Яновский И., Абдуллаев С., Адалис А. Е., Вургун С., Галкин С. З., Глебка П. Ф., Финк В. Г., Герасимова  Лебедевым-Кумачом, Сельвинским, Анто­кольским, Погодиным и другими мастера­ми русского художественного слова стоят такие писатели и поэты братских респуб­лик, как Павло Тычина, М. Бажан, Джам­бул, Янка Купала, Самед Вургун, Перец Демирчян, Г. Лордкипанидзе, Квитко, Якуб Дружба писателей братских республик Советского Союза не отвлеченная идея, не прекрасная мечта, -- это действительность. Писатели и поэты Советского Союза пере­водят классиков и лучшие художествен­пые произведения современных авторов на языки всех братских народов. Достижения писателей одного народа становятся дости­жениями литературы всех советских рес­публик. Советские писатели связаны меж­ду собой и личной дружбой. Кого из со­ветских писателей не знает Павло Тычи­на? Кто из нас, побывавших в Минске, не посетил Янку Купала, не сидел за его го­степриимным столом, не перелистывал его чудесные альбомы и не слышал, как он с глубоким волнением читает свои стихи, отражающие бывшую кривлу и нышешнюю правду белорусского народа? Кто из совет­ских писателей, приезжавших в закавказ­ские республики, не был с братской лю­бовью и вниманием встречен писателями этих республик? Инициаторами и вдохновителями этой сталинской дружбы писателей республик являются русские советские пи­сатели, сыны веливого русского народа. На русский язык переводится все лучшее, что появляется не только в Советском Союзе, но и во всей мировой литературе. Шо-Дружба между писателями советских республик - это одно из замечательных проявлений сталинского единства народов.

К., Шкловский В. Б., Е. А., Вишневский В. В.,

Писатели, С. И., Чуковский К. И., Шагинян М. С., Шенгелая Д. Аббасов А., Алымов С. Я., Арази М. М., Бровка П. Ю.; (внизу): Барто А. Л., Билль-Белоцерковский В. Н., Бикбаев Б., Благинина  Конст. ПАУСТОВСКИЙ НАРОДНОЕ ПРИЗНАНИЕ ВЕЛИЧАЙШАЯ РАДОСТЬ «Красная стрела» подходила к Тении­раду. Легкие снежные леса дремали под северным небом. Утро было безмольное, мягкое - обычное февральское утро. по на ленинградском вокзале взволнованные люди встречали поезд и шумно, все сразу, заговорили о том, что это зимнее утро начало одного из самых прекрасных празд­ничных дней советской литературы. Стра­на наградила своих писателей и поэтов самой высокой наградой и всенародным признанием их заслуг. В газетах был опубликован список имен. Шофер останавливал машину у всех га­зетных киосков, выискивал и требовал га­зету - ее не было, Шофер был в отчая­нии, он думал, что ему, первому челове­ку, сообщившему нам, москвичам, о на­праждении, никто не верит. Он круто по­ворачивал машину к стенам домов, где бе­лели расклеенные листы газет, взглядывал и говорил, сокрушаясь: «Опять вчераш­няя!». Наконец он нашел тазету, около нее стояла толпа. Шофер растолкал всех и с торжеством показал список. Ничто так не нужно писателю, как признание его работы. Для писателя - это все. Много лет он работает, но его никогда не покидает тревожное сознание того, что все написанное им еще «не то», что все это - только начало труда, еще первые главы книти о жизни. вот оказывается, что в этом «начале», в этой работе, всегда кажущейся нам подтотови­тельной, заложены подлинные ценности, признанные народом, партией, правитель­ством. Очевидно, незаметно для нас самих в этих налисанных книтах выкристалти­зовалась та жизненная правда, без кото­рой не существует настоящей литературы. Народное признание - величайшая ра­дость, какую может испытывать писатель. И главное в этой радости - сознание на­шего приближения к благороднейшей це­ли - к созданию новой, великой и мощ­ной советской литературы. Она создается и будет создана - эта блистательная литература, один из крае­угольных камней великолепного мира сво­боды, справедливости и культуры. Трудно говорить о своих мыслях по это­му поводу. Они отрывисты. Они многооб­разны и радостны, их невозможно собрать в один поток, как невозможно собрать все брызги, все капли дождя, создающие ра­дугу. Я лично был рад, что весть о награж­дении пришла ко мне в Ленинтрад, в го­род Ленина, где все - величавая Нева, и строгость зданий, светлый шпиль адми­ралтейства и скромная квартира Пушкина - все окружающее сжимает сердце глу­боким волнением - предвестником новых работ, новых трудов для своего народа, для расцвета своей страны, для всенарод­ного счастья. Ленинград. (По телеграфу).

сев В. М., Гайдар А. П., Грифцов Б. А., Гаприндашвили В. И.  И ОБЩЕСТВО довательно, в этом выражении народного одобрения, я хочу видеть не только на­граду. В этом я вижу прежде всего ут­верждение, что в общей линии борьбы мне поручен определенный участок, за кото­рый я отвечаю перед народом, утвержде­ние того, что я не художник-партизан, ғыражающий свои чувства, а художник­организатор, уполномоченный народом вы­ражать стремления и перспективные про­фили нашей жизни, Орден, полученнй мною, прежде всего подчеркивает идею моей ответственности, и поэтому прежде всего я должен знать, в чем я отвечаю. Я отвечаю за то, чтобы в моей работе было прямое, политическое, боевое влия­ние, тем более сильное, чем больше мое художественное дарование. отвечаю за то, что в своей работе я буду честен и правдив, чтобы в моем художественном слове не было искаже­ния перспектив и обмана. Там, где я ви­жу победу, я должен первым поднять зна­мя торжества, чтобы обрадовать бойцов и успокоить малодушных и отставших. Там, где я вижу прорыв, я должен пер­вым ударить тревогу, чтобы мужество мое­го народа успело как можно раньше про­рыв ликвидировать. Там, где я вижу вра­га, я должен первым нарисовать его ра­зоблачающий портрет, чтобы врат был как можно раньше уничтожен, Советская литература - это орган ху­дожественного народного зрения, умеющий видеть дальше и проникать глубже, в са­мую сущность событий, отношений и по­ступков, Советская литература должна об­ладать эстетикой нового общества. Работа писателя поэтому вовсе не мир­ная работа, и место его деятельности - весь фронт социалистического наступле­ния. Литературный боевой участок, поручен­ный нам советским народом, еще не впюл­не оборудован боевой техникой, Надо пря­мо сказать - о многом мы еще не ус­пели подумать. Вопросы тематики, стиля, тона, вопросы классификации литературы, вопросы нового вкуса требуют большой и новой разработки. Ни в чем мы сейчас так не нуждаемся, как в организации на­шего планового хозяйства, ибо основным коррективом нашего плана должен быть прекрасный, политически насыщенный, страстный и требовательный вкус, свобод­ный от старомодных канопов успокоенной эстетики. Натраждение советоких писателей - одно из ярких выражений того глубокого внимания, которое уделяет социалистиче­ское государство мастерам культуры. Оно является символом единства народа, его правительства и партии, его писателей. До нашей революции история знает толь­ко факты преследований и травли лучших художников, лучших мастеров мировой культуры феодальными и буржуазными правительствами. Лучшие писалели всех буржуазных стран находились и находятся в оппюзи­ции по отношению к правящим классам. буржуазные правительства ненавидели и преследовали писателей. Только в на­шем социалистическом обществе писателей любят и единодушно охраняют и народ и правительство. Враги социализма, атенты международ­ного фашизма есть злейшие враги и совет­ских писателей, Троцкистско-бухаринские бандиты умертвили великого писателя-ре­волюционера, гордость народов Советского Союза - Максима Горького, С нами нет Горького в эти торжественные дни. Какой необ ятной радостью наполнилось бы серд­це мудрого друга писателей сейчас, когда нашей литературе оказан такой великий почет партией и правительством. Наше правительство наградило орденами писателей всех народов Советского Союза, Это - одно из величайших проявлений дружбы народов. Только в условиях совет­ской власти, только с проведением в жизнь сталинской национальной политики ранее угнетенные народы начали культурно про­цветать, развивать свою литературу и вы­двигать все новые и новые таланты в об­ласти художественного слова. Рядом с лоховым, Толстым, Фадеевым, Павленко, Катаевым, Шагинян, Фединым, Маршаком,

Л. НИКУЛИН ДНИ РАДОСтИ Три поколения советской литературы от­мечены и награждены нашим правитель­ством. Старшее из них - зрелые худож­ники -- начало работать в дореволюцион­ные годы, Следующее поколение начинало свою литературную работу в годы граж­данской войны, в годы голода, блокады и героических побед социалистической рево­люции. Наконец третьему поколению суж­дено счастье жить и работать в годы пре­творения в жизнь сталинских пятилетних птанов, в годы прекрасных побед и дости­жений мирного строительства нашей стра­ны,

A. МАКАРЕНКО

Н. ЗАРЬЯН ЕДИНСТВО НАРОДА

ЛИТЕРАТУРА Не правда ли, какое мирное затлавие? Не так уже и давно под ним ясно про­щупывался знаменитый подтекст: «Писа­тель пописывает, а читатель почитывает». На самом деле было не совсем так, Рус­ская литература всегда была активным участником общественной борьбы, а чита­тель не только почитывал, но и учился и умел глубоко чувствовать. И все же какое глубокое различие ле­жит между старым и новым. Мы не толь­во новее, мы и принципиально отличнее. Советское общество - это общество на великом походе. Мы живем в то замеча­тельное время, когда человечество закон­чило какой-то тысячелетний период пред­варительной жизни и впервые в истории подняло знамя человеческой организации. Мы вооружены стратегией марксизма и ленинизма, мы ведем бой за повое сча­стье, за новый разум, новую жизнь. первые годы революции могло ка­заться, что линия борьбы очень проста: есть четыре стороны света, и на эти че­тыре стороны обращен был наш фронт четыре фронта: север, восток, юг, запад. Так оптимистически мы представляли себе события тогда, когда победа была, очень далеко, А сейчас, когда наше могущество определилось так убедительно, когда в на­шем языке почти исчезло слово «пораже­ние», именно сейчас мы хорошо знаем, что фронтов у нас бесчисленное множе­ство. Нет никакой статики в нашей жиз­ни. Каждую минуту мы живем в среде сильнейшего, целеустремленного, боевого движения. И если в некоторых областях наша победа звенит уже по всему свету, вызывая ужас и предсмертные судороги у наших врагов, то в других областях пюбе­да еще прячется в процессе борьбы, а в третьих и вовсе еще нет победы, а бой идет на последних напряжениях перед кон­пом, перед победой. Советская литература должна не только отражать то, что происходит. В каждом ее слове должна заключаться проекция зав­трашнего дня, призыв к нему, доказатель­ство его рождения. На боевом пути совет­ского общества литература вовсе не игра­ет роли фронтового информатора, она - разведчик будущего. Она должна обладать могушественным напряжением, чтобы в динамике нашей жизни предчувствовать формы напряжений и победы. На-днях я награжден орденом, и вме­сте со мной награждены многие писатели. В этом акте партии и правительства, сле­



Таким образом, биография каждого из нас есть отражение истории нашей стра­ны, истории советских народов в жизни одното человека. Мы росли, боролись, работали вместе с нашей страной, мы жили ее радостями и скорбели вместе с ней в дни жестоких ут­рат, мы негодовали, ненавидели и ненави­дим врагов нашей страны и нашего на­рода. То, что казалось давно утвердившимся в сознании культурного человека - ра­венство рас,человечность, право мысля­щего существа на человеческое существо­вание,-все это растоптано, утоплено в крови и трязи извергами и варварами в коричневых и черных рубашках. братскихСовершается подлое, бесчеловечное ис­требление мужественного и благородного народа Испании. Трусливые и ничтожные торгаши, политические шулеры и мерзав­цы спокойно смотрят, как убивают испан­ских детей, стариков и женщин, С каким отвращением будут перечитывать потомки позорные страницы истории капиталисти­ческого Запада. И с какой любовью и гор­достью потомки будут называть имена чи­стых и честных людей, бесстрашно клей­мивших садистов и варваров, торгашей и политических шулеров.

Все силы-партии МИКОЛА Только недавно мы с увлечением и гор­достью читали те государственные цифры, которые в тезисах будущего доклада товарища Молотова ярко, всему миру, провозгласили про наш рост, нашу силу, наш расцвет. В простых лаконических строчках тезисов говорится о достижениях советской культуры, искусства, литерату­ры. И как бы в подтверждение этих вели­ких достижений опубликованный Указ 

БАЖАН

Ленина-Сталина Верховного Совета Союза ССР приводит целый ряд советских писателей, награжден­ных орденами нашей социалистической ро­дины. Это высокая честь - носить на сердце своем профиль великого Ленина, изображенный на ордене. Все наши твор­ческие силы, все наше вдохновение, все наши чувства отдадим для того, чтобы словом своим достойно и могуче служить величайшему делу Ленина - Сталина.

Как светлый и радостный маяк воз­наша страна над миром тьмы, злобы.Радость и гордостьпереполняют сердца при мысли о том, что мы - дети необ ятной, могучей страны социализма, что мы мыс­лим и работаем в единственной в мире стране, где нет хозлина-капиталиста, где нет расовых предрассудков, где писатели и поэты всех национальностей - товари­щи, братья, друзья, Вся сила нашей мысли, все, что дапо нам природой, вместе с нашей жизнью принадлежит нашей родине и народу. Теперь, в дни нашей радости, когда под­водятся великие итоги работы советской литературы, следует вспомнить и тех, ко­торых уже нет с нами, тех, кто умер, как следует умереть писателю и борцу. Мы обнажаем головы перед ушедшими нашими товарищами - Алексеем Макси­мовичем Горьким, Малковским, Фурмано­вым, Багрицким, Ильфом, Малышкиным, Огневым и многими другими, которые не дожили до дня нашей радости. Мы обна­жаем голову перед Пантеоном советской литературы… Минута молчания, минута скорби. И - дальше в путь, вперед за парод, за роди­ну, за коммунизм!

ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ДЕНЬ  му миру, перемежались с именами мото­дых писателей. Драматурги и поэты, Про­заики и переводчики. Джамбул. Юрий Крымов. Шолохов, Замечательный перевод­чик Михаил Лозинский. Молодой, очень та­лантливый поэт Михалков. И наше стар­шее поколение, те писатели, которые в го­ды интервенции и блокалы, голода и раз­рухи видели великое будущее великой страны. Те, которые бились на фронтах и накопляли опыт, наблюдения, еще не зная, что будут писателями. Те, которые писали в холодных, нетопленных комна­тах, питались мокрым пайковым хлебом и писали книги, стихи, пьесы. Те, которые создавали советскую литературу, воспиты­вали и растили последующие поколения молодых советских писателей…  Однажды в Горках мне довелось про­вести более часа один-на-один с Алексеем Максимовичем Горыким. Хмурясь пощи­пывая усы, он поглядывал на меня свои­ми необыкновенно зоркими, умными, яс­ными глазами и глуховато говорил: -Ответственность у нас очень боль­шая. Да. Все читают. Книги-то нарасхват. тиражи какие умопомрачительные­Сколько этой книжки издано? Я назвал тираж моей книги. - от видите, - сказал Горький, - а у вас написаноодел пальто.Нельзя! Нельзя одеть пальто. Пальто можно на­деть! Я подавленно молчал. А он ходил по комнате и говорил, весело хмурясь и пос­менваясь: - Каждый из нас пишет не для со­тен и даже не для тысяч, а для сотен ты­сяч, Понимаете? Для сотен тысяч! Это ве­ликое счастье и это-… Ну, как бы вам об яснить-… Это страшновато… Мне было действительно страшновато. И оттого, что Алексей Максимович Горький обединял себя, великого писателя, со мной, едва начинающим литератором, и главное, оттого, что в этот час я как-то вдруг раз навсегда понял чувство ответ­ственности перед читателем.  Передо мной сырой бумажный лист, первый оттиск газетной полосы с углами и ижицами корректорских значков. «Указ Президиума Верховного Совета СССР…» Я вспоминаю слова Горького: - Ответственность у нас очень боль­шая, Да. Все читают… Нас наградили. В это утро у каждого натражденното пи­сателя собираются друзья-литераторы. Ра­дость была всеобщей, повсеместной. Сиде­ли, пили чай, разговаривали. Встречались, поздравляли друг друга Никто в эту ночь толком не выспался, никто в этот день не занимался своими обычными делами. Мо­сковский писатель, тот, которому звонили ночью из Москвы, сказал мне: - Теперь надо поскорее куда-нибуць уехать. Работать надо. А то нехорошо, хо­дим-Ходим… А сам, бледный, потирает лицо ладоня­ми и минуту не может высидеть спокой­H0. Спрашиваю: - Вы могли бы сейчас писать? Помолчал. Потом засмеялся и спросил: А вы?  В союз писателей начали носить те­леграммы. Всем нам вместе и порознь Спрашиваю у рассыльного телеграфа: Устали носить? Что вы! Разве я не понимаю. Помолчав, добавляет: -Товарищ Зощенко здесь? Нет, он в Сочи. А что? Да так. Хотел лично поздравить. От наших работников связи,

зидиума Верховного Совета СССР. Рядом с почетным списком писателей-орденонос­цев-сообщения с заводов и Фабрик. Рабо­чие и интеллитенция обсуждали тезисы доклада товарища В. М. Молотова на XVIII с езде ВКП(б) третьем пятилетнем плане развития народного хозяйства СССР. Вот на столе прочитанная и перечитанная газета. Но сегодня мы еще раз читаем ее, и вновь переживаем прекрасное чувство гордости советского гражданина за свою страну. Как величественен путь, пройденный моей родиной во второй пятилетке! Как грандиоз программа работ, которые пред­стоит выполнить в третьей сталинской пя­тилетке народам СССР! «Социалистическое общество в СССР состоит теперь из двух дружественныхУтром, друг другу классов - из рабочих и крестьян, грани между которыми, а так­же между этими классами и интеллиген­пией, стираются, постепенно исчезают. Трудящиеся СССР в подавляющей массе являются активными и сознательными строителями бесклассового социалистиче­ского общества, коммунизма. Победа, со­циализма в ОССР обеспечила невиданное раньше нигде внутреннее моральное и по­литическое единство народа, морально-по­литическое единство трудящихся под зна­мелем и руководством коммунистической партии и Советской власти, способное не только покончить с остатками враждебных классов, с их чуждыми влияниями и дать отпор всяким враждебным покушениям извне, но и являющееся лучшей гаран­тией дальнейшего роста и расцвета на­шей родины, гарантией победы коммуниз­ма в нашей стране». Наступает ночь. Все разошлись.

В два часа ночи одпому писателю по­звонила из Москвы в Ленинград жена. Прерывающимся от волнения голосом она сказала: - Тебя наградили высшей наградой, орденом Ленина. И твоих товарищей… С бьющимся сердцем московский писа­тель положил телефонную трубку и вы­шел из гостиницы на площадь Воровского. Ночь была сыровато-тепла, крупными хлопьями падал снег, город затихал, гото­вился ко ону. Московский писатель мед­шагал по набережной Невы. Труд­но, почти невозможно сказать, о чем он думал в этот час, в час, который не за­будется никогда в его жизни, вероятно, вспоминал детство, юность; вероятно, пе­реоценивал все дотоле написанное, думал о том, что нашишет еще… Он долго стоял над Невой, опершись о гранитный парапет, стоял до тех пор, по­ка не вспомнил о том, что немедленно, сию секунду надо позвонить по телефону, надо сказать, сообщить всем, чтобы все знали и попяли… Почти бегом он вернулся в гостиницу и позвонил своему товарищу, молодому ли­тератору, Он сказал: Нас наградило правительство­Ты слыпишь? Много писателей награждены орденами Советского Союза. Представьте себе Лепинград зимней ночью и двух людей в страшном волне­нии, Представьте себе московского писате­ля, который говорит: - Приезжай ко мне. Сейчас же. Сию же минуту, Я не могу больше. Надо соб­раться, надо что-то делать, надо сказать, ведь никто еще не знает. Надо позвонить Тихонову, Тынянову, Лавреневу… Ведь нас же наградили. У меня нет телефона. В пять часов ут­ра с другого конша города пришел ко мне пешком один из моих друзей. Он разбу­дил меня и сказал: -Вставай. Нас наградили. -Кого нас? - Тебя. И еще других. Вставай. Надо что-то делать. Имени моего друга, еше молодого писа­теля, недавно пришедшего в литературу, не было в списк не было в списке награжденных. Но он сказал: нас наградили! Это верно, награ­литераторов. Награди­ли советскую литературу! Ранним утром в редакции газеты мы читали список награжденных. Имена луч­ших советских писателей, известных все-

ЮРИИ ГЕРМАН 

C. МАРШАК В БОЕВОМ ОТРЯДЕ СОВЕТСКОЙ ЛН РPленно Мы, советские писатели, получаем от правительства высокую награду в те дни, когда вся страна наша готовится к боево­му смотру партии большевиков, к с езду. Оглядывая пройденный за две пятилетки путь, Советский Союз собирает силы для третьей, которая еще больше приблизит нас к коммунизму. В эти дни и мы, литераторы Страны Советов, подводим итоги своей работы для того, чтобы завтра писать больше и лучше. Ореди людей, отмеченных высокой на­градой, мы видим имена нескольких дет­ских писателей. Этим награждением пар­тия и правительство отметили высокое значение детской литературы в нашей стране. Создание книги, которую читают мил­лионы ребят, - умных, талантливых, ве­селых ребят нашей страны, - стало у нас делом государственной важности. К работе над детской книгой призваны люди искусства, художники, одушевленные большими воспитательными идеями и за­дачами. Алексей Максимович Горький часто го­ворил нам о той почетной ответственности, которую несут люди, посвящающие свое творчество детям, Отныне это чувство ответственности дол­жно стать у нас еще сильнее и глубже. Мы счастливы видеть в списке награж­денных имена наших молодых поэтов и прозаиков. Ведь многих из них не так уж давно мы видели среди ребят в красных галстуках. Мы встречали их в школах, пионерских отрядах, лагерях. Сейчас - это наши товарищи, наши соратники, занявшие почетное место в бое вом отряде советской литературы.

Л. КАССИЛь СТРАНА ВЕРИТ вместе с газетами, где был на­нечатан Указ Президиума Верховного вета о награждении писателей, письмоно­сец принес обычную почту. Как всегда, были в этой почте конверты, на которых буквы никак не могли взяться за руки, прыгали со строки на строку и разбега­лись во все утлы, Это были очередные письма маленьких читателей, В конвер­тах заключались ребячьи просьбы и от­зыны. Одни давали советы писателям, дру­гие просили делового совета у писателя. взглянул на газету с указом пра­вительства, вселившим в нас гордость и огромную, пезатухающую радость. Потом посмотрел на ребячьи письма. Я подумал, что решение правительства о награжде­нии писателей, подписанное Председателем Президиума Верховного Совета товарищем Калининым, и доверительные письма с подписями далеких воронежоких и чкалов­ских школьников, - это явления разные по своему масштабу, но единые в своей сущности, явления одного и того же со­циалистического порядка. Советский читатель верит своему ш­сателю, Народ видит в своих писателях верных друзей - сердцеведов, знатовов жизни, выразителей народных дум, инке­неров душ, т. е. тот высокий идеал п сателя, к которому стремится каждый Орден Союза на груди писателя - это знак огромного доверия народа, страны, правительства. А когда тебе так верит страна, то сам ты начинаешь крепче верить в свои силы.

Что-то делает наш московский писа­тель? Опять, наверно, ходит над Невой? Что делает Саянов в далекой Одессе? Уже получил нашу телеграмму? Что де­лает в Сочи Зощенко? Знает уже? Пере­жил эти первые минуты?

Принесли газету. На первой полосе напечатаны тезисы доклада товарища А. Жданова на XVIII с езде ВКП(б). Газета одна, а нас восемь человек. Несколько минут воюем, потом мы, восемь литераторов, проводим гром­кую читку: ничего не поделаешь! Некото­рые места перечитывали по нескольку раз. «…Советская интеллитенция служит не капитализму, как старая интеллигенция, а социализму и является равноправным чле­ном социалистического общества». Так мы прочитываем первую страницу. На второй странице напечатан указ Пре-

опять беру газету, опять прочиты­Указ, от которого все еще бьется сердце. Над полосой газетная шапка: «Славны­ми делами встретим XVIII с езд больше­вистской партии».

Очень много дела впереди. Очень много… Ленинград, (По телефону)

4 Литературная газета № 7