ЧЕТВЕРГ, 10 ДЕКАБРЯ 1942 г. № 289 (7975) 

ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ СССР

2

 Гор, ОРДЖОНИКИДЗЕ (Владикавказ) Разгромив врага, советские бойцы возвращаются в город на захваченном немецком Фото Г. Зельма. (Ноябрь). танке. древнем городе Пснове Вто хоть раз побывал в Пскове, то вадолго запомнит этот древний русский го­род, его краснвые дома, его музен. На берегу реки Псковы стокт домик «Искры» В комнатах этого домика когда­то жил и работал во время одной вз своих поездок по России В. И. Ленин. В Псковском художественном музсе на­ходилось больше 5 тысяч картин художни­ков и работы выдающихся скульпторов, Древний псковский кремль, Башня Куте­кромы. Предание рассказывает, что на вер­вобирался Пушкин. шину её Сным молодым памятником в гороге считали Троицкий собор, которому было около 250 лет. Старейший памятник Преображенский собор-- построен в XП ве­ке. Фрески в нём были исполнены под ру-. ководством византийских мастеров. За последние годы советское правитель­ство истратило около миллиона рублей на восстановление памятников Пскова. Были Гремячая, Михайловская, Петровская и Покровская башня, Кутекро­ма. Восстановлены также памятники древ­нейшей русской архитектуры -- солодс­ня, некоторые дома. Псковичи любили свой город, являвший­ся живой летописью истории русского на­тило полтора миллиона человек. Пезадолго до войны в Пскове были по­строены первоклассная гостиница, кино­театры, много новых жилых домов, Жите­ли Пскова помнят красивое здание детса­да № 2 на улице Свердлова, лели на Кре­стьянской улице, городской сад имени Пушкина, зелёную набережную. Но это был Псков мирных дней. Ненцы рода, бережно хранили его памятники, За последние десять лет музои Пскова посо­сожгли и разрушили здания, разграбили музен, вывезли в Германию все ценностя. Колхозник Я., побывавший в оккупирован­ном гитлеровцами Пскове, рассказывает, что город опустошён. Многие дома сожже­ны, разрушены. В уцелевших домах ютится по пескольку десятков семей, Фашистские банциты, дав­во забравшие у населения всё цевное, про­должают рыскать по квартирам и грабить. Жители Покова голодают. Магазинов нет. Хлеба населению не выдают. Люди питают­ся падалью, мпогие умирают. Немецкие власти вывесили обявление, в котором говорится: «Запрешается населению выры­вать трупы павших животных, За новы­полнение -- расстрех». и слёзы советских лютей. В городе выходит фашистская газета «Псковский вестник». Отва пестрит такимя сообщениями: «Вчера расстреляны пять че­ловек за выход на улицу после 5 часов вечера». Пскова, матбрый фашист п Хильман, получил в подарок от Гитлера «имение» совхоз в Порховском районе, Около 500 крестьян работает на полях новоиспеченного немецкого помещи­ка Хильман и его приспешники грабят население. Немецкие оккупационные власти в Пско­ве издали осенью такой приказ: «Весь урожай с крестьянских полей собрать, обмолотить и осыпать в общие амбары. Зерно слать германской армин. Для крестьян будет выделено хлеба по 300 граммов в денъ. Нарушившие этот приказ в первый раз полвергаются наказанию роз­гами, во второй - расстреливаются». Крестьяне саботируют прикааы врава. Часто на Псковшине гремятвыстрелы. Пар­тизаны убивают немецких солдат и офи­перов, бросают гранаты в казармы, пускают пол откое поезда. Настанет час, гинеровцы дорого за­платят за разрушенный древний русский город, за разграбленные музеи, за кровь Майор 3. ЗЛАТОПОЛЬСКИЯ. Майор Г. КУПРИЯНОВ. ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. наблюдательныхо ее В ний дзотов, восемь орудий, склад и три на­блюдательных пункта. окопах с нетерпением ждут сообще­Советского Информбюро. Успехи на­ступления наших войск на Сталинград­ском и на Центральном фронтах вооду­шевляют бойцов. Ночью на одном из участков адруг загремела артиллерийская канонада. Са­вперёд, рвали проволоку немецких заграждений, шарили в снегу и вытаскивали немецкие мины. Они не чувствовали холода. «Скорее вперёд», думал каждый из них. И вот в образо­вавшиеся проходы хлынули бойцы под­разделения, которым командует капитан Косинский. Отважные пехотинцы удари­ли прямо по чёрным амбразурам враже­ских дзотов. Раздались взрывы ручных гранат, смолкли разбитые немецкие пуло­мёты. Несколько солдат и офицеров, ста­раясь спастись, бросились бежать по узким ходам сообщений, но пулемётчик казах Япиев отрезал им путь отступле­ния, Два разрушенных дзота, семьдесят тых немцев, захваченное в бою оружие­итог ночной вылазки капитана Косинского. на армейском языке это всего лишь раз­ведка боем, но каждый участвовавший в ней, сердцем был вместе со сталинградцами, Он шёл вперёд и красноармеец, уни­чтожал немцев. Из окопов, из блиндажей, наблюдатель­ных пунктов упорно смотрит советский вперёд. Кое-где немцы пытаются рваться в атаку. Недавно пять бойцов-казахов встретилли и отбили ата­ку целого взвода фашистов. Три раза под ряд немцы серой волной подкатыва­лись к окончику храбренов, чтобы зах­лестнуть его, смять, но трижды были отброшены и отступили. Зима. Падает снег. Дует колючий, холод­ный ветер. По фронтовым дорогам тянут­ся вереницы саней, гружённых лыжами, фуражом, Идут бойцы в серых добротных шичелях. Но вот провели пленного нем­ца, Он в летней шинели на «рыбьем меху» в пилотке, Замёрз, трясётся, Его только-что допрашивали в штабе диви­зии. Немец жаловался на холода, пока­зывая эрзац--снитер. Они боятся эимы. Не­меп рассказывает, что пережившим про­шлую зиму Гитлер даёт медали. «Орден мороженого мяса» - так называют не­менкие солдаты этот знак отличия… B. ПОЛТОРАЦКИЙ, спец. корреспондент «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. Запорошённая земля, голые перелески, овраги, поросшие мелким кустарником, ряды колючей проволоки, полосы мин­ных полей, окопы, землянки… Когда-то здесь родились «Записки охотника». Иван Сергеевич Тургенев в высоких болотных салогах, с двуствол­кой бродил по берегам этих рек. Здесь жили его герои. На этих дорогах встре­чался он с ними. Теперь на этих дорогах нередко встре­тишь регулировщика с монгольским ли­цом, или проскачет донской казак, по­нукая гнедого коня, или в отряде красно­армейцев, идущих по обочине, вдруг ус­лышишь гортанную грузинскую речь. Бойцы разных национальностей держат здесь оборону фронта, и всем им одина­ково дорога эта искони русская земля. Осенью прошлого года сюда шли нем­цы. Германские дивизии рвались к Туле, Москве. Здесь они были биты и отхлы­нули, оставив на тульских и орловских землях тысячи убитых солдат. И вот уже год, как немецкие дивизии, стоящие здесь, топчутся на месте. Наши войска сковали действия немцев, создали проч­ную линию обороны, и все попытки про­тивника прорвать эту линию оказались напрасными. Противник сам вынужден перейти к обороне. Немцы роют блинда­жи, опутываются колючей проволокой, минируют дороги и тропы. За последнее время здесь нет боев большого масштаба. И все-таки немцы несут большие потери. Едва над фронтом забрезжит рассвет, сотни красноармейцев­снайперов начинают работу. Спрятавшись за кустиком чернобыла, за кочкой, обго­релым пеньком, они зорко следят, не по­явится ли немец. и если немец появится, над полем шелкнет точный, уверенный выстрел, после которого немту уже не подняться. Вечером, встречаясь в землян­ке, спрашивают друг друга: «Сколько сегодня?» знают часто в ка вывают неожиданно обрушиться на немпев. Эта «кочующая батарея» за сравнительно короткое время разбила 90 немецких Взвод лейтенанта Бородина ружейно­пулемётным огнём уничтожил 214 нем­цев, Но ведь взвод занимает крохотный участочек, а фронт протянулся на много десятков километров. И всюду немца под­стерегает смерть. Бьют немцев и артиллеристы. Тут все батарею тов. Иванова. Еепушки, меняющие позицию, стреляют почти упор и наверняка, Ошеломив противни­внезапным налётом, пушки перекоче­в другое место

В РАЙОНЕ СТАЛИНГРАДА атакой

В наступлении Двадцать бешеных контратак за один день предприняли гитлеровцы против бой­цов подразделения, где командиром т. До­бровольский, Двадцать раз под прикры­тием танков и ураганного огня шли они напролом и двадцать раз были биты не­щадно. Сотни трупов немецких солдат, по­дожжённые танки, брошенные минометы и пулемёты остались на поле боя. Растёт в наступлении число героев­бойцов. Мухтар Юсупов, узбек, недавно был связным, а потом стал истребителем немецких снайперов. Мухтар горячо по­любил своего командира за храбрость и в боях не отходил от него ни на шаг Вместе они били пемцев, вместе ходили на штурм вражеских укреплений. Два дня шёл бой за село Н. опорный пункт не­мецкой обороны. Два дня огнём выкури­вали немцев наши бойцы и, наконец, ри­нулись в атаку. Враг бешено сопротивлялся, но бойцы ворвались в село, истребляя немцев шты­ком и гранатой. Командир был смертельно ранен пемецкой снайперской пулей. Мух­тар поднял автомат командира и дал пе­ред бойцами клятву священной мести. И он стал метить немецким снайперам. Он крался за ними бесшумно, как дикая кошка, он часами выслеживал их. Терне­ние его было неистощимо, и он уложил пятерых немецких снайперов. Раненый, он заявил: Это только начало моей мести, я ещё верпусь! Священной непависти, стремления и мстить врагу за кровь и слёзы жен, ма­терей, детей полны сердца наших бойцов и командиров. Командир подразделения т. Ермак, уро­жешец Слбири, истребил 130 немцев. Ав­томатчик Фролов, ворвавшись в одну де­ревню на башне танка, в упор расстрели­вал противника и истребил 20 вражеских солдат. Старшинз Сабетов с пебольшой групной бойцов атаковал и разгромил взвод немец­ких автоматчиков. -Не стреляйте зря, бейте то точно в цель! --- командовал он. Лично Сабетов убил десятерых гитлеров­цев. Десант наших автоматчиков на танках ворвался в деревню. Спрыгнув с машин, они бросились к вражеским дзотам и блин­дажам. Автоматчик сержант Жингаруха подскочил к бличдажу, но в этот момент из другого блиндажа к нему устремились пятнадцать немцев, Не растерявшись, сер­жант стал бить длинными очередями и уничтожил половину нападавших гитлеров­цев, Остальные залегли и открыли огонь, Завязалась перестрелка. Когда у Кингарухи вышли все патро­ны, немцы осмелели и стали наседать. Но отважный сержант сам бросился в руко­пашную и прикладом автомата свалил ещё шесколько немцев. Жингаруха бился до тех пор, пока не остался один-на-один с обор-ефрейтором жингаруха был ранен. Здоровенный немец навалился на него всей своей тушей. Ис­ход борьбы решила немецкая мина. Оскол­ком её немец был убит наповал. Раненый Жингаруха потерял сознане и почти двое суток пролежал в траншшее под трупом убитого номца. Наши бойцы шапли сержанта и привели его в чувство. Год сидели здесь немцы и строили ук­репления, которые считали неприступны­ми Они собирались отсидеться за этими укреплениями зимою. Но налими доблест­пыми воинами враг смят и выбит уже из многих укреплённых пунктов, из сёл и де ревень. Немцы дерутся с большим ожесточени­ем. Их подстёгивает к этому предчувствие близкого поражжения. Среди них немало головорезов из гитлеровской молодежи, ко­торые дали своему сумасшедшему «фюре­ру» подшиску -- умереть, но не отходить. И они, конечно, умрут. Наши бойны по­заботятся об этом. А. КУЗНЕЦОВ, спец. корреспондент «Известий». ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФРОНТ, 9 декабря.

Перед

это бьют прямой наводкой противотанко­вые орудия. На левом фланге участка - гаубицы батареи, которой командует Прокопенко. Расчёты этой батареи -- гроза для вра­га. Прокопенко -- испытанный мастер по «обработке» передного края противника. Всем известно, что однажды его батарея за одиц лишь дешь разрушила два враже­ских дзота, разнесла два окопа с ручным пулемётом и автоматчиками, рассеяла и частью уничтожила до роты гитлеровцев. Ближе к центру -- батарея старшего лейтенанта Камеко. Камеко бело­русс, и здесь, под Сталинградом, метит он врагу за разрушенные города и сёла своей родины. Про него могут рассказать, как под огонь его батарен попало круп­ное подразделение гитлеровцев. Попало и - перестало существовать, настолько плотным и губительным оказался огонь, Отличным артиллеристом слывёт и командир батареи лейтенант Булич -- ро­дом из Украины. Его батарея - в самом центре, За небольшой срок боевой счёт­батареи достиг солидной цифры: артилле-

Наблюдательный пункт командира ди­визионной артиллерии-на вершине боль­шого кургана. Отсюда на все четыре сто­минные поля. Раннее утро. Яростный ветер летит над степью, срывает с вершин балок и бугров ещё не успевший слежаться снег, гошит его в низины, в лощины. Холодные, роны широкое поле обзора. А в стереотру­бу отчётливо видны дороги, которые начи­наются по ту сторону Дона, за 15 -- 17 километров. Дороги извилистой белой лентой поднимаются кверху, исчезают за линией горизонта, теряются в серой мороз­ной дымке. Передний край расположен в этом ме­сте перед самым Доном. Здесь держат нем­цы свои оборонительные сооружения и по ночам пользуются единственной в этом месте тщательно замаскированной речной переправой. Днём на немецкой стороне, куда ни кинешь взор, ни единой живой души: гитлеровцы ушли глубоко в землю, оконались в блиндажах, дотах и дзотах, покрыли пространство перед своей линией путаницей колючей проволоки, создали

снежные тучи стелются чуть ли не по ристы разрушили четыре пункта, шесть стрелковых опопов с пе­хотой, подавили пять станковых пулемё­тов, рассеяли и частично отлравили к праотцам около трёх взводов гитлеровцев. Немного левео орудия, которыми командует старший лейтенант Мишустин. Храбрость старшого лейтенанта безгранич­на. Его наблюдательный пункт под са­мым носом у врага. И сейчас Мишустин на своём посту внимательно следит за всем, что происходит у врага в каких­нибудь 600-700 метрах от его передне­го края. И можно без труда догадаться о том, в каком кольце миномётного и ар­тиллерийского огня находится сейчас на­блюдательный пупкт Мишустина. Но зато завтра вы сумсете, как всегда, порадо­ваться за успехи этой отличной бата­рел: орудия здесь бьют почти без про­маха! Нарастает артиллерийский гром. За пе­редним красм сплошная стена раз­рывов, Но вот в музыку батарей вры­ваются какие-то посторонние звуки. Звуки эти возникают где-то в тылу, по­зади позиций, Они становятся всё слыш­нее, всё громче. Штурмовики! В два эше­лона летят боевые машины, Опи спу­скаются совсем низко и, чуть ли не ка­саясь земли, с рёвом проносятся над рас­положением врага. И Подполковник Павлов потираст руки. не потому, что руки озябли на студё­ном ветру. это его привычный жест, ко­гда отлично складывается работа. Молодцы лётчики! - не выдержн­вает он и, улыбаясь, смотрит на небо, на возвращающиеся домой штурмовики. До атаки остаются считанные минуты, Но гитлеровцев ожидает новый сокруши­тельный удар, Внезапно с левого фланга послышался громкий переливчалый рокот, словно с огромной высоты на землю устре­мился водопад. Это «заиграла» любимица наших фронтовиков дальнобойная артилле­рия, Четырежды повторили дальнобойные орудия свой мотив, и четырежды яростные взрывы потрясли передний край врага, Стрелки приближались к урочному ча­су - часу, когда должна была поднять­ся пехота. И назначенный час пришел. Он родился в огне, в дыму, в громе. Ему предшествовала могучая увертюра, кото­рую отлично исполнили артиллеристы. Левее, лощиной, на полном ходу двину­лись вперёд танки. Батарои перенесли огонь в глубь обороны противника, Захле­бываясь, ворвались в музыку боя пулеме­ты, и рассыпалась, ставшая безумолчной, ружейная стрельба. Атака началась! A. НЕДЗЕЛЬСКИЙ, спец. корреспондент «Известий». советских военнопленных нашёл на дороге что-то седобное. Это заметили немцы, Нас построили в шеренги. Комендант лагеря швырнул в строй гра­нату. Несколько десятков человек были убиты и рашены, Бывало, что охранники швырнут за ограду кусок хлеба, а когда на него накинутся голодные люди, -- бро­сят в толпу гранату. земле. Из туч порой спускаются до са­мой земли рваные полосы, и тогда кру­тятся снежные вихри, закрывают очер­тания холмов. Отвратительная для артиллеристов по­года! И миномётчики также клянут всё на свете. Попробуй обнаружь в таких условиях «кочующие» орудия врага! Да корректировать огонь невозможно, не говоря уже о засечке новых огневых то­чек. Но, чем ближе стрелки часов к полудню, тем больше прояснялись небо и лица артиллеристов. Сама природа, казалось, приурочивала свое­временное начало того, что уже давно продумано, рассчитано, выверено, начало подготовки намеченной на 12 ча­сов атаки. Ровно в десять ноль-ноль должны были полным голосом заговорать всо батареи. Артиллерийский огонь недаром сравни­вают с музыкой. Музыка артиллерии так­же не выпосит фальши, Фальшь злесь мо­жет быть роковой, Фальшь ＿ это дерелй ты, недолёты. Чтобы дружно и согласован­но действовал огромнейший, разнокалибер­ный оркестр батарей, существует наблюда­д тельный пункт и на нем наблюдатель-кор­ректировщик. Корректировщик напоминает дирижёра. Только вруках его не палочка, а телефонная трубка, и голос его разно­сят провода, натянутые на колышки, а то и просто тянущиеся по всем направ­лениям по земле. Начальник артиллерии дивизии поднол­ковник Павлов встал у стереотрубы, Под­полковник - старый артиллерист. В 1915 году он был канониром. В третий раз в жизни Павлова стоят перед ним немцы. вот бывший канонир отрыви­стой фразой: «Больше огня!» приступает к управлению всем тем огневым «хозяй­ством», которое собрало здесь в могучий кулак и задача которого -- нанести со­крушительный удар по врагу, взломать его оборону, обрушиться на тылы. Всё это в свою очередь подчинено одному -- про­нашей наступающей пехоте. ложить путь Проходят короткие минуты, и обрыви­стая фраза -- приказ подполковника - всеми услышана, всеми принята, Степь задымилась клубали разрывов, заблесте­ла вспышками огня Задрожал воздух, слов­но разнесся отголосок могучего горного обвала. По всему переднему краю взды­бились чёрные столбы. Столбы ширятся, клубясь, ветер несёт их в сторону, и вот уже образовалась плотная, почти непрони­цаемая, вся в движении, стена. палавастся, хают тж лые пушки и гаубицы, с оглушительным  облака мины, и где-то с переднего края  доносятся сухие, как треск, залпы, Гитлеровцы истребляют ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 9 декабря. (Спецкор TАСС). Из фашистского плена вырвался красноармеец Бергенов. Он рассказывает о чудовищных издеватель­ствах гитлеровцев над военнопленными. Лагерь расположен неподалеку от Варшавы. Ежедневно там от голода уми­Грают несколько человек. Однажды пленный

h

18 

HI J H IT

C

BC

Удары по резервам противника

На одной из прифровтовых станций эшелон, Коменлант убийца советские штурмовики атаковали состоявший из 6 вагонов с солдатами и 41 платформы с танками и орудиями. Прямыми попаданиями были разбиты 8 платформ с танками. Отмечены попада­ния и в вагоны с пехотой. Часть солдат уничтожена, остальные рассеяны.

ПЕНТРАЛЬНЫЙ ФРОНТ, 9 декабря. (Спецкор ТАСС), Чтобы приостановить ак­тивные тействия советских войск, немцы о подбрасывают к фронту резервы. Однако некоторые пополнения противника понесли серьёзные потери ещё до того, как они были введены в бой. нервы немного пошатнулись что ска­жешь, сразу вспыхнет. Это всё война отражается. Да вот и Саша. В землянку вошёл высокий, стройный парнишка с веснущатым лицом, с ласко­выми карими глазами, Это и был извест­ный во всей дивизии снайпер Александр Карпенко. На плече - винтовка, Её по особому его.виитовка не по особожу заказу сделали тульские оружейники и подарили командующему армией за раз­гром немцев под Тулой. Летом этого командарм свое личное оружие вру­чял лучшему в то время снайперу - Камарецкому. Мария Ивановна услыхала про эту винтовку. В то время она жила почти одна в совершенно разрушенном фронтовом городке. С каждым днём от бомбежек и обстрела городок разрушался всё более, целых домов почти не оста­лось, жители уходили в тыл, а Мария Ивановна жила в маленьком, пошатнув­шемся домишке, рискуя собой, лишь бы быть поближе к своему Саше. да увидела винтовку туляков у Камарец­кого, при всех сказала сыпу: Часто её можно было видеть на перет­нем крае, Ее знают и любят бойцы всего полка. К ней привыкли, как к родной матери. Мария Ивановна не хуже коман­дира полка ведёт снайперский счёт. Ког­Ты убил 75 немцев, этого мало. Убей вдвое больше и получи эту вин­товку. в Целыми днями Саша просиживал в засаде. Однажды он одной пулей убил двух офицеров В другой раз под ряд снял трёх солдат, убил мотоциклиста Послед­няя его работа расстрел целого орудийного расчёта немцев, Находясь в засаде, Саша Карпенко с товарищами за­метили, что немцы выкатили орудие на открытую позицию. Девятнадцатилетний снайнер сня, командира орудия Его о­варищ сейчас же убил наводчикa. Так течение пескольких минут уничтожили весь расчёт. Материнский наказ сын выполнил. Он

Сердце матери забыли? Полковник резко затормозил машину. Эй, гражданочка, вы что здесь По голому снежному полю проворно шла легко одетая женщина. В лощине, где когда-то стояла деревня Филькины Выселки, был наш передний край. Здесь же на этой бугровине местность хорошо просматривалась противником, и немцы иногда открывали огонь даже по одиночкам. - Застрелят ведь. Вы что здесь хо­дите? строго крикнул командир. Неизвестная приближалась, и теперь уже можно было её рассмотреть, Это была пожилая женщина, одетая в ватную чер­ную кофту. На голове серый шерстяной платок. На лбу, на щеках и у плотно ожатых губ легли глубокие складки. Мо­роз посеребрил и без того посеребрённые жизнью волосы, выбивавшиеся из-под платка. Ах, это вы, Мартя ну, идите. Придётся вам подождать до утра. Утром увидитесь… Мы поехали дальше. Летом здесь были видны хоть останки русских деревень, сейчас же и эти обугленные места зане­сены снегом. Только кое-где над белыми холмами торчат одинокие облезлые трубы. Когда машина взяла подём и пошла вниз, полковник, не отрывая рук руля, закурил и сказал: - Это Карпенко. Не олыхали? Устремив свой взгляд неподвижно впе­рёд, он продолжал, чуть морщась от дыма. - В восемчадцать лет у человека всё впереди, вся личная жизнь - любовь, брак, семья, словом, всё будущее, В та­кие годы даже потеря близкого челове­ка, как бы она тяжела ни была, перо­носится легче и скоро заполнится жизнью. Да… А вот в её годы иное дело. Представьте себе совершенно одинокую Ивановна! Ну, женщину всё лучшее уже унесено

Это был роковой предел. Сердце матери теперь узнало, где спасение её сына. Он пропадал где-то целый день. Вся нет. Нет его, ущёл давно и неизвестно куда. - Ты партизанка, коммунистка. -Да, я коммунистка, убейте меня, Но сына я вам не отдам. Проклятые, проклятые! Тяжелый удар в грудь, топот кованых сапог, брань солдат. …И вот теперь, через несколько дней после встречи у Филькиных Выселок мы находимся с Марией Ивановной Кар­ненко на переднем крае. Мы не одпи. В улица была запружена огромными не­мецкими грузовиками. Транспорты про­стояли ночь, и ее сын Саша Карпен­ко прищел домой лишь под упро Бледный, взволнованный, в одежде, про­пахшей бензлном. нать полил и оставшееся время до утра стерегла Она знала, что они придут. И немпы пришли. Матка, где пан? Открывай малка кагода Мария Ивановна медлила. Она знала, что каждая винута прожеления про ей смертью. Но нужно было выиграть время. Саша быстро вылез через слухо­вое окно, махнул через забор и бросился в пустырь, к реке. Дверь вылетела. -Где пан? Теперь Мария Ивановна поняла всё, о чем смутно дотальвалась ральше, почью из всех машин чьи-то руки выпустили бензин. Целый эшелон грузовиков стоял теперь без горючего. Но она теперь не осуждала сына, не удерживала, не боя­лась за него. Так надо. Путь спасения ия ее сына - путь борьбы. Жгите дом, убейте меня, а сына землянке собрались лучшие снайперы полка. Мария Ивановна говорит негром­ко, по проникновенно, так, что каждое слово западает куда-то глубоко в сердце, -Первое время я беспоконлась, по­тому что он молодой и неопытный. Сей­час он стал мужественнее, серьёзнее,

ков теперь досталась ему, как лучшему снайперу полка.

Часто, придя на передний край, мать не застает сына. Он в засаде. И только когда стемнеет, сын приходит к ней. Вот и сейчас он вошел и почтительно стал в углу, прислушиваясь к беседе матери с его товарищами. Тихо в землянке. Любит парно Дваловну, и, вероятно, гл глядя на неё, каждый вспоминает свою мать, оставшуюся где-то далеко в Будьте смелыми, -- говорит Мария Ивановна. -- Нас могут убить всех, если тылу. ему поно­нуть, то придется перенести и это, не­смотря на то, что он у меня один. Боль­ше у меня нет никого на свете. Мать старается незаметно для бойцов смахнуть выступившие слёзы. -На таком посту погибнуть не один мой сын, а погибают людей, Погибнуть, как герою, рёд на врага, не страшню. будет гордиться таким мальчиком. Смерть всюду витает в этих местах. Она грохочет во вражеском снаряде, сви­коварной стит горячей пулей, летит в мине, Но смело глядит в

И чем больше думала над этим Мария Ивановна, тем больше злобы против нем­цев накапливалось в ней. Кто сжёг го­род? Немцы. Кто убил Колю Кускова? Немцы, Кто повесил Рубатова? Немцы, Чья кровавая рука тянется к её нежно­му, молодому сыну? Немце. Как-то морозным утром в дверь по­стучали. … Матка, где пан? На порого стоял закутанный в барахло немец. Мать легко поняла, чего требо­вал он, - -её сына, Им нужеч был про­водник. Она хорошо знала судьбу всех «проводников». Она убеждала немца, что ребёнок ещё мал, дорог не знает, заблу­дится. Она готова была жертвовать со­бою, другими, но спасти сына. - Пойщите в других домах, там есть взрослые мужчины… Я нойду, если нуж­временем. Во всём мире у неё никого нет, а впереди старость. И вот у тако­го одинокого человека есть единственное утешение её отрада, надежда и счастье - молодой, красивый и нежный сынишка. Как же он ей дорог, этот един­ственный сын! Когда немцы входили в Белёв, сын сказал матери, что уйдёт к партизанам. Не надо, не надо, сынок, Ты ещё мал да и без тебя найдутся люди. Ты подрасти, поживи, узнай свет. У неё было единственное желание … спасти сына, уберечь его, сохранить пе­лым и невредимым. По ночам стерегла его, боялась, как бы тайком от неё он не осуществил своего замысла. А в серд­це, где-то глубоко в крови уже родилось новое чувство. Город сожгли, кругом ви­селицы, Колю Кускова товарища её сына немцы застрелили, повесили Васю Рубатова, Скоро мой сын… но, но только не трожьте сына. На утро труп «проводника» - соседа нашли на большой дороге. Оторваны уши,

может Задание было выполнено ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, 9 декабря. (Спецкор ТАСС). Сторожевой корабль командованием старшего дейтенанта Ро-

правде войны Мария Ивановна - Мне пора, Саша. -Мама, на дворе ночь, пурга. Нет, Саша, пора. Ребятам нужно рано подать завтрак. глаза суровой Теперь и Мария Ивановна служит в Красной Армии - рядом с сыном. Она­повар в одном из подразделений. Двое идут по спежному тёмному полю. Потом Саша останавливается, провожает мать долгим взглядом, пока не затихнут её шаги, пока не скроется её фигурка за дальним холмом. И, поправив винтовку, он поворачивается и идёт привычной уве­ренной походкой к переднему краю - навстречу опаспости, навстречу жестокой борьбе с заклятым врагом. A. БУЛГАКОВ, спец. корреспондент «Известий». ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. дионова следовал к месту назначения. Карпенко. Внезацно на него налетели 12 вражеских самолётов. Они заходили с разных сторон. Краснофлотцы заняли места у боевых завтра постов. Зенитчики открыли заградитель­шла с боевого курса, часть сбросила бом­ный огонь, Часть вражеских машин со­бы куда попало. Сделав ещё один боевой разврот, са­молёты вновь начали бомбить корабль. На этот раз бомбы разрывались совсек близко. Палубу засыпали осколки. Родно­нов, умело маневрируя, выводил корабль из-под обстрела, а старпына первой с тьи Льсинов прямым понаданием снара­да зажёт немецкий бомбардировщик. вы­стро терия высоту, вражеская маш упала в море. Вскоре была подбита вторая. Сбросив бомбы мимо целя, остальные самолёты протившика удалились. Сторо­жевой корабль пришел к мосту назпачения своевременно, выполнив босвое задание.

разбитое лицо, окоченевшие конечности. хотя ему ещё нет девятнадцати, Только убил уже 160 фашистов. Винтовка туля-