6 января 1940 г., № 5 (4487)

3

ПРАВДА «

КОМСОМОЛЬСКАЯ

М»- С Е Д О В » «Седов» -- Но льды раздавят судно? --- спраши­вал он себя. И снова пояснял, что он строит такой корабль, который противостоит любому сжатию льдов. На этом корабле он наме­рен достичь высоких широт и, если воз­можно, полюса. Через несколько часов Нансен покидал зал засоданий. Он шел слегка сгорбившись, опустошенный от той встречи, которая была оказана его плану, Стеной равноду­шия и неверия встретили его замысел представители буржуазной науки, В их па­мяти еще были живы недавние экспедиции де-Лонта, Нерса, Грили, закончившиеся неудачей. Известный полярный исследова­тель адмирал Мак-Клинток считал совер­шенно несомненным, что грозные полярные льды раздавят корабль Нансена и он нико­гда не вернется к родным берегам. Нансен возвратился в Норвегию. Он по­добрал двенадцать смельчаков и с ними решил осуществить свой план. Когда уче­ный всходил на борт «Фрама», чтобы от­правиться к восточному побережью Сиби­ри, в его ушах, казалось, еще звучал предостерегающий, зловещий голос амери­канца Грили: -Доктор Нансен, вы идете на само­убийство! «Фрам» вышел в плавание, и о Нансе­не забыли. Отныне он был предоставлен воле случая, воле стихии… Когда начался исторический дрейф «Се­дова», через тысячи километров, через су­ши и моря, к его людям протянулись за­ботливые руки родины. -Вы идете на трудовой подвиг! сказал народ. с Страна восприняла экспедицию «Седо­ва» как свое, государственное дело. Она позаботилась не только о техническом ос­нащении корабля, но и о меню седовцев. Она послала к кораблю самолеты, которые доставили на борт «Седова» научные при­боры и шоколад, книги и овощи. Любопыт­но, что Нансен, организуя экспедицию, вынужден был прибегнуть к частным по­жертвованиям, тратил даже личные сбере­жения. В те дни, когда седовцы мужественно боролись с суровой природой Арктики, ко­гла корабль неудержимо влекло все дальше на север или поворачивало по линии зам­кнутой петли, их родина ни на минуту не сомневалась в том, что они достойно встречают тяжелые испытания, что они даже в самые трудные часы продолжают научные наблюдения. Так оно и было в тействительности. В первую годовщину дрейфа товарищи Сталин и Молотов в своей радиограмме экипажу «Седова» сказали: «Уверены, что большевистской твердостью советских лю­дей вы преодолеете все трудности на ва­шем пути и вернетесь на родину побе­лителями». Они возвращаются победителя-ный разрывной связи с вла­стно и решительно говорит: Тво­народом, который говорит: «Дерзай! ри! В этом глубина и смысл твоей жизни». В один из августовских дней 1937 го­да на капитанский мостик «Седова» взо­шел молодой моряк, комсомолец Констан­тин Бадигин. Задумчиво глядя на откры­вавшийся впереди беспредельный арктиче­ский ландшафт, он сказал просто и лако­нично: -Я покину борт «Седова» только тогда, когда он ошвартуется в одном из советских портов. Позднее в радиограмме на имя товарищей Сталина и Молотова он снова заявил: «Ни­какие невзгоды, опасности, лишения нам не страшны. Чуткое отношение к нам пар­тии и правительства и всего великого народа придает нам твердость, непобеди­мость». В продолжение трех лет экипаж «Фра-

ЗИМНИЕ

ЭКЗАМЕНЫ **

В

ВЫСШЕЙ

ШКОЛЕ

Ф Р А

 Организованно ИРКУТСЕ, 5 января. (Наш корр.). Ус­пешно проходит экзаменационная сессия в Восточно-Сибирском университете. Боль­шинство студентов здесь получает отлич­ные и хорошие оценки. Например, 76 про­центов студентов третьего курса физико­математического факультета первые дис­циплины сдали на «хорошо» и «отлично». На V курсе университета экзамены уже закончились, 91 процент всех учащихся получил по всем дисциплинам «хорошо» и «отлично». Успешно проходят экзамены также в горно-металлургическом, сельско­хозяйственном вузах Иркутска. Всюду от­мечаются дисциплина и организованность. ХОРОШИЕ ЗНАНИЯ ГОРЬКИЙ, 5 января. (Наш корр.), Зим­ние экзамены в Институте инженеров вод­шого транспорта свидетельствуют о повы­и шении качества учебы. На пятом курсе механического факультета из 21 студента, сдавшего экзамены, 8 получили отметку «отлично», 12 - «хорошо» и только один «посредственно» C большим интересом изучает вузов­ская молодежь «Основы марксизма­ленинизма». Товарищи самостоятельно ра­ботают над книгой, ведут конспекты. И это дает себя знать. На третьем курсе 24 сту­дента получили отметку «отлично», 31 «хорошо». Хороший пример показывают комсомоль­ские активисты института. Комсорги групп Сергеев, Орлов, Красовский, Гончаров и Ермолов, члены комитета ВЛКСМ Кочема­сов, Лехиконен, Яковлев, Кокурина одают экзамены на «отлично». Вместе с этим экзамены снова подтвер­ждают, что, если студенты на протяжении учебного года ограничиваются только слу­шанием лекций, у них оказываются очень низкие знания. Так, студент Комиссаров сдавал экзамен дважды. Студенты Ермаков Малин, также вторично сдававшие курс «Основы марксизма-ленинизма», получили неудовлетворительную отметку.

ДВА ИТОГА От корреспондента «Комсомольской правды» по Ленинградской области В вестибюле Ленинградского химико-тех­пологического института висит большая оска. На нее занесены передовые грушпы, целиком сдающие экзамены на «отлично» и «хорошо». Их много. Студенты ордено­косного института, одного из старейших в х в Ленинграде, в массе своей трудолюбивы, жадны к знаниям, строги к себе. Про­фессора дают высокую оценку новому по­колению советского студенчества. Серьезно и вдумчиво относятся студен­ты к сдаче экзаменов по курсу «Основы марксизма-ленинизма». Целые группы сда­ют его на «отлично» и «хорошо», обнару­живая глубокое знание самой передовой нуки Комсомольцы 52-й пруппы техноло­гического факультета получили средний балл 4,5. Комсомольская группа 5-го кур­са выдержала экзамен со средним бал­лом 4,4. Сегодня в большой и светлой аудитории сдавали экзамены новые группы студен­тов. Преподаватель тов. Карнач был строг и требователен, но справедлив. Он оцени­вал знания студентов без малейшего либе­рализма. Студентка Темкина четко и ясно, обна­ружив глубокое знание предмета, изложила учение Ленина о диктатуре пролетариата. Студентка Иванова обстоятельно об яснила учение товарища Сталина о развитии фаз, функций и форм советского государ­ства, Комсомолка Молощинская с вдохно­вением рассказывала о значении предисло­вия Маркса «К критике политической экономии». Две трети студелтов группы получили отличные и хорошие оценки. во и В коридоре шумит и волнуется 59-я группа. Одним из первых в комнату вхо­дит член комитета ВЛКСМ технологическо­го факультета А. Ш. Вначале он отвечает бойко и даже немного развязно. Но пер­вые же простые вопросы преподавателя ставят его втупик. Его ответы показы­вают незнание студентом основных дат истории партим. Между тем этот комсо­мольский руководитель произнес немало звонких фраз о шеобходимости изучать марксистско-ленинскую теорию, Преподава­тель вручает А. III. зачетную книжку об­ратно и ставит в журнало «плохо». Вскоре обнаружилась печальная карти­на, 59-я группа получает общую оценку 3,4. Этот результат отбрасывает группу в соревновании далеко назад. В чем же де­ло? Из бесел со студентами выясляется я, что некоторые комсомольцы этой группы главе с невеждой III. считали эту важ­нейшую учебную дисциплину самой легкой не изучали самостоятельно истории  ВКП(б). П. КАРЕЛИН.

«Фрам»

ма» находился вдали от материка и лю­дей, его судьбе никто не знал, и никто не интересовался тем, живы ли отваж­ные мореплаватели. Когда Нансен и его спутник Иогансен возвратились на Землю Франца-Йосифа и встретились там с ан­гличанином Фредериком Джексоном, по­следний, увидев заросшего волосами че­ловека, воскликнул: - Хэлло! Уж не Нансен ли вы? На его родине давно считали ученого погибшим. Ни один английский, ни один норвежский корабль не отправились на поиски пропавшей экспедиции. Ледоколы и самолеты несли бессменную вахту, когда дрейфовал «Седов». Родина была готова в любую минуту притти на помощь своим смелым сыновьям, Их близ­кие и родные передавали им теплые слова приветствий через самую мощную в стра­не радиостанцию. Великий Сталин следил за продвижением корабля, вдохновлял се­довцев на новые трудовые подвити. Когда настало время, флагман арктиче­ского флота вышел втяжелые арктические льды, чтобы вывести «Седова» из ледово­го плена и доставить его на Большую Зем­лю. Через каждые два часа происходит прямой радиотелефонный разговор «И. Сталин» - «Г. Седов». Перед своим отездом Нансен писал: «…мы отправляемся не для отысканияма­тематической точки, составляющей север­конец земной оси, так как достиже­достигнем ли мы самой точки по­люса же пройдем от него в некотором значение тоже, или отдалении». Нансен не смог полностью осуществить своего замысла--он был не под силу оди­ночке-ученому, действовавшему за свой страх и риск. Через полвека папанинцы и седовцы осуществили его мечту. Они внесли неоце­нимый вклад в мировую науку, разгадали многие неясные вопросы в жизни Цент­рального полярного бассейна. «Фрам» по-норвежски значит «вперед»! Нансен действительно сделал шаг впе­ред, опередив научные воззрения своего времени. Но седовцы проследовали еще дальше. Они двинули вперед науку, ту науку, которая ломает старые традиции, служит народу и прославляет жизнь. В этом - величие и глубина научного и человеческого подвига седовцев. Ю, ДОБРЯКОВ. 

ВЕ экспедиции две судьбы, В од­ной - воля талантливого ученого­одиночки, решившего пойти наперекор официальной науке своего времени и впер­вые в истории полярных плаваний осуще­ствившего смелый замысел продвижения корабля вместо с дрейфующими льдами, В другой­воля всего народа, пославшего пятнадцать своих отважных сынов в экс­педицию на дрейфующем корабле и под­держивавшего их на всем протяжении ле­гендарного пути поистиню отеческой заботой. Обе экспедиции начали дрейф в районе Ново-Сибирских островов, и обе они стави­ли одни и те же научные задачи. Тайны Центрального полярного бассейна в одина­ковой степени манили как норвежского полярного исследователя, так и группу со­ветских ученых и моряков, возглавляемых человеком нового социалистического поко­ления, имя которого еще только входит в анналы великих арктических завоеваний. Есть биографии, похожие одна на дру­гую. И есть деяния человеческого ума, смелости и отваги, тождественные друг дбугу. Экспедиция на «Фраме», совершен­ная сорок пять лет назад, и экспедиция на «Седове», блистательно заканчивающая­ся в наши дни, имеют между собой не голько географические, но и исторические параллели. Но все же как они отличны одна от другой! В один из ноябрьских дней 1892 года в переполненном зале Лондонского королев­копись и, заметно волнуясь, на ломаном ном английском языке начал читать доклад. В первых рядах кресел произошло за метное движение. - Это и есть тот самый норвежец? Да, доктор Фритьоф Нансен, мечта­тель и фантазер… Логично и последовательно с ьно излагая свои мысли, Нансен развертывал перед аудито­рией дерзновенный план новой полярной экспедиции, Вспомнив о недавней трагиче­ской гибели «Жанетты», обломки которой были найдены около Гренландии, он сделал смелый вывод о существовании морского течения от берегов Сибири к берегам Грен­ландии. Следовательно, пояснял ученый, наиболее простым способом пересечь неиз­веданные области Арктики является способ продвижения судна вместе со льдами с во­стока на запад к тем широтам, которых Геще не достигали корабли.

ПЕРВЫЕ

УСПЕХИ

Началась экзаменационная соссия в Ки­евском государственном университете им­Т. Г. Шевченко. Па физико-математическом факультете экзамены принимают члены­корреспонденты Академии наук УССР профессора Н. Н. Боголюбов и В. Е. Дя­ченко, на химическом факультете­ака­демик В. П. Яворский. Сдано уже 1.200 экзаменов, из них около 900 на «отлично»

и «хорошо». Впервые в этом году боль­шоо количество студентов экзаменуется по курсу «Основы марксизма-ленинизма». Между факультетами и студентами раз­вернулось социалистическое соревнование за право получения сталинской стипендии, за удержание переходящего красного зна­мени ЦК ЛКСМУ, завоеванного универси­тетом в соревновании вузов Украины.

На снимке: экзамен по курсу «Основы марксизма-лени­Экзаменует преподаватель 3. А. КАМЕНСКИЙ, отвечает

Зимние экзамены в Московском государственном университете. факультета. МЕЩЕРЯКОВА. низма» у студентов пятого курса химического 3. И.

нажей картины с гигантским городом, сердцем великой страны. По блистающему, только что промытому свежим дождем тротуару неторопливо идут товарищи Сталин и Ворошилов. Художнику удалось передать тот особенный момент, который всегда бывает после только что оконченной, богатой содержанием, плодо­творной беседы. Уже разговор прекратил­ся, наступило молчание, но еще длится внутренняя, немая беседа, возможная только между очень близкими, родными людьми, Вот такой момент уловлен А. Ге­расимовым, и уловлен мастерски, нас уже много писали о чудной картине московскогомастера Василия Ефа­нова «Незабываемая встреча». Эта карти­на изображает встречу руководителей пар­тии и правительства с участницами сове­щания общественниц тяжелой промышлен­ностя в Кремле. В центре картины товарищ Сталин, улыбающийся и радостный, обе­ими руками пожимает руку делегатки, подносящей ему букет огненно-красных цветов. Тепло и свет разлиты в этой кар­тине, словно сотканной из дружеских улыбок, Весело смеется, аплодируя деле­гаткам, товарищ Ворошилов, улыбаясь, смо­трит Л. М. Каганович, прямо перед зрителем стоит В. М. Молотов, слегка откинувшись назад, восторженно аплодирует Серго Орджоникидзе, немного поодаль виднеется лицо А. И. Микояна, рядом с товарищем Кагановичем стоят Н. С. Хрущев и С. М. Буденный. Кругом рассыпаны цветы: нежно-голу­бые азалии, желтые флоксы, темно-пурпу­ровые бегонии, Багряные и белоснежные розы резко выделяются на светлосинем сукне письменного стола, за которым си­дит, поблескивая выпуклыми стеклами оч­ков, Н. К. Крупская и рукоплещет ра­достной встрече М. И. Калинин. В этой картине поражают редкостная музыкальность композиции и то, что ху­дожник умело и чутко инструментует картину. Пусть простят нам это невольное вторжение музыкальной терминологии, но, право, трудно найти подходящие слова в применении к живописной симфониэтте, какой является картина Ефанова. Но как бы то ни было, в центре картины­Сталин, не только потому, что его изобра­жение помещено в центре, но и потому, что образ Сталина главенствует в картине как идейная ее основа. соваришойаинОнетногоеработать Очень многое можно сказать о картинах и скульптурах на юбилейной выставке, в частности об очень интересной скульптуре т. Петрушевич «Сталин - стратег»

Число музыкальных произведений, по­священных образу Сталина, колоссально. Вряд ли возможен даже простой подсчет таких произведений не только потому, что почти все композиторы писали и пишут такие произведения, но и потому еще, что о музыку о Сталине слагают тысячи народ­ных певцов и музыкантов. Туркменские бахши, азербайджанские и армянские русские певцы, украинские кобза­ри, сказители народов Поволжья и Се­верного Кавказа, Сибири и Дальнего Во­стока - все они поют о Сталине, и песня великом вожде так же естественна и необходима для советского певца, как са­ма жизнь. Народных песен о Сталине и песен, созданных профессиональными ком­позиторами, множество, и знают их все. Отличные песни Дунаевского, Покрасса, известная лирическая песня Блантера, песни Ревуцкого, Коваля, А. В. Александ­рова и другие не нуждаются в какой-либо специальной аттестации. Есть еще ряд симфоний, песен и ора­ториальных произведений, посвященных Сталину. Мне еще не довелось услышать поэму о Сталине Вано Мурадели, лириче­скую песню Шехтера для симфонического оркестра и тенора-соло, но критика едино­душно высоко оценивает эти произведения. Хорошо известная «Поэма о Сталине» с хором на текст ашуга Мирзы из Тауза настоящий музыкальный шедевр. С первых тактов этой музыки слушатель ощущает знойное дыхание эпохи, биение сердца единого и великого народа, соединившего свои голоса в восторженной песне-поэме о Сталине. Слушайте, как будто говорит композитор, слушайте все: вот народы Союза поют песнь о самом мудром, о самом как горный орел, он храбр, как лев, он наш старший брат, он учитель и отец народов. Конечно, образ Сталина в музыке -- те­ма особая и огромная. Аудожники живописи, скульптуры, те­атра, музыки, всех искусств в неоплат­ном долгу у своего народа. Еще только наметились контуры великого образа в драматургии (в пьесах Тренева, Погодина, Толстого, Шалвы Дадиани), еще только приблизились мы к этому образув музыке, скульптуре и живописи, еще много надо для того, чтобы принести совет­скому народу драгоценнейший дар - образ Сталина в искусстве. В. ГОРОДИНСКИИ,  

счастливой жизни, песни детей и стари­ков, юношей и девушек, бесчисленное мно­жество песен о дружбе народов. «Закон о дружбе золотой Нам начертал великий Сталин, И мы богаты дружбой той, Теперь непобедимы стали!»- поет киргизский акын Алымкул Усен­баев. Художники всех родов искусства, при­ступая к работе над образом Сталина, изу­чают его гениальные творения, изучают историю Всесоюзной коммунистической партии, и это совершенно необходимо для правильного уразумения художественного образа Сталина. Иначе как в неразрыв­ной связи с партией, со всем революцион­ным движением, с той почвой, на которой вырос, окреп и развился гений величай­шего человека нашего времени, нельзя изображать Сталина. В один голос худож­ники и скульпторы, работавшие над пор­третами И. В. Сталина, говорят о том, что самое понятие «поза» совершенно непри­ложимо к такой натуре. Она органически чужда удивительному иединственному «че­ловеку с головою ученого, с лицом ра­бочего, в одежде простого солдата» по вы­ражению Барбюса. Когда московский скульптор Рындзюнская говорит, что она увидела в лице Сталина черты гордого орла, то мы верим ей, потому что и мы ведь видим эти черты. Орлиный взгляд и усмешка, прячущаяся в густых черных усах, темные брови, сдвигающиеся у пе­реносицы, глубокие складки, залегшие у рта, кто же в ССОР, да и далеко за пределами СССР, не знает этого лица и не различит его среди миллионов других лиц! Трудно, да и невозможно, пожалуй, на­звать здесь хотя бы малую часть порт­ретной галлереи Сталина, созданной наши­ми художниками и скульпторами. По необходимости остановимся лишь на двух-трех работах художников. Одной из наиболее удачных нам представляетсякар­тина А. Герасимова «Сталин и Ворошилов», Товарищ Сталин изображен здесь вместе со своим славным соратником во время прогулки в Кремле. Восхитительный вид на Москву (Замоскворечье) открывается с парапета Кремля, и этот вид является блестящим декоративным фоном картины. Впрочем это не очень точно в данном слу­чает Фигуры чае. Фигуры товарищей Сталина Ворошилова органично связаны с рас­стилающейся московской панорамой. Здесь есть какая-то закономерная связь персо­и 

Образ Сталина в искусстве неразлучных друзей, богатырей-рыцарей. Возрожденный эпос, поэтический и пол­ный драматизма, в форме мерного сказа, повествует о том, как два богатыря по­беждают дракона-змея, как извлекают из гранитной скалы народное богатство и счастье, схороненное там змеями-угнетате­лями. Легенда рассказывает, что «Рицар Перший згуртував навколо себе рицарскi ряди i збройно рушив вiйною на змя», изловил и убил его, а «людям щастя i волю та золото дав». Но изнемогший в борьбе умер Первый Рыцарь. «Та був у нього, - гласит сказка, - вiрний това­рищ­Рицар Другий, вiн i став на мiсце Рицаря Першого. I живе Рицар Другий на ци горi, i цвтуть дерева кругом, а народ спiвае славу обом Рицарям». Интересно, как тема двух богатырей по­вторяется в творчестве самых различных народов. В белорусской песне «Дорожень­ка» певец с грустью вспоминает «темную дороженьку» старого села, но тут же ра­достно поет: «Выпала дороженько Светлая пора. Прошли по той дороженьке Два богатыря. Широкую дороженьку Нам Ленин проторил, Прокладку той дороженьки Нам Сталин завершил». В Узбекской ССР, в Ферганской долине, девушки-узбечки, собираясь на веселую вечернюю сходку, распевают песни о Сталине. И замечательно, песню они не только посвящают Сталину, но прославля­ют великого учителя, как творца пре­красной песни. Кто создал чудесную жизнь, тот создал и песню о ней, такова поэтическая мудрость юных колхозниц Узбекистана. Но не только Узбекистана. То же поют и в Таджикской ССР, и в Киргизии, и в Армении, и в Грузии-- во всей стране. Поразительно широк тематический круг песен, посвященных Сталину. Богатство и разнообразие их содержания как бы вы­ражают безграничную широту дум и инте­ресов того, кому они посвящены. К вели­кому Сталину обращены и пезни о роди­не могушественной и чепобедимо в сто не, могущественной и непобедимой, в его лице прославляются партия большевиков и ео сталинский ЦК. Славой Сталину неиз­менно заканчиваются песни о зажиточной, всех, пропетых им в жизни, Подзаголовок его книги гласит: «Человек, через которого раскрывается новый мир»«Un monde nouveau vu a tra­vers un homme», - слова, великому французу отвечает вели­кий казах: «Он разумом выше Памира и звезд И к людям внимателен, ласков и прост. Он мощью своей превосходит Арал, И каждый бедняк в нем отца увидал. Как солнце, он ясен, высок и могуч, И греет народы теплом его луч. Он, как океан, необ ятно велик… Обидно Джамбулу, что беден язык И слов нехватает, чтоб так прозвенеть, Чтоб сталинский гений достойно воспеть». Это - признание чистое и искреннее. И есть еще другое, чему должны поучить­ся у старого Джамбула все наши худож­ники: глубочайшее понимание всей необ­ятной огромности, сложности и ответствен­ности дела воспроизведения образа Сталина средствами искусства. B свое время Горький сказал, что «…фольклор в наши дни возвел Владимира Ленина на высоту мифического героя древ­ности и равного Прометею». Образ Сталина в народном творчестве поднят на такую же высоту, и в народном отражена мысль о неразрывном единстве Ленина и Сталина. По существу ведь и слова Барбюса «Сталин -- это Ленин сегодня» есть пря­мое, зеркально точное отражение думы, стократ повторенной в творчестве почти всех народов СССР. Мы ежедневно видим на фронтонах зданий, в произведениях ху­дожественной промышленности, в помеще­ниях театров, клубов и концертных уч­реждениях двойные рельефы медальо­ны, изображающие Ленина и Сталина. Мы сами поем и слушаем бесчисленные песни, в которых всегда и постоянно вместе вос­певаются Ленин и Сталин, но редко думываемся над тем, что этот двойной и в то же время единый образ вырос непос­редственно из пародного творчества, что альной естельности это­результат колоссальной деятельности разума народных масс. Украинская народная сказка «Два ры­царя» рисует Ленина и Сталина, как двух Каждый день в картинных галлереях движется бесчисленная толпа посетителей. Люди собираются в группы, подолгу задер­живаются у громадных многоцветных по­лотен в тяжелых рамах, пристально раз­глядывают тонкие штрихи гравюр и офор­тов, блистающие золотом и киноварью минпатюры по лаку и эмали, радуются мягким тонам драгоценных ковровых тка­ней, гобеленов, вышивок. Молчаливое искусство света и цвета, скульптурных ли­ний, пластических очертаний, древнее, ве­ликое и могущественное, здесь оно у себя дома. Но почему немолчный рокот толпы зрителей надолго стихает то у одной, то у другой картины? Почему с таким напря­жением, так жадно, словно боясь упустить какую-то едва приметную черточку, всмат­риваются все эти люди в одно лицо, изо­бражаемое тысячами художников? Почему в наступившей тишине вдруг ощущаются страстное волнение, внутренний жар, про­лизывающий и художника и зрителя но­вым огнем, зажигающий краски, согреваю­щий холодный мрамор, вливающий трепет­ную жизнь в гранит и бронзу? Что прико­вывает внимание равно и художника и зрителя к образу человека, в глазах кото­рого светятся великий, всеоб емлющий ум и воля, несокрушимая, как сталь, и во всем облике которого сокрыта конденсиро­ванная энергия, сила целого могуществен­ного народа? Живописец, скульптор, композитор, поэт, драматург, с каким волнением приступа­ют они к воссозданию средствами своего искусства образа Сталина! Стены мастер­ских и студий художников, рабочих ком­нат композиторов и драматургов бывают немыми свидетелями страстной творческой муки людей, которые давно и полностью владеют своим мастерством, но внезапно ощущают и недостаточность и прямую сла­бость средств для того, чтобы в песне или партитуре симфонии или в скульптуре пе­редать живой образ человека, олицетво­ряющего единство целого народа в его ни­когда непрекращающемся движении впе­ед Может быть, всего точнее опреде­и великое значение и ведикую трул ность воплощения образа Сталина в искус­стве Апри Барбюс, художник, для которого клига о Сталине явилась лебединой песнью, последней и самой прекрасной из