Литературная

газета

№

25

(661)

На собрании партгруппы Ленинградского отделения союза писателей  Тов Юдин в своем докладе на со­брании партгруппы ленинградского отделения ССП произвел тщательный анализ авербаховщины -- этой троц­ц­кистской диверсии в литературе. Подробно ознакомив собравшихся с вредной и омерзительной деятель­ностью Киршона и его друзей - Афиногенова, Бруно Ясенского, Кора­бельникова, воздав должное этой бра­тни т. Юдии предостерег от вредной тенденции валить всех бывших рап­пояцев в одну кучу. Нельзя, напри­мер ставить на одну доску имевшего ошибки, но не ведшего антипартий­ной работы Бела Иллеша и Бруно Ясенского, в партийности которого есть все основания сомневаться. После информации т. Юдина пер­вым выступил в прениях М. Чуманд­рин в прошлом яростный рапповец и один из вождей ЛАПП. Ужа после постановленияошибкам ВКП(б) о ликвидации РАПП Чуманд­рии около полугода вел борьбу про­тив реализации решения ЦК: Прандрии боролся с комсомол мандрина по его прошлой деятельно­Сти. Партгруппа вправе была ожидать, что Чумандрин даст развернутую кри­тику всех своих ошибок, что он помо­жет делу борьбы с авербаховцами, вскроет те методы, с помощью кото­рых осуществлялась троцкистско­авербаховская диверсия в литературе. Ничего этого Чумандрин не сказал, он не дал политической оценки авербаховщине. Невнятное и тусклое выступление Чумандрина не удовлетворило собра­нне. Во втором своем выступлении Чу­мндрин всю энергию направил на возражения против статьи А. Волкова иБ. Мейлаха («Смена» от 6/V--37 г.), выступивщих с резкой критикой Чу­мандрина и призывавших ленинград­ское отделение союза писателей к раз­вертыванию «настоящей, большевист­ской самокритики, способной выкор­чевать без остатка корни авербахов­ЩИНЫ». Газета «Смена» дала совершенно травильную оценку прошлой деятель­ности Чумандрина, но следовало ли упрекать его в том, что он и сегодня является «авербаховским соратни­ком»? Ряд выступавших считает, что тот вопрос нельзя решить без де­тального обследования всей деятель­ности Чумандрина. Члены партгруп­пы подвергли суровой критике прош­вую литературную и политическую деятельность Чумандрина. 0. Цехновицер заявил, что он не ве­риг в полный разрыв Чумандрина с Авербахом и считает, что Чумандрин на сегодняшний день остался авербаховцем. «Книги Чумандрина «Бывший ге­рой», «Родня» и «Склока» насквозь фальшивые, клеветнические книги, в которых протаскиваются троцкист­ские идейки о перерождении партии. Из выступлений ряда писателей (Решетов, Цехновицер, Мирошничен­ко, Свирин, Плоткии, Прокофьев, Журба и др.) выяснилось, что и Ле­нинград был ареной яростной борьбы троцкистов-авербаховцев против ли­нии партии. Выступавшие товарищи предлагали разобраться до писано ныне разоблаченный народа Гореловым, Майзелем, Бески­ной и др., а также подвергнуть тща­тельному анализу прежние работы критика Берковского и пересмотреть сомнительное творчество критика Н. Коварского. На собрании вспомнили «по-гимна­аически влюбленного» в Авербаха критика Л. Левина, который был свя­зан дружбой с Авербахом до февраля 1937 г. Были внесены предложения проверить, в чьих руках находится ответственнейшая работа по созданию «Истории фабрик и заводов». Много внимания было уделено Добина, большинство ко­торых происходило в результате со­дружества Добина с Авербахом на протяжении нескольких лет. Особо от­мечалось, что Добин позже других по­В свете весьма неприглядном пред­стала перед партгруппой Ольга Бер­гольц. К ответственному и важнейшему делу разоблачения врагов народа Ольга Бергольц подошла с развязной но легкостью. Она лепетала нечто мало­вразумительное о том, что ее «связь с Авербахом была только лишь личной связью» и что вообще «личная связь с Авербахом не может порочить ее имени, как партийца». Это циничное заявление возмутило собрание, которое жлало от Берголы честного рассказа о том, какими мето­дами осуществлял Авербах свою борь­бу против линии партии. Когда по требованию собрания Бергольц вы­нуждена была выступить вторично, то ее «откровения» вызвали новое воз­мущение. Она даже не пыталась дать политическую оценку авербаховщи­не; и на этот раз она не сказала ни слова о механике предательской рабо­ты Авербаха и методах его подрывной работы, Когда собрание категорически пред­ложило рассказать об ошибках До­бина, с которым Бергольц работала рука об руку в пресловутой газете «Литературный Ленинград», и об ошибках этой газеты, то Бергольц не­ожиданно «вспомнила» еодо нию самой Бергольц, «мелочи», умал­чивание о которых заставило парт­группу немедленно же, независимо от всего прочего, поставить вопрос о пар­тийности 0. Бергольц. Партгруппа выбрала специальную комиссию для обследования творче­оной полилической деятельности Чумандрина, Создана также комиссия по выработке решения партгруппы. П. Ромов

«Авербаховщина» 1-Й и 2-Й ДЕНЬ Уже сейчас ясно, что гнилые ко­решки авербаховщины и его став­ленников в драматургии - Киршо­на и Афиногенова - тянутся и к участку ленинградской драматургии. и Сергей Семенов напомнил в своем вступительном слове о том, что ряд ленинградских сподвижников Авер­баха принимал активное участие в создании пресловутой «театральной платформы РАПП», в которой уничто­предстагаликоторокотла, шие советские пепровозноси-пали лись пьесы Киршона и Афиногенова опорочивались драматурги, не вхо­дившие в авербаховскую групику. Именно в Ленинграде был создан единственный,первый и последний, театр, призванный воплотить в жизнь вреднейшие установки этого ублюдочного документа (театр ЛАП). Ленинградские театры и те­атральные журналы зачастую стано­вились ареной для деятельности авер­баховцев. Некоторые руководители лении­градских театров, как указывает С. Семенов, заранее вставляли в ре­пертуарный план не написанные еще пьесы Киршона и Афиногенова, игно­рируя предлагаемые им пьесы дру­гих драматургов. С интер интересом ожидало собрание от­четного доклада А. Штейна, который являлся в свое время руководителем Всероскомдрама (до слияния его с со­юзом писателей), возглавлял драмсек­цию лен. ССП в 1936 году и оставил свой пост, забыв отчитаться перед общественностью. A. Штейн говорил о подрывной ра­боте в драмсекции троцкиста Ада­мовича, контрреволюционера Пере­лешина и ныне разоблаченного Г. Бе­лицкого. Он говорил о Киршоне и Афиногенове, рассказывая, как эти «полпреды» Авербаха в драматургии противодействовали всему, что выхо­дило за рамки их групповых замы­слов. Но голос Штейна, только что звучавший металлом, переходил на шопот, когда ему приходилось касать­ся его собственной деятельности. -- После постановления ЦК партии от 23 апреля 1932 года, - говорит Штейн, - в течение 2--3 месяцев я не понимал значения решения пар­тии о ликвидации РАПП. Между тем значительно позднее, примерно через %года после ликви­дации РАПП, «Литературная газета» в статье «Хранители старых тради­ций» должна была заявить о руко­водимом А. Штейном Всероскомдра­ме следующее: «Если раньше Всероскомдрам напо­минал зеркало, отражающее методы рапповского руководства, то сейчас он оказался каким-то фильмом, запе­чатлевшим эти осужденные методы и продолжающим воспроизводить их сих пор в идейно-воспитательной и творческой работе ленинградских драматургов». («Л. Г.» № 44 за 1932 год). К созкалению, т. Штейн не расска­зал достаточно подробно об этом за­тянувшемся периоде его работы, свя­занной, конечно же, с борьбой Авер баха против решения ЦК. ро секции за последний период вы­С отчетным докладом о работе бю­ступил В. Голичников. Выступивший на собрании дирек­тор Ленинградского управления по охране авторских прав т. Хесин при­вел факты отвратительного разбаза­ривания огромных сумм, которое про­водилось в Москве с легкой руки Кир­шона и его ставленника Лернера, В частности Киршон и Лернер противо­действовали начатой в Ленинграде ликвидации обезличенного эстрадного из которого, как известно, чер­себе львиную долю киршонов­ские прихлебатели, препятствовали работе по экспертизе оперных и оне­ретточных либретю, выявившей мло­гих «жучков», и т. д. Уже начало прений по докладам дало разнообразный материал, харак­теризующий прорывы и в деятельно­сти секции и в работе ленинград­ских театров и киностудий. Любопытные данные о драматурги­ческой консультации огласил С. ру­бен. Если в свое время начинающим драматургам давала отзывы сама… управлетами тов Росила то сей час квалификация ряда консультан­тов не намного выше. Вредительскую «консультативную» работу с молодыми авторами прово­дил и контрреволюционер Переле­шин, а Белицкий оставался консуль­тантом до самых последних дней, уже после того, как его политическое ли­цо стало всем хорошо известно. О том, как беспринципно­относи­и лись руковод ководители художественных организаций к продукции Киршона, свидетельствуют слова заместителя кусств общилC. Рубен. Когда Н. после премьеры «Большого дня» спросили об его отношении к этой пьесе, он ответил: Гринфельдаающее - Лично мне пьеса не нравится, официально - нравится (!). Но надо сказать, что не все высту­пления стояли на достаточном уров­не принципиальности и нередко в них просачивались мотивы личного порядка, ущемленного самолюбия и обл такой нехороший отте­нок имело, в частности, выступление Г. Матвеева. Совершенно прав выступивший на собрании с интересной речью Нико­лай Погодин, призывавший драматур­гов к большей принципиальности к  отпору тем, кто пытается «под шу­мок» протащить свои плохие пьесы. Неверно думать, что плохая пьеса станет хорошей только от то­го, что разоблачен Киршон. То, что было плохо написано при Киршоне, будет выглядеть еще хуже теперь, когда драматургией станут руково­дить лучшие художники, лучшие ма­стера. В связи с этими уместными замеча­ниями следует остановиться на вы­ступлении киносценариста Липатова, в котором содержались заслуживаю­щие внимания материалы, свидетель­ствующие об очень серьезном положе­нии в киностудии Ленфильм, зани­женных производственных планах, выступление изобиловало и попытка­ми свести личные счеты, а также по­литически недопустимыми обобщени­формулировками. ми и Липатов забыл, что советская ки­нематография, несмотря на многие 

в

Ленинграде

На собрании ленинградских драматургов От нашего корреспондента дожественного руководства ленин-

Если я вижу, что моя следующая книга не лучше предыдущей, я в от­чаянии. Я недоволен, когда я не на­хожу, что можно исправить в моей старой книге. Это происходит потому, что мы все растем. Но на Западе советская литерату­ра предстает в совершенно ином све­те. В Лондоне, во время моих встреч с писателями, я понял, какая у нас грандиозная литература, полная но­вых идей, нового подхода к жизни, к новому материалу. Мы -- литература молодая. Но нам необходимо внимательно проанализи­ровать, что с нами происходит. критике,логически РАПП наделала гораздо больше вре­да, чем это кажется. РАПП, это -- холодное, формально умозрительное отношение к жизни, к идее. РАПП, помимо всего прочего, принесла такой вред: она учила формально мыслить, холодно, схематично, без ощущщения жизни, плоти жизни. Она отучала нас от наблюдения, от того, что составляет существо искусства. Надо выкорчевать рапповское охво­стье Но в нас самих еще много оста­лось от того периода, когда РАПП нас ломала и коверкала Мы не можем утешаться тем, что мы самая боль­шая литература мира. Это только нас обязывает к большему. Наша ауди­тория - весь мир. Несколько слов о театре, что надо сделать, чтобы двинуть наши таланты, наши мозги в эту сторону? Почему у нас мало пьес? Писатели, в том числе и я, не умеют еще пи­сать пьесы. Надо помнить, что мастер­ство можно постигнуть только в со­прикосновении с театром, вне театра драматургии быть не может. В про­тивном случае у нас будут создавать­романы в диалогах, пьесы для ния. Работа с театром обязательна для нашей драматургии. К концу третьего дня собрания вы­ступил заведующий культпросом Гор­кома ВКП(Ф) и ответственный секре­тарь ЛенССП т. И. Цильштейн. По­дробно останавливаясь на троцкаст­ской сущности авербаховских «тео­риек» и лозунгов, т. Цильштейн под­черкивает необходимость до конца выкорчевать корешки вредительской деятельности Авербаха в Ленинграде, до конца раскрыть всю его диверси­онную механику. - Наши собрания, -- говорит т. Цильштейн, - хотя и послужили на­чалом этой работе, но все же все точ­ки над «i» еще не поставлены. Но­вому бюро предстоит большая рабо­та, а люди, которые были запутаны в авербаховских сетях, не доласны всем. Но, конечно, нельзя валить всех в одну кучу, ставить на одну доску людей, честно отошедших от Авербаха, и людей, продолжавших ве­сти антипартийную работу. Надо понять и то, что сейчас не может быть и речи о каком-либо сни­жении качества. Мы должны органи­зовать творческую среду по линии борьбы за качество, а не по линии Делеа И. Пильштейи останевли. вается на вопросах подготовки к два­дцатилетию Октября, не нашедших достаточного отражения в работе со­брания. Он отмечает плохую работу театров с драматургами, в которой  этот участок находится в захудалом состоянии. виками. … Линия ЛАПП так же, как и ли­ния прошлого вредительского руко­водства ЛенССП, - заключает т. Цильштейн, - была направлена к то­му, чтобы поссорить писателей-ком­мунистов и беспартийных. Наша пер­воочередная задача -- сплотить все наши писательские кадры, чтобы дать стране побольше партийных произведений, а такие произведения могут быть созданы и партийными и беспартийными писателями-больше­4-Й ДЕНЬ Вчера закончилось продолжавшееся четыре дня общее собрание ленин­градских драматургов. С заключитель­ным словом на собрании выступил и A. Штейн, Он вынужден был загово­рить о том, о чем умолчал в своем докладе. На этот раз А. Штейн дал пространные об яснения, раскрывая многое в своем общественном поведе­нии за истекшие годы, начиная с ра­боты во Всероскомдраме (1930 г.) и кончая секцией драматургов в 1936 г. А. Штейн должен был признать, что в основном критика его деятельности, данная на собрании, была правиль­ной и что только теперь он «почув­ствовал целый ряд вещей, которые в силу неизжитой рапповской психоло­гии стали чертами его характера». Эти запоздалые признания, сделан­ные в результате четырех дней оже­сточенной критики, лишний раз сви­детельствуют, насколько остро стоит перед всей ленинградской литератур­ной организацией задача окончатель­ного преодоления рапповских пере­житков. Собрание избрало новое бюро сек­ций в составе: С. Семенова, Голич­ликова, Щеглова, Зельцера и Ялу­нера.

Чего стоит, например, ответ крити­кам соавтора А. Штейна по плохой пьесе «Карта Кудеяри» Я. Горева: «Мы знаем, кто нас критикует… Кто против нас, тот против пролетарской драматургии, тот против диктатуры пролетариата» (!). Так конкретизировался авербахов-

градской киностудии, в деятельности ский лозунг «союзник или враг». множество которого также вскрыто безобразий, тормозивших новых кинопроизведений. Эти методы зажима самокритики создание культивировались и долгое время спустя, Не кто иной, как ныне разо­народа Белицкий,

Но речь А. Пиотровского, высту­блаченный враг пившего по вызову собрания, не отве­чала этим требованиям. А. Пиотров­ский говорил очень много о своих заслугах и очень мало о своих ошиб­ну. уговаривал драматургов в период чи­стки партии не выступать «с повы­шенными требованиями» к А. Штей­ках. Стиль подобных выступлений Деятельность А. Штейна на протя­становится у нас, к счастью, все бо-жении ряда лет хорошо известна ле­лее и более редким. нинградским драматургам и поэтому

На собрании выступил с большой она подверглась резкой о А. Валевский и целый ряд других товарищей заявляют о том, что их в никакой мере не удовлетворил док­лад А. Птейна, в котором не было полным голосом сказано об ошибках, грубейших рапповских рецидивах, которые характеризовали его работу в драмсекции. - Неверно, - говорит А. Бартен,- когда Штейн теперь заявляет, будто бы он плохо знал театр ЛАПП, не имел к нему прямого отношения и да­же якобы боролся с его установками. Я работал в те годы во Всероскомдра­ме и утверждаю, что все заседания руководства театра происходили в ка­бинете А. Штейна. Об отношении Штейна к театру речью представитель Комитета по де­лам искусств тов. Чичеров, Часть до­клада тов. Чичерова, посвященная перспективам возглавляемого им ре­пертуарного отдела, содержала ряд дискуссионных моментов 3-Й ДЕНЬ тов». Третий день собрания ленинград­ских драматургов прошел более ожив­меньше тогоо о меньше того, что драматург Д. Щег­уплении «ви­брацией мыслей только о себе» и «мелодикой сведения личных оче­Ряд драматургов и критиков пока-

зат на конкретных примерах, какое влияние оказывали ЛАПП говорят и страницы журнала «Рабочий и театр», выходившего тог.  не методы «руководства» театров.

ном к печати 23 апреля 1932 г. (!), напечатан от­чет о выступлении Штейна по поводу

расценена театрами, как антихудожественная, начальник театра ЛАПП: «Перед нашим театром стоит зада­создания Магнитостроев в искус­стве. Перед лапповским театром стоит задача консолидации вокруг себя Главреперткома О. Литовский лично ча прибыл в Ленинград, произвел соот­ветствующий нажим на театр и зая-



вил, что пьеса эта якобы «отражает генеральную линию партии по работе пролетарской драматургии на основе театрального документа ЛАШ». в деревне». Рапповские пережитки, по утверж­дению оратора, сказывались на про­тяжении всей работы драмсекции, и до последних месяцев чувство това­рищеского локтя подменялось там чувством ранповского кулака. Вот по­чему собрание ожидало от Штейна подлинной большевистской самокри­тики и, в частности, об яснений по по­воду его взаимоотношений с Г. Белиц­ким. Здоровая прямая критика, направ, ленная на вскрытие действительных недостатков и ошибок и обеспечиваю­щая консолидацию партийных и бес­партийных писателей, должна быть отделена от имевших место на собра­кии реваншистских вылазок. Об этом правильно говорили дра­матурги Н. Зельнер (кстати, один из немногих товарищей, давший анализ конкретных произведений ленинград­ских драматургов), В. Волженин и другие, указывая, что под видом вы­корчевывания рапповских методов размаживали рапповской дубинкой. В частности рецидивы этих крити­ческих «методов» прозвучали вчера в выступлении А. Розена, который разбор и критику пьесы Штейна под­ришь, она мешает, оня захлестнула те правильные положения, которые со­держались в начале выступления А. Розена. …Нам всем свойственно некоторое критическое отношение к нашей ра­боте. Мы о себе думаем хуже, чем мы того заслуживаем. Это хорошо. Само­Однако нельзя пройти и мимо дру­гого рода выступлений, в которых всякая критика, звучавшая на собра­нии, шельмуется и дискредитируется.  К числу таких выступлений следует отнести выступление А. Зиновьева. С интересом выслушало собрание речь Алексея Толстого. успокоенность вредна в творчестве.

Ленинградский «полпред» Литов­ского В. Рафалович во всей своей ра­боте и статейках также апологизиро­вал творчество Афиногенова. Не ограничиваясь этой подготови­тельной работой, Афилотенов на премьеру «Страха» привез с собой в Ленинград чуть ли не целый вагон «своих критиков». Но киршоно-афиногеновская груп­па не ограничивалась самовозвели­чиванием Она не останавливалась ни перед какими методами, чтобы поме­шать постановке пьес других, неугод­ных ей авторов… В этих целях она не брезговала и прямым шантажом. Так, например, когда Афиногенов, узнал о готовящейся в одном из мо­сковских театров постановке пьесы Д. Щеглова, он пред явил художест­венному руководству театра требова­ине немедленно снять пьесу. В про­разгрожной статдного венного товарища». Действительно, эта разгромная статья вскоре появилась. «Один от­ветственный товарищ» окавался… личным секретарем Афиногенова, не­Даже выступления против пресло­вутой «театральной платформы шательства нашли себе немалое место и в ленинградской драмсекции. Тот же Д. Щеглов привел ряд разитель­ных документов, показывающих, как шельмовались люди, «смевшие свое суждение иметь». РАПП» об являлись чуть ли не анти­советскими. Подобный ярлык был в свое время приклеен долголетним ру­ководителем Всероскомдрама Штейном и Д. Щеглову, осмеливше­муся критиковать пьесы Афиногено­ва и Либединского. Эта же групповая нетерпимость  продолжалась и после постановления ЦК ВКП(б) о ликвидации РАПП.

дачу драматур­гов создания полноценных произведений к ХХ годовщине Октя­бря. Вообще говоря, роль секции в опре­делении репертуара ленинградских театров ничтожна, и этим, как и сла­бой репертуарной работой Комитета по делам искусств, можно об яснить, что в ленинградских театрах в тече­ние сезона 1936-37 года современ­ный репертуар был представлен та­кими пьесами, как «Большой день» Киршона, «Салют, Испания» Афино­генова, приспособленчески-спекуля­тивной пьесой А. Винера о Щорое, ооническим «Умка, белый мед­Максима», «Возвращение Максима» и многие другие прекрасные фильмы созданы в Ленинграде и что совет­ский фильм «Мы из Кронштадта» вдохновлял героев испанского наро­да. Это не значит, конечно, что есть какие бы то ни было основания для самоуспокоенности и почивания на лаврах. в Творческая работа кинематографи­стов нуждается в очень серьезной, но обективной критике. Необходимость проверке всей системы работы на фабрике особенно неотложна сейчас, когда в киностудии вскрыта работа вредителей. Мы вправе требовать и  

Творческая встреча В Ленинград приехала из Киева группа украинских поэтов: М. Ба­жан, М. Рыльский, И. Кулик, С. Го­лованивский, М. Терещенко, А. Ма­лышко и И. Муратов. Первый вечер украинской поэзии состоялся в Доме писателя им. Мая­КОВСКОгО. талиских гостей приветствовал имени писателей Ленинграда Ник. тов, о «дружбе сердец и умов». В до­кладе Н. Брауна были затронуты во­просы создания антологии украин­ской поэзии, инициаторами которой являются ленинградцы и работа над которой ведется при непосредствен­ной помощи украинского союза пи­сателей. В ответном слове И. Кулик указал огромное значение творческих встреч поэтов братских республик, укрепляющих интериациональное единство писателей социалистической страны. Украинские буржуазные национа­листы, блокируясь с троцкистскими агентами в литературе - авербахов­ской бандой, пытались ослабить это единство. Эти жалкие попытки были разбиты мощью большевистской пар­тии. Советские писатели, борясь с врагами народа, еще теснее сплоти­пбольновиков, во­га товарища Сталина. На вечере с чтением стихов высту­пили поэты Украины и ленинград­ские поэты А. Прокофьев, Н. Браун, М. Комиссарова и др. Вечера украинской поэзии будут пр проведены в ленинградских клубах и домах культуры. Кроме того в Ленин­граде состоится ряд деловых совеща­ний поэтов, связанных с работой над антологией. Б. РЕСТ ЛЕНИНГРАД. (По тапефону)



Среди ленинградских критиков и литературоведов работы к 20-летию Великой Проле­тарской революции. В своем отчетном докладе на собра­нии секции Е. Добин вынужден был признать полную неудовлетворитель­ность работы возглавлявшейся им секции. Услышав из уст Е. Добина признания в политической слепоте и потере классовой бдительности, со­брание имело основание ожидать от него более развернутого и глубокого анализа вредительской деятельности врага, который--по его же признанию -орудовал за его спиной, и критики собственных ошибок. Собрание ожи­Добин, являвшийся од­ним из руководителей ЛАПП, особен­но подробно остановитея на враже­ской тактике авербаховской группки. Однако, дав общую характеристи­ку авербаховщины как отвратитель­ного троцкистского политического двурушничества, хам­ства и грязных интриг, Добин огра­ничился подчеркиванием того, что он сразу же после ликвидации РАПП отошел от Авербаха. Неужели Е. До­бин до сих пор не понимает, что об­щие слова и общие признания мало чем могут помочь литературной орга­низации распутать до конца гряз­ный клубок авербаховщины, нитико­торого, как выяснилось, не трудно найти и в среде ленинградских кри­тиков. Об этом, прежде всего, свидетель­ствует выступление критика Л. Ле­вина. Известно, что он находился в дол­голетней связи с Авербахом, которая не прерывалась до самого последнего времени. Он был в числе «друзей», навещавших Авербаха в Свердловске, а последняя дружеская встреча со­стоялась в Москве в феврале 1937 г., ужке после того, как разоблаченный Авербах был изгнан с Урала. На прямой вопрос председателя со­брания Н. Свирина, в чем же кон­кретно выразилась эта связь, какие указания или директивы давал ему Авербах, Л. Левин, к изумлению со­бравшихся, принялся наивно утвер­ждать, что он «еще не собрался с мы­слями» и не может припомнить, чему именно были посвящены беседы с Авербахом. Единственное, что он удо  В рядах ленинградских критиков и литературоведов долгое время орудо­вали враги народа Горелов, Бескина, Майзель, Мустангова, Штейнман, Окс­ман, Старчаков, Брустов и др. Их деятельность нанесла огромный вред литературе. Казалось бы, после разоблачения этих подлых участников троцкистско­фашистской шайки критическая сек­ция, руководимая Е. Добиным, долж­сужился вспомнить, этофакты, хо­несчастным летом для РАПП», не счи­рошо всем известные из отчетов о таясь с тем, что РАПП уже не суше­московских собраниях писателей и ствовало; на собрании ленинградско­драматургов: попытки Авербаха вне­го оргкомитета осенью 1932 г. он ис­сти раскол между писателями комму­терически кричал о «творческом за­нистами и беспартийными и написан­тишьи» после ликвидации РАПП ная под авербаховскую диктовку и т. п. статья Мирского, зачеркивающая Были названы также имена быв­творчество А. Фадеева. ших «деятелей» ЛАПП - Мительма­на, Бейлина и других, которые, … по словам О. Цехновицера, - продол­жали рапповскую лииию, перебрав­шись в ленинградскую редакцию «Ис­тории фабрик и заводов». Собрание, наконец, обратило вни­мание, что Л. Цырлин, долгое время писавший статьи в соавторстве с вра­И все же собрание заставило Л. Ле­вина припомнить кое-что и посущест­веннее. Оказывается, во время одной из этих встреч был затронут вопрос о возможности возвращения Авербаха в литературу, при чем Авербах поде­лился с Левиным своими якобы ра­дужными надеждами, Разумеется, собрание не удовлетворилось ми признаниями и недомолвками Л. Левина. Левину придется крепко призаду­маться над политическим смыслом скупы­авербаховщины и без утайки расска­зать все, что он знает о деятельности Авербаха за эти годы. Необходимо распутать до к а все авербаховские нити в Ленинграде. Об этом говорили критики и литературо-вирин веды Л. Плоткин, О. Цехновицер, Б. Мейлах . Дымшиц и др. Они обрисовали растленную обстановку подхалимства, зажима самокритики, которая создавалась врагами народа в ленинградской литературной органи­зации. Проводилась особая линия на мобилизацию «своих кадров» и на демобилизацию тех людей, которые не считались «своими». Многие участники собрания вали, что надо еще раз виимательнее просмотреть деятельность тех людей, которые осуществляли в ЛАПП ли­нию Авербаха. В этой связи О. Цехновицер и Б. Мейлах указывали на «деятельность» Чумандрина, одного из руководите­лей РАППП и ЛАПП, редактора груп­повой газетки ЛАПП «Наступление», проводившей по указке Авербаха так называемую «генеральную линию РАПП». Б. Мейлах напомнил, что М. Чуман­дрин продолжал антипартийную групповую борьбу и после постанов­ления ЦК ВКП(б) от 23 апреля 1932 г. и считал лето 1932 г. «самым

Смотр театральных постановок пьес А. М. Горького Всесоюзный комитет по делам нс­«Мещане», «Зыковы», кусств организует в Москве смотр татральных постановок пьес А. М. Горького, который приурочен к годов­щине со дня смерти величайшего пи­сателя современности. Смотр откроется 11 июня и про­длится до 1 июля. В день открытия смотра Московский ордена Ленина Художественный Академический те­Союза ССР им. Горького покажет спектакль «Враги». Государственный театр им. Вахтангова даст во время смотра спектакль «Егор Булычев и другие», Центральный театр Красной армии -- «Васса Железнова». Для участия в смотре в Москву приглашены драматические театры из Горького, Архангельска, Куйбышева яИваново. В рецертуаре, который они покажут в Москве, постановки -

 

«Последние»,

«Дачники», «Васса Железнова» «Варвары». Спектакли театров столицы будут и на была до конца вскрыть вредитель­ские «теорийки», проповедывавшие­ся всеми этими лазутчиками классо­вого врага. и Это было тем более необходимо, что в самом бюро секции, назначенном Гореловым, оказались и Оксман, Бескина, и сам Горелов. Именно разоблаченные ныне троц­кисты составляли «критический ак­тив» газеты «Литературный Ленин­град», они стремились заполнить своими писаниями критические отде­пе­итти на своих сценах, а спектакли риферийных театров на сцене Цент­рального Детского театра. от­над К смотру в московском Доме акте­ра организуется выставка, которая разит работу советских театров драматургическими произведениями Горького.

гом народа Бескинной, до сего време-

давал выступлении чувство своей вала дач, работой каждого своего члена. Перед нами стоит задача разобраться во враждебной работе горбачевцев и порПОЛИТИЕссудя тупонть» ЛЕНИНГРАД (наш корр.), Партий­ный комитет государственной публич­ной библиотеки им Салтыкова-Щед­рина обсудил заметку «Политическая тупость», напечатанную в «Литера­турной газете» № 22 (658) от 26 апре­ля с. г. В вынесенном постановлении парт­ком указывает, что факты, изложев авербаховцев. Однако, - подчеркивает Н. Сви­указы-необходимо чрезвычайно вни­ходить к каждому отдельному чело­вект В частности Н. Свирин указывает, что М. Чумандрин, действительно про­тиводействовавший в течение ряда месяцев реализации постановления ЦК, впоследствии вслед за Фадеевым и другими товарищами резко порвал с Авербахом. ные в заметке, цолностью подтверж роны дирекции библнотени (пиректор . Вольтар допустнешен отрытие просмотра, была проявлена беспеч­ность, Руковедитель массового отде­ла библиотеки т. Эйдельман не обес­печил подбор литературы, как и це­леустремленность в организации всей выставки. Эта ответственная работа была передоверена малоквалифици­рованным сотрудникам. Партийный комитет предложил ли­ректору библиотеки т. Вольперу обес­печить в дальнейшей работе массо­вого отдела составление развернутых планов выставок, их просмотр и утверждение, привлечение к органи­зации каждой выставки специали­стов-консультантов.

Всесоюзным комитетом по делам ис­кусств и Всероссийским театральным обществом, примут участие творче­ские работники Москвы и периферии. собрания московских писателей, на котором вопрос о литературных нра­вах должен быть обсужден в более широком плане. С очередным сообщением о работе лы литературных журналов и даже в самой секции их имена мы встре­чаем в числе основных докладчиков. Но руководство секции критиков и литературоведов, «добру и алу вни­мая равнодушно», до последнего вре­мени проходило мимо первоочередной политической задачи - вскрытия и разгрома троцкистско-бухаринского охвостья. Точно также оно проходило мимо всех крупнейших политических задач, поставленных перед советской критикой и литературоведением. В секции не существовало активно­го и повседневного общественно-иде­кой ологического контроля над творческой работой своих членов, и это благо­приятствовало подрывной работе вра­га. Секция также своевременно не ука­зала ни на гнилые теории критика по организации архива и музея им. А. М. Горького выступил на секрета­Коварского, отрицавшего, между про­чим, значение и достоинства картины  риате т. И. Луппол. О подготовке журналов и изда­тельств к двадцатилетию Великой «Мы Л. Левина, выступившего с порочной теорией, противопоставлявшей ма­стерство материалу. На основании этой теории любимая миллионами книга «Цусима» исключалась из чис­а достижений советской литерату­ры. Пролетарской революции информиро­вали т.т. С. Рейзин («Знамя»), И. Грон­ский («Новый мир»), Лазарь (изд. «Советский писатель») и др. Подробный отчет о заседании се­кретариата будет дан в следующем Секция, наконец, не сумела моби­номере «Литературной газеты».  лизовать свои силы для организации

Вчера на заседании расширенного икретариата Правления ССП был об­сужден вопросо писателе И. Шухове. Вопрос был поднят т. В. Ставским в быызи с появивщимся в «Комсомоль­ой правде» письмом, из которого авствует, что Шухов вконец разло­жился и позорит звание советского ателя и кандидата в члены ВКП(б). Секретариат постановил произвести альное обследование всех изложен­нх в «Комсомольской правде» фак­тови принять затем соответствующее решение. Единодушно принято также предложение т. В. Ставского о созыве вскорейшем времени специального

Собрание признало работу старого бюро секции неудовлетворительной. Избрано новое бюро, в которое вошли Н. Свирин, В. Десницкий, И. Грин. берг, А. Дымшиц и Л. Плоткин. B. К.