Литературнаягазета Трибуна

№

44

(680)

читателя

А. КОТЛЯР

Беззастенчивая реклама В таком же роде и рассказ «Прак­тикант». Во втором разделе книги боль­шинство миниатюр - для малень­ких детей: «Чиж», «Заяц», «Дикий теленок», «Скворешня» и др. Не довольствуясь выпуском в свет этой весьма неудачной книжки, изда­тельство «Советский писатель» реши­ло провести «массовую работу» - об­суждение книги на собрании читате­лей-метростроевцев. Любопытны высказывания рабо­чих метростроевцев о книге в целом. Тов. Хромченко: Рассказы бессо­держательны, но поскольку они легко читаются, несколько стушевывается их бессодержательность. Тов. Комаров: Все товарищи в не­доумении от этой книжки. Я вижу это недоумение на лицах многих то­варищей и чувствую его сам. лю-Тов. Козлов: Мне кажется, что ес­ли бы я читал их в добровольном по­рядке, т. е. не для того, чтобы обя­зательно высказать свое мнение, то вряд ли я прочитал бы всю книгу до конца. Как будто читатели книжки Кау­ричева высказались достаточно ясно. Правда, были кое-какие «смягчаю­щие» отзывы вроде того, что книга читается «легко», что она «лирич­на» и т. п. В основном же, как ви­дим, книга была оценена сурово. Как же реагировали представите­ли издательства «Советский писа­тель» и сам автор на критику рабо­чих-метростроевцев? Своеобразную позицию занял ре­дактор книги А. Тарасов. Он сказал: «Некоторые товарищи старались раз­решить вопрос, на какой возраст рас­считана книжка. Мне думается, что этот вопрос праздный. Роль играет, главным образом, качество книги, а не то, на кого она рассчитана. Ес­ли рассказы хорошо написаны для де­тей, то их с удовольствием читают и взрослые. Если для взрослых хорошо написано, то и детям хорошо их про­читать». Нечего сказать: раз яснил! Если последовать мудрому совету этого ре-редактора, то «хорошо написан­ную» «Анну Каренину» можно давать малышам, а «Мойдодыр» - предло­жить вниманию взрослых. Должно быть, товарищи-метростроевцы с та­ким же недоумением отнеслись к это­му «квалифицированному» раз ясне­нию, как и к большинству рассказов Кауричева. Дальше Тарасов сооб­щил, что в области мелких расска­вов никто не работает. Кауричев чуть ли не единственный взялся за этот жанр и… «в этом его мужество». А затем посыпался дождь похвал: «свежая лиричность», «исключитель­ная зоркость художественного зре­ния» и т. д. и т. д. Под конец своей речи Тарасов спох­ватился и сказал, что «Кауричеву со­вершенно необходимо итти в народ, в деревню, как это делает Михаил Шолохов», так как рассказы Каури­чева несовременны. Ну что ж, и на том спасибо! А то мы готовы были зачислить Кауриче­ва в классики современной новеллы! Однако, занятнее всего на этом соб­некоторые рании оказались мысли самого Н. Кауричева о нашей лите­ратуре и о самом себе. Он прямо так и заявил: «Я считаю, что сейчас надо бороть­ся против больших полотен, потому что я знаю хороших писателей, кото­рые никак не могут кончить начатые произведения». «Я в позу какого-ни­будь писателя не становлюсь. Сама жизнь поставит». «Возьмите рассказы Мериме, Мо­пассана, Чехова. Товарищи говорят, что о каждом моем рассказе прихо­дится говорить отдельно, А разве о каждой новелле Мериме не прихо­дится говорить отдельно? То же са­мое и Чехов. Просто мы отвыкли от этого дела». Вот с какой милой скром­ностью выступал Кауричев! Первое условие работы с массовым читателем художественной литерату­ры - это политическое руководство его чтением, воспитание его художе­ственного вкуса. Издательство «Советский писатель» занялось как раз противоположным. Вместо того чтобы, прослушав доволь­но резкую критику собравшихся, про­явивших гораздо больше понимания и вкуса, чем те люди, которым по­ручено дело издания художествен­ной литературы, и признать свою ошибку, издательство «Советский пи­сатель» в лице своих представителей принялось усиленно расхваливать свою негодную продукцию. Проблема новеллы, маленького рас­сказа в советской литературе, несом­ненно, достаточно актуальна. Неда­ром за последние годы был об явлен ряд конкурсов на маленькие расска­зы; заметных результатов, к сожа­лению, эти конкурсы не дали. И вот, оказывается, проблему эту удалось уразрешить издательству «Советский писатель». Оно обрело, по его мнению, в ли­це Н. Кауричева наследника Мопас­Чехова, Мериме и других ма­стеров новеллы в мировой литерату­ре. На общественном обсуждении книжкиH. Кауричева «Полные во­ды» сам автор и его редактор из из­дательства«Советский писатель» го­ворили об этой книжкекак об образ­це искусства маленького рассказа. Что же представляет собой эта кни­жка? Вот, например, рассказ «Маша». Не­кий учитель долго, безнадежно бит крестьянку Машу. Учитель ка­кой-то допотопный, точно извлечен­ный из старенького журнала «Ни­ва» «На селе трубит в рог приятель охотник, и заливаются взволнован­ные собаки. Завтра на охоту». «Учи­тель проходит по усадьбе. На пло­щадке школьники играют в городки. Ему подают палку, и он ловким уда­ром выбивает из круга сразу целую фигуру. Ребята прыгают и визжат. Потом они гурьбой бегут в школу, и уроки пролетают так быстро, что ни школьникам, ни учителю не хочется кол-уходить из класса». Трубит рог, про­летают уроки, а потом автор спохва­тывается и решает отметить время действия. «Переходи к нам в бригади­ры … кричит учителю какая-то кол­хозница». Так отдана в рассказе дань времени, а дальше все это заканчи­вается «лирикой». «Ночам, ветрам, дождям и туманам не будет конца. И среди непроглядных ночей в дере­вянном домике вспыхнет огонек лампы и улыбнется человеческой си­ле, доброте и счастью жить и рабо­тать». Этот, написанный весьма ста­роватым слогом рассказ, как видим, просто бессодержателен. Трудно по­пять, что к чему и для чего! Следующий рассказ - «Сын». Ге­рой случайно встречает мальчика, оказавшегося его сыном. У героя есть хорошая, любимая жена, но он бы-

ОБЫВАТЕЛЬСКАЯ Давно уже не появлялись рассказы Романова в журналах. Но вот жур­л«Октябрь» печатает в № 7 рас­II. Романова «Интеллигенты». Рыссказ небольшой, каких-нибудь колторы странички, но сколько в нем Унвательского, желчного брюзжания. Из подмосковного санатория в ав­мобиле возвращаются мужчина и аищина. Завязывается беседа. Муж­е явно не по душе советская ин­дигенция. По его мнению, она хи­хлюпкая, беспомощная, в ее жи­течет какая-то жидкая кровь. Спутницу свою, по виду, он причис­тименно к этой категории и отно­тоя к ней иронически, явно недо валательно. К тому же спутни­цаувлекается чтением книг, а это, по еомнению, один из «грехов» гнилой интеллигенции. Но кто же он, этот разоблачитель сущности интеллигенции? Он прошел суровую школу жизни, зяжелый путь. Был кухонным мальчишкой, слу­жил кучером у помещика, а теперь вог - инженер транспорта. Да ведь это типичный совет­кийинтеллигент, - скажет читательоб - В чем же дело? Чем он недоволен? Почему он самобичеванием занимает­си?… Оставим это на совести автора, не в этом суть, Оназывается, и спутница противо. вречивого инженера не из «белой ко­сти». Она «девчонкой гусей стерегла, апотом в совхозе коров выхаживала, а это… орден дали и послали в ин­ститут общественного питания учить­Но нет, автор приготовил для телей сюрприз. Он сталкивает инже­нера и студентку-орденоносца с груп­пой прохожих. Еще до этого столк­новения инженер рассказывает спут нице, что его родственники в колхозе говорят «с завистливым недоброже­лательством» о том, что он «больно высоко полез». Еще большесана, желательства обнаруживают случай­но встреченные на шоссе колхоаники. Колхозники запальчиво поносят эту пару, недвусмысленно бранят ее, причем с желчью, вло. За что? За то, что на машине ездят («Тут идешь, не разбираешь, весь хвост (?) мокрый»), за то, что в санатории отдыхали («не­бось, нашего брата в эти санатории не пускают»). Резюмирует эту «дискуссию», а-вме­сте с тем и весь рассказ, старик: < - Справедливости на на вемле не ищи». Здесь, очевидно, должна действо­вать ирония, но вместо иронии полу­чилась клевета - результат глубоко обывательского представления I. Ро­манова о советской интеллигенции и отношении к интеллигенции хозников. Советская интеллигенция тесно связана с народом, живет его инте­ресами. Колхозное крестьянство зна­ет, что советская интеллигенция стро­ит вместе с ним социалистическое хо­вяйство. Пошлая «проблематика» 1. Романова остается на его собствен­ной совести, Ни к нашей интеллиген­ции, ни к колхозникам она не имеет никакого отношения.



18 августа. «Пушкин» - картина Сереженко. (Город Энгельс. Республика немцев Поволжья). Всесоюзная выставка самодеятельного изобразительного искусства, открывающаяся в Москве 

Художники-пропагандисты монии, что у него есть творческая индивидуальность. Их песни, звон­кие и красочные, посвящены нашей прекрасной родине, зажиточной кол­хозной жизни, стахановцам. сад!Ашуг Ибрагим пел на концерте б светлых и радостных днях настояще­го, о мире «обильном и культурном, принадлежащем нам». Пятый участник концертов, ашуг Ибрагим Алиев - из Кировабада. Он был батраком у беков. Асад - старый ашуг. В юности он был батраком-пастухом. Но его к песням, к творчеству. тянуло 20-летний пастух с большим трудом собрал деньги, купил себе саз и с тех пор Асад стал ашугом. Я, простой ашуг по имени Асад, Говорю: «Ты нашу жизнь взрастил, как дней враги для нас не воскресят. Все народы шлют тебе селям, живи!» Песня старого ашуга посвящена певцовНухинском, Сталину. Творческая биография ашуга Мир­вы Байрамова из Тауза начинается с первой русской революции 1905 За дерзкие революционные песни Мирза Байрамов неоднократно под­вергался преследованиям. Но мрачные дни прошли. В сво­бодной стране социализма ввонкий и задушевный голос ашуга создает песни, радости. Есте­новые песни ственно, что в этих песнях почетное место занимает имя того, кто несет счастье человечеству. Зодчий счастья моей страны, Слава имени твоему, Светом радости и весны Озарил ты тупую тьму. Так поет ашуг Мирза из Тауза. Два ашуга -- из Шамхора. Отец и сын: отец-ашуг Авак Азарян, сын­ашуг Самвел Азарян, го-Из поколения в поколение переда ют народные певцы: акыны, ашуги, бахши, гафизы героический народ­ный эпос, легенды и сказания о вы­дающихся событиях истории своего народа, создают новые современ­ные песни, отражающие чувства на­родных масс. Всему Союзу известны имена Джамбула, Сулеймана Стальского,Прошлых Абдулла Шаира. Особой популярностью пользова­лись в прошлом и пользуются в на­стоящее время азербайджанские ашуги.

бе­еды исчерпана. К тому же произош­авария с машиной, Может быть, автор здесь и точку поставит, тем бо­лее, что он своим худосочным изло­B. ЗоЛОТАРЕвА Рассказ «Интеллигенты» - антиху­дожественный, пошлый рассказ. Это ясно даже для школьников. И. ЗАСЛАВСКИЙ

И­нением уже успел утомить читателя? Киен стро решает ее оставить и ехать к давно забытой, когда-то мимолетно встреченной женщине, к сыну. Свое­ый ят го сына он увидел впервые в жиз­ни и пробыл с ним всего несколько минут. Совершенно естественно го­рячее желание немедленно позабо­титься о ребенке, но совсем не оп­равдано, что разрыв с женой, кото­рую по-настоящему любит наше ге­рой, и его от езд к новой семье со­вершается без малейшего затрудне­ния. Психологическая ценность подоб­ных переживаний весьма сомнитель­на. Дальше следуют рассказы отнюдь не лирического склада. Это уже, так сказать, происшествия необычные, с «остраненной» концов­кой. Вор-профессионал («Сумочка») украл у девушки сумочку, потом рас­каялся, выручил девушку, оставшую­ся без денег, «корректно» ухаживал за ней, но, чувствуя, что скоро попа­дется, распрощался с ней. И все. «Вера получила письмо. Незнакомый человек в почтительных и теплых вы­ражениях сообщал, что его друг, а ее знакомый, Михаил Петрович Тару­нин, утонул, купаясь в реке на да­че». Все это изложено галопом на трех страницах. И хорошо, что толь­ко на трех! Стыдно читать такую ме­лодраматическую чепуху. И, наконец, два рассказа на одну и ту же тему -- об уничтожении про­тивоположности между умственным и физическим трудом. Это большая, ответотвенная тема, но автор не очень затруднил себя, Две школьницы готовятся к зачету у открытого окна, маляр красит дом, спускаясь в люльке к окну. Девушки сообщают ему, что песня, которую он пел, принадлежит Рылееву. Маляр благодарит за сведения. А на другой день во время зачета маляр оказы­вается доцентом литературы и под­трунивает над девушками. Оказы­вается, он красил дом потому, что «меня земляки летом вспомнили, ко­гда им туго пришлось». Трудно поверить, что это не юмо­ристический рассказ! Тоже человек был! -- проговорип он, видимо любуясь мертвецом. -Да, попался бы ему, спуска бы не дап! -- отозвался один из каза­ков.

В любом районе Азербайджана Кировабадском и др. ашуги пользуются любовью и госте­приимством. г.Не раз отмечалось, что союз со­ветских писателей Азербайджана не уделяет достаточного внимания твор­честву ашугов. Много талантливых народных певцов нуждается в помо­щи и внимании. Необходимо рабо­тать над повышением их культур­политического уровня. Созда­ашугами ного и ваемые новые революцион­ные пеени, подлинно на­родные эмоции, чаяния и мысли, обогащают советскую литературу Азербайджана: Оглянувшись, посмотрел я в даль веков, В глубь истории - и вывод мой таков, д. Равных нет тебе, о, вождь большевиков, Нам мудрейшего история дала Из вождей, что за столетья родила. И. АНУР  и т.

Славная плеяда народных Советского Азербайджана не только передаетрудящимся ставшие клас­сическими образцы народного твор­чества, она создает новые советские песни. В конце июля Азербайджанская государственная филармония органи­зовала ряд концертов для рабочих участия в этих концер­выдающи­име­Баку. Для тах приехали из районов еся ашуги. Успех, который они ли, свидетельствует об огромном ин­тересе и любви к народному твор­честву и исполнителям фольклора. Познакомимся с пятью выдающи­мися участниками бакинских кон­цертов.

ы­ой 10-

Ашугу Асад Рзаеву из Геокчая - 63 года. Он пользуется огромной популярностью в Азербайджане, Ар­мении и Грузии, 46 лет он поет свои песни, передает любимые сказания о народном герое Кер-оглы. У него хорошо сохранившийся голос, юно­шеский темперамент, изумительная выразительность исполнения.

еп, OM гей

Ашуг Авак широко известен. Он много раз выступал на соревнова­ниях. Его сын, молодой ашуг Самвел, сумел показать на концерте в филар­Конкуре Музгиза ская, Песня должна быть простой и до­ступной по форме, мелодичной, эмо­ционально насыщенной и художест­венно законченной. Тематика песен может быть самой разнообразной - героическая борьба советского народа и зарубежного пролетариата за социа­лизм, защита родины, трудовой ге­роизм, СССР -- семья народов, Вели­кая Сталинская Конституция, быт рабочих, колхозников и Красной Ар­мии, жизнь советской молодежи, со­ветская семья, женщина, любовная песня, колыбельная, детская, пионер-

ен­ord 10

студенческая,

спортивная

ги­та

Об явлен конкурс на лучшую совет­скую массовую песню к двадцатиле­тию Великой пролетарской револю­ции. Конкурс организуют Государствен­ное муаыкал нонададельство соа советских писателей и союз советских комповиторов.

Песни должны быть рассчитаны на индивидуальное или хоровое испол­нение и могут быть с инструменталь­ным сопровождением(фортепиано, баян и т. д.) и без него. За лучшие поэтические и музы­кальные произведения устанавли­вается 10 премий (5 за текст и 5 за музыку): две первых премии - по 5 тысяч рублей, 4 вторых -- по 3 ты­сячи рублей и 4 третьих -- по 1 ты­сяче рублей каждая. Срок конкурса - 1 октября 1937 г.

ой

ой. ов, ам ка, мо­че бы де­им те­бы до эть 

Участвовать в конкурсе, предусма­тривающем создание лучшего текста и лучшей музыки для массовой пес­ни, приглашаются все советские поз­ты и композиторы.

Рис, академика Е. Е. Лансере «Казаки» Л. Н. Толстого Николай Кауричев, «Полные воды», изд, «Советский писатель», 1937 г., 97 стр., 2 р. 25 к. Редактор А. Тара-

Издательство «Academia» готовит к печати сов, H. ДМИТРИЕВ

стоимость которого достигает полу­миллиона рублей, Легкость, с которой заключаются в «Academia» договоры на оформление изданий, необыкновенна. Издательст­во даже не интересуется политиче­ским лицом авторов. - Все мы советские люди! - об  ясняет свое легкомыслие Сокольни­ков. деньги выдаются, не глядя ни на человека, ни на его работу. Книга «Мордовский эпос» вот уже пять лет находится в производстве. И только теперь издательствобрати­ло внимание, чтоиллюстрации к этой книге явно непригодны. Вообще в «Academia» очень часты случаи, когда в почти готовых книгах вдруг обнаруживаются ошибки, вред­ные установки и недопустимые оп­лошности. В сигнальном экземпляре «Новой науки» Вико обнаружено 497 опеча­ток (!). Это не предел. В «Летописи жиз­ни Добролюбова» количество опечаток достигало 698! Однако сие мало тревожит работ­ников «Academia». Ни разу эти ошиб­ки не стали предметом обсуждения производственного актива. Как же мог терпеть все эти «ху­дожества» директор издательства Я. Д. Янсон? Янсон не только не противодей­ствовал Полонской, но фактически по­ощрял ее, предоставляя ейвозмож­ность широко распоряжаться изда­тельскими делами. Больше того, он сам счел возможным заключать дого­воры с враждебными людьми и прив­лекать к внештатной редакторской ра­боте подозрительных, изгнанных из партии людей, вроде Рубановского. Мы не имеем возможности пере­числить в газетной статье все безо­бразия, которые вскрываются при первом же знакомстве с работой «Аса­demia», Издательство явно нуждается в по­мощи извне, в серьезных большевиск­ских выводай.

истории архитектуры» Брунова «Аса­demia» заплатила типографии 2851 рубль. Оказалось, что редактор очер­ков исчеркал гранки так сильно, что значительную часть набора пришлось сделать заново. В результате безответственного ре­дактирования однотомника Лескова и Короленко потребовалось 453 часа до­полнительной работы наборщика. За несвоевременную сдачу в типо-И графию редакторами: Векслером … корректуры избранных сказок Щед­рина - уплачено 750 р.: Рыковым­корректуры «Илиады» … 1950 р. «Одиссеи» - 2 тысячи рублей; редак­тором Смирновым -- гранок 4-го тома Шекспира - 1525 р. и т. д. Ясно, что такое хозяйничанье сры­вало финансовые планы издатель­ства, парализовало его деятельность. Секторы в издательстве предостав­лены самим себе. Ими никто не руко­водит, никто не направляет их рабо­ты. В результате каждый сектор ра­ботает как ему вздумается. В то время как к целому ряду про­изведений, рукописи которых сданы в производство, нет иллюстраций (Грибоедов -- «Горе от ума», Маяков­ский, Пушкин, собр. соч. III и IV тт.), художникам заказываются рисунки к изданиям, даже не включенным в те­матический план. Осенью прошлого года «Academia» подписала договор с художником Ка­буладзе. Он обязался представить ил­люстрации к «Ричарду Ш» Шекспи­ра. Ни в плане 1937 г., ни в планах ближайших лет издание этой книти не намечается. Деньги же художни­ку, и притом немалые (1.500 р. за рисунок), услужливое издательство уже выдало. Так же вне плана изготовлены ри­сунки к сказкам Гофмана, произве­дениям Горация, Гюго, Дидро и мно­гим другим. По приблизительным подсчетам сектор оформления (руко­водитель Сокольников) располагает потрехлетним запасом иллюстраций,

Альбом «Армения» маринуется 3 го­да. Приблизительно таков же «произ­водственный» стаж «Армянской анто­логии». Особенно возмутительна история издания первой части книги «Рево­люционные поэты Германии». Руко­пись была готова еще 21 августа 1935 г. По неведомым причинам набор и печатание этого сборника были пе­реданы в типографию г. Смоленска. Передали и забыли. Вспомнили лишь в ноябре 1936 г. В Смоленск посла­ли специального человека «толкача», который привез верстку. Отредакти­ровали, отослали в Смоленск и опять забыли. В феврале 1937 г в Смоленск сно­ва едет «толкач» выручать сборник. Но здесь выясняется, что печатать книгу в смоленской типографии не­возможно: бедна полиграфическая ба­за. Что делать? Решили заматрици­ровать верстку, привезти в Москву и отпечатать в одной из столичных ти­пографий. Так и сделали. Перед нами от­тиски привезенных матриц. Страш­ное зрелище. Печатать нельзя, так как листы испещрены ошибками. Неужели издательство «Academia» не знало о производственных возмож­ностях смоленской типографии Оче­видно знало, но… беспечность и безответственность-характерные черты работы издательства. По этим же двум причинам за пер­вое полугодие издательство уплатило типографиям за простой шрифтов 45.000 руб. пени, По этим же причи­нам в полиграфических предприяти­ях лежат мертвым капиталом в не­законченном виде десятки названий, ий, общей стоимостью 3,5 млн. рублей. А сколько обходится издательству так называемая авторская правка? При издании 1-го тома «Очерков

ким образом за один и тот же мате­риал авторы получали двойную оп­лату. Этими авторами все же был пред­ставлен материал, а находились лю­ди, которые получали деньги бук­вально за «честное слово». Так, ре­дактору С. Рыкову было выплачено свыше тысячи рублей за специаль­ное редактирование стихов Торквато Тассо, хотя эту работу проделал другой редактор. Теперь,Художнику Ушину еще два года назад выдали 10.000 рублей за иллю­страции к новому изданию книги «1001 ночь». Иллюстраций этих нет и по сегодняшний день, «Подкормился» в издательстве и художник Кузьмин. За повторное из­дание его рисунков к «Евгению Оне­гину» ему заплатили полную ставку, как за новые иллюстрации. ра-Десятки тысяч рублей были выпла­чены чуждым, враждебным людям, Огромное количество договоров на рукописи заключалось без учета пла­на работы издательства, На сегодня в недрах издательства лежит без движения около 7 тысяч автореких листов. Когда они будут изданы? - Возможно в 1940 или в 1941 го­ду. В то же время в производство не сдаются произведения, намеченные планом, Только ва первое полугодие редсектор не сдал: восьмой том пол­ного собрания сочинений Шекспира, второй том сочинений Т. Г. Шевчен­ко, первый том «Античной мифоло­гии» «Лирику» Мицкевича и т. д. В июле не сданы в производство 7 названий. Но если рукопись даже сдана в ти­пографию, то это, оказывается, не зпачит, что она отредактирована и в скором времени выйдет в свет. В среднем книги «Academia» нахо­дятся в производстве 13--14 месяцев. Некоторые же рукописи проходят производственные процессы годами.

Труды и дни издательства «Академия»   Несколько лет назад в издательстве чheademia» подвизалось немало троц­настских выродков. Покровитель­стуемые обер-бандитом Каменевым, они чувствовали себя здесь в безо­пасности. Враги были разгромлены. В 1935 оду в издательство «Academia» при­шли новые люди. Но пришедшие без адолжной бдительности отнеслись к ка­меневскому «наследству». Они не мой том Шиллера - в июле. после деятельного вмешательства Фейгеля, типография получила пра­во выпустить оба тома в двадцатых числах сентября. Полонская потакала и управделами Коромыслову - жулику, авантюри­сту, сбежавшему с издательскими деньгами. В тесном контакте с Полонской ботал ее помощник, студент литин­ститута В. Глубжин. Ему было отда­но на откуп специальное редактиро­вание ряда изданий. Совершенно не зная иностранных языков, «спец» Глубжин редактирует Шекспира, Надсона и других писателей. Полонская - главный редактор из­дательства! Но как ни странно, она невежественна и безграмотна. Она обвинила… А. Франса в контр­революции и задержала выход четвер­того тома его сочинений. Она обвини­ла… II. Мериме в клевете на… со­ветскую женщину и потребовала снять эпиграф к его повести «Кар­мен». подписал их к печати. За эту коро­тенькую надпись: «к печати» ему, по распоряжению Полонской, уплатили довольно круглую сумму. Заместителем заведующего сектором оформления в издательстве числится Орликова. Она не художник. Она не полигра­фист. Она даже не обладает элемен­тарными знаниями издательского де­ла. Заказывая художнику иллюстра­не может указать фор­Художник Белов из-за ее технической неграмотности отка­зался впредь вести с ней переговоры. Однако Полонская всячески поддер­живала Орликову. В свою очередь Орликова беззастен­чиво рекламировала «добродетели» главного редактора, лебезила и под­халимничала перед начальством. По ее инициативе общее собрание сот­рудников, посвященное 19-й годов­щине Великой Пролетарской револю­ции, послало приветственную теле­грамму находившейся в Москве По­лонской. На должность заместителя дирек­тора издательства по административ­но-хозяйственной части Полонская Фей­ропахнули настежь окон и дверей, не проветрили издательства ции, Орликова мат издания. ВAcademia» опять пролезли лю­д, которые стали культивировать се­жественность, подхалимство, прин­цип круговой поруки, всячески зажи­мать критику и самокритику. В их числе - бывший главный редактор издательства Л. Полонская. Обманывая партию и опасаясь ра­сблачений, она окружила себя в на­овдательстве «своими» людьми. се крылышком подвизался в качестве старшего редактора сектора русской литературы бездарный и валограмотный проходимец И. Руба­новский.

18- но ио-

я» рь ра

(я» д

нб ро Дo-

на, е» лы Не страдая излишней скромностью, озабрал в свои руки редактирова­устроила В. Фейгеля, Что делает гель на этом посту - трудно ска­зать. В июле он ездил в Ленинград 10в не почти всех книг, выпускаемых оим сектором. Благо порой и тру­ься не приходилось. Еще до при­хода Рубановского в издательстве eademia» были подготовлены к из­ию три тома Пушкина. Рубанов­даже не просмотрев рукописей, для того, чтобы ускорить выпуск тома собрания сочинений Гейне и VII тома Шиллера. Фейгель «блестя­ще» выполнил это задание. По плану десятый том Гейне должен быть вы­пущен типографией в августе, а седь-

На издание полного собрания сочи­нений А. С. Пушкина «Academia» за­ключила договор с бригадой пушки­новедов (Томашевский, Бонди, Цяв­ловский и др.). А несколько дней спу­стя с некоторыми из этих же авторов были заключены договоры на издание Готдельных сказок А. С. Пушкина. Та-