5 СЕНТЯБРЯ 1943 

г.,

№

221

(9357)

ПРАВДА  



Мере

фа

Наступление продолжается ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 4 сентября. (Воен. корр. «Правды»). Заняв с боями город Сумы, наши части продолжают про­двигаться вперёд Воодушевлённые прика­зом Верховного Главнокомандующего Мар­шала Советского Союза Сталина, они стре­мительню преследуют врага, нанося ему чувствительные потери. О том, что в боях за Сумы немцы понесли серьёзный урон в живой силе и технике, рассказывают сами пленные. Один немецкий полк за день боез потерял 600 человек убитыми и ранеными. Такие же потери понесли и другие полки. огонь овоих орудий. В атаку пошла шей и окопов, бойцы освобождают одно село за другим. Сражение завязывается каждой высоты, у каждого небольшого препятствия. Особенно яростно сопро­тивляется противник на своих коммуника­циях, но наши части неуклонно отбрасыва­ют врага всё дальше на запад. у На участке юго-западнее Харькова наши войска продолжали вести наступательные бои за улучшение своих позиций. То в ном, то в другом месте вражеская пехота при поддержке танков бросается в контрата­ку, но всюду она терпит неудачу. Каждый раз неприятель получает крепко по зубам, За один только день огнём наших артилле­ристов и бронебойщиков уничтожено сколько танков и до 400 солдат и офицеров. В воздушных боях и огнем зенитных ору­дий сбито 7 вражеских самолётов. Немцы подбрасывают сюда новые силы. Они силятся поправить своё незавидное положение, но силы эти тают с каждым днём, их перемалывают наши части. от­не­лая ров. Героический подвиг совершил командир батареи 45-миллиметровых пушек, дважды орденоносец гвардии лейтенант Теребнов. одной из высот немцы вели сильный пуле­мётный огонь, преграждая путь нашим под­В наступательных боях советские воины показывают прекрасные образцы отваги и боевого мастерства. Батальон гвардиистар­шего лейтенанта Ситенко наступал на од­но село, расположенное у самой реки. За­севшие в домах гитлеровцы вели по нашим боевым порядкам ураганный огонь из пу­лемётов. Но это не могло остановить цов, Первой форсировала реку рота гвар­дии старшего лейтенанта Киселёва. Авто­матчики и стрелки ринулись на огневые точки врага. Киселёв с группой бойцов за­бросал гранатами расчёты двух станковых пулемётов и зенитной пушки. Захваченное орудые тут же было обращено против нем­цев. Среди них поднялась паника. Именно эту цель и преследовала рота Киселёва. Своим огнём она дала возможность другим подразделениям переправиться через реку и ударить по немцам с флангов. Противник не выдержал стремительной атаки наших бойцов и бросился бежать из села, усти­дорогу трупами своих солдат и офице­вражеские отне­разделениям. Обнаружить вые точки с наблюдательного пупкта быто невозможно. Тогда Теребнов решил лиНо но пойти в разведку. Вместе с гвардии лей­тенантом Усовым он незаметно подполз к высоте. Теперь им было видно все, как на ладони. У Теребнова оразу же родился дерзкий замысел - внезапно напасть на врага. Вдвоём с лейтенантом Усовым он ворвался в неприятельские траншеи и стал в упор расстреливать ошеломлённых гит­леровцев, Уничтожив до двух десятков не­мецких солдат и офицеров, два храбреца по­ползли обратно. Но добраться до своей ба­тареи Теребнов не успел, его настигла вражеская пуля. Батарейцы кропко отомстили за гибель своего командира. Они перепахали высоту снарядами, смешав с землей огневые точки врага вместе с гитлеровцами. Путь пехоте был расчищен. Наши подраздеения дви­пулись вперёд. У. ЖУКовин ° Удар по вражеским эшелонам ЛЕНИНГРАДСКИИ ФРОНТ, 4 (Воен, корр. «Правды»). Летчики-штурмо­вики одной из авиационных частей Ленин­градского фронта на-днях успешно атакова­ли железнодорожную станцию в тылу врага. В налёте участвовали две группы самолё­тов «Ильюшин-2», ведомые гвардии капи­таном Манохиным и младшим лейтенантом Мокшиным. Немцы открыли яростный зенитный огонь. Но обе группы наших лётчиков прорвались к цели и точно сбросили бомбовый груз. Более 30 вагонов с военным грузом и ци­стерн с горючим было уничтожено. Лётчи­ки увидели большой силы взрывы складов с боеприпасами. Пламя пожаров было вид­но за несколько десятков километров. Все наши самолёты благополучно верну­лись на свои аэродромы. H. ВОРОНОВ. ° Степан ЩИПАЧЕВ Лейтенант Лежит в кармане назначенье Туда, где не смолкает бой. Он дверь училища с волиеньем Закрыл сегодня за собой. Довольный, но чуть-чуть робея, В гвардейский попк приедет он. Похрустывает портупея, Заправленная под погон. Он должен быть отцом солдату, Но, может статься, тот солдат Давно женатый и усатый, А он безус и не женат. Несладко, знает он, в пехоте: И дождь сечет, и зной палит, И гимнастерку на походе Он солью тела просолит. Но, хоть он виду не покажет, Ему приятно, например, Подумать вдруг, что люди скажут: - Прошел пехотный офицер. Он примет взвод, а может, роту, Он не гостить приедет в полк, Он с ним пройдет огонь и воду, Износит много пар сапог. где шел в атаку, где был ранен, И города какие брал, - Потом рассказывать он станет, Уж поседевший генерал.

(От военного корреспондента «Правды») Когда до войны вы ехали из Харькова в ческого значения, Мерефа была одним из Днепропетровск и в получасе пути от узлов железнодорожного треугольника, поз­Харькова перед вашими глазами быстро волявшего немцам, после того, как они ли­проплывала панорама небольшого украин­шились Харькова, поддерживать движение ского города с зелеными улицами, зарос­на двух важнейших железных дорогах. шими буками, каштанами, с невысокими белыми каменными и глинобитными доми­следние дни был перонесен сюда, к Мерсфэ. Бои за Мерефу отличались большим ожесто­чением. Контратаки следовали одна за дру­ками, с огромной вышкой депо и малень­кой станцией, на которой глаз едва успе-

вал уловить вывеску со странным назва­гой с неослабевающей силой. Наши части нием «Мерефа», никому и в голову не отбивали эти контратаки и напористо, хотя и экономя силы, двигались вперёд, улучшая приходило, что этот город станет важным плацдармом, за который разыграется мно­свои позиции, Немцы, контратакуя, несли большие потери. Подступы к Мерефе сплошь изрыты артиллерией, а в противотанковых солдатских могил. годневная битва. пехота.о о укреплять мерефский рубеж. Несколько са­перных частей и тысячи жителей, согнан­ных сюда, начали быстро возводить вокруг города инженерные сооружения, прокапы­вать противотанковый ров, сооружать сеть

Наши части не брали мерефских укрепле­ний в лоб. Они обошли их, вышли ночью на берег реки Мерефа и, ударив с флангов, взяли немецкий гарнизон под перекрестный огонь и заставили его очистить основную часть города и бежать в поселок на запад­ный берег реки. В течение нескольких дней

Северная Украина. посёлка Ивановка.

1. В освобождённом Глухове. У здания горсовета. 2. Гвардиии капитан А. А. Дацюк беседует с жителями Фото военного корреспондента «Правды» С. Коршунова.

трапшей на мерефском поле, с дзотами на высотках, с ходами сообщений, сходящи­в Мерефо происходила через реку артилле­рийская дуэль. Она сковывала основные силы врага, в то время как одна наша часть, форсировав реку севернее города, в наи­мися к городу и к одноименной неширокой реке с кругыми глинистыми берегами, чрезвычайно удобными для

о и з а Д о н б а с с (От военных корреспондентов «Правды») жеских укреплений, которые им предстояло обеспечивали переброску артиллерии и ми­взять. Наши войска готовились к боям, исполь­зуя затишье. Все роды войск прохолили учения по форсированию водного рубежа, штурмовке окопов, траншейным боям, бло-ных кировке дзотов, проделыванию прохотов в проволочных и мицных заграждениях, В эти дни наши части накопили богатый опыт, добились хорошей слаженности, тес­ного взаимодействия. Протаралить вражескую оборону было делом исключительно трудным и в силу местных природных условий. Северный До­нец можно было форсировать далеко не вез­де. Левый его берег представляет собой заболоченную низменность, изрезанную мно­гочисленными рукавами, и хорошо просмат­ривался со сгороны противника, Высокий, крутой, местами обрывистый, правый берег не позволял применить в широком масшта­бо десантные операции и особенно с уча­стием танков. Берега Донца представляют собой естественные танконедоступные рай­оны. И лишь в трёх местах имелась возмож­ность для действия бропечастей, Но на этих направлениях немцы сосредоточили сильные противотанковые средства. Наше наступление было для немцев неожиданным. Всей мощью своего огня ударила советская артиллерия. Шквальный огонь велся по заранее засечённым целям и подавлял вражеские огневье точки. Залны пушек у переднего края и дальнобойных орудий из глубины сливались в один общий гул. Колебался воздух, дрожала змля. Не­мецкие позиции превратились в огненный ад. Пользуясь тем, что противник ослеплён и оглушён, энергично работали у вражеских заграждений наши сапёры, проделывая проходы для пехоты и танков. Более часа наша артиллерия взламывала укрепленный рубеж немцев. Разрывы сна­ходили по всему переднему краю, передвигались в глубину и опять возвраща­дист И лишь смолкла орудийная канонада, как над вражескими позициями, затянув­шимися дымом и пылью, появились наши штурмовики, И снова космы огня, пере­номётов, танков и боеприпасов. Немедленно же после захвата плацдармов на правом берегу сапёры начали возводить постоянно действующие мосты из заранее заготовлен­деталей. Одновременно создавались и ложные переправы, чтобы ввести в заблу­ждение противника. За первой линией немецких окопов шли опорные узлы сопротивления, встречаю­щиеся на протяжении всей глубины обо­роны. Враг укрепил здесь все высоты, рощи и населённые пункты, опоясав их проволочными заграждениями, траншеями, дзотами и пулемётными гнездами с брони­рованными щитами и колпаками Дома бы­ли превращены в огневые точки. Всё это усложняло нашу борьбу, но пе­хота, подкреплённая переправившейся артиллерией и танками, либо уничтожала опорные пункты, либо обходила их, бло­кировала, разрезая вражескую оборону. Противник прилагал все усилия, чтобы задержать продвижение наших войск. Выс­шее германское командование в своём при­казе требовало от солдат и офицеров «драться до последнего патрона, удержать Денец во что бы то ни стало». Но это было не так просто. По мере того, как шло расширение наших правобе­режных плацдармов и туда переправлялись всё новые пехотные подразделения, танки и артиллерия, удары советских войск уси­ливались, Оборона немцев трещала, их жи­вая сила и техника перемалывались. Им приходилось вводить в бой все имеющиеся под рукой резервы, учебные и сапёрные батальоны, подчищать дивизионные и ар­мейские тылы. Но эти попытки заткнуть трещины в обороне местными резервами не дали результатов. Немцам пришлось подтягивать сюда дивизии и полки с дру­гих участков фронта. Масштабы сражения возрастали. Против нас действовали «Тит­ры» и самоходные орудия типа «Ферди­налд, насстенные пункты и командные высоты переходили из рук в руки. Борьба на донецком рубеже была дли­тельная и упорная. Наши части, ведя бои значения, не только улучшали

обороны. На подступах к Мерефо завязались же­более узком и мелком месте, вышла на за­падный берег реки и, продвигаясь вперед, стокие бои. Мерефа прикрывала Харьков с юга и представляла собой основной южный бастион харьковской обороны. Но и после того, как наши части, мастерски обойдя нависла над мерефской группировкой нем­цев. Так был выигран бой у реки Мерефа. Эта победа важна не только тем, что от освобожден еще один важна тем, что пре­укрепленный вра­немцы пытались освобождением этого пункта в наши руки попал весь же­лезнодорожный треугольник Харьков--Ме-



Северный Донец стал рубежом ожесто­чённых сражений, свидетелем новой славы русского оружия. Этому рубежу немцы при­вали исключительно большое значение. Почти полгода они лихорадочно воздвигали зесь инженерные сооружения. черкивали в своих приказах немецкие гене­ралы, «белгородский ноприступный басти­нУкраины и харьковский замок, закрыва­ющий украинские пространства». По правому берегу Донца, от его верховь­ев. от Белгородской возвышеннности до рйона Ворошиловграда враг создавал ук­ешлённый рубеж, прикрывающий, как под­Готовясь к летнему наступлению от Блгорода и Орла и рассчитывая на уачунемцы намечали нанести от Северно­гоДонца дополнительный удар, который по­мбы им взять реванш после зимних пора­жений. Не случайно они держали здесь свои сорные части, вели усиленную разведку ншей обороны в среднем течении Донца и иноднократно пытались форсировать року. День и ночь на правом берегу велись фортификационные работы. Немцы не жа­лли награбленного ими строительного ма­триала и тем более труда и шота совет­сих людей, согнанных сюда из оккупиро­внных городов и сёл Донбасса. Они за­савляли мирных жителей рыть окопы и строить блиндажи у переднего края. Ис­пльзуя крутой правый берег реки с гос­пдствующими высотами, лесными масси­вамп и балками, подходящими к самой во­д немцы создали по Донцу пепрерывную цепь узлов обороны. Донецкий рубеж представлял собой си­сму дзотов и самых разнообразных огне­вых позиций, соединённых между собой разветвлённой сетью траншей полного про­протяжении бы­фля В траншеях на всем ли оборудованы закрытые и открытые стрелковые ячейки и пулемётные площал­кв районах узлов сопротивления и пап­боле опасных местах немцы устанавлива­ли бронированные огневые точки с цель­нлиыми колпаками и более лёгкие бро­пованные щиты, прикрывающиерядов сь мчиков, автоматчиков и снайперов, Здесь были все немецкие новинки фортификаци­онного оборудования. В качестве противопехотных препятст­винемцы применяли усиленный проводоч­ный забор. Они оплели колючей проволокой все рощи и сады, опутали кусты и деревья, перед проволочными заграждениями тя­пуаись сплошные минные поля, На танко­пасных направлениях противник устано­вл противотанковые минные препятствия и сюрпризы. Все эти заграждения охраня­лись многослойным фланкирующим и фрон­тальным ружейно-пулемётным отнём и при­крывались артиллерийско-миномётными ба­тареями, которых здесь было в избытке. На лигиипереднего края противник имел ши­ркую сеть наблюдательных постов с раз­личной сигнализацией.

Наши сапёрные подразделения на Дон­це показали превосходную слаженность, чёткость и быстроту действий. В мини­мальные сроки они наводили переправы и



Харьков, выбили из него немцев, город Мерефа не потерял своего значения в цепи немецкой обороны. С освобождением Харь­кова Мерефа стала основным укрепленным пунктом опираясь на который немцы пыта­немецких оккупантов украинский город. Она одолен еще один сильно жеский рубеж, на котором сдержать наши войска. С лись задержать продвижение наших частей

 

Именно тут, на рубеже реки Мерефа, рефа--Люботин, и это создает условие для значительного опираясь на самый город, перерезанный кой на две части, немцы задержали жение наших частей Помимо ре­коммуникаций на этом важном направлении.  Б. ПОЛЕВОЙ.

Действующая армия.

бой-иколаиуськов партор… (От военного корреспондента «Правды») сражения? Ганьше перед боем Гуськов знал одну думу как бы получше приспособить ручной пулемет, чтобы уложить побольше гадов. Теперь перед боем у Гуськова дума не только о том, как он сам будет вое­вать, как сложится его личная судьба. Эти мысли заслонены другими: Гуськовпарт­орг, и беспокойство за всю роту трево­жит его. В коммунистах своих он уверен, это люди всё обстрелянные, бывалые, но ведь не за одних коммунистов отвечает парторг. как-то будут вести себя в первом бою новички, безусые парни, не дрогнут ли, не потеряются ли в огненном вихре Гуськов беседовал с новичками не раз, следил за ними на занятиях и учениях, ребята как будто бы неплохо усвоили науку, Наказывал он коммуни­стам поглядывать за ними в бою, вести за собой, учить примером, выручать из беды. сейчас, когда до боя остались считан­ные часы, беспокойство вновь овладело парторгом. Он легонько толкнул в бок задремавше­го а может быть, просто притихшего в напряженном ожидании боя, молодого стрелка Голубева. Тот отозвался громко: Что, уже подыматься? В голосе его было столько тревоги, что Гуськова по­тянуло к бойцу, захотелось коснуться его души ласковым и бодрым словом. Лежи…- останов л он вскочившего было парня. Прилег к бойцу вплотную и шопотом сказал: -- Ночь-то какая звезд­ная… -- Гуськов помолчал, потом, будто вспоминая юность, сказал задушевно и мягко: - В такую ночь и я два года назад ожидал свой первый бой… и со смеш­ком продолжал: - На рассвете пошли в атаку, ворвались в немецкую траншею. Гляжу, на меня фриц бежит, я его шты­ком, но штыку я не поверил, навалился на немца и давай бить башкой о землю, Чую, что фриц уже подох, а все трясу.- Гуськов тихо засмеялся и сказал уже серьёзно: - Ты, парень, главное помни: в бою надо немца убивать, если немца не убил, то для тебя это пустой бой… Голубев приподнялся на локте. Спокой­ный, отцовский тон бывалого воина успо­коил и ободрил его. Захотелось сказать, что он, Голубев, еще совсем молод, девят­падцати годов, что только год назад он стал трактористом. Первый бой страшен ему не смертью, а иным: - Понимаешь, Николай Алексееич, де­ло это мне еще не знакомое… Вот и ро­бею… А потом у меня пойдет, ведь я к любому делу способен, мне механик в на­шей эмтеэс об этом часто говорил. и воевать научусь, мне бы только приспосо­биться, в дело вникнуть. Он обдавал собеседника горячим дыханием. Гуськову захотелось обнять этого милого парня, ко­торый перед боем думал не о смерти, не о семье, а о том, как бы не сплоховать в новом деле. Он сказал только: -Сразу видать, что ты за человек, из тебя добрый солдат выйдет. Молодой боец в ответ широко улыбнул­ся. В эту почь Гуськов почти не сомкнул глаз. Гуськов побеседовал еще с несколь­кими молодыми бойцами, и на душе стало спокойнее­не подведут ребята. Только Никулина пришлось отчитать: уже рас­светает, а он ходит по траншее в полный рост. Сказал ему: Ты в траншее свою храбрость не показывай. Ты ее покажи, когда в атаку пойдешь. Думаешь, тут любуются на те­бя: вот, мол, герой идет… Гуськов поглядел на небо: с юга, тес­ня мглу, подымалась заря, Все ли я сде­лал, что надо? Газеты свежие будут… Го­рячую пищу на передовую доставят. Ко­мандир роты выделил бойцов Морозова и Кривошся для доставки горячей пищи. Это нелегкое дело-- под огнем носить обед наl передовую, тут, кроме физической силы и храбрости, нужны смекалка и опыт. Один раз той дорогой прошел, другой раз иной, приспосабливайся, путай немца, чтобы он не мог проследить, куда идешь, что несешь. Такой дал наказ парторг, Осо­бо Гуськов поговорил с Петром Морозовым, он коммунист и вдвойне отвечает за дело: Чтоб горячая пища была у бойдов два раза в сутки­и никаких… Небо быстро светлело. Ровно в 4 часа утра в траншею принесли горячую пищу. Гуськов радовался, глядя, как бойцы ве­село управлялись с супом. Справа от траншел, на холме, среди по­горелого кустарника, дымился немецкий танк, подбитый ночью нашими артилле­ристами. Бойцы с интересом разглядывали подыхающий «Тигр». - Вот тебе и неуязвимая,- сказал Гуськов, глядите товарищи, что делаем с хваленой немецкой техникой. Под Орлом и Харьковом этих «Тигров» напт набили сотни, и под Ленинградом бьем. Не так страшен чорт, как его малюют…- Гусь­ков напомнил, как лучше управиться с танком, куда бить. Короткая беседа при помощи «наглядного пособия» оказалась очень убедительной. По примеру парторга такую же беседу провел у минометчиков коммунист Иван Цветков. Рота вышла на боевой рубеж. В этот момент командиру роты гвардии старшему лейтенанту Алексею Козлову разведка до­несла, что немцы готовятся к контрата­ке. Козлов подозвал парторга: Предупреди народ: держать рубеж будем до последнего. Так и скажи. Гуськов пригибаясь, пошел по тран­шее. Остановится, броситдве три фразы­и дальше. Коммунисты понимали его с полуслова. И каждый сказал своему со­седу и ден Он меты Вот как короткое и сильное: -Полезет немец -- угробим! Немцы рванулись в контратаку. Их се­ро-зеленые фигуры, прячась за кочками кустами, ползут вперед. Гуськову ви­даже их офицер с пистолетом в руко. кричит на солдат. Рвутся мины, пуле­бьют. Гуськов оглядел своих бойцов: лица напряженные, но ни на одном нет испуга. Народ хорошо держится под отнем. отвечают наши минометы и пулемет­чики, А-а, не нравится?! Немцы, нарвав­шись на сильный огонь, залегли, потом снова попытались прорваться к траншее. Бойцы залповым огнем косили врага. Швыряли в него гранаты. Немцы были отброшены. Время, самое время бросаться атаку. Гуськов обернулся к командиру увидел, что Козлов, пригнувшись, пы­в и тается перевязать простреленную руку. - Гуськов, командуй, тихо сказал Козлов, теряя сознание. Не в первом бою Гуськов, он уверенно принял командование ротой. И когда рота узнала, что командира заменил гвардии старший сержант Гуськов, никто не уди­вился: парторг бывалый воин, имеет три ранения, две медали. Бойцы в рукопашной схватке заняли немецкие окопы. Дальней­шему продвижению мешал густой огонь немецкого дзота, Гуськов отрядил группу людей во главе с коммунистом Ильченко. Они справились с задачей­выбили нем­цев из дзота и четырех землянок. В этой схватке погиб Ильченко. Парторг призвал отомстить за него, следовать примеру ге­роя. Взволнованные, горячие слова запали глубоко в сердца бойцов. С боем рота за­хватила новый рубеж и прочно закрепи­лась на нем. Вскоре в роту прислали но­вого командира. …Прошло несколько дней. Рота была отведена с передовой позиции на отдых. Гуськов, как всегда, поднялся ни свет ни заря и выскользнул из землянки, Парторг еще вечером говорил нам, что завтра у него такой горячий день, что не знает, управиться. Д. РУДНЕВ. Ленинградский фронт.

о

е

бы

-

Ту ра­при­ции д

р­це, у-

в

о

и

ой

вл­ч р

мешанного с землей, взметнулись над око­местного свои позиции и создавали пландармы на пами и блиндажами. правом берегу, но и приковывали к себо крупные силы противника, ограничивали его возможность малеврировать. Бои в сред­нем течении Донца способствовали успеш­ному наступлению советских войск сперва на Белгородском, а затем на Харьковском направлениях и ускорили освобождение второй столицы Украины. С захватом нашими войсками Змиевско­го укреплённого узла для немцев создалась весьма угрожающая обстановка. Донец, очи­щенный от Белгорода до Змиева и ранее фор­сированный во многих местах но среднему течению, уже не представлял собой строй­ной системы обороны, на которую мог бы опираться противник. Искусный маневр войск Южного фронта, увенчавшийся окружением и разгромом Таганрогской группировки немцев, нанёс новый удар гитлеровским войскам в Донбассе. за Таганрогом последовали новые уда­ры, направленные в центр Донбасса. Осво­бождены шахтёрские города - Кравный Туч, Снежное и другие. Одновременно на­ши войска перешли в решительное насту­пление на южную часть немецкого рубежа по Донцу и во многих местах форсировали реку. Они прорвали на широком участке вражескую оборону и продвинулись далеко вперёд, очистив от немцев десятки насе­лённых пунктов, Освобождены города Про­летарск, Лисичанск, Первомайск, Ирмино, Дебальцево, Енакиево, Горловка и многие другие. Наступление продолжается. Наши вой­ска успешно продвигаются вперёд, осво­бождая Донбасс от немецких оккупантов. B. КУПРИН, Д. АКУЛЬШИН.

за воздушными танками-- штурмови­плацдарма рва­к нулась наша пехота. У передней линии немецких окопов завязались ожесточённые схватки, а ниже и выше по течению реки началось в это время форсирование водного рубежа. Заранее подготовленные и спу­щенные теперь на воду паромы, лодки, плоты быстро сновали от одного берега другому. Батальоны и полки, хорошо на­тренированные к предстоявшей операции, переправлялись без малейшей сутолоки задержки. Многие подразделения форсиро­вали реку на подручных средствах-- на вязанках камыша, примитивных поплав­ках из плаш-палаток и вещевых мешков, набитых сеном, на брёвнах и досках. От­и дельные бойцы и офицеры преодолевали Это был стремительный, реку вплавь. безудержный бросок через водную пре­граду. в На правом берегу роты развёртывались боевые порядки, проникали в многочис­ленные проходы, подготовленные сапёра­ми, и с хода сбивали боевые охранения противника, взбирались на кручи, врыва­лись в траншеи, Прибрежная линия око­пов и траншей была взята штурмом, но дальше борьба усложнилась. Немцы упор­но сопротивлялись, Их уцелевшие огневые точки хлестали свинцом. Каждый метр траншеи, каждый дзот приходилось бло­кировать, брать штурмом. Артиллерия в это время помогала на­шей пехоте с левого берега. Но сапёры уже быстро наводили наплавные мосты и ки, догоняя пехоту. переправляли на плотах и паромах лёгкие орудия. Батарейцы на руках катили пуш­ленные этих дней - Солдатам надосла война, говорит Аурис.-Войну мы проиграли-это шенно ясно. Когда в июле наша дивизия наступала, я видел, как всё время несли раненых. В районе Белгорода дивизия несла колоссальные потери. Можно ска­зать, что она полностью разгромлена. Ему вторит обер-ефрейтор Карл Гютпер, старый гитлеровский вояка, В армии он с 1939 года. До самого последнего времени Гютнер верил в победу Германии. Но сей­час, под ударами Красной Армии, он при­шёл к выводу, что надеждам на победу не суждено осуществиться. Когда начинали войну, рассказы­вает пленный,- никто из солдат не думал, что она будет так долго продолжаться. Все были уверены в скорой победе. После зим­них успехов Красной Армии настроение

р­оы  

 ДСЯ нах

побы дать некоторое представление хо­ябы о переднем крае немецкой обороны, детаточно сказать, что на один километр рубежа по фронту здесь приходилось около двухтысяч погонных метров траншей и хо­ков сообщения, более полутора тысяч по­гонных метров проволочных заграждений, о четырех до восьми даотов, 15 блинда­жей и землянок и тысячи различных мин. Браг с каждым днём совершенствовал оборону, а советские артиллеристы ки мешали сму неустанно, вели свою шевую работу. Наши войска тщательно опотливо изучали немецкий рубеж. Раз­ведчики всех родов войск всеми средствами пощунывали правый берег. Много порабо­тали воздушные разведчики. В течение не­скольких дней под яростным зенитным ог­иём противника лётчики разведывательной группы майора Анисимова методично произ­водили аэрофотосомку на всём протяжении немецкого рубежа. Многомстровые фото­планшеты были розданы команлирам на­земных войск. Они с лупой в руках мельчайших деталей изучали участки вра­и и до

Kil 10.



солдат ухудшилось, но многие всё же на­соверлеялись, что летом мы снова будем насту­пать, Но вышло наоборот­наступаем не мы, а вы. поТютнер пытается об яснить провал лет­него немецкого наступления и нынешнее их отступление «усталостью солдат» и по­терями, которые основательно обескровили г гитлеровскую армию. В его полку, говорит он, старых солдат осталось всего несколько тареи, которая попала в окружение. Солда­ты и офицеры, побросав орудия, разбежа­лись, Потом опи группами и в одиночку пытались пробраться к своим. Но уйти ни­кому не удалось: их всех переловили наши бойцы. человек. Офицеров старых совеем нет. Они или убиты, или ранены. Имеющисся офи­церы малоопытны. Это подтверждается примером одной ба-

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 4 сентября. (Возн корр, «Празды»). По пыльным доро­ам понуро плетутся колонны пленных. исло их растёт с каждым днём Здесь встре­ишь немцев всех возрастов и положений, пожилых и совсем ещё юнпов, солдат и офи­церов, Много «тотальных» фрицев, Пленные угрюмо озираются по сторонам. Кое-кто занскивающе улыбается, твердя точно по­пугай: «Гитлер капут, Гитлер капут». Солдаты и офицеры охотно рассказывают о себе, об обстоятельствах пленения, о по­ложении в армии и в тылу. Товорят все почти одно и то же. Обер-ефрейтор Рудольф Аурис. Всё время находился во Францин. В феврале этого года дивизия, в которой состоит Аурис, была переброшена на Вос­точный фронт. «Воевать» во Франции ему Иное дело в России. Здесь попал в плен.

ЗНАТНЫЙ СТАХАНОВЕЦ В ГОСТЯХ У БОЙЦОВ

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 4 сентября. (Воен, корр, «Правды»). На наш фронт при­был знатный стахановец, депутат Верховного Совета СССР Иван Иванович Гудов. Тов. Гудов посетил ремонтную часть, которой В командует инженер-майор Зусманов. Тов. Гудов побывал в производственных цехах, ознакомился с работой по восстанов-

лению автотранспорта во фронтовых усло­виях и провел ряд бесед с бойцами-ремонт­никами. Двухсотники тт. Круглов, Осипов и другие рассказали гостю о своих успехах. одном из цехов знатный стахановецвстре­тился с фрезеровщиком Карповым, с кото­рым он работал на одном из московских ваводов.