ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ! Литературная Пятница, 10 сентября 1937 г.

Цена 30 коп.

газета СССР. писатель -- не только уважает совет­скую литературу «по наслышке», он в ней хорошо начитан. Несколько дней назад вместе Рафаэлем Альберти и Антонио Апа­рисио я ездил к больному поэту Ви­сенте Алейсандре, уже двенадцатьНовые лет прикованному к постели. Алей­сандре живет в горном селе Мираф­лорес де-ля-Сьерра, в пятидесяти вер­стах от Мадрида. Село - белые до­мики с красным крышами -- разбро­сано по склону горы; оно все утопает в зелени. Внизу в расщелине бежитТы горная река. Сверху ее вода кажется тоже зеленой. Как везде в Испании много цветов. Дальше, за селом, ввысь уходит Сьерра - синяя, ли­ловая, с блестящими пятнами снега.И До войны сюда по воскресеньям ез­дили отдыхать. Мадридские охотились на кроликов, занимались льпинизмом, Сейчас в селеса наторий для раненых и больных. Алейсандре нас не ждал: он под­нялся нам навстречу с постели, В руках у него была книжка «Попу­лярной библиотеки романов». Меня поразил знакомый портрет на ее об­ложке: Лермонтов, «Герой нашего времени» в испанском переводе. русскийРазговор носил сперва общий ха­рактер. Алейсандре расспрашивал Альберти о знакомых, но затем, как это всегда бывает в писательском кру­гу, перешел на литературу. «Вот у кого нам надо учиться»,сказал он задумчиво, показывая на «Героя на­шего времени».-«Посмотри, можно ли лучше придумать начало? Какая поэтичность и в то же время какая художественная точность» и он прочел по-испански первую фразу романа: «Я ехал на перекладных из Тифлиса, дорога шла в гору…». Алейсандре затем долго расспра­Шолохов, Всеволод Иванов, Федин, Бабель. В прошлом году он читал во французском переводе стихи на­ших поэтов, приезавших в Париж. Они поразили его своей динамично­стью и глубиной. Говорил преимуще­ственно Алейсандре, но отдельные за­мечания вставлял и Апарисио. Так в любви к советской литературе сош­лись два поколения испанских писа­телей -- заслуженные мастера слова и молодые бойцы, только еще всту­пающие в жизнь, В этой любви испанских писателей, - да и всего народа, - к русскому языку, к нашей литературе есть что­то удивительно трогательное, особен­но если вспомнить, при каких ус­ловиях идет здесь жизнь и развива­ется искусство. Тот же Алейсандре, прервав на минуту свою речь о со­ветских писателях, обратил наше внимание на пейзаж перед площадкой его дома. Пересеченная холмами бу­рая равнина вплотную подступает к Сьерре. Идет уборка урожая. Здесь и там мелькают фигуры людей, заня­тых молотьбой, упряжки мулов. Ве­тер доносит слабые крики. Налево бе-

№ 49 (685)

СОВЕТСКИХ

ПИСАТЕЛЕЙ

ПРАВЛЕНИЯ 

СОЮЗА 

ОРГАН

С О З Д А Д И М ХУДОЖЕСТВЕННУЮ ИСТОРИЧЕСКУЮ Л И Т Е Р А Т У РУ Народы, населяющие наш могучий   Советский Союз, и старший среди них первый среди равных, русский народ, полны чувства национальной гордости. Это законное и справедли­вое чувство имеет под собой глубо­кур основу. Народы Советского Сою­ва горды тем, что они совершили все­мирно-историческое дело, первые в мире подняли знамя социалистиче­екой революции, разбили и разгро­мили внутри своей страны эксплоа­таторские классы, одержали победу над иностранными интервентами, стремившимися восстановить сверг­нугое господство капиталистов и по мещиков, построили социализм и ука­зали трудящимся массам всего мира единственно верный, практикой льду Чудского озера немецких «псов­рыцарей» и отстоял свой народ от грозящего закабаления и уничтоже­ния. Мы помним о киевском князе Владимире, завязавшем связи с бо­лее культурной Византией и поло­жившем конец язычеству, тормо­зившему развитие тогдашней Руси. Мы помним о Петре I, который нема­ло поработал над преодолением ве­ковой отсталости России, создал ар­мию и флот, разбил шведских завое­вателей и «прорубил окно в Евро­пу». Мы помним о Минине и Пожар­ском, возглавивших борьбу народ­ных масс против польских интервен­тов и их ставленника лже-Дмитрия.

Дневник «Литературной газеты» Во вчерашнем номере «Правды» частично опубликованы материалы книги «Творчество народов СССР», выходящей к 20-летней годовщине Великой социалистической револю­ции. Уже немногие опубликованные «Правдой» образцы из этой книги дают яркое представление о ее вели­чайшем творческом и исторически­документальном значении. Это по­истине драгоценная проба, зачерпну­тая из самой глубины океана народ­ного творчества, и в ней не только ярко сверкает поэтический гений на­родов нашей страны, но и запечатле­ны их задушевные думы и чувства. Это единственная в своем роде кни­га в мире, ибо автором в ней высту­пает народ, свергнувший иго капита­лизма и построивший могучее социа­листическое государство, в котором нет места эксплоатации человека че­ловеком и полностью обеспечено твор­ческое развитие всего коллектива и каждой отдельной человеческой лич­ности. Книга «Творчество народов СССР» необычайно широка по своему охва­ту - в ней звучит всяк сущий в нашей великой многонациональной стране язык, и на всех этих язы­ках громко и уверенно звучит го­лос сознательной гордости и любви к своей преображенной великой роди­не, безграничная преданность вели­кой партии большевиков и любовь к ее вождям - Ленину и Сталину. Великий Ленин, ты наш вождь в брат, Ты основал советскую страну! Великий Ленин, наш отец и друг, Ты снял, ты сбил оковы с наших рук, Ты распахал большую целину! Так поется в таджикской песне «Исполин веков», записанной в од­ном из горных кишлаков Таджики­стана. вершинам, От края до края, по горным Где вольный орел совершает полет, 0 Сталине мудром, родном и любимом, Прекрасную песню слагает народ. Летит эта песня быстрее, чем птица, И мир угнетателей злобно дрожит: Ее не удержат посты и границы, Ее не удержат ничьи рубежи. помыслы и мечты человека нашей страны запечатлены в музы­кальной черкесской песне. Мать поет сыну: Ты себя еще покажешь - Впемя впереди. носить за подвиг будешь Орден на груди. Отличишься на работе И не сдашь в бою. пожмет наш Сталин руку, Рученьку твою!

ДА

ЗДРАВСТВЧЕТ ПАРТИЯ СТАЛИНА ВЕЛИКАЯ ЛЕНИНА И ВОЖДЬ

-

ОРГАНИЗАТОР

ПОВЕДОНОсного СТРОИТЕЛЬСТВА СОЦИАЛИЗМА!

ве­ликого двадцатилетия подтвержден­ный, путь к освобождению. Эта всемирно-историческая роль, которую играет наша великая страна вборьбе угнетенных всего мира про­тив капиталистического ига, не слу­Разгромив вульгарно-социологиче­скую, антиленинскую «школку» По­кровского, которая подменяла под­линную историю мертвыми схемами и беспощадно третировала этих ис­торических лиц, мы даем их дея­тельности правильную марксистско­ленинскую оценку. уайно выпала на долю революцион­ного рабочего класса и революцион­ного крестьянства нашей страны. На протяжении всей истории России, под жестоким гнетом феодалов, по­мещиков, купцов, капиталистов, на­родные массы неустанно боролись и восставали, выдвигали из своей Наконец, в истории нашей страны мы знаем и помним о тех деятелях науки и искусства, которых выдвину­ла великая семья наших народов. Имена Ломоносова, Менделеева, Ло­бачевского, Мечникова, Лебедева, Яблочкова, Попова, Мичурина, Тими­рязева, имена Пушкина, Лермонтова, ереды многих славных борцов за счастье трудового народа. Вместе с тем, они стойко и мужественно от­етанвали целость и независимость Гоголя, Некрасова, Шевченко, Сал­тыкова-Щедрина, Белинского, Доб­ролюбова, Чернышевского, Льва Толстого, Максима Горького, имена  своей родины от посягательств ино­вемных завоевателей, стремившихся воспользоваться военной, хозяйствен­ной, культурной отсталостью России, чтобы закабалить и колонизовать етрану, наложить на ее народы двой­ные и тройные цепи. В этой борьбе народные массы про­никлись могучей жаждой свободы, вакалили свои силы, свое мужество, подготовились к тем решающим бо­ям, в которых революционный ра­бочий класс в союзе с революцион­ным крестьянством завершил мно­говековую освободительную борьбу Великой социалистической револю­цией. Мы любим свою великую, свобод­дую родину, мы горды тем, что при­надлежим к великому советскому на­Сурикова, Репина, Левитана, Серо­ва и многих, многих других доста­вили нашей науке, нашей литерату­ре, нашей живописи всемирную сла­ву и составляют нашу национальную честь и гордость. На-днях вышли из печати первые экземпляры «Краткого курса исто­рии СССР», составленного на основе исторических замечаний товарищей Сталина, Кирова и Жданова. Этот учебник дает подлинную, свободную от искажений и извращений, марк­систскую историю нашего прошлого. В связи е выходом в свет этого учебника, в связи с колоссально воз­росшим интересом народов СССР к своей истории перед нашей худо­жественной литературой возникает огромной важности задача.

Плакат художника Стенберга, выпускаемый Изогизом к 20-летию Великой Октябрьской социалистической революции.   Ф. КЕЛЬИН

Письма из Испании Хасинто Бенавенте учится русскому языку ный склад моего мадридского издате­ля попала бомба. Сгорели не только все издания моих книг, но и все, что приготовила для печати Академия наук. Вот в какик усло­дочерей. Что делать - я уже не мо­лод. Иногда они понимают лучше меня…». испанскаяНаварро-Томас жалуется на отсут­ствие учителей и учебников. И дей­какБенавенте интересуется проблемой художественного перевода в Совет­ском Союзе. Я рассказываю, а он внимательно слушает, слегка накло­нив голову (слух по временам изме­няет ему). Потом он снова начинает воворить слабым высоким голосом с особым мадридским акцентом. Он вспоминает, как сам когда-то пере­водил Бернарда Шоу, какой это был тяжелый и вместе с тем увлекатель­ный труд. виях приходится жить и работать ис­панским писателям». ствительно, об этом приходится силь­но жалеть. Особенно об отсутствии грамотного учебника и хрестоматии, написанных специально для испан­цев. Впрочем, сейчае этот пробел, как будто, заполняется, «Хунта по рас­пространению знаний» деятельно за­нялась изучением этоговопроса. Фо­нетическую часть учебника собирает­ся составить Наварро-Томас. Что ка­сается хрестоматии, то вдесь все на­дежды возлагаются на помошь со­ветских писателей. А пока в мини­стерстве народного просвещения раз­рабатывают план учебника, русский язык широко распространяется в мас­сах, куда он ппосачивается, как под­почвенная вода. Русские слова вы можете слышать в магазинах, ресто­ранах, трамваях, метро, на улице. В Барселоне, Валенсии и Мадриде имеются кружки, изучающие язык. Большую роль играют Ассоциа­ция друзей Советского Союза (A. U. S.) и ее провинциальные ко­митеты, работающие под руковод­ством таких энтузиастов своего де­ла, как Осорио-Тафаль и недавно при­езжавший в Москву на с езд архитек­«Вы знаете, чем занимаюсь я сей­час? -- говорит он мне. - Я изучаю русский язык по английскому учеб­нику. Мне хотелось бы читать рус­скую литературу в подлиннике. В прошлом году я собрался в Москву вместе с Маргаритой Ширгу, но это­му помешал фашистский мятеж. Мо­жет быть мне удастся еще осущест­вить мой проект». Он вспоминает о том, как он был в Москве в 1927 го­ду, вспоминает Кремль, Красную площадь… Русский язык, русская литерату­ра в Испании в центре всеобщего торов Санчес-Аркас. Но и здесь сла­бое место-отсутствие хорошего учеб­ника. Иметь грамотный учебник … желание и семидесятилетнего Хасин­то Бенавенте и девятнадцатилетнего внимания. На Втором международ­ном конгрессе писателей в защиту культуры делегат Аргентины поэт Кордова-Итурбуру говорил о том, что дружинника в окопах на подступах сейчас для испанских дружинников в траншеях характерны два стрем­к Мадриду. ления - драться и читать. Я при­широких слоев населения. могли убедиться, каким уважением пользуются здесь советская литерату­Русскому языку учится знамени­тый испанский филолог Андрес На­«хунту ра, советское искусство. Зал букваль­но сотрясался от долго несмолкав­варро-Томас, возглавляющий по распространению знаний» в мини­ших аплодисментов, когда выступа­ли представители советской делега­стерстве народного просвещения. Учится вместе с двумя детьми. «Я вновь переживаю свои университет­ции - Кольцов, Эренбург, А. Толстой, Ставский, Вишневский, Фадеев, Бар­И что особенно ценно: средний

Хасинто Бенавенте - прослав­ленным испанским драматургом кон­ца XIX - начала XX столетия, ав­тором бесчисленного ряда комедий и одним из крупнейших представите­лей поколения 1898 г. - познакомил меня поэт Мануэль Альтолягирре в валенсийском театре «Принсипаль». «Пойдемте за сцену, -- сказал он мне, - Бенавенте, наверно, сейчае Он ставит в директорском кабинете. пьесу о России. Пьеса должна пойти на-днях. Бенавенте выступает в ней не только как драматург, но и актер. Он будет читать пролог перед занавесом». Мы поднялись по лестнице в дирек­торский кабинет, небольшую комна­ту, оклеенную красными обоями, со случайной мебелью. Нас принял ди­ректор театра Энрике Рамбаль, с ру­мяным, типично актерским лицом, в ярко-голубой рубашке и белых шта­нах, Несколько ласковых слов, креп­кое рукопожатие. Рядом с высоким и крупным Рам­балем Бенавенте показался мне осо­бенно миниатюрным. Лысина, остат­ки седых волос на висках и затыл­ке, около глаз - сеть морщин. Боль­шой носсс горбинкой. Тщательно под­стриженные седые усы и борода. Черные очки плотно сидят на носу. Одет в клетчатый темный костюм. Маленькие, сморщенные руки. Про­филь очень старого и уставшего от жизни человека. Но глаза черные, живые, молодые. Стоит взглянуть в анфас, и сразу видишь, сколько жизни и юного задора сохранилось еще в этом лице. Бенавенте приподнимается с кре­сла, на котором сидит. Он «очень рад познакомиться с советским товари­щем». Он так интересуется советской литературой, особенно театром. Я рассказываю ему о постановке дожественном театре, о Мейерхольде На мой вопрос - не думает ли он написать что-нибудь для наших те­атров? - Бенавенте отвечает отри­цательно. «Сейчас мне писать очень трудно, - говорит он.- Я е удовольствием послал бы что-нибудь из моих преж­них пьес, но почти все их экземпля-

роду, мы гордимся героическими страницами нашего исторического дрошлого. Всем известно, что в русской ли­тературе прошлого века большое ме­сто занимали исторические рома­ны, повести и поэтические произве­дения. Освещая различные периоды исто­рии, они, отнюдь не заменяя учебни­ков и курсов истории, служили, бла­годаря самой природе художествен­ного творчества - его яркости, изо­бразительности, занимательности, дополнением и пособием в изучении истории. Исторические произведения рус­ской литературы, созданные вели­Еще в 1914 году в статье «О нацио­Нальной гордости великороссов» Ле­нин писал: e «Чуждо ли нам, великорусским со­внательным пролетариям, чувство национальной гордости? Конечно, нет! Мы любим свой язык и свою родину, мы больше всего работаем над тем, чтобы ее трудящиеся массы (т. е. 9/10 ее населения) поднять до сознательной жизни демократов и социалистов. Нам больнее всего ви-

деть и чувствовать, каким насилиям, и издевательствам подвергают нашу прекрасную родину царские налачи, дворяне и капиталисты. Мы гордимся тем, что эти насилия вызы­кими художниками, имели огромное воспитательное значение для под­растающей молодежи. «Капитанская дочка» Пушкина, проникнутая глубоким интересом к 3 вали отпор из нашей среды, из сре­ды великоруссов, что эта среда вы­двинула Радищева, декабристов, ре­волюционеров-разночинцев 70-х го­дов, что великорусский рабочий класс создал в 1905 году могучую револю­ционную партию масс, что велико­русский мужик начал в то же время становиться демократом, начал свер­лать попа и помещика». Мы любим свое великое настоящее ипоэтому мы глубоко интересуемся нем великим и героическим, что есть в нашем прошлом. пугачевскому восстанию, рисовала образ Пугачева вовсе не похожим на того «разбойника», каким изобража­ла его казенно-патриотическая ис­тория. Нужно ли напоминать о «Борисе Годунове»? Лев Толстой в «Войне и мире» дал изумительные картины на­родной войны против наполеоновско­го нашествия, Лермонтов нарисовал картину из времен Иоанна Грозного в «Песне про купца Калашникова». Но кроме этит гециальны произ ведений, были романы, повести, ис-

буржуаВеликие перемены в нашей стра­не не только радостно воспеваются народом в его песнях, рассказах, но находят обобщенное выражение и на шлифованном метком языке народ­ных поговорок и пословиц. Такова пословица, отражающая победу колхозного строя: «Ни межи, ни краю -- колхозному урожаю». А новое отношение к социалисти­ческой собственности превосходно вы­ражено в целом ряде пословиц, как, например: «Хороша доля с колхоз­пого поля», «Не пускай вора к возу, а кулака к колхозу». Главной темой дореволюционного народного фольклора была тема стра­дания от жестокой бессмыслицы и не­справедливости общественных отно­шений. шлое песни горя и муки, родились новые радостные песни, которые по­ет освобожденная страна. Народное творчество проникнуто здоровым оптимизмом, активным жизнеутверждением, верой в народ­ные силы и радостью новой жизни.

Выступая с докладом на VII кон­грессе Коминтерна, т. Димитров го­ворил: торические драмы писателей. так сказать «второго ряда», которые ос­вещали, пусть далеко не во всем «Те коммунисты, которые полага­ит,что все это не касается дела рабо­него класса, которые ничего не дела­ют, чтобы исторически правильно, в массами прошлое их собственного на­рода, чтобы увязать свою тепереш­июю борьбу с его революционными традициями в прошлом, - эти ком­мунисты добровольно предоставляют фашистским фальсификаторам все, тоесть ценного в историческом про­шлом нации, для одурачивания на­родных масс». Эти слова т. Димитров обращал к коммунистам всех народов мира, указывая им на то, что страницы освободительной борьбы в истории каждого народа составляют предмет его национальной гордости. Отвечая немецкому писателю Эми­Людвигу, товарищ Сталин указал на всегдашний интерес коммунисти­ческой партии к массовым револю­днонным движениям прошлого и к возглавлявшим их вождям. возмущения угнетенных классов, сти­хийного восстания крестьянства про­тив феодального гнета. Для нас все­гда представляло интерес изучение истории первых попыток подобных восстаний крестьянства». Обращаясь к нашему историче­скому прошлому, мы не ограничива­емся только историей революцион­ной борьбы, Мы знаем, что в истории России были такие исторические личности, которые, принадлежа к правящим классам и действуя в их интересах, боролись за целостность инезависимость страны против ино­странных захватчиков, боролись про­тив попыток и стремлений превра­тять Россию в колонию, немало по­работали над преодолением отстало­сти, от которой страдали населяю­щие Россию народы. Мы помнимо Дмитрии Донском, об Иване Калите, тех, кто повели борьбу против та­гарского ига и добились победы в ой борьбе. Мы помним об Алек­сандре разбил на   правильно, различные периоды рус­ской истории. Укажем на Ал. К. Тол­стого, написавшего драматическую трилогию и «Князя Серебряного», на манов, на Данилевского, написавше­го роман «Мирович» и др.

Наша советская литература уже насчитывает в своем активе немало исторических произведений. Часть из них посвящена истории граждан­ской войны («Чапаев» Фурманова, «Тихий Дон» Шолохова, «Железный поток» Серафимовича, «Разгром» и «Последний из удэге» Фадеева), не­мало написано и на темы из доре­волюционной истории («Жизнь Кли­ма Самгина» М. Горького, «Петр I» Ал. Толстого, «Разин Степан» и «Гу­лящие люди» А. Чапыгина, «Одеты камнем» и «Казанская помещица» О. Форш, «Кюхля», «Смерть Вазир­Мухтара» и «Пушкин» Ю. Тынянова, «Ломоносов» и «Повесть о Болотнико­ве» Г. Шторма, «Емельян Пугачев» Василия Каменского и др.). Но все правильным освещение Иоанна Гроз­пого и опричнины в «Князе Сереб­ряном»? Перед нашими писателями, рабо­тающими над исторической темати­кой, стоят огромные и благодарные задачи. Надо создать целую серию художе­ственных произведений, которые, будучи полноценными творениями искусства, составили бы цепь «ис­торических чтений» для многомилли­онного советского читателя, для подрастающей молодежи. За организацию этой работы дол­жен взяться союз советских писате­лей, который обязан собрать писа­телей и поэтов, работающих над ис­торической тематикой, обеспечить им помощь и консультацию историков, помочь им в работе над источниками и архивами. Эту работу должны так­же всеми доступными им средствами стимулировать издательства худо­жественной литературы.

ры сгорели во время ножара. В книж­с улыбкой. - Заглядываю в

На родину В В. Маяковского «Дома и квартиры (в Багдади и Кутаиси), где жил В. В. Маяков­ский, разрушаются и исчезают, до­кументы, находящиеся в архивах, лежат нетронутыми…». Об этом сообщала «Литературная газета» еще 10 августа. Для того, чтобы собрать и изучить все историко-литературные докумен­ты, связанные с жизнью Маяков-

лой лентой извивается шоссе, веду­щее мимо старого замка Инфантадо­зубчатые башни и стены у самой до­ского, помочь местным организациям развернуть пропаганду наследия Маяковского, собрать материалы, роги - в село Мансанарес. Совсем близко - фронт. «Вот на этот холм, - показывает Алейсандре, - фашистские самоле­ты часто сбрасывают свои бомбы. А отсюда недавно были видны клу­бы черного дыма. Горел Кольменар­Вьехо после налета эскадрильи…». Сейчас, когда я пишу эти строки, в Мадриде, в моей комнате сидит Ра­фаэль Альберти. Он пришел ко мне обсудить вопрос о переводе на ис­панский язык «Каменного гостя» и «Скупого рыцаря» Пушкина и «Оп­тимистической трагедии» Всеволода Вишневского. Этими тремя пьесами испанский театр, создающийся на но­вых, революционных началах, хочет начать свой первый сезон. В добрый час! Мадрид, сентябрь 1937 г. связанные с детством поэта, в Баг­дади и Кутаиси выезжает специаль­ная экспедиция в составе предста­вителей библиотеки-музея B. Мая­ковского, бюро пропаганды Дома ССП и Гослитмузея. В доме Кучухидзе в Багдади, где родился В. Маяковский, экспедиция организует музей его имени. По указаниям родственников поз­та, квартира, где он провел детские годы, будет восстановлена и полно­стью реставрирована. Если представится возможность, будет организована и выставка о жизненном и творческом пути поэ­та. Экспедиция произведет фотос емку всех мест, документов и людей, свя­І занных с биографией доэта. 

Борьба испанского народа против фашистских интервентов. Пыльные дороги, плоскогорье, перерезанное (Союзфото). глубокими ущельями, ские солдаты на часах в пещерах, у входов в ущельа.  с неожиданно возникающими скалами на фронте Уэски,