4 ФЕВРАЛЯ 1937 Г., № 34 (7000)

ПРАВДА

редакцию

Областной

исполком,

Письма в

оторванный от избирателей го отдела местной промышленности? Ин­женер кирпичного завода Перевозников, затравленный Кундиным, покончил с со­бой. Возникло дело против Кундина. Склярский был тогда членом област­ного суда. Неизвестно, почему дело было передано в нарсуд. Не затем ли, чтобы при новом рассмотрении в высшей ин­станции можно было отменить приговор? Обстоятельства сложились именно так. Нарсуд приговорил Кундина к двум го­дам. Облсуд при новом рассмотрении дела оправдал его, ссылаясь на то, что у по­койника в комнате было найдено несколь­ко бутылок и, значит, он был алкоголиком, и, кроме того, неизвестно, чем занимался покойный инженер в 1917 году… Временно исполняющий обязанности прокурора тов. Щербань опротестовал по­становление областного суда перед проку­ратурой Украинской республики. В горо­де говорят, что дело Кундина движется по таинственным зигзагам не без участия Склярского. А если это так? Не угрожа­ет ли престижу областного прокурора но­вая опасность? Тов. Загер совершенно не считается с зндиумом областного исполкома, который оказался на положении совещательного органа при председателе. Как правило, во­просы на президиуме решаются заключи­тельным резюме председателя, без голосо­Избиратели? Перед ними Черниговский вания. областной исполнительный комитет не от­читывался более двух лет. Как Загер «борется» с врагами народа, да, показывают следующие факты: На пост начальника областного управле­ния местной промышленности пробрался троцкист Любимов. Вместе с заведующим промышленно-транспортным отделом На­шевским Любимов начинает устраивать на предприятиях «своих людей». В обком КП(б)У поступают сигналы о контрреволюционной деятельности Люби­мова. Я Любимова знаю не один год,-- Загер берет Любимова под защиту. заявляет он.--Любимов никогда троцкистом не был. За Любимова я ручаюсь головой. Бюро обкома не прислушалось к сигна­лам коммунистов, а поверило Загеру. Враг остался на ответственной работе. В организации Любимову не доверяют. Загер дает ему совет: … Иди к секретарям обкома, потре­буй­пусть они прекратят в организации разговоры о тебе, снимут с тебя обвине­ния… Любимова все же разоблачили. Очередь за Дашевским. Факты активного пособни­чества врагам очевидны (выдача врагам положительных характеристик, прикрыва­ние троцкистов, замазывание их дел, по­мощь в получении ими новых партийных билетов и пр.). Под чнажимом партийной организации вопрос о Дашевском ставится на бюро об­кома партии. Загер снова защищает его: ＿ - Разговорам о Дашевском в организа­пии нужно положить конец, нужно запре­тить разговаривать о нем. После двух заседаний все же решили вывести Дашевского из бюро обкома и снять с работы. Попытка Загера выгородить второго врага прошла незамеченной. На собрании актива городской партий­ной организации и на пленуме обкома коммунисты резко обвиняли обком и его секретарей в притуплении бдительности, семейственности и особенно критиковали антипартийные действия Загера. Но на Загера и это не подействовало, Два дня он молчаливо слушал, а потом, обявив себя больным, не явился ни на собрания акти­ва, ни на пленум обкома. Не пора ли обкому прислушаться к го­лосу коммунистов? Не пора ли на Черни­говщине иметь областной исполком, кото­рый пользовался бы авторитетом уважением избирателей? и A. САМОЙЛОВ, A. КРАШАНЫЦЯ. Все пути ведут к Чернигову: из Коно­топа, где горсоветом давно уже «заведует» по совместительству заведующий отделом коммунального хозяйства; из Бахмача, по­раженного судебной и прокурорской неуря­дицей; из крошечного городка Козелец, ку­да никто из области не заглядывает и о котором лишь в пору весенних и осенних сельскохозяйственных сводок можно найти две-три строчки в областной газете; из Глухова, Кролевца и других, забытых и запущенных районных точек. Линии от точек области стянуты в еди­ный узел в Чернигове, областном центре. Они показаны на схематических картах административного управления, находя­шихся в областном исполкоме, в кабинете председателя тов. Загера. Какие живительные силы струятся по этим линиям­от центра к районам? Черниговский горсовет - самая близкая точка. И оказывается, что почти все чле­ны президиума горсовета вместе с предсе­дателем его тов. Сибиряком никем не из­браны, все они кооптированы. всех этих работниках избиратели невысокого мнения. Рабочие музыкальной фабрики признали деятельность горсовета неудов­летворительной. Педагоги тоже сформули­ровали свое отношение к городским вла­стям в выражениях, лишенных всякой двусмысленности. Да и чем, в самом деле, могут быть до­вольны избиратели? На окраинах­те­мень. Вода бывает лишь 2--3 часа в день. Единственный театр в городе без­действовал все лето и часть осени. Что же остается сказать о связи област­ного руководства с отдаленными райо­нами? Должной связи между руководителями сбласти и лучшими, передовыми людьми колхозов нет. Председателю областного исполкома тов. Загеру известны имена их, но он не может похвастать деловой связью, перепиской, обращениями к нему передовиков за содействием или советом. Тов. Загер тоном опытного докладчика сообщит о количестве проведенных сове­щаний, заседаний, но умолчит о многом, что происходнт в области и чего он просто не знает. B Бахмаче в народный суд пробрался жулик Зайцев, исключенный из партии. Оттуда же был изгнан прокурор Тышко, оказавшийся петлюровцем в прошлом и конокрадом -- в настоящем. (Нет, председа­тель областного исполкома с сомнением покачивает головой. Был слух, правда…). Областной прокурор Семенов перевел его к себе в старшие помощники (тов. Загер подтверждает это кивком головы). Прокурор Семенов затребовал к себе дело Тышко по обвинению в продаже краде­ных коней и присвоении вырученных де­нег (неопределенное, смутное, припомина­ющее выражение лица). Тышко, оконча­тельно разоблаченный, был снят с долж­ности, изгнан из партии, работает те­перь следователем где-то в Чигиринском районе (опять согласный кивок головой). После выяснилось, что и покровитель Тышко, прокурор Семенов, оказался не совсем чистым. Его тоже сняли, и он ра­ботает теперь инструктором областного исполкома (снова молчаливое подтверж­дение многократным согласным покачива­нием головы). Не отсюда ли крайнее не­благополучие с прокурорскими и судебны­ми кадрами в районах? Кто намечается теперь на должность областного прокуро­ра? Кажется, товарищ Склярский? Что представляет собой тов. Склярский? Загер: 0. Склярский! Но до конца ли проверена эта канди­датура? У областного руководства печаль­ный опыт: Батрак, Бондарев, Семенов-- три человека, последовательно сменявшие друг друга на ответственнейшем проку­рорском посту, оказались людьми негод­ными, неспособными обеспечить охрану социалистической законности в области. Будет ли Склярский достойнее своих предшественников? И не следует ли пред­варительно установить, какую роль иг­рал Склярский в недавнем деле Кунди­на, заместителя начальника, областно-

СТРАННАЯ ПОЗИЦИЯ «МАНЧЕСТЕР ГАРДИЕН» весь советский народ, но безусловно все честное и мыслящее человечество. Я хотел бы обратить внимание этой га­зеты, включившейся в число тех, кто расчи­щает дорогу преступной работе Гестапо, на выступление руководителя «Третьей импе­рии» г-на Гитлера. В словах «фюрера» прозвучала совершенно недвусмысленная угроза миру и безопасности Европы, и не только Европы. Наконец, речь Гитлера со­держала прямые угрозы по адресу самой Англии. Интересно, как бы реагировала та же «Манчестер гардиен», если бы в Анг­лии раскрыли заговор, участники которого договаривались бы с иностранными госу­дарствами, в частности с той же Герма­нией и Японией, о том, чтобы в обмен за определенные услуги отдать им британскую территорию? Нынешнее выступление «Манчестер гар­диен» свидетельствует о том, что эта га­зета явно потеряла столь дорогое сердцу всякого буржуавного англичанина чувство приличия. Ее пресловутый либерализм явно выродился в совершенную беспринципность, если не в нечто худшее. Ваш корреспондент указывает, что в аппарат редакнии «Манчестер гардиен» проникли какие-то подозрительные лично­сти, явно связанные с троцкистами, и там хозяйничают, превращая газету в рупор фашизма. Однако это никак не может слу­жить оправданием той позиции, которую заняла газета, претендующая на «солид­ность» своей информации и на «незави­симость» своих убеждений. Как бы то ни было, трибуна «Манчестер гардиен» была использована врагами Советского Союза для клеветнической, возмутительной кампании против СССР. Совершенно ясно, что это не могло быть случайностью или недосмотром газеты. За­щита явных разбойников, преступников, людей, которые предавали и продавали свою родину, есть совершенно сознательный акт. Печатая возмутительные инсинуации «Манчестер гардиен» в сущности не столь­ко причиняла что-нибудь серьезное нашей родине, сколько самой Англии, отягощая ее и без того очень трудное положение и, бесспорно, играя на-руку врагам мира. Я убежден, что все честное, все передо­вое в Англии не поддерживает позиции, занятой «Манчестер гардиен». Анадемик Г. НАДСОН.

    

Уважаемый товарищ редактор! Я не часто пишу в газеты, но не мог не взяться за перо после прочтения ста­тьи вашего лондонского корреспондента «Полный провал защитников троцкистской банды» («Правда» от 31 января). Я, как и все граждане Советского Сою­за, с совершенно естественным вниманием и напряженностью следил за процессом ан­тисоветского троцкистского центра. Я счи­таю совершенно справедливым суровый приговор, вынесенный судом преступни­кам, недостойным высокого звания чело­века. Опустошенные, циничные предатели нашей родины должны были понести и понесли заслуженную кару. Я очень внимательно следил за печатью, и в частности за откликами иностранной прессы. Вполне понятен интерес к тому, как реагировало общественное мнение за границей на процесс и на те поистине по­трясающие разоблачения, которые были сделаны на процессе. Именно с этой точки зрения меня и заинтересовала статья вашего лондонского корреспондента, содержавшая обзор анг­лийской прессы. Я не стану здесь оста­навливаться на позиции, запятой консер­вативными газетами. Я хочу особо оста­новиться на позиции «Манчестер гардиен». У меня не так много досуга, чтобы вни­мательно читать заграничную прессу, но я должен признаться, что в те немногие минуты, которые я мог посвящать про­смотру иностранных газет, я больше всего внимания уделял именно «Манчестер гар­диен», так как считал эту газету, пожа­луй, наиболее об ективной из всей англий­ской буржуазной печати. Тем с большим изумлением прочел я о том, что «Манчестер гардиен» фактически превратилась в трибуну троцкистов. У ме­ня осталось ощущение гадливости после того как я ознакомился с поведением и высказываниями этой либеральной газеты. А ведь «Манчестер гардиен» претендует не только на об ективность, которой она ра­нее отличалась, представляя тем самым явление не слишком частое в зарубежной прессе. Она претендует на звание прогрес­сивной газеты, выражающей взгляды пе­редовой английской интеллигенции. С трудом верится, что та же газета по­шла по пути самых грязных, бульварных черносотенных листков, Нет ничего удиви­тельного в том, что редакция газеты стала получать протестующие письма от своих читателей. «Манчестер гардиен» превратилась в трибуну для защиты троцкистов, которых обвинял не только советский прокурор и



Я. Г. Чайковский - стахановец, сталевар завода имени Коминтерна, поставив­ший ряд рекордов по с ему стали, передает опыт своему сменщику - сталевару Фото Д. Шнирмана. тов. Соколову (справа).



пре-Ошиока еше не исравлена При обмене партийных документов Яр­цевский райком решил во что бы то ни ста­ло избавиться от пассивных коммунистов. Недолго думая, здесь огульно зачислили в «пассив» и исключили из партии 72 че­ловека --- в подавляющем большинстве кад­ровых рабочих и работниц Ярцевской Фабрики. После выступления «Правды» в Ярпеве увидели, что не все исключенные действи­тельно пассивны, а если иные и пассивны, то виноват тут райком, не выращивающий, а «отсеивающий» кадры. Райком признал свою ошибку и обещал ее исправить. С тех пор прошло полгода. Исправляя свою ошибку, райком восста­новил в партии 28 наспех исключенных коммунистов. Западный обком тоже восста­новил 19 человек. Итог довольно внуши­тельный. Какую же работу ведут с этими людьми? Заботится о них партийная организация, воспитывает или предоставила их самим себе? Секретарь Ярцевского райкома тов. Яко­влев считает эти заботы излишними: -Мы не делаем никакого различия ме­жду коммунистами. Исключавшиеся за пас­сивность и восстановленные в партии­такие же коммунисты, как и все мы. в В райкоме делают вид, что эти товарищи рищи помощи не нуждаются. Тов. Яковлев со­вершенно упустил их из виду, не знает, учатся ли они, принимают ли какое-нибудь участие в партийной работе. Он может назвать лишь три фамилии: - Бухгольц--прекрасно учится, пре­красно выполняет задания, Скоробогатова учится, но до сих пор «балует» (?!), Вер­зилова… учится, настроение хорошее. Инструктор райкома по промышленности тов. Герасимова знает те же фамилии: - Скоробогатова, как была с каприза­ми, так и осталась, но обещает исправить­ся. Партийная организация фабрики с пас­сивными либеральничает (?!). Поэтому и дело плохо. Несколько иного мнения и безусловно ближе к истине секретарь парткома фабри­ки тов. Герасимов: - Тов. Скоробогатова? Она хорошо ра­ботает, хорошо выступает на собраниях и по поручению партийной организации хо­рошо провела подготовку к политдню. Как же случилось, что ее прежде счи­тали пассивной? Я - Ни одного партийного поручения мне парторг никогда не давал, говорит Скоро­богатова,--поэтому я ничего не делала. Когда меня исключили из партии, парторг Регунова даже здороваться со мной пе­рестала, Я могла бы и тогда какую-нибудь работу выполнять не хуже, чем сейчас, Ведь я хоть плохо, но Вед но грамотная, читаю, ,но грамотная, читаю, пишу. Очень легко приспособить меня к серьезному делу. А мне доверяли только одну работу: собирать мопровские взносы. не догадалась, как делать пометки в кар­точках и обратилась прежнент парторну тов. Волину. Он ответил: «Захочешь сде­лать, так сделаешь», Вот и вся помощь… Еще обиднее тов. Орловой. Парторг ей вообще никаких партийных поручений не дает. Работает она уборщицей: … С 1931 года парторги меня не заме­чают. И сейчас тоже. За пассивность меня исключили из партии. Потом восстановили. Теперь, выходит, во второй раз надо исклю­чать? Наверно такое мнение - раз я убор­на оначит ничего не стою и мне ни­чего не поручают. Обратилась я раз к парт­оргу тов. Полякову, а он ответил: «Ну что я тебе---доклад поручу? Ведь ты ничего не можешь делать» (?!). Я с тех пор не обра­щаюсь к нему. Признав на словах свою ошибку, руко­водители ярцевской партийной организации ничего не сделали для того, чтобы из всех «пассивных поневоле» вырастить хороших активысток. К. ГРИГОРЬЕВ. (От смоленского корреспондента «Правды»)



Заслуженный деятель науки, ди­ректор Института микробиологии Ака­демии наук СССР.

 

СТЕРЕОСКОПЕ при пользовании стереоскопом не нужно ничего, кроме пары его стекол и десят­ка -- другого стерео-фотоснимков. Невольно возникает вопрос: почему на­ша богатая фотопромышленность и такие организации, как Союзфото, не задались мыслью дать стереоскопы и серии хорошо подобранных к ним картин? А сколько полезного может дать хорошо со составленная серия таких стереоскопиче­ских снимков, скажем, при изучении ка­кого-либо нового технологического процес­са. Сейчас, когда вся страна подхватила лозунг менжинцев подготовить 150.000 летчиков, массовый выпуск соответствую­щих стереоснимков по летному делу являет­ся делом первостепенной важности. Массовое изготовление его как оптиче­ского прибора и снимков к нему не сложно. Почему же все-таки стерео­скоп -- редкий гость в наших магазинах оптики и культтоваров? Л. РОССИХИН.

ВСПОМНИМ О В наших магазинах культтоваров мож­но сейчас увидеть прекрасные оптические приборы -- от фотоаппарата до призматиче­ского бинокля и сложнейшего лабораторного микроскопа. Они сделаны на наших совет­ских заводах и не уступают, а в неко­торых случаях даже превосходят по каче­ству заграничные изделия этого рода. Но есть один --- и весьма несложный -- оптический прибор, который до сих пор почему-то является редким гостем на под­ках в магазинах. Это -- стереоскоп. Стереоскоп может служить отличным учебным пособием. Пособием нужным. На­пример, на уроках географии, этнографии, кристаллографии, стереометрии, на лекциях об искусстве. технике и т. п., пожалуй, только стереоскоп может передать наибо­лее наглядно перспективное, пластическое изображение предмета, чего никак нельзя достигнуть даже при помощи кино. При­том. для показа кинофильма требуется много условий: киноаппарат, экран, пол­готовленное помещение и прочее, тогда как



РОСТ ПАРТИЙНЫХ КАДРОВ ЛЕНИНГРАД, 2 февраля. (Корр. «Прав­последние три месяца из соста­володарской районной организации вы­руководящую партийную ра­другие города и районы 18 чело­ды»). За ва двинуто на боту в заведующий культпропом райко­Курлянд избран секретарем Мур­горкома партии, инструктор тов, Смирнов работает секретарем райкома. партийных работников воспита­володарской районной организацией. Взамен уехавших товарищей Володар­райком выдвинул новые кадры. Парт­тов. Улин утвержден инструкто­век. Так, ма тов. манского райкома Вельского Все 18 ны ский орг цеха ром райкома. Секретарь парткома тов. Меркин работает заместигелем заведующе­го отделом партийных кадров райкома, В связи с выдвижением значительно обно­вился состав секретарей парткомов. Райком проводит подготовку новых пар­тийных кадров. 6 парторгов и 4 секрета­ря парткомов посланы на продолжительную учебу в Дом партийного просвещения в Детском Селе. 15 коммунистов учатся на годичных курсах при горкоме. Помимо то­го, свыше ста человек обучается на го­дичных курсах райкома и свыше двух­сот-в районной партийной школе.

  

 

Чернигов.





дений, весьма точных и свежих, а кроме того, притащили новенький германский зенитный пулемет со всем оборудова­нием, вплоть до треноги, с запасными магазинами и патронами. Конечно, ребят хорошо наградили, направили к семьям, которые у них в республиканском тылу, и предоставили месячный отпуск. Пленные показывают, как правило, меньше, но в основном тоже довольно прав­диво. Зависит это и от чина и звания: Сержанты и офицеры дают сведения в бо­лее широком масштабе, но гораздо более сдержанно. Хотя, например, майор Бельда Лопес на допросе оказался весьма и весьма словоохотливым. Точные данные о против­нике лучше всего устанавливаются при со­поставлении показаний целого ряда плен­ных и перебежчиков, допрошенных при­близительно в одно и то же время, но в сдиночку. 0 чем говорят эти данные? Ближайший оперативный замысел Фран­ко­это новое паступление на мадрид­ском фронте, на этот раз на правом флан­ге фашистов, чтобы перерезать сообщение Мадрида с Валенсией, этим окончательно изолировать столицу и голодом принудить ее сдаться. Командовать новой операцией назначен подполковник Асенсио, один из ближайших помощников Франко. Офицеры и солдаты очень одобряют направление но­вого удара, считая, что иначе Мадрид ни­как невозможно взять: это показал горь­кий опыт всех предыдущих атак. Большое внимание уделяют сейчас мя­тежники противотанковой и противовоз­душной обороне. Весь мадридский фронт снабжен новейшей германской противотан­ковой артиллерией. Орудия расставлены с интервалами в двеститриста метров, с другой стороны, для новой операции ожи­даются со дня на день пятьдесят новых германских пушечных танков. Боевое питание армии (патроны, снаря­ды) идет вполне нормально. Однако солдат энергично приучают к экономии патронов. Для нового наступления Франко подби­рает подчас с большой натугой, но значи­тельные силы. Кроме германских и заново переформированных марокканских частей, собраны дополнительные наборы, сделан­ные на захваченной фашистами террито­рии. Качество этих новых наборов, с точ-

Стрелял. Много? Мнюго… - И пожалуй убивал? -Возможно. Я не мог не стрелять. Сержант следил за каждым нашим шагом. Куда ни повернешься, - всюду и всегда наткнешься на сержанта с револьвером в руке. Их не так много, этих сержантов, а кажется, будто нет им числа, И боимся мы их, откровенно говоря, больше, чем са­мого Франко. Это - сущая правда. Унтер-офицерский состав, старослужащие играют большую роль в армии мятежников. Они ее пока цементируют, они обеспечивают боеспособ­пость мелких подразделений, от роты и ни­же. Фашистский унтер-испанского или иностранного происхождения­колониаль­ный проходимец, держиморда, барабанная шкура, крепко, как тюремщик, держит в руках свой взвод. Его ненавидят, но боят­ся и слушаются, Он гонит в бой пинками, палкой и выстрелами по отстающим. Зато, когда фашистская часть получает сокру­шительный удар, не оставляющий сомне­ний в его уверенно наступательном харак­тере, когда унтер теряет хоть на минуту влияние над своими безответными солда­тами, они бегут опрометью, бросают винтовки, орудия, все на свете, и ничто тогда не может их остановить. Так было при республиканских контратаках у Лас Росас, так было в Гвадалахаре, так было при штурме высоты Лос Анхелес. Для организации такого удара у народ­ной армии нет и не может быть староре­жимных унтеров, мастеров пинка и зубо­тычины, но есть командный и комиссар­ский состав, частью из лучших, наиболее идейных и честных кадров старой армии, частью из лучших, передовых, револю­ционных элементов испанского народа. Вся армия, сверху донизу, скоро поверит в свою способность наступать и сокрушать противнйка. Эта вера в себя даст нужный перевес и превосходство республиканской армии над армией Франко и Гитлера, по­может защитникам Мадрида уйти из своих окопов и погнать фашистов, погнать дале­ко так, чтобы их больше не видно бы­ло. Перелом в военной психологии воору­женного, обороняющегося от иностранной интервенции, испанского народа положит начало новому этапу в его освободитель­ной борьбе.

МИХАИЛ КОЛЬЦОВ

дей явно неблагонадежных. Иногда даже прямо из тюрьмы - республиканцев, со­пиалистов. Арестованным предлагают вы­бирать: или расстрел в тюрьме, или служ­бу в фашистской армии. Немало перебеж­чиков принадлежит к этой категории преж­них заключенных. Прорыв в политико-моральном состоянии армии фашисты возмещают усилением строгостей и режимом железной дисципли­ны на фронте. Под страхом суровых нака­заний солдатам запрещены какие бы то ни было политические разговоры. Каждый участок и каждая траншея на фронте пол­ностью изолированы друг от друга. Когда на-днях в Каза дель Кампо один солдат сходил к приятелю в соседний окоп побе­седовать,по его возвращении офицер избил его в кровь и хотел даже пристре­лить,отговорили от этого другие офи­церы. Питаются солдаты нерегулярно и отвра­тительно. На нескольких участках мадрид­ского фронта начались волнения и проте­сты, после чего еда стала лучше, но лишь на несколько дней. Одежда и обувь у мя­тежников износились, а новых не вы­дают. Это видно по самим пленным и пе­ребежчикам: настоящие оборванцы, в лет­ней изодранной одежде, без одеял, заме­няющих здесь шинели, в парусиновых туфлях. Часто республиканские бойцы вскладчину собирают для своих пленников табак, галеты, апельсины, носки, шарфы. Фашистское начальство разрешило своим солдатам раздевать крестьян в деревнях и присваивать себе их одежду и обувь. Усталость, холод, голод, плохое питание. неудачи под Мадридом и общая затяжка войны создали довольно большое разложе­ние в частях мятежников и, несомненно, массовое устремление части солдат к пере­ходу на сторону республиканцев. Драка в фашистском лагере между буржуазной Испанской фалангой и религиозно-кулац­кими фанатиками наваррской деревни еще больше расшатывает фашистский фронт. Но из этого никак не следует делать вывод о падении боеспособности армии франко. Когда спросили у солдата, рабочего-со­циалиста, взятого фашистами на фронт прямо из тюрьмы и перешедшего к респу­бликанцам через три недели: Он потупился. - А ты стрелял в республиканцев?

ЛЮДИ С ТОИ СТОРОНЫ ниться в такую минуту с пленными. У Махадаонды мы видели группу молодых республиканских бойцов, впервые участво­вавших в бою, ходивших в контратаку и захвативших троих мятежников. Они вол­новались не меньше, чем их пленники. В штабе батальона или бригады плен­ных впервые допрашивают. Делается это не совсем еще умело. Неприятельского солдата долго расспрашивают, откуда он родом, когда мобилизован, каково настрое­ние в Марокко или в Галисии, вместо гого, чтобы сразу узнать, где стоят пуле­меты, какое боевое задание у фашистской «бандеры» и где укрыт ее штаб. За послед­нее время войсковая разведывательная служба внесла в это дело больше порядка, Частям даны инструкции, как допраши­вать пленных. Что касается боевой развед­ки, то она пока порядочно хромает у рес­публиканской армии. Перебежчики приходят большей частью ночью, в темноте. Приходят из самых раз­нообразных частей,определяется это бо­лее всего месторасположением, наличием лазейки, тропинки, по которой можно про­браться незаметно. На одном и том же участке к республиканцам перебегали сол­даты из разных соединений, сменявших здесь друг друга. Приходили и из сосед­них частей, узнав, что здесь есть брод. Последниеперебежчики рассказывают, что на некоторых позициях фашисты огороди­лись проволокой, но не в целях обороны, а специально для того, чтобы воспрепят­ствовать своим солдатам перебегать на сторону республики. Известие весьма уте­шительное, но требующее подтверждения. Среди перебежчиков есть отличные ти­пы солдат. Большей частью из рабочих, последовательных революционеров, созна­тельно вступивших в армию мятежников, единственной целью перебраться таким путем в республиканский лагерь. Таковы, с например, два вчерашних перебежчика Настоящий заколдованный лес, особенно  ночью. Ночью в Каза дель Кампо заблу­диться это раз плюнуть. Конечно, чело­веку свойственно заблуждаться. Но не ре­комендуется делать это в Каза дель Кампо весной 1937 года. Лес этот, в прошлом парк для экскурсий мадридпев, сейчас гу­сто заселен, и людом весьма разнообраз­ным. Пройдя не по той тропинке, Красная шапочка может через 50 шагов встретить Серого волка в германском стальном шле­ме или роскошного, слегка подмокшего ма­рокканца в красивой феске, с ручным пу­леметом. Поэтому командир сектора еще и еще вглядывается в силуэты деревьев, еще и еще проверяет путь на поворотах. Все до­роги от дождей расползлись, ориентиры пропали в тумане, по редким выстрелам не поймешь, откуда они. Особенно обманчивы разрывные пули мятежников -- щелкают как будто с нашей стороны. Такой веро­ломной пулей был недавно ночью наповал убит храбрый и милый молодой капитан Ари­за, астурийский учитель, о которомягово­рил, описывая мадридскую окопную жизнь. Наконеп, на пригорке среди деревьев завезенный сюда днем грузовичок с гром­коговорителем. Добавочный мотор работает для амплификатора. Маленькая Габриэла Абад, пропагандист из военного комисса­риата, первая подходит к микрофону. Она зовет в темноту: -Солдаты, воюющие по приказу Фран­ко, Мола и Кабанельяса, слушайте, слу­шайте! Габриэла быстро, четко и со страстью говорит о женщинах, которые помогают мужьям оборонять Мадрид, зовет обману­тых солдат бросить окопы и перейти в ла­герь законного республиканского прави­тельства, вернуться к своим семьям, кото­рые их ждут. Вслед за ней говорит командир сектора, офицер старой армии. Он подчеркивает свою верность родине и народу, свою уве­ренность в народной победе. Габриэла читает текст обращения май­ры ора дона Рикардо Бельда Лопес, просла­вленного фашистского командира, любимца Франко, взятого в плен при штурме высо­ты Лос Анхелес. Бельда убеждает офицеров и солдат бросить борьбу и сдаться респу­блике. Слушатели сидят в окопах в 300 метрах отсюда. Два раза выстрелили из миномета, но в сторону: звук очень рассеивается. Мы чутко вслушиваемся в темноту -- не идет ли кто-нибудь. Пока никто… А третьего дня перебежчики явились во время самой передачи. Они успели подойти к микрофо­ну, назвать себя. Мы уже здесь, курим сигареты с рес­публиканцами, нас отлично приняли, идите сюда к нам! Пленных и перебежчиков становится все но больше. Нельзя это назвать потоком, факт налицо: регулярно, каждый день, почти на всех участках мадридского фронта республиканцы захватывают солдат, унтер­офицеров, офицеров мятежной армии. При штурме высоты Лос Анхелес был взят поч­ти весь батальон, вместе с командиром. И каждый день, каждую ночь перед око­пами вырастает человек с поднятыми вверх руками. с винтовкой обращенной дулом вниз. Он кричит: «Не стреляйте, я иду к вам!» Мятежники в плен не берут. Они за­калывают республиканцев в окопах или расстреливают их сейчас же после боя. Правительственная армия с пленными об­ращается гуманно. Но не надо забывать самого момента взятия в плен. Боец ви­дит против себя врага с оружием в ру­ках, пусть застигнутого врасплох, но обо­роняющегося и еще опасного. В разгар боя легче и безопаснее выстрелить в не­приятельского солдата, чем начать его обезоруживать и уводить с собой. Даже если солдат или офицер сдался, даже если отдал оружие, нужен труд и риск, чтобы вывести его из боя. Ведь ес­ли подоспеет к пленным помощь, они мо­гут моментально изменить поведение и убить своих конвоиров. Ясно, что конвои­тоже не будут и не обязаны церемо-







01

Они основательно подготовили свой пере­ки зрения фашистской морали, резко ухуд­ход и явились не с пустыми руками. До­шилось. Острый недостаток в солдатах за­ставили целую кучу важных военных све­ставляет мятежников брать в армию лю-