5 июля 1939 г., № 152 (4335)
КОМСОМОЛЬСКАЯ
3
ПРАВДА
БЕЗДЕЯТЕЛЬНОСТЬ Каменец-Подольской области) Не обеспокоило райкомовцев и вопию­щее безобразие, творившееся в колхозе имени Петровского. Живет здесь некая Н. А. Романюк, Она имеет швейную ма­шину, шьет колхозникам одежду и берет за это большие деньги, В колхозе не ра­ботает. Но ей нужны трудодни, Романюк взяла себе учениц и плату за учение бра­ла с них трудоднями. Это противозаконие осталось безнаказанным. Лишь в конце июня райком решил соз­вать собрание комсомольского актива и обсудить решения майского Пленума ЦК ВКП(б). На собрание приехало всего 100 человек, После доклада, посвященного по­становлению «О мерах охраны обществен­ных земель колхозов от разбазаривания», секретарь райкома тов. Гораевский вопро­шал полчаса: -- Товарищи, кто же будет говорить? На трибуну никто не поднимался, И не случайно. Многие из активистов лишь на собрании актива узнали о постановле­нии. Большая армия комсомольцев-агитато­ров не была подготовлена к разяснению этого решения среди колхозников. Пользуясь отсутствием массовой агита­ционной работы, кулацкие отпрыски под­няли голову, распространяли провокацион­ные слухи. Комсомольцы не сумели разо­блачить провокаторов. Райком не помогает партийным органи­зациям, колхозам, сельсоветам в большой работе по сселению 171 двора, располо­женного сейчас на карликовых хуторах, не привлекает к этому делу колхозную мо­ледежь. Не поинтересовались в райкоме, готов ли район к обмеру приусадебных участков. Подбор мерщиков и членов ко­миссий словно и не касается комсомоль­ских руководителей. Когда же Дунаевецкий райком ЛКСМУ по-большевистски возьмется за выполнение решений майского Пленума ЦК партии? Пусть на это ответит Каменец-Подоль­ский обком комсомола, считающий, что в Дунаевцах «дело обстоит неплохо». ИВ. ЕРЕМЕНКО. (От нашего корреспондента по Прошел месяц с тех пор, как было опубликовано историческое постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома СССР «О мерах охраны общественных земель колхозов от разбазаривания». Единодушно одобрив этот замечательный сталинский документ, до­бросовестные колхозники Дунаевецкого рай­она уже проводят его в жизнь. На колхозных собраниях передовики ра­зоблачают рвачей, лжеколхозников, носи­телей кулацких тенденций, пытающихся в личных целях эксплоатировать обществен­ную землю. В Дунаевецком районе лжсколхозникам, нахлебникам, рвачам жилось особенно вольготно. Из семнадцати тысяч членов артелей района около четырех тысяч, при­крываясь званием колхозников, нажива­лись на общественной земле, обкрадывали честных людей. К стыду комсомольской ор­ганизации района, в их числе-- 250 ком­сомольцев. Только на-днях в райкоме комсомола узнали эту позорную цифру. Казалось бы, она должна была взволновать работ­ников райкома, прозевавших грубейшие на­рушения колхозного устава. Но этого не случилось. К историческому решению о колхозных землях в райкоме отнеслись с возмути­тельным равнодушием. Секретарь райкома тов. Гораевский не пропагандирует этого важнейшего документа. Между тем с приусадебными участками в районе творились безобразия. Уже после постановления партии и правительства из сел поступьли сигналы о том, что нару­шители колхозного устава не унимаются. В некоторых селах они просто обнаглели. Ночью приходили на вспаханные колхоз­ные земли, выбирали себе участок и сеяли на нем огородные культуры. Лжеколхоз­ник села Рагинцы Тимофеев имеет 0,75 га приусалебной земли, но он захвалил себе еще один участок, Все это происхо­дию на глазах у комсомольцев села, Но райком, отстав от жизни, не подсказал млодежи, что надо делать, не помог ей разоблачить рвачей и тунеядцев.
ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ
КУСТАРЩИНЕ полОжИТЬ коНЕЦ B Казахстане хлопок занимает сейчас 106 тысяч гектаров. Это в пять с лиш­ним раз больше, чем было до революции. Несколько лет назад на полях республики начали возделывать сахарную свеклу. Сейчас ею засевается свыше 14 тысяч гектаров. XVIII с езд ВКП(б) поставил задачу-по­высить в третьей пятилетке урожайность хлопка до 19 центнеров с гектара и уро­жайность свеклы до 235 центнеров. Для того, чтобы выполнить эту задачу, кол­хозникам необходимо повысить свои агро­технические знания. Колхозники прекрас­лекций, книг по сельскому хозяйству. К сожалению, агротехническая учеба поставлена очень плохо. Кружков создает­ся много, особенно зимой. Но никто не знает толком, чем и как нужно занимать­ся: программ, методических указаний, по­собий нет. Удивительно ли, что многие кружки распадаются? Виноват в этом больше всех Наркомзем Казахской ССР. Здесь к организации агро­технической учебы колхозников относятся равнодущно.
На тактических занятиях в N-ской части тт. И. СЕМЕННИКОВ и К. ПЕКОВ ведут
Приволжского военного округа. Командиры танков­комсомольцы-отличники свои машины, через естественные препятствия для сближения с «противником». Фото Н. Финикова. Тихоокеанский флот. ИЗ ЛИРИЧЕСКОЙ ПОЭМЫ Пусть сад невиданно цветет, И песню девушка поет! Сжимайте, юноши, ружье! Мы двинемся врагу навстречу, Неся штыки - за право жить, За право петь на всех наречьях, За право девушек любить. Достоин родины лишь тот, Кто в бой за родину идет. МИХАИЛ ЛЬВОВ. Мы вечно присягали жить, «В бою ли, странствиях, волнах», Вдали, в незнаемых полях, Где путь неведомый лежит, Когда гроза - грозою жить, И перед боем - боем жить. В тревоге мир: опять весна, Врагу земля его тесна. Он хочет выжечь наши хаты, Сады Полтавщины богатой. Сжимайте, юноши, ружье!
ЛОЛКЕ лодки с районом плавания, Гончарук про­вел несколько занятий по изучению пуле­мета. Редактор газеты лодки комсомолец Осипов за время плавания выпустил три стенгазеты и 11 боевых листков. Член комсомольского бюро - командир отделе­ния Иванов, комсомольцы Осипов, Бубнов, Кудрявцев были инициаторами социали­стического соревнования в честь Сессии Верховного Совета СССР, о дне открытия которой мы узнали в море. В один из дней, когда лодка вынырну­ла на поверхность океана, на горизонте появился самолет «противника», Мы снова погрузились в воду. Командир лодки от­метил рекордные сроки погружения лодки. Всплыв на другом месте, мы предпо­лагали, что скрылись от самолета. Летчик, , однако, оказался опытным: как только мы уходили ко дну, он делал посадку на во­ду, когда мы всплывали, самолет подни­мался над нами, Четыре раза лодка то всплывала, то погружалась и уходила от преследующего ее «противника». Пилот сбрасывал «бомбы» в море, пы­тался установить опознавательные знаки она была неуловима. Во время похода мы десятки раз погру­жались и всплывали на воду, вели артил­лерийские стрельбы, Находясь под водой, личный состав просмотрел 11 киносеансов, проведено несколько партийных и комсо­лодки. Лодку искали на воде и под водой, но мольских собраний. Четыре отличника бое­вой и политической подготовки приняты в комсомол и трив кандидаты ВКП(б). Л. УРАЛЬСКИЙ, краснофлотец N-ской подводной лодки.
С КИНОАППАРАТОМ НА ПОТВОДНОЙ ПО КАВКАЗУ Группа студентов Всесоюзного кинема­тографического института еще весной на­чала готовиться к интересному походу. Молодые кинематографисты решили прой­ти из города Орджоникидзе до Тбилиси, по пути, который проделал в 1919 году незабвенный Серго. Пробираясь в Тбилиси, товарищ Орджо­никидзе сплачивал на борьбу с белогвар­дейщиной трудящихся­осетинов, кабар­динцев, казаков, ингушей, чеченцев, созда­вал боевые партизанские отряды. Путь Серго лежал через горную реку Ассу веч­но снежные Хевсурские горы, по берегам буйного Терека, по извилистым стым тропам, сквозь узкие кавказские ущелья. Студенты-кинематографисты берут с со­бой семочную камеру и фотоаппараты. Они заснимут пейзажи Ингушетки и Хев­суретии, аулы и дома, в которых останав­ливался Серго. Кроме того будут записаны воспоминания местных жителей о чрезвы­чайном комиссаре юга России--C. Орджо­никидзе. В дальнем подводном плаванье я и мои друзья бывали не раз, но ни один из по­ходов не оставил столько впечатлений, как последний. Много дней назад мы покинули бухту. Лодка вышла в открытое море. Поднялся ветер, шел дождь. Командир приказал за­стопорить машины и готовиться к погру­жению. Послышался знакомый шум. Вода бы­стро затопляла цистерны, Лодка погрузи­лась на глубину, Нам казалось, что с тех пор, как мы ушли с рейда, началась длинная ночь. Работа становилась напря­женнее. Старались меньше двигаться, что­бы экопомить кислород. Мы уже несколько дней под водой. Но у лодки есть свои глаза, уши. Подводники знают, что делается на материке, мы ни один день не чувствовали себя оторван­ными от родной страны. Радисты прини­мали сообщения наших радиостанций, за­писывали их на бумаге, выпускали боевые листки с международной и внутрисоюзной информацией. Как только было принято сообщение об Указе Президиума Верховного Совета СССР о сроках службы в Военно-Морском Флоте, под водой состоялся митинг. Подводники единодушно приветствовали новый закон. Краснофлотец Гончарук подал докладную о оставлении его на сверхсрочную службу. Мы стали работать еще лучше. За вы­носливость в труднейших условиях коман­дование обявило благодарность комсомоль­цам рулевому Зайцеву, электрику Дель­дежеву, помощнику кока Порхаеву. В каждом отсеке комсорги проводили за­нятия по специальной подготовке. Комеомо­лец Мацепура ознакомил личный состав
На хлопковых полях в этом году дол­жна широко применяться поливка по бо­роздкам, перекрестная обработка и под­кормка посевов. Предстоит чеканка хлопка. Популярные брошюры специалистов том, как это нужно делать, оказали бы колхозникам неоценимую помощь. Но та­ких брошюр нет. Давно собирается Нар­комзем издать плакат о поливах хлопка и свеклы. Поливы уже начались, а плаката все нет. Беспечно относится к делу и земольный отдел Южно-Казахстанской области. В на­чале года областной земельный отдел из­дал агротехнические указания по хлопку. Но, во-первых, эти указания были изло­жены на русском языке; во-вторых, тираж брошюры может вызвать только недоуме­ние. Для всей области выпущено… 300 экземпляров. По сахарной свекле тоже нет ни про­грамм для колхозных кружков, ни посо­бий. Агротехнические указания изданы небольшим тиражом и опять-таки только на русском языке. Немало в республике стахановцев, до­бившихся больших урожаев. Разве нельзя издать брошюры об их опыте? Кустарщине надо положить конец. Дав­но пора Наркомзему Казахской ССР соста­вить для колхозных кружков программы, издать на казахском языке популярные пособия, книжки об опыте лучших ста­хановцев, Тогда еще быстрее будут расти ряды стахановцев-хлопководов и свекло­ВИЧНИКОВ. Молодые депутаты Верховного Совета Казахской ССР: Ахметбек КИСТАУОВ, начальник хлопкового управле­ния земельного отдела Южно-Казах­станской области. Баршин БИТЕГЕНОВА, инструктор стахановских методов в свекловичных колхозах Лугов­ского райземотдела Южно-Казах­станской области. Татьяна РЫБКИНА, звеньевая хлопкового колхоза им. Ильича Келесского района Южно-Казахстанской области.
Энтузиасты

оборонной работы началу обеденного перерыва в ворота цха вкатили макет пушки, Молодой воен­ный техник не успевал отвечать на во­просы. Какими снарядами пушка стреляет? Какова ее дальнобойность? Может ли она бить по самолетам? Молодежь с интересом следила за при­емами наводки. В друтой цех принесли миномет, в тре­тъем показывали, как стрелять из стан­кового пулемета, а в четвертом наглядно демонстрировали приемы штыкового боя. Вечером в красном уголке завода собра­лись комсомольские и осоавиахимовские активисты, чтобы обсудить вопросы обо­ронной работы. Так прошел на заводе «Красный тябрь» очередной «день обороны». Тысячи рабочих и служащих завода привыкают работать в противогазах, зна­княтся с современной военной техникой, слушают беседы командиров. «Днем обороны» можно было бы по праву назвать любой день на «Красном Октябре». …Через десять-пятнадцать минут после обеденного гудка в цех приходит инструк­тр гранатометания. Молодежь собирается у таблицы, на которой изображен раз­рез гранаты. После трех-четырех теорети­ческих занятий гранатометчики трениру­юся на специально отведенной площадке, бросая гранату на дальность и в цель. Командиры запаса Кузьмин, Усанов, се­кретарь цеховой комсомольской организа­Ок­ции Бочаров подготовили более трехсот гранатометчиков Сейчас «карманную артил­лерию» изучают еще семьсот человек. Младший командир Николай Бочаров вер­нулся на завод из армии в октябре про­шлого года. Его избрали председателем це­хового совета Осоавиахима. В оборонно­химических соревнованиях его цех занял и другие подготовили к сдаче норм на значок «Ворошиловского стрелка» триста рабочих завода. второе место по заводу. Комсомольцы-снайперы Федяков, Кензеп В фабзавуче завода--100 учеников, 86 из них имеют значки ГСО первой и второй ступеней, 55--«Ворошиловского стрелка». В недавних соревнованиях гранатометчи­ков участвовали 70 фабзавучников. В заводском комитете комсомола военно­физкультурной работой среди молодежи за­а­нимается Александр Юдин, Сам он­ма­стер мелкокалиберной винтовки, активист Осоавиахима. На заводе «Красный Ок­тябрь» значками активиста Осоавиахима награждены 48 человек. 97 процентов ра­ботников «Красного Октября» сдали нормы ПВХО. И с каждым днем все больше ста­новится на заводе людей, умеющих метко стрелять из винтовки, бросать гранату, перевязывать раны или прыгать с пара­шютом. С каждым днем растут на заводе кадры подготовленных, надежных бойцов. B. ХАВЧИН. г. Ленинград.

Научные экспедиции Десятки студентов Московского геолого­разведочного института под руководством профессоров направляются в научные экс­педиции. Большая экспедиция, состоящая из че­тырех отрядов, выезжает в район кавказ­ских Минеральных Вод. Студенты будут исследовать геологическое строение пород, происхождение рельефов, образование лак­колитов (застывших вулканов). На осно­вании этих исследований участники экс­педиции изучат происхождение минераль­ных вод и составят сводную карту раз­мешения их на Кавказе. Институт направляет также экспедиции в тальневосточную тайгу на поиски бокси­тов цементных материалов. В прошлом го­лу студенты и научные сотрудники инсти­тута обнаружили в районе Сковородино бо­гатые залежи сырья для производства це­мента. Теперь одна из экспедиций должна произвести дополнительные разведки, най­ти техническую и питьевую воду, поды­скать строительную площадку для завода.
СЛУЧАЙНОЕ ЗНАКОМСТВО Пожилой человек в коричневом костюме развязно расхаживал по сцене и делал неве­роятные усилия, чтобы рассмешить пуб­лику, Он рассказывал нудную историю про старушку, которую встретил у Гости­ного двора, Затем начал острить на теат­ральные темы и «доострился» до того, что сравнил «Бахчисарайский фонтан» и «Кавказский пленник» Пушкина со… спи­ском абонентов телефонных станций. Публика тивый конферансье об явил: - Сейчас мы вам предложим изрядную дозу витамина С -- смеха. «Витаминозность» очередного номера программы заключалась в том, что на эстраду вышла актриса и, отрекомендовав­шись Лялей, по прозвишу «Километр», начала об яснять свой домашний адрес: Налево аптека, а направо школа. Или нет, наоборот… направо школа, а на­ево аптека. Ой, то-есть, налево, конечно, школа, а направо аптека, Там Вера Абра­мовна валериановые капли продает, Вера Абрамовна­это телевизор… нет, не то… провизор, вот… все еще не смеялась, Тогда ре­Кате Горяиновой надоело ждать, пока со сцены прозвучит что-нибудь действительно остроумное, и она вместе со своей подругой Ниной отправилась гулять по саду. танцовальной площадки толпились де­сятки молодых людей. Мелькали серые бриджи, вязаные свит­ры, черные костюмы со стоячими горот­ничками, бабочки-«восторг», белые на­крахмаленные рубашки, синие шляпы с обрезанными полями. - Яшка, - говорит густонапомаженная левушка одному из парней. Слушай, Яшка, Альфреда еще нет? А ты его разве знаешь? Нет, но, говорят, он такой чернень­кии-черненький. Покажи его, когда придет, ладно? Яшка окинул внимательным взором бли­жайшие аллеи: - А знаешь что, - настоятельно про­сит девушка, -- дай мне его карточку, и по карточке сама разышу. … Да нет у меня карточки, Ее вчера Прина забрала. я - Пока не видать. Вот, чорт! Почему Эллой? - Так мне больше нравится. «Почему Элла? - думала она, направ­ллясь домой. -- Ну, почему?». Катя ежедневно приходила в сад и все­гда встречала здесь Альфреда. Она начала недосыпать, чувствовала большую уста­лесть, но не в состоянии была удержать себя от свиданий с Альфредом. Ей нрави­лись его голос, лицо, манеры, его неизмен­ная предупредительность. Временами каза­лось даже, что такого человека можно по­любить всерьез и надолго. А не слишком ли она доверчива, не об­манывают ли ее чувства? Так ли уж он привлекателен, Но нет, отчего же? Она стала вспоминать совместные про­гулки, беседы и не нашла ничего, реши­тельно ничего плохого. Правда, один раз, еще на второй день их знакомства, он по­пытался довольно грубо обнять ее, но она дала понять, что ей не нравится такое по­ведение, и это больше не повторялось… Ходили танцовать? Ужинали в ресторане, пили вино? Ну, и что ж! В ресторане было много женщин. И все они пили ви­но. Почему им можно, а мне нельзя? Ко­нечно, они, может, не комсомолки. Но ком­сомолки разве не женщины?… Сегодня Катя вернулась домой очень поздно. Едва передвигая от усталости ноги, Катя поднялась на третий этаж, В кори­доре она встретила бодрствующую соседку Капитолину Семеновну. - Загуляла наша Катя,-- укоризненно покачала головой Капитолина Семеновна. - А вам какое дело! - вспылила Ка­тя и резко хлопнула дверью своей ком­наты. На столе, на полу, в углах валялись остатки позавчерашнего пиршества. Две пустые бутылки из-под коньяка, куски кслбасы, сыра, растоптанная ромовая ба­ба… Вспомнилось: приходил Альфред, и они провели вечер вдвоем… Больно и обидно видеть свою всегда чистую и оп­рятную комнату такой неуютной… Спать! Спать… Но за что я обидела Капитолину Семеновну? А вдруг она пра­ва?… И чудак же этот Альфред! Оставил пару чулок и флакон духов, Я не хотела Катя и Нина скромно уселись на ска­мейке около музыкальной эстрады, ели «эскимо» и не заметили, как к ним подо­шел молодой человек с черной копной во­лос на голове, в шелковой косоворотке, В руках у него стэк с набалдашником, на котором изображена голова собаки. Отличный вечер, не правда ли?- сказал он после короткой паузы. Девушки ничего не ответили и отодви­нулись на край скамьи. Оркестр заиграл «Турецкий марш». - Люблю Бетховена, произнес моло­дой человек, придвинувшись ближе к де­вушкам.В нем столько экспрессии и страсти. Вы не находите? Разговор настолько невинный, что не ответить грубо и глупо. Да. Я очень люблю Бетховена, сказала Катя. И этого оказалось достаточно для пер­вого знакомства. От Бетховена разговор перекинулся на загородные прогулки, Уз­пав о том, что Катя и Нина комсомол­ки, работают на фабрике, незнакомец по­интересовался и выполнением производст­венной програми граммы, и ростом комсомоль­ской организации. В общем в этом случайном знакомстве не было ничего предосудительного. К тому же молодой человек красив, и приятно прогуляться с ним по аллеям парка. Вско­ре присоединился один студент­старый знакомый Нины, Пошли вчетвером. Неза­метно Нина со студентом очутились впере­ди, и Катя осталась наедине с незнаком­цем. Она немного волновалась, чувствова­ла какую-то неловкость, - здесь часто гу­ляют знакомые девушки, скажут: «Недо­трога Катя тоже себе ухажера завела», Ну, и что же? Пусть говорят. Перевалило уже за полночь, когда они покинули сад, прошли Фонтанку и сверну­ли на Обводный канал Белая ночь легкой дымкой окутала, город. У каменной ограды Катя простилась со своим спутником кивком головы и откры­ла калитку. - Давайте все же познакомимся, - сказал он, протянув ей руку. Альфред. - Катя. Вас зовут Катя? Разрешите назы­вать вас Эллой.
он сейчас? М-да…- протянула Лиза.-- А где -Не знаю. - А это он тебе подарил? - спросила Лиза, разглядывая на стене цветные фото­графии целующихся парочек. Да. - Ну, что ж, придется найти его че­рез милицию. Я сама этим займусь, - за­явила Лиза и подумала, до чего плохо и мало еще занимается организация личной жизнью молодежи. К шапочному разбору… Как его зовут? Альфред. - Как? Альфред. - Он - немец, что ли? - Нет, русский. - Почему же Альфред? Эллой вал. с­работы. - Не знаю. И меня тоже назы­- Ах, вот что! -- Лиза вспомнила, что среди известной части молодежи экзотиче­ские псевдонимы пользуются почему-то большой популярностью. Тогда давай его фамилию и место И здесь впервые Катя обратила внима­ние на то, что ни фамилии, ни места ра­боты Альфреда она не знает. Такой чер­ный, красивый молодой человек по имени Альфред. Вот и все. И еще одна примета: он носит стэк с набалдашником, на кото­ром изображена собака. По ходатайству комитета комсомола Ка­тю Горяинову восстановили на работе. Она снова стала стахановкой. Жизнь пошла своим чередом. Но возникли и новые за­боты. Катя ждала ребенка. Ждала с радо­стью. Лишь одно мучило: какую фамилию дать ребенку, и не так фамилию, как от­чество. Альфредович? Нет, ни за что. Альфред в это время перешел работать на другой завод и проводил свободные ча­сы в другом саду. Вместо шелковой косо­воротки он носил теперь рубашку «аваш» и шевелюру прятал под соломенную шляпу. В руках у него тот же стэк, но уже с другим набалдашником: вместо головы со­баки на нем изображен лев. Рассказывают, что совсем недавно его видели с одной девушкой в парке возле Лесотехнической академии. Прощаясь, он говорил ей: -Разрешите называть вас Эллой? г. Ленинград, Б. ЛИБЕРМАН.
брать. Зачем? А он все-таки оставил, Не­хорошо… Впрочем, что особенного? Хочется спать, а сон не идет. Голова трещит, будто ее со всех сторон зажали в тиски… Почитать, пожалуй, чтобы не опо­здать на работу. Она взяла с полки потрепанную книж­ку без конца и начала, которую Альфред подарил ей на прошлой шестидневке, лег­ла на кровать в одежде, даже туфель не сняла, и начала читать. «… 0, графиня, если бы вы только знали, как тоскует по вас мое сердце! сказал он. Не надо, герцог, не надо! Вы же знаете, что я замужем». Глаза сомкнулись, книга выскользнула из рук и упала на пол. В комитете комсомола людно и шумно. Комсорг цеха Вася Мотовилов советуется, как ему быть с комсомольцами, желающи­ми изучать историю партии в кружках,- организовать ли цеховые кружки или ко­митет создаст общефабричные. Лена Кро­това требует вмешаться в ее семейные де­ла: муж попрежнему пьет, скандалит, а она не может уйти, потому что нет квар­тиры. Инструктор военного дела Миша Ло­пухов принес список двенадцати комсо­мольцев, успешно сдавших вчера нормы на значок «Ворошиловского стрелка» второй ступени. Катя Горяинова пришла в комитет по вызову. Она скромно опустилась на стул в углу компаты и начала поправлять прическу. Синие круги под глазами, блед­пые щеки, дрожащие руки, которыми она пыталась уложить непокорную прядь во­лос, выдавали ее волнение. Что сказать, чем оправдать свои проступки? Ей поручили организовать физкультур­ные кружки по гимнастике, волейболу­до сих пор ничего не сделано, даже не су­мела договориться с инструктором. А же­лающих много--записалось сорок человек. Но главное­это прогул. Проспала. Опоз­дала на работу, Теперь уволена. Как об­яснить товарищам, что она тут не при чем?… Собственно, почему «не при чем»? Разве кто-нибудь навязывал ей знакомство с Альфредом?… Он, видать, штучка, этот Альфред, Вчера так грубо разговаривал. Как это на него непохоже! Звонок в соседней комнате прервал ее мысли. Катю пригласили на заседание ко­митета,
- Давайте, товарищи, обсудим, что­случилось с Катей, - сказала секретарь комитета Лиза Козлова. Все вы знаете, что она была хорошей комсомолкой, за два года десять раз премирована, И вот Катя, которую мы любили и уважали за энер­гию и инициативу, не выполняет програм­му, срывает поручения комсомольской ор­ганизации, наконец, уволена за прогул. Говори прямо, - заявил член коми­тета Мельников. Свихнулась? Вопрос был столь неожиданным, что Ка­тя растерялась. Что значит «свихнулась»? Разве она не предана комсомолу всей ду­шой? «Свихнулась»! Почему девушке нельзя, ну… нельзя любить? Или это за­прещено уставом? Каких признаний тре­бует от нее этот сухарь Мельников? Она хотела сгоряча наговорить дерзостей, но сдержала себя. -Мне нечего говорить. - Как нечего? -- вспылил Мельни­ков. - Бригаду тянешь назад, брак даешь, трудовую диоциплину нарушаешь. Ну, как об яснить? Не рассказывать же о том, что до четырех часов ночи была Альфредом в ресторане, домой добралась только к шести и проспала. - Прошу не вмешиваться в мою лич­ную жизнь, сказала она, глотая слезы, и лишь потом вспомнила, что о личной жиз­ни ее, собственно, никто и не спрашивает. Предлагаю исключить, горячился Мельников, если не расскажет подробно, что с ней случилось. Рассказать, поведать свои сокровенные тайны? Как она с Альфредом по два часа стояла в очереди, чтобы попасть в ресто­ран на крышу Европейской гостиницы? Как пили дома коньяк? Как… Да что им за дело, этим людям, до ее личных ду­шевных переживаний? Глупо! - Я сказала, что мне не о чем гово­рить. Ничего со мной не случилось, и прошу оставить меня в покое. Неизвестно, чем кончилась бы эта исто­рия, если бы Лиза Козлова вдруг не пред­ложила снять вопрос с обсуждения, В ко­ротких, нервных репликах Кати она уло­вила нечто более глубокое и сложное, не­жели то, что формально значилось первым пунктом на повестке дня. Пу, вот… А теперь уже десять дней я его совсем не вижу. Каждый вечер хожу в сад. Словно в воду канул… Теперь, ка­жется, я тебе все сказала.