3

КРАСНЫЙ ФЛОТ 

3 декабря 1944 г., воскресенье № 286 (1853)  ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЧНЫХ ТРАЛЬЩИКОВ   Вначале многие с недоверием относи­лись к использованию речных тральщи­ков на море. Корабли эти не были при­способлены к длительному пребыванию в походе, к преодолению штормов. Немцы, изгнанные со всего черномор­ского побережья, перед отступлением сде­лали всё, чтобы засорить фарватеры нами. Они рассчитывали на длительный срок нарушить наше судоходство, ли­шить нас возможности пользоваться ос­вобожденными портами. Эти расчеты гитлеровцев провалились. Моряки траль­ного флота открывали один за другим порты, обеспечивали кораблям безопас­ное плавание. Тральные работы потребовали большо­го напряжения сил. Особенно тяжело пришлось личному составу речных тральщиков, В ходе выполнения боевых заданий их экипажи вносили усовершен­ствования в технику, делали различного рода приспособления, обеспечивавшие наиболее эффективное использование своих кораблей, Прежде всего пришлось обшить досками рубки, оставив лишь не­большие иллюминаторы. На некоторых катерах для большей мореходности сделали бортовые надстройки высотой в 300 миллиметров. Особенно большой реконструкции под­верглись коллекторы двигателей, Раньше выхлопной трубопровод проходил внутри машинного отделения, имел 5 колен, за­крывал масляные фильтры и головку блока, При охлаждении двигателя прес­ной водой эта конструкция оправдывала себя но при плавании на море система выхлошного трубопровода оказалась со­вершенно негодной. Отработанные газы соединялись с соленой водой, быстро разедали колена, и катера то и дело ста­новились на ремонт. По предложению ме­ханика дивизиона старшего инженер­лейтенанта Окольского, выхлопной тру­бопровод сделали прямым. Глушитель установили на верхней палубе, Вода для охлаждения проходит в зарубашечном пространстве и меньше действует на ме­талл. Сейчас выхлопной трубопровод прочен и прост в эксплоатации. На других речных тральщиках при качке плохо действовала система охлаж­дения. Моторы перегревались, и часто приходилось их стопорить, Траление за­держивалось, Выход из положения на­шел старшина 1 статьи Смирнов, По его предложению, ниже ватерлинии постави­ли второй циркуляционный насос с приво­дом отглавного двигателя, Теперь двига­тель охлаждается на любых режимах ра­боты и в любую погоду. Всё переустрой­ство произведено силами личного соста­ва во время планово-предупредительного ремонта, без затраты дополнительных средств. ми-Штурвал рулевого управления с кор­мы перенесен на мостик. Сейчас рулевой имеет возможность наблюдать за всеми курсовыми углами. Речные тральщики показали высокую мореходность. Даже в условиях зимней непогоды они успешно выполняют зада­ния по очистке черноморских фарвате­ров. Однажды катер главного старшины Батурина попал в сильный шторм. Волна била в борт, угрожая перевернуть катер. Командир приказал рулевому итти пере­менными курсами. Выбирая удобный мо­мент для разворота, рулевой Максимов все время ставил корабль в выгодное по­ложение, 33 часа длился этот трудный переход. Он показал отличные морские качества экипажа и высокую мореход­ность корабля. С какой эффективностью используют­ся речные тральщики на море, можно су­дить по примеру катера, которым коман­дует главный старшина Губа. 43 мины вытралил экипаж этого корабля за пос­ледние месяцы, Минеры приобрели боль­шой опыт. При расчистке фарватера в Н-ский порт тральщик попал на минную банку, Трал захватил одновре­менно несколько мин. Две мины от столк­новения взорвались, За кормой поднял­ся отромный водяной столб. Катер под­бросило, В кубрике с переборки сорвало часы, волной вырвало дверь камоуза. Корабль выдержал близкий взрыв, а эки­паж его проявил стойкость и в трудный момент не растерялся, Катер не вышел из строя. Поставив запасный трал. ми­неры продолжали траление и обезвреди­ли в этот день 10 мин. Только один дивизион речных траль­щиков, очищая крымские порты, вытра­лил свыше 230 вражеских мин. Успешные действия речных тральши­ков на море свидетельствуют о высокой выучке их экипажей, Как правило, ка­терами командуют старшины, В боевых походах они приобрели необходимые командирские навыки и стали достойны­ми носителями славных черноморских традиций. Старший лейтенант Г. КОПТЯЕВ. Черноморский флот.

От специального корреспондента «Красного Флота»



БАЛКАНАХ М. ЧАРНЫЙ

НА

ской интеллигентной четой. Муж - по­жилой адвокат, женаврач. Мы говори­ли о многом. Зашел разговор о немцах, и мне не понадобилось задавать дополнительные вопросы. Кстати - румыны вспоминали, что знают немцев еще по первой миро­вой войне. В конце 1916 года три чет­верти Румынии, включая Бухарест, бы­ли оккупированы немцами и их союзни­ками, Уже тогда предшественники Гит­лера показали, что значат террор и гра­°беж, организованные по последнему сло­ву немецкой техники. Контрибуции, штрафы, сложная система налогов, ко­торая контролировала каждый шаг и каждый вздох румына, Налог подушный, налог на освещение, налог на собак, на­лог за выход из города после 6 часов ве­чера. Чтобы пройти из одной деревни в другую, надо было заплатить налог: 4 яйца. Кроме того с каждой курицы от­дельно по 2 яйца в неделю. Из 900 па­ровозов, бывших в Румынии, немцы уг­нали к себе 750. В итоге -- по миру, за­ключенному в мае 1918 г., Румыния дол­жна была уплатить Германии 10 мил­лиардов франков в качестве… «возмез­дия за убытки». Могли ли забыть об этом румыны! Нет, они помнили. Но каждый помнил по­своему. Антонеску и его подручные, вспоминая высокий класс немецких ок­купантов и облизываясь, решили, что нет выгоднее дела, как пойти к квалифи­цированным грабителям в ученики и по­мощники, Во имя этой мерцавшей в пер­спективе выгоды они продали гитлеров­скому дьяволу не только душу (душа Антонеску и ему подобных дешевле па­реной репы), но и всю страну. В центре Бухареста на улице «Калиа Витториа» находится пышный особняк, в котором помещалась до последних ме­сяцев германская «легация», то-есть германское посольство. Отсюда, собст­венно, а не из соседнего королевского дворца, управлялась в годы войны Ру­мыния и царствовал здесь Манфред фон Киллингер, личность, достойная неко­торого внимания. Фон Киллингер начал свою карьеру в германском флоте, был командиром тор­педного катера и дослужился до чина капитан-лейтенанта. Но о мореких под­вигах Манфреда ничего не известно, про­славился он на суше и с 1919 года стал известен как один из самых от явленных политических убийц. Начал он с убий­ства Розы Люксембург и Карла Либкнех­та и продолжил целую серию индиви­дуальных и массовых кровавых расправ. Естественно, что убийца с таким раз­махом и стажем стал одним из гитлеров­ских фаворитов. Правда, вскоре фон Киллингеру пришлось в Бремене судить­ся за нечистую игру, а в Гамбурге его потащили в суд за сутенерство и дебош, но это такие мелочи, которые не могут помешать карьере настоящего гитлеров­ца. Киллингер отрастил себе усики «под фюрера» и развернул в особняке на «Ка­лйа Витториа» бешеную деятельность. Что выкачали немцы из союзной Ру­мынии­это особый счет. Мы хорошо знаем, что выкачали румыны из совет­ских районов, где они хозяйничали. Только из Одесской области они вывез­ли больше миллиона центнеров верна, сотни тысяч голов скота, тысячи трак­торов, комбайнов и других машин. Советский воин идет по улицам Бу­хареста и видит магазины с зазывающи­ми вывесками, кафе, полные людей, тол­пы мужчин, которые, без видимого дела, прохаживаются по улицам, но готовы все купить и все продать - и думает свою думу. Со сдержанным любопытством наблю­дает он чужую жизнь. Что-то необычно крикливое, назойливое, подчеркнутая претензия на большое, крикливо яркое во всем облике этого города, Дома уси­ленно лезут в небоскребы; этажей-то по­настоящему 6-7, но всякими пристрой­ками, архитектурными фокусами соз­дается впечатление «Америки». Один бульвар делится на четыре части и каж­доййчасти дается свое название. Таким способом количество бульваров в Буха­ресте сразу увеличено в четыре раза. Фуражки у офицеров и жандармов та­кой непомерной величины, что кажется у каждого прикреплен к голове зонт. В ресторанах и на главных улицах про­гуливаются женщины, в которых все крикливо и искусственно -- от цвета во­лос до ногтей на ногах, до позы и по­ходки. И единственное, что естественно подлинно, - это гнетущая пустота и безразличие в бесцветных глазах. И вдруг среди всего этого эрзац-вели­колепия на центральном бульваре Бра­тиану появляются крестьянские арбы­кареты, техника которых находится при­мерно на таком же уровне, как во време­на императора Траяна. И сопровождают эти арбы унылые крестьяне, босоногие, в отрепьях. И тогда весь блеск магазин­ных витрин сразу тухнет, и встает Ру­мыния неграмотная (свыше 40% насе­ления совершенно неграмотно), нищая (во всей Румынии, стране преимущест­венно сельскохозяйственной, было до войны 2.700 тракторов), страдающая от массовых венерических заболеваний (са­мый большой в мире процент сифилити­и ков). В румынской деревне, едва осталовит­ся по пути советская машина, со всех сторон бегут крестьяне, кростьянки, де­ти. Они месят босыми ногами уже хо­лодную осеннюю грязь и в один голов просят: «Гума!», «Гума!». Какой-нибудь кусочек резины, от старой ли камеры автомобильной, или чего-нибудь еще; этим куском резины они хотели бы при­крыть ноги. Зима приблизилась, а обу­ви -- никакой. Советский воин глядит на этих жа­лобно просящих людей… Но ему неког­да… Из Румынии он уже выгнал проклятущего немца. Он спешит в Юго­славию, в Венгрию, он догонит немца и там, будет гнать его и бить, пока не вы­шибет из него дух и освобожденное че­ловечество не сможет заняться своими большими делами труда и созидания,

Осенняя черноморская волна сердито подкатывает и с грохотом бьется о при­брежные камни. Но набережная поднята высоко, и даже водяная пыль не дости­гает до вилл и особняков, расположен­ных в маленьких уютных кварталах. В отличие от многих морских городов, луч­шая часть Констанцы­особняки бога­чей, здания банков, виллы консульств расположена в непосредственной близо­сти к порту. Точно банкиры и судовла­дельцы боялись упустить порт даже на час из-под своего надзора и за всем, что происходит в бухте, беспрестанно на­блюдали из окна. В годы войны в этой части города с комфортом расположились немцы. Те­порь в опустевших виллах ветер лениво шевелит грудами брошенных второпях немецких бумаг, нарукавных знаков со свастикой, папками деловой корреспонден­ции, аккуратно подобранной и сшитой. Немцы располагались здесь солидно с расчетом, видимо, надолго, Немецкие офицеры-моряки повыписывали свои се­и мьи из Германии, и теперь, проходя по оставленным виллам и с брозгливостью, едва одолеваемой любопытством, каса­ясь следов этой немецкой жизни, мы об­наруживаем вдруг маленькое собрание почтовых марок. Не то какой-нибудь фриценок развлекался, не то сам фриц, в перерывах между одним кровавым де­лом и другим, наслаждался тихими ра­достями филателиста. По мраморным ступеням особняка, еще сохраняющего вывеску германского консульства, подымается капитан-лей­тенант Таможников Александр Ильич. Я не знаю, склонен ли т. Таможников к историческим реминисценциям. Основа­нии для этого у него, право, не мало. Лизнь капитан-лейтенанта - типич­ная жизнь среднего советского человека в дни мира и войны. С началом войны он попал на Черное море комиссаром базы в Темрюке, был на тральщике, Он выса­живал десанты в Феодосии, прорывался сквозь огонь блокады в осажденный Се­вастополь, к Малой Земле. В феврале 1943 г., когда тральщик высаживал куниковпев под Новороссий­ском, один фашистский снаряд разорвал­сл непосредственно на мостике. Коман­дира свалило, штурмана, рулевого, всех, кто был на мостике, засыпало осколка­ми. Таможникову осколок впился в пра­вую ногу; разорвало правую штанину, шинель пробило в трех местах и в щеке застряла осколочная горошина. Тамож­ников устоял-- «залил ранку иодом и все», А горошина--та и сейчас в щеке катается. Война продолжалась. 15 июня тральщик был торпедирован немецкой подводной лодкой, Таможников и его товарищи оказались в воде. Они держались, помогали друг другу, потом связали вместе три буя и, терия силы, цеплялись за этот импровизированный плот. Но берег был далеко и помощь не Днем измученных людей приходила. жгло солнце, ночью жег холод. Та­можников видел, как некоторые начина­ют коченеть, как глаза застывают в страшной неподвижности, а в углах рта появляется пена. Еще минута­и не­выдержавший псчезает под водой. Остальные продолжали бороться. 36 часов они продержались в воде, потом появились самолеты, но нашли не сразу; потом пришли катерники и протя­нули изнемогшим Таможникову и его товарищам руку спасения. Дня три Алек­сандр Ильич отдыхал на берегу и приво­дил в порядок свое окоченевшее, измо­чаленное тело и встревоженные чувст­ва. Потом снова пошел на корабль. Капитан-лейтенант Таможников шагает по городу и порту Констанцы. Это отсюю­да выходила вражеская подводная лод­ка, напавшая на тральщик, И было это, если считать по календарю, так недавно. Теперь враг повержен, разбит, выгнан с Черного моря. И у входа в порт стоит краснофлотец с винтовкой, и Таможников ходит по чужому городу спокойный и уверенный, Победитель. Вглядитесь в его лицо и в лица его товарищей. Они посуровели за эти годы битв и испыта­ний. Но какая спокойная ясность взгляда! Сколько уверенности и силы в движеньях, во всей поступи этих людей! Победители. Не ищите никаких внеш­них проявлений заслуженного торжест­ва. Когда-то Салтыков-Щедрин, нахо­дясь в Берлине после франко-прусской войны, с отвращением отметил выпячен­ные груди и вытаращенные глаза немец­ких офицеров, назойливо подчеркивав­ших свое «теройство». Советский воин, победитель фашист­ского чудовища, он сохраняет тот же об­лик ясности, простоты и спокойствия, как и два и четыре года тому назад, точно ничего чрезвычайного не случи­лось. И происходит это не только от ве­личавой скромности, но прежде всего от величайшей силы внутреннего убежде­ния. И в тяжелые осенние дни 1941 г., и в страшные недели Сталинградской битвы, и в те часы, когда он цеплялся за ускользающие буйки в волнах Черного моря, Таможников был уверен, что «так будет». Наше дело правое, победа бу­дет за нами. Верил советский воин в свою страну, в свой народ несокрушимой тысячелет­ней верой. С этой тысячелетией верой соединилась гордая уверенность, восни­в последние 27 лет, которые сто­ят столетий. Отбиваясь от фашистов под Новорос­сийском и Туапсе, Таможников знал, что он будет в Констанце, так же, как он внает сейчас что будет в Берлине. Он и карабкался на буек и отгонял надви­гавшуюся смерть гигантским напряже­нием воли и духа именно потому, что ему надо жить, победить, притти на тер­риторию врага. Он и пришел. Вот и все­«по плану». Но сохранять это благородное спокой­ствие право же не всегда легко, Шагает советский войн по крикливым улицам Бухареста, по румынским городам и се­лам и чуть ли не на каждом шагу его ждет напоминание о том, что делал враг на нашей земле, Здесь бывают любопыт­ные встречи.

Идет, например, по городу Турну-Се­верин капитан-лейтенант Колесников и разыскивает советского коменданта, Об­ращается к прохожему румыну, «Тут, … отвечает по-русски, - вот тут, направо, да я вас провожу…» Колесников поинтересовался, где это румын научился так сносно по-русски об ясняться. Оказывается, он был в Рос­сии, «Где?» - «Во многих местах в ча­стности под Новороссийском». - «Где именно?» -- «Под Абинской».  Колесников остановился: «Под Абин­ской? А высоту 175 помните?». Ру­мын помнил, очень хорошо помнил, И психическую атаку, на которую их по­гнали немцы, и страшный удар, которым их встретили молчаливо поджидавшие русские матросы, и незабываемое пер­вое знакомство с «Катюшей», проис­шедшее в те же дни под Абинской. Передернувшись от этих воспомина­ний, румын перешел к более прият­ным: «Ох и хорошее же вино в Анапе…» И он рассказал, как один румынский солдат утонул в анапском вине. Солдаты забрались в погреб, перепились, потом открыли стрельбу по бочкам. Вино зато­пило подвал, и зело перегрузившийся ру­мын так и не вышел из подвала, утонул. По городу Турну-Северин можно похо­дить не без интереса. Небольшой город на левом берегу Дуная, недалеко от знаме­канскими народами. нитых сhелезных ворот, он обязан сво­им возникновением русскому генералу Киселеву. Сто с лишним лет тому назад этот генерал воевал на румынской зем­ле с турками, Румынии как самостоя­тельного, организованного государства еще не существовало, Кстати сказать, создание этого государства в решающей степени обязано тому, что многочислен­ные войны России с султанской Турци­ей заставили последнюю постепенно от­казаться от своего господства над бал­Но генерал Киселев не только воевал на румынской земле. В годы затишья он занимался административно-хозяйст­венными делами и, проницательно уга­дав выгоду этого места на среднем течении Дуная, положил начало городу Турну-Северин. В городском парке Турну-Северин я видел памятник римскому императору Траяну, который, по преданию, около 1900 лет тому на­зад добирался до этих мест, но я не ви­дел в городе намятника русским основа­телям города. Вирочем, и в этом далеком городке Западной Румынии есть вещи, которые очень живо напоминают о России. Да, вещи. Например, в Турну-Северинском театре можно видеть довольно богатое собрание музыкальных инструментов: 42 пианино из… Одессы. В порту стоит большое судно, вся палуба которого и крыши надстроек гу­сто покрыты зелеными ветвями. Целую рощу соорудили немцы и румыны, пыта­ясь скрыть судно от воздушных раз­ведчиков. Проходим внутрь судна­ба! да тут щелый завод. Стоят ряды станков, Какое­то чувство тревоги и настороженности задерживает дыхание и останавливает меня у первого станка. На нас глядят в упор большие металлические буквы, та­кие странные в этой обстановке и такие родные буквы русского алфавита: «Стан­костроительный завод «Красный Проле­шистском плену. Эта встреча советских людей с совет­тарий»--ГУСИТ--Москва». На соседнем станке --- «СССР. ВСНХ. Союзстанкоин­струмент. Завод-техникум «Комсомолец». Егорьевск Моск. обл.» Русские станки. Советские станки, Все судно советское -- пловучие мастер­ские Одесского порта. Мы находим ста­рые надписи на кубриках и каютах: «Матросы», «Санитарная», «Пом. шки­пера», и в этих простых и таких много­значительных словах, и в печальном мол­чании станков, и в грустном виде за­хламленных трюмов слышим печальную повесть советского судна, бывшего в фа­скими всщами происходит в Румынии ча­сто, иногда в самых неожиданных об­стоятельствах. Буксир «Кинбурн» поды­мался по Дупаю и ушел довольно далеко от своей базы. Чтобы обеспечить коман­ду мясом, командировали на берег стар­шину 1 статьи Харламова и старшего краснофлотца Водяновского. Идут моряки и видят стадо овец. Подходят к пасту­ху: «Нельзя ли купить овцу?» А пастух отвечает: «Чего там, берите, это все од­но ваше». Поймали овцу. На овечьем ухе отчетливое клеймо: Крым, Совхоз, трех­значный номер. О подобных эпизодах может расска­зать чуть ли не каждый краснофлотец. Один купил в Браилове печенье одесской кондитерской фабрики другой наткнулся на склад с десятками вагонов оборудо­вания украинских сахарных заводов, Лейтенант Коломиец обнаружил румынского жандарма патефон Ка­лужского завода, много костюмов Швей­прома, 12 золотых колец, У этого жан­дарма трогательное имя: Ангел Кераб. Похоже на то, что румыны в качестве оккупантов проявили большое разнооб­разие вкусов и полное отсутствие приве­редливости. Брали все. В городке Береш­ти советский комендант, поместившийсл в квартире местного банкира, случайно  опрокинул пепельницу и не без удивле­ния прочел: «Одесса». Нельзя не согласиться, что необходи­ма большая сила воли, чтобы при всех этих встречах и открытиях сохранить спокойствие и выдержку. Советский воин проявляет выдержку, В основе этой выдержки непоколебимое чувство дисциплины и уверенность в том, что советская власть и командова­ние наилучшим образом обеспечат об­щие интересы. В купе железнодорожного вагона мне пришлось провести сутки с одной румын-

Черноморский флат. Авральный день. Идет покраска якоря. Фото Б. Шейнина.

На флотах и флотилиях ＿ 

Лекция о боевой деятельности торпедных катеров СЕВЕрный ФЛОТ, 2 декабря. (По те­легр, от корр, «Красного Флота»). В офи­церском клубе главной базы Северного флота состоялась лекция капитана 1 ран­га Кузьмина на тему «Торпедные катера Северного флота в Отечественной войне». Собравшнеся офицеры с большим ин­тересом прослушали рассказ о зарождении и развитии москитного флота в Заполярье, о героизме североморских катерников,о том, как офицеры, старшины и красно­флотцы торпедных катеров позышали свое боевое мастерство в жестоких схватках с врагом. Тов, Кузьмин проанализировал несколь­ко наиболее выдающихся операций наших торпедных катеров, показал, как в ходе войны совершенствоваись методы тор­педных ударов по врагу, как в результате возросшего военно-морского искусства ка­терников торпедные катера были по досто­инству признаны одним из самых грозных видов оружия борьбы на море. Лекция прошла с большим успехом. 



 

Итоги Всефлотских гребно-парусных гонок  

Сбор библиотекарей ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОт, 2 декабря. (По телеграфу от корр. «Красного Флота»). В Главной базе начался 15-дневны сбор библиотекарей кораблей и частей Черно­морского флота. Библиотекари прослуша­ют цикл лекций об опыте библиотечной работы на Черноморском флоте за время Отечестьенной войны, использовании кни­лич­ного состава, организации библиотечной ра­боты в военно-политической учебе офице­ров и т. д. Кроме того, будут прочитаны лекции о творчестве Пушкина, Чернышевского, Ост­ровского, Горького, Герцена, Белинского. 

главного старшину Солоха, стар­шину 1 статьи Пивень, старшин 2 статьи Диденко и Белова, старших краснофлот­цев Сирота, Егорова и Пащенко и крас­и нофлотца Соловьева, входивших в коман­ду шестивесельного яла линкора «Сева­стополь». Командиру линкора об явлена благодарность. Именными часами на­гражден флагманский инспектор физпод­готовки Черноморского флота майор Зо­лотарев, обеспечивший хорошую подготов­ку и проведение соревнований. Обявляя результаты третьих Всефлот­ских гребно-парусных гонок, народный комиссар отмечает: «Проводимые из года в год флотские всефлотские гребно-парусные гонки по­казывают, что шлюпке, как одному из важнейших элементов в морской подго­товке офицеров и краснофлотцев ВМФ на флотах и флотилиях должного внимания не уделяется». В приказе подробно перечислены выяв­ленные на гонках недостатки. Народный комиссар приказал Военным советам флотов и флотилий поднять на должный уровень морскую выучку офи­церского, старшинского и краснофлотско­го состава, систематически обучать лич­ный состав кораблей, частей и соедине­ний гребле и хождению под парусами, про­водя по планам боевой подготовки шлю­почные учения, гребно-парусные гонки, дальние переходы под веслами и паруса­ми. На флотах, флотилиях и во вмузахв ап­реле---мае 1945 года будут проведены гребные гонки на 10 кабельтовых с уча­стием в них максимально возможного ко­личества личного состава кораблей, со­единений и частей. Четвертое первенство Военно-Морского Флота Союза ССР по гребле и парусу на­родный комиссар приказал провести в 1945 году в гор. Севастополе в сентябре месяце, определил количество команд, выделяемых от каждого флота и флоти­лии, запретив участие в гонках ВМФ сборных команд флотов (флотилий) или команд от разных соединений, кораблей Ти частей.

Народный комиссар Военно-Морского Флота Союза ССР адм адмирал флота Н. Г. Кузнецов специальным приказом об явил результаты третьих Всефлотских греб­но-парусных проведенных с 24 сентября по 1 октября в г. Новороссий­ске. «В результате напряженных 8-дневных соревнований,-говорится в приказе на­родного комиссара,-наибольших успе­хов добился ял линкора «Севастополь» Черноморского флота, занявший пер­вые места по гребле, парусным гонкам без рулей, простым классным парусным гонкам и крейсерским гонкам. В комплексных гонках первое место занял ял линкора «Петропавловск» Крас­нознаменного Балтийского флота. Общее первенство Военно-Морского Флота Союза ССР по всем видам гребно­парусных гонок присуждено ялу Черно­морского флота. Второе и третье места поделили ялы Тихоокеанского флота и Краснознаменной Амурской флотилии, четвертое место занял ял военно-морских учебных заведений, пятов Краснозна­менного Балтийского флота, шестое­Каспийской флотилии и седьмое - Крас­нознаменной Ладожской флотилии». В соответствии с указаниями по прове­дению третьих Всефлотских гребно-парус­ных гонок 1944 года и достигнутыми на них результатами народный комиссар при­казал вручить переходящие призы побе­дителям. Черноморскому флоту будут вру… чены призы: за общее первенство; за греблю; за парусные гонки без рулей; за простые классные парусные гонки; за крейсерские гонки, причем призы за об­щее первенство, греблю и парусные гон­ки без рулей, присуждаемые черноморцам в течение трех всефлотских гребно-парус­ных гонок, переходят этому флоту в соб­ственность. Краснознаменному Балтий­скому флоту вручается приз за комплек­сные гонки, Обоим флотам по указанным видам гонок присваивается звание «Чем­пион Военно-Морского Флота 1944 года», Народный комиссар наградил именны­ми грамотами, жетонами и именными ча­сами старшего техник-лейтенанта Кубыш-

Доклады для офицеров В помощь изучающим историю большеви­стской партии политотдел Краснознаменно­го училища береговой обороны регулярно   организует лекции и доклады. В октябре и ноябре прочитаны лекции и доклады на темы: «Реакционность немец­кой философии», «Партия большевиков в период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции», «Октябрь­ское вооруженное восстание в Петроградеи победа Великой Октябрьской социалисти­ческой революции» Прочитан также дэклад о текущем моменте и другие. Для офицеров, изучающих марксистско ленинскую теорию, организована консуль­тация. Библиотека училища обеспечивает офицеров необходимой литературой. Капитан А. ШАПОВАЛОВ. Тихоокеанский флот. 

зания. Новый парткабинет При политотделе Дунайской флотилия на-днях открыт партийный кабинет. Здесь одновременно могут работать 35 человек. При парткабинете организована библиотека социально-экономической, исторической и справочной литературы, имеются комплек­ы газет и журналов, Для пропагандистов и агитаторов изготовлены различные диаг­раммы и схемы; в помощь работающим са­мостоятельно даются методические ука­Парткабинет хорошо оформлен. В нем сейчас выставлена большая вигрина, поевя­щенная докладу товарища Сталина о 27-й годовщине Великой Октябрьской социали­стической революции и приказу № 220. Капитан 3 ранга Г. БАРТЕВ. Дунайская флотилия.

С. М. Нирова

Издание избранных статей и речей Неутомимую борьбу, которую вел Ки­ров за укрепление единства ленинско­сталинской партии, характеризуют его речи, произнесенные на 23-й чрезвычай­ной Ленинградской партконференции 12 февраля 1926 года, доклад о работе Ленинградского губкома ВКП(б) на 24-й губернской партконференции 27 января 1927 года, страстная, саркастическая, пронизанная гневом против врагов пар­тии речь на XV сезде ВКП(б), озаглав­ленная «Все, что путается под ногами, должно быть отброшено, а нам с вами дорога только вперед, и только к побе­дам!» Кировский сборник служит ценным по­собием при изучении истории нашей пар­тии, коренных изменений, происшедших в промышленности и сельском хозяйстве  в результате осуществления сталинских пятилеток. Доклад на обединенной 4-й областной и городской Ленинградской партконференции 23 января 1932 года­«На историческом рубеже между первым и вторым пятилетним планом», речь на совещании секретарей райкомов ВЕП(б) и председателей райисполкомов, речь об организации труда в колхозах и многие

другие пронизаны подлинно кировским проникновением в сущность происходя­щих событий, содержат конкретные за­дачи, выходящие из исторических реше­ний, намеченных нашей партией. «Наша партия тверда, как гранит», - так оваглавлена речь произневенная Кировым по поручению ХУП еда ВЕП(б) на Браснотанная января 1934 года, Зажигательные киров­ские слова о великих победах, одержан­ых Советским Соювом под руководством нартий dенина вталина, его призыв к советскому народу неустанио крепить мощь нашей Родины запали глубоко в сердца советских людей, они звучат и сегодня, не утратив своей страстности и мобилизующей силы. Сборник хорошо оформлен, Он иллю­стрированснимками, относящимися к раз­личным периодам деятельности С. М. Кирова, портретами и репродукциями картин художников Бродского, Соколо­ва-Скаля, Кочергина. Тираж книги­15 тысяч экземпляров, (TACC).

Государственное издательство полити­ческой литературы издало к 10-летию эо дня смерти С. М. Кирова отдельной кни­гой его избранные статьи и речи. В кни­гу включены, наряду с популярными вы­ступлениями пламенного народного три­буна, его малоизвестные речи и статьи, относящиеся к периоду становления со­ветской власти. Каждая речь, письмо, доклад, поме­щенные в книге, -- яркий документ, вос­создающий облик незабвенного Мироны­великого гражданина Советской одины, талантливого строителя социа­листического государства, верного сорат­ника Ленина и Сталина. Соорник открывается речью Кирова, произнесенной им на демонстрации в го­довщину Февральской революции 12 мар­та (27 февраля) 1918 года, в момент, когда Терская область присоединилась к Советской России. Большой интерес представляют три письма В. И. Ленину, написанные Киро­вым в 1920 году в бытность его Полно­мочным Представителем РСФСР в Грузин после заключения мирного договора с гру­зинским меньшевистским правительством,