9 АВГУСТА 1941 г., №: 219 (8627) 

2

ПРАВДА

ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС  призналие «русских претензий на устано­ление контроля над Босфором и Дардант­лами». ТАСС уполномочен заявить, что указад. ное выше сообщение тазеты «Стокголь Тиднинген» является вымыслом, продико­ванным германской пропагандой.  Шведская газета «Стакгольмс Тиднин­ген» опубликовала сообщение своего кор­респондента из Анкары, в котором ут­верждается, будто между Советским Сою­зом и Великобританией подписан тайный договор, предусматривающий, в частности,

в НА ФРОНТАХ ОТЕЧЕСТВЕННОИ ВОИНЫ морском бою Единоборство ОНИ. Недавно в окрестностях одного прифрон-щику тового села можно было наблюдать такую картину. Посреди поля зарылся в землю большой самолет. Огонь охватывал его фю­зеляж, крылья. Возле самолета виднелись трое людей в куртках немецкого образца. Они озирались по сторонам. К самолету с двух сторон приближались колхозники. В руках у них были вилы, лопаты, дробови­ки. Они шли, размахивая ими, и кричали: -Немцы! Хватай их, товарищи! Наверху делал круги наш истребитель. Люди у самолета засуетились, вытащи­ли пулемет и дали очередь по колхозни­кам. Колхозники повалились в рожь, но, переждав немного, опять поднялись. От се­ла бежала новая большая толпа. - Все равно не уйдешь, - кричали Немецкие летчики, видя, что дело пло­хо, что толпа растет, бросились бежать к лесу, видневшемуся невдалеке. Часть кол­хозников погналась за ними, часть броси­лась к самолету. В горящем самолете они нашли еще од­ного немецкого летчика. Он был ранен и сам не мог вылезти. Колхозники вытащи­ли его. В это время трех бежавших к ле­су уже захватили и тоже привели к само­лету. Наш истребитель продолжал кружиться над полем. Когда немцев захватии и вся толпа окружила их и повела к селу, истребитель ушел. Что же здесь произошло? ** * Было раннее утро. На аэродроме в рай­оне местечка В. летчики дежурили у ма­шин. Услышали невдалеке разрывы бомб. Насторожились. Через несколько минут в облаках показались немецкие бомбардиров­щики. Их было пять. Наши истребители получили приказата­ковать врага. Они тотчас же взлетели и погнались за немцами. Бомбардировщики, заметив истребителей, попытались скрыть­ся в облаках, но истребители уже увяза­лись за ними и не упускали их из виду, Лейтенант Фомин, вылетевший вместе с другими летчиками на своем ястребке, пристроился к одной немецкой машине. Бомбардировщик делал искусные разворо­ты, виражи, чтобы не подставить истреби­телю уязвимые части своей машины Фомин не отставал от него. По той игре, которую они вели уже несколько минут, он видел, что враг попался серьезный, опытный. Вот бомбардировщик делает крутой раз­ворот и быстро идет к земле, Фомин тоже делает разворот и снова настигает врага. Но теперь поле боя внизу. Оба самолета по­чти у самой земли. Фомин становится в хвост бомбардиров­Взоры всех обратились к спокойномму, голубому небу. Курсом на катеры шло звено бомбардировщиков, которые открыли по катерам огонь из пулеметов, В ответ застрочили зенитные пулеметы. Красно­флотец Фокин прильнул к пулемету и вы­пустил несколько метких очередей. Один из вражеских самолетов зашатался и по­шел на снижение. Катеры продолжали обстреливать остав­шиеся бомбардировщики, сбили их с кур­са и скоро отогчали в сторону. Тем временем на горизонте появились силуэты фашистских кораблей. С флаг­манского катера передали команду: Приготовиться к атаке! Наступал момент решительной схватки. Все понимали, что катеры вступают в решительный бой. Краснофлотцы уве­ренно и хладнокровно готовились ударить по врагу. Корабли шли на сближение. Они уже открыли отонь. На флагманском катере был поднят сигнал: Полный вперед. Катеры ринулись в атаку. Сигнальщик Кузненов готовился поднять сигнал. В этот мит поблизости разорвался снаряд, и от­важный краснофлотец упал насмерть сра­женный осколком. C командного мостика звучал голос лейтенанта? - Отомстим за смерть нашего товари­ща! Сильнее огонь!… С новой силой запрохотали пушки. Лю­ли пришли в зрость. Все точнее и точнее ложились их снаряды, Наконец, разрывы вспыхнули у самого вражеского борта, Несмотря на ураганный отонь врага, ка­теры не выходили из боя. Вражеский сна­ряд пробил один катер. Два краснофлотца бросились к пробоине, прекратии доступ воды, отстояли свой маленький корабль. Четыре раза бесстрашно бросались в атаку на врата «морские охотники» и ловким маневром умело выходили из-под огня противника, Восемь часов непрерыв­нопо боя показали, какими железными нер­вами и выдержкой обладают краснофлотцы и командиры, на какие героические дела способны наши славные балтийские мо­ряки. Стойкость, выдержка, хладнокровие по­могли краснофлотцам выдержать крушный бой с вратом. Действующий H. МИХАЙЛОВСКИЙ. флот.

Стойкость Три быстроходных катера, именуемых во флоте «морскими охотниками», шли на выполнение боевого задания. Команды катеров вели усиленное наблю­дение. Выл полдень, когда «охотники» строем подходили к небольшому островку, увен­чанному высокой башней маяка, Что талл этот маленький остров, для всех было загадкой. Но скоро все стало ясно. Едва катеры поравнялись с островом, как отгуда с воем понеслись снаряды и застрочила пулеметная дробь. Сигнальщик одного из катеров Кузнецов засек две огневые точки у подножья мая­ка и внутри башни и доложил об этом лейтенанту Бубнову. Комендоры быстро навели орудия на цель и стали посылать ответные снаряды. Орудия били по острову с исключительной силой. Лейтенант Бубнов стоял на мостике и, наблюдая в бинокль за разрывами снаря­дов, корректировал стрельбу. Третий и четвертый снаряды угодили в балню маяка, причинили ей сильные разруше­ния. Орудийная прислуга была перебита, Смолкли автоматические пулеметы врага. Но фапгистские снайперы, притаившие­ся на берегу за камнями, продолжали об­стреливать катеры. Во время боя командир орудия Степан Ермилин был ранен. Исте­кая кровью, он продолжал находиться у своего орудия и передал командование ору­дийным расчетом краснофлотцу Владими­рову только тогда, когда его оставили по­следние силы. Ермилин лежал тут же на палубе. Улу­чив минуту, к нему подполз с бинтоаг в руках Кузнецов и наложил повязку на рану. Командир катера не раз предлагал Ерми­лину спуститься вниз. Превозмогая боль, отважный командир отвечал: Нет, здесь я буду еще полезен. В разгар боя, собравшись с последними силами, Ермилин стал подавать снаряды товарищам, которые ни на секунду не могли оторваться от орудия. Ранило лейтенанта Бубнова в руку. Перевязав рану и не подавая вида, что ранен, он продолжал командовать катером. Не прекращая обстрела вражеского ое­рега, катеры с боем отходили в сторону моря. ит… Справа белофинские бомбардиров­чы ики, - доложил сигнальщик Кузнецов. и не рони

уйти. и открывает огонь. Противник от­стреливается. Он еще ниже опускается к земле. Фомин не отстает. Вдруг завеса ды­ма, как большое облако, встала перед истре­бителем. Она разделила оба самолета. Про­ходят секунды, пока летчик прорывает завесу. В воздушном бою важна каждая секунда. Противник может воспользоваться выигранным временем, сманеврировать и Действительно, когда Фомин выскочил из облака, бомбардировщик уже набрал высоту. Тут просыпается чувство охотни­ка, преследующего зверя. Погоня продол­жается с еще большим упорством. Неожиданно на бомбардировщике вспых­нул огонь, послышался глухой взрыв. Клубы дыма вырвались из него и засло­нили все. Что с ним такое? Поврежден? Горит? Фомин ведет самолет в облако дыма, не­доумовая, что случилось. Возможно, что пу­леметная очередь, которую он пустил по бомбардировщику, достигла цели. Но врага надо видеть на земле поверженным, раз­битым, только тогда можно успокоиться. Фомин рвет завесу дыма, стараясь поско­рее вырваться из нее на чистый воздух. Тогда станет все ясно, Вот виден просвет. Дым рассеивается. Где же бомбардиров­щик? Одного взгляда было достаточно, что­бы понять все. Бомбардировщик уже ухо­дил, набирая высоту. Чтобы спастись, он шел на все, вплоть до чисто театральных эффектов. И взрыв, и огонь, и дым все это оказалось хитрыми уловками. Все это сделано для того, чтобы обмануть нашего летчика. Фомин бросился за ним. Настит его. Бомбардировщик снова прижался к земле. Три раза повторялась эта игра. Если бы знал молодой советский лет­чик комсомолец Фомин, какого крупного хищника он затравил! Но это выяснилось позднее. А сейчас продолжался бой. Бом­бардировщик не успел далеко уйти. Фомин быстро его нагнал. Продолжительная оче­редь из пулемета. Бомбардировщик вспых­нул, оделал несколько судорожных движе­ний и тяжело плюхнулся на землю. Из него выскочили три немецких летчика, ко­торых и заметили колхозники. Потом выяснилось, кого сбил Фомин, Это был известный немецкий летчик, на­гражденный Гитлером тремя железными крестами. Он тяжело шел по полю, мрачно погля­дывая на колхозников, которые плотно окружили его. А вверху над полем кружил на своем самолете лейтенант Фо­мин. Он взял курс на аэродром. Колхозни­ки приветливо махали ему руками. C. ВАШЕНЦЕВ.

НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКИЕ ЗВЕРСТВА ВО ЛЬВОВЕ Нельзя без содрогания читать сообщения о зверствах и насилиях, чи­нимых гитлеровцами в захваченных ими советских районах, о надругатель­которые не пошли бы германские фа­они расстреливают, вешают, сжигают, Они глумятся, истя­ствах над ранеными красноармейцами, попавшими в плен. Нет таких злодеяний, на шисты. В захваченных ими районах

закалывают живыми в землю мирных советских людей. зают, насилуют женщин, а потом убивают их. Они приканчивают малень­ких детей на глазах у родителей. мучительно пытают тех из раненых, которые Они добивают раненых на поле боя и попали в плен. Они бомбят

госпитали, санитарные поезда, расстреливают раненых из пулеметов. Повсюду, куда ступает сапог гитлеровских варваров, там истязания, надругательства, смерть. В первые же дни войны гитлеровской Германии против Советского Союза стало ясно, что массовые убийства, пытки и казни мирных жите­B лей, раненых и пленных, собой гитлеровский способ ведения войны. учиняемые немецними фашистами, представляют При этом дело идет не об отдель-

ных случаях, а о тысячах и десятках тысяч таних фактов, харантеризую­щих всю гитлеровскую армию. Да и может ли быть иначе? гитлеровской армии. Ведь палач и садист быть жестоки со спокойной совестью». Фашистские бандиты поступают Гитлер. Ониистребляют, уничтожают Надо помнить, что фашистскими ветский народ, деморализовать его, к борьбе. Ведь чудовищные издевательства над доктрину Гитлер открыто заявил: «Мы должны именно так, как велит им обер-палач всех, кто попадает в их лапы. варварами руководит при этом холод­застращать со­ослабить его волю к сопротивлению, люди, чтобы можно убояться ненависть, не боязнь, а стальную волю вселяют в сердца советских бешеные звери. Они должны быть улицах Львова охраны ударил девушку штыком в гру Женщины истерически закричали, В э время немцы стали стрелять к нам в окна чтобы никто не смел видеть этой дикой расправы». Под утро во дворе милиции скопилос несколько сот человек. Начало светать, И этот час во дворе началась зверока расправа. Служащий артели «Стекло-зр кало» Петр Ермоленко говорит: «Когда: мплиции началась стрельба, я осторожн выглянул в окно, Из окна здания милици стрелял пулемет. Люди валились, как пд­кошенные. Много людей бросилось к вор н там, выходящим на улицу. Здесь их встр­тили солдаты и офицеры, Они били лю прикладами, кололи штыками. Несколы вп офицеров стреляли в толпу из пистолеть Эта дикая расправа продолжалась окон ру 10 минут. От ужаса я потерял сознани ок Когда вновь выглянул на улицу, было уз чт совсем светло. Гору трупов спокойно сн мали кинооператоры и фотографы. Солдат ны обтирали свои штыки. Было совса Не тихо…» «Советская власть, покидая Львов, рас стреляла во дворе милиции 200 человк э снимки с такими надписями распространя А лись во многих городах за пределам сро Львова. Но жители Львова хорошо зна На ют, кто в ту кровавую ночь хватали ое родных, соседей и уводил на расправу двор милиции. Беженцы, которые видели расправу ф гра шистов над мирным населением, рассказы вают и о последующих днях жизни Лы ход ва под властью фашистов. Грабеж и бесчинства фашистов не пре­кращались, Вот по главным улицам вд группу избитых, истерзанных людей. ведут для показа, для устраления нард для того, чтобы каждый житель Львов о ра CT почувствовал, что такое фашистский п рядок. Город, красивый город Львов - во вл сти озверелой банды. Солдаты и офице взламывают двери квартир, магазни Подезжают грузовики и легковые маш ны - и вое награбленное имущество ф­шистами увозится. Делается это точн спокойно, привычно. И так изо дня в день. Фашистская армия за работой. Грабежу и насилию фашистских подвергаются польские и украинские к­стьяне Львовской области. Шайки герм ских и солдат и офицеров, отборных гол резов шляются по селам, вешают кресь ян, насилуют женщин, грабят имущесть. В одном местечке семь человек был живьем закопаны в землю. В другч­расстреляно 100 человек: поляки, укра­цы, евреи. Хватали на улицах, в д убивали. Ведь гитлеровцы пришли сюца, чтб грабить и убивать. Это их цель, их зад ча, их пропрамма. И проводят он жизнь овою программу точно, спокой привычно. Зверь тупой, хищный, пьяный осквер няет нашу землю. Этот зверь должен бы раздавлен и уничтожен. Он будет раздавлен и уничтожен! Киев. (Корр. «Правды»).

фашистских извергов! Не страх, а неистребимую

На нашу родную землю напали уничтожены, и они будут уничтожены! Звери на Звери, тупые, хищные, пьяные, запол­нили улицы прекрасного города Лывова. В тот же день, когда в город вторглись фашистские бандиты, берлинское радио подняло вой о «зверствах большевиков». В тот же день появились фотоснимки, на которых были изображены «жертвы красного террора», замученные и убитые граждане города Львова. Ни у кого не было и не могло быть сомнения: эту жестокую, кровавую распра­ву над мирным населением совершили лю­доеды со свастикой, а потом пьяными, хрип­голосами стали кричать об «ужа­сах», творимых красноармейцами. Старая, давно разоблаченная човадка коричневых бандитов. Но и эта очерецная пнусная провокация фашистов провали­лась. Если не считать нескольких худосочных газетенок, издающихся на деньги в оккупировашных странах, вся мировая печать с полным единодушием отметила неуклюжую работу геббельсовских подруч­ных, наспех сфабриковавших эти прязные фальшивые документы. Жители Львова хорошо знают, какой це­ной фашисты фабриковали свои фальшив­ки. Сейчас показаниями десятков граж­дан--свидетелей первых дней фалгистского разгула во Лывове, сумевших бежать из Львова, точно установлено, как фашисты фабриковали свои гнусные фотодокументы. сказ. Трудно без волнений слушать их рас-

Сотрудница Львовского музея художе­ственных промыслов Ядвига Кнушевская говоршт: «Была темная ночь, Жуткая ти­шина нарушалась лишь изредка пьяными криками немецких офицеров, Было поздно, но жители нашего и сосседних домов не спали. Все находились лод впечатлением прошедшего дня. Вдруг в почной тиши раз­дались крики, которые ледешили душу. В подезд соседнего дома ворвалась банда штурмовиков. Зазвенели стакла, раздались пистолетные выстрелы. Когда я осторожно посмотрела в окно, то еле устояла на но­гах. Из окон первого этажа пьяные солда­ты выбрасывали полураздетых людей: Тут же у дома стояла большая группа немец­ких офицеров. Офицеры срывали с женщин одежду, нагло издевались и хохотали. За­тем все стихло. Многих наших соседей по дому погнали куда-то по темной улице. В течение часа мимо моих окон прошло несколько таких групп. Мужчины, женщи­ны с детьми на руках шли, грубо подтал­киваемые пьяными солдатами. Мы дрожа­ли. Ждали, что вот сейчас и к нам ворвет­ся эта банда…». Рабочий Львовского государственного ипподрома Стефан Коряж жил недалеко от дома, где помещалась милиция. Он, как и все жители города, тоже не спал в эту ночь. Стефан Коряк видел, как всю ночь во двор милиции приводили под строгой охраной немецких солдат полураздетых мужчин и женщин. «У входа во двор ми­лиции один из пьяных офицеров схватил за руку почти совсем раздетую девушку. Она вырвалась и ударила насильника. Офицер что-то крикнул, и один из солдат

Советского Союза

В ночь в 6 на 7 августа во время очередной попытки фашистских самолетов прорваться к Москве 23-летний летчик-истребитель младший лейтенант Виктор Талалихин героически атаковал и протаранил вражеский бомбардировщик «Хейнкель-111». На снимке слева: протараненный На снимке справа: фашистские и самолет и фашистские летчики Среди них гитлеровский подполковник-матерый убийца, имевший отличия и награды. молодчики из этого экипажа, сфотографировавшиеся у своего самолета незадолго до их попытки прорваться в Москву, где они нашли этих боях были захвачены штаб батальона, ящики соперативными документами и склады боевых припасов, пять радиостан­ций, много трофейного оружия. Идем по свежим следам боев. На гребне высоты Н стоит немецкий пулемет, под­битый советским снарядом. Пулемет на­правлен в нашу сторону. В него крепко вцепился, да так и остался лежать немец­кий офицер с простреленной головой. У него нашли много различных писем и фо­тографий. Этот коллекционер, видимо, со­бирал снимки для истории своих бесслав­ных походов. Вот несколько фотоснимков, сделанных в Норвегии. Зарево пожара охватило маленький город. Жилые дома в огне. Вот порт, разгромленный немецкими бомбардировщиками. Еще снимок­фа­шистские молодчики ведут группу нор­вежских рыбаков на расстрел за неподчи­нение немецким властям. Искусно действуя штыком и прикладом, отважные пехотинцы решили исход боя. Врага выкурили из каменных нор, Стрел­свой бесславный конец (снимок найден у одного из убитых фашистских летчиков). то там, то здесь встречаются разбитые немецкие горные пушки, На склонах ле­жит разбитый немецкий самолет. Попада­ются еще трупы немецких солдат и офи­церов. «Герои Нарвика» не устояли пе­ред русским штыком и нашли себе моги­лу в горах Заполярья. Бои за «Чортов перевал» красноармейцы называют суворовскими, И в самом деле, здесь в горах мы видим суворовскую так­тику, русскую удаль, массовый героизм советских воинов. Сдерживая натиск врага, пали смертью храбрых комиссар Шарков, старший лей­тенант Гурьев, лейтенант Марин, красно­армеец Фролов и другие. Именами этих людей гордится соединение, о них слага­ют песни. Сражаясь с фашистами, наводчик ору­дия Фролов попал в окружение. Вместе со своим расчетом он бросился на врага. в рукопашном бою Фролов уложил четырех немцев, но был сам тяжело ранен. Исте­кая кровью, он продолжал драться и уло­жил еще несколько человек из винтовки. Но вот израсходован последний патрон и нет сил больше биться, Немцы пытаются схватить Фролова живым, ему предлага­ют сдаться. Фролов ответил: «Русские в плен не сдаются». Чтобы не попасть в руки фашистских варваров, Фролов брит­вой перерезал себе горло. Честь и слава народному герою Фроло­ву! Его имя вдохновляет бойцов на но­вые подвиги. За «Чортовым перевалом» начинается до­лина, Красноармейцы теперь называют ее пройти 400 метров, артиллеристы подраз­деления Кожана, минометчики подразде­ления Козлова открыли огонь. Заговорили пулеметы. Артиллерия била по врагу прямой наводкой, но пьяная, озве­релая фашистская банда продолжала лезть напролом. Все силы части рину­лись на врага. Повара, повозочные взяли оружие и пошли в атаку. Против­ник начал метаться из одной стороны в другую, но везде натыкался на пулеметы и штыки, Враг был разгромлен, Он оста­вил около 400 трупов, В долине выросли десятки могил. Когда не удался и этот маневр, про­тивник решил нанести удар во фланг. Да­леко от расположения наших частей он переправился через реку и укрепился на некоторых высотах. Бои переместились на правый фланг, где наши части перешли в наступление. Основной удар врагу на­песли подразделения Солдатова, Шарова и Гринева. Упорные бои длились несколько дней. Эти подразделения заняли несколько командных высот, выбили врага извгор­ной крепости и прижали его к реке Л. Слева действовала часть тов. Шпилева. Сковывая вражеские силы, подразделения этой части такжо продвигались вперед. Под прикрытием артиллерийского огня часть Шпилева пошла в наступление. На рассвете завязался жаркий бой, С наблю­дательного пункта было отчетливо видно, как снаряды ложились в расположении противника, поражая одну цель за другой.

Бои в горах В первые дни войны фалистским дам удалось потеснить наши пограничные части и перейти советскую границу Враг укрепился на горных высотах за рекой . Авастливые немецкие гелералы пуб­лично заявляли: через три дня займем город. Завоевателям города было громо­глаюно обещано по тысяче марок, месяч­ный отпуск и главноетрехдневный гра­беж. города. Прошли полтора месяца в да войны. Враже­ские орды не только не взяли города М., но, наоборот, доблестные части Красной Армии выбили противника из ряда заня­тых им высот и нанесли ему несколь­ко крупных поражений. Горные вершины, скалы, каждая тропинка напоминают жарких кровопролитных боях, которые происходили и происходят здесь. Вот «Чортов перевал»- высокий ска­листый горный хребет, трудно проходи­мые места. Совсем недавно у перевала шли упорные бои. Врат десятки раз пы­тался форсировать реку и занять перевал. Но безуспешно. Части энской дивизии ря­дом поледовательных атак отбрасывали противника за реку, нанося ему громад­ные потери. Впрочем, однажды враг врагу уда­лось побывать у подножья перевала. Слу­чилось это так. Командованию стало из­вестно, что немцы набирают большой от­ряд добровольцев и намереваются про­рвать нашу оборону, Командование реши­ло пропустить ударную группу против­матов. Бой длился более трех дней. В ру­копашной схватке враг был полностью уничтожен. Немцы оставили на нашем берегу 1.500 убитых солдат и офицеров. Наши бойцы дрались за каждый под­ступ к перевалу, за каждую пядь совет­ской земли, как истинные патриоты своей великой родины. Орудия, минометы, пу­леметы, ящики снарядов они втаскивали на перевал на руках, Местность вся вы­жжена, горы изрыты воронками снарядов, ор-

32

I

Враг не успевал уносить с переднего края ковая рота под командованием лейтенанта Островского в течение одного дня три ра­за ходила в атаку, Перед мужеством со­ветских воинов не устояли отборные аль­пийские части. Роту Островского называют в части ин­тернациональной. И действительно, здесь можно встретить представителей многих народов, населяющих Советский Союз. Русские, белоруссы, украинцы, чеченцы, мордвины составляют единую семью этой славной роты, и все они дерутся геройски, Пошулярно здесь имя красноармейца-че­ченца Замри Токуева, Десятки раз ходил разве их скромные, неизвестные до войны имена не гремят сейчас по всей округе?! Не случайно около 40 бойцов, командиров только части Шпилева награждены орденами и медаля­Бои продолжаются. Спец. Старший политрук В. КОЧКУРОВ. военный корреспондент «Правды» A. ДУНАЕВСКИЙ. Действующая армия. убитых и раненых. - Это бьет Кожан,- говорили пехо­тинцы. - ряды. Смотри, как точно ложатся сна­По противнику били десятки орудий, но бойцы безощибочно определяли, когда именно стреляла батарея старшего лейте­нанта Кожана. Она всегда стреляет точно, без промаха. Артиллеристы перенесли огонь в глу­бину обороны противника В это время пехота подошла к подножью высоты Н. Враг, прячась за скалами, открыл силь­рей стали бить по огневым точкам про­тивника. Они занимали каждый метр вы­соты с боем. Бой длился пять дней. Враг сопротив­лялся упорно и ожесточенно. Вражеский полк состоял из отборных горных стрел­ков, Они лихо воевали с мирным насе­лением маленькой Норвегии, Но фашисты не выдержали красноармейского натиска. Враг в панике бежал, оставив в горах большое количество убитых и раненых. В

В фашистских застенках (Рассказ рабочего)

Разведчиками части капитана Якуши­на в лесу у деревни Н. был найден в обмо­рочном состоянии рабочий Львовской обувной фабрики Ян Вахновский. Достав­ленный в госпиталь, Ян Вахновский рас­сказал: «Я не успел уйти вместе с частя­ми Красной Армии из Львова и спрятался на квартире у жены своего товарища 3.   неня и групгу других жителей арестова­ли через два дня, Всех нас сильно из­били и заперли в подвал какого-то дома. Поздно ночью меня и еще 15 человек погнали за город и заставили рыть боль­шую яму. Работали мы до утра. Наконец, яма была готова, грузовики подвевли мно­го трупов мужчин, женщин и детей. Все они быми сильно обезображены, на мнопих телах были ужасные раны, сделанные, видимо, штыками. Нас заставили разгру­жать грузовики и бросать трупы в яму.

Пьяные германские офицеры и солдаь торопили нас, издеваясь над нами. Когда все грузовики были разгрушены немецкий офицер что-то закричал солд там. Те набросились и стали нас расст ливать. Что было петом, я не помню. гда я очнулся, было совсем свепло. Я вез был засыпан землей. Сбросив землю, встать, но не мог, Сильно болело н Весь мой костюм был в крови. Завяз кое-как рану, я пополз от укасного ста. Все мои мысли были об одном: у поскорее из этого ада. Несколько очей пробирался к фронту. В одной дерв меня накормили, помогли сделать перевя ку, Потом нехватило сил, и я потерял знание. Очнулся уже в госпитале. ва мои мысли сейчас об отном­скоре правиться, взять винтовку и вместе с всем советским народом бить зверя».