1 ОКТЯБРЯ 1937 г., № 271 (7237)

ПРАВДА

 крестьянства * * ХОЧУ ЛЕТАТЬ Слова «летчик», «самолет» всегда вы­зывали во мне желание совершить краси­вый, героический поступок. Смелые полеты Героев Советского Союза на Север для спасения челюскинцев со­вскружили мне голову, Я даже во сне видел самолеты и себя летающим где-то над облаками. Как же стать летчиком? Можно, конечно, пойти в летную школу, но я работаю сви­нарем и вовсе не хочу уходить из совхоза. научиться летать на самолете без отры­ва от производства. В 1933 году политот­дел нашего совхоза организовал планерную школу. л сразу поступил в нее. Планерную школу я окончил по всем предметам и практическим занятиям с от­меткой «отлично». По окончании первичной планерной шко­лы я учился в областной школе инструк­торовлетчиков, планеристов и парашюти­стов. В совхоз я вернулся созванием инструк­тора-планериста. Мы построили здесь планерную станцию и парашютную выш­ку. Меня назначили заведующим этой станцией. И на свиноферме состоялось вы­движение я стал руководителем опытной работы. Интерес у совхозной молодежи к летно­му делу был так велик, что наша партий­ная организация решила открыть летную школу при совхозе. Я уже имею свыше ста самостоятель­ных полетов и скоро получу звание лет­чика. Вместе со мной школу окончит и моя сестренка Илга. В 1936 году мою матьсвинарку Анну Ивановну правительство наградило орденом Трудового Красного Знамени. После награж­дения тов. Микоян пригласил к себе вею нашу семью. Он запросто поговорил с на­ми и лал задание начальнику политотде­ла: из старшей моей сестры вырастить ди­ректора совхоза (она сейчас заведует в сов­хозе племенной фермой), а меня с Илгой еделать хорошими летчиками. Так оно и будет! Рабочий совхоза имени Сталина, Волоколамского района, Москов­ской области, Э. КАРКЛИН.

Сыны и дочери * БЫВШИЙ ПАСТУХ мени. Жизнь Нуркана Мусинова началась неудачно. Семи лет он остался круглым си­ротой. Отец его, проработав 35 лет пасту­хом у бая, не оставил семье ни гроша. Нур­гон однако, не пропал кан, однако, не пропал. ал. После нес нескольких нескольких лет скитаний ему посчастливилось стать подпаском одного из знатных пастухов Ка­захстана--Торлубекова в колхозе Боровое. - Помни, Нуркан, - внушал Торлубе­ков подпаску, - это скот не байский, а ков подпаоноби колхозный, люби его. Ученик оказался очень способным. Ка­залось весь лучший опыт рода потомствен­ных пастухов Мусиновых передался этому ных пастухов малышу. После того как Торлубеков перешел ра­ботать в другой колхоз, Нуркан по праву занял его место, а затем стал управляю­щим овцефермой. Здесь животновод развер­нулся во-всю. Нуркан добился устройства для овец зимних утепленных помещений с отделениями для молодняка. Он завел кни­гу учета каждой овды, времени ее случки и окота. Чтобы не было обезлички в уходе за скотом, Нуркан разбил стадо на пять отар и во главе каждой поставил пастуха. - Вот тебе отара, -- говорил он каж­дому пастуху. - Ты отвечаешь за окот и сохранение всего молодняка. его.году Пастухи были неграмотные. Нуркан по­слал их в школу ликбеза, а когда научи­лись грамоте, организовал для них живот­новодческий кружок. Занятия в кружке проводит сам Нуркан. Недавно подводили итоги деятельности Нуркана. В 1930 году на ферме было 300 овец, а сейчас--1.645. Нуркан полностью сохранил приплод. И какой приплод! Нур­кан пустил в свое стадо племенных про­изводителей породы «рамбулье». Их поко­ление за два года настолько увеличилось, что Нуркан нашел нужным организовать из них специальную отару. Он мечтает че­рез несколько лет заменить всех беспород­ных овец овцами «рамбулье». В 1936 году Нуркан Мусинов был в Кремле на Всесоюзном совещании колхоз­ников-животноводов. Правительство награ­дило его орденом Трудового Красного Зна­Д. СЕРГЕЕВ.

колхозного ***

МАСТЕР высокого УРОЖАЯ В Кантемировском районе, Воронежской области, о Василии Костенко с гордостью говорят: - Наш Василий взял по 438 пудов пшеницы с гектара… В Щербиновском районе, Краснодарско­го края, Василии Костенко с гордостью говорят: - Наш Василий взял по 438 пудов пшеницы с гектара… Имя прославленного мастера высокого урожая одинаково дорого и кантемиров­цам, землякам Василия, он родом из этого района, и щербиновцам, - в этом районе работает Василий. Хорошо знают о рекорде Василия Костенко также и в да­лекой Сибири, Белоруссии, Поволжье. По всей широкой советской земле радио, га­зеты и письма разнесли весть о выдаю­щемся успехе молодого бригадира колхоза им. XVII партс езда, Щербиновского района (Краснодарский край). У Костенко часто спрашивают, как он смог получить такой высокий урожай. Тов. Костенко всегда отвечает подробно, обстоятельно. В его речи часто мелькают слова «знание», «соревнование», которые в сущности определяют весь секрет успе­ха мастера. В одной из своих статей тов. Костенко писал: - Плодородны кубанские земли. Хоро­шо обрабатывать их, применять агротех­нику - и зашумят поля буйными хлебами. Чтобы правильно применять агротехнику, тов. Костенко много учился. Прошел агро­номические курсы, где прочно усвоил азы агрономической науки. Затем учился на курсах бригадиров в Ейске, где встретился с бригадиром тов. Кимлачем. Здесь за школьными партами возникла неразрывная дружба между двумя знатными бригадира­ми. Они заключили между собой договор на социалистическое соревнованиеобяза­лись быть первыми в учебе и на полях. Победителем на поле оказался тов. Кимлач, который в прошлом году получил на своем участке в 78 гектаров по 55 центнеров пшеницы. Костенко собрал го­раздо меньше--по 37 центнеров с га. Соревнование разгорелось с новой силой. Василий решил обеспечить зерну наиболее благоприятные условия для роста и пита­ния. Плуги, шедшие на тяге могучего «Че­лябинца», пахали апрельские пары на глу­бину в 25--30 сантиметров. Лемехи выво­рачивали на поверхность пласты прекрас­ного кубанского чернозема. Лето прошло в заботливом уходе за парами. Сеяли в первой пятидневке сентября. По наблюдениям Василия, это был лучший срок для сева озимых… Когда весь массив убрали, оказалось, что с участка в 75 гектаров был взят урожай в 438 пудов с га. Взят после упорной борьбы, которая велась по всем правилам агротехники. Костенко хорошо сказал о своей победе: -Путь к высоким урожаям найден, в будущем году возьмем еще больший уро­жай -- на 550 гектарах. B. СЕМЕНОВ. ЗАВЕДУЮЩИЙ ЗЕМЕЛЬНЫМ ОТДЕЛОМ Председателя колхоза «Красный восход», Работкинского района (Горьковская об­ласть) выдвинули в заведующие районным земельным отделом. Тов. Романов быстро освоился с новой работой. Большую часть своего рабочего времени он проводит в кол­хозах.

ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ БАТРАКА До вступления в колхоз я прожил трудную жизнь: детство­в безлошадной крестьянской семье, затем­годы под­невольной работы у кулаков, Батрачили с женой за кусок хлеба. Покуда был здо­ров, кулаки выжимали из и из меня последние соки, а, бывало, заболею - меня выбра­сывали вон, как ветошь. В 1928 г. сделал первую попытку за­жить самостоятельно. Собрался кое-как c деньгами, купил лошаденку. Но дело не ладилось, да и не могло ладиться. Я искал выхода и нашел его, наконец, в колхозе. В 1929 году в селе Буденном организо­вался колхоз. Мы с женой первые всту­пили в артель. В 1930 году в нашемрайоне организовали МТС, появились тракторы. Увидев тракторы, о которых раньше знал только по наслышке да из газет, я решил во что бы то ни стало научиться работать на них. Меня послали на курсы, которые я успешно закончил. Летом 1931 года я уже работал трактористом. В этом же году меня выдвигают помощником бригадира, а через год доверили тракторную бригалv. Я горжусь тем, что советское государ­ство оценило мой труд, опыт и доверило мне бригаду. 1935 год­новая веха в моей жизни. Мне посчастливилось быть на Всесоюзном совещании передовиков сельского хозяй­ства, которое было для меня прекрасной школой. Я видел и слышал руководителей партии и правительства и самого товарища Сталина. Никогда не забуду своего пребы­вания в Кремле. Здесь меня наградили ор­депом «Знак Почета». Радостный, возбужденный вернулся я до­мой. Хотелось скорее приступить к работе, чтобы делом ответить на высокую награду. ответил: моя бригада заняла первое место в области. В 1936 году я заработал 6.000 рублей и больше 300 пудов хлеба, не считая многочисленных ценных подар­ков и премий. Я решил овладеть гусеничным тракто­ром и комбайном. Лицом в грязь не уда­рил: занял в этом году во время сева пер­гое место в области, выработав на один гусеничный трактор около 1.900 гектаров. A на косовице мой аггрегат из двух «Сталинцев» убрал 1.807 гектаров. Сейчас продолжаю убирать подсолнух. Моя бригада довела выработку одного гусеничного трак­тора до 3.221 гектара. Я стараюсь передать весь свой опыт и знания трактористам. Люди в моей бригаде растут быстро. Из трактористов Николая Болотина, Федора Гладких, Дмитрия Давы­дова и других вышли неплохие бригадиры. Вот мой путь от батрака до орденоносца, тракториста и комбайнера. знатного Тракторный бригадир-орденоносец Иван ШИПИЛОВ. Тоцкая МТС, Оренбургской области. °

Если бы видел отец… Был я простой, малограмотный венский парнишка, ходил в лаптях и ни­когда не думал, что мне выйдет на долю такая судьба.Но как начнешь размыш­дят то приходишь к выводу что моя лять, то приходишь к выводу, что моя судьба-это судьба страны. Страна меня вырастила, подняла, дала силы и муже­ство, и я стал тем, кем я есть. Комбайнер я хороший. Скрывать это, пожалуй, не к чемувсе знают. В 1935 я дал 780 гектаров выработки при норме в 150 на комбайн, а в 1936 году-- 2.040 гектаров при норме в 180. Но каких-нибудь особых достоинств я себе не приписываю. Воспитали меня пар­тия, комсомол да Красная Армия. Меня научили быть упорным человеком, входить в сущность изучаемого дела, работать коллективно, по-большевистски. Значит, мои результаты­это результаты тех, кто меня воспитал… Попал я на Кубань, в Штейнгардтскую мТС после демобилизации из армии. Было на Кубани время грозное--во-всю действо­вал яд кулацкого саботажа. Вот мы и решили организовать красноармейский кол­хоз из демобилизованных красноармейцев. Обосновались мы в станице Шкуринской, неподалеку от Кущевки. Был я вначале полеводческим бригади­ром и членом правления колхоза, а потом решил, что надо изучить сложную маши­нувот такую, как комбайн. В школе комбайнеров станицы Ленинградской я учился изо всех сил, сдал зачеты на «от­лично» и получил первую категорию. С увлечением начал работать. Если уж говорить о причинах моего успеха, то они следующие: социалистическое сорев­нование, тесная связь с товарищами по аггрегату и, пожалуй, главноесил я сво­их не щадил, учил других и сам учился непрерывно, старался вникнуть во все тонкости сложной машины. Труды мои увенчались успехом. Хочу сказать о моих товарищах -- Афанасьеве, дере­Воронове и Кулебацком. Отличные ребята! Вначале они были моими помощниками, а теперь уже стали самостоятельными комбайнерами и, надо прямо сказать, превосходно работают! Я их научил и я превосходно работаковсем ими горжусь-не зря учил! Были у меня и недруги: вот, скажем, директор МТС Матюхов. Он мне много крови испортил, всячески меня старался дискредитировать, портил работу, маши­ну. Но ничего у него не вышло. Сейчас он разоблачен и осужден. Самый радостный момент в моей жизни­это когда я был на приеме в Кремле, ви­дел и говорил с товарищем Сталиным, Ни­когда мне не забыть эти минуты. Я уж не помню, как я дошел домой, такие ра­достные чувства бушевали у меня в груди. . Что же. Я живу сейчас так, как только мог мечтать. Страна моя цветет-расцве­таю и я вместе с ней. Правительство на­градило меня орденом,- это моя гордость и счастье. Товарищи меня уважают, работа моя ценится высоко, заработок у меня от­личный. Я приехал учиться в Москву, в Тими­рязевскую академию. Образование у меня небольшое-двухклассное сельское учили­ще. Значит, надо много работать для того, чтобы осилить науку. Работы я не боюсь, Пробуду три года на подготовительном от­делении, а потом поступлю в институт ме­ханизации сельского хозяйства и, глядишь, буду инженером. Инженер Константин Борин! Даже странно сказать! Мне сейчас 28 лет, я молод, жена у ме­няхорошая, дети тоже, трое ребяти­шек у меня, живу на «отлично» Вотеслиб мой отец-старик, который всю жизнь ма­ялся в своей деревеньке Шестерево, Горь­ковской области, мог бы встать из гроба и посмотреть, как живет его сын. Наверное, порадовался бы старик… Комбайнер-орденоносец Константин БОРИН.



ЧЛЕН ПРАВИТЕЛЬСТВА В 1918 году односельчане избрали меня членом сельсовета, и с тех пор состою в сельсовете бессменно. Словно крылья вы­росли у меня с того времени, как избрали в сельсовет. Я пюняла, что неграмотность может помешать работе, и ликвидировала ее. Местная партийная организация взяла на особый учет наиболее активных жен­щин-крестьянок и начала готовить их к самостоятельной ответственной работе. Сре­ди них была и я. Шли годы. Я все активнее участвовала в общественной жизни. Стала мечтать вступлении в партию, чтобы с еще большей энергией бороться за дело Ленина Сталина. В 1930 году моя заветная мечта осуществилась. В начале 1931 года я организовала в своем селе колхоз «Колос» и была избрана его председателем. Трудностей было много, но партия и правительство помогли нам стать на ноги. Колхоз быстро пошел в гору и стал одним из передовых в районе. B 1933 году я имела величайшее счастье побывать на 1-м Всесоюзном с езде колхозников-ударников, повидать руководи­телей нашей партии. Здесь я впервые услы­шала речь того, кто внес радость в жизнь женщины-крестьянки,-товарища Сталина. После этого хотелось работать еще лучше, производительней. В 1934 году меня избрали председате­лем Малосотниковского сельсовета, где я Ти работала до последних дней. В 1935 г. я была делегатом Курской области на XVI Всероссийском сезде советов. На этом сезде меня избрали в члены ВЦИК. Теперь я выдвинута на пост заведую­щего Курским областным отделом социаль­ного обеспечения. Работа новая. Много трудностей. Но я их не боюсь: партия на­учила меня преодолевать трудности по­большевистски. С каждым днем жизнь становится все радостнее и увлекательнее. Под руковод­ством партии Ленина -- Сталина мы одер­живаем одну победу за другой. Вот почему не чувствуешь усталости, молодеешь, цве­тешь вместе с нашей любимой родиной. Нигде в мире трудящаяся крестьян­ка не имеет таких прав и возможностей, какие обеспечены женщинам Сталинской Конституцией.

ДИРЕКТОР МТС Орденоносец Б. Курсаков, председатель колхоза имени Фрунзе, Пугачевского рай­она, Саратовской области, выдвинут дирек­тором Старо-Порубежской МТС. Тов. Курсаков родился в батрацкой семье. С 10 лет он начал работать у кула­ков. В годы гражданской войны вступил добровольцем в дивизию Чапаева, участво­вал во многих боях. В 1929 году тов. Курсаков организовал колхоз. После недолгой учебы и работы в МТС он возвращается в колхоз. Его изби­рают председателем артели имени Фрунзе. За высокий урожай на орошаемых участ­ках правительство наградило тов. Курса­кова орденом Ленина.

Строя свою счастливую жизнь, мы хо­рошо помним слова товарища Сталина о капиталистическом окружении. Чем сильнее становится наша страна, тем озлобленней делаются наши враги. Но пусть запомнят все твари, питающие надежду поживиться нашим богатством и посягнуть на наши священные границы, -- пусть запомнят, что все женщины-крестьянки великого Со­ветского Союза станут грудью на защиту своих завоеваний. Заведующая Курским областным отделом социального обеспечения член ВЦИК Анна СОПОВА.

K. А. Борин, мастер комбайновой уборки - орденоносец (Штейнгардт­ская МТС, Краснодарского края).

A. Н. Пронькина, звеньевая колхоза имени Сталина (Нагорный район Ка­бардино-Балкарии) орденоносец.

году не менее 15.000 колхозов проводят опыты по внутрисортовым скрещиваниям. Вокруг всех наших научных работ мы об единяем огромный коллектив колхозни­ков-опытников. Наша сила в том, что мы работаем, опираясь на этот многотысячный коллек­тив. Наша сила в том, что этот коллектив выпестовали родная партия большевиков, дорогая социалистическая родина. Наша си­ла в том, что мы в своей работе руководимся дарвинизмом, руководимся великой теорией Маркса -- Энгельса -- Ленина -- Сталина. Если отнять у нас все это, мы станем бессильными. Но в том-то и наше сча­стье, что никому не нарушить нашей неразрывной связи с колхозными массами, обогащающей и оплодотворяющей науку! Не было и нет ни одного нашего тео­ретического положения, ни одного выдви­нутого нами мероприятия, которое не встречали бы в штыки представители ста­рой агрономической науки, сложившейся в недрах буржуазного строя. Но их усилия подорвать наши силы были и будут тщетны. И не потому, что я и все идущие вместе со мной научные работники обладаем большими теоретиче­скими способностями, чем наши против­ники. Попытки противников тщетны по­тому, что за нас - правда теории, кото­рая ежечасно проверяется и обогащается нашей богатой социалистической практи­кой. Нас, дарвинистов-мичуринцев, с ка­ждым днем становится все больше и боль­ше. В нашей борьбе нам помогают такие кристально честные, светлые и талантли­вые умы, как непримиримый и беззавет­дый борец за советскую науку акад. B. Р. Вильямс. Нам помогают такие лю­ди. кам акад. Эихфельд, удививший весь мир своими новаторскими работами в об­ласти северного земледелия. Армия моло­дых ученых и учащейся молодежи все активнее включается в борьбу за дарви­нистскую перестройку агро-биологической науки. Наконец, последнее по счету и самое главное, решающее по своему значению. В своей работе я и весь коллектив ин­ститута на каждом шагу чувствуем повсе­дневную чуткую заботу родной ленинско­сталинской партии и советского правитель­ства о нас, о всей советской науке. Это и дало мне возможность стать ученым.

рая на пророчества, а может быть и под­стрекаемый ими, я посоветовал отцу моему Д. Н. Лысенко посеять весною полгектара озимой пшеницы «украинки». Летом она прекрасно выколосилась и созрела вопреки всем предсказаниям. В 1929 г. на Киров­абадской станции у меня и у моего, тогда еще начинавшего, научного сотрудника Д. А. Долгушина (ныне доктора биологиче­ских наук) было уже много делянок самых разнообразных сортов озимой пшеницы, вы­сеянных весной.

Мы производили наблюдения сперва над опытными полугектарами, затем гек­тарами, десятками и, наконец, над сот­нями и тысячами гектаров яровизирован­ных посевов в различных колхозах. В ин­ститут стекались сообщения об опытах колхозников, произведенных в различных районах Союза. Анализируя их, мы раc­крыли новые, неизвестные доселе законо­мерности в поведении растений. Стави­лись новые опыты. Так постепенно рож­дались и оформлялись обобщения, после­довательная система взглядов. В резуль­тате стала складываться определенная те­ория развития растений, на основе кото­рой разрабатывались новые агроприемы для нашего социалистического сельского хозяйства(борьба с вырождением карто­феля на юге, чеканка хлопчатника и т. д.). Обобщая массовый опытный материал, мы примерно 1933 года пришли к мы­сли о так называемой направленной пере­стройке природы растения. Мы обязались в течение трех лет создать путем скрещи­вания новый сорт яровой пшеницы, кото­рая в условиях климата Одесской области является одной из наиболее трудных для селекции культур. Ровно через 21% года, в 1935 году, были получены три новых сорта яровой пшеницы. В настоящее вре­мя один из этих сортов (№ 1163) размно­жен в 129 колхозах на площали в 250 гектаров, В 1937 году наш сорт занял пер­вое место по урожаю почти во всех пунк­тах областного сортоиспытания. Такими же темпами и успешно был создан для Украины новый сорт хлопчатника. Выводя новые сорта, мы неизбежно столкнулись с вопросом о внутрисортовых скрещиваниях сортов самоопылителей по­левых культур. Разрабатываемая нами теория подсказывала, что для поддержания и улучшения сортов растений-самоопыли­телей необходим внутрисортовый пере­крест. В 1936 году около 2.000 колхозов Со­ветского Союза заложили опыты с ози­мыми и яровыми пшеницами на основе разработанной тов. Долгушиным техники кастрации пшеницы. Предварительные ре­зультаты полевого испытания 1936 года были настолько удовлетворительны, что Наркомзем СССР рекомендовал еще более  широко применить этот способ. В 1937 

Академик Т. ЛЫСЕНКО

МОИ ПУТЬ В НАУКУ У меня иногда спрашивают, как я стал ученым. Такой вопрос задают наши агро­номы и учащаяся молодежь. Об этом же спрашивают и приезжие иностранные ученые. Советские агрономы и молодежь хотят узнать о моем пути к науке, понимая, что этот путь у нас доступен каждому. Иностранных гостей интересует и уди­вляет другой, более общий, нами уже за­бытый вопрос: как сын крестьянина (ныне колхозника) стал академиком. В капиталистическом обществе такой случай - редчайшее исключение. Буржуа­зия ревниво охраняет высоты науки от «кухаркиных детей». Ученые здесь пре­имущественно выходцы из господствующих классов и верно служат буржуазии. К то­му же среди них немало серых, бездарных людей, ставших «деятелями науки» только по протекции или личным связям. Но и настоящие ученые в условиях капитали­стического общества не могут разверну свое дарование во всей его широте. Подлицная научная мысль задыхается в рам­ках капиталистического строя, где ее на­правление определяется интересами капи­талистов и помещиков. Вспомним хотя бы такого гениального ученого, как К. А. Ти­мирязев, которого царские чиновники от науки упорно изгоняли из университета, из сельскохозяйственного института, Его работы и идеи, представляющие исключи­тельную ценность, получили свое настоя­щее развитие только в нашей советской действительности. Но разве Тимирязев исключение! И. В. Мичурина до Великой социалистической революции не причисля­ли даже к числу ученых. Только в наше советское время Мичурин и его деятель­ность стали знаменем для биологов. Гениальный биолог Дарвин лишь на склоне лет своей жизни был избран чле­ном Французской академии, да и то не за дарвинизм, не за созданную им гениальную теорию развития органического мира, а за работы по… систематике. Буржуазная на­ука не терпит подлинных ученых, которые действительно раскрывают закономерности природных и общественных явлений. В ином положении наука, в частности агрономическая, в нашей стране. Ей при­сущи прежде всего революционность, сме­лость дерзаний, Она обязана повседневно помогать производству получать хорошие урожаи, отвечать на все запросы практики. В то же время наша наука призвана смело, революционно преобразовывать в интересах социалистического общества и почву, и растения, и животных - весь ор­ганический мир. Имея способности и желание, в нашей стране легко стать ученым. Сама советская жизнь заставляет становиться в той или иной степени ученым. У нас очень трудно и даже невозможно провести резкую, непереходимую грань между учеными и не­учеными. Каждый сознательный участник колхозно-совхозного строительства является в той или иной степени представителем агро­ла науки. В этом сила советской науки, сила каждого советского ученого. Вот почему тот путь который привел меня к науке, яв­ляется обычным, доступным для любого гражданина Союза. Окончив в 1925 году Киевский сельско­хозяйственный институт, я приехал на Ки­ровабадскую (бывшую Ганджинскую) се­лекционную станцию Мне предложили должность младшего специалиста по селек­ции бобовых, фуражных и сидерационных растений, Л спросил, над какими бобовыми растениями мне нужно работать. -Выбирайте сами, -- ответили мне, опыта никакого нет, и поэтому посовето­вать ничего не можем. Пришлось самому выбирать обекты своей работы. Начав работу в октябре ноябре 1925 года, я быстро заметил, что в Кировабадской долине осень и зима несравненно мягче, чем на Украине, где я родился и вырос, Как-то сама собой воз­никла мысль: почему бы не выращивать здесь в осенне-зимний и ранне-весенний периоды года кормовые бобовые растения, а также и бобовые растения для удобрения почвы? Эта мысль захватила меня, и позд­ней осенью 1925 года я высеял в поле набор бобовых растений. В начале весны некоторые сорта гороха дали довольно большую зеленую массу, ко­торую можно было убирать для силоса или запахивать как удобрение. Выявилось лю­бопытное обстоятельство: некоторые сорта, которые я считал значительно более ран­ними по сравнению с другими, оказались более поздними, и, наоборот, некоторые из поздних оказались наиболее ранними. Ду­мая об этом обстоятельстве, я впервые по­нял, что не все положения старых учеб­ников бесспорны. Я пришел к выводу, что необходимо бо­рно сельстого длина вегетационного периода сельскохо­зяйственных растений. Начались опыты со сроками посева. Был взят набор различ­ных сортов сельскохозяйственных культур (зерновые хлеба, бобовые, хлопчатник), Пользуясь условиями поливного хозяйства, мягкой и почти безморозной зимой, я на протяжении лвух лет, через каждые 10 дней, высевал набор этих сортов, Опыты окончательно убедили меня в том, что раннеспелость или позднеспелость сорта нельзя оценивать вне условий посева. В конце концов я разобрался, в чем за­я с ключается сущность сзимости и яровости сортов, и понял, почему озимые хлеба, а также многие другие озимые растения не плодоносят при весеннем посеве в обыч­ных полевых условиях. Стали ясны и при­чины этого явления. Выводы своих опытов изложил на Всесоюзном генетическом езде, состоявшемся в 1929 г. в Ленин­граде. Сообщение прошло незамеченным. Проф. Н. И. Максимов, который, как я потом узнал, долго изучал вопросы ярово­сти и озимости растений, также не нашел в моих опытах ничего нового. Он пророчил неудачный исход моего опыта при повто­рении его в другом районе. Но я не из тех, кто пасует перед трудностями или благо­говееттперед застывшими канонами. Невзи-

Необычное поведение озимой пшеницы, высеянной весной на усадьбе моего отца, привлекло внимание советской обществен­ности и земельных органов. Наркомзем УССР предложил мне перейти в Одесский селекционно-генетический институт и ра­ботать над вопросами яровизации. Этим и закончился первый этап моей научной деятельности, отличавшийся тем что я работал в одиночку и не был свя­зан с широкими колхозно-совхозными мас­сами. Между тем колхозники-опытники забрасывали меня вопросами о моих рабо­средственный интерес такая иься знанияивоо житься знаниями, что я был буквально потрясен, С 1930-31 года начинается новая веха в моей жизни. понял, что сила нашего советского ученого в тес­нейшей связи с производством, людьми практики, и связался с тысячами колхоз­ников-опытников, а впоследствии -- с ха­тами-лабораториями. Новый масштаб работы требовал созда­ния - пусть небольшого, но сплоченно­го­коллектива людей новой складки, нового стиля, свойственного советской науке, А институт, куда я перешел в 1930 году, работал по-старинке, келейно, вдали от широких масс. Больше того, связь с людьми практики считалась эдесь зазорной для научного работника. В борьбе за советский стиль научно­исследовательской работы наш коллектив стал складываться довольно быстро. К нам примкнули некоторые научные со­трудники, уже работавшие в институте, пришли и новые. Укажу хотя бы на тов. А. Д. Родионова, бывшего до инсти­тута рабочим и выросшего впоследствии в крупного специалиста.