СЕНТЯ B ШАНХАЛ оСентра рандира прайскио д лжоу, ВО в поронам СКИХ неско.

(7230)

264

1937

г.,

№:

СЕНТЯБРЯ

24

ПРАВДА



БЕЛОРУССКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА

МАНЕВРЫ

Джамбул

ВМЕСТО ОБЗОРА ПЕЧАТИ

Народный певец Казахстана, орденоносец

мощныЙ Стальскому ПАРАШЮТНЫЙ ДЕСАНТ Законы счастливые дали всем странам, Земле -- урожай, соловьям -- голоса. Пред родиной меркнут цветы Гюлистана, И старость и дряхлость бессильны пред ней. И разве не чудо: Джамбул с Сулейманом, Седея, поют год от года звучней? Орлами парят наши песни по странам, Плывут наши песни к орлу из орлов, Чья мысль необ ятна, как глубь океана, Чья сила кипуча, как мощь урагана, Чья воля властнее хребтов-великанов, Чье имя звенит, как легенда веков… Летят наши песни по сталинским странам, В них-- сердца биенье и пламя ума. Мы вольно и просто поем с Сулейманом­«Наш Сталин!» -- звучит нам припевом желанным, И мир расцветает пышнее тюльпана, И песня, вскипая, бушует сама… (По телефону от специального корреспондента «Правды») Между небольшими деревнями, утопаю­щими в садах, раскинулось поле, ровное, как Красная площадь. Еще недавно тут был колосистый хлеб. Поле покрыто свер­кающим жнивьем, Кое-где землю уже тро­нули колхозные плуги --- там она отливает черным бархатом. У багряной березовой рощи ообралась небольшая группа. Здесьнарком обороны маршал Советского Союза тов, Ворошилов, маршал Советского Союза тов. Буденный, командующий войсками Белорусского воен­ного округа командарм 1-го ранга тов. Бе­лов, зам. наркома обороны командарм 2-го ранга тов, Алкснис, член Военного совета округа армейский комиссар 2-го ранга тов. Мезис и другие. Собравшиеся время от вре­мени смотрят на север -- отсюда «восточ­ная» сторона маневрирующих войск шлет в тыл своему противнику многочисленный парашютный десант. Глухо доносится орудийная канонада с далеких учебных фронтов. Там сегодня ра­зыгрались новые бои, в которых участво­вали большие массы войск и современная боевая техника, Собственно говоря, едино­го фронта там сейчас нет. На севере плац­дарма «восточные» уже бросают в бой но­вые части, которые со вчерашнего дня спе­шат к месту сражения. На правом фланге северного участка «восточные» продол­жают упорно обороняться. На их левом фланге произошел встречный бой. «Запад­ные», узнав, что к месту боев с севера идут новые части противника, повернули навстречу огромные массы своих войск, в том числе высокоподвижные силы. На­чался жестокий бой пехотных частей, разыгралось небывалое сражение танков сухопутных броненосцев. Их сражение во многом напоминало бои морских эскадр. Здесь была та же развед ка легкими быстроходными машинами, то же искание наивыгоднейшего курса, такое же раскалывание строя противника и сосре­доточение удара по его отдельным частям. На южном участке продолжались бой конницы. Арена сражения растянулась на много километров, и отголоски его доносят­ся сюда, к мирному золотому полю. 16 часов 40 минут. Народный комиссар еще раз интересуется, каков ветер, какова его сила и направление. Тов. Алкснис до­кладывает, что сила ветра не превышает трех с небольшим баллов, все условия для высадки десанта благоприятны. - Да, -- соглашается нарком, -- и по­ле замечательное. Ровно в 17 часов послышался отдален­ный гул моторов. Это штурмовики «восточ­ной» стороны начали курсировать вокруг поля кольцом огромного радиуса. Они обес­печивали охрану своего десанта. В тот же момент под ажурными облаками, расцве­ченными заходящим солнцем, появился первый тяжелый корабль. Это был флаг­ман, ведущий громадную стаю таких же Алкснис. мощных кораблей. Эскадра торжественно плыла в воздухе. Все громче становился гул моторов. И когда флаг-штурман уви­дел выложенный на земле условный знак, с головного корабля сорвались первые белые точки. Высадка десанта началась. Это была картина сказочной красоты. C самолетов сыпались бесчисленные хлопья. Они увеличивались, росли на гла­зах, приближаясь к земле. Ветер гнал их к роще, где стоял нарком. А там, в воз­душном просторе, следующие эшелоны ко­раблей продолжали сбрасывать бойцов но­вого рода войск. Всего было сброшено 2.200 человек. Пристально следили наблюдающие с зе­мли за всей этой операцией. Замечались малейшие детали. Вот летит один из десантников, он еще не раскрыл парашюта. Бойца сразу заме­чают, за ним следят. Наконец, вспыхивает белый купол. Другой боец выбросился слишком рано. -Далеко его отнесет,замечает тов. Ворошилов. Нет, он сманеврирует,-говорит тов. И действительно, воздушный боец стал скользить на парашюте и опустился не­вдалеке. Спрыгнувших с последней группы самолетов ветер принес к самой роще. Один из парашютистов едва не угодил в автомо­биль. Поджав ноги, он благополучно мино­вал машину. - Ну, как, все в порядке?-крикнул Ну, как, все в … Все в порядке, товарищ Нарком, ответил возбужденный боец и бегом побе­жал к своему подразделению. Бегом соединяются группы, чтобы стре­мительно начать боевые действия. И бегом прибежал к народному комиссару обороны командир парашютного десанта майор Спи­рин с рапортом о составе десанта и пору­ченной боевой задаче. Тысячи бойцов, появившихся буквально с неба, начали свой грозный налет на ты­лы «западных» войск. Это были опытные парашютисты. Каждый из них совершил не менее 7 прыжков. Быстро захватывали они ближайшие деревни, завладели маши­нами противника и на них устремились к его переправам, когорые тот выстроил лишь позавчера. Поле опустело вновь, но сейчас оно бы­ло неузнаваемо. Нежные шелковистые ку­пола легли на него, как гигантские сне­жинки. Штурмовики на бреющем полете продолжали его охрану. Высоко в небе пели свою грозную песню истребители. Наблюдающие идут к машинам. Тов. Буденный вспоминает, как сам он несколь­ко лет назад прыгал с парашютом. Он шу­тит, рассказывая о своих впечатлениях, о прекрасном, бодром ощущении, которое он тогда испытал. И. ВОлоцКой. РАЙОН МАНЕВРОВ, 23 сентября.

ПОЛИТИЧЕСКИЕ БАНКРОТЫ

Ашуг Сулейман, Соловей Дагестана, Счастливые трели пролей на заре. Сулейману Прошли лихолетья тяжелых туманов, Глухой темноты и засилья зверей. Взгляни-ка! Тюльпаны цветут по куртанам. Мы звоном наполним тугую струну, Прославим бескрайний простор Совет­стана, Счастливых певцов золотую страну. Везде соловьиная песня желанна Не в клетках, - На свежих ветвях тополей В горах Дагестана, в садах Казахстана Поют соловьи с каждым днем веселей. Лучи разогнали покровы туманов, Над нами горят бирюзой небеса… То Ленин и Сталин --- земные титаны

Быкин строго-настрого запретил печа­тать эти письма в газете. Запретил потому, что услужливая редакция запросила, как быть. Такие порядки здесь существуют с давних времен Буржуазные национали­сты--фашистские шпионы, пролезшие в об­ком партии, ЦИК и Совнарком Башкирии, давно уже приручили редакцию, прибрали ее к рукам. Редактором был поставлен троц­кистский шпион Чистяков, его заместите­лем-перерождепец Утешев. Выполняя волю своих главарей, Чистя­ков подобрал себе в аппарат чужаков, про­ходимцев, карьеристов и врагов, способных на всякую подлость. Здесь нашли себе приют ярый контрреволюциюнер Недолин, проходимцы Сухачевский, Задорнов. Не мудрено, что газета из боевого партийного ортана превратилась в личный листок се­кретарей обюома и их семейки. А семейка подобралась дружная! Крущанская, жена секретаря обкома и горкома Быкина, работала его заместителем по горкому. Цыпнятова, жена заведую­щего сельхозотделом обкома, помощ­ник Быкина. Совхозным сектором обко­ма заведует сын кабардинского князя Абу­ков. Его жена---Булле заведует культпро­светотделом обкома. Жена Тагирова подви­залась в роли руководителя Истпарта, Же­на председателя Совнаркома Булашова устроилась инструктором в горкоме. Обязанности редактора «Красной Балки­рии» ныне исполняет Гужвенко. Жена его заведует рабселькоровским отделом редак­ции. Она же секретарь парткома. Вокруг этой семейки группируются троц­кистско-бухаринские отбросых националистические шпионы и перерожден­пы. В порядке распределения сил главари семейки отдали своим ставленникам на от­куп все 6 областных газет. Особенно они опекали газету «Красная Башкирия». Ни одна статья, ни одна рабселькоров­ская заметка не может быть напечатана в газете без санкции Быкина, Исанчурина или их доверенных помощников. Письма, в которых разоблачались враги народа, ре­дакция любезно направляла на заключение им самим или их попечителям. Редакция выполняла позорную роль агента распоя­савшихся буржуазных националистов. Когда из Ишимбаево поступила заметка, изобличающая заведующего промышленным отделом обкома, троцкистского шпиона Мар­нянского, вмешался Быкин и запретил на­печатать письмо. В апреле рабочие Дуванской МТС и кол­хозники написали в «Красную Башкирию», что разложившиеся районные руководители грабят МТС, расхищают социалистическую собственность. Быкин и Исанчурин засту­пились за вредителей, взяли их под защи­ту. Редакции приказано было молчать. Редакция долгое время культивировала угодничество, подавляя да­признаки подхалимство и же самые слабые критики. Быкин и Исанчурин неоднократно устраивали пьяные оргии, банкеты. По­пойки обошлись государству в десятки ты­сяч рублей. И после всего этого «Красная Башкирия» без зазрения совести реклами­рует добродетели «скромного» Быкина! Быкин, Исанчурин и их подручные ис­пользуют газету в своих враждебных це­лях. Когда шпион Чистяков провалился, сни послали в редакцию Гужвенко, который хо­дит перед ними на цыпочках. Почти в каждом номере газеты можно найти грубые опечатки, извращающие смысл. Кое-кто старается обяснить это «техническими неполадками». На самом де­ле «технические неполадки» - это только псевдоним вредительства, ибо кадры в «Красной Башкирии» засорены. Враги, засевшие в обкоме, позаботились об этом. Г. СОЛОДИЙ. Передано из Уфы по телеграфу.

Много речей было произнесено на пле­нуме Уфимского городского комитета пар­тии. Республиканская газета «Красная Башкирия» печатала выступления орато­ров без критических примечаний от редак­ЦИИ. Ни одной передовой статьи редакция но посвятила пленуму. Пусть, мол, сам чи­татель разберется, кто прав и кто виноват; кто правду говорит и кто следы заметает; кто уличает буржуазных националистов и кто их выгораживает. Некоторые речи пришлось печатать дважды «в виду неточности, допущенной в первой редакции». Что это были за неточности? Самые различные, вплоть до того, что редакцией «…не были указаны приведенные фак­ты троцкистской практики и враже­ской работы в белорецкой, уфим­ской, ишимбаевской и др. парторгани­зациях, о чем имелись сигналы и мимо которых прошел Обком ВКП(б)». За туманной фразой, признающей, что «не были указаны приведенные факты», скрывается попытка утаить от большеви­ков Башкирии гнилую практику Башкир­ского обкома, потворствовавшего врагам на­рода. Словом, из блокнота догадливого кор­респондента странным образом исчезло именно то, что секретари обкома не же­лали видеть в газетном отчете. Зато речи секретарей обкома воспроизве­дены по стенограмме со всеми непристой­ными подробностями. Ни одна уважающая себя редакция большевистского печатного органа не стала бы помещать такие антипартийные речи, да еще без всяких комментариев. Начать с выступления второго секретаря обкома Исанчурина. В своей аллидуйской речи он ухитрился протащить весьма лест­ные отзывы о разоблаченных уже бур­жуазно-националистических шпионах, при­писать им мифические заслуги в прошлом. А редакция все это напечатала слово в слово. Мало одного раза, напечатала вто­рично под каким-то благовидным предло­гом. Первый секретарь обкома Быкин говорил не столько о своих антипартийных делах, сколько о собственных добродетелях и за­слугах. Вот краткая выдержка из речи этого зазнавшегося вельможи: «Товарищи, за эти 8 лет, которые я возглавлял партийную организацию… Башкирия поднялась высоко… Быкин честный, скромный… работник… закон­но, честно пользовался доверием… Своей честной работой я нажил лич­ный авторитет, как руководитель пар­тийной организации. Члены партии, ра­бочие и колхозники… меня знали и знают… по большевистской работе. …Думал, верил, что неплохой секре­тарь, скромный, не пьет, не зажимщик, прислушивается к людям… Плохо себя чувствовал, когда не был долго на заводе, на фабрике, на собра­нии, в районе и в колхозе… Чувствую все время ответственность за свою работу и не успокаивался. Привык сам не спать и другим спать не давать». И вот этакое бахвальство обанкротивше­гося руководителя редакция напечатала пол­ностью, да еще без всякого примечания. Кстати, мимоходом Быкин совершил эксскурс в область личных воспоминаний и расска­зал пленуму биографию одного из своих сподвижников, стараясь создать впечатле­ние, что этот искусно маскировавший­ся враг­в прошлом активный участник гражданской войны. Напечатанные дословно в газете речи Исанчурина и Быкина вызвали возмущение широких партийных масс. В редакцию по­сыпались отклики, письма протеста. Рядо­вые коммунисты вступили в полемику с се­кретарями обкома и подвергли их суровой, но справедливой критике.

сент над

21

длся ции б. Ранс Артровка

Агентст ДнскОе глаг cool и юста сдачу По оизндир Дкхара ийсками делезной DA

НАРОДНЫЕ ПЕСНИ ГРУЗИИ ТБИЛИСИ, 23 сентября. (ТАСС). Нахо­дится в печати сборник народных песеп Грузии, В него войдет до 400 записей, сде­ланных в Кахетии, Имеретии, Мегрелии, Сванетии и других районах. Сборник вый­дет на грузинском, русском и французском языках. Специа пециальный раздел посвящается народным песням о Ленине и Сталине. В сборник включены статьи, коммента­рии и словарь музыкальных терминов, а также сведения об отдельных народных му­зыкальных инструментах и их фотоснимки.

СЕВЕРНАЯ ФИЛАРМОНИЯ АРХАНГЕЛЬСК, 23 сентября. (Корр. «Правды»). Вчера концертом симфониче­ского оркестра открыла сезон недавно ор­ганизованная Северная филармония, Кон­сор Московской консерватории, известный скрилач Мирон Подизвестный шим успехом. Наличие постоянного симфонического ор­кестра (в составе 45 человек) является большим событием для Архангельска. Филармония будет давать выездные кон­перты в клубах и на крупнейших пред­приятиях города.

кунь

TAV

Пукоуст 10- mp

рижен жедезно ледние ча The тайски

БеЗн На

ОДН

Buraet очен

дру ионе дат пр это и

и

тр, B

ТАКТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ ЧАСТЕЙ ЗАКАВКАЗСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА долю первого эскадрона с приданным ему артиллерийским подразделением. Эскадрону предстояло принять на себя удар превос­ходящих его сил «противника», Командир эскадрона тов. Кутателадзе, быстро ориенти­руясь в местности, установил огневые точ­ки на двух тропинках, по которым должен был пройти «неприятель». Несмотря на значительную «убыль» бой­пов в результате «боя», эскадрон задержал «синих», блестяще выполнив свое задание. К 16 часам 22 сентября головные части «синих» вышли на южные окраины селе­ний «А» и «Б». «Красные» укрепились на высоте «К». Предстоят ожесточенные бои. РАЙОН УЧЕНИЙ, 23 сентября. (Спец. корр. ТАСС). Начались тактические учения частей Закавказского военного округа. Пе­редовые части «красных» и «синих» во­пли в соприкосновение и начали упорные «бои» за перевал. Мощный огонь артиллерии, поддерживав­шей фланговый удар, решил исход борьбы. «Синие», вытеснив «красных» с перевала, двинулись в долину. Под давлением пре­восходных сил «неприятеля» части «крас­ных» отступили на новые позиции, оста­вив заслон. Перегруппировавшись, «крас­ные» готовятся оказать сопротивление. Ответственная задача -- задержать го­ловную колонну «синих» - выпала на

ША Ло

В

на

А. Н. РАДИЩЕВ

(1749 - 1802 гг.).

Ок

A. Н. РАДИДЕВ (К 135-летию со дня смерти) часть дорогого нам культурного наследства. Медленно двигался путешественник­автор от станции к станции. Одна за дру­гой развертывались перед ним картины ужасающей нищеты и задавленности кре­постного крестьянства. В главе, посвященной остановке в Пеш­ках, Радищев описал крестьянскую избу: «Четыре стены до половины покрытыя, так как и весь потолок сажею; пол в ще­лях на вершок по крайней мере порозшей грязью; печь без трубы, но лучшая защи­та от холода, и дым всякое утро зимою летом наполняющей избу; окончины в коих натянутой пузырь смеркающийся в полдень пропускал свет; горшка два или три; (ща­стлива изба, коли в одном из них, всякой день есть пустыя шти!). Деревянная чаш­ка, и крушки тарелками называемые; стол топором срубленной, которой скоблят скреб­ком по праздникам. Корыто кормить сви­ней, или телят, буде есть, спать с ними и вместе глотая воздух, в коем горящая све­ча как будто в тумане или за завесою ка­жется». Радищев останавливается с ужасом на этой картине. Вот, оказывается, на какой нищете, на каком разорении растет «благо­получие» царской империи крепостников. «Вот в чем почитается по справедливости, източник государственного избытка, силы могущества; но тут же видны слабость. недостатки, и злоупотреблении законов, и их шароховатая, так сказать, сторона, Тут видна алчность дворянства, грабеж, мучи­тельство наше и беззащитное нищеты со­стояние. … Звери алчные, пиявицы нена­сытные, что крестьянину мы оставляем: то чего отнять неможем, воздух. Да один воз­дух. От емлем нередко у него, нетокмо дар земли хлеб и воду, но и самый свет. - Закон запрещает от яти у него жизнь… Помещик в отношении крестьянина, есть законодатель, судия, исполнитель своего решения, и пожеланию своему, истец про­тив котораго ответчик ничего сказать несмеет. Се жребии заклепаннаго во узы, се жребии заключеннаго в смрадной темни­це, се жребии вола во ярме… Александр Николаевич Радищев (родился в 1749 г., умер в 1802 г.) был современ­ником буржуазной французской революции конца XVIII века и глашатаем ее идей. Радищев смело бросил вызов мрачной крепостнической России Екатерины II. Он показал во всей ужасающей наготе гнус­ное самодержавие, крепостное право, он требовал уничтожить и то и другое. «Самодержавство есть наипротивнейшее человеческому естеству состояние», -- пи­сал он. На его знаменитой книге «Путешествие из Петербурга в Москву» стоит эпитраф: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй»; под «чудищем» разумелось самодер­жавие. «Скажи же, в чьей голове может быть больше несообразностей, если не в цар­ской?» -- иронически спрашивал он чи­тателя в своем «Путешествии». Книга Радищева вышла в свет в 1790 году без имени автора на обложке. Прочтя книгу, Екатерина II пришла в ужас. Она испещрила ее негодующими заметками и пришла к выводу, что автор ее ＿ «бун­товщик, хуже Пугачева», что Радищев яв­ляется тем человеком, кого «французская революция …решила себе определить в Рос­сии первым подвизателем». Она приказала разыскать и арестовать автора. Радищев попал на допрос в руки опытнейшего ека­терининского палача - Шешковского, то­го же, который несколько лет тому назад пытал на допросах Пугачева. Радищев был приговорен к смерти. Екатерина II, боясь европейского общественного мнения, заме­нила ему казнь десятилетней ссылкой в глухой сибирский Илимский острог, Ради­щев провел в ссылке 6 лет,-хлопоты влиятельного вельможи Воронцова и смерть самой Екатерины помогли сокращению срока. Произведение Радищева обладало огром­нейшей разоблачительной силой. Картины крепостнического угнетения крестьянства, нарисованные им, навсегда вошли в сокро­вищницу русской революционной литера­туры. Эта сокровищница -- неот емлемая

ния избитаго племени; но были бы они других о себе мыслей и права угнетения лишенны. Не мечта сие, но взор прони­цает густую завесу времени, от очей на­ших будущее скрывающую; я зрю сквозь целое столетие». «Путешествие», как и другие произве­дения Радищева, полновровно, оптимистич­но, проникнуто глубочайшим гуманизмом. «Тут я задрожал в ярости человечества»,- писал Радищев об издевательствах кре­постников над трудовым народом. «Благо­родное» российское дворянство только-что записало в своей «жалованной грамоте» (1785), что дворянин-де - человек «осо­бой породы», как Радищев гневно отверг это, противопоставив этому положению свое--о прирожденном равенстве всех лю­дей: «Человек родится в мир равен во всем другому», говорил Радищев. В своей зна­менитой оде «Вольность» Радищев звал на борьбу с самодержавием: да, «О, дар небес благословенный, Источник всех великих дел, 0, вольность, вольность, дар беспен­ный! Позволь, чтоб раб тебя воспел». Так начинает Радищев свою оду. Он ромвеля за казнь английского роля Карла I и воспевает победоносного вочна Вашингтона. «Твой вождь­свобо­Башингтон!» -- восклицает он. В первоначальном тексте пушкинского амтник себе воздвит нерукотворный» стояли слова: «…вслед Радищеву восславил я свободу». Пушкин считал себя вольнолюбивым последовате­лем Радищева. Лозунги Радищева вдохновляли и дека­бристов, Пушкинская «Деревня», ходив­шая по рукам среди членов тайных об­ществ декабристов, была наполнена ради­щевскими мотивами: «Здесь барство дикое, без чувства, без закона, Присвоило себе насильственной лозой И труд, и собственность, и время земле­дельца. С поникшею главой, покорствуя бичам, Здесь рабство тощее влачится по браздам Неумолимого владельца». Так писал Пушкин в «Деревне». Высоко ценил Радищева Герцен: «…Он

пронзающим сердца воплем жен, детей и Подошед к одной куче узнал я, что ре­крутской набор был причиною рыдания и слез многих толпящихся, Из многих селе­ний казенных и помещичьих сошлися от­правляемые на отдачу рекруты». Радищев горит революционной любовью своей униженной, угнетенной и пору­ганной крепостниками родине и к русско­му народу. Под пером Радищева впервые в литературе возникает подлинная харак­теристика русского народа, написанная с великой любовью и восторженным уваже­нием. Трудолюбие, чувство достоинства, гордость, независимый ум, готовность к восстанию и героической борьбе против угнетателей--все это было отмечено Ради­щевым в русском народе. Эта сторона про­изведений Радищева недостаточно останав­ливала на себе внимание историков, Впер­вые в русской литературе русский трудо­вой человек-крепостной крестьянин­был обрисован не как скот, не как бессловес­ный раб, а как человек во всем своем че­ловеческом благородстве. Радищев описывает сцену встречи с крестьянской девушкой Анютой, которая рассказывает ему о своей любви и пред-ч стоящем замужестве. Радищев поражен глубиной и силой ее чувства, Узнав, что близится свальба, он хочет дать девушке денег, но ни она, ни жених, ни мать не принимают подарка с гордым достоинством. «У меня, барин, есть две руки, я ими дом и заведу»,отвечает ему жених, «Я немог надивиться, нашед толико благородства в обло инслей сельских жителей» пи­шет Радищев. Народрешающая сила истории, это убеждение пронизывает с начала до конца се «Путешествие» Ралишева. «Бурлак, идущей в кабак повеся голову и возвра­щающейся обагренной кровию от оплеух, многое может решить доселе гадательное в Истории Российской», - говорит Радищев. Радищев поднимается до прямого призы­ва к восстанию. «О! если бы рабы тяж­кими узами отягченные, яряся в отчая­нии своем, разбили железом, вольности их препятствующим главы наши, главы без­человечных своих господ, и кровию нашею обагрили нивы свои! что бы тем потеряло государство? Скоро бы из среды их, из­торгнулися великие мужи, для заступле-

Увидев у Радищева сахар, крестьянка «попросить кусочик сего боярского ку­шанья». «- Почему боярское? сказал я ей, да­вая ребенку остаток моего сахара; не уже ли и ты его употреблять неможешь? -Потому и боярское, что нам купить его не на что, а бояре его употребляют для того, что несами достают деньги. Правда что и бурмистр наш, когда ездит к Москве, то его покупает, но так же на наши слезы. - Разве ты думаешь; что тот, кто упо­требляет сахар, заставляет вас плакать. Невсе; но все господа дворяне. Не слезы ли ты крестьян своих пьеш, когда они едят такой же хлеб, как и мы? Говоря сие показывала она мне состав своего хлеба. Он состоял из трех четвертей мякины и одной части несеяной муки». Незабываемы картины продажи кре­постных с молотка, нарисованные Радище­бым в «Путешествии». Он описал, как по­мещик, не то проигравший в карты, не то проживший свое имение, с молотка прода­вал своих крестьян. Целую крестьянскую семью продавали с публичного торга, как продают скот мебель карету… При стуке молотка назначали продажную цену и за 75-летнего старика, когда-то вынесшего своего раненого господина на своих пле­чах во время «франкфуртской батални» и за крестьянку­кормилицу молодого ба­рина, и за 18-летнюю «молодипу», изна­силованную барином и держащую на ру­ках его младенца… Как чума, проходил по крепостным де­ревням рекрутский набор в царскую ар­мию. Крестьянин еще во времена Радищева забирался в парскую армию пожизненно, лишь позже срок обязательной военной службы был «сокращен» до 25 лет. В ар­мии за малейшее ослушание грозили же­сточайшие телесные наказания. Провинив­шегося в чем-либо солдата запарывали на­смерть, прогоняя «сквозь строй», давая по нескольку тысяч ударов шпицрутенами. Лишь тяжкая болезнь и старческая дрях­лость возвращали крепостного солдата в годную деревню. В главе «Городня» Радищев рассказы­вает о рекрутском наборе: «В езжая в сию деревню не стихотвор­ческим пением, слух мой был ударяем, но

сочувствует страданьям масс, писал Герцен о Радищеве (IX т., 271). - Он говорит с ямщиками, дворовыми, с рекру­тами, и во всяком слове его мы находим с ненавистью к насилию громкий протест против крепостного состояния… И что бы он ни писал, так и слышишь знакомую струну, которую мы привыкли слышать и в первых стихотворениях Пушкина, и в «Думах» Рылеева, и в собственном на­шем сердце». Ленин указывал, что мы должны гор­диться Радищевым. «Чуждо ли нам, вели­корусским сознательным пролетариям, чувство национальной гордости?» спрашивал Ленин в своей работе «О на­циональной гордости великороссов», - и отвечал: «Конечно, нет!… Нам больнее все­го видеть и чувствовать, каким насилиям, гнету и издевательствам подвергают на­шу прекрасную родину царские палачи, дворяне и капиталисты. Мы гордимся тем, что эти насилия вызывали отпор из нашей среды, из среды великоруссов что эта среда выдвинула Радищева, декабристов…» Немедленно после победы Великой Октябрьской социалистической революции Ленин поднял вопрос о постановке памят­ника Радищеву. В XXI «Ленинском сбор­ко-нике» опубликована переписка Ленина по этому вопросу. Нельзя сознательно участвовать в строп­тельстве нашего радостного социалистиче­ского настоящего, не зная мрачного про­шлого угнетенной парской России ало подство российских помещиков. уяснить себе, что представляло собою гос­Наши колхозники собирают богатый урожай с закрепленной за ними навечно земли. Кипит творческий стахановский труд на наших фабриках и заводах. Ра­достно идут в армию призывники, гордые выпавшей на них честью -- оберегать по­кой советской родины. Все зажиточнее ста­новится жизнь трудящихся самой свобод­ной, самой демократической в мире стра­ны - единственной страны, где уничто­жена эксплоатация человека человеком. Советский народ наследник богатой культуры человечества, сильный знанием своего тяжелого прошлого, обогащенный опытом многовековой борьбы, - - чтит па­мять революционера и патриота А. Н. Ра­дищева. М. НЕЧКИНА.