3

ПРАВДА

1 ИЮЛЯ 1943 г., № 164 (9300) 







Когда на фронте тихо (От военного корреспондента «Правды») Мы идём по балке. Узкая тропа ведёт на высоту, к переднему краю батальона, кото­рым командует гвардии старший лейтенант Петр Жуков Он знает здесь каждое дерево, каждый камень и ручеёк. Цепляясь за ку­сты, пень разбитого клёна или просто за выступ, мы карабкаемся вверх за Жуковым и слышим, как над балкой визжат и рвутся мины, ударяет снаряд, и тогда тысячами звуков мечется по горам эхо. Поднявшись на самый верх, мы залегли. Перед нами - величественная картина зе­лёных гор с причудливыми уступами, бал­ками, речушками. Отромная балка отделяет нас от немцев. Здесь проходит линия фронта. По траншеям мы пробираемся к пулемёт­ной точке сержанта Садчикова. В смотро­вую щель пулемётного щита видны немец­кие блиндажи, покрытые гирляндами зелени проволочные заграждения. Дымок кухни, разбитая трёхтонка и умолкшая пушка: её жизнь на-днях прикончили наши артил­леристы. по траншеям. То раздастся чередь автомат­чика, то заговорит пулемёт, - просвистит над головами мина или завоет снаряд. То­гда в ответ слышится наш огонь, Коман­дир батальона приказал на залп отвечать двумя залпами, на очередь­тремя очере­дями, на каждую мину­четырьмя минами. -Веду с ними борьбу на переспор ог­ня, говорит Жуков - Пусть почувствуют наши зубы… «Фокке-Вульф», снизившийся над транше­ями до такой высоты, что ясно была видна расцветка его плоскостей, был встречен винтовочным огнём и отвалил от беды по­дальше к расположению своих войск. Командир стрелкового взвода младший лейтенант Андрей Макеев по-хозяйски об­ясняет расположение своих бойцов. Все оня зорко следят за жизнью зелёного ската противоположной высоты, прислушиваются к каждому шороху врага. Время от времени немцы открывают огонь Мы идём вдоль переднего края. Немцы стреляют из миномётов. Младший лейтенант Григорий Сушко-- в прошлом бригадир по­леводческой бригады хутора Новосёлка на Украине - вслушивается в свист мин и отдаёт команду: -Первый взвод по местам! Приготовить по одной мине! Затем, спустя долю секунды, напрягая го­лос, кричит: - Огонь! Испуганные птицы перелетают от одного дерева к другому. Григорий Сушко вновь командует: - Огонь! И вновь летят мины в щель между дву­мя высотами: там немцы. И в третий раз слышится: - Огонь! Слышим разрывы на вражеской стороне. Приятным эхом гуляют они по лесам. Жизнь переднего края своеобразна. Стре­ляют снайперы, бомбят самолёты, и тут же, в пятидесяти метрах от передовой позиции, в маленькой щели, по которой деловито бе­жит горная речушка, купаются бойцы, не обращая внимания ни на «Фокке-Вульфа» ни на свист пуль, сменяемый пением птиц. с а Мы подошли в момент, когда выступал Григорий Сушко. Здесь же неподалеку одесский парнишка аккуратно подстриженными усиками, традиционной тельняшке бреет полковника, там, у миномёта, закрытого кустами,- ротное партийное собрание. - Да, да,- говорил он, подкрепляя свои слова жестом руки,- кандидат в члены партии Панченко не по-коммунистически от­носится к указаниям командира… Сколько раз ему делали замечание по поводу плохой маскировки миномёта, а все же миномёт плохо замаскирован… Партийное собрание, прерываемое для то­го, чтобы произвести несколько миномётных выстрелов, продолжалось долго. В этот день приняли из кандидатов в члены пар­тии наводчика миномёта сержанта Виктора Кадецкого. За время трехмесячного канди­датского стажа он убил 72 немцев. B кандидаты принимался заряжающий, уже не молодой человек, шофер Москов­ского треста очистки Петр Суркин. Старый, опытный боец, Он воюет уже два года. Дрался под Ямполем, под Свя горсксм, Барвенковым, Изюмом, участвовал в плении, пережил горечь прошлогодн ступлений, дрался под Новороссия Миномёт он знает, как свои пять пальев на головы немцев выпустил тысячи ми С такой характеристикой московский шо­фер, ныне миномётчик, Суркин единогласно принимается кандидатом в члены …Сегодня у бойцов праздник. Полк справ­ляет свою первую годовщину. На маленькой лужайке, окружённой де­ревьями, - большой стол, за которым сидят лучшие люди полка, На деревьях висят портреты героев, отличившихся в борьбе с ненавистным врагом. Вот портрет снайпера Буткевича. Из сво­ей винтовки он уничтожил свыше трёхсот немцев. Его знают далёко за пределами полка и даже за пределами дивизни. Вот портрет одного из лучших миномётчиков, командира 1 миномётной роты Юрия Куто­ладзе, портрет командира отделения Логи­нова, старшего лейтенанта Железнова, командира роты Колбасова, наводчика Ду­наева. А вот портрет Лизы Вансевер. Прошлой осенью она с группой зани­мала сарайчик и отбивала беспрерывные атаки немцев, Борьба шла несколько дней, Наконец, в сарайчике осталось 4 человека. Одного из них убило, а двух тяжело рани­ло. Лиза ночью вынесла раненых в тыл, а сама вновь вернулась в сарайчик. Целые сутки храбрая девушка сражалась с нем­цами, дважды была ранена, но не покину­ла своего поста. Меткими очередями она уложила многих врагов и отстояла передо­вой форпост обороны, До сих пор этот са­райчик находится в наших руках. Сегодня праздник, и люди, воодушевлен­ные правительственной наградой, выслуши­вают поздравление командира полка и чет­ко рапортуют: «Служу Советскому Союзу!». Шевченко, Тервхин Конлюшкин, Куто­далае одии за другим, подходят к столу, накрытому красной материей, получают ор­ден или медаль и возвращаются в строй. …Так живёт полк, когда на фронте тихо. M. МЕРЖАНОВ.

«Горький среди нас» «о создании школы», не учил никого подражать себе. Творить и искать в ис­кусстве учил Горький. В успехах молодой литературы Горький видел и любил рост нового человека со­циалистической страны. Многие страницы воспоминаний, где Федин показывает рабо­ту Горького - «учителя» и «помощника» молодых советских писателей, как бы оза­рены особым внутренним светом волнения и большой любви. В книге рассыпаны воспоминания о раз­ных литературных событиях, встречах, о литераторском быте начала двадцатых го­дов, интересны страницы, посвящённые Александру Блоку, символистам и т. д. Однако мы всегда будем видеть в Горь­ком не только гениального писателя, но современника великих наших вождей и учителей­Ленина и Сталина. Очень ярко рассказывает Федин, как много значил для Горького Ленин. Увидев Горького рядом с Лениным в июле 1920 года, Федин почув­ствовал тот «большой мир борьбы» за счастье человечества, который открывал всему свету Ленин, почувствовал значение Горького в этой борьбе и созидании. «Горький стоял у колонны, позади Ленина, без шляпы, голова его, залитая солнцем, была видна далеко, кругом повторялось его имя. Я увидел на лице Горького но­вые черты, каких не помнил из прежних встреч… Он показался мне очень власт­ным, и все лицо его словно выражало непреклонность, которая только что про­звенела в речи Ленина…». Надо полагать, в следующих книгах вос­поминаний Конст. Федина будет расска­зано о Горьком­великом и вдохновенном борце с фашизмом, каким мы и знали его в последние годы его жизни. Кто из нас не вспомнит, особенно сей­час, полных беспредельного гнева и презре­ния статей и речей Горького, где он перед всем прогрессивным миром разоблачал мра­кобесие и черную опасность фашизма. Еще на I сезде советских писателей в августе 1934 года Горький сказал в своем докладе: это же жащее уничтожению…» «Фашист, сбивающий ударом ноги в подбо­родок рабочего голову его с позвонков, уже не зверь, а что-то несравнимо ху­зверя, это - безумное животное, подле­чей не для ны рей и Видя в фашистской Германии лютого врага всего свободолюбивого человечества, Горький прежде всего об этой орде пала­сказал свои вещие слова: «Если враг сдается, -- его уничтожают». Семь лет прошло с тех пор, как мы потеряли нашего Горького, великого художника-трибуна. Мы помним его вещие слова теперь, в грозные родины нашей дни. Наша любимая Красная Армия с именем Сталина и роди­на устах и в сердце, с яростью богаты­бьет и уничтожает гитлеровских убийц, до тех пор все мы­Красная Армия на фронте и весь наш трудовой народ в ты­лу­будем истреблять фашистов, пока огонь нашей правдивой мести не сожжет всей гитлеровской орды, напавшей на нашу священную землю. Анна КАРАВАЕВА. Так называется первая часть книги вос­поминаний Коястантина Федина о Макси­ме Горьком. Горький!… С детства знали мы это имя, в годы юности вещий голос Буревестника звучал для нас мятежно­зовущей музыкой, слово, мысль Горького, гигантская животворящая сила его талан­та вдохновляла, вела, воспитывала целые поколения. Великий классик нашей лите­ратуры, он при жизни уже принадлежал истории нашей и всего прогрессивного че… ловечества; его труд подвижника и чаро­дея слова на многие века будет привле­кать к себе взоры исследователей и исто­риков. Нашему поколению советских лите­раторов выпало счастье воочию видеть Горького, встречаться с ним. Первая книга воспоминаний Константина Федина, изданная Гослитиздатом, откры­вается кратким предисловием автора, где упомянуто, что образ Горького автор хочет показать «в свободной форме, сочетающей портрет с рассказом, воспоминания с крити­ческим очерком, биографию с документом». Образ Горького возникает здесь перед нами на фоне героического Питера эпохи гражданской войны, только что отбросив­шего от своих стен банды Юденича. Значение жизни и деятельности Максима Горького в тот суровый год в Петербурге, голодном, больном, холодном, только вы­бившемся из тисков осады, Федин опреде­ляет как «средоточие движения, начинав­шего тогда свой рост», движения совет­ской интеллигенции. Горький выступает, как собиратель её сил, как помощник её и вдохновитель. На «волшебной дудоч­ке» играл Горький «песню сбора», и при­рода этой песни обозначена Фединым ясно и прямо: «Горький обладал тем преимуще­ством перед всей интеллигенцией, что его жизнь была переплетена с историей рево­люции и принадлежала ей. Он был био­графией своего века». И, как живая, вели­колепная биография века, Горький много знал. Немало страниц книги посвящено беседам с Горьким по различным вопросам культуры, науки, философии, фольклора, не говоря уже о самой литературе. Ярко представляешь себе, как покоряли моло­дого советского литератора энциклопеди­ческое многообразие знаний Горького, его всеоб емлющая любовь к человеческому труду, к мастерству, его благородная «алчность к искусству», его требователь­ность и вместе с тем любовный интерес к творчеству советской литературной моло­дёжи. «Как бы строг ни был Горький в суждениях о литературе, вспоминает Фе­дин, он вселял в писателя постоянно одно и то же сильное чувство: ты­хозя­ин, ступай и управляй хозяйством, называ­емым литературой, оно-твоё». Называя Горького «учителем молодого советского поколения писателей», Федин неоднократно отмечает сильнейшую и бесконечно обая­тельную черту Горького­собирателя сил нового искусства, черту, которая всегда будет учить и воспитывать литераторов и критиков всех времен: Горький стоял «над школами» и «узкими вкусами» и, хотя ви­дел повсюду «рассеянные следы своего художественного влияния», не помышлял

Северный флот. Гвардейский экипаж торпедоносца, потопившего 4 вражеских транспорта и 1 сторожевой корабль (слева направо): командир - трижды ордено­Уманский, стрелок-сержант Фото В. Ковригина. (ТАСС). носец капитан В. Балашов, штурман-капитан А. B. Емельяненко и стрелок-радист­сержант М. Бадюков. 



ВКП(б).расныи флаг над высотой КАЛИНИНСКИЙ ФРОНТ, 30 июня, (Воен. корр. «Правды»). На этой высоте некогда стояла цветущая колхозная дерев­ня. Немецкие захватчики сожгли деревню, угнали в рабство мирных советских людей, а обугленную высоту превратили в укреп­лённый пункт своей обороны. Около двух лет немцы укрепляли этот тактически вы­годный и важный для чих пункт, с кото­рого хорошо просматривалась глубина на­шей обороны и корректировалась вся систе­ма артиллерийского и минометного огня фашистов. На-днях специальная разведывательная группа во главе со старшим лейтенантом Ширяевым получила приказание занять вы­соту. Преодолев минные поля и проволоч­ные заграждения, бойцы стремительно ата­ковали скаты высоты. Советские автоматчики дружным огнем уничтожили боевое охранение противника, а стрелки, не теряя ни минуты, начали за­крепляться на захваченных уврага рубежах, Чем больше возрастала сила немецкого сопротивления, тем яростнее становился на­ступательный порыв наших бойцов. Шаг за шагом отбивали у немцев родную совет­скую землю бойцы под командой младшего! лейтенанта Кадырова, Под сплошным наве. сом вражеского огня герой-коммунист крас­ноармеец Калдышев первым ворвался на а вершину сопки и с возгласом «Да здрав­ствует наша родина!» водрузил на высоте красный флаг.  В течение 18 часов дрался с немцами раненый командир взвода младший лейте­нант Савченко. В разгаре боя он перевязал рану и вместо выбывшего командира при­нял командование ротой на себя. Гвардии сержант Родильчук с девятью красноармейцами принял на себя удар большой немецкой группы. Четыре беше­ных атаки противника отбили девять со­ветских героев, не отступив ни на шаг и усеяв скаты высоты десятками трупов фа­шистских солдат и офицеров. Сам Родиль­чук в рукопашном бою захватил в плен немецкого ефрейтора. Подбираясь к фашистскому минометному гнезду, один красноармеец расчистил себе путь гранатами, овладел вражеским тяже­немцам 400 мин. лым минометом и выпустил из него по о прочно закрепили новый рубеж. Захватив высоту, наши подразделения П. КУЗНЕЦОВ.

Конец воздушного немецкого разведчика винт остановился. «Як и» проскочили над ним. Сманеврировать и уйти в облакавраг не успел. Осокин загородил немцу дорогу и пошел в лобовую атаку. Повторил ата­ку и Смахтин. Только сблизившись до 50 метров, истребители прекратили стрель­бу. На их глазах «Юнкерс» развалился на куски. В воздухе раскрылись три парашю­та. Покружив над немецкими летчиками и убедившись, что все трое попали в надёж­ные руки колхозников, работавших в поле, «Як и» легли на обратный курс Осокин донёс по радио о результатах схватки. Бой длился ровно две минуты. Этот «Юнкерс» был вторым по счёту воздушным разведчиком, сбитым отважной парой в июне. A. КРИВИЦКИЙ. ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 июня. (Спец. корр. «Правды»). На-днях на одном из участков фронта «Юнкерс-88» воз­вращался с разведывательного полёта. Он шёл на предельной высоте, совершенно не видимый с земли. Лишь временами про­бивался едва уловимый характерный звук мотора. На перехват немца были брошены «Яковлев-1», пилотируемые но два самолёта лейтенантом Осокиным и младшим лейтенантом Смахтиным. Через семнадцать минут после взлёта истребители догнали разведчика в районе прифронтового села. Развернувшись, истребители одновремён­навалились на «Юнкерс» сверху и сза­ди, ударив из пушек и пулемётов. Развед­чик огрызнулся огнём. Поздно. Его правый мотор задымил, пламя лизнуло плоскость,

работах В последнее время в Москве открылся ряд художественных выставок персональ­ного характера. Все они имеют сущест­венный недостаток, не зависящий от ав­торов: они весьма неполны, что об ясняет­ся эвакуацией ценностей центральных му­зеев, в которых собраны лучшие произве­дения всех наших мастеров живописи. То же надо сказать о выставке В. Сва­рога, которая была организована в Салоне художественного фонда. А ему есть что показать, ибо он немало потрудился в области изобразительного искусства в течение добрых 40 лет, при­том во всех родах живописи. Что ему удается более всего? Думает­ся, что он сильнее всего в акварельных работах и в рисунках. Останавливает на себе внимание портрет Куйбышева. Портрет ярко пере­даёт обаятельный образ Валериана Владимировича. Сварог - подлинный ма­стер акварельного портрета. Сварог берёт у натуры только её основную, главную специфику, отбрасывая всё второстепенное и случайное, обобщая индивидуальную суть до предельной воз­можности.

В. Сварога В этом плане выполнена его превосход­вая серия акварельных портретов совре­менных деятелей искусства (1941--42 г.), среди которых особенно выделяется убе­дительностью формы и тонкой характери­стикой портрет покойного народного артиста СССР М. М. Климова. Хорош также акварельный портрет К. Е. Ворошилова и А. М. Горького. Особо следует отметить отличную се­рию рисунков, среди которых лучшими надо признать рисунки пером. Рисунок пером один из наиболее сложных и трудных видов рисунка. В угле, каранда­ше возможны бесконечные корректуры. Штрих же, положенный пером,- оконча­телен. Только благодаря огромному техниче­скому уменью Сварога ему удаются такие безупречные рисунки пером, как «Лежащая кошка» и «Голова кошки» или рисунки улиц и площадей города Львова. Работы В. Сварога говорят о большом богатстве творческой продукции художника и его исключительном мастерстве. Игорь ГРАБАРЬ.

моряков-снайперовстаршим командование соединения вручило именные снайперские винтовки с монограммой на прикладах. 17 снайперов-моряков другой части за шесть дней уничтожили до 275 немцев. Командир группы снайперов лейтенант Скребецкий снял немецкого корректиров­щика и одного связиста. Краснофлотцы Васильченко и Селибин убили каждый по 28 гитлеровцев. Краснофлотец Довгаль убил 21 немца, краснофлотец Аршинов 18. Отважные моряки разили врага не только меткой пулей. Несколько раз они пробирались вплотную к немецким око­пам, траншеям и блиндажам и забрасыва­ли гитлеровцев гранатами. Только в од­ной траншее они уничтожили сразу 18 не­мецких солдат и офицеров. И. ЕРОХИН. 

Успешные действия ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ, 30 июня. (Воен. корр. «Правды»). Отважно и умело действуют моряки-снайперы в районе Но­вороссийска. Они изо дня в день увели­чивают счет уничтоженных немецких сол­дат и офицеров и держат противника в постоянном страхе и напряжении. За последнее время снайперы морской пехоты уничтожили свыше 500 гитлеровцев. Недавно здесь состоялась конференция снайперов. Мастера меткого огня подели­лись друг с другом своим опытом выбора позиции, маскировкя, наблюдения, ухода за оружнем Лучшим снайперам части­краснофлотцу Кучменко, истребившему 103 немецких солдата и офицера, стар­шему сержанту Михаилу Ларионову, уни­чтожившему 102 гитлеровца, и другим-

ДМИТРИЙ ТАТАРЕНКО -- КАВАЛЕР ОРДЕНА «МОРСКОЙ КРЕСТ» ведку движения войск противника. Погода была нелётной, Эту задачу поручили Та­таренко. Он шёл на высоте 25 метров при видимости в 1 километр. В таких он провёл разведку, добыл ценные условиях сведе­ния о противнике. Возвращаясь ния, Татаренко обнаружил колонну с зада­вра­жеской пехоты, конницы и автотранспорта. Погода была нелётной, и колонна шла без маскировки. Татаренко стремительно ата­оковал врага, рассеял и частично уничто­жил до батальона пехоты, эскадрон кава­лерии и сжёг 6 автомашин с ми. За свои подвиги Татаренко награждён тремя орденами Красного Знамени. боепринаса­КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ ФлОТ з0 июня. (Спец. корр. ТАСС). В груп­пе советских командиров, награждённых американскими орденами и медалями, гвар­дии капитан Дмитрий Татаренко - один из самых молодых Двадцатидвухлетний балтийский лётчик пользуется славой бес­страшного мастера воздушных боёв. и Защищая подступы к Ленинграду, гвар­дии капитан Татаренко совершил более 500 боевых вылетов, провёл 102 воздушных боя сбил лично 14 немецких самолётов и два в группе с товарищами, потопил 4 плову­чих батареи и 7 шлюпок врага. Однажды потребовалось произвести раз­

Армейский слёт разведчиков-артиплеристов

Райком, не занимающийся делами транспорта ской помощи, В вагонном депо, на дистан­циях пути и связи партийно-массовая ра­бота крайне запущена. За полгода в узле не было ни одного собрания партийного актива. Обком партии указал Лискинскому райкому ВКП(б) и его секретарю тов. Го­товцеву на то, что они устранились от работы железнодорожного транспорта. Рай­кому предложено повседневно заниматься и жолеанозорожных станний, ВОРОНЕЖ, 30 июня. (Корр, «Прав­ды»). Бюро Воронежского обкома ВКП(б) обсудило вопрос о том, как Лискинский райком партии руководит предприятиями железнодорожного транспорта. Выяснилось, что за последние шесть месяцев райком не обсудил ни одного вопроса, связанного сработой Лискинского узла. Здесь имеют место нарушения графика движения поез­дов, случай несоблюдения государственной о до 100 СПЕКТАКЛЕЙ УКРАИНСКОГО ТЕАТРА

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 30 нюня. (Спец. корр. ТАСС). Состоялся армейский слёт разведчиков-артиллеристов. На слёт прибыло свыше 130 бойцов и командиров. Разведчики поделились опытом наблюде­ния за противником. Красноармейцы Дед-

ков и Дегтярев, старшина Жиров, сержант Козлов рассказали о своих действиях на выдвижных наблюдательных пунктах. Член Военного совета вручил 11 развед­чикам ордена и медали Советского Союза.

Мужество (От специального корреспондента «Правды»)

Так было и в последний его вылет. Они шли со штурманом Смирновым на боевое задание. Надо было бомбить железнодорож­ную станцию в тылу врага. Ночь была бурной и пасмурной, сильный по когда штурман обратил его внимание на подходивший к станции эшелон. - Понятно, коротко ответил штурману Боев, зарядимся и снова прилетим. Но прилететь было не так просто. Погода всё ухудшалась и, когда Боев привел ма­шину на свой аэродром, ни один экипаж вполёт не выпускали. Но Боев был неукро­тим, и удержать его было невозможно. Он просил, он доказывал, он требовал. Его выпустили в полёт. Он пришел на цель, отыскал в километре от станции эшелон, и воздух потрясли гро­мовые взрывы. - Хорошо, Саша! - крикнул штурман Смирнов.- Заходи на второй. Боев сделал второй заход. Он направил нос машины на эшелон… И тогда, в тёмном небе над пылающими обломками вагонов он умер. Разрывная пуля попала в бок. Вскры­тие установило, что осколки дошли до сердца, Остается необ яснимой тайной, как мог поражённый в сердце человек твёрдо удержать самолёт в воздухе и ещё сказать штурману: - Я ранен… Бери управление… он ни слова не мог прибавить. Штурман Смирнов понял своего пилота. Недаром они вместе летали долгие месяцы. Он взял управление, повел машину на цель, сбросил последнюю бомбу в эшелон, кон­чил боевую работу, прикончил врага и только тогда повернул к дому. И было так, как будто вел грозную ма­шину сам мёртвый пилот. Мёртвый и бес­смертный парил Боев над пылающим эше­лоном врага. Неподвижный и как будто за­думавшийся, летел он в чёрном ночном небе. Он любил полёт. За всю свою жизнь  умер в полёте, и мёртвый он продолжал полёт. Он умер за родную землю, и мёрт­вый он продолжал жить. Жизнь его была прекрасна. И смерть его прекрасна. Так живут и так умирают герои. И. БРАЖНИН. Действующая армия.

Спустя месяца два Боева ранили второй раз. Это было в дни жесточайших сталин­градских схваток. Город-герой встал камен­ной крепостью на пути врага. Полк менял базу. Боев взлетал с простреливаемоговра­боролся до тех пор, пока в машине и в нём самом не осталось живого места. Пять суток лежал без памяти Боев с пе­реломанной ногой, пробитым коленом, со смещенным позвоночником. Когда он при­шёл в себя, он задал врачу только один вопрос: когда сможет снова летать? Два месяца он лежал врастяжку, перебинто­ванный, привязанный к доскам, без движе­ния. Ему запрещали даже поворачивать го­лову. Он лежал, как труп. Только глаза жили жадной жизнью эти шестьдесят мучи­тельных дней, только ими он мог двигать да еще губами. И он смотрел в далекое небо за окнами госпиталя и задавал врачу один и тот же вопрос: когда же он будет летать? Боев вырвался из гослиталя, едва став на ноги, Он получил шестимесячный отпуск по болезни, но не вытерпел и полутора месяцев. Еще из госпиталя он засыпал сво­их полковых друзей и командование пись­мами, прося немедленно выслать проездные документы. И он выехал из Москвы, как только документы эти были получены. За короткое свое пребывание в Москве Боев побывал в Кремле он остороБольше руку Михаилу Ивановичу Калинину и по­лучил из его рук красную коробочку с орденом. Потом он умчался в полк. И вот он снова на аэродроме. Он идет к самолёту. Он садится на пилотское си­денье, Он подымает самолёт в воздух. Кто расскажет, что чувствовал этот крылатый юноша, когда колеса его машины отдели­лись от земли? Сам он, возвратясь из по­лёта, коротко сказал другу своему лётчику Шибанову: - Я, Витя, вроде сн е снова жить начал сего­дня! Это было всё, что он сказал. И это было всё, что наполняло его душу. Летать­значит жить, жить­это значит летать. И бить, бить, бить врага без пощады, без передышки, без устали! Он рвался в воздух всякую минуту. Эта жажда боя была неутолима, Он летал тог­да, когда никто другой не мог летать.

Он всё делает отлично, за что бы ни Он отаичио учитая в коме, отан Война застает Боева в маленьком город­ке Алатыре вместе с переведенным сюда аэроклубом. И вместе с остальными лёт­чиками-осоавиахимовцами он становится во­енным лётчиком, Многолетняя мечта, на конец, осуществлена. Упорство Саши Боева вознаграждено. Он входит в тесную боевую семью полка, в котором остается до по­следнего дня своей славной жизни. Очень скоро он становится в этой суро­вой воинской семье общим любимцем. Лю­бят Сашу Боева не только за милый его нрав, за скромность и юношескую чистоту. Любят его за то, что все эти человеческие качества соединяются с превосходным зна­нием своего дела, бестрепетным мужеством, с высоким мастерством пилотажа. Он любил самолёт, любил лётное дело страстной и ревнивой любовью, Боевой ра­боте он отдавался самозабвенно. Одним из первых взлетел он с аэродрома в памятную ночь 11 мая 1942 года­первую боевую ночь молодого полка и метко клал бомбу за бомбой. Он первым начал планировать на цель при бомбежке, первым получил благо­дарность командования. Он всюду был пер­вым. Он летал на разведку, на бомбёжку, летал по особым поручениям для связи, летал днём, летал в тёмные облачные ночи, в дождь и бурю, летал в горьком дыму пожаров над Сталинградом, летал над Ро­стовом, Он взрыбал автомашины и танки врага, цистерны и боеприпасы, склады го­рючего и железнодорожные эшелоны. Надо было видеть, с какой жадной за­вистью смотрел он на взлетающих тоба­ришей, когда, раненный в руку осколком зе­нитного снаряда, он двадцать дней сиделна земле. Из ясных тоскующих глаз смотрела на бурое поле аэродрома сама лётная душа его, которой нет жизни без синих просторов неба, без пронизанных гулом мотора тём­ных звёздных ночей, Он взялся за штурвал, едва кисть руки могла снова двигаться, и снова умчался в ночь, чтобы бить врага.

Лётчиком он стал не случайно. Его отец  нком отца стало делом сына. У них был один и тот же враг, и когда не стало старого Харитона Боева, его место в воздушном строю занял молодой Саша Боев. Он был человеком одной идеи, одного стремления. Всё, что мешало ему на раз избранном жизненном пути, он преодолевал с несказанным упорством. Он хотел стать лётчиком - и он стал им, хотя на пути к этому постоянно вставали какие-то не­ожиданные препятствия. Он рано остался сиротой и должен был сам пробивать себе дорогу Это не смушало его Он учился в холодильном техникуме и учился в аэроклу­бе. Воздуху он жертвовал всем. Средства его были скудны. Он мог, конечно, зараба­тывать больше, бросив аэроклуб, отнимав­ший всё время, оставшееся от учебы в тех­никуме. Но он предпочел жить на 60 руб­лей в месяц, лишь бы оставалось больше времени для лётной учёбы. Наконец, аэроклуб окончен. Боев стре­мится попасть в лётную школу. Но его не принимают. Нужны знания в обеме де­сятилетки, а Саша кончил только семилет­ку Неудача не подрезала ему крыльев. Он садится за книги и в течение нескольких месяцев, работая с бешеным упорством, пре­одолевает трехгодичный курс. Одновремен­но он работает в аэроклубе, Лётных ва­кансий нет­он служит мотористом. Толь­ко бы не уходить из аэроклуба, не выпасть из авиации, быть возле самолёта. Дни и ночи учится и работает Боев, уры­вая на сон два--три часа в сутки. И вот, наконец, день испытаний в лётную школу. Горькое разочарование ждёт Боева, Врачи нашли какой-то шумок в сердце, да и выглядит он совсем мальчиком. Его отвер­гают. Другой на его месте пришёл бы в отчаяние, бросил бы всё, махнул бы на авиацию рукой Но Боев не изменяет своей страсти. Он стискивает зубы и молча ухо­дит на аэродром, опять на аэродром, Он поступает в Октябрьский аэроклуб в Мо­скве техником, затем становится лёт­чиком и в 1940 году­инструктором. Вско­ре у него вырабатывается свой чёткий ри­сунок полёта. 

Спектакли «Дети солнца» М. Горького, «Кремлевские куранты» Н. Погодина и «Нашествие» Л. Леонова пользовались наи­большим успехом. В течение пяти месяцев театр дал 100 спектаклей, которые посетило около 50 ты­сяч зрителей.

КАРАГАНДА, 30 июня. (Корр. «Прав­ды»). В Караганде закончились гастроли Киевского драматического театра имени Лесн Украинки под художественным ру­ководством народного артиста УССР К. Хохлова.

А. М. Горькому Почтовые марки, посвященные Почтамт и отделения связи Москвы по­лучили новую серию почтовых марок, по­священную А. М. Горькому. На них--худо­жественно исполненный портрет великого писателя и изображение буревестника. Вы­пущенные марки - стоимостью в 30 и 60 копеск. (ТАСС).

В садах Вахшской долины! СТАЛИНАБАД, 30 июня. (Корр. «Прав­ды»). Большое количество фруктов дают в нынешнем году сады Вахшской долины. Уже заканчивается сбор абрикосов, поспели персики и некоторые сорта яблок. Через несколько дней созреет виноград. Нa ба­зарах появились дыни и помидоры.

ПЛОВУЧИЙ ПИОНЕРСКИЙ ЛАГЕРЬ

ГОРЬКИЙ, 30 июня. (Корр. «Правды»). Ушел в рейс пловучий пионерский лагерь, организованный для детей рабочих и слу­жащих одного из горьковских заводов. Всего за лето пароход «Емельян Пуга-

чев», на котором организован пловучий лагерь, совершит три рейса, продолжи­тельностью 21 день каждый. На пароходе отдохнут более 500 пионеров и школьни­ков.

БЛАГОУСТРОЙСТВО ГОРОДОВ АЗЕРБАЙДЖАНА

вая гостиница построена в центре На­горно-Карабахской автономной области Степанакерте. Закончен ремонт девяти электростанций. Всего в этом году на улучшение коммунального хозяйства горо­дов республики будет затрачено 15,5 мил­лиона рублей.

БАКУ, 30 июня. (ТАСС). В дни войны продолжается благоустройство городов Азербайджана. В Баку приводятся в по­рядок тротуары, мостовые, пущена в экс­плоатацию линия второй очереди троллей­буса В семи районных центрах отремонти­рованы и переоборудованы гостиницы, Но-

ЛОВ СЕЛЬДИ НА САХАЛИНЕ

ВЛАДИВОСТОК, 30 июня. (Корр. «Прав­ды»). Успешно проходит летняя путина на Сахалине. За последние дни заметно уси­лили лов тихоокеанской сельди рыбаки Широкопадинского комбината. Обильную

хозы острова. Рыбаки артели «Красная за­ря» за одно притонение вылавливают свы­ше 500 центнеров сельди. Ежедневно пере­выполняют свои планы по добыче рыбакн рыболовецких артелей «20 лет РККА»,



добычу привозят с моря рыболовецкие кол­«Красный Октябрь».