только подсказы­вают авторам новую тему: бюрократизм в республиканской газете. Тт. Мухин и Се­ливерстов пишут в «Правду», жалуются на «Красную Татарию». Жалуется и ин­женер Несмеянов не только как автор, но и как граждании. В дни всенародного обсуждения проекта конституции Несмелнов прислал «Красной Татарии» свои дополнения и поправки. И на сей раз редакция оказалась, мягко говоря, весьма бестактной. По неизве­стным и непонятным соображениям пред­ложения тов. Несмеянова в редакции «об­работали» до неузнаваемости. Точнее: его поправки и дополнения были чудовищно искажены. Автору приписали то, чего он не предлагал вовсе. Несмеянов потребовал исправления ошибки. Он апеллировал к редактору «Красной Татарии» тов. Беус. Но редактор отказался напечатать поправку и заявил, что считает вопрос исчерпанным. Редактор «Красной Татарии» не усвоил смысла Сталинской Конституции. Он нару­шил не только авторское право Несмеяно­ва, но ущемил его права советского граж­данина. Понятно, почему редакция так бесцере­монна с авторами. Она активом не доро­жит. «Красная Татария» делается пре­имущественно штатным аппаратом. В Тата­рии 60 сельских районов. За два меся­ца--октябрь и ноябрь--газета напечатала только 13 небольших заметок руководя­щих районных работников. Еще реже по­мещаются в газете статьи и корреспон­денции актива г. Казани, столицы Тата­рии. зетой. В вузах и различных научных учреж­дениях Татарской республики больше ты­поместила лишь 8 заметок и статей науч­сячи научных работников, в частности 132 профессора. В октябре--ноябре газета ных работников. На фабриках и заводах Татарии, на ее колхозных и совхозных полях работают сотни, тысячи ударников и стахановцев. Стала ли «Красная Татария» трибуной стахановцев, трибуной богатейшего стаха­новского опыта? Нет. В октябре газета на­печатала лишь 3 заметки стахановцев предприятий по вопросам производства. Что касается стахановцев сельского хозяй­ства, то все, что помещалось в газете от их имени, не выходило из рамок рапортов. Декабрь не внес никаких изменений картина та же. Повинна сама редакция «Красной Тата­рии», не умеющая сплачивать авторский актив вокруг газеты. Формальные отписки инициативных и ценных авторов, желаю­ее работников способны лишь оттолкнуть щих сотрудничать в газете. Без участия масс, без актива невоз­можно делать культурную большевист­скую газету. Даже в самом квалифициро­ванном редакционном коллективе нет и не может быть мастеров на все руки, журна­листов, способных писать на всевозможные темы, выступать по всем решительно во­просам. Впрочем, журналисты-всезнайки еще не вывелись. Есть еще такие работни­ки печати, которые считают себя универ­салистами. Они пишут на любые темы, в том числе на темы, требующие специаль­ных знаний. Разумеется, пишут невнятно, коряво, безграмотно. Стахановцы, передовые люди промыш­ленности, сельского хозяйства и науки, специалисты и знатоки своего дела, люди, творящие жизнь,незаменимые авторские кадры советской печати. «Красная Татария» должна, наконец, широко открыть свои страницы для пар­тийного актива, для стахановцев, для луч­ших людей труда и науки. Только тогда она станет подлинно большевистской га­КАНН «Красная Татария», Татарская АССР

ЕЩЕ ОБ АВТОРСКОМ ПРАВЕ Уважаемый товариш редактор! Проф. Сементовский поднимает важный вопрос об авторском праве писателя (см. «Правду» за 29 декабря). Он предлагает лишить писателя гонорара за переиздание его книг, Я не согласен с тов. Се­ментовским. Нельзя проводить аналогию между писателем, написавшим книгу, и инженером, дающим новое изобретение, или профессором, выпускающим новых специа­листов. Такая аналогия неправильна. Профессор, ученый, инженер получают зарплату в учреждении или предприятии. Они имеют твердую материальную базу. А писатели, драматурги, художники, ком­позиторы люди творческих профессий­зарплаты не получают. Для того, чтобы написать роман, надо основательно пора­ботать, надо этому отдать много времени, возможно, несколько лет. В процессе работы над своей вещью писателю иногда прихо­дится раз езжать по стране, затрачивать много времени на изучение архивных, исторических, бытовых материалов и т. д.   Но пока будет написано и выпущено в свет новое произведение, писатель должен иметь средства для существования. Эти средства ему и дают переиздания его прежних книг. Едва ли в нашей стране найдется десятка три­четыре писателей, получающих баснословно высокие гонора­ры от переиздания своих произведений. Средний трудовой доход подавляющего  большинства писателей не так уж значи­тельно превышает заработок лиц других интеллигентских профессий, при чем писа­тельский заработок неустойчив, подвергает­ся большим колебаниям. Гонорар за переиздания настоящей ху­дожественной книги является как бы пре­мией автору за хорошую работу, поощ­ряет его, дает ему материальную возмож­ность работать над созданием новых высо­кокачественных произведений, в которых так остро нуждается наш советский чита­тель. Что касается чрезмерно высоких ров некоторой группы писателей, то в этом повинны главным образом издатель­ства. В издательствах--инерция, рутина, лень мысли. Вот почему там никого не хо­тят знать, кроме уже знакомой им группы писателей. Плохо не то, что некоторые писатели получают высокие гонорары, а то, что из­дательства выплачивают им такие гоно­рары за слабые произведения. Плохо не то, что те или иные книги печатаются и пере­печатываются, а то, что издатели больше сообразуются с именами, связями, знаком­ствами авторов, чем с качеством их произведений. Думаю, что отменять надо не закон об авторском праве, а злоупотребления этим законом. ВИКТОР ФИНК. ПРОТИВ КосноСТИ И КОНСЕРВАТИЗМА

Мятежный крейсер «Альмиранте Сервера» конвоирует захваченный им со­Сеуту. ветский танкер «Союз водников» в

гонора-оооооооооооо оооооооо Шесть с половиной суток  все они были очень плохо, в случайную и потрепанную форму, ночью нестернимо мерзли, так как не к не были обеспечены теплой одеждой, А наши вахтенные стояли в сапо­гах и тулупах, Кормили фашистских сол­дат отвратительно, иногда по суткам не приносили ничего; обычный же их паек состоял из хлеба и весьма скромного к не­му добавления. Советским матросам фа­шистского дневного пайка нехватило бы даже на завтрак. И нередко стража тихонь­ко просила корабельного повара подкор­мить ее. Несколько фактов убедили нас в том, что часть солдат, мобилизованных в армию Франко, питает к нам тайную симпатию. Иногда они заходили в столовую команды и, показывая пальцем на портреты Ленина, Сталина, Ворошилова, тихо произносили: Это-Ленин. ЭтоСталин. Это Ворошилов. Затем улыбались, подымали вверх сжа­- Олл райт! Вива Сталин! Вива Ленин! тые кулаки и говорили: Вива руссиш! Как-то утром вместе с солдатами на кам­буз (в кухню) пришел караульный началь­чик и попросил повара попоить чайком свободных от караула. Мы накрыли для солдат стол, поставили хлеб, масло, колбасу, сыр, консервы. Ели они с большой жад­ностью. Затем караульный начальник встал из-за стола и поворачиваясь от одного портрета к другому, вместе со своими сол­датами назвал наших вождей. Солдаты хо­ром произносили: Ленин, Сталин, Ворошилов. дой. Изредка мы слышали, как некоторые солдаты тайком насвистывали «Интерна­ционал», кое-кто из них захаживал в крас­ный уголок и опасливо играл с нашими моряками в шахматы и шашки или обмени­вался сердечными рукопожатиями с коман­Наконец, на седьмые сутки плена к нам должать рейс. Уходя с корабля, некоторые солдаты подбегали к советским матросам, жали им руки и взволнованно говорили: «Вива Мадрид! Вива руссиш!» 25 ноября мы были уже в бельгийском порту Эртвельде, сдали там груз газойля, предназначавшийся для немецкой фирмы, и через два дня вышли в обратный путь. Когда мы проходили Гибралтарский пролив. к нам снова подошел военный фашистский тральщик. Он поднял знакомый сигнал: Остановитесь, буду стрелять! Мы остановились. Тральщик спустил шлюпку, но, прочтя название судна, с пол­пути вернул ее назад, Очевидно, он пас узнал. Затем мы последовали дальше. По выходе из Гибралтарского пролива нас нагнали два гидроплана с опознава­тельными фашистскими знакамы испанских мятежников (круг, пересеченный крестом). Самолеты покружились над нами, один мелные очерети долем они орыо Спустя некоторое время гидропланы верну­лись и сделали вид, что хотят сбросить на палубу бомбы. После этого один из лет­чиков, хулиганя, направил на палубу пуле­мет. поводил им, помахал кулаками, Нако­неп, самолеты улетели. 11 декабря «Союз водников» пришел в Батуми. Там мы узнали о новом неслы­ханном варварстве фашчетских бандитов, потопивших теплоход «Комсомол». 23 декабря «Союз водников» снова вы­шел в дальнее плавание с полным грузом газойля. И. ЛЕСОВИКОВ. в плену у пиратов

В Москву приехал помощник капитана по политической части танкера «Союз водни­ков» тов. И. А. Лесовиков. Как известно, 11 ноября вблизи Гибралтарского пролива танкер (нефтеналивное судно) был обстре­лян и задержан фашистскими пиратами и под конвоем приведен в Сеуту. Фашисты освободили советский танкер только через шесть с половиной суток *). Ниже печатается рассказ тов. И. А. Ле­совикова о пребывании в фашистском плену. * **

B Сеуту нас привели под конвоем мя­тежного крейсера и вооруженных тральщи­ков в 8 часов утра 11 ноября. На набереж­ной мы увидели огромную толпу народа: это население города собралось посмотреть на советское судно, Однако не успели мы еще пристать к берегу, как вооруженные патрули начали разгонять толпу, и через полчаса площадь опустела. Все последую­щие дни фашисты тщательно заботились о том, чтобы на площадь не проник ни один «посторонний». К борту «Союза водников» пристал ка­тер, и на корабль поднялись 25 солдат во главе с несколькими офицерами, Охрана была расставлена во всех уголках танкера, Фашистские офицеры предявили нам сле дующее требование: стоянием нассления. Могут быть в честь вашего судна и вашего флага демонстра­Военное командование обеспокоено со-

Уважаемый товарищ редактор! 25 апреля 1936 г. в «Правде» была напе­чатана статья Э. Кольмана и др. «Еще о шарлатанстве под маской науки». В статье я, Кислицын С. И., был квалифицирован как лжеученый, была взята под сомнение моя изобретательская деятельность. Я не считал возможным отвечать авто­рам возводимых на меня обвинений, пока не соберу опытных данных, подтверждаю­щих ценность моих изобретений. Ныне та­кие данные у меня имеются. Так, в ны­нешнем году в ряде колхозов Киевской об­ласти проверена на массовом опыте пред­лагаемая мною система производства удобрений (так называемые «торфотуки»), пюказавшая прекрасные результаты. В чем сущность этой системы? Обычно вносимый в почву азот в биде селитры выщелачивается, вымывается, и часть его пропадает без пользы для ра­стений. Моя система производства удобрений («торфотуки») заключается в том, что я составляю смесь торфа с азотистыми, фос­форными и калийными туками. Клетчатка торфа, содержащая молекулярную и кол­лоидальную воду, при растирании на валь­цах пропитывается минеральными солями, при чем гуминовые и ульминовые кислоты торфа переводят фосфорные соединения в усвояемую для растений форму. Благодаря торфу, как поглотителю, ам­монийная селитра и хлористый калый не выщелачиваются и не вымываются из поч­вы и, как показали опыты, действуют не менее 2 лет. Минеральные соли в смеси с торфом в течение ряда лет содействуют улучшению свойств и структуры почвы, дают более полное использование азотистых фосфор­ных и калийных солей, увеличивают уро­жай даже по сравнению с чистым мине­ральным удобрением и, наконеп, освобож­дают большое количество серной кислоты для промышленности. Все эти преимущества «торфотуков» сейчас подтверждены в колхозах Киевской области опытами Украинского института торфа. По ряду культурзерновым, свекле, картофелю, табаку, льну, конопле и дру­ОТ РЕДАКЦИИ

гим применение «торфотуков» дало зна­чительное повышение урожайности. Уста­новлено также значительное количествен­ное и качественное увеличение зеленой массы, а это открывает широкие перспек­тивы для ряда специальных и техниче­ских культур, например, чая, табака, си­лосных и др. 1о же можно сказать и о ягодных и садово-овощных культурах. Нечего говорить, какое важное значение приобретает предлагаемая мною система удобрений в борьбе за сталинский лозунг о повышении урожая в ближайшие годы до 8 миллиардов пудов. Запасы торфа в Советском Союзе огромны. Непосредствен­ное соседство запасов торфа и фосфоритов, в том числе и малопенных (а последние в чистом виде не могут быть использованы для удобрения), создает благоприятные ус­ловия для производства «торфотуков». Только косностью и консерватизмом можно об яснить то, что эта система не исполь­зуется в более широких размерах. Такая же примерно история и с другим моим изобретением -- «торфелем». «Тор­фель» запатентован Советским Союзом в 24 странах. Бывший Комитет по изобрета­тельству при Совете Труда и Обороны разре­шил это изобретение продать за границу. Несмотря на данное мне разрешение, я его не продал, так как считаю продажу патен­та преступлением перед Советским Союзом. Помимо применения «торфеля», как ак­тивированного угля, он может быть исполь­зован в полиграфии, резиновом производ­стве, а также для осветления масел. Способ изготовления «торфеля» прост, а стоит он намного дешевле других активированных углей. Приходится только пожалеть, что Э. Кольман и другие авторы, не разобрав­шлсь по существу, опорочивают мои тру­ды. Все остальное в статье, касающееся ме­ня, собственно говоря, не заслуживает вни­мания и ответа. Следует лишь отметить, что Э. Кольман извращает мои научные работы, приписывая мне, например, такие абсолютно вымышленные вещи, как «тео­рия зависимости роста вещества от спермы и половой функции» и т. п. * C. И. КИСЛИЦЫН.

Потерянные экспонаты Документ № 2. совещании экспонентов Всесоюзной сельскохозяйственной выставки с дирек­торами павильонов 23 декабря выступила звеньевая колхоза им. Орджоникидзе, Близнецовского района, Харьковской обла­сти, тов. Голубничая. Она в этом году до­билась рекордного урожая подсолнуха, сняв с 8 гектаров в среднем по 34 центне­ра. На районную выставку она предста­вила свои экспонаты. Какова теперь судь­ба их? Вот что рассказывает тов. Голуб­ничая: «Много раз я звонила, спрашивала о своих экспонатах, которые представляла на выставку. Но мне ничего не говорят. Сообщают, что на выставке «ты получила первую степень». Ну и все. А я им го­верю: а где же моя экспонаты? Их, ока­зывается, найти нельзя». Документ № 3. В Больше-Лепетихинском районе, Днепро­петровской области, состоялась недавно сельскохозяйственная выставка. Колхозы, добившиеся богатого урожая, например, «Червоный Жовтень», имени Петровского, им. Карла Маркса и много других, собрав­ших урожай озимой пшеницы от 25 до 30 пентнеров с гектара, представили на вы­ставку свои экспонаты. В артели «Черво­ный Жовтень» на некоторых участках колхозники добились урожая пшеницы в 40 центнеров с га. Редактор районной газеты прислал пись­мо, в котором рассказывает об итогах вы­ставки. Вот выдержка из этого письма: «…После окончания районной сельско­хозяйственной выставки все экспонаты свалили в одну из комнат районного зе­мельного отдела, и постепенно сотрудники растащили их домой. Посмеиваясь, старший агроном земель­ного отдела Булгаков говорит: - Было много мешочков и пакетов с сшенипей, рожью, овсом, ячменем и дру­гим зерном. Сотрудники забрали все это по домам и скормили свиньям…» * * Таковы факты. Список их можно было бы увеличить, Но и приведенных совер­шенно достаточно, чтобы вызвать закон­ное негодование против тех, кто пренебре­жительно относится к труду стахановцев. Районные, партийные и советские орга­низации до сих пор, как правило, не ин­тересуются подготовкой к выставке. Всесоюзный выставочный комитет не удосужился разработать и разослать на ме­ста подробную инструкцию, как хра­нить экспонаты, не указал, кто и где их должен хранить. Если в самые ближайшие дни выста­вочный комитет не проявит, наконеп, ак­тивности в этом вопросе, нет никакой га­рантии, что факты, подобные приведенным выше, не повторятся. П. ГРИГОРЬЕВ. ся из труда. Колхозы и совхозы деятельно готовят­к предстоящей в 1937 году Всесоюз­ной сельскохозяйственной выставке. Кро-На потливо и любовно отбирается все лучшее результатов колхозного и совхозного Огромные массы людей, никогда раньше не участвовавших в выставках, в конкур­сах, втягиваются сейчас в подготовку всесоюзному показу успехов колхозов и совхозов. И совершенно понятно, что эти люди ждут от Наркомзема, от всесоюзно­го выставочного комитета, от своих район­ных руководителей ясных, деловых ука­заний, как готовиться к выставке, как росторннении дмеетоя пемадо В нашем распоряжении имеется немало окументов, показывающих, как выглядит это руководство. Приведем только некото­рые из них: Документ № 1. Бригадир колхоза «Прогресс», Красно­армейского района, Днепропетровской обла­сти, тов. Браун, добившийся в этом году рекордного урожая озимой пшеницы-52,5 пентнера с гектара, прислал письмо, в ко­тором пишет: «…Я думал, что мне поможет выста­вочный комитет готовиться к выставке. Но, повидимому, иначе считают работники этого комитета. Подготовка экспонатов к выставке дело для нас, колхозников, но­вое. Не получая ниоткуда помощи, я сам решил подготовить свои экспонаты. Сде­лал простую витрину, поместил в ней сно­пик пшеницы, агротехнические паспорта, план колхозной земли с обозначением на нем рекордных участков и фотографии бригады. Витрину застеклил и, вместе с небольшим мешочком, в котором было 2 кг зерна, отправил на межрайонную вы­ставку в Запорожье, но после этого куда делись мои экспонатынеизвестно. Пропа­ли все следы. Кто говорит, что экспонаты отправлены из Запорожья в Днепропе­тровск, кто поворит, что в Киев. Как-то встретился я с агрономом об­ластного выставочного комитета тов. Рыв­линым, Он мне сказал, что мои экспона­ты отданы сельскохозяйственному инсти­туту. Что же я повезу на выставку? - заволновался я. Рывлин ответил: - Если ты не найдешь других образ­пов своей пшеницы с рекордных участ­ков, то на Всесоюзную выставку допущен не будешь. Разве моя вина, что меня оставили во время подготовки к выставке без помо­щи? Разве моя вина, что экспонатами колхоза распоряжается кто угодно, только не сами колхозники. Я зачислен экспонен­том выставки приказом наркома земледе­лия и полагаю, что этого права никто от­нять не может…»

Матрос флота испанских мятежников на борту советского судна «Союз водников» в Сеуте. ции. Приказываю спустить ваш националь­ный флаг. На это наглое требование мы ответили категорическим отказом, Мало того, вместо висевшего на мачте рейсового двухметрово­го флага мы подняли парадный шестиметро­вый красный флаг, который и развевался над кораблем все шесть с половиной суток. Фашисты безуспешно обыскивали трюмы и все помещения танкера, несколько раз безрезультатно допрашивали капитана тов. Попова, его старшего помощника тов, Яко­влева и старшего механика тов. Ширшова. Во время своего вынужденного плена мы с большим интересом присматривались к солдатам бандитской армии Франко. Одеты *) См. «Правду» от 22 ноября 1936 г.

Статья тт. Кольмана, Максимова, Потемкина и Шакселя была написана на осно­вании выводов комиссии Московского комитата ВКП(б). Авторы критиковали преиму­щественно теоретические построения С. Кислицына и при этом не в малой мере использовали учебник психиатрии под редакцией Ганушкина. В письме С. Кислицын говорит о своих изобретениях, которые до сих пор не реализованы, несмотря на полу­ченные им патенты, Редакция «Правды» просит Московский комитет ВКП(б) вторично  рассмотреть этот вопрос.

фе этих поразительных слов? Здесь сцена­ристы пошли на упрощение, ничем не оправданное. Вот Карандышев, «смирный человек», «смешной человек». У Балихина прекрас­ные данные для этой роли, у него заме­чательно сделан рисунок роли, безукориз­ненно четкий: вы понимаете, что Балихин делает образ, чувствуя не только Остров­ского, но и Гоголя и Достоевского, Но по­чему же драма этой «забитой личности» недостаточно захватывает нас? Думается, что и спенарий, и режиссер шли здесь по поверхности, недостаточно углубляясь в Островского, несколько упростив сложный реалистический образ, Это можно сказать и обо всем фильме, интересно, но недоста­точно глубоко раскрывающем замысел Островского. «Бесприданница» - фильм значитель­ный, полезный, Его хорошо встретит зри­тель, Эта новая советская картина показы­вает, какие огромные возможности для кино тант в себе драматургия классиков и какая увлекательная работа предстоит здесь ма­стерам советского кино. Нало, чтобы в кино­инспенировках классиков были достигнуты вся глубина, вся полнота. вся сила образов Островского, Гоголя или Шекспира. В «Вечерней Москве» критик Эм. Бескин разнес новый советский фильм, что назы­вается, в пух и прах, Его репензия, однако, весьма напоминает рассуждения ных социологов, По мнению Бескина, «Бес­приданница», видите ли, «принадлежит к «дворянскому» пиклу пьес Островского». Кроме того, рецензент полагает, что надо было бы «воссоздать на экране спектакль». Между тем, одним из недочетов этой кино­картины является ее излишняя театраль­ность И. АНИСИМОВ

ку. игры в «благородные чувства» («я еще не   совсем опошлился, не совсем огрубел») очень важен в Паратове: только тогда все становится на место, делается понятным увлечение Ларисы и обнажается вся гнус­ность фигуры Паратова, Сценарий же, а за ним и Кторов ограничиваются довольно избитыми штампами. Вот героиня пьесы и фильма -- Лариса, бесприданница, Молодая актриса Нина Али­сова выступает впервые и с большим успе­хом. У нее есть обаяние, ее игра проста, выразительна и тепла, за ее движениями п жестами, за игрою ее лица чувствуется большая внутренняя жизнь. Трогателен в образ, который дан Алисовой, запо­минаются многие детали, например, романс Ларисы. Но ведь образ Ларисы, «опозоренной» и «несчастной», должен потрясать. Почему он не достигает такого напряжения в филь­ме? может быть, у молодой актрисы нехва­тило сил? Нет, дело не только в этом. Ви­новны и сценаристы. Одно из самых важ­ных мест фильма - это сцена мук Лари­сы, узнавшей, что ее разыграли в орлян­«Лариса (глубоко оскорбленная). Вешь… да, вещь. Они правы, я вещь, а не человек. сейчас убедилась в том, я испытала себя… я вещь! (С горячностью). наконец, слово для меня найдено, вы на­шли его, Уходите! Прошу вас, оставьте меня!» В этот момент игра Алисовой достигает большого напряжения. Но в пьесе Остров­ского это был момент крайнего напряже­ния, тшательно подготовленный и драма­тургически обоснованный, Вспомним пол­ную отчаяния реплику Ларисы: «Для не­счастных людей много простора в божьем мире: вот сад, вот Волга, Здесь на каждом сучке удавиться можно, на Волге - вы­бирай любое место. Везде утопиться легко, если есть желание да сил достанет», Как можно было лишить Ларису в кинематогра-

«Бесприданница» Островского на экране приданницу» в кино явлением значитель­ным «Темное царство» Островского показа­но в кинематографических образах удачно. Менее удачен монтаж (связь) отдельных кусков картины, Здесь хотелось бы боль­шей выразительности, большей осмыслен­ности, большей цельности. Картина не­сколько пестра. Мало связан, например,целом хорошо снятый волжский пейзаж с развитием драмы. У Добролюбова замеча­тельно сказано об этом пейзаже: «Город стоит на берегу Волги, весь в зелени; с крутых берегов видны далекие простран­покрытые селеньями и нивами; лет­ний благодатный день так и манит на бе­рег, на воздух, под открытое небо…». Но ведь это великолепие должно составлять резкий контраст тому «миру тюремного гробового молчания», в который вводит нас  драма Островского. сожалению, контраст мало выявлен. Это уменьшает силу воздействия фильма. ведет к некоторой поверхностности фильма. в чем надо упрекнуть авторов спенария еще больше, чем режиссера. Сценарий не доносит всей огромной силы драмы Остров­ского, упрощая и уменьшая ее трагиче­ское звучание. Бот «блестящий барин» Паратов, Кторов А. П. играет эту роль плоско, У Остров­ского дана фигура очень выразительная вель «несчастная» Лариса полюбила Пара това за то, что увидела в нем личность не­обыкновенную, возвышающуюся над бра­химовским ) уровнем, - момент рисовки, *) Место действия в пьесе Островского. Конечно, авторы нового советского филь­ма внимательно изучили не только текст знаменитой драмы Островского, но и добро­любовские статьи, в которых дан ключ к пониманию Островского не только в период «Грозы», но и в более поздний период «Бесприданницы», Конечно, им было из­вестно добролюбовское деление на «са­модуров» и «забитых личностей», и гениальная формула «темного царства» стояла перед их глазами: «Перед нами грустно покорные лица наших младших братий, обреченных судьбою на зависимое, стралательное существование… Это… мир тупой, ноющей боли, мир тюремного, гро­бового безмолвия… Нет ни света, ни те­пла, ни простора; гнилью и сыростью веет темная и тесная тюрьма… И неоткуда ждать им отрады, негде искать облегчения:   над ними буйно и безотчетно владычеству­ет бессмысленное самодурство, …не при­знающее никаких разумных прав и требо­ваний. Только его дикие, безобразные кри ки нарушают эту мрачную тишину и про­изводят пугливую суматоху на этом пе­чальном кладбище человеческой мысли и ВОЛИ». Удача или неудача фильма зависела от того, насколько сумеют его авторы углу­биться в образы, данные Островским и столь поразительно истолкованные Добро­любовым. Это было серьезное испытание. Как оно выдержано? Уверенное мастерство режиссера (Я. Про­тазанов), ряд хороших актерских достиже­ний, отличная работа оператора (М. Магид­сон), достаточно высокая общая куль­тура постановки - все это делает «Бес-

ДЕСЯТИЛЕТИЕ СОЮЗА КОВРОВЩИЦ

вульгар-АШХАБАЛ, 1 января. (Корр. «Прав­ды»). 24.000 ковровщиц Туркмении от­праздновали десятилетие существования своего промыслово-кооперативного союза. На праздник прибыли знатные ковровщи­цы братских республик Закавказья Средней Азии. Открылась большая выстав­ка ковров и ковровых изделий. В 1926 году союз обединял всего 463 ковровщицы. Организация промыслово­кооперативного союза ковровщиц была

тогда крупным революционным делом. Против обединения женщин-ковровщиц восстали баи-ростовщики, так как они ли шались наживы. Но при поддержке совет­ской власти союз ковровщиц стал креп­нуть и за 10 лет вырос в мощную орга­низацию. Туркменские ковры славятся далеко за пределами Советского Союза. Луч­шие свои изделия Туркменсоюз посылает на международную выставку в Париж.