За пять
ПРОЛЕТАРИИ
ВСЕХ
СТРАН,
СОЕДиНяЙТЕСБ!
дней
ГАЗЕТА ЛЕОНИД ЛЕОНОВ
Орган правления союза советских писателей СССР Выходит под редакцией: В. Ставского, Е. Петрова, B. Лебедева-Кумача, Н. Погодина, О. Войтинской.
№ 5 (784)
Цена 30 коп.
26 января 1939 г., четверг
Салтыков-Шедрин читателях-единомышленниках как о значительной общественной силе, как о действенной партии, борющейся за те идеалы, которые проповедывал Щедрин горькой и злой насмешкой над обществом частнособственнической наживы, утробного быта, политического свинства. Искренние читатели-друзья были у Щедрина и в царской России. Ленин пользовался щедринскими образами уже в первых своих работах. Ленин знал и любил Щедрина. Он учил большевистскую печать чаще пользоваться щедринскими художественными образами, растолковывать Щедрина, популяризовать его среди рабочих. Первый марксистский щедриновед М. C. Ольминский в царской тюрьме тщательно и любовно составлял свой «Щедринский словарь». Враги Щедрина ликвидированы в советской стране вместе с ликвидированными эксплоататорскими классами. Все три трети советских читателей Щедрина любят его. Только социализм и мог создать таких читателей. Они уж не просто «почитывают» то, что «пописывает» писатель. Они читают внимательно и критически. Они требуют, чтобы писатель писал честно и мужественно, с такой же любовью к своему делу, с такой же страстью, с какой писал Щедрин. Советская литература и литературная критика еще в долту перед Щедриным. Правда, не мало сделано для того, чтобы правильно осветить литературно-общественный облик Щедрина, очистить его от буржуазной, от народнической фальши. Ленин определил Щедрина как одного из представителей «старой» демократии, как писателя из общественно-политического лагеря Чернышевского, Добролюбова, Некрасова. Эта установка лежит в основе ряда критических работ, посвященных Щедрину. Но мало, совсем мало сделано для изучения художественной стороны творчества великого русского писателя, для выяснения той огромной роли, которую сыграл Щедрин в развитии русской литературы, для определения родственной связи Щедрина с Гоголем, с одной стороны, с Чеховым и Горьким -- с другой. Тщательно подготовлено первое полное собрание сочинений Щедрина. Восстановлены по возможности все тексты, изуродованные царской цензурой. Но издание этото собрания непозволительно затянулось. Оно фактически недоступно широким кругам читателей, многомиллионной аудитории. Очень мало, ничтожно мало дешевых изданий Щедрина. Нет до сих пор научной, проверенной, литературно изложенной биографии Щедрина. Подготовка к пятидесятилетию идет пока вяло. Что сделал союз писателей? От него должна была бы исходить инициатива в энергичной, оживленной работе. Но союз писателей до сих пор только раскачивается с медлительностью, заслуживающей острого щедринского словца. Недостаточно энергично готовятся к знаменательной дате наши театры, кино. МХАТ возобновляет постановку «Смерти Пазухина». В Ленинградском Малом оперном театре будет поставлена опера композитора A. Пащенко «Помпадуры»… Это почти все, что можно сказать о больших театрах. Кажется, решительно ничего нельзя сказать о кино. Повидимому, Щедрине забыли наши киномастера после большого и поучительного успеха кинофильма «Иудушка Головлев». Дело не в том, что просто «забыли» в литературе, театральном искусстве, в кино. Дело в недооценке художественной сатиры как важнейшего оружия в литературе. Поэтому и хромает наша сатира, бледна она, не исполнена щедринской страсти. Потому-то и надо нам с особой силой и остротой отметить щедринский день, чтобы отточить в нашей литературе, в нашем искусстве оружие художественной сатиры. Оно необходимо нам в борьбе с капиталистическим окружением. Товарищ Сталин с убийственной насмешкой применил щедринский образ в борьбе с фашизмом. Разве не указание это для нашей литературы? Щедрина должна ближе узнать мировая печать. Щедрин нужен миллионам трудящихся, которые ведут в капиталистических странах борьбу с «ретивыми начальниками», с Удар-Ерыгиными, со своими презренными Иудушкамитроцкистами. Щедрин нужен нам как великий писатель, выдающийся мастер русского слова, как учитель в художественной литературе. Ни у какого другого старого писателя нет такой ненависти к миру наживы, обмана, насилия, рабства, По произведениям Щедрина Маркс и Энгельс изучали быт царской России. Эти произведения и для нас остаются важнейшими художественными памятниками старины. Перед советским читателем капитализм и крепостничество встают в ярких образах. Остатки капитализма еще живут в сознании людей советского общества. Товарищ Молотов говорил о том, что в нашей стране полностью победил социализм в политической и экономической области. «Об окончательной победе социализма в области культуры говорить еще рано. С этим связан тот факт, что у нас еще так много работы по изживанию пережитков капитализма в сознании людей». В борьбе за окончательную победу сокиализма в области культуры, в работе по изживанию остатков капитализма в сознании художественной литературе, в первую очередь художественной сатире, принадлежит важнейшее место. Нам нужен новый Щедрин. А для этого надо знать и любить Щедрина, сохранившего всю свою В мае текущего года исполняется пятьдесят лет со времени смерти великого русского писателя-сатирика Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. Советская литература должна достойно встретить эту знаменательную дату. Силой своего могучего таланта Щедрин завоевал признание для себя еще при жизни. Именно «завоевал». Вся его литературная деятельность была страстной борьбой с врагами народа -- с помещичьекапиталистическим строем, с защитниками этого строя в литературе, с оппортунистами и соглашателями, которые проповедывали политику «применительно к подлости» господствующих классов. Царское правительство пыталось привести Щедрина к молчанию. Это не удалось, Политические враги мстили великому сатирику клеветой. Вот что писал после смерти Щедрина один из его врагов в реакционном журнале: «…Салтыков забывает свои политические цели и увлекается потоком шутовских образов, вызванных его воображением. Одним словом, он скорее фельетонист, чем сатирик. Как у сатирика, так и у фельетониста, насмешки и преувеличение бесспорно играют первенствующую роль; у первого, однако, цель серьезна, потому что существует серьезное мировоззрение; a у второго - одна лишь цель: посмеяться и позабавиться, без всяких других намерений». Это обличение в «фельетонизме» преследовало Щедрина всю его жизнь. Но тупые стрелы отскакивали, не нанося никакого ущерба. Напомнить об этих забытых вылазках против великого писателя значит воскресить в представлении современного советского читателя ту тупоумную общественную среду, с которой Щедрин вел борьбу. Более тонко подкапывалась под Щедрина либерально-буржуазная критика. Она не отрицала могучего его таланта. Но она отводила Щедрину место где-то рядом с художественной литературой, а не в ее рядах. Расхваливались публицистические заслуги Щедрина, чтобы под этим предлогом снизить его значение как выдающегося писателя-художника. Для этого и сатира вообще бралась под некоторое подозрение, как литературный жанр не вполне «чистый», зараженный политической тенденциозностью и «злободневностью». Пятидесятилетие со дня смерти великого писателя-сатирика дает возможность поставить со всей силой вопрос о значении сатиры, о месте ее в литературе, в частности в советской литературе. Не случайна все более растущая популярность Щедрина в нашей стране, в наше время. Этот великий русский писатель -- нужный нам писатель. Он действительно до сих пор «злободневен», и это как раз признак художественной его глубины, а не поверхностности созданных им образов. Художественный образ «ретивого начальника», который хотел Америку «снова закрыть», создан Щедриным почти 60 лет назад. Он был злободневен тогда. Он олицетворял тупость, реакционность, мракобесие и произвол царского правительства. Применив этот сатирический образ к современным фапистским правителям, товарищ Сталин показал, что злободневность образа нисколько не утратила своей остроты. Стало быть, не мелкое, преходящее историческое явление заклеймил Щедрин, а длительное, коренящееся в самых основах капиталистического общества. А это говорит о глубине, значительности и огромной художественной выразительности сатиры. Сатира - это наиболее острое, боевое оружие художественной литературы. Критика, которая попыталась бы вывести сатиру за пределы художественной литературы, сразу обнаружила бы под маской алолитицизма свое враждебное революции липо. Классическая мировая сатира всегда вносила в художественную литературу острые политические мотивы, она всегда была революционна по своему содержанию. Свифтом справедливо гордится английская литература как гением мировой литературы. А сатирические романы Свифта были острыми политическими памфлетами для своего времени. Свифт оказал громадное воздействие на английскую художественную литературу. Из Свифта выросли Теккерей, Диккенс, Бернард Шоу. Точно так же из Рабле выросли Вольтер, Анатоль Франс. С гордостью русская классическая художественная литература входит в мировую сатиру с великими именами Грибоедова, Гоголя, Щедрина. Среди откликов на смерть Щедрина, быть может, самый замечательный - это отклик молодого Чехова. Он писал Плещееву: «Мне жаль Салтыкова. Это была крепкая, сильная голова. Тот сволочной дух, который живет в мелком, измошенничавшемся душевно русском интеллитенте среднего пошиба, потерял в нем своего самого упрямого и назойливого врага… Две трети читателей не любили его, но верили ему все. Никто не сомневался искренности его презрения». Чехов и Горький испытали на себе сильное и благотворное воздействие Щедрина. Кое-кто из читателей не любил Щедрина в царской России. Эти читатели состояли из Балалайкиных, Подхалимовых, Разуваевых и Колупаевых, Менандров Прелестновых. Щедрина с ненавистью читали Иудушки Головлевы, рассыпавшиеся тут же в елейных похвалах сатирику. Щедрин сам писал о читателях-врагах, читателях-простецах. Он тосковат всю жизнь о читателе-друге, не просто о сочувствующем, читающем в одиночку читателе, а о старого Гостроту и силу
Отрывки из пьесы
Действие второе
АГРАФЕНА. А зачем пришел-то к нам? А, может, ты Григорью что подбросить хочешь. ЛАВРЕНТИЙ (оглядевшись). Дакось ухото! (Секретно). На архирея самому-то пожалиться хочу. АГРАФЕНА. Ну-у, обижат? ЛАВРЕНТИИ. Насаждал везде по приходам шурьев да свояков, а я четвертый год в списках хожу. А кушать-то надоть. И поговорить не дается. Я к нему раз ночным часом да омманом и ввернулся. А он седит, архирей-то, в красной темноте, карточки проявляет. АГРАФЕНА. Скажи на милость! ЛАВРЕНТИЙ. Ну, вознегодовал на меня, сироп свой опрокинул… 6
Авторы пьесы «Павел Греков», идущей с успехом в Театре революции, - Л. Ленч (слева) и Б. Войтехов. ВЕЧЕРА ПАМЯТИ ЛЕНИНА 21 января в Московском клубе писателей состоялся вечер, посвященный 15-й годовщине содня смерти В. И. Ленина. С докладом выстушил проф. Баклаев. Докладчик подвел итоги всемирно-исторических побед, которых советский народ под руководством партии большевиков, под руководством товарища Сталина добился за 15 лет неуклонного следования по ленинскому пути. В концерте, посвященном памяти В. И. Ленина, поэты II. Антокольский, А. Коваленков и Л. Квитко читали новые стихи о Ленине. И. Сельвинский прочел посвящение, пролог и вторую картину первого акта из своей новой пьесы «Ленин в 1918 году». Кроме того в концерте приняли участие чтецы Д. Журавлев и М. Царев, лауреат международного конкурса пианистов в Варшаве н. Емельянова, певица Ф. Милековская и вокальный квартет ГАБТ, который исполнил народные песни, любимые Лениным. * ЛЕНИНГРАД. (Наш корр.). В доме им. Маяковского состоялось собрание ленинградских писателей, посвященное 15-летию со дня смерти В. И. Ленина. Собрание открыл В. Каверин, - Ленинградские писатели, - сказал он, - отмечают сегодня 15-летие со дня смерти величайшего человека нашего времени - Владимира Ильича Ленина Эта смерть была встречена трудящимися всего мира как самое глубокое горе. В жизни каждого из нас этот день останется как скорбная дата, малоопрмери Ленина и Сталина. клитва Сохранено исторической клятвы 9талитва. осуществлена. пиктатура единство партииукрепленаиктатура пролетариата постросно сопиалистичестое общество, выросла мощь Красной Армии и Военно-Морского Флота. - Я видел,-продолжает т. Каверин, как вновь проложенные дороги меняют жизнародов. Новой дорогой, проложенной в истории человечества, была великая жизнь Ленина. И одна мысль приходит каждому человеку советского искусства: как отобразить, увековечить образ Ленина? Написать образ Ленина, понять его дыхание, понять, как Ленин стал самым скромным и самым великим из гениальных людей, - вот блатороднейшая задача писателя, Чтобы написать киигу о Владимире Ильиче, пужно изучить и понять жизнь и великую борьбу Ленина, нужно овладеть большевизмом. После смерти Ленина наша страна шла по ленинскому пути, она вела и ведет за собой передовое человечество всего мира. Величайшие дела она осуществила и осуществляет потому, что вождем нашей партии, народов Советского Союза и мирового пролетариата является гениальный продолжатель дела Ленина - Иосиф Виссарионович Сталин. Прекраоными словами Анри Барбюса заканчивает свою речь т. Каверин: «Ленин живет всюду, где есть революционеры, Но можно сказать: ни в ком так не воплощены мысль и слово Ленина, как в Сталине. Сталин - это Ленин сегодня». Стихи, посвященные Владимиру Ильичу Ленину, прочли А. Прокофьев, Н. Тихонов, Д. Цензор. В художественной части участвовал В. Яхонтов, народный артист РСФСР Ю. Юрьев. В ЮБИЛЕЙНОМ ШЕВЧЕНКОВСКОМ КОМИТЕТЕ СОЮЗА СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ 20 января под председательством А. Н. Толстого состоялось очередное заседание юбилейного шевченковского комитета ССП, на котором были заслушаны сообщения о подготовке к 125-летию со дня рождения Шевченко в периодической печати и в культурных и общественных организациях Москвы. * По сообщению т. B. Гоффеншефера, в ближайших номерах литературно-художественных журналов будут напечатаны многочисленные переводы стихотворений Шевченко и статьи: проф. Добрынина - «Творчество Шевченко», 0. Резника «Шевченко и его дневник» («Знамя»), H. Бельчикова … «Шевченко и украинская цензура» («Новый мир»), A. Лейтеса - «Шевченко в мировой литературе» и «Шевченко и Олридж» («Интернациональная литература»), общая статья Н. Бельчикова о Шевченко («Октябрь»), «На родине Шевченко» - A. Левченко («Колхозник») и др. Из произведений о Шевченко будут помещены: рассказы В. Беляева, С. Заречной («Знамя»), 0. Форш, М. Зощенко, К. Паустовского («30 дней»), юбилейный цикл стихов А. Суркова, драматическая поэма С. Голованивского «Поэгова доля» в переводе Н. Брауна, баллада о Шевченко И. Фефера («Новый мир»), биография Шевченко A. Дейч и Л. Бать («Интернациональная литература»), очерк В. Кузьмича «Подарок батька Тараса» («Колхозник») и другие. * И. К. Луппол сообщил Комитету о том, что Институт мировой литературы им. A. М. Горького намерен организовать торжественное заседание Акалебольшое мии наук СССР совместно с союзом советских писателей. К участию в этом заседании должен быть привлечен и Институт литературы Украинской Академии наук. Институт литературы им. Горького устраивает также серию докладов на специальные темы, касающиеся жизни и творчества Шевченко. В юбилейные шевченковские дни в Политехническом музее и в МГУ намечено устроить доклады А. Корнейчука - «Т. Г. Шевченко», И. Стебуна - «Шевоно и украпнская литература», Н. Бельтура», Г. Владимирского - «Шевченко и Пушкин», К. Чуковского - «Шевченко и Некрасов» и другие. B целях популяризации творчества Шевченко решено обратиться в Комитет по делам искусств с предложением устроить в один из шевченковских дней во всех театрах и крупнейших кино Москвы перед спектаклями и киносеансами выступления поэтов с чтением переводов из Шевченко. * О подготовке к юбилею в Музыкальном управлении Комитета по делам искусств сообщил М. Гринберг. Многие советские композиторы пишут музыку на слова Шевченко. Композитор P. Глиэр работает над поэмой для симфонического оркестра. Кантату для хора и оркестра пишет композитор B. Кочетов. Сюиту из трех песен на слова Шевченко - для солиста, хора и оркестра - обещает дать Л. Книппер. Музыкальное произведение для хора пишет композитор В. Белый. Таким образом советскими композиторами будет дано много новых музыкальных произведений, благодаря которым можно будет в шевченковские дни устроить в Москве несколько концертов. Издательство «Искусство» выпускает к юбилею два малоизвестных произведения Мусоргского на слова Шевченко и несколько старинных сочинений украинских композиторов. Союз советских композиторов также готовится к юбилею. Результатом этой подготовки явится первыйпробныйконцерт из произведений советских авторов, который союз обещает устроить в клубе писателей в середине февраля. Союзу удалось также получить у композитора II. Синиця двадцать старых произведений на слова Шевченко. * Шевченковский комитет решил войти с ходатайством в Верховный Совет о переименовании проезда Страстного бульвара и площади перед Киевским вокзалом в проезд и площадь имени Шевченко. В состав Шевченковского комитета союза писателей дополнительно введены: И. К. Луппол, Н. Ф. Бельчиков, А. И. Безыменский и A. II. Рябинина. РУССКИЙ ПЕРЕВОД «ВАСУНЦИ ДАВИД» ЕРЕВАН. (Наш корр.). Бригада поэтов союза писателей - тт. Шервинский, Липскеров, Державин и Кочетков закончили поэтический перевод армянского народного эпоса «Давид Сасунский» на русский язык. Переведено больше десяти тысяч строк. На-днях русский поэтический перевод будет сдан в печать.
Большая темноватая кухня на рощинской даче. Внушительная русская печь с плитой и лежанкой - творение провинциального печного архитектора. Подокошком за нею - коечка, прилечь на часок. На переднем плане узенький проход B кладовую. Направо дверь в чистые комнаты. В углу стол и табуретки, крашеные ядовитым голубым колером. Посуда на полках, осколок зеркальца на стене, полотенца - сушатся на веревочке. Посреди открытая дверь во двор. Видны часть «крыльца», лес и, впереди, качаются тоненькие, в цвету, вишневые деревца. Гдето в комнатах тихо играет радио. Свежий солнечный полдень. Аграфена в действии. Со двора опасливо поднимается Лаврентий. 1 АГРАФЕНА. Притащился? ЛАВРЕНТИЙ (сгружая суму со спины). Здравссвуй, старушка. Сам-то не наезжал? АГРАФЕНА. Рощин-то? К обеду обещался. Как день сложится. Нонче во властяхто ходить - и не пообедаешь. ЛАВРЕНТИЙ (почтительно). Уму не приложимо. АГРАФЕНА. То поезд с рельсов сойдет, то завод новый задумают, а то, глядишь, шпиёна поймают. Ведь вон куда забираются. Ты сам-то, батюшка, не шпиён? ЛАВРЕНТИЙ, Не-ет, что ты! АГРАФЕНА. Ну, притащи тогда дровец. У сарая сложены. Веревку в чулане возьЛАВРЕНТИЙ. У меня есть. (Присев на порожке, он последовательно вынимает из сумы краюху хлеба, икону, которую ти протирает рукавом, и, наконец, длинную веревку с узлами. Аграфена стоит над ним). Тута у меня весь припас. Пустой не хожу. АГРАФЕНА. Пошто бога-то таскаешь. Аль веришь в доску-то? ЛАВРЕНТИЙ. Матушка моя, слишком много я об етом деле знаю, чтоб верить. А куды ево? Жечь нельзя, топить ево но, на дороте кинуть боязно: скажут - нарочно. Так и живет у меня на горбу. (Он уходит) АГРАФЕНА ( (вдогонку). Посуше выбирай. 2 (Затлянула Настя, стала у двери). НАСТЯ. Кто это, бабушка? АГРАФЕНА. Так, с ветру один. Женихи-то не едут. Не обманут? НАСТЯ. Ксения хотела машину за ними послать. Я эвонила. Они уж поездом выехали… Давай я помогу тебе, НАСТЯ (тихо). Я говорю - да. АГРАФЕНА. Очастливые-т, сказывают, песни голосят. Что-то я твоих не слышу. НАСТЯ. Голосить-то нечем, бабушка. Летчикам голосу не полатается. АГРАФЕНА. Куда, куда в чистом-то платьи! Тебе теперь сидеть да в зеркало хорошиться. Счастливая ты. (Пауза). А? АГРАФЕНА. Подразнись, подразнись у меня! НАСТЯ (вдруг, как бы на счастье). А ну… дай мне, бабушка, зеркальце. (Аграфена снимает осколок со стены, Настя смотрится). За что же он меня берет? Тоощая я… АГРАФЕНА. Не скажи. Нонче постненьких-то нарасхват. НАСТЯ. И всего у меня чуть-чуть: носика немножко, губы тоже, глаза… Нет, глаза у ней ничего, А так-фитюлька… Нет, некрасивая я. (Отдавая зеркало.) На, возьми. 3
ЕЛЕНА (запыхавшись). Дома-то у нас нет никого, бабушка? ЛАВРЕНтИЙ (копаясь в суме).А вселенски-то отцы как наказывали? К примеру Златоуста взять аль Ефрема Сирина… АГРАФЕНА. Да помолчи ты, Ефим Фелин, (Елене). А что стряслось? Лес на речку купаться побёг? ЕЛЕНА. Женихи приехали. Они спереду покричались, а нет никого. И повернули. Наши-то за ландышем пошли. Ведь их к обеду звали, а они экую рань! АГРАФЕНА. Беги, девка, за нашими, а их встрену, проведу, обследую пока, кто такие. кста-(Елена убегает. Аграфена сдергивает себя передник. На ней новое платье, в горошек). с ЛАВРЕНТИЙ (выглянув в окно). Сюда идут. У-у, жених-то бравый, аки конь. АГРАФЕНА. Примкнись в уголок. И чтоб тебя неслышно было. 7
греш-(Входят гости. Мать женихатолстуха в ярком вязаном берете, с зонтиком, обмахивается еловой веточкой. Не усилий и воображения стоила ей нынешняя ее краса. При толстухе длинный, - равподушный мужчина в сивых усах и с букетом черемухи; на плечах внакидку пиджак, видавший и дождь и зной.) ОСТАЕВА. Здравствуйте, если не помешаем. АГРАФЕНА. Пожалуйте, пожалуйте. Зонтичек-то приставьте к стенке. Пущай отдохнет! бабушка!ОСТАЕВА. Благодарю вас. Знакомьтеся, Это мой брат Фома. КУКУЕВ (кладя руку на усы). Очень приятно завести знакомство. АГРАФЕНА (Кукуеву). Поди, баттошка, встань к свету. (Отвела к окну, коснулась усов, оглядела всего. Кукуев неподвижен.) Ой, усишши-то! Да чем же ты, батюшка, Настеньку-то нашу обольстил? ОСТАЕВА. Да нет же, что вы! Я даже вся смеюсь… КУКУЕВ. Ах-ах, ошибка. (Положив букет на плиту.) Никогда не сделаю такой глупости, чтоб жениться, Это долго об яснять, но факт остается фактом. ОСТАЕВА. Назовись, как я тебя учила. КУКУЕВ. Дядя жениха, Фома Кукуев. АГРАФЕНА (с облегчением). Должность какую-нибудь занимаете? КУКУЕВ. Эксперт я являюсь по рояОСТАЕВА. Настройщик, по-нашему. Во времена старого режима фирма Блютнер, не слыхали? АГРАФЕНА (с тревогой). Ой, не русская, слыхать? В чисты-то комнаты проходите, уж будьте гости до конца! ОСТАЕВА. А мы лучше тут, на сквознячке посохнем. Тут у вас прекрасно. люблю, когда чисто. Чтоб всякую итолку на полу видать. Сядь, Фома! АГРАФЕНА. Пирогами тут у нас воняет. КУКУЕВ. Приятным приятного не испортишь, (Они сели, разговор не клеится). АГРАФЕНА. А мы тут радио заслушались. Очень приятно передают. КУКУЕВ. Музыка молодит человека. Особливо в жару. ОСТАЕВА. Фома, думай больше, говори меньше. Знаете, мы со станщии пешком прошлись… КУКУЕВ. Один час восемнадцать минут. Тютелька в тютельку. ОСТАЕВА. Ну, какой ты, Фома!… Цветы, знаете, такие яркие на жаре. Можно ослепнуть, если долго на них глядеть. Всю дорогу пришлось обмахиваться еловой веточкой. АГРАФЕНА. А наши-то машину хотели за вами спосылать. ОСТАЕВА. Нет! Я и в прежние времена не любила в машине ездить. Меня от мотора мутит. (Молчание. Кукуев поймал бабочку на стене.) АГРАФЕНА (Суховато Остаевой). Тоже занятие какое-нибудь в жизни имели? ОСТАЕВА. У нас заведение было. АГРАФЕНА (как бы мельком). Ой хлопотно, поди, с народишком-то? ОСТАЕВА. Мы очень зажиточно жили. Ни в чем себе не отказывали, Фома, не раздирай мотылька, ему больно!… Захочется фруктовой воды - сейчас же покупаем фруктовой воды. Окончание см, стр. 4,
(Две настиных подруги и сердитый молодой человек с фотоаппаратом). 2-я ПОДРУГА. Настя, где у вас теннисные ракетки спрятаны? 1-я ПОДРУГА. Ой, вкусно пахнет как! Что у вас тут? АГРАФЕНА (держа пирожки на блюде). Налетайте, кушайте, ребятки, Пожалуйте и вы, молодой товарищ! МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (мрачно). Извиняюсь, я не ем ватрушек. 1-я ПОДРУГА. Вот дурной, вкусно же! Горячие какие… Настя, это ты, ты ему свадьбой своей сердце пронзила. Заметьбледность кожного покрова и ногти до локтя обкусаны. (Молодой человек вырывает у ней свою руку). 5 МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК, Если можно… дайте теперь и мне ватрушечку. АГРАФЕНА (протягивая ему все блюдо). Утешь свое горе, милый! (Молодой человек выбирает покрупнее. Нечаянно поднял глаза на Лаврентия.) МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. А вы чего улыбаетесь, старичок? ЛАВРЕНТИЙ. 0 младости о вашей веселюсь. МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (сердито). Довольно странная улыбка при подобном возрасте. (Он ушел, подкидывая на руке ватрушку). 5 АГРАФЕНА. И верно, чего ты больно ликуешь-то? Опять подозрительный ты мне стал, Лаврентий. Да чем, чем, старушка ты этакая? АГРАФЕНА. Ведь ты мше про себя не сказывал. ЛАВРЕНТИЙ. Что сказывать-то? Ты и так все про меня знаешь.
УКРАИНСКИЕ ПИСАТЕЛИ К ЮБИЛЕЮ Т. ШЕВЧЕНКО КИЕВ. (Наш корр.). 125-летие со дня рождения - великого поэта-борца Т. Г.
Шевченко советские украинские писатели встречают новыми произведениями, посвященными его памяти. Депутат Верховного Совета УССР, поэтакадемик Павло Тычина работает над драматической поэмой о дружбе Шевченко и Чернышевского. Владимир Сосюра пишет цикл лирических стихов о Шевченко. Ицик Фефер закончил «Балладу о торящем доме», которая в настоящее время переводится с еврейского на русский украинский языки. В балладе рассказывается об интересном эпизоде из жизни великого пюэта-демократа: Тарас Григорьевич, проезжая через село, остановился у торящего дома. Горела хата еврея-бедняка. Кулаки запрещали тушить пожар. Тарас Гриторьевич первым взял ведро с водой, и пожар был вскоре ликвидирован. Семен Скляренко, Аркадий Любченко, Василь Кучер уже выступали в печати с рассказами, посвященными Т. Г. Шевченко. Молодой писатель М. Хазан (Чернигов) сдал в издательство книгу рассказов о великом украинском поэте.