ГИДРОГРАФ ГЕРОИЧЕСКОГО дрейфующего корабля Виктор Буйницкий в необычайной обста­новке, среди ледяных полей и то­росов, окружающих корабль, отме­тил двадцать девятую годовщину со дня своего рождения. Так же, как всегда, нес он и в этот день метеорологическую вахту, совершал магнитные наблюдения в своем ледовом домике, работал в гидрологической палатке, у себя в каюте на корабле обрабатывал науч­ный материал. Славный дрейф «Седова» уже под­ходил к своему последнему этапу. Флагман ледокольного флота «Иосиф Сталин» с победоносными ледовыми боями двигался вперед к «Седову», чтобы освободить его от арктическо­го плеца. Подходило к концу трех­летнее пребывание Виктора Буй­ницкого в Арктике. Дрейфом «Седова» студент пятого курса Гидрографического института Виктор Буйницкий только заканчи­вает свою производственную прак­тику. Всю жизнь Буйницкий мечтал стать путешественником. Еще юно­шей он стремился в новые, неизве­данные края. Рано пробуждается в немстрасть исследователя. Буйницкий учится в Читинском лесном техникуме и одновременно принимает участие в увлекательной экспедиции Забайкальского геогра­фического общества к истокам реки Витим. Буйницкий является препа­ратором экспедиции. Окончив техни­кум, Буйницкий месяцами бродит с исследовательскими партиями по тайге, отыскивая заросли ясеня и других нужных нашему хозяйству пород деревьев. Он работает на сплаве леса, знакомится с суровой жизнью лесорубов, таежных охотни­ков. Он закаляется в таежных по­ходах, учится стрелять из ружья, ориентироваться в безлюдной тайге. Виктор Буйницкий мечтает стать географом, исследователем новых зе­мель. Из далекой Читы он едет в Ленинград, чтобы получить образо­вание на географическом факультете Ленинградского университета, но опаздывает и поступает в Горный институт. Отсюда студент третьего курса Горного института попадает в Хибины на апатитовые рудникидля прохождения производственной прак­тики. Знакомство с замечательным арк­тическим городом разжигает в моло­дом человеке интерес к Северу. Он - Ледокол возвращается в Ленинград и доби­вается перевода в Гидрографический институт Главсевморпути, чтобы на­всегда связать свою судьбу с Аркти­кой. Известный полярный гидрограф Лаппо рассказывал о своей первой встрече в Кароком море со студен­том Гидрографического института Буйницким, проходившим овою про­изводственную практику на судне «Ломоносов». Это была нелегкая практика. Сту­денты познакомились с капризами Карского моря, побывали в сильных штормах. Студентам-гидрографам приходилось на простых шлюшках переправляться через широкие зали­вы, то и дело подвергаясь опасно­сти быть унесенными в море. Экспе­КОРАБЛЯ диция, которой руководил гидрограф  Лаппо, получила с верфей новое гидрографическое судно «Папанин». Для этого корабля понадобился про­изводитель гидрографических работ. Назначили студента-отличника Ви­ктора Буйницкого. Темповолосый молодой человек молча выслушал указания руково­дителя экспедиции и немедленно приступил к работе. Тяжелый переход совершило гид­рографическое судно «Папанин». Умело используя редкие перемены погоды, вел промерные работы в районе Новой Земли гидрограф Буй­ницкий. Несмотря на постоянные штормы, он блестяще выполнил за­дание и в срок представил началь­нику экспедиции планшет с точны­мн данными промерных работ. Это был первый северный рейс гидрографа Буйницкого, Буйницкий крепко сдружился за это время с экипажем «Папанина». Моряки сра­зу признали в нем природного по­лярника. Весной 1937 года Буйницкий хо­дил на ледокольном пароходе «Сад­ко» к острову Рудольфа, уже спол­ным знанием дела выполняя обя­занности гидрографа. Талантливый студент зачисляется вскоре в третью высокоширотную экспедицию на ледоколе «Садко». Виктор Буйницкий в поход берет с собой учебники, тетради, конспек­ты лекций, «Садко», «Малыгин» и «Седов» зазимовали во льдах. Для двадцати двух студентов, находив­шихся на кораблях, было решено организовать полярное отделение Гидропрафического института. Заня­тия ведутся на «Седове». Студенты слушают лекции, сдают зачеты. Буй­ницкий, принимающий активное уча­стие в авральных работах и продол­жающий свои научные наблюдения, успешно сдает во время зимовкивсе зачеты за пятый курс. Он многочи­тает, изучает иностранные языки. В этой экспедиции обнаруживают­ся замечательные качества молодого полярника. Он оказывается незаме­нимым человеком в экспедиции. Буйницкий всегда на месте, когда требуется его помощь. Он деятельно помогает гидрологам и метеорологам в их наблюдениях и опытах. Когда могучая армада советских воздушных кораблей вывезла часть личного состава зимовщиков на ма­терик, Буйницкий остается на ко­рабле, чтобы продолжать научные наблюдения. «Ермак» выводит из льдов арктические корабли «Садко» и «Малыгин». «Седов», потерявший рулевое управление, остается в дрей­фе. Кому поручить научные работы на этом корабле? Необходим опыт­ный полярник, стойкий исследова­тель, который принесет своими ра­ботами новую славу советской по­лярной науке. Этими качествами обладал моло­дой гидрограф Буйницкий, которому и было поручено ведение научных работ на «Седове». Когда будут подведены итоги двад­цатишестимесячного дрейфа герои­дет ческого корабля, по достоинству бу­оценена и огромная научная ра­бота, проведенная на нем Виктором Буйницким. Магнитные наблюдения Виктора Буйницкого и его работа

по изучению силы тяжести в высо­ких широтах безусловно обогатят нашу науку новыми важными све­дениями об Арктике. Они окажут большую помощь нашим смелым воздушным и морским навигаторам, работающим в Арктике. В тяжелых, суровых условиях са­моотверженно вел свои научные на­блюдения Виктор Буйницкий. В полукилометре от ледокола, что­бы на работу не влиял корпус ко­рабля, он соорудил ледяной маг­нитный домик. Здесь удалось ему однажды записать магнитный ураган редкой, небывалой силы. Весь экипаж «Седова» помогал Буйницкому в его работе. Близ ко­рабля на льду был создан своеоб­разный научный городок, где кроме ледового домика стояли гидрологи­ческая палатка и рейки для проме­ра толщины снежного покрова и льда. Седовцы по просьбе Буйниц­кого сами изготовили четырнадцать тысяч метров троса для исследова­тельской работы, Они сконструиро­вали особый нагревательный прибор для магнитного домика, электрифи­цировали гидрологическую палатку, обставляя работу молодого исследо­вателя возможным в арктических условиях «комфортом». Каждый раз кто-либо из экипажа «Седова» обязательно с винтовкой за плечами сопровождал Буйницко­го, направляющегося к ледовому до­мику или к гидрологической палат­ке. Сопровождающий оставался в почтительном расстоянии от магнит­ного домика, чтобы металл винтовки не повлиял на ход марнитных наб­людений. Вооруженный «конвой» необходим был потому, что медведь однажды уже разорил гидрологи­ческую палатку Буйницкого, Абори­ген Севера мог появиться здесь ка­ждую минуту. Спутников, направляющихся к магнитному домику, обычно сопро­вождали четвероногие друзья седов­цев «Льдинка» и «Джерри». Однажды Буйницкий и его оче­редной спутник услышали тревож­ные выстрелы с ледокола. Направив­шись к кораблю, они увидели по­трясшую их картину. Началось сжа­тие. Льдины громоздились одна на другую. Люди оказались отрезанны­ми от корабля. С большим трудом перебрались они на корабль. Опасность постоянно сопровождала Буйницкого в его работах. Ему при­ходилось проваливаться в трещины, не раз находиться на льду во время сжатия. На корабле у Буйницкого по гор­ло работы. Он великолепно осущест­вляет социалистический принцип со­вмещения профессий, являясь одно­временно гидрографом, гидрологом, астрономом и педагогом. Он препо­дает русский язык и геометрию сво­им товарищам, занимающимся само­образованием. На ледоколе Буйниц­кий ведет также кружок текущей политики. Он - отличный пропа­гандист. Когда героическая команда «Седо­ва» вернется на родину, Виктор Буйницкий отдохнет и снова при­мется за учебу. Ведь ему предстоит еще сдавать государственный экза­мен. Первый государственный экза­мен он уже сдал с честью. Евг. МАР.

 

   



«Иосиф Сталин».

(Снимок сделан Фото В. ФРОЛЕНКЭ

ледоколе в 1939 году).

Капитан ледокола «Иосиф Сталин» тов. М. П. Белоусов на борту корабля перед отходом в рейс. Фото Д. ДЕБАБОВА (Фотоклише ТАСО)

Иятнадцать Капитан «Седова» K. С. Бадигин Константин Сергеевич Бадигин родил­ся в 1910 году семье агронома. Окончив в 1926 году девятилетку, он работает птукатуром и подсобным ра­бочим на строительстве в бывшем Ха­мовническом районе Москвы. Затем он переезжает в Ленинград и оттуда во Владивосток, чтобы изучить морское дело. Во Владивостоке он плавает матросом на пароходе «Инди­гирка». Матрос Бадигин учится и в 1950 году поступает на второй курс Владиво­стокского морского техникума, который через год заканчивает и получает зва­ние штурмана дальнего плавания. На пароходах он совершенствует свои знания и постепенно становится треть­им помощником капитана. В январе-феврале 1935 года К. С. Ба­дигин, уже член ВКП(б), учится на пропагандистских курсах партактива Главсевморпути. Отсюда его команди­руют на ледокол «Красин». После отпуска 5 февраля 1937 года тов. Бадигина переводят на ледоколь­ный пароход «Садко» вторым помощ­ником капитана и по совместительству спиристом. В мае он уже временно исполняет должность капитана корабля и участвует в походе «Садко» на остров Рудольфа. Наконец 20 марта 1938 года управ­ление Главсевморпути доверяет тов. Бадигину дрейфующий ледокол «Се­дов». Константин Сергеевич Бадигин становится во главе 14 смельчаков, бесстрашных седовцев, и вместе с с ни­ми проходит 812-дневный путь бес­примерного дрейфа в тяжелых льдах Арктики.

Пятнадцать Третий механик B. С. Алферов Механик III класса Алферов Всево­лод Степанович начал работу на ледо­коле «Седов» еще в 1933 году. Почти семь лет он плавает на прославлен­ном корабле советского арктического флота. Морские специальности он при­обрел упорным многолетним трудом в Архангельском пароходстве. В 1923 го­ду он - повар бота «Лысун», затем­кочегар на пароходах и траулерах. Алферов плавал и на «Сибирякове, откуда перешел кочегаром на «Седов». Здесь он овладевает специальностью механика III разряда. опвамных Гидрограф B. Х. Буйницкий Прославленному гидрографу «Седова» Виктору Буйницкому совсем недавно исполнилось 28 лет. Он родился в го­роде Чите 30 декабря 1911 года. 16-летним юношей Виктор Буйницкий окончил школу-семилетку и поступил в Читинский лесотехнический техни­кум. Зимой он учился, летом прохо­дил производственную практику экспедициях, на сплаве леса. Осенью 1932 года настойчивый, жа­ждущий знаний юноша приехал в Ленинград, чтобы продолжить свое образование. Он поступил в Горный институт, успешно окончил 3 курса и в 1935 году перешел во вновь органи­зованный Гидрографический институт Главсевморпути. Вик-01 Здесь начинается знакомство тора Харлампиевича с Арктикой. В 1936 году на ледоколе «Ломоносов» он проводит свою первую производствен­ную практику y восточных берегов Новой Земли. По окончании ее мо­лодого ученого назначили руководить гидрографическими работами на паро­ходе «Папанин». На ледокольном па­роходе «Садко» весной 1937 года Буй­ницкий ходил в качестве гидрографа на остров Рудольфа. Затем снова «Садко» и, наконец, легендарный «Се­дов». Огромную работу проделал на «Седо­ве» скромный молодой ученый комсо­молец Буйницкий. Собранные им цен­нейшие материалы скоро будут обра­ботаны и, несомненно, явятся большим вкладом в дело изучения Арктики освоения Северного морского пути,

Старший механик Д. Г. Трофимов Дмитрий Григорьевич Трофимов, от­важный помполит «Седова». положил немало трудов для того, чтобы людя на корабле жили и работали слаженно, чтобы политико-моральное состояние команды было на должной высоте. Благодаря спаянности и дисциплини­рованности седовцы преодолели неимо­верные трудности более чем двухлет­него полярного дрейфа. этом немалая заслуга Дмитрия Григорьевича Трофимова, скромного че­ловека и примерного труженика. Кроме обязанностей парторга Трофимов выпол­няет ответственную работу старшего механика и неустанно следит за ис­правностью механизмов корабля. Сын железнодорожного рабочего, Д. Г. Трофимов с юных лет привык много трудиться. Он был батраком а с восемнадцати лет уже матросом па­Амурского речного кораблях он выпол­няет самую черновую работу, одно­временно учится. В марте 1929 года Трофимова комсомольская организация передает в партию, Вскоре он уходит B в арктическое плавание на ледоколе «Литке», Здесь он - кочегар и секре­тарь парткома. На «Литке» Трофимов плавал два­жды; последний раз - в 1934 году - он участвовал в переходе корабля из Владивостока в Мурманск. Правитель­ство награждает Трофимова орденом Трудового Красного Знамени. Затем тов. Трофимов - четвертый механик «Ермака» и отсюда доброволь­но переходит на дрейфующий «Седов». Старший помощник капитана А. Г. Ефремов Андрей Георгиевич Ефремов в 1923 году пятнадцатилетним юношей посту­пил учиться во Владивостокский мор­ской техникум. Во время каникул он плавает на кораблях матросом и штур­манским учеником. Когда Ефремов окончил морской тех­никум и сдал экзамен на штурмана дальнего плавания, перед ним откры­лась широкая дорога для применения своих знаний. Он плавает на кораблях «Совторгфлота» учеником штурмана, третьим помощником капитана, затем вторым помощником. в 1930 году его призывают на воен­ную службу. И здесь Ефремов тоже усердно учится и получает звание командира запаса. в 1983 году он оканчивает Ленинградский институт инженеров водного транспорта и с ди­пломом инженера-педагога по морско­му судовождению отправляется на со­ветские суда. Такой путь серьезной учебы и тру­да проходит Ефремов, пока не попа­дает в Арктику на ледокольный па­роход «Седов», Старший помощник ка­питана, он работает без устали в стужу и полярные ночи. На всем пути тяжелого дрейфа тов. Ефремов был достойным помощником бесстраш­ного капитана «Седова».

Врач А. П. Соболевский Судовой врач Александр Петрович Соболевский всего за несколько лет до прихода на ледокол «Седов» окончил Ленинградский медицинский институт. Но молодой врач обладал уже доста­точными медицинскими знаниями, что­бы работать в условиях Арктики. Ме­дициной он интересовался давно и в 1926 году оставил свою специальность слесаря, чтобы поступить B школу старших лекарских помощников Воен­но-медицинской академии в Ленингра­де. Будучи уже врачом, он стремится в Арктику, чтобы здесь приложить свои силы и знания. С 1937 года Соболев­ский - бессменный врач на «Седове». Родом Соболевский небольшого городка Белорусской Воспиты­вался в семье рабочего и сам много лет был пролетарием. На ледоколе «Седов» пригодились не только его медицинские знания. Собо­левский проявлял исключительную са­моотверженность в самые критические минуты дрейфа. Он вместе с группой седовцев в ледяной воде ремонтировал руль корабля. Главсевморпуть обявил Соболевскому благодарность и преми­ровал 1.000 рублей.

Здравствуйте, родные!   МБ СТОИМ на палубе флагман­окого ледокола. Стоим часами и вглядываемся в ночную мглу. На севере с левого борта корабля ясно виден желтоватый огонек. Это … свет «Седова». Ветры и льды против нас. Ме­няется направление дрейфа. Нави­сает туман. Мы не видим больше света. Или может быть седовцы сня­ли фонарь! Сколько воспоминаний вызвала во мне эта затерявшаяся точка. С ким нетерпением я жду встречи героями. Ведь мы вместе провели в дрейфе полгода. Но теперь скоро увидимся. Обстановка онова измени­лась.Какая радость! Остались уже не дни, а часы. Когда на Большой Земле прочгут эти строки, мы, ве­роятно, будем вместе. Я вспоминаюдолго 1937 год. Это - моя четвертая на­вигация на «Седове». Здесь я по­лучил опыт, знания, квалификацию  машиниста. Вместе со славным кол­лективом выполнял ответственные задания в Арктике. В конце октяб­ря мы вместе с «Малыгиным» и «Садко» зазимовали в море Лапте­вых и были втянуты в дрейф. Шесть месяцев я провел в дрейфе, вместе с седовцами боролся с при­родой, сохраняя корабль, механиз­мы, помогая научным работникам в исследованиях. В борьбе с трудно­стями окрепла наша дружба. Опло­ченный коллектив «Седова» преодо­левал все невзгоды, выполняя зада­ние правительства. В конце апреля 1938 года самоле­ты Героя Советского Союза Алек  Ему же я передал культинвентарь, библиотеку, в которой былисочине­ния Ленина и Сталина и художест венная литература. Горячо попро­шался с братом - механиком «Се­дова» Всеволодом Алферовым, боц­маном Буториным, старпомом Ефре­мовым и другими и начал собирать­ся на аэродром к самолетам. В этот момент меня позвал Бадигин. Про­щаясь со мной, он внимательно по­смотрел, как я одет, и заявил, что в этой одежде будет холодно. - Лететь в самолете в кепке и кожаных сапогах нельзя, замерзнете, заявил он. Я горячо поблагодарил капитана за заботу и сказал ему, что у меня есть меховые чулки, не замерзну! Тогда Бадигин крепко пожал мне руку, пожелал счастливого пути и скорой встречи. Я покинул корабль и отправился к аэродрому. С борта «Седова» ра­дист Полянский, врач Соболевский

В апреле 1938 года расстал­ся со своим зимовавшим ледо­колом и улетел на Большую Землю машинист «Седова» Апександр Алферов. Среди пятнадцати седовцев остался Сейчас Александр Алферов: снова на родном корабле. Он ка-отправипся с экспедицией на сфлагманском ледоколе «Иосиф Стапин», чтобы занять свое место среди седовцев. Ниже мы печатаем статью Александра Алферова, пере­данную по радио с борта пе­докола «Иосиф Сталин» неза­до встречи с «Седовым». его брат - механик Всеволод Алферов.  сеева, покрыв тысячи километров, опустились на льду около «Седова». Вместе с частью друтих моряков

Боцман

Д. П. Буторин Скоро исполнится семь лет беспре­рывной службы боцмана Дмитрия Про­кофьевича Буторина на ледоколе «Се­дов». Буторин - помор. Он с ранних лет занимается морским промыслом. 14 лет Буторин работает в промысло­вой артели на полуострове Канин на побережье Белого моря. Почти всю свою трудовую жизнь по окончании сельской школы он проводит на про­мыслах и в арктических экспедициях. В июле 1928 года он отправляется в арктическую экспедицию на ледоколь­ном пароходе «Седов», том самом ко­рабле, на котором он впоследствии участвует в героическом дрейфе.

Второй механик C. Д. Токарев Второй механик ледокола «Седов» Сергей Дмитриевич Токарев прошел суровую школу жизни. Он испробовал не одну профессию, начиная отмаслен­щика и кончая механиком корабля. Воспитывался в детских домах Воль­ска, Костромы и других городов Сою­ва. Учился немного, но практическим трудом приобрел большую квалифи­кацию.

Кочегар 1-го класса И. И. Гетман Кочегар 1-го класса Иван Иванович Гетман перешел на ледокол «Седов» с «Ермака». Образцовой работой он за­служил честь быть среди тех пят надцати отважных, которым страна доверила дрейфующий корабль. Комсомолец Гетман показывал не раз пример героизма, когда ледоколу угро­жала разбушевавшаяся стихия. Капи­тан тов. Бадигин отмечал это в своих радиодонесениях Главсевморпути. В Арктике тов. Гетман работал еще в 1082 году. Он был грузчиком и ве­млекопом на Шпицбергене, затем мат­росом на кораблях. Выносливый и скромный, он стойко нес вахту коче­гара на дрейфующем корабле.

Военная служба в Черноморском фло­те знакомит его ближе с корабельной жизнью, и он уже мечтает постоянно работать на кораблях. Пять лет то­карев исполняет обязанности машини­ста ледокола «Ленин», затем работает старшим машинистом на ледоколе «Садко». Во время зимовки на корабле в 1938 году его по личной просьбе пе­реводят на «Седов».

Повар П. В. Мегер Во вторую годовщину героического дрейфа «Седова» команда корабля раз­говаривала по радио со своими род­ственниками.B радиоперекличке уча­ствовала и жена корабельного повара Павла Власовича Мегера. По радио она просила своего Паву дать команде такой обед, чтобы седовцы сказали: «Отлично!». Повар Мегер умеет в условиях дрей­фа разнообразить меню и готовить вкусные, питагельные обеды. Искус­ство пароходного повара он унаследо­вал от отца, который долго плавал поваром на кораблях Черноморского флота. Двадцатисемилетний Павел Мегер знает не только эту специальность Он был юнгой и с 16 лет плавал на су­дах по Черному морю. Он ремонтиро­вал корабли, долго был кочегаром Его потянуло в Арктику. В 1938 году он переезжает в Мурманск. Скоро Мегер зарекомендовывает себя отважным мо­ряком и удостаивается чести перейти с «Ермака» на дрейфующий ледокол «Седов». В критические минуты борь­бы ледокола со стихией Мегер остав­лял камбуз и был среди тех, кто своим геройством оберегал корабль от разрушения.

«Седова» я должен был улететь на и механик Токарев махали мне ру­Большую Землю. На дрейфующем корабле осталась маленькая группа людей. Незабываемы минуты расставания. За два дкя до отлета капитан се­довцев тов. Бадигин вынес мне и моим товарищам благодарность C гордостью мы прочли этот приказ похвалу любимого капитана, Насту. пил час разлуки. На корабле я был председателем судового комитета. Пе­редал все дела своему другу, члену судкома машинисту Николаю Ша­рыпову, оставшемуся дрейфовать. ками… на Остальные седовцы были аэродроме и помогали готовить са­молеты. Я пошел к ним. Мы креп­ко обнялись и расцеловались. Про­шло несколько минут. Машина сде­лала разбег. С воздуха в последний раз я посмотрел на льды, на «Се­дова», который становился все меньше, на маленькие фигурки лю­дей, махавших шапками… C тех пор прошло около двух лет. И вот «Седов» рядом с нами. Осталось совсем немного. Мы под­ходим к нему. Я вижу слезы на глазах у старого седовского буфет­чика Ивана Васильевича Ефимова. Он вместе со мной расстался с лю­бимым кораблем и улетел на Боль­шую Землю, а теперь мы вместе возвращаемся в свой пловучий дом. - Не волнуйся, Ефимыч, -- го­ворю я ему, а самого трясет, как в лихорадке. 22 года без перерыва проработал Иван Васильевич буфетчиком на «Седове». Не признает он других кораблей и ни за что не хотел по­кидать ледокол в дрейфе. Едва уп­росили, ведь ему уже тогда было шестьдесят лет. Этого замечательно­го хозяина отважного судна, буфет­ного хозяина седовцы снова вызва­ли к себе, как только узнали, что флагманский ледокол готовится к отплытию. И он немедленно с ра­достью и гордостью явился на этот 3ов. Мы возвращаемся на наш ко­рабль, обнимем друзей и займем свои места. Мы снова будем седов­цами и поможем доставить героиче­ский ледокол в порт. - Здравствуйте, родные! - ска­жем мы героям. - Будем работать так, чтобы быть достойными кораб­ля, на котором вы пронесли сквозь полярную ночь и пургу алое знамя страны социализма. АЛ. АЛФЕРОР Гренландское море, ледокола «И. Сталинь

Машинист 1-го класса Н. С. Шарыпов естой год работает машинист Ни­колай Сергеевич Шарыпов на ледо­коле «Седов». Он один из старых кадровиков ледокола, несмотря на то, что по возрасту самый молодой. Два­дцатичетырехлетний моряк Шарыпов обладает уже большим опытом работы в Арктике. Окончив Архангельскую школу морского ученичества и полу­чив свидетельство машиниста первого класса, Шарыпов уезжает на Новую Землю и здесь целый сезон занимается аверобойным промыслом.

Радист Н. М. Бекасов Два человека несут на ледоколе «Седов» бессменную службу связи. Один из них - Николай Михайлович Бекасов. Несколько раз в сутки ради­сты «Седова» передают на Большую Землю сведения местонахождении судна. За более чем двухлетний пе­риод тяжелого дрейфа не было слу­чая, чтобы портилась радиостанция «Седова». Бекасов родился в 1913 году, рос и учился в Ленинграде. Здесь он по­ступил в морской техникум и избрал себе специальность радиотехника и радиооператора. Закончив учебу, он поступает радистом на ледокол «Ер­мак» и здесь образцово несет свою вахту.

Но Шарыпова тянет на корабль. Вскоре он переходит в систему Севмор­пути, на ледокол «Садко», где плавает матросом. Спустя год он уже кочегар на «Седове» и участвует в арктических рейсах корабля. Четыре года Шарыпов служит коче­гаром, потом первого класса. становится машинистом

Матрос 1-го класса Е. И. Гаманков Девять лет тому назад Ефрем Ивано­вич Гаманков был еще батраком села. Рабчики, Унечского района (Белорус­сия). Моряком он стал после несколь­ких лет работы на лесозаготовках в Северном крае. C C1934 года Е. И. Гаманков плавает на советских кораблях и подлинным стахановским трудом добивается зва­ния матроса первого класса. На арктических кораблях матрос Га­манков проявляет себя как неутоми­мый и стойкий моряк, способный пре­одолеть любые трудности. За эти ка­чества его вместе с другими моряка­ми «Ермака» переводят в 1938 году на дрейфующий «Седов». 26 сентября 1938 года ледокол «Се­дов» переживал тревожные минуты. Было обнаружено поступление воды в судно из-за сильного сжатия льдов. капитан Бадигин об явил аврал. И в эти критические минуты матрос Га­манков проявил исключительный ге­роизм и выносливость. C группой отважных седовцев он самоотверженно боролся с зловещей водой. Таков советский матрос-полярник Еф рем Иванович Гаманков

Старший радист А. А. Полянский Старшему радисту «Седова» Александ­ру Александровичу Полянскому 37 лет. Специальность связиста он полу­чил в Красном флоте, куда еще B 1920 году пошел добровольцем. Здесь он окончил школу связи. В 1923 году Полянский - старший радист на па­роходах Архангельского порта, Он об­ладает большим опытом и совершен­ными знаниями радиотехники. B 1931 году правительство команди­ровало тов. Полянского в Италию на приемку парохода «Воронеж». По при­езде на родину он направляется B арктический флот. В 1937 году Полян­ский выходит с «Седовым» в аркти­ческую экспедицию. Благодаря ему и радисту тов. Бекасову экипаж «Седова» на всем протяжении дрейфа мог регу­лярно сообщать стране и всему миру о своей героической работе. Неутоми­своим мый радист тов. Полянский упорным трудом внес большой вклад в науку. в частности в изучение по­годы.

В памятный день, когда «Ермак» дол­жен был передать на зазимовавший ледокол «Седов» часть своей команды, Бекасов был одним из тех, кто про­сил перевести его на этот ледокол. Машинист 1-го класса И. М. Недзвецкий Арктическая биография Иосифа Мар­ковича Недзвецкого начинается с мая 1935 года, когда он по собственному желанию попал в пясинскую зимовоч­пол­ную экспедицию и пробыл там тора года. Моряком он всего пять лет. До этого Недзвецкий был советским слу­жащим и об Арктике знал только по­наслышке. Но решив посвятить себя работе в советской Арктике, комсомо­лец и затем коммунист Недзвецкий изучает технику и становится образцо­вым машинистом I класса. Ему дове­ряют дизели внутреннего сгорания на «Ермаке», он бессменно несет стаха­новскую вахту у машин «Седова».

Сгдв8

Гесягии

Ледокол «Седов» во льдах.

(Фотоклише ТАСО)борт