G СЕНТАБРЯ 1944 г., № 214 (9671)

ПРАВДА





К советско-финским отношениям 1. В ночь на 4 сентября Финское Правительство сделало заявление по радио, в выдвинутое Советским Правительством котором сообщило, что Финляндия приняла

предварительное условие о разрыве отношений с Германией и о выводе германских войск из Финляндии не позднее 15 сентября. 2. Одновременно с заявлением Финского Правительства о принятии советского Главнокомандование обявило о прекра­предварительного условия, финское военное

щении военных действий на всем участке расположения финских войск с 8 часов утра 4 сентября.

3. В связи с принятием Финским Правительством предварительного условия Со­ветского Правительства, Совстское Верховное Командование приказало прекратить во­снные действия на участке расположения финских войск с 8 часов утра 5 сентября. доне. ли то НЬЮ-ПОРК, 3 сентября. (ТАСС). Пред­седатель польской секции международного рабочего ордена Геберт осуждает предло­жения Миколайчика, как нереалистичные и направленные против единства Польши и Об единённых наций. Геберт предсказывает, что Польский Комитет Национального Ос­вобождения не примет этих предложений. По мнению Геберта, предложения Миколай­чика следовало бы направить в Люблин, а не в Москву, поскольку «эта проблема яв­ляется не столько польско-советской, сколь­ко проблемой, касающейся самих поляков». Кроме того, пишет далее Геберт, эти пред­ложения нереалистичны, ибо они сделаны на основе отношений, существовавших до вой­ны, и не отражают характера новой Польши, возникающей в результате борьбы против Германии. Новая Польша обединяет всe патриотические силы вокруг Польского Ко­митета Национального Освобождения, поль­зующегося помощью тех групп, на поддерж­ку которых претендуют эмигранты в Лон­Геберт высмеивает предложение о том, чтобы 20% правительственных постов бы­отданы тем, кто сражается в Польше, в время как эмигранты удержали бы 80%. «Большинство правительственных постов, - заявляет Геберт,--должно быть заполнено теми, кто жил и сражался в самой Польше. Предложение Миколайчика сохранить по­луфашистскую конституцию 1935 года, ра­зумеется, является неприемлемым». Геберт осуждает Миколайчика за под­держку преждевременного восстания в Варшаве. Геберт цитирует переданное агентством Рейтер заявление польского вице-маршала авиации Изыцкого, харак­теризующего возстание как преждевре­теля подпольного движения Долота в ан тисоветской газете «Новы свят». Автор этой статьи обвиняет эмигрантское прави­тельство в том, что оно совершило ошиб­ку, приказав поднять восстание ради де­шевой политики. Геберт заявляет, что вос­*   Примечание ТАСС. В публикуемом выше сообщении о выступлении г. Геберта по по­воду «предложений Миколайчика» речь идет о документе, с которым польское эмигрант­ское прарительство обратилось на-днях к Советскому Правительству и к Польскому Комитету Нациочального Освобождения, из­ложив в нем свои взгляды на реорганизацию

Польский деятель в США о предложениях Миколайчика   стание является не только ошибочным, но даже преступным, ибо оно повлекло за собой бесполезную гибель десятков тысяч людей, героически сражающихся с нем­цами. «В действительности, пишет Геберт, эмигранты не заинтересованы в том, чтобы выгнать немцев из Варшавы, а хотят лишьсо­здать такое положение, которое дало бы им возможность кричать о том, что Красная Ар­мия не помогает освобождению Варшавы Мы приветствуем героизм населения Варшавы. Однако Варшаву можно освободить лишь си­лами Красной Армии совместно с польской армией… Несомненно, польская нация при­влечет к ответственности тех, кто виновен в преждевременном восстании». Далее Геберт пишет, что призыв Миколай­чика к США и Англии о поддержке «являет­ся старой политической игрой эмигрантской группы в Лондоне, пытающейся вбить клин между союзниками, Такая политика само­убийственна для Польши. Будущая безопас­ность и независимость Польши зависят от политики сотрудничества с Советским Сою­зом и дружбы с США и Англией. Миколай­чик прибегает к таким уловкам, ибо он не может больше рассчитывать, что его позиция будет поддержана в Польше. Он не будет иметь успеха в США и Англии». Геберт хвалит Комитет Национального Освобождения за то, что последний велико душно предложил Миколайчику занять пост премьера и предоставил ещё три правитель­ственных поста лондонским полякам и за осуждение конституции 1935 г. «Это свиде­тельствует о том, что Комитет Освобожде­ния преследует политику национального единства и придерживается принципа само­определения, содержащегося в Атлантиче ской хартии. Предложения Миколайчика не способствуют осуществлению того, что не­обходимо для национального единства Поль ши и единства Обединённых наций. Его предложения явно направлены против таких целей». * польского правительства и оставив при этом в основе предполагаемой реорганизации ан­тидемократическую польскую конституцию 1935 г. Этот документ Советское Правитель­ство направило Польскому Комитету Нацио­нального Освобождения, так как затронутые в этом документе вопросы могут быть реше­ны лишь самими поляками.

В Румынии, 1. Советские корабли у причала

в порту Констанца, 2. Юго-восточнее Бухареста. Советские самоходные пушки выходят из укрытия.

Фото военных корреспондентов «Правды» П. Синцова и Я. Рюмкина.

На румынском берегу (От воснных корреспондентов «Правды») Мы летели в Констанцу. Летающая лод­кз, напоминающая внутренними переборка­подводную лодку, роняла на серую бле­сящую поверхность моря крылья тени, Со­всем недавно экипаж этого воздушного ко­рабля сбил три немецких самолета. Констанца появилась как-то сразу. Во­круг города густая сеть полевых укрепле­нй: траншеи, рвы, огневые точки… Вог игидродром. Он расположен на озерке близ грода, У берега стоит несколько румын­ских самолетов старой конструкции, в ка­мышевых зарослях еще несколько таких же машин. Мы вошли в помещение гидропорта. Ру­мынские летчики в широкополых фураж­ках встают и приветствуют советских офицеров. На стенах - портроты уби­ых за время войны румынских летчи­ив; фотографий для одной части довольно   много. По порту прогуливаются румынские  мряки-офицеры. Они -- в белых брюках, солотыми парадными кортиками, в таких как у летчиков, широкополых, напо­бие зонтиков, фуражках. Румынские сол­аы и матросы одеты свободнее, много бо­сых; они энергично помогают нашим крас­пофлотцам в разгрузке. До войны через Констанцу шла крупная корская торговля Румынии. В результате авантюристической политики Антонеску и еклики порт, как торговый центр, замер. Естинными хозяевами здесь стали немцы в Констанце базировались немецкие подвод­ные лодки, катера, десантные суда, транс­прты. Немцы прибрали к рукам и мастер­ские, заняли все крупные здания, окружи­л территорию порта колючей проволокой, а жилые дома превратили в крепости. На Констанцу базировались и итальянцы, дер­жавшие здесь флотилию подводных лодок. После выхода Италии из войны лодки ос­лись немцам, продолжая (с немецкими кмандами, под фашистским флагом) свои пиратские действия против советских бере­гов, против советского мореплавания. Сейчас в порту рядом с румынскими су­дми стоят наши боевые корабли. Многие изних участвовали в лесантных операциях в Новороссийске, в Керчи, сражались за Крым. Они отважно действовали на комму­нкациях, пуская на дно вражеские ко­рбли, Румыны рассказывают, что крым­Поиск в ская авантюра обошлась Румынии очень дорого. Она потеряла десятки кораблей. Вот у причала стоит румынский транспорт. Он тоже ходил в Севастополь, В те дни его палуба была до отказа насыщена зенитны­ми пушками и крупнокалиберными пулеме­тами, Считалось, что транспорт создаст непреодолимую завесу огня. Тем не менее корабль был атакован нашими самолетами, сильно поврежден, и лишь случайность спа­сла его от потопления. В южной части порта видны следы на­ших бомбардировок до взятия Констанцы. Мы осмотрели бассейн, в котором точными ударами с воздуха были потоплены две из трех находившихся здесь подводных лодок; третью, сильно певрежденную, немцы уве­ли. Кроме того, наши летчики во время налета сожгли вражеский транспорт, стояв­ший в доке, и потопили несколько десант­ных судов. В городе много магазинов и лавок, но нет ни одного театра, ни одного концертного зала. Учебная сеть невелика: две мужских, две женских гимназии и специальное ком-земли. мерческое училище. Дома всюду каменные, современной, не замысловатой архитектуры. Пустыри на месте разрушенных бомбарди­ровками зданий. Трамваи, вывезенные сюда из Одессы вместе с рельсами и прочим оборудованием, ходят по главной улице города. Видеть эти вагоны так же неприятно, как шубу мате­ри на плечах чужого человека. Возле го­родского управления стоит пустой поста­мент памятника Овидию. Самый памятник городские власти спрятали, так как немцы конфисковывали все изделия из бронзы. Внимание советских людей останавлива­ют румынские солдаты, охраняющие лагерь немецких военнопленных. Таких лагерей в городе несколько. На улицах много народа. Когда сквозь город проходят моторизованные колонны наших войск, проходят на большой скорости, с песнями громкими и грозны­ми,- жители Констанцы становятся двумя шпалерами на тротуарах, и по их лицам легко судить о том сильном впечатлении, ко­торое производит на них это зрелище. B. КОЖЕВНИКОВ, И. ЗОЛИН. г. Констанца, 5 сентября. (По телеграфу). тыл врага

Сыновья казака Чевола (От корреспондента «Правды») Ивановну, нет ли весточек от сынов, она ствечает: сообщает в приказах… А мне о них сам товарищ Сталин ста-Дрм орденом, и медалью Воарого зака Чевола за их героические подвиги! А не­давно в станицу пришло письмо от гвардии полковника Никифора Чевола: «Дорогие земляки, хочу рассказать вам немного о том, как бьется с врагом моя гвардейская часть, награжденная срденами Леница и Красного Знамени. Около города Белая Церковь против нас пошло 140 танков. За 15 минут наши отваж­ные бронебойщики подожгли 48 из них, остальные повернули назад. В районе Тарнополя 130 немецких танков хотели устроить нам «клещи». Стойко би­лись наши гвардейцы 42 танка было уничто­жено, остальные в панике отступили. За три с лишним года войны наша гвардейская часть уничтожила более 500 немецких танков. Советское правительство высоко оценило мои скромные заслуги в борьбе с врагом Я награжден двумя орденами Ленина, орде­ном Красного Знамени орденом Богланя Амельницкого, орденом Отечественной вой­ны 1 степени, медалью «За отвагу», медалью логе». «За оборону Сталинграда», а 1 июля, как вы знаете, мне присвоено высокое звание Героя Советского Союза. Наша гвардейская часть снова идет в бой, чтобы добить врага в его собственной бер­Если бы довелось дожить старому казаку Чевола до наших дней, как бы порадовалось его сердце! г. Грозный. Ал. ШМОНИН. Старый казак Дмитрий Антонович Чевола служил батарейцем в старой армии. Дове­лось ему сражаться под Мукденом в япон­скую войну и участвовать в Брусиловском прорыве, Был он храбрым и в родную ницу Петропавловскую, возле Грозного, вернулся с фронта в чине унтер-офицера и полным георгиевским кавалером. У казака Чевола росли пять сыновей. Дмитрий Антонович умер задолго до того дня, когда немецкие фашисты напали на совстскую страну. Молодых казаков на фронт провожала их мать Анастасия Ива­новна. Она человек доброй души. Но к Гитлеру и немцам у нее большая нена­висть. Жила Анастасия Ивановна счастливо, окруженная сыновьями, снохами и внуками. Сын Василий учительствовал в станичной шаколе, другой сын­Павел был директором МТС, Александр и Никифор работали в колхозе, а Михаил готовился стать офи­цером. И вдруг фашисты нарушили спокой­ствие ее семьи, спокойствие всей родной Ушли сыны на фронт, по стопам отца - в артиллерию. В доме старой казачки посе­лились ее снохи и 15 внуков и внучек. За­жили дружно, всемерно помогая фронту. На разных фронтах дрались дети казака на Северном Кавказе, под Сталинградом, в Донбассе, у Курска. Шли месяцы и годы войны, и вместе с ними мужали, закалялись, приобретали военный опыт казаки Чевола. Никисор и Михаил стали гвардии полков­никами, Александр­майором, Василий и Павел - капитанами. Когда началось великое наступление Красной Армии на запад, в приказах Вер­ховного Главнокомандующего замелькали имена братьев Чевола. Когда станичники спрашивают Анастасию







Бои в

Югославии

вагонов с боеприпасами и 30 цистерн с бензином. В Черногории и Санджаке югославские ча­сти перешли в контрнаступление и заняли города Беране, Шавник и Андриевица. Немцы отступают к Плевле. Истреблено более 300 немцев. Уничтожено 9 грузови­ков. В Западной Боснии части народно-осво­бодительной армии освободили Дрвар и преследуют отступающего противника в направлении Петроваца. На линии Нови -- Костайница пущен под откос поезд с тан­ками и автомашинами. B Хорватии разгромлена вражеская ко­лонна в районе Огулина На линии Карло­вац -- Загреб взорван на мине бронепоезд. В Воеводине занят вражеский опорный пункт в районе Велика Кикинда. В Слове­нни наступающие югославские части заня­ли вражеские опорные пункты Рибница и Свети Ловренц, перерезав железнодорож­ную линию Марибор --- Целовац.

ЖЕНЕВА, 5 сентября (ТАСС). Как пе­редают из Югославии, верховный штаб на­родно-освободительной армии сообщает, что в Сербии продолжаются успешные наступа­тельные операции на всех участках фрон­та. Югославские части заняли город Дуб, к северо-западу от Ужице. В секторе Ко­парница разгромлены четнические части, пытавшиеся пробиться на освобождённую территорию в целях прикрытия немецко­болгарских войск, Четники потеряли 886 человек убитыми и ранеными и 87 плен­ными. Близ Больеваца и Байна Башла истреблено 230 немцев и четников и взято в плен 52 человека. Восточнее Ужице ча­сти народно-освободительной армии достиг­ли города Пожега. В Македонии на шоссе Прилеп - Кава­дар разгромлена немецкая моторизованная колонна. Уничтожено 11 грузовиков и 17 мотоциклов. Противник понёс большие по­тери На железнодорожной линии Скоп­ле Ниш разрушены станции Прошево и Табановац. Уничтожено 3 паровоза, 20

Советские самолеты над рекой Нарев Особенно большой урон потерпели немцы при отходе на западный берег реки Нарев. Две переправы, наведенные ими одна за другой, были немедленно же разбиты на­шими штурмовиками. Когда противник на­чал наводить третью переправу, наши лет­чики дали ему возможность закончить эту работу, А потом, когда у реки скопились сотни немецких автомашин с пехотой и бое­припасами и много артиллерии, над ними появились «Пльюшины». Меткими бомбово­штурмовыми ударами переправа была сразу же разбита, и возле нее образовался затор из отступавших неприятельских частей. Пытаясь спастись, многие гитлеровцы бро­сались вплавь через реку, но штурмовики расстреливали их с бреющего полета. ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 5 сентября. (Воен корр. «Правды»). На одном участке фронта сильно укрепленный рубеж немцев мешал продвижению наших войск, Командо­вание решило покончить с этим препят­ствием. После артиллерийского обстрела в воздухе появились «Петляковы», сопровож­даемые «Яковлевыми» и «Лавочкиными». Немцы стали принимать срочные меры для прикрытия угрожаемого участка артил­лерией. Но вслед за «Петляковыми» двину­лись волнами грозные «ИЛы». В течение двух часов штурмовики проводили обработку переднего края немцев. После этого двину­лась вперед наша пехота. Противник, уже деморализованный мощными ударами с воз­духа, начал отходить, бросая своих раненых.

Поиск продолжался 6 дней. За это время наше подразделение уничтожило сотни нем­цев, совершило налёт на два гарнизона, от­било несколько атак противника. Пехотин­цы уничтожали вражеские машины, напа­дали на огневые позиции, корректировали огонь наших артиллеристов, помогли дру­гим советским подразделениям отбить у противника несколько высот и населённых пунктов.

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 4 сентября. (Спец. корр. ТАСС). Рейд начался ночью. Отряды автоматчиков, пулеметчиков и стрелков бесшумно перешли линию фронта врайоне леса, Люди ползли по тропинкам, между болот и рвов. Немцы не предпола­гали, что через эти непроходимые места сможет пройти целое подразделение, и охраняли этот участок слабее других. 

Массовое убийство немцами итальянских пещерах заложников в Ардеатинских

с победой и без потерь в Констанцу. Мы сделали это. Моряки слов на ветер не ки­дают. Нынче перед народом, перед товарищем Сталиным мы клянемся выполнять все боевые приказы еще лучше, чем делали до сих пор. Тесно прижавшись друг к другу, слу­шали его моряки, запюлнившие всю залу ресторана. Моряки сидели в своих пест­рых камуфляжных костюмах и бескозыр­ках, многие с автоматами в руках, Перед ними на эстраде стояло непобедимое их знамя­морской флаг на древке. Они во­дружали его на горящих домах Таганрога, Мариуноля, Николаева после яростных матросских штурмов с моря,- флаг, проне­сенный по болотам и плавням румынского побережья, флаг, перед которым читается уже пятый благодарственный приказ това­рища Сталина. А на другой стене зала, за спинами мо­рков, распластал свои плоские крылья немецкий орел, и колючие готические буквы кричали со стены: «Наша верность и на­на вера это наша честь и наша побе­да», немециий девиз, опрокинутый и ра­зоблаченный войной и самими немцами, Где немецкая честь и победа? Где верность их союзников и фашистская вера? Чести у немцев никогда не быле, а победа сме­тена напором русского нарота. Немецкий орел уже не держит свастики в горделивом полете над разоренными по­сто вцепил-к лями Европы и России, он просто вцепил­ся в нее, чтобы хоть за что-нибудь дер­жатьоя, и смотрит со стены маленькими испуганными глазками на спины русских моряков, на ленточки бескозырок. И то, что моряки презрительно сидели к орлу спи­ной, было некиим символом, и орел этот был конченный, и свастика пустым украшением, и готические слова­не име­ющими смысла и правды, и вся парадность пышной немецкой стены морского клуба была просто смешной, Реальной правдой была наша военная сила, наша пюбеда, Флотская честь и матросская верность советскому народу и товарищу Сталину и привали сюда моряков майора Катанова далеким и трудным путем по всему побе­режью­от Туапсе до Бонстанцы. чем иным, как не флотской честью и верно­стьо можно обяенить вой на косе север­нее Вилкова? Немецкая группировка была прижата сухопутными войсками к морю, и для врага оставался один путь к спасе­нию­через косу, отделяющую залив от

моря. Но сюда, на оконечность косы, но­чью высадились с катеров моряки майора Катанова. Корабли Героев Советского Сою­за Державина ина и Гнатенко и контр-адмирала Горшкова поддержали высадку флотским ОГОнЬком. Коса была перехвачена. Катановские мо­ряки приняли на себя удар немецких ты­сяч, отчаянно прорывавшихся через косу вв просторы румынской степи. Немцы осы­пали моряков счарядами и минами, пы­таясь опрокинуть этот внезапно возник­пии на пути заслон. по падали не ки, падали немцы под точным огнем моря­и ков-автоматчиков, под под ударами кинжалов моряков, бросавшихся им навстречу, под ог­нем с кораблей и катеров. Немцы падали ку­чами, как падали когда-то румыны в балоч­ках под Одессой. И когда к утру трупы лег­ли третьим слоем, немцы поняли, что через морской заслон не пройти, Тогда они побро­сали оружие - и моряки расступились про­пустили мимо себя парадом две тысячи плен­ных, дали им для охраны шестерых автомат­чиков и погнали в Одессу. Неумолчный голос мести живет в душах катановцев, Возмездие справедливое, гроз­нос в каждой их пуле. Тени погибших дру­зей были с ними в бою на косе Вилкова. Имя Цезаря Кунникова, погибшего в Станичке, имя лейтенанта Ольшанского, героя штурма ла мое Николаева, звучали в бою - и страшной местью за них был огонь моряков. И вот, пройдя за двое суток по горло в болоте и по двосла коленн во вражеской крови тяжелый путь, моряки вошля вместе с Черноморским фло­том в Констанцу, и чистое их знамя бело­голубое полотнище флотского флага - стоит в вестибюле отеля «Налас» пот почетной охраной, и каждый из моряков, начиная с самого майора катанова, проходя мимо фла­га, вытягивается в струнку и поворачивает к нему серьезное лицо и отдает честь, огла­шая румынский отель четким стуком строе­вого шага. Уходя, я прошел мимо него Так же знамя стояло у лифта, спалая легкими волнами складок, и синяя вода Черного моря пропита­край его полотнища. Гордость наполнила сердце, Мы в Констанце, в румынской флотской базе - и кто знает, где, в каком городе я увижу вновь это покрытое славойВ флотское знамя, флаг морской пехоты - символ мужества и верности советских моряков?… Констанца, 5 сентября, (По телеграфу). Леонид СОБОЛЕВ.

стичные сведения показывают, что в числе убитых много ни в чем не повинных лиц, включая малолетних детей, Многим заклю­чённым в качестве заложников к моменту расстрела не было пред явлено никакого судебного обвинения. Никто из них не при­нимал участия во взрыве бомбы на улице Раселла. Некоторые из них даже подлежа­ли освобождению из тюрьмы, поскольку об­винения, вызвавшие их арест, не подтверди­лись, Однако все они были расстреляны немцами. Жертвы отводились группами в конец пещерных проходов, где их и убивали вы­стрелом в голову, в большинстве слу­чаев в затылок. Эти убийства производи­лись эсэсовцами, которые предварительно сняли с себя все знаки различия. По пока­зачию одного очевидца, «оберштурмбан­фюрер» Капплер лично принимал участие в расстрелах, так как считал, что они идут недостаточно быстро, Через несколько дней после расстрела немцы взорвали проходы динамитом, чтобы скрыть трупы.

РИМ, 5 сентября. (ТАСС). Итальянские власти закончили расследование совершён­ного немцами 24 марта убийства более 320 итальянских заложников в Ардеатинских пещерах близ Рима. Специальная итальян­ская комиссия по расследованию, возглав­ляемая мэром Рима принцем Дориа, пред­ставила подробный отчёт о расстрелах и рекомендовала передать исчерпывающие сведения об этих фактах в комиссию Об­единённых наций по расследованию воен­ных преступлений с тем, чтобы виновные были преданы суду. B отчёте комиссии по расследованию моря-убийств в Ардеатинских пещерах говорит­ся, что в качестве репрессии за взрыв бомбы 23 марта на улице Раселла герман­ское командование, действовавшее по рас­поряжению фельдмаршала Кес Кессельринга, приказало расстрелять за каждого немца, убитого во время взрыва, 10 итальянцев. Де сих пор ещё не удалось составить полный список расстрелянных заложников, но ча-

Матросский марш корреспондепта «Правды») (От специального военного

дали на нее весовые слова сталинских по­бедных приказов: Новороссийск, Ростов, Таганрог, Севастополь, Одесса, Сулина, пока последний приказ--Констан­ца--не прижал чашку весов к последнему пределу. И на огромную высоту победы, гордого покоя и военной славы взлетела сейчас другая чашка весов, и развалины Туапсе сияют немеркнущей славой на той сторо­не Черного моря Ибо там, на Кавказе, у Новороссийска, Геленджика, Гуапсе, как и в других местах нашей Родины, рожда­лась в тяжких боях обороны черномор­ская победа. Она обошла кругом всё Черное море в боях по побережью, она пересекла Черное море в морских боях, и несколько дней назад румынские корабли подняли бе­лые флаги перед вошедшим в Констанцу русским флотом, перед нашими кораблями, перед морской пехотой, завершившей ог­ромный и славный путь в боях по побережью от Туапсе до Констанцы. Я нашел здесь, в Констанце, старых дру­зей по войне: моряков морской пехоты майора Федора Катанова, с которыми я бе­седовал в героические дни десанта в Ста­ничку в Новороссийске, питомцев бессмертного черноморского героя Цезаря Кунникова. Именно у них, у моряков майора Ката­вова, я и был в гостях в отеле «Палас» в румынском городе Констанца. Приказа­нием контр-адмирала героям улины, Туль­чи и Констанцы был дан короткий отдых в этом отеле на берегу моря отдых за­служенный и нужный. за два дня боев они прошли более шестидесяти километров по горло в липкой и грязной воде придунай­ских плавней. Я стоял на балконе и вспоминал ми­тинг наших моряков в Констанце. На нем были оглашены два приказа Верховного Главнокомандующего, посвященные взятию Сулины и Тульчи, взятию Констанцы. В этих приказах отмечались и боевые заслу­ги моряков майора Катанова. И в ушах у меня еще звучал голос елора катанова, сказавшего правдивые слова: - В Одессе мы поклялись, что прой­дем по трупам врагов в Сулину. И мы сде­лали это. В Суличе мы поклялись пройти

выл тихий лунный вечер, когда я вы­шел на балкон отеля «Палас» в Констанце. Велколенно и широко расстилалось впе­реди Черное море, с воздушной легкостью уодя вдаль на восток. Если бы человече­ский взор мог преодолеть эти восемьсот километров голубизны, то прямо перед со­йя увидел бы разрушенные и обуглен­ные дома Туапсе. Полтора года тому назад, втакую же тихую лунную ночь, я стоял на обломках туансинского мола и так же смотрел через Черное море на запад, сюда, на Констанцу. Большой военной судьбой связаны два эих города на Черном море. Оба они рас­положены на сорок четвертой параллели и н карте выглядят, как две чашки весов, поставленных на длинное коромысло, про­тнувшееся через все море. И как на вся­ких весах - когда одна чашка идет вниз, другая подымается вверх. Было время, когда Туансе был в страш­ной пропасти, граничащей с небытием. На рах, вплотную у города, красноармейцы иморяки едва сдерживали напор врага, и лько узенькая прибрежная полоска оста­валась в наших руках. Как высоко взлете­ла тогда другая чашка черноморских ве­Констанца! Одесщина была «Транс­нистрией», немцы с румынами дошли до наги, в Крыму они разводили огонь н паркете Пушкинского лома в Гурзуфе. ысячи веселых писем шли отсюда, из онстанцы, в тысячи заманчивых адре­в Симферополь, в Тагапрог, в Ро­в Новороссийск. Самые разнуздан­, самые сногсшибательные мечтанья, алось, уже осуществились, и слова «Ве­икая Румыния» не сходили с уст жите­лей этого города, расположенного прямо потив другого -- разрушенного бомбами, аженного, разваленного Туапсе, где олько катера и моряки были живыми в мертвенном его опустении… Но не всё еще было положено на весы ны Из глубин советской страны хлы­нули на врага неостановимым и всё уско­ающимся потоком русский металл, совет­ский вооруженный народ, сталинская воля к победе. И качнулись весы, и чашка Кон­станцы медленно, но неудержимо пошла низ. Всё тяжелее, всё пригнстающе па-



Избрание академика А.

Н. Крылова почётным

членом Английского научного общества Английское общество инженеров-корабле­«Лекции о приближенных волнечиях», «Тсо­рии корабля», «Вибрация корабля», ставшие настольными книгами для судостроителей. Вчера, 5 сентября, во Всесоюзном Об­ществе культурной связи с заграницей (ВОКС) состоялось торжественное вруче­ние академику А. Крылову диплома По­четного Члена Английского общества ин­женеров-кораблестроителей, При вручении присутствозали академики Капица, Фрум­кин, Соболев, инженер-вице-адмирал Иса­ченков, инженер-контр-адмирал Алексеев, Председатель Комитета по делам высшей школы при СНК СССР Кафтанов, Чрезвы­чайный и Полномочный Посол Великобри­тании в Сг-н Арчибальд Кларк Керр. лава военно-морской секции военной мис. сии Великобритании в СССР г-н Арчер, чины английского посольства в Москве. представители советской и иностранной прессы. На торжестве с приветственными речами выступили Председатель ВОКС В. С. Ке­менов, Посол Великобритании г-н А. Керр. Отвечая на приветствия, академик А. Кры­лов поделился своими воспоминаниями о выдающихся деятелях Лондонского Обще­ства инженеров-кораблестроителей. Акаде­мик П. Капица огласил приветственное письмо Академии Наук СССР А. Н. Кры­лову. строителей избрало своим почётным членом академика Алексея Николаевича Крылова. В течение 48 лет состоит членом этого об­щества академик Алексей Николаевич Кры­лов, которому в 1898 году присуждена бы­золотая медаль за доклад о «Теории ко­лебаний корабля на волнении», прочитанный им на годичном заседании общества. Это была шестая медаль за все время су­ществования общества и первая по счету медаль, которая присуждалась не-англича­нину. Герой Социалистического Труда академик А. Н. Крылов работает в области примене­ния математики к кораблестроительным нау­кам. Его классическая общая теория киле­вой качки корабля на волнении создала ему мировую известность. Научные интересы академика Крылова глубоки и многообраз­ны. Он является автором трудов «Об опре­делении орбит комет и планет по малому числу наблюдений», «Об измерении давле­ния в цилиндре орудийного компрессора» и т. д. 1916 году вышло первое, комментиро­ванное академиком Крыловым издание со­чинений Ньютона на русском языке, в его переводе. В течение своей многолетней пре­подавательской деятельности Крылов со­здал ряд классических учебных курсов.

B

уy-

Ca-

Вы

p)