ПРАВДА

21 ЯНВАРЯ 1937 Г., № 21 (6987)



НЕЗАБЫВАЕМЫЕ ВСТРЕЧИ цели нашей работы. Он с особым вниманием относился к каждому явлению классовой борьбы. Самым подробным образом старался он выяснить все детали рабочих выступле­ний, расспрашивал о каждом заводе, о каж­дой фабрике, где происходили забастовки, спрашивал, сколько рабочих участвовало в выступлении, какие промахи были допу­щены, как распространяется печать, неле­гальные листовки и прокламации, сколько меньшевиков на отдельных предприятиях, каково их влияние. Указания и наставле­ния Ленина имели для меня совершенно исключительное значение. Второе совещание депутатов-большевиков с Лениным состоялось в сентябре 1913 года в Галиции, в деревне Поронино. На поронинском совещании мы сделали доклад о думской пятерке и ее работе в ду­ме и вне думы. Рабочие депутаты опять получили от Ленина хорошую-и принци­пиальную и практическую­зарядку. По­мню, я спросил Владимира Ильича: не мало ли проводить в думе лишь агитационную работу, демонстрации и обструкции мини­страм и черносотенцам; рабочие могут спросить: а какие законы вы провели для рабочего класса, какие практические пред­ложения делали? Владимир Ильич долго смеялся и еще раз чрезвычайно мето обрисовал задачи думских рабочих депутатов: Никаких законов для рабочего класса черносотенная дума никогда не примет. За­дачи рабочего депутата -- изо дня в день напоминать с думской трибуны черносотен­Из дореволюционной истории нашей пар­мне особенно памятны годы рабо­ты под руководством Владимира Ильича Ленина в думской большевистской фракции. Переломный 1912 год. Новый мощный революционный подем. Рабочий класс рас­правлял богатырские плечи. Волна стачек и демонстраций прокатилась по всей стра­не. В этих условиях наша партия проводи­ла выборы от рабочих курий в Государ­ственную думу, Вся избирательная борьба рабочего класса и дальнейшая деятельность маленькой большевистской фракции в думе целиком проходили под непюсредственным руководством Владимира Ильича, Живя за границей, он был тесно связан с нами - пятеркой рабочих депутатов в черносотен­ном царском парламенте. Он давал нам ди­рективы, писал тезисы наших речей в Го­сударственной думе, направлял политиче­скую линию нашей работы. Сразу же после того, как рабочие де­путаты с ехались в Петербург, Владимир Ильич позаботился об организации фракции. Он подытожил результаты избирательной борьбы, прислал из Кракова специальную анкету избранным от рабочих курий депу­татам, чтобы подробно изучить обстановку выборов, силы партийных организаций в разных городах, влияние их на рабочие массы. Связь с Владимиром Ильичем мы осуществляли разными нелегальными путя­ми, шифрованными письмами, через перехо­дивших границу законснирированных пар­тийных товарищей. Владимир Ильич придавал особое значе­шже нашим первым выступлениям в думе. Сразу же после образования социал-демо­кратической фракции он говорил: «Естественно, что рабочие будут ждать первого выступления с особенным нетерпе­нием и с особенным вниманием. Естествен­но, что они ждут именно от первого вы­ступления главного и основного, сосредото­ченнного изложения взгляда на те вопросы, которые особенно всех волнуют. которые особенно выдвигаются на первый план в политике страны вообще, в практике рабо­чего движения (и политического и экономи­ческого) в особенности» 1). Мое первое выступление в думео про­фессиональном движении и о разгоне жан­дармами союза металлистов, которое было одновременно и первым выступлением на­шей фракции, прошло под непосредствен­ным руководством товарища Сталина. Большие трудности преодолевал каждый из нас, выступая, особенно на первых по­рах, в этом думском логовище самодержа­вия. Через стены Таврического дворца, через головы черносотенных депутатов­помещиков, дворян и фабрикантов наше речи, наши призывы должны были доходить до рабочих и крестьян, должны были слу­жить отточенным оружием в руках проле­тариата против его угнетателей. Рабочему депутату, пришедшему в думу прямо с за­вода, от станка, приходилось выступать перед вековечными врагами рабочих: пар­скими министрами, помещиками, реакшиюн­ными профессорами, адвокатами­красно­баями буржуазных партий, перед капитали­стами, которые держали в своих руках судьбы миллионов трудящихся. - Рабочие депутаты,--говорил нам Ленин, когда мы приехали в декабре 1912 года к нему в Краков,-- должны использо­вать думскую трабуну для агитационных выступлений, для разоблачения гнусностей самодержавия и его либеральных прихвост­ней. Но этим деятельность думской фрак­ци отнюдь не исчерпывается. Думские ра­бочие депутаты должны вести огромную нелегальную работу в массах, руководить профессиональным движением, забастовка­ми, участвовать во всей деятельности пар­тии. С каждым из рабочих депутатов Влади­мир Ильич подолгу беседовал, раз ясняя В. И. Ленин. Соч., том XVI, стр. 201.





Центральный Музей В. И. Ленина. Копия кабинета Владимира Ильича в Кремле. Фото М. Озерского мир Ильич о карикатурах, помещавшихся в годы гражданской войны в «Правде». * * * А вот еще два веселых эпизода, вызвав­ших заразительный смех Владимира Ильича. Одну из первых записей своих речей на граммофонную пластинку Владимир Иль­голос… ич посвятил венгерской революции и сообщению о переговорах по радио с тов. Бела-Кун. Произнося речь, он случайно вместо «разговора по радио с Бела-Кун» сказал: «т. Радио-Кун». Ильич тут же расхохо­тался и продолжал: «ах, чорт, что я ска­зал!» Аппарат записал все это. Он прослушал эту испорченную пла­стинку, рассмеялся и говорит: ＿ - Первый раз в жизни слышу свой следующие сеансы записи Владимир Ильич приезжал с тщательно составлен­ными речами, укладывающимися ровно в три минуты. Каждый раз по его просьбе заводилась пластинка с «радио-Куном». Не менее весело хохотал Владимир Ильич, когда ему рассказали про один анекдотический случай в работе книжного отдела Центропечати. Один из наших сот­рудников получил извещение о выходе из печати книжки стихов поэта В. Шершене­вича под названием «Лошадь, как ло­шадь». Сотрудник решил, что эта брошюра яв­ляется, судя по заглавию, научным посо­бием по лошадиной части, и отправил ее по всем коннозаводствам, вызвав со сто­роны последних бешеные протесты. Надо было видеть, как хохотал Влади­мир Ильич по поводу этого случая. Но это веселое настроение не помешало Ильичу сделать серьезное заявление на­шему смущенному сотруднику: - Вы, в сущности, не виноваты в этом деле. Надо, повидимому, запретить декре­том делать на книгах заголовки, которые сбивают с толку книжных и библиотеч­ных работников… Б. МАЛКИН.

Центральный Музей В. И. Ленина. Траурный зал. В центре­гипсовая маска Меркуровым. Фото М. Озерского вождя Мне вспоминается моя болезнь в Па­риже. После большого митинга, органи­зованного анархистами, конная жандарме­рия опрокинула в узком переулке всех выходивших с митинга. В числе других я тоже получила значительные ушибы, И в эту же ночь Владимир Ильич занялся моей болезнью, Со свойственным ему вниманием он ухаживал за больными товарищами. И тогда мы узнавали в Ильиче другую сторону: человечность, исключительную его чуткость Его умение распознавать людей и в каждом увидеть ту черту, которая мо­жет сделать из него организатора большого дела,- это умение особенно выявилось для меня в 1918 году, на одном из собраний в Замоскворечье, Владимир Ильич со свой­ственной ему скромностью вошел в зал и, во что бы то ни стало желая остаться не­замеченным, уселся в уголке. Но появление его было замечено, и он вынужден был, отчаянно сопротивляясь, выйти вперед. Мы обсуждали на этом собрании организацию продовольственных отрядов. Ильич внима­тельно и напряженно слушал одного старого рабочего-булочника и сразу ухватился за него. По его указанию этот булочник был руководителем отряда, прекрасно назначен выполнил свой долг, но погиб от руки ку­лаков. В 1919 году, приехав с фронта, я пошла к Владимиру Ильичу с каким-то неболь­шим вопросом. Владимир Ильич уже тогда давал директивы на все фронты с таким знанием вещей, как если бы он с юных лет занимался военным делом. В настоящее время, когда во всех угол­ках нашего Союза читают лучший из за­конов, который когда-либо могло создать человечество Сталинскую Конституцию, мы должны вспомнить другой документ, написанный 19 лет назад, в январе 1918 года, документ другой эпохи, - ленинскую декларацию прав трудящихся, намечавшую только задачу строительства социализма. Социализм победил в нашей стране. Р. ЗЕМЛЯЧКА.1) B. И. Ленина, снятая скульптором

цам, что рабочий класс силен и могуч, что недалек день, когда вновь подымется рево­Смех Ильича люция… Владимир Ильич как никто умел весе­ло и заразительно смеяться, любил остро­умную шутку и очень часто прибегал в своих речах к сатирическим образам Го­голя и Щедрина. В памяти остался один такой яркий ве­чер, на котором веселая, остроумная шут­ка Ильича вызвала смех всего перепол­ненного зала. Это было на вечере, посвященном 50- летию Ленина. Владимир Ильич очень высоко ценил острую политическую карикатуру. Мы с большим интересом рассматривали одну такую карикатуру которую Ильич привез с собой на этот вечер. Она была нарисована художником кар риком в 1900 году по случаю юбилея К. Михайловского. На ней фигуриро­вали марксисты, подносящие адрес Михай-На ловскому, при чем они были изображены маленькими детьми в коротеньких платьи­цах и назывались «марксятами». В своем письме к Владимиру Ильичу E. Д. Стасова писала: «партия была тогда в детском возрасте - считалась единицами, теперь?… И это дело Ваших рук­Ва­а шего ума и таланта». Владимир Ильич специально упомянул в своей речи об этом дружеском письме и об удивительно хорошей вещи, нарисованной выдающимся художником. Я передаю эту карикатуру на рас­смотрение всех, - заявил Ленин под аплодисменты всего зала, радостно привет­ствовавшего родного Ильича. После своей речи он бережно положил в карман возвращенный ему рисунок и подробно нам рассказывал о тех замеча­тельных карикатурах на царизм, которые помещались в приложениях к «Искре». У нас был свой большевистский кари­катурист тов. Лепешинский, и Владимир Ильич, смеясь, рассказывал, каким громад­ным успехом пользовались большевист­ские карикатуры «Как мыши кота хоро­нили», «В участке» и другие. C большим восторгом отзывался Влади-

Облик Впервые я встретилась с Владимиром Ильичем Лениным летом 1903 года, нака­нупе II с езда партии, в швейцарской дере­вушке. Меня особенно поразила простота обстановки, в которой он жил. Я застала Владимира Ильича в маленькой кухонке, он перетирал чайную посуду. Жили они тогда вместе с Надеждой Константиновной Крупской и ее матерью и поочередно дежурили по хозяйству. Перетирая чашки и готовя нам чай, Владимир Ильич непре­рывно допрашивал нас (меня и тов. Лядо­ва) о происходящем в России. Его вопро­сы были настоящей учебой для нас. Он на­правлял их таким образом, чтобы выведать у нас все, что возможно, в первую очередь шей организационной работы. Бладимир Ильич особенно интересовался мнениями отдельных рабочих, из которых он со свой­ственной ему мудростью делал заключения о величайших проблемах, стоявших перед нашей партией. Следующая встреча с Лениным на II с езде партии. В борьбе против всякого рода реформистов за централизованную боевую партию он был беспощаден. Его речи­очень простые и настолько доступ­ные, что всякий слушающий его считал, что именно его мысли выражает Ильич, - отличались исключительной логикой, кото­рая побеждала противника. Владимир Ильич отличался огромной жизнерадостностью даже в моменты пора­жений нашей партии. Я вспоминаю конфе­ренцию 22-х, на которую он вызвал всех нас в Женеву. Владимир Ильич выражал тогда исключительную радость, он был доволен, потому что мы начинали самое большое дело для большевизма. На III с езде и в предшествовавший ему искровский период Владимир Ильич собирал партию, распределял силы, заботился о транспорте нелегальной литературы, внедрял в массы большевистские идеи. Ленин был упорен в борьбе, беспощаден к противнику. И одновременно исключи­тельно чутко относился к товарищам по партии, вникая в мелочи их жизни.

На этом же поронинском совещании было принято важнейшее решение о расколе дум­ской фракции, о необходимости окончатель­пого отмежевания от меньшевиков-ликви­даторов. Как я уже говорил, Владимир Ильич не только на совещаниях за границей, но и повседневно руководил деятельностью дум­ской фракции. Моя речь в думе 16 мая 1913 года по смете министерства народного просвещения была целиком построена на подробных тезисах и конспекте, прислан­ных мне Лениным из Кракова. Когда известие об аресте думской фрак­ции дошло до Владимира Ильяча, он, силь­но встревоженный, писал: «Ужасная вешь, Правительство решило, видимо, метить Р. С.-Д. Р. Фракции и не остановится ни перед чем. Надо ждать са­мого худшего: фальсификации документов,H. подлогов, подбрасыванья «улик», лжесви­детельства, суда с закрытыми дверями и т. д., и т. д…»  ). Дальше Владимир Ильич указал на огромные трудности, вставшие перед пар­тией в связи с арестом фракции: «Во всяком случае работа нашей партии теперь стала во 100 раз труднее. И все же мы ее поведем! «Правда» воспитала тысячи сознательных рабочих, из которых вопреки всем трудностям подберется снова коллек­тив руководителей - русский Ц. К. пар­тии» *). От этих слов Владимира Ильича, как всегда, веяло огромной верой в силу рабо­чего класса и победу революции, Эта вера не оставляла Ленина даже в наиболее тя­желые моменты революционной борьбы. В далекой туруханской ссылке, где мы были вместе с товарищем Сталиным, не порывалась наша связь с Владимиром Ильичем. Вдогонку нашему этапу он пос­лал письмо, в котором сообщал, что мы идем в те места, где он сам когда-то отбы­вал ссылку. нас бодрость и революционную энергию. Его письма вселяли в



A. БАДАЕВ. 2) Ленинский сборник, II, стр. 211.

Академик И. ГУБКИН

ловкие вредители, сознательные агенты иностранного капитала, который одно вре­мя торговал материалом, выкраденным у одного из первых исследователей КМА проф. Лейста, и делал неоднократные по­пытки забрать всю область аномалии в концессию. Другие--бессознательные, вре­дящие делу или по своему невежеству или из-за усердия не по разуму. Атаки агентуры иностранного капитала иногда достигали своей цели. Так, в начале 1926 года работы по исследованию КМА, не до­веденные до конца, были спешно ликви­дированы. Только благодаря тому, что товарищи Сталин и Молотов поддержали дело Ленина и в этой области, советская наука получила возможность после трех­летнего перерыва возобновить свою иссле­довательскую работу. Курская магнитная аномалия становится крупным промышленным районом, Уже не одноколейка, а настоящая железнодорож­ная ветка соединяет Старый Оскол с на­стоящим рудником. где начинается разра­ботка руд. Этими примерами далеко не ограничи­вается вся огромная забота Владимира Ильича о развитии советской науки, за­бота о научных работниках. Вспомним, какие задания он давал Ака­демии наук, какие вопросы он ставил пе­ред нею еще в самом начале революции, в 1918 г. Он первый поставил перед Ака­демией задачу - сосредоточить все свое внимание на изучении производительных сил страны, рациональном размещенип промышленности, правильной организа­ции производства и на изучении таких частных, но имеющих огромное народно­хозяйственное значение вопросов, как пс­пользование пепервоклассных сортов топли­ва, изучение вопросов энергетики и т. д. Он проявлял исключительный интерес к задачам сельскохозяйственной науки, и первый заинтересовался самоучкой-само­родком Мичуриным, ставшим одним из ве­ликих ученых нашего времени. Вспомним также его заботливое отноше­ние к работам академика И. П. Павлова, заботы о других ученых, теплые заботы не только об обеспечении необходимых условий для научной деятельности, но и об улучшении быта ученых. Научного работ­пика Ленин ценил не только по его талан­ту, уму, научным работам, государствен­ному подходу, но и с точки зрения его умения и желания честно работать на пользу трудящихся.

Французская буржуазная революция гордилась измерением одной четверти зем­ного меридиана, проходящего через Париж. Величайшая из революций-Великая Ок­гябрьская социалистическая революция с неменьшим основанием может гордиться тем, что она создала все условия для ис­следования и открытия истинной причи­ны загадочной Курской магнитной анома­лии. Это исследование одного из редких явлений природы имело огромное научно­теоретическое значение и вместе с тем оно дало гигантские практические ре­зультаты. Данные этого исследования при­вели к открытию колоссальнейших зале­жей железных руд в области распростра­нения аномалии. Было установлено с неоспоримой точностью, что именно эти ру­ды являются причиной магнитной анома­лии, вопреки мнению геологических светил старой России, твердивших о «полном от­сутствии какой-либо связи магнитных ано­малии не только с фантастическими место­рождениями магнитных железняков, но и с изверженными породами». Так обанкро­тилась в этом вопросе старая дореволюци­энная геология. как будто похороненную, проблему. А беликий Ленин силою своего разума и воли дал возможность советской науке и тех­нике разрешить эту проблему полностью. Без его серьезной поддержки это дело не бы­ло бы доведено до конца. У Курской маг­нитной аномалии (КМА) было много яв­ных и еще более скрытых врагов. Ленин был в курсе всех перипетий нашей рабо­ты, в курсе всех колебаний в нашем деле. Революция вновь поставила эту, уже Вот что по этому вопросу писал Дении Г. М. Кржижановскому 6 апреля 1922 г.: «Вчера Мартенс мне сказал, что «дока­зана» (Вы говорили «почти») наличность невиданных богатств железа в Курской гу­бернии. Если так, не надо ли весной уже­1) провести там пеобходимые узкоколейки, 2) подготовить ближайшее торфяное боло­то (или болота?) к разработке для постанов­ки там электрической станции?… Дело это надо вести сугубо энергично. Я очень боюсь, что без тройной проверки дело заспет»  ). Враги всячески стремились помешать изучению Курской магнитной аномалии, старались ликвидировать работы КМА. Кто же эти люди? Одни - хитрые и  ) В. И. Ленин. Соч., т. XXIX, стр. 468.

вашего журнала, «совершенно ничтожную» сумму! И такого рода известие вы хороните в мелкой заметке архиученого журнала, по­нимать который способен, может быть, 1 человек из 1.000.000 в РСФСР. Почему не били в большие колокола? Не вынесли в общую прессу? Не назначи­ли комиссии практиков? Не провели по­ощрительных мер в СТО? Пр. СТО В. Ульянов (Ленин)» *). Ленин учил нас тому, что без новейшей техники, без новых научных открытий­мы коммунизма не построим. Одна хорошо работающая лаборатория важнее десяти захудалых учреждений. С именем Ленина связан ряд важней­ших достижений советской науки и техни­ки: грандиозный план электрификации (ГОЭЛРО), Волховстрой, электроплуги, раз­решение проблемы горючих сланцев и са­пропелей, гидроторф, исследование Курской ой магнитной аномалии и ряд других. Огром­ную роль сыграл Ленин в организации со­вершенно новой отрасли топливной и хи­мической промышленности. Летом 1918 г. группа петроградских ин­женеров во главе с В. В. Цванцигером за­интересовала Владимира Ильича так на­зываемыми кукерскими сланцами, или ку­керситами, и вообще сланцевой проблемой. Удачным разрешением этой проблемы можно было добиться некоторого ослабления царив­шего тогда топливного кризиса и положить начало новому виду промышленности по утилизации горючих сланцев, как химиче­ского сырья для получения. первичной сланцевой смолы и выработки из нее ря­ла весьма ценных продуктов. При прямой поддержке Ленина Совет Народных Комис­саров отпустил на это солидную по тогдашнему времени сумму в 15 м млн руб. Это дело выведено теперь на большую дорогу, С каждым годом все больше больше вырастает роль сланца в нашем и топливном балансе.

ЛЕНИН И НАУКА - как ожидать беспристрастия фабрикан­тов в вопросе о том, не следует ли увели­чить плату рабочим, уменьшив прибыль капитала» ). Пока не будут уничтожены капитали­стическое общество и его нережитки, нау­ка будет оставаться классовой. Бесклас­совой она будет только в бесклассовом обществе. Лозунг «наука для науки» у нас испо­ведуется лишь небольшой кучкой ученых чудаков. Советская наука имеет опреде­ленную целеустремленность: развивая во всю ширь и глубь свои теоретические основы, служить практике социалистиче­ского строительства и этой практи­кой проверять свои теоретические построе­ния. Вот такую науку В. И. Ленин высо­ко ценил. Гениальный политик, вождь революции, великий организатор и стратег клас­совой борьбы - он вместе с тем был ве­ликим мыслителем-ученым: философом и экономистом, замечательным публицистом. Для него наука была исторически дви­жущей революционной силой. Своими ве­ликими творениями он показал, какой дол­жна быть наука и чем она должна быть в борьбе за счастливое будущее человече­ства. Его верный ученик и соратник товариш Сталин в немногих, но сильных словах по­казал нам, какой должна быть наука, что­бы стать действительно движущей рево­люционной силой, стать, в частности, по­мощницей в развитии стахановского дви­жения. «Толкуют о науке. Говорят, что данные науки, данные технических справочников и инструкций противоречат требованиям стахановцев о новых, более высоких, тех­пических нормах. Но о какой науке идет здесь речь? Данные науки всегда прове­рялись практикой, опытом. Наука, порвав­шая связи с практикой, с опытом, какая же это наука? Если бы наука была та­кой, какой ее изображают некоторые наши консервативные товарищи, то она давно по­гибла бы для человечества. Наука потому °) В. И. Ленин. Соч., т. XVI, стр. 349.

и называется наукой, что она не признает фетишей, не боится поднять руку на от­живающее, старое и чутко прислушивает­ся к голосу опыта, практики» (Сталин) °). Великий учитель и его верный ученик одинаково понимают роль и значение на­уки в служении человечеству, его борьбе за освобождение от всяческого гнета. B. И. Ленин проявлял громадный инте­рес к научным исследованиям, техниче­ским изобретениям, ко всякой новой мыс­ли в области науки или техники, в осо­бенности, если они сулили непосредствен­ную практическую пользу. Вспоминаю поучительную историю. В первое время нашей восстановительной ра­боты на нефтяных промыслах мы ощущали огромнейшую нужду в трубах. В журнале «Нефтяное и сланцевое хозяйство» был поднят вопрос о замене металлических труб трубами из более дешевого материала. систематически посылал Ленину все инте­ресные новинки в нефтяном деле Посылал номера журнала «Нефтяное и сланцевое хо­зяйство». При этом не раз мелькала мысль: вряд ли у Владимира Ильича найдется время для просмотра нашего че­ресчур специального журнала. Каково же было мое изумление, когда однажды я получил следующее письмо: «Главнефть тов. Губкину Просматривая журнал «Нефтяное и сланцевое хозяйство», я в № 1 - 4 (1921 г.) наткнулся на заметку (с. 199) «О замене металлических труб цементным раствором при бурении нефтяных сква­жин». Оказывается, что сие применимо при вращательном бурении. А у нас в Баку таковое есть, как я читал в отчете ба­кинцев. От недостатка бурения мы гибнем и гу­бим Баку. Можно заменить железные трубы цемен­том и пр., что достать все же легче, чем железные трубы, и что стоит, по указанию 3) И. Сталин, Речь на I Всесоюзном со­вещании стахановцев.

Русская интеллигенция дореволюционно­го времени, как и всякая другая интелли­генция капиталистических стран, считала себя особой надклассовой группой. Она считала себя носительницей науки, кото­рая, по ее мнению, беспартийна, чужда классовым интересам. B. И. Ленин доказал всю лживость и фальшь подобного взгляда на науку. Как не может быть в буржуазном об­ществе, раздираемом классовыми противо­речиями, надклассовой или внеклассовой интеллигенции, так не может быть там и надклассовой науки. Материальные интересы интеллигенции при капитализме тесно связаны с интереса­ми господствующего класса. А это заста­вляет представителей науки часто продавать свои знания, таланты и убеждения за ка­зенное жалованье или же за участие в при­былях или дивидендах, «за чечевичную похлебку продавать право первородства». С каким негодованием и едким сарказ­мом Владимир Ильич бичевал так называе­мых представителей «чистой науки», бур­жуазных профессоров! Он называл их жал­кими, убогими, трусливыми прихвостнями помещиков и капиталистов. Ленин писал: «Известное изречение гла­спт, что если бы геометрические аксиомы задевали интересы людей, то они наверное опровергались бы. Естественно-исторические теории, задевавшие старые предрассудки теологии, вызвали и вызывают до сих пор самую бешеную борьбу» 1). Может ли у таких носителей науки са­ма наука быть беспристрастной? В обще­стве, где борьба идей является отражением борьбы классов, наука глубоко партийна. «Учение Маркса,- писал Ленин,- вызы­вает к себе во всем цивилизованном мире величайшую вражду и ненависть всей бур­жуазной (и казенной, и либеральной) на­уки… Иного отношения нельзя и ждать, ибо «беспристрастной» социальной науки не может быть в обществе, построенном на классовой борьбе… Ожидать беспристра­стной науки в обществе наемного раб­ства - такая же глупенькая наивнесть, 



Близка к разрешению и проблема са­пропелей, которой так интересовался Ленин. Недавно наши газеты обошло из­вестие, что на бензине, полученном из са­пропелевой смолы, на сапропелевом бензине совершон автомобильный пробег от Мо­сквы до Калинина с чрезвычайно хороши­ми техническими показателями. 4) Ленинский сборник, ХХ, стр. 229.



1) В. И. Ленин, Соч., т. ХII, стр. 183.