Литературная

газета

№

23

(659)

5

H

Усилим

революционную

бдительность! 

Покончим

с

политической

беспечностью

в

нашей

среде.

Из первомайских лозунгов ЦК ВКП(б). Король давно голый Пять лет назад советские писатели встретили решение ЦК о ликвидации РАПП, как событие огромной важ­ности и всемерно приветствовали его. протяжении пяти лет всячески зло­употребляя оказанным им доверием. Здесь будет уместно вспомнитьо фольклорной покойнице щуке, зубы которой остались жить. Отдаем ли мы себе ясный отчет, каковы размеры влияния авербахов­цев на поступательный ход советской Деятельность авербаховской групп­ки была связана с «блатом» в лите­ратуре, с хождением литературных произведений не «по номиналу», а по искусственно вздутой «цене». Как Асеевследствие этого происходит безна­дежная порча советской актуальной тематизачастую хадтура на акту­альную тему с легкостью принимает­Отчего же запаздывает, чего смо­трит наша критика? рапповский рецепт - «критик не должен быть искренним и высказывать свое личное мнение»- оказал известное влияние на крити­ков, писателей, работников изда­тельств, сыграл свою пагубную роль в писательском быту. События лишний раз доказывают необходимость немедленной коренной перестройки работы союза. Эта пере­стройка в частности должна пойти по линии очищения писательских ря­ными. отобрать в центре и на ме­стах все наиболее даровитое, чест­ное, работящее. Вспомните золотые слова Ленина: «лучше меньше, да лучше» ГЕОРГИЙ ШТОРМ  

К

ОТВЕТУ!

На общемосковском собрании ДРАМАТУРГОВ ном участии Киршона, Афиногенова, ния, организация «параллельного ли­тературного центра», противопостав­ление бывшего рапповского руковод­ства Оргкомитету союза советских пи­сателей. Киршон проявляет максимальную активность для того, чтобы сохранить Авербаха «вождем литературы». Он пытается протащить его в Оргкомитет, устраивать его автору незаслуженную чество за государственную критику и решающих судьбу драматургиче­ских произведений, исходя из не­противопоставляли свою авербахов­скую «генеральскую» линию-гене­тельности,-говорит в заключение т. Лахути,до конца и беспощадно! и. Альтман в своем выступленииЛисьи призывал собрание к бдительности; он предостерегал от излишней довер­искренних, кон юнктурных соображе­ний. 6 повадки Киршона чивости к демагогии Киршона и дек-

На васеданиях партгруппы правле­ния ССП, на собрании писателей, по­священном пятилетию решения ЦК партии о перестройке работы литера­турно-художественных организаций, пась омерзительная картина троц­кистской диверсии в литературе, ор­ганизованной подлым троцкистом Авербахом и его группой. Надо внимательно разобраться в формах и методах этой гнусной вре­пительской деятельности в литера­туре, надо понять и раскрыть до кон­ца, какими путями велась эта под­рывная работа против линии партии влитературе, надо призвать к ответу были прямыми пособниками Аверба­ха или шляпами и слепцами, шед­шими на его поводу. Теперь уже всем ясно, что после постановления ЦК ВКП(б) от 23 ап­реля, после ликвидации РАПП, Авер­бах повел борьбу против этого поста­новления, против Оргкомитета, соз­данного партней, стремяеь во что бы то ни стало вновь пробраться к руко­водству литературой, от которого он был отстранен, стремясь вновь вте­реться в литературу для тоо, чтобы продолжать в ней свою троцкистскую работу. Авербах приступил к созданию па­раллельного своего центра в литера­туре, стал размещать на разных ее участках свои, авербаховские, кадры, стал подрывать работу Оргкомитета. Он стремился дискредитировать Орг­комитет, развалить его с тем, чтобы, если это удастся, при помощи своих людей вернуться в руководство в опасигени триумфатора. Авербах примазался к созданию кол­лективной книги о Беломорканале собрал группу писателей и пуская им пыль в глаза, расходуя без счета го­сударственные деньги, хотел обеопе­чить себе славу блестящего организа­тора, «литературных дел мастера». Киршон­ближайший друг Авер­баха на протяжении полутора десят­ков лет сидел в журнале «Рост», где подвизались враги народа Макарьев, Мазнин, Грудская, Коваленко и дру­гие. Киршон, Афиногенов и их под-

ручный Кирьянов оперировали на фронте театра и драматургии. Они прибирали к рукам секцию драма­тургов, Цедрам, Управление по охра­не авторских прав и журнал «Театр «Литературе мировой революции» - Бруно Ясенский, Бела Иллеш, Такова была расстановка сил. ко­торые во время I всесоюзного с езда советских писателей должны были протащить Авербаха в руководящие органы союза советских писателей. План был задуман хитро. Но он провалился. Советская литератур­ная общественность вопреки всем Авербаха, Среди авербаховцев были разные люди. Выли среди них враги народа, которые знали о всех гнусных цла­нах троцкистов, которые были, как и Авербах, двурушниками. Были среди авербаховцев и поли­тические слепцы, оказавшнеся его по­слушным орудием, его ширмой, его покорной агентурой. Их роль не ме­нее вредна, не менее отвратительна. Весь этот авербаховский клубок должен быть размотан до конца. Авербаховские соратники, входив­шие в его группу и ныне подвизаю­щиеся еще в литературе, должны дер­жать ответ перед писателями. Они должны все рассказать без утайки, что и как они делали, как они бо­ролись против партии и ее литера­турной политики. Вслед за драматургами должны со­браться прозаики, поэты, критики. Авербаховщину надо вырвать с кор­нем, формы и методы раскрыть  баховских последышей.

Пять лет, отделяющиё нас от исто­туры под знаком больших достиже­ний. Особое значение для роста художе­ственной литературы имел факт лик­видации троцкистской вредительской пинии которую вели на литературном фронте самозванный «литвождь», ны­не разоблаченный враг народа Авер­бах, и его наиболее активные прис­пешники. ных и непартийных писателей, обес­печивалась благоприятная обстанов­ка для расцвета советской художест­венной литературы, для бурного ро­ста творческой жизни. Но кучка авербаховцев, оставшая­ся в руководящих органах союза писа­телей: В. Киршон, Бруно Ясенский, А. Афиногенов, Корабельников и др., всячески тормозила развитие совет­ской литературы, стараясь задержать и отерочить всесоюзный сезд писа­телей и обеспечить в руководстве ме­сто своему «вождю» Авербаху, кото­рому они и после ликвидации продолжали хранить верность. Вся ата гнусная двурушническая рапповская механика была вскрыта на собрании московских драматур­гов, состоявшемся 27-28 и 29 апреля в ССП СССР. Собранию предшествовало заседа­ние партгруппы секции драматургов.Киршон На партгрупие В. Киршон ввложил собрании. Эти тезисы, явно лживые, прикрывавшие причастность В. Кир­шона к Авербаху и превращавшие его доклад в аполитичное выступление, не удовлетворили партгруппу, шившую его права на отчетный док­и предоставившую ему слово для об снения политической динии поведения во время существования РАПП и после ее ликвидации. 1

делегата на с езд. драматургов. пунк-Альтман рассказал о гнусной воз­не, направленной к всемерной за держке Всесоюзного с езда писателей, Киршон создавал «опорные тыз: сохранял в неприкосновенности редактируемый им намитпостовский Вся его речь была, в основном, по­священа характеристике иезуитских методов, посредством которых Кир­шон расправлялся с неугодными ему лицами. возмущением говорит лисьих повадках Киршона, прикинув шегося в своей речи этакой невин ной Гретхен, не сумевшей разглядеть троцкистскую сущность авербахов­щины вследствие своейполитиче ской слепоты. Странно слышать та кие речи от человека, исходившегоОчевидно, всегда, в первую очередь, из карьери­стских соображений, одолеваемого не­обузданным честолюбием, циничного, холодно-практичного, применявшего в литературе приемы, недалеко ушед­шие от приемов кемеровских вреди­телей. большим волнением слушала аудитория рассказ Асеева о том, как авербаховско-киршоновская компа­ния травила Маяковского. Эпоха, время вносят полную яс­ктиу алербахотор ных, самых верных и честных бойцов социалистического Фронта. ДрузьнНадо великого поэта смутно догадывались об этом и раньше, они мучительно бились над тем, чтобы добраться до корня вещей. ность в дело. Клубок троцкистских. Обвиняет Киршона в вилянии,в дипломатическом замалчивании фак­тов своей антипартийной работыписателей. т. Б. Левин. преступлений разматывается до кон­ца. Не приходится сомневаться в том, что союз писателей будет осво­божден от всех разложившихся в разлагающихся элементов и в лите­ратурной среде будет создана обста­новка, отвечающая характерувсей нашей действительности. Вас обвиняют не в ошибках, а в преступлениях, - обращается Ле­о безобразной политике - дружного заушения одних и восхваления дру-С журнал «Рост», аппарат, троцкист­ский актив, группку «молодых драма­гих тургов». Развертывалась деятельная секретная перениска с «местами», бы­писателей. Чичеров в своем резком выступле­нии против Киршона упрекал его в том, что тот умолчал о своих мораль­но-политических качествах и методах общественной работы, которые делали Киршона так похожим на его друга и вождя Авербаха. Практика Киршона На собрании 28 апреля было вновь приведено немало фактов, иллюстри­рующих вредную антипартийную де­ятельность авербаховских приспеш­ников. A. Глебов рассказал о том, что на A. Файко рассказал о том, как Кир­шон кичился, что в отличие от бес­партийных драматургов, помимо пи­сания пьес, он повседневно занят ве­дением «большой литературно-поли-- борьбы». С кем же, спраши­деятелтической Аверба-Многие из выступавших подчерк­нули, что вся культивируемая Кир­шоном и Афиногеновым система по­литической беспринципности, цинич­ного двурушничества, карьеристиче­ского самовыдвижения и вредитель­ского зажима талантов других писа­телей была по сути дела на практике троцкистской. ниартире Коннора, впослодотнии окс­Сольский-Панский -близкий друг Киршона, бежавший за границу и за­нявший официальный пост в поль­ской дефензиве, устроился в свое время на службу в Совкино по про­текции Киршона. Об этом напомнил т. Берестинский. ли телефонные разговоры с Уралом, где находился Авербах. Киршон и компания хозяйничали в журнале «Театр и драматургия», где подвиза­лся со своими хвалебными статьями по адресу Киршона террорнет Р. Ии­кель, РАДо последнего дня остававшийся упорным, верным и блнзким другом Авербаха, Киршон проводил в лите­ратуре инспирированную Авербахом тактику. 2 «кается» В. Киршой с обиеной нёго рааа верно в этих обвинениях. Тем не ме­нее он не мог не признать, что в про­должение 14 лет до последнего дня он был в близкой дружбе с Аверба­ли-хом. Он признал, что между ними ни­когда не было никаких разногласий, что «во времена РАПП» он осущест­влял литературную «линию» ха, считая ее единственно правиль ной, а после ликвидации РАПп про­водил политику сопротивления реше­нию ЦК ВКП(б), стараясь продвинуть Авербаха в руководство Оргкомитета и сохранить в литературе. Киршон оправдывался и тем, что все время рассматривал свою Киршон об яснял все свое поведе­ние тем, что личное расположение сделало его слепцом, не видящим ошибок Авербаха, а также и тем, что Авербах маскировался, тщательно скрывая свое двурушничество. ратуры, а не политики, и теперь толь­ко понял, что троцкистская тактика Аве Авербаха выходила далеко за преде­Аво лы литературы. Однако, «методы» самокритики Киршона, пытавшегося все время умалить свои ошибки, снять с себя ответственность, сваливая на дру­ее гих, не раз вызывали неодобритель­ные реплики зала. Стремление вывернуться, обелить себя вместо того, чтобы честно проа­нализировать весь свой путь, прони­зывало всю его речь, которую никак нельзя было назвать искренней. О ядовитой силе «авербаховской проказы», распространившейся и на писателей, окружавших «литератур­ного вождя», говорил в своем выступ­Он системе отношений с людьми, на которой дер­жалась РАПП. Ярый зажим самокри­тики, хамское пренебрежение к това­рищу, нуждающемуся в помощи, абсо­лютная нетерпимость к мнению писа­телей, дискредитация людей, прикле­ивание порочащих ярлыков, зауша­тельство и шельмование неугодных, смеющих иметь свое мнение, - вот Невежество в творческих вопросах, прикрытое наглой демагогией, ци­ничной манерой сбивать оппонента острой репликой, лживые намеки на «директивы свыше» в ответ на вся­кую попытку противодействия, на вся­кое сомнение в правильности авер, баховской тактики, - таковы методы подчинения своей воле и разложения, какова была эта система, в которую сначала был втянут и которую по­том проводил и сам А. Афиногенов, применявшиеся Авербахом. Афиногенов рассказал о том, как разлагающая в творческом и бытовом отношении атмосфера РАПП уводила его от жизни, от партии, от честных и искренних людей, как, погрязнув в авербаховщине, он пришел к ката­строфе, скатился в троцкистское ли­тературное болото. Потеря качеств честного большеви­ка и советского драматурга привела к тому, что в журнале «Театр и драма­тургия», доверенном ему партией, он сумел сгруппировать нужные кад­ры критиков и драматургов и пригрел террориста Пикеля. 3

Наша литература росла и развива­лась в эти годы усилиями партии и всей советской литературной об­щественности, вопреки подрывной работе троцкистских диверсантов и их пособников. Ликвидировав последствия авер-лад баховщины, разоблачив ее конкрет­ных носителей и очистившись от них; наша литература двинется вперед еще быстрее, семимильными шагами. К ответу авербаховцев!

и наша В ответе­критика История с Киршоном - это преж­де всего серьезный сигнал для союза Не поразительно ли, что президиум союза, который немало оделал для прославления Киршона и постоянно замалчивал всем известные факты де­ятельности этого драматурга, внезап­но прозрел и сотрясает теперь своды огненными филиппиками. Киршоновщина есть результат ра­боты необ ективных, лицеприятных критиков, которые ничего не смыс­лят в искусстве. Это трусливая критика, критика с оглядкой, критика, не имеющая ни собственного голоса, ни собственной мысли. Это критика, которая не лю­бит искусства, боится произвести первую ответственную оценку, наса­жлает «гениев», которые лопаются, как мыльные пузыри. Разделение литераторов на тех, ко­го бить позволено и кого не позволено бить - вот библия таких критиков. В этой атмосфере легко было жить и цвести Киршону. Он попросту сплетнями, хлестаковщиной -- убе­дил всех, что критике не подлежит. В создании такой атмосферы, в создании списка писателей, которых можно критиковать, и списка писате­лей, которых критиковать нельзя, виновен в большой степени союз пи­сателей. E. ГАБРИЛОВИЧ 

Троцкист Авербах и его оруженосец По поручению партгруппы на собра­нии выступил с речью Вс. Вишнев­ский. Он подробно охарактеризовал вредительскую деятельность Аверба­ха, ведшего последовательную борьбу

Бруно Ясенский и другие

На заседании партгруппы Правления ССП с линней партии влитературе, и ди У троцкиста Авербаха была свита верных холопов, из кожи лезших вон, чтобы вернуть своему «вождю» утраченное им влияние. Об этом с достаточной убедительностью расска­вали 23 апреля на московском собра­и Вс. Виш­столь же короткой памятью и не су­меют вескими фактами опрокинуть карточный домик его измышлений. Ему напомнили о целом ряде по­хождений, в которых он показал себя интриганом, достойным своего шефа. Ему напомнили о той вредной ра­место В. Киршона. Авербах - сын крупного купца. Никогда в гражданской войне не уча­ствовал. Он издавна был в личной свя­зи с Троцким, который инструктиро­вал его, поощрял его деятельность и писал предисловие к его книге, вы­нии т. Юдин выходивший шедшей в 1923 году. В ответ на это невский. Они разоблачили авербахов­политику натрав­писателей друг на друга, ＿ постановления о ликвидации РАПП, пригрева­враждебных партии проходимцев шарлатанов от литературы. Одним из вернейших проводников политики был Бруно Ясенский. с боте, которую проводил под его редакцией журнал «Литера­тура мировой революции»: немалую роль сыграл этот орган в ослаблении единого фронта революционной лите­ратуры, немало он дезориентировал зарубежных пролетарских писателей в таком, например, кардинальном во­просе, как вопрос об овладении куль­турным наследством. благодарный Авербах пропагандиро­вал на страницах журнала «На лит­посту» и в своих книгах ционные писания Троцкого в немец­кой печати. Авербах осуществляет политику Троцкого, пытаясь ватормозить тие литературы охаиванием и дискре­Здесь Ясенский проводил типич­ную для РАПП линию нигилистиче­ского отрицания прошлого, что не могло не оттолкнуть от революции многих представителей лево-буржуаз­ной литературы. Всплыли на собрании партгруппы и другие подробности, которые Ясен­ский тщательно пытался утаить. Так, выяснилась его связь с польским шпионом Домбалем, его активная по­мощь и содействие другим двум шпи­онам, добивавшимся права на в езд в СССР, и т. д. Выступившие на заседании тт. П. Юдин, В. Ставский, Вс. Вишнев­ский, Ф. Панферов, Ф. Березовский, 8. Мадарас и др. дали соответствен­ную оценку уверткам Ясенского. Ни один довод этого авербаховского по­следыша не был признан удовлетво­рительным. разви­дитацией таких писателей, как Д. Фурманов, А. Серафимович В Ма­яковский. B. Киршон, находившийся в это время на партийной работе, уже был связан с Авербахом. В 1924 г., когда группа лучших писателей во всеуслы­шание - письмом в ЦК - заявила о своей преданности партии и совет ской власти, Авербах при деятельном ном участии Киршона повел атаку на этих писателей, нагло утверждая, что пре­обладающая часть «попутнических кадров» клевещет на революцию. На всем протяжении троцкистской деятельности АвербахаB. Киршон был его ближайшим помощником и последователем в разобщении и нат­советских a HE ра ско-киршоновскую ливания дискредитирования ЦК ния и этой Вместе Бела Иллешем, Афиногено­вым, Корабельниковым, Шушкано­вым и др. он пользовался каждым случаем, чтобы повести атаку против литературного руководства послерап­повского периода, чтобы пустить в ход испытанные авербаховские при­емы клеветы, издевательства, подси­живания, бесстыдного искажения фактов. Достаточно вспомнить «знаменитое» выступление Ясенского в защиту Мирского, который, «добросовестно» выполняя заказ всей этой честной компании, охаял одного из лучших советских писателей Фадеева, не по­желавшего участвовать в антипартий­ной возне бывших рапповских «вож­дей», накую бешеную слюну разбрызги­вал Ясенский в этом своем выступ­дении, с какой грубой солдафонской откровенностью он продемонстриро­вал тогда подлинные чувства и на­строения авербаховской группки. Но память у Ясенского, как и у его соратника Иллеша, оказалась весьма короткой. На собрании партийной группы правления ССП (26 апреля) он изво­рачивался, юлил, пустил в ход всю y свою ловкость и сноровку склочных H дел мастера, чтобы отвести от себя обвинения в подрывной работе на литературном фронте. Больше того, о он стремился доказать, что у него, мол, не было даже никаких основа­оний отстаивать интересы авербахов­цев, так как лично он никаких «по­стов» при рапновском руководстве не ванимал. C 1 Ясенский напрасно, однако, рассчи­ы тывал на то, что и другие обладают ca за

вается, приходилось Киршону бо­роться? И во имя чего? По требованию собрания выступил председатель Главреперткома О. Ли­товский, сыгравший немалую роль в выдвижении Киршона и Афиноге­нова, пропагандировавший в свое времи усердно в газете «Советское вин пытались про­тивопоставить решению о лик­видации РАПП вашу собственную политику. Так извольте рассказать, в какие формы выливалась ваша ан­типартийная работа, где вы собира­лись, какие вопросы обсуждали, что предпринимали, как сговаривались, искусство» пресловутую театральную кого намечали очередной жертвой шон и Афиногенов буквально шанта­жировали театры, навязывая им свои пьесы, муссируя слухи с том, будто пьесы их одобрены «некиими высо­кими инстанциями». Гроцкистские по духу методы раз­ложения, разобщения писателей си­стематически применялись Киршо­ном и среди авторов эстрады, и сре­в и платформу РАПП. Литовский признается в том, что неверно ориентировал советскую дра­матургию на Киршона и Афиногено­ва, значение которых было им пере­оценено. Но это, мол, характеризует лишь Литовского, как критика. Как руководитель Главреперткома, он ни какой групповщине не участвовал свой аппарат никаким групповым целям не подчинял. Не приходится доказывать, что та­кого рода пояснения мало кого могли удовлетворить. участке интернациональной литера­туры, Корабельников--в редакции «Две пятилетки», Шушканов -- в «Истории фабрик и заводов». Однако Киршон не разоружился и сейчас. Его высокомерное позерское спокойствие на трибуне, его «поле­мические», в рапповском духе, реп­лики с места вызвали общее удивле­ние и возмущение участников собра­5 Правильно отметил и В. Гусев, что художническое увлечение темой, творческое горение неизменно подме­иялись в драматургической практике Киршона карьеристическими кон юн­ктурными соображениями и расчета­ми. Вал. Катаев, К. Финн, Д. Сверчков и многие другие драматурги привели длинный ряд примеров того, как Кир­ди молодых драматургов, искавших творческой помощи в секции. -Деятельность группочки Авер­баха буржуазного проходимца, ко­торому мы создавали авторитет, - констатировал в своей речи Ю. Либе­динский, в течение последних пяти  лет была основной формой троцкист­ской диверсии в литературе. Авер­бах продуманно расставил силы своих пособников на всех литератур­ных участках: Киршон и Афиноге­ков орудовали в области театра и драматургии, Бруно Ясенский - на Разоблачить до конца Это поведение Киршона заставило т. Г. Лахути вспомнить, как однаж­ды, много лет назад, он встретил в Персии старика, который приклады­гической среде своих соратников журналу «Рост» - Гинзбурга, Кирь­янова, пытался устроить в драмсек­ции консультантом по творческим во­просам своего личного секретаря С. Левина, круглого невежду и бес­стыднейшего подхалима, ставшего нарицательным именем среди драма­тургов. и т. д. Б. Левин с возмущением говорит о попытках авербаховского сброда на­бросить тень на павять великого на­родного писателя Алексея Максимо­вича Горького, зачислить его чуть ли не в свои союзники. Нужно сейчас же разоблачить ис­тинную сущность этой гнусной леген­ды. Нужно довести до всеобщего сведения, что единственного союзни­ка свора Авербаха завербовала в ли­це такого же проходимца и темного человека, как они, -- в лице бывше­го секретаря Горького - Крючкова, ныне разоблаченного полностью и целиком. Выступившие на этом же заседа­нии тт. Прут, Чекин, Гайдовский, Ча­лая, Павлюченко сообщили ряд до­полнительных фактов о хозяйни­чаньи Киршона в драмсекции, где он систематически устраивал своих людей. Так он приобщил к драматур­О том, как понимали Киршон и его свита самокритику, свидетельствует следующий весьма любопытный факт: драматурга Чекина после того, как он резко выступил на обшемосков­ском собрании писателей против Киршона, в течение долгого времени ежедневно терроризировали по теле­фону всяческими угрозами какие-то анонимы, требовавшие от Чекина от­каза от его разоблачений. С жалкой и беспомощной речью, все время прерывавшейся саркасти ческими репликами из зала, высту­пил начальник Мособлреперткома В. Млечин. Млечину было пред*явлено серьез­ное обвинение - в беспринципности, в угодливой политике по отношению к Киршону и Афиногенову в дис­кредитировании себя как руководи­теля репертуарного комитета и т. п. И вот человек, призванный осущест­влять репертуарную политику, не нашел ничего лучшего, как смущен но лепетать о том, что он находился под гипнозом имени Киршона, что он «к сожалению, не разобрался в плохих пьесах Киршона и Афиноге­нова», «к сожалению, не высказал в печати своего мнения о «Чудесном сплаве», хотя считал его плохой пье­сой», «к сожалению, не шел в своих конфликтах с Главреперткомом даль­и

поD2з0блачить мнимых корифеев! «Мопументальные», но дутые фигу­ры двух «властителей дум» умень­шались у нас на глазах. Воздух сла­вы стремительно покидал их… И мы увидели двух марионеток, за которы­ми явственно поблескивал лысый череп «литвождя»Авербаха. Во время речи Афиногенова жутко было наблюдать, как за мелодрамати­ческими жестами стройного джен­тельмена проступает самовлюбленный мещании. Всем писателям жизненно важен общественный суд над авербаховщи­ной происходящий в секции драма­тургов ССП. Нанесен серьезный удар по мето­дам административной шумихи и на­глой саморекламы, Благодаря этим методам бледные, но ловкие эпигоны плотно укладывались в знаменитые развитию Мне кажется, необходима общест­венная проверка литературной весо­мости еще ряда мнимых корифеев, созданных усилиями троцкистов: Авербаха и Воронского. Нам нужно до конца разоблачить всех бюрократов - разлагателей ли­тературной среды, мешающих расти работать честным советским писа­телям. НИК. ПАНОВ В ленинградском ССП

Наоборот, с большей остротой, чем по об­равливании друг на друга писателей. Киршон присоединился к гнусным и невежественным «тезисам» Аверба­ха, которым надлежало, по мнению их автора, «повернуть партию» и от­крыть в литературе «налитпостовский путь». Киршон, наряду с Селиванов­ским, Макарьевым, Мазниным, Груд­ской, Коваленко, Трощенко, Эльсбер­гом и др. авторами журнала «На ли­тературном посту», ставшего прибе­жищем троцкистов, помогал Авербаху в его травле лучших писателей. В 1927 году параллельно с активи­долж-не зацией оппозиционеров усиливается деятельность и Авербаха, Он, вновь проповедуя бесперспективность твор­чества многих честных советских пи­сателей, выдвигает вредительский ло­зунг «срывания всех и всяческих ма­сок». Ни в дискредитации Горького, ни в нападках на Маяковского, ни в одном из последовательно выдвигаемых ло­зунтов Авербаха В. Киршон не зани­мал сколько-нибудь отличной от него позиции. Между ними не было ника­ких принципиальных литературно-по­литических, творческих и личных раз­ногласий на 1937 гг.). протяжении 14 лет (1923  когда бы то ни было, встает, щему мнению, вопрос о выяснении политической физиономии Ясенского и о праве его на дальнейшее пребы­вание в рядах партии. Из данных, приведенных всеми вы­ступавшими на партийной группе, вытекает также необходимость под­робно, всесторонне обследовать подо­зрительную практику и ряда дру­гих авербаховских приспешников, со­хранявших до самого последнего вре­мени тесную связь со своим «дру­гом» и «покровителем». В первую очередь, конечно, на итти речь о таких «китах», как Киршон и Афиногенов. H. ДМИТРИЕВ

Семинар подхалимства Тяжело говорить, - «дела» этих людей вызывают отвращение. Но на­e до говорить. Гнусный клубок вреди­и тельства троцкистских агентов в ли­0 тературе, гнусный клубок деятельно­сти Авербаха и его приспешников будет распутан до конца. Честные советские писатели в сво­ем творческом труде ориентируются на севетский народ. Своим талантом, ы своими книгами они служат делу Ле­нина-Сталина. Они ощущают себя в боевом творческом коллективе. Киршон и Афиногенов «ориентиро­g вались» на широкие спины тех или  в иных «покровителей», Так им было о добнее вершить свои грязные дела. gОни губили молодых писателей, за­ставляя их «ориентироваться» на  себя, развращая мелким покровитель­ством, организуя целые «семинары» подхалимажа. Их отношение к своему труду бы­ло отношением лавочников, а не ху. дожников, Когда Афиногенов на со­брании говорил об этом, становилось страшно. Афиногенов «боялся» порвать с Авербахом и Киршоном, Все они «бо­ялись» остаться «одинокими». Что же! Их групповые троцкистские связи оторвали их от семьи советских писателей и привели к действитель­ному одиночеству. Они это одиночество себе подгото­вили. Они шли по дороге к пропа сти, и они упали в нее. B. ГУСЕВ

Драматурги об авербаховщине С большим интересом выслушало собрание речь Н. Погодина, говорив­шего о том, как многие драматурги на себе испытали огромный вред аверба­ховщины, выражавшейся во всей ли­ини поведения Киршона и Афиноге­нова - руководителей драмсекции и драматургического журнала. Затирая способных драматургов, продвигая неталантливые пьесы, чтобы на их фоне более значительными выглядели собственные творения, Киршон и Афиногенов усиливали администра­тивный нажим по мере того, как сни­жалось драматургическое качество их произведений. Широкие круги честных советских драматургов никогда не относились к Киршону с уважением, не считали его коммунистом. К мнению беспартийных драматур­гов, к сожалению, не прислушивалось ни руководство союза, ни партийная его часть подчеркивает Погодин. И это, несмотря на неоднократные сиг­налы. Вместо того, чтобы сделать предметом своего обсуждения тот факт, что Киршона - члена пар­тии - аудитория не пожелала слу­шать (на пушкинском пленуме), ру­ководство союза поспешило «реабили­тировать» его, устроив помпезную чит­ку его плохой пьесы. «Большой день» - не такое собы­дне в советской дитературе, дтобы

Авербах щедро платил за эту под­держку Киршону, раздувая его об­щественный и драматургический ан­торитет, продвигая апологетические статьи о его пьесах. Авербах с помо­щью своих помощников, и в первую очередь В. Киршона, превратил РАШ в бюрократический, всевластный центр, равный, по мнецию И. Ма­карьева, наркомату и Культпросу Если нод нажимом «Правды» Киршон в 1931 г. и признавал овои ошибки, то пользовался всяким случаем для реванша в отношений людей которые его в этих опибках уличали. на пленуме РАШ он реваншистски за­являет с трибуны о том, что органи­зация была права в своел дискуссии с «Правдой» и комсомолом. Наконец в 1932 г., после постанов­ления ЦК партии о ликвидации РАШП, Авербах, вместе со всей груп­пой троцкистов, ныне разоблаченных врагов народа, а дакже при деятель-

вал раскаленный кусок железа к те­лу сына и при этом не позволял ему кричать Оказалось, старик учил мальчишку воровать, но затем стои­чески отпираться от совершенной кражи, Ничем не оправданное «стои­ческое» хладнокровие Киршона яви­ше личных бесед с Литовским» и т. д. и т. п. все в этом духе. Под напором аудитории Млечин вынужден был признать, хотя и кос­ноязыча, заикаясь, противореча себе в каждой фразе, что репертуарные органы всячески «проталкивали» лось, видимо, результатом аналогич­пьесы Киршона и Афиногенова, что под влиянием Литовского, входивше­ле» Авербаха. го с Г. Лахути подчеркнул: история троцкистской оппозиции показала, в что элейшие враги народа, будучи призваны к ответу, всегда начинали полного отрицания своей вины. Ну­жно было пред явление неопровержи­мых улик, чтобызаставить их шаг за шагом признаваться в своих престу­плениях. Зачем понадобилось Киршо­ну и Афиногенову прибегать к этой о тактике, вместо того, чтобы с больше­вистской прямотой рассказать о своей са, годование собрании они гласами Вс. Вишневского - обратиться в партийную организацию с просьбой расследовании действий Литовско­го и Млечина. Продолжение прений состоится деятельности, а дом, как рапповцы 3 мая,

ЛЕНИНГРАД, 29 апреля. (По теле­фону от нашего корреспондента). Партийная группа правления ле­нинградского отделения союза совет­ских писателей обсудила статьи «Правды» и «Литературной газеты» о вредительской деятельности Аверба­ха и его пособников. Решено созвать специальное собрание, посвященное этому вопросу. Собрание намечено на первые числа мая, С докладом высту­пит ответственный секретарь ССП СССР т. Ставский. Аналогичное постановление вынес­ло вчера вечером правление лений­градского сорае,

Решительная борьба Политическое преступление Авер­аха, Киршона, Афиногенова и дру­заключается и в том, что они нижали уровень советской литера­уры, приучали литературную моло­нь к беспринципным и бездумным   вещам, порождали подхалимство, со­давали затхлую атмосферу, которая ссобенно сказывалась в среде драма­тургов, Рапповские методы еще имеют ме­ло в некоторых наших журналах. Нужно повести с ними решитель­ную борьбу. От нас сейчас требуется, как никогда, подлинно большевист­ская бдительность, Гнилые корни Авербаха и его приспешников Кир­шона и Афиногенова нужно вырвать, выкорчевать для того, чтобы совет­ская литература могла качественно и количественно восполнить тот пробел, который был причинен ими и их «работой». ВЛАДИМИР СОЛОВЬЕВ