Литературная

газета № 1.

24

(660)

5

МАСТЕРА ТЕАТРА О «ПРАВДЕ»

Это только начало работы Речь тов. СТАВСКОГО на общемосковском собрании драматургов на деле. Это наши товарищи, во-пер­вых. А во-вторых - Либединский обязан был сам рассказать о своих политических ошибках подробнее. ля Я хотел остановиться на выступле­нии т Соловьева, потому что оно наи­более яркое, в нем есть солидная до­правды, Когда он говорит относи­тельно того, что только сейчас насту­пило всерьез время, когда будет реа­лизовано решение ЦК партии о лик­видации РАПП, о перестройке лите­ратурных организаций, - это пра­вильно. Когда он говорит относитель­но недостатков или бюрократизма в работе союза советских писателей, это правильно. В этом смысле я его выступление приветствую. Острое вы­ступление и по форме, и оно встре­тило живейший отклик у аудитории. Но у него есть некоторые моменты, против которых буду возражать и хочу его поправить. Он валит всех в одну кучу. Фадеева несправедливо ставит в разряд этих рапповцев. Нельзя таким тоном в отношении Фа­деева говорить. Далеко не все раппов­цы были вместе с Авербахом, и вред­но всех валить в кучу. пар-Дальше Соловьев говорит, что «началась забастовка души художни­ка». Но это не соответствует дейст­вительности. Недопустимы такие де­монстративные выражения. Это дурно пахнущие формулировки. Дальше он говорит: «Пьес совсем нет». По-моему, это тоже перегиб, Обра­титесь к фактам нашей драматургии. «Любовь Яровая», «Слава», «Аристо­краты» и др. - разве это плохие пьесы? Разве можно мириться с эти­ми высказываниями Соловьева? Ма­ло пьес. Это верно. Надо бороться, чтобы все драматурги писали хоро­шие, отличные пьесы. Далее Соловь­ев ратует за то, что, дескать, «надо ограничить и уточнить функции ре­перткома», Надо критиковать прак­тическую работу реперткома, но не вносить такие, пахнущие очень сом­ительно, предложения, которые пи­сательская общественность, без сом­нения, отвергнет. Остановлюсь на факте, о котором впервые сказал Погодин --- на пре­словутом заседании партийной групт пы, где читалась пьеса Киршона. Да, действительно, там пьесу Кир­шона перехвалили товарищи. В этом и я ошибся. Должен сказать прямо, что я обма­нулся в тематике, обманулся на по­становке животрепещущих проблем для нас. Из этого практические вы­воды делаем. Но вот критики наши мимо этого тогда прошли. Суровые выводы надо сделать еще относительно бдительности. Боль­шинство из нас заинтересовано в том, чтобы вскрыть все недочеты и ошиб­ки и их устранить. Это нас только укрепляет, дает нам силу и веру в собственные силы. В борьбу против недостатков в писательской органи­зации надо вовлечь всех ее членов. этим выводам приводит нас собра­ние драматургической секции. Мы не могли бы так досконально разобраться в этих вопросах, если бы не было такого общего собрания. что указания Плену­Мы говорим, ма Центрального Комитета относи­тельно регулярных активов, через ме­сяц--два, для нас тоже имеют прак­тический смысл. Мы такие активы проводить будем Будем осуществлять и указания Пленума Центрального Комитета партии, людей проверять на деле. Мы не допустим снижения политического уровня. Мы проведем собрания по всем секциям и всю работу направим к то­му, чтобы указания партии, указания товарища Сталина осуществить! Авербаховцы создали параллель ный литературный центр, стремясь противопоставить беспартийных пи­сателей -- коммунистам, сея вражду, рознь между ними. О Киршоне много говорили, Парт­группа его неоднократно предупреж­дала, что он должен работать в драм­секции, как подобает коммунисту. За связь и поддержку Авербаха мы его били. Это не помогло. Выходит, мало били. Выводов практических не сде­лали. Общемосковское собрание вскрыло многое у Киршона. Я об этом в заключительном слове говорил. И вот - после городского собра­ния на партийной группе обсужда­лось заявление т. Юдина, в котором подводились итоги деятельности Кир­шона. Партгруппа приняла решение: по­ставить вопрос перед партийной орга­низацией и районным комитетом о возможности принадлежности Кир­шона к партии, за его многолетнюю связь с врагами народа, за конспира­тивную антипартийную деятельность, направленную против решений ЦК ВКП(б), за развал работы драмсек­ции и т. д. и т. д. Вот решение тийной группы. От последнего выступления Кир­шона пахнуло страшным равнодуши­ем, каким-то таким спокойствием, е которым мириться нельзя, Не может быть никакого сомнения в том, что при всей ловкости Киршона ему не удастся уйти от самой суровой от­ветственности за все свои деяния, в том числе и в области материальной. Не может быть сомнения в том, что писательская общественность не поз­волит Киршону и его единомышлен­никам ввести кого бы то ни было в заблуждение. На общемосковском городском соб­рании писателей мы обсуждали ито­ги и решения Пленума Центрального Комитета партии; мы обсуждали ука­зания товарища Сталина, которые имеют прямое отношение и к лите­ратуре. В свете этих решений Пле­нума Центрального Комитета партии, в свете этих указаний товарища Сталина мы обсуждали вопросы прак­тики нашей работы, работы союза со­ветских писателей. Собрание развер­нуло критику ошибок, недостатков и искало пути к их устранению. Това­рищи, которые выступали, разверну­ли самокритику. Это только начало работы. Недостатков у нас больше, чем это было вскрыто на собрании, слабо­стей в работе союза и его членов го­раздо больше, чем это было вскрыто на общем собрании. Это первое за­ключение, которое мы обязаны были тогда сделать. Решение Центрального Комитета партии, указания товарища Сталина нас вооружили. И мы, большевики, партийные и непартийные, постара­емся, чтобы указания Сталина, реше­ния Пленума провести в жизнь, ус­транить все, что нам мешает. И при этом, конечно, мы не будем бояться, как бы не наступить кому-нибудь на ногу, не будем бояться критиковать любого из товарищей, который имеет какие-либо недостатки в работе. Первые шаги, предпринятые нами, привели уже к тому, что, как вам из­вестно, мы разоблачили корешки троцкистской литературной группы «Перевал». Мы прогнали из партии Катаева­идеолога этой группы, Пер­вые шаги, предпринятые нами, при­вели к разоблачению целой группы врагов Я имею в виду Селивановско­го, Трощенко и группу Авербаха. Вам достаточно известно, что собой представляла группа Авербаха, каки­ми методами она действовала. Мы по­ложили немало труда, чтобы вскрыть эмерзительное лицо этой группы, контрреволюционные методы ее ра­зоты. Из дела Авербаха каждый из нас должен делать все выводы. Внутри Шла. Сигналы о вредной деятельно­паривели тому, что ложение в РАПП, обсудил все эти вопросы была ликвидировала: У нас была радость, сплошное лико­нии многое было упущено. Мы забы­ли об Авербахе как о человеке, на­сквозь враждебном, способном на всякие гадости. Мы не представляли, что Авербах организует свою группу для того, чтобы атаковать решения ЦК партии. Группа Авербаха сохранилась. Она направила свои антипартийные уда­ры против оргкомитета, против его партийной группы. Вновь мы стали ставить все эти вопросы. Авербаха послали на Урал. Какие антицартийные меры прини­мались этими людьми во главе с Кир­шоном, чтобы возвратить Авербаха! Эти факты надо помнить, из них не­обходимо делать конкретные выводы. Нужно помнить слова товарища тийную работу. Сталина о политической бдительно­сти. Мы этого не делали в должной мере, а в результате до самого по­следнего времени группа авербахов­цев вела свою подрывную антипар­Надо было Авербаха раскрыть и добить раньше. Выводы вместе с вами из этого сде­лаем на будущее. То, что сказал то­вариш Сталин о коммунистах, кото­рым свойственна беспечность, рото­вейство, касается и нас особенно ост­ро.

У НАС С НЕЙ… ЖИЗНЬ ОБЩАЯ, НЕРАЗДЕЛЬНАЯ Газету «Правда» я глубоко ува­жаю за то, что ее никогда не чи­таешь равнодушно, а всегда с боль­шим волнением, как будто ты сам слышишь и видишь, чем и как жи­вет страна, чуешь ее творческий путь. «Правда» ничего не пропускает. В, кругу ее внимания целые области, районы, города, учреждения и даже отдельные граждане. «Правда» первая подчеркнет и по­радуется вместе с нами нашим до­стижениям, победам и глубоко по­скорбит вместе с нами по поводу наших неудач и ошибок. Гнев «Правды» беспощаден, но до­казателен и неопровержим, когда она находит в нашей стране хи­ников, готовых в клочья растерзать нашу родину. У нас с нашей «Правдой» жизнь общая, нераздельная. Мне лично «Правда» помогает по­литически воспитываться. Если газету не проглядывать, a внимательно прочитывать, то нельзя оставаться равнодушным - жизнен­ные факты и вытекающие из них последствия, правильно освещенные, оставляют в тебе глубокий след. И это повторяется изо дня в день. Поэтому слова мои о политическом воспитании я произношу с полной ответственностью. А какое огромное значение это имеет для нашего твор­чества! Одна мелочь, которую я неволь­но замечал ва собой: «Правду» по кнчании чтения никогда не бро­сишь, а всегда спрячешь. Народный артист Союза ССР  И. МОСКВИН



Делегаты республиканской Испании на Красной площади 1 мая СЕКИ САНО

Фото Ф. Кислова (Союзфото) 

Берлин-Гокио сии против передовых деятелей ис­кусства. «Большинство из нас вместо того, чтобы продать свою душу и получить орден… будет укреплять свою волю для борьбы в защиту истинной куль­туры…»; «Что за честь быть назван­заслуженным дудоту ввтельством, которое повм пра­шителям культуры…»,смело и спра­ведливо пишут уже один за другим деятели искусства на страницах японских газет. 2. Совсем недавно в Японии вышла книга «Мобилизация в эпоху Сиова» фашистского публициста Минетаро Яманака -- конкурента умершего ан­тисоветского писаки Синсаку Хирата. Книга эта на тему о будущей миро­вой войне, которая вот-вот может вспыхнуть, и о ее значении для Япо­нии, находящейся в «полувоенном со­стоянии». Это «художественное» про­изведение вышло в свет после до­вольно долгого молчания в лагере во­енно-фашистской литературы. Однако японская военщина в этом году создала «шедевр» пока что не в литературе, а в кино. «Новая зем­ля» считается величайшим событием японской кинематографии за послед­ние годы. Фильм сделан совместно японскими и немецкими киноработ­никами, и хотя работа над ним была начата до заключения германо-япон­ского соглашения, основная тема ково: фильма - восхваление этого согла­шения. Содержание этого фильма та­-Теруо Ямато познакомился на па­роходе, возвращаясь из Европы, по­сле своего восьмилетнего отсутствия, с одной девушкой - немецкой кор­респонденткой. Теруо -- сын бедного крестьянина и приемный сын семьи Ямато, дочь которого с ним обручена и и п…ворить ждет его вот уже 8 лет. Однако те­перь у него начинается внутренняя борьба между европейской культурой восточной кровью Ему уже не нра­вится «японская индивидуальность» невесты. Семья Ямато старается уго­Теруо. Ему предлагают послушать колокол буддийских храмов - эту «старин­ную японскую музыку», показывают ми берега моря, дают послушать песню скал, «закаленных трехтысячелетни­ветрами и бурями» Наконец в нем пробудилось национальное чувство,- «японский дух». Теруо возвращается в деревню с молодой женой-японкой. Он посвятит теперь свою жизнь земле. Но какой земле? В Японии люди без земли. Куда же они пойдут? В Манчжурию. Смотрите, там, за морем - широчай­шие, необычайные пространства зем­ли, там ждет вас новая, манчжурская земля.

Картина сделана двумя постанов­щиками - немецким режиссером А. Фанк и японским - М. Итами. 3.

Едва успели погаснуть огни ше­ствия в честь «внезапно» заключен­ного японо-германского соглашения, как в центре Токио открылась не­сколько странная выставка иностран­ных книг. нвочный зал распвенным ными флажками со знаком свастики… В углу возвышается бюст Гитлера… Книги обернуты узкими бумажными полосками с изображением все того же пресловутого флага фашистской Германии… Чувствуется рука орга­низатора - посланника «Третьей империи». Однако это была лишь первая ла­сточка новоявленной дружбы «куль­туртрегеров» Запада и Востока. Про­изведения многих знаменитых гер­манских поэтов, писателей, ученых вдруг исчезли с полок известного книжного магазина в Токио. Оста­лись только книги «чисто арийского происхождения», на которых все те же узкие бумажные полоски, что и по на­стойчивому требованию «консультан­та», представителя германского по­сольства в Японни, магазин убрал все не понравившиеся ему книги. В от­вет на это в газетах сейчас же появи­лись протестующие статьи писателей, ученых, мыслителей Японии, сража­ющихся за свободу мысли. «Если германо-японское сближение (т. е. германо-японское тайное воен­ное соглашение -- С. С.) ведет япон­ское общество к такому же обществу, как в теперешней Германии, - это большое несчастье для японцев», писали одни. «Ведь мы не в Берлине, а в Токио, Мы протестуем против им­порта фашистской «культуры»,---гово­рили другие. Пришлось магазину выступить в прессе с заявлениями о том, что ни­какого вмешательства со стороны германского посольства не было и что магазин будто бы просто советовал­ся с одним консультантом - прав­да, «немецким гражданином», -- по поводу устранения тех или иных ан­тифашистских книг и пр., и т. Правительство Хаяси разрабатыва­ет в данный момент проект организа­ции министерства пропаганды. Не приходится говорить, что с этим япон­ским изданием берлинского министер­ства пропаганды цензура и другие полиценские меры еще усилятся, ис­жусство и литература, и без того на­ходящиеся в лапах фашистской во­енщины, подпадут под еще более жесткий контроль. В этом же свете следует рассматри­вать недавно вышедший (впервые в Японии) императорский указ о спе­циальном ордене за культурные услу­ги, фактически являющийся маской, прикрывающей всякого рода репрес-

Для нас на заседании партийной группы совершенно отчетливо встал вопрос обо всей этой группе, развер­нувшей фракционную деятельность, направленную на срыв решений Цен­трального Комитета партии. Бруно Ясенском решение уже вынесено. Выявились во время об­суждения дела Ясенского чудовищ­деэ. Неясности в его биографии, по­лучил рекомендацию на в еад в СССР от польского шпиона и т. д. А дальше подрывная антипартийная дея­тельноеть вместе с авербаховской группой Выступления Афиногенова в моей характеристике абсолютно не нужда­отся, Поплакал Афиногенов на про­шлом совещании, пролил лицемерную слезу и успокоился. Выводы вместе с партийными ор­ганизациями мы сделаем и в отно­шении Корабельникова и других­с вашей помощью. И тут не может быть никаких разговоров относитель­но того, чтобы смазывать. Если оста­вим авербаховские корешки, не разо­блачим вместе с вами, вместе с об­щественностью, живущей за послед­нее время после решений Пленума Центрального Комитета политической жизнью на очень высоком уровне, ес­ли пройдем мимо таких людей - они сумеют нам навредить. - Тов Юдин правильно сделал, когда остановился на вопросе относительно перехлестывания. «Литературная га­зета» не права, когда в последнем от­чете в одну кучу с Бруно Ясенским ставит Бела Иллеша. У него свои ошибки есть, но говорить, что он пять лет вместе с Бруно Ясенским борется против решений ЦК партии, неправильно. Неправильно «Комсомольская прав­да», передавая речь Либединского, помянула Суркова и Серебрянского. И того и другого мы уже проверили 

Японию т вителиоторой монтают пра­писан «самим» доктором Фанк, пером доктора управляли военщина Япо понии и его германское начальство. «Новая земля» проповедует необхо­димость сохранения феодальной Японии, Фильм ярко показывает на­строение преданных фашизму прави­телей, бешено старающихся пропа­гандировать идеи так называемого «японского духа», Фильм этот поя­вился в результате естественного сов­падевия духа гитлеризма с «японским духом». В немецком вартанте картины (вы­пущенной под названием «Дочь са­мурая») политическая тема гораздо сильнее и откровеннее: «К нам дуют все время сильные се­C. С.), а к вам дуют буйные ветры с Востока (тоже из СССР. - С.С.), так передайте вашим друзьям, когда вернетесь на родину, что на Дальнем Востоке стоит на-страже страна скала, о которую разбиваются все вет­ры», - вот, что говорит герой филь­ма немецкой корреспондентке. Не удивительно, что даже буржуаз­верные ветры (т. е. со стороны СОС ные газеты считают эту картину «посвященной» японо-германскому соглашению. в настоящее время военно-фашист­Если военно-фашистская литерату­ра и искусство славились раньше своим бесстыдством и наглостью, то «Япония хороша, прекрасна. Ее свя­щенная задача - стать во главе Азии… Однако есть державы, гото­вые напасть на «мирную» Японию в любой момент. Дуют на нее ветры со всех сторон. Опасность у дверей. Японцы, будьте готовы» - вот пос­ледние козыри теперь у фашистской военщины. У народа Японии отнимается сво­бода слова, свобода обединений, сво­бода творчества, мысли. Растет бес­правие. Раздутый военный бюджет увеличивает налоги на трудящихся, способствует дороговизне. Приближа­ются дни, когда трудящиеся Японии скажут свое решительное слово. ская пропаганда в этой области но­сит иной характер. Это уже не де­монстрация «художественных произ­ведений», открыто пропагандирую­щих войну, от которых тошнило на­селение Японии, а завуалированное восхваление тех или иных «до­стоинств» Японии, воспевание «не­сравнимой высоты японского духа» и пр. и пр. «Новая земля» относит­ся именно к этому типу пропаганды войны,

ЕЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ВСЕГДА БЬЮТ В ТОЧКУ Мы, работники искусства, привык­ли на страницах «Правды» находить всегда глубоко принципиальную, чукую и мобилизующую нас трак­товку вопросов творчества и новой творческой этики. Культурно-воспитательное значение этой газеты огромно. Ее высказывания на самые вол­нующие творческие темы дня всегда бьют в точку, возбуждают мысль, споры, желание бороться за лучшее в искусстве. Мы, работники искусства, ценим политическую четкость, ясность и настоящую оперативность «Правды», боевого органа славной большевист­ской партии.  Народный артист Союза ССР B. КАЧАЛОВ ОВ

НАДЕЖНЫЙ ДРУГ Великая пролетарская революция создала все возможности для мощ­нго развития советского искусства. Мастера русского театра отдают свои творческие силы нашей стра­не. Растет новое поколение совет­ских актеров, стремящихся овладеть большевизмом, ибо пристрастное, партийное отношение к творческому образу открывает подлинную правду в искусстве. «Правда» всегда ставила на своих страницах глубокие задачи. В своих статьях она говорит о больших проблемах в искусстве, ока­зывает помощь советскому худож­нику. Внимательно и любовно следит «Правда» за молодыми кадрами ис­кусства, воспитывая их в духе боль­шевизма и актуально содействуя их творческому росту. «Правда» первая ударила в набат, мобилизуя работников театра против всяких формалистических ухищре­ний в искусстве и указала нам пра­вильный путь углубленного реали­стического толкования сценического образа. Глубоким анализом нашей совет­ской действительности она помогает нам воспитывать в себе чувство от­ветственности за свой труд. Вместе со всеми трудящимися на­шей страны мы любим «Правду» и радостно приветствуем ее в день славного двадцатипятилетия. Народный артист Союза ССР H. ХМЕЛЕВ

В парторганизации ленинградского ССП к За все время существования пар­тийной организации Ленинградско­то отделения союза советских писа­телей писатели-коммунисты впервые услышали отчет секретаря парткома. Правда, секретарь парткома т. Ми­рошниченко отчитался перед общим ообранием лишь за полгода работы. «Деятельность» прежнего секрета­ря парткома Беспамятного привела к целому ряду грубых политических ошибок, привела работу парткома отрыву от партийной и беспартий­пой массы писателей, к барскому игнорированию решений парторгани­зации, к полнюму отсутствию само­критики и к безнаказанному засилью врагов на ответственных участках литературного фронта. Новому руководству парткома при­шлось бороться с групповщиной, угодничеством, либерализмом, харак­терными для прежнего партийного руководства Ленинградского отделе­ния союза. Эти болезни мешали разоблачению врага народа Горело­ва, тормозили восстановление связи с писательскими массами, восстанов­ление авторитета парторганизации у беспартийных писателей. Такой важнейший участок полити­ческой работы, как воспитание моло­дых литературных кадров, Лите­чен врату народа Майзелю. В журиале «Резец», редактором ко­торого был враг народа Горелов, ча­сто печатались литературные подон­ки и халтурщина. Новому парткому при непосред­ственной помощи районного и город­ского комитетов партии удалось в некоторой мере изжить вредное на­следие старого руководства. Однако за время своей работы но­вый партком еще не сумел уделить надлежащего внимания творческой работе коммунистов-писателей, в ча­стности подготовке их к 20-летию Октября и к 20-летию Красной ар­мии. Не было уделено должного вни­мания вопросам идейного и культур­ного роста коммунистов-цисателей. Не проводилась работа с комсо­мольцами -- членами и кандидата­ми ОСП.

На собрании московских драматургов На последнем собрании (3 мая) больше, чем в предыдущие дни, гово­рилось о состоянии нашей театраль­ной критики и о тех методах развра­щения ее, которые культивировались Киршоном и Афиногеновым. Наиболее ценными в этом смысле были выступления В. были выступления тт. Б. А B. Алперса и Ю. Юзовского. Они привели немало фактов, свидетельствующих о том, что труды Киршона и Афиногенова не всегда, пропадали даром: кое-кто из критиков охотно брал на себя мис­сию прославления этих драматургов, в, систематического обслуживания их на страницах печати. Помимо Литов­ского и Млечина, о которых неодно­кратно уже шла речь на собраниях, особенно усердствовал И. Крути. Это был критик, форменным образом со­стоявший при Афиногенове, вместе с ним ездивший на просмотры афино­геновских премьер в других городах, писавший о нем раболепные, угодли­вые статьи в том же самом журнале, который редактировал Афиногенов - «Театр и драматургия». Когда всплы­ли некоторые весьма подозрительные подробности прошлой деятельности Крути как журналиста, Афиногенов не замедлил протянуть ему руку по­мощи. Если критика не удавалось «осво­ить», как это было в случае с Кру­ти, то Киршон и Афиногенов пыта­лись его терроризировать, Особенно изощрялся в этом направлении Кир­шон, умевший всегда многозначитель­но намекнуть на какую-то высокую поддержку а если нужно было, то но притрозить Эти меры прини­и прямо пригрозить. Эти меры прини­мались и в отношении театров, не обнаруживавших особую склонность включать пьесы Киршона в свой ре­пертуар. Так, по свидетельству Юзов­ского, режиссер Ю. Завадский, отри­цательно ответивший на вопрос Кир­шона, согласен ли он поставить в Ро­стовском театре «Большой день», не­медленно услышал в ответ зловещее:о «Пожалеете». С той же энергией, с какой Киршон умел окружать себя своими критика­ми, проталкивать свои пьесы, он со­противлялся и появлению неугодных ему статей. Тов. Юдин рассказывает, какие меры принимал Киршон, что­бы помешать напечатанию в «Лите­ратурном критике» отрицательной статьи А Луначарского о «Суде», ра­нее отвергнутой «Театром и драматур­гией». Зато он не возражал, конечно, против совершенно бесстыдного ре­кламирования его тем же журналом «Театр и драматургия». Творчеству Киршона был посвящен специальный номер этого журнала, где по сему поводу был дан даже снимок папки, в которых хранятся киршоновские черновики. Ряд выступавших 3 мая драматур­гов усматривает в действиях Киршона и Афиногенова сознательное стремле­ние противопоставить себя линии партии. Тов. Алперс приводит вы­держки из статей убийцы Пикеля но­мещавшихся в «Театре и драматур­гии». Из этих выдержек явствует с полной очевидностью, что Пикель не всегда считал нужным маскировать­ся что он иногда с полной откровен­ностью протаскивал свои троцкист­ские взгляды и симнатии. Но это не мешало Киршону и Афиногенову по­кровительствовать троцкистскому бандиту. По последних дней пытался Кир­шон всячески выгораживать и Авер­баха. Он с возмущением протестовал, например, в беседе с т. И. Юдиным криниковее товориностоурном  ской школке Авербаха; точно так же он возмущался и выступлением тов. Юдина на пушкинском пленуме связи с заявлением Юдина о троц­кистской сущности авербаховщины. Вторичное выступление Киршона на самом собрании свидетельствует, что и сейчас он отнюдь не хочет гово­рить откровенно и склонен по­прежнему говорить о своей практике вполголоса. Он гораздо больше вре­мени уделял явной или скрытой по­лемике с тт. Вишневским, Погодиным и др., нежели ответам на те вопро­сы, которые были ему в эти дни по­ставлены в лоб. Тон Киршона смахи­вал скорее всего на тон хозяйствен­ника, отчитывающегося в порядке очередной «самокритической» кампа­в Это было по достоинству оценено собранием, единодушно поставившим после заключительной речи т. Став­ского вопрос перед руководством выводе Киршона и его бли­жайшего соратника Афиногенова из состава президиума и правления сою­за советских писателей. На утреннем и вечернем заседа­ниях 3 мая выступили тт. Тренев, Персонов, Славин, Блюм, Арго и др. С большой речью выступил также т. II. Юдин. Я. Э.

ПО СТРАНИЦАМ ЖУРНАЛОВ И зия со произведениям советских писателей. делом нашей чести является вы­полнение этих справедпивых требо­ваний… Друзья должны первыми дать жесткую критику для того, что­бы товарищ мог исправить свои ошибки, иначе его неизбежно попра­вит читатель, который не желает чи­тать недоброкачественных книг… буду слушать вас с большим вол­пением. Но помните, что итти надо по линии наибольшего сопротивле­ния, с наибольшими требованиями ко мне. Откройте же артилперийский я лолания помедненно ои и желания немедленно приняться за работу…» В № 2 журнала «Под знаменем мар­ксизма» в порядке обсуждения напе­чатана статья Т. Павлова (Досева) - «К вопросу о взаимоотношении науч­ного и художественного отображе­ния мира». том же номере помещена рецен­М. Цебенко на поэму Гельвеция «Счастье», изданную в переводе и вступительной статьей М. Дынник. Настоящее издание является первым переводом на русский язык этой по­Гельвеция. Рецензент считает, что предисловие М. Дынник -- самое по вия слабое место издания, Предисловие, мнению рецензента, не отвечает задаче ввести читателя в круг идей олводия и осветить та основс указаний Маркса и Ленина, Рецен­вент указывает, что автор предисло­должен был указать, что Гель­веций не случайно выбрал именно эту тему: вопрос о счастье был одним из боевых вопросов, обсуждавшихся в литературе и в салонах предреволю­ционной Франции.  га звала юношей к борьбе, к безза­ветной преданности нашей великой партии… (из письма от 15 сентября 1935 г.). А вот из письма от 1 июля 1936 г.: «…На сердце у меня глубокая грусть. Гибель Алексея Максимови­ча тяжело меня поранила, Я поте­рял покой и сон. Только смерть его сказала нам, каким дорогим, каким родным был он для всех нас. И как тяжела утрата. Осиротели мы без не­го. Я думаю о той ответственности, которая ложится на каждого из нас, молодых, только что вступающих в литературу писателей». В номере помещены стенограммы обсуждения романа «Рожденные бу­ство, большая художественная и по­рей» 15 ноября 1936 г. на квартире Николая Островского. Приводим выдержки из речи само­го Островского: «Мое выступление, может быть, не­сколько неожиданно для вас -- ав­тор выступает первым… У меня естьВ решительная просьба, которую я вы­сказывал неоднократно в письмах к товарищам и в личных беседах, что­бы наше обсуждение шло по следу­ющему, желательному для меня и всех нас, направлению.эмы Прошу вас по-большевистски, мо­жет быть, очень сурово и неласково, , показать все недостатки и упуще­ния, которые я сделал в своей работе. Товарищи знают мою жизнь и все особенности ее. И я боюсь, что это может послужить препятствием для жесткой критики. Этого не должно быть… Я настойчиво прошу вас не считать меня начинающим писате­лем, Я пишу уже шесть лет Пора за это время кое-чему научиться. Тре­буйте от меня много и очень много… Это самое основное в моем высту­плении. Подойдите ко мне как к пи­сателю, отвечающему за свое про­изведение в полной мере, как худож­ник и как коммунист. Высокое каче­знавательная ценность - вот тре­бования нашего могучего народа к  В № з «Литературного критика» помещены: интересная статья В. Але­ксандрова под заглавием «Частная жизнь», посвященная творчеству Б. Пастернака, содержательная статья I. Лукача «Георг Бюхнер, подлинный и фашизированный» и статья О. Та­расова «Плоды умиления». *

ОГРОМЕН ЕЕ АВТОРИТЕТ, НЕИЗМЕРИМА ПОМОЩЬ Для нас, людей среднего поколе­ния в искусстве и в жизни, прожив­ших свои юные годы при старом ук­ладе, «Правда» сыграла большую роль в смысле формирования наше­го политического и общественного сознания. Все факты и явления нашей но­вой жизни раскрываются «Правдой» всегда правдиво и убедительно. В эом отношении газета целиком полностью оправдывает свое на­звание. И потому она так нужна нам, актерам, которым она помогает в творческой работе - своевремен­ной постановкой принципиальных вопросов искусства, указанием кон­кретных путей и средств для при­пания тому или иному образу и да­же целой пьесе политического зву­чания, которое требуется нашей со­циалистической действительностью. Огромен авторитет «Правды», как центрального органа нашей партии. пеизмерима ее помощь нам в пол­возвучном слиянии с жизнью всей нашей сказочно растущей страны. Народная артистка Союза ССР A. ТАРАСОВА  

писем: № 2 журнала «Интернациональ­ная литература» напечатан полностью новый роман Герберта Уэллса - «Иг­рок в крокет» и часть нового антифа­шистского романа Синклера Льюиса «У нас это невозможно», Среди кри­тических статей обращает на себя внимание статья Миллер-Будницкой «Философия культуры Джемса Джой­са», В журнале напечатана статья Адама Мицкевича о Пушкине, на­писанная после гибели Пушкина. × В последнем (№ 2) номере журна­ла «Молодая гвардия» помещены ин­тересные документы о недавно умер­шем Николае Островском, Опублико­ванные частные письма Островского к Григорию Ивановичу Петровскому  и его жене и их ответы являются на­глядным свидетельством сердечной дружбы между писателем и одним из руководителей партии и прави­тельства. Ниже приводим выдержки из этих «Дорогой и любимый Григорий Ива­нович! Ваше прекрасное письмо полу­чил. Иногда нет слов рассказать все. Но я почувствовал Вашу ласковую руку близко у сердца, Я достиг наи­большего счастья, какого может до­стигнуть человек. Ведь я, вопреки ог­ромным физическим страданиям, не покидающим меня ни на один миг, просыпаюсь радостным, счастливым, работаю весь день в ночи, закрыв­шей мне глаза. Яркими цветами солн­ца сверкает вокруг меня жизнь. Есть беспредельное желание вложить в страницы будущей книги всю страсть, все пламя сердца, чтобы кни-

Недостаточна была работа о бес­партийными писателями. После широко развернувшегося обсуждения работы парторганизации и отдельных членов партии на об­щем собрании партортанизации (длившемся 2 дия) был избран но­вы партийный комитет в составе тт. Г. Мирошниченко (секретарь) А. Прокофьева, М. Чумандрива, Ф. Князева, Ив. Никитина, М. Под­П. ромов зелинского и П. Капица.

В № 7 журнала «Партийное строи­тельство» помещена статья М. Соро­кина «Вопросы культурно-политиче­ской работы». Между прочим, автор пишет о важнейшем значении исто­рических романов в деле популяриза­ции истории партии.