29 ЯНВАРЯ 1937 Г., № 28 (6994)



ПРАВ ДА ПРОЦЕСС АНТИСОВЕТСКОГО ТРОЦКИСТСКОГО ЦЕНТРА Речь государственного обвинителя-прокурора Союза ССР (ПРОДОЛЖЕНИЕ) озлобление у рабочих, а это нам и нужно». Князев говорил, что Лившиц дал ему по­ручение. «Подготовить и осуществить ряд дивер­свонных актов (взрывов, крушений или отравлений), которые сопровождались бы большим количеством человеческих жертв». Товарищи судьи! На суде перед нашими глазами прошло несколько тяжелых кар­ин, которые я должен буду сейчас вос­становить в вашей памяти. Должен восста­повить взрыв на шахте «Центральная», повлекший гибель 10 рабочих и тяжелые ранения 14 рабочих. Я должен буду также напомнить о крушении на станции Шуми­ха, повлекшем за собой смерть 29 крас­нармейцев и ранение еще 29 красноар­мейцев. Характерно, что, совершая преступления, заговорщики очень хладнокровно и проду­манно заметали свои следы, пытались эти следы замести. Мы видели, как по поводу отравления рабочих в декабре 1935 года на 6-м участке в районе Северного Ходка  в Кемерово члены вредительской тропки­сской организации Пешехонов и другие составили специальный акт, скрывший умышленный характер этого отравления, Здесь же на суде Князев и Турок должны были подтвердить, что ряд организованных ими железнодорожных крушений остались безнаказанными, потому что они с цинич­ным искусством прятали достаточно успеш­но концы в воду. Мы знаем, что эти люди не останавли­вались перед тем, чтобы заведомо лжива, заведомо неправильно сообщать следствен­ным органам о виновниках организованных ими крушений, что они умели свалить ви­ну на совершенно невинных людей, как это было со стрелочницей Чудиновой. Здесь действовала чудовищная бандит­ская система, которая не щадит никого, не останавливается ни перед чем, направ­ляет свои удары не только против тех, с кем непосредственно ведется борьба, но и на их преступном пути. против всех тех, кто вообще встречается Надо сказать, что организация дивер­сионных и вредительских актов и проведе­ние их в жизнь весьма облегчалась пре­ступникам тем, что ряд командных должно­стей в промышленности и на транспорге был захвачен в свои руки этими людь­ми, сумевшими нас обмануть. Эксперт­ные технические комиссии, которые да­вали здесь свое заключение, с со­вершенной точностью и конкретностью установили, что все, так называемые, аварии, взрывы, пожары, которые сначала пытались изобразить, как результат несча­отных случаев, на самом деле проводились в в вредителями умышленно, продуманно. Уста­новлено, что на Горловском азотно-туковом комбинате под руководством подсудимого Ратайчака были организованы в сравнитель­но короткий срок три диверсионных акта, и в том числе два взрыва, повлекшие за со­бой человеческие жертвы и причинившие нашему государству к тому же и тяжелый материальный урон. Товарищи судьи! Для того, чтобы оце­ить со всей полнотой всю безмерную чу­довищность этих преступлений, надо не упускать из вида не только то, что эти преступления совершены, но и то, что они совершены людьми, которым была вве­рена охрана интересов нашего государства о всякого рода посягательств на них. Ра­тайчак, который должен был в первую очередь охранять нашу химическую про­мышленность от всякого рода посяга­тельств на нее и беречь от всякого родз ущерба, этот человек предает. Он дей­ствует, как прямой изменник: за подоб­ного рода преступления в военной обста­повке он подлежал бы расстрелу на месте, немедленному уничтожению. Аналогичные диверсионные акты по по­гучению Ратайчака совершаются троцкист­этих данных экспертизы. Я просил экспер­ов ответить нам на ряд вопросов по взрыву, имевшему место в ноябре 1935 года на Горловском туковом заводе в во­цехе. На прямой ской организацией и на других химических предприятиях Союза. Диверсионный харак­тер этих взрывов установлен и признан и подсудимыми, и свидетельскими показания­ми, и, наконец, специальной технической экспертизой, которая здесь поставила все точки над «и» и не оставила никакого сомнения, что речь идет действительно о диверсиях. Я хотел бы кратко остановиться на CATEER дородно-синтетическом вопрос имелась ли возможность преду­предить этот взрыв, эксперты ответили бесспорно имелась. Что же нужно было сделать для того, чтобы этих взрывов не было? с точки зрения интересов обороны и обо­роноспособности нашего государства. Троцкистский центр организовал доста­точно широко разветвленные вредительские и диверсионные мероприятия и на железно­дорожном транспорте. Мы уже установили. что активную роль в этом кошмарном пре­ступлении или, вернее, в этой сумме кош­марных преступлений играли Лившиц, Ту­рок, Князев и Богуславский. Но и здесь я не могу не выделять Лившица, ибо это уже предел, как мы имели и в случае с Пятаковым, всякого мыслимого преступле­ния. В самом деле. Лившиц был не просто работник железнодорожного транспорта, не просто один из ответственных работников Народного комиссариата путей сообщения Лившиц был заместителем народного ко­миссара путей сообщения. В этом отноше­нии он ничем не отличается от Пятакова. несмотря на то, что его роль по сравнению с Пятаковым была второстепенной. Когда наша промышленность и железнодорожный транспорт под блестящим руководством то­варищей Серго Орджоникидзе и Лазаря Моисеевича Кагановича, преодолевая вся­кого рода трудности, изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год поднима­лись в гору,-в это самое время те, призван был им помогать, нагло и преда­тельски обманывали их, обманывали нас всех, нашу партию, наш народ. Вот почему я полагаю, что в отношении Пятакова, бывшего заместителя народного комиссара тяжелой промышленности СССР, отношении Лившица, бывшего заместите­ля народного комиссара путей сообщения, и отношении Сокольникова, бывшего за­местителя народного комиссара по ино­странным делам,в отношении этих трех лиц, как лиц, облеченных особым довери­ем, особой государственной ответствен­ностью перед нашей страной,-вопрос об уголовной ответственности должен быть поставлен особо, даже если бы за их пле­чами не было иных чудовищных преступ­лений. Подсудимый Князев по прямому заданию «параллельного» троцкистского центра ор­ганизовал и осуществил ряд крушений ноездов, по преимуществу воинских, сопоо­вождавшихся значительным количеством человеческих жертв. Было крушение на ст. Шумиха, где погибло 29 красноармей­цев и 29 красноармейцев оказались ране­ными, крушение на перегоне Яхнино­Усть-Катав, крушение воинских поездов, крушение товарных поездов. Князев орга­низовал их, как это выяснилось, не толь­ко по поручению и указаниям «параллель­ного» троцкистского центра и, в частности, Лившица, но и по прямым заданиям агента  одной из иностранных держав, агента японской разведки господина Х., который действительно был одной из движуших пружин преступной деятельности Князева Турока. Князев показал, что организация кру­шений воинских ноезлов входила в круг мероприятий, намеченных для удара по нашей Красной Армии, и нельзя отказать в признании того, что действительно эти мероприятия преступного характера могли нанести нам чувствительный удар. Так переплетались интересы троцкист­ской организации с интересами иностран­ных разведок, Они не могли не перепле­таться, потому что у них были общая политическая задача, общие методы рабо­ты и организационная связь, что, в сущ­ности говоря, стирало всякие грани раз­личия троцкистской организации от орга­низации японской или германской раз­ведки. Связи Князева и Турока, связи шпион­ского диверсионного характера нами бы­ли проверены на закрытом заседании, где была совершенно точно установлена и лич­ность этого господина Ха, и все те обстоя­тельства, о которых подсудимые давали по­казания на суде. Я здесь должен буду напомнить имеющихся в деле двух письмах, где изо­бличаются связи Князева с этим господи­ном Х. Эти письма только лишний раз и вполне обективно подтверждают показания Князева. ся то, что я сейчас процитировал, как это наэвать, если не прямым призывом к насильственным действиям против на­шего государства, против наших руково­дителей? Как это назвать, как не пря­мым призывом к террору? Иного названия я этому дать не могу. И это является обективнейшим дока­зательством того, что, когда некоторые­Пятаков, Радек и другие члены этой пре­ступной банды-- говорили, что они орга­низовали террористические акты по пря­мым установкам Троцкого, - то они вы­нуждены были сказать то, что в действи­тельности есть, и никакой болтовней, ни­какой клеветой, никакой инсинуацией и троцкистской брехней этого факта не за­мазать! В наших руках есть документы, которые обективно говорят, что террор стоит в порядке дня троцкистской органи­зации, что террор был предложен Троцким, что он был принят Пятаковым. террор, положение было бы, конечно, Перед нами сидят террористы, которые сложнее. Но тактика у них была иная: не открывать, что троцкисты подготовляют оргализовывали теракты, не только сами, лась подготовка покушения против тов. Орджоникидзе, этот самый Муралов твердо и откровенно (я не могу сказать «честно», потому что это слово не подходит к таким делам) признает, что он действительно ор­ганизовал террористический акт против товарища Молотова, председателя Совета Народных Комиссаров нашего Союза. Тер­акт не только организовал, а и нытался осуществить через Шестова и Арнольда. Конечно, может быть поставлен и та­кой вопрос: много групп, а дела как-то не видать. Но это наше счастье. Ведь эти самые господа не брали на себя лично со­вершения террористических актов, в этом­то наше счастье. С Радеком, с Пятаковым, с Сокольниковым встречались довольно близко, обсуждали вместе разные вопросы, полагая, что рядом сидят товарищи. А ока­залось, что рядом сидят наши убийцы! Если бы они могли открыто выступить за но по соглашению с троцкистско-зиновь­евскиим блоком, с которым у них была не­которая конкуренция. Посмотрите: опубли­кованные протоколы судебных заседаний убийства. Их тактика была такая: чтобы можно было совершение терактов свалить на других­скажем, на белогвардейпев (так ставился вопрос). В этих условиях, не легко было им найти люцей, тов. А. Я. ВЫШИНСКОГО Le промышленности. Надо иметь в виду, что история мировой химии вообще начинается с конца 18-го века. Следовательно, совре­менная мировая химическая промышлен­ность имеет около 150 лет своего разви­тия, а наша советская химическая про­мышленность имеет не больше 10 лет сво­его развития. И за эти 10 лет она про­шла путь 150-ти лет мирового капитали­стического хозяйства. Мы имеем успехи, благодаря которым по серной кислоте и соде мы занимаем третье место, уступая только Германии и Соединенным Штатам, по суперфосфату - первое место после Соединенных Штатов, по азотным удобре­ниям наша страна выдвигается на четвер­тое место в мире, Это факты многозначи­тельные, особенно в свете тех кощмарных преступлений, о которых мы здесь слы­шали и которые вызвали всеобщее негодо­вание нашей страны. Это говорит о том, что именно так отвечает наш народ, наша социалистическая промышленность на под­рывную работу предателей и агентов фа­шистских разведок. Несмотря на вредитель­ство, несмотря на диверсии, сотни погиб­ших от рук разведчиков и диверсантов лучших стахановцев, несмотря на системa   тические и планомерно проводившиеся ме­роприятия по сознательному срыву стахa. новского движения, наша промышлен­ность бурно растет и перевыполняет свои производственные планы! Аналогичное положение на ж.-д. транс­порте. И здесь мы имеем героический подем жел.-дор. хозяйства, о чем особен­но красноречиво говорят цифры средне-су­точной погрузки. Эта погрузка в 1934 г. выражалась в 55.417 вагонов, в 1935 г.- в 68.098 вагонов, в 1936 г.--- в 86.160 вагонов! Годовая перевозка гру­зов в миллардах тонно-километров за те же годы: 205, 258, 323! Ж.-л. транспорт героически преодолел былые трудности… Чем обяснить это чудо, чем об яснить это явление? Чудес в мире не бывает. По­чему же мы имеем такой блестящий рост, такой расцвет нашей промышленности и ж.-д. транспорта? Потому что на стороне вредителей стоят единсцы, Вред, причи­няемый этими единицами, быстро ликви­дируется миллионами. Потому что на сто­роне советского правительства и строитель­ства социатизма стоят миллионы! и террор ную игру, если жить той двойной жизнью, какой жили обвиняемые по этому делу. Да, эти преступления были возможны потому, что они совершались под прикрытием тех, кто должен был бы первый поднять трево­гу, дать сигнал и броситься в борьбу не на жизнь, а на смерть против подобных пре­ступлений. Это об ясняет все. Но тут я поставлю другой вопрос: не­смотря на то, что к руководству прима­зались вот такие шпики и разведчики, как Ратайчак, вот такие предатели и измен­ники, как Лившиц или Пятаков, как случилось, что, несмотря на все это, их усилия подорвать мощь промышленности, ослабить силы оборонной промшленности, поколебать обороноспособность нашей стра­ны оказались тщетными? Это наиболее важный вопрос и на него нужно дать точ­ный и исчерпывающий ответ. Да, в известный период, в известный момент, на известных участках нам при­ходилось туго. Но, несмотря на вредитель­ские и диверсионные удары, наша про­мышленность и наш железнодорожный транспорт все время идут в гору, все больше поднимаются вверх. Я приведу не­сколько справок из нескольких отраслей промышленности, которые были ареною преступной деятельности троцкистских за­ктоговорщиков. рост добычи угля: В угольной промышленности мы имеем но Донбассу с 25.288 тыс. тонн в 1913 г. до 75.202 тыс. тонн в 1936 г. по Кузбассу - с 799 тыс. тонн в 1913 году до 17.259 тыс. тонн в 1936 г., по Подмосковному бассейну - с 300 тыс. тонн до 7.201 тыс. тонн в 1936 го­ду. Громадный рост! За 19 лет наша страна создала мощ­ную химию и заняла третье, или даже по отдельным отраслям промышленности второе место в мире. К началу первой пятилетки наша стра­на обогатилась созданием ряда новых от­раслей промышленности, имеющих обще­народное хозяйственное значение, как ани­лино-красочная промышленность, коксо­бензоловая промышленность, химико-фар­мацевтическая и т. д. Первая и вторая пятилетки советской химии были наиболее яркими этапами в развитии химической Шпионаж

об единоЕНОГО зиновьевско-троцкистского центра говорят о том, что зиновьевцев что троцкисты в конечно, которые, вроде таких просвещенных море­плавателей, как Арнольд, согласились бы взять на себя подобного рода ужасные преступления. Арнольд, Шестов, Муралов, Западно-Сибирский центр, троцкистский подхлестывала боязнь, своей преступной деятельности их могут «обскакать». Разве и на этом процессе мы не слышали о том же? Разве троцкисты из «параллельного» центра не считали своей задачей, как здесь признался Радек, держать зиновьевцев в руках, не позво­лять зиновьевцам оттиснуть их от власти в тот момент, когда они будут распреде­лять портфели. Этот «авантард» спал и видел во сне портфели. Радеку - порт­фель министра иностранных дел, Ратайча­ку вероятно, министра религиозных испо­ведачий (в зале смех), потому что он по­казывал, что он чувствует себя связан­ным до сих пор присягой, которую он где­то кому-то давал. А Пятакову предназна­это известно) пост военного

центр в целом отвечают, конечно, за под­готовку этих актов, потому что это дела­лось по общей директиве, «конкретно пе­реведенной», как выразился Пятаков, «с языка алгебраического на язык арифмети­ческий». Но они забыли, что существует еще один язык­язык уголовного кодек­са. который знает преступления, знает людей, их совершивших, и знает ответ­ственность, предусмотренную законом за эти преступления, Они избирают Арнольда как вполне подходящего человека для по­добного рода преступлений. Ну, что такое Арнольду взять на себя совершение одного

чался (нам министра и вообще главнокомандующего или десятка террористических актов? Вы всех вооруженных, сил у них не было) «старого летчика» сил. (В зале смех). сухопутных (морских и­я имею в виду Ратайчака - летных уже видели этого Арнольда. У Арнольда есть только одно качество, которого не уч­ли эти троцкистские заговорщики­тру­сость… Вот он организовал покушение против товарища Орджоникидзе и, к вели­чайшему счастью нашему, в последнюю минуту сдрейфил, - не удалось. Органи­зует покушение на председателя Совнар­кома товарища Молотова, но, к нашему счастью, к величайшему счастью, опять сдрейфил, -- не удалось. Но факт остается фактом. Покушение на товарища Молотова произошло. Эта авария на гребешке 15-метровой канавки, как здесь Муралов скромненько говорил, - факт.

Центр организовал сеть террористических групп. У Пятакова-Логинов, Голубенко и другие. У Радека-Пригожин и другие; У Сокольникова - Закс-Гладнев, Тивель и другие; у Серебрякова­у того есть своя группа -- Мдивани; у Дробниса какая­то Подольская, которая тоже подготавлива­ла террористический акт. У Дробниса - своя группа. У Муралова -- об этом и го­ворить нечего. Он же бывший команду­как ему быть без армии? Если нельзя командовать советскими силами, со-разве нельзя командовать антисоветскими? Он «солдат» - чем и как прикажут, тем и так он будет командовать. Даже у Ше­стова -- и то была своя группа - Арнольд и К - и группа неплохая с точки эре­ния ее задач. Правда, небольно она пре­зентабельна с виду, но практически уме­ла действовать. и Пятаков подготовляет террористический акт через своих украинских представите­лей против тт. Постышева и Косиора, а в 1935 г. против товарища Сталина. Мы спрашивали об этом Пятакова, мы вызы­вали Логинова для свидетельского допроса, он это подтверди Рaек подготовляет террористические кадры в Ленинграде: Закс-Гладнев и другие готовят под руко­водством Сокольникова террористический акт против товарища Сталица­Мливани, под руководством Серебрякова, готовит тер­рористический акт против товарища не рия, собирает террористов, которых можно было бы стянуть в Москве для того, что­бы обеспечить наиболее успешное осуше­ствление так называемыха групновых тер­рористических актов. Они же готовят тер­рористический акт против тов, Ежова, Дробнис тоже готовит теракт против тов. Ежова, Муралов готовит акт против тех, кто приедет к нему в Сибирь, не считая тов. Эйхе, который там живет. Такова установка: учесть, использовать выезды руководителей партии и правительства на периферию и организовать их убийства, И вот Муралов, который никак не хочет согласиться с тем, чтобы ему приписыва-

щийся к более позднему времени, - троцкистский «Бюллетень оппозиции» №№ 36--37, октябрь 1934 г., где мы находим ряд прямых указаний на террор, как ме­тод борьбы с советской властью. В самом деле, здесь, в статье, имеющей программный характер, в статье, которая под своим официальным названием содер-ющий, жит еще подзаголовок - «Проблемы IV интернационала», - Троцкий говорит вершенно откровенно о терроре, как методе, который уже в те годы был поставлен порядок практической деятельности троц­кистов. Этот террор они, к нашему велико­му горю, сумели осуществить в 1934 г., убив Сергея Мироновича Кирова. В этой самой статье, имеющей про­граммный характер, есть глава, в которой говорится: «Возможно ли мирное снятие бюрократии?» Троцкий и троцкисты счита­ют наш советский аппарат бюрократиче­ским аппаратом. Здесь говорится: «Возьмите немаловажный вопрос, как подойти к реорганизации советского госу­дарства». Троцкий, видите ли, озабочен реоргани­зацией советского государства, чем озабо­в чены, -- как мы видели на этом процес­се, - также и его ближайшие помощни­ки - Пятаков, Сокольников, Радек, Се­ребряков и другие. Как подойти к реорганизации советско­го государства и можно ли разрешить эту задачу мирным способом? Ясная совершен­но постановка. Противник террора, насилия должен был бы сказать: да, возможно мир­ным способом, скажем, на основе консти­туции. А что говорят Троцкий и троцкисты? Они говорят так: «Было бы ребячеством думать, что сталинскую бюрократию можно снять при помощи партийного или советского сезда. Для устранения правящей клики (как они называют наше правительство клеветни­чески) не осталось никаких нормальных конституционных путей». «Заставить их передать власть в руки пролетарского авангарда (они говорят о се­бе, как об авангарде, имеют в виду оче­видно вот подобный этим господам «аван­гард», который занимался убийствами и диверсиями и шнионажем) можно только силой». При чем «силой», - как это можно убедиться, набрано черным шрифтом. Исная постановка вопроса! Мирные сред­ства? Мирные средства бессильны, Един­ственное средство - сила, силой и устра­нять. Но мы знаем, как силой устравяют, большненомое в особенности, когда дело идето том, чтобы эту силу оставлять в руках такого «аван­гарда», каюим являются вот эти господа.

Материалами предварительного судебно­го следствия и собственными признаниями обвашяемых Ратайчака; Князева, Пушина, Турока, Граше, Шестова, Строилова уста­новлено,что, наряду с диверсионно-вреди­тельской деятельностью, троцкистский ан­тисоветский центр широко и систематиче­ски занимался шпионажем в пользу разведки. На этом вопросе я иностранной не буду водробно останавливаться, скажу лишь основное. Установление связи япон­ской и германской разведки осуществля­лось не в порядке личной инициативы ка­кото-то Турока или Шестова. Эта связь осуществлялась в порядке выполнения ди­рективы Троцкого. Люди, связавшиесяc иностранными германской и японской раз­ведками под руководством Троцкого и Пя­такова, своей шпионской работой подготов­ляли результаты, которые должны были самым тягчайшим образом сказаться на интересах не только нашего государства, но и на интересах целого ряда государств, вместе с нами желающих мира, борющихся вместе с вами за мир. Товарищ Сталин в своей телеграмме на имя Центрального Комитета Коммунистиче­ской партии Испании, на имя товарища Хо­зе Диассказал, что «Трудящиеся Советского Союза выполняют лишь свой долг, оказывая посильную помощь революционным массам Испании, Они,сказал товарищ Сталин, отдают себе отчет, что освобождение Испа­нии от гнета фашистских реакционеров не есть частное дело испанцев, а - общее дело всего передового и прегрессивного че­ловечества». И я хочу просить вас, това­оббрищи судьи, чтобы и вы, взвешивая эсе обстоятельства данного дела и оцепивая значение преступлений, совершенных под­судимыми, также подошли к этому делу с точки зрения охраны интересов нашего тосударства, с точки зрения охраны ин­стересов всего передового и прогрессивного человечества. Мы в высокой степени заинтересованы в том, чтобы в кажлой стране, желающей мира и борющейся за мир, самыми реши­тельными мерами их правительств были прекращены всякие попытки преступной инционской, диверсионной, террористиче­ской деятельности, которая организуется врагами мира, врагами демократии, тем­ными фашистскими силами, подтотовляю­щими войну, собирающимися взорвать де­ло мира и, следовательно, дело всего пере­дового, всего прогрессивного человетества. Достаточно полно установлено, что именно в этой области делали и маленькие шпи­ки, силящие здесь на скамье подсудимых, вроде Граше, Ратайчака, и большие шли­вроде траше, катаннака, и ки, возглавляющие эту скамью подсуди­мых, Князев и Лившиц, Ратайчак, Шестов, Отроилов, Пунин, Граше­это непосред-

 

Возьмите убийство инженера Бояршино­ва. Кто такой Бояршинов? Это был чело­век, когда-то осужденный за вредительство. Но потом это прошло. Бояршинов оказался честным человеком. Он отказался строить шахту имени Рухимовича по вредитель­ским планам и не раз выступал против от­ставания работ и преступной деятельности Строилова. Он разоблачает Строилова. Эта честная работа Бояршинова озлоби­ла гнездо диверсантов. Они организуют убийство. 15 апреля 1934 года инженер Бояршинов едет на лошади с вокзала, Его нагоняет грузовая машина и давит на смерть. Опять тот же самый прием, при помощи которого действовала шайка Ше­стова-Черепухина и которая имела в своих рядах Арнольда и некоторых других лиц, которые были вскрыты, судимы и осуждены. Например, Казанцев, который участвовал в этой истории. Это факт, это не самооговор, это факт: убили Боярши­нова. Покушались на убийство аналогич­пым способом председателя Совета Народ­ных Комиссаров товарища В. М. Молотова. Вот почему за террористическую дея­тельность, за подготовку террористических преступлений отвечает этот центр в пол­ной мере и в полном обеме-от Арнольда и до Пятакова, и от Пятакова до Арноль­дa. Ответственность одинаковая и солидар­ная. Преступления, перечисленные нами в обвинительном заключении, я считаю до­казанными полностью, преступники изобли­чены также полностью.



Князев показал, что по соглашению этим самым господином Х. он давал и вы­полнял задания на случай войны органи­зовать поджоги складов, пунк­тов питания, пунктов санитарной обра­ботки войск, Князев подтвердил, что япон­ская разведка особенно резко ставила во­прос об организации диверсионных актов путем применения бактериологических средств в момент войны с целью зараже­ния остро-заразными бактериями поездов под воинские эшелоны, а также пунктов питания и санитарной обработки войск. Вот два наиболее характерных факта, которые сами по себе говорят о действи­тельно беспредельном падении, о действи­тельно моральном растлении, которым ока­зались подвержены и малые и большие ко­деятели этого антисоветского троцкистско­го центра. Эпизод с Кемеровским комбина­том и задание, которое Князевым получено от на случай войны, заражение красноармейцев остро заразными бактерия­ми-два факта, вполне достаточных для того, чтобы считать полностью установлен­ным предявленное здесь обвинение в го­сударственной измене. Преступники действовали с наглостью и пинизмом. На них оказывало некоторое влияние их положение, позволявшее им думать, что они настолько крепко закон­спирированы и замаскированы, что не бу­дут разоблачены до конца, В самом деле, как могли они в течение сравнительно дли­тельного времени совершать эти преступле­ния, оставаясь безнаказанными? Это прос, конечно, законный. Но что же, те самые консулы, на которых лежит занность заботиться, чтобы никакого ущер­ба не понесло государство (старая форму­ла, которая говорит, что консулы обязаны не допускать никакого ущерба государ­ству), эти самые консулы оказались основ­ными вредителями, основными организато­рами этих преступлений! Тут, конечно, можно вредить месяц, можно вредить во­если обя­год, два, пять лет, может быть даже целые де­лет, если играть эту подлейшую двой-

Процессуальные вопросы

где-нибудь есть писаная программа? Об этом они только говорят. Вы говорите, что это есть организация, что это есть какая-то банда (а они назы­вают себя партией), но где же у них по­становления, где же у них вещественные следы этой заговорщической деятельности устав, протоколы, печати и пр. и т. п.? Я беру на себя смелость утверждать, в согласии с основными требованиями науки уголовного процесса, что в делах о заго­воре таких требований пред являть нельзя. Нельзя требовать, чтобы в делах о загово­ре, о государственном перевороте мы под­ходили с точки зрения того дайте нам протоколы, постановления, дайте членские книжки, дайте номера ваших членских би­летов, требовать, чтобы заговорщики совер­шали заговор по удостоверению их пре­ступной деятельности в нотариальном по­рядке. Ни один здравомыслящий человек не может так ставить вопрос в делах о го­сударственном заговоре. Да, у нас на этот счет имеется ряд документов. Но если бы их и не было, мы все равно считали бы себя вправе предявлять обвинения на ос­нове показаний и об яснений обвиняемых и свидетелей и, если хотите, косвенных улик. Я в данном случае должен сослать­ся хотя бы на такого блестящего процессу­алиста, каким является известный старый английский юрист Уильям Уильз, который в своей книге «Опыт теории косвенных улик» говорит, как сильны бывают кос­венные улики и как косвенным уликам принадлежит нередко убедительность го­раздо большая, чем прямым доказатель­ствам. Я думаю, что и мои уважаемые против­ники согласятся со мной с точки зрения (Окончание см. на 6-й стр.)

имеющихся в деле доказательств по вну­треннему убеждению суда, на основании рассмотрения всех обстоятельств дела в их совокупности. 320-я статья уголовно-процессуального кодекса РСФСР говорит о необходимости постановки на разрешение суда при выне­сении приговора ряда вопросов. Из них я считаю наиболее существенными и важ­нейшими два первых вопроса: вопрос о том, имело ли место деяние, принисывае­подсудимому, и, во-вторых, содержит ли это деяние в себе состав уголовного преступления? На оба эти вопроса обвине­ние дает положительный ответ. Да, при­Наш закон требует производить оценку писываемые обвиняемым преступления име­ли место. Приписываемые обвиняемым дея­ния ими совершены, и эти деяния заклю­чают в себе полный состав уголовного пре­ступления. В этих двух вопросах не может быть никакого сомнения. Но какие суще­ствуют в нашем арсенале доказательства с точки зрения юридических требований? Надо сказать, что характер настоящего дела таков, что именно этим характером предопределяется и своеобразие возможных по делу доказательств. Мы имеем заговор, мы имеем перед собой группу людей, ко­торая собиралась совершить государствен­ный переворот, которая организовалась вела в течение ряда лет или осуществляла деятельность, направленную на то, чтобы обеспечить успех этого заговора, заговора, достаточно разветвленного, заговора, кото­рый связал заговорщиков с зарубежными фашистскими силами. Как можно поста­вить в этих условиях вопрос о доказатель­ствах? Можно поставить вопрос так: заго­вор, вы говорите, но где же у вас имеются и документы? Вы говорите программа, но где же у вас имеется программа? У этих людей  

Оказывается, немногое. Для этого нужно было только придерживаться инструкции безопасному проведению работ. Иц­струкция обеспечивает нормальную и безо­пасную работу. Это не было сделано. От­сюда взрыв. И когда мы поставили экспер­там вопрос: а может быть этот взрыв все­таки случайный? Мы проверяли показа­подсудимых, экспертиза ответила: «факт злого умысла неоспорим». ы при помощи экспертизы проверили новазания самих подсудимых и, хотя мы наем, что в некоторых европейских зако­нодательствах признание подсудимыми своей ваны считается достаточно автори­тетным для того, чтобы уже не сомневать­больше в его виновности, и суд считает себя вправе освободить себя от проверки этих показаний, мы все же для того, что­бы соблюсти абсолютную об ективность, при наличии даже собственных показании преступников, проверяли их еще с техни­ческой стороны и получали категорический ответ и о взрыве 11 ноября, и о горных пожарах на Прокопьевском руднике, и 0 пожарах и взрывах на Кемеровском комби­чате. Установили, что не может быть ни­какого сомнения в наличии злого умысла. Мы, таким образом, имеем целую систе­му широко разветвленных вредительских и диверсионных мероприятий, которые охва­тывали те отрасли нашей промышленности, которые имеют наиболее важное значение с точки зрения общесоюзных интересов и сять

ственная агентура германской и японской разведок. Агентура, конечно, не только не исключает, а, наоборот, предполагает от­(Смех). Они говорят дальше прямоо «сталинском аппарате», говорят, что если все-та­ки этот аппарат, наш государственный ал­парат, будет сопротивляться, то придется применить против него особые меры. То, что я процитировал и что я из чув­ства просто политической брезгливости не чмею возможности цитировать дальше, совершенно отчетливо говорит о том. как ставится троцкистами в своих журнальчиках вопрос о методах борьбы, каковы установки Троцкого в отноше­нии этой т. н. «реорганизации» совет­ского государства. Об этом самом «Бюл­летене» троцкистской оппозиции нам, кстати, Пятаков говорил, что Троцкий ска­зал ему: не обращайте внимания полно­стью на то, что будет писаться в «Бюл­летене». Имейте в виду, что в «Бюлле­тене» мы не можем откровенно сказать все, что мы говорим и требуем от вас. Знайте, что в «Бюллетене» мы будем даже говорить иногда, может быть, прямо про­тивоположное тому, что мы от вас тре­буем. И если при этих условиях говорит­ветственность на равных началах и гла­варей этого центра, организовавших аген­туру и пустивших ее в ход. Обвинительное заключение предявляет обвинение к членам троцкистского центра и их сообщникам в организации террори­стических актов. Здесь надо раньше всего остановиться на основном и общем вопросе­доказано, что в программе троцкистского антисоветского центра стоял террор, что этот террор про­водился на деле. В наших руках имеются документы, свидетельствующие о том, что Троцкий дважды, по крайней мере и притом в до­статочно откровенной, незавуалированной форме, дал установку на террор, доку­менты, которые оглашены их автором orbi et urbi (всему миру). Я имею в виду, во-первых, то письмо 1932 г., в котором Троцкий бросил свой предательский, позор­ный клич -- «убрать Сталина», и, во-вто­рых, я имею в виду документ, уже относя-

(TBA CERUS

TO

жеревы