ОБЩЕМОСКОВСКОЕ Окончание  тираж огромен - миллионы, а 400 тысяч, читают 

СОБРАНИЕ ПИСАТЕЛЕЙ Например, пионерка Валя Птушко задер­жала шпиона. Факт интересный и конкрет­ный. По этому поводу ТАСС рассылает во все областные газеты рассказ под назва­нием «Поединок». Вот некоторые места из этото рассказа: «Валя не выдержала костистого удава в образе чужой вражеской женщины». «Только лько бы не умереть сейчас, - по­думала Валя и встряхнулась». «Девочка еще сильнее сжимала свои руки, обхватив ими ноги противницы». Серьезная, актуальная тема о шпионаже изложена развязно, безвкусно, безграмотно. По правде говоря, мы очень мало забо­тимся о пионерских и детских газетах. А вся литература для детей, все, что чи­тают дети в газете, книге, журнале, - все это должно быть качественно высо­ким. Страна дает детям все самое лучшее. В третьей пятилетке будет расти сеть дет­ских библиотек, будут созданы новые пио­нерские дворцы, будут построены новые замечательные школы. Писатели должны дать детям лучшую литературу. (Аплодис­менты). главлена: «Интеллитенция Красной мии». Какая другая страна, будь то Англия, будь это Франция, может сказать об ин­теллитенции во французской армии, об интеллигенции в английской армии? Это возможно только у нас. Для нас, литераторов, с езд партии - это прожектор, светящий очень далеко впе­ред и дающий нам представление о глав­ном, Флобер говорил о том, что детали иногда бросаются на писателя и держат его в плену. Вот эти детали поистине как­то сковывают нас иногда. И только после такого огромното исторического события мы видим очень глубоко и очень вперед, и видим в целом то, к чему идет наша страна Пять шестых мира показаны нам в све­те доклада товарища Сталина, Мы увиде­ли капиталистический мир таким, каков он в действительности, И это было нам чрезвычайно важно и полезно, потому что, когда наши товарищи начинают писать о Западной Европе, они пишут очень схема­тично, они пишут очень неглубоко Тут нужно сказать, что темы, которые стоят перед советскими писателями и пе­ред писателями всего мира, перед писа­телями-антифалпистами, поистине громад­Через какие-нибудь 40-50 лет, а, мо­жет быть, и раныше люди будут писать о трагедии Аликанте, где тысячи испанских республиканцев ждут смерти, в то время, как вся Европа глядит на них и никто из так называемых демократических стран не посылает кораблей для тото, чтобы спасти революционеров. Эта история будет написана буквально огненными буквами в будущих произведе­ниях писателей, и она выжжет клеймо на лбу тех стран, которые наивные люди на­зывали когда-то «прекрасная Франция» или «Гордый Альбион». Когда мы говорим о Генрихе Манне, о Кареле Чапеке, об Эрнсте Хемингузе, а мы товорим о книгах, которые имелот от-

Ар­ромную глубину, значимость и силу. Там люди пишут сердцем и кровью и с такой глубиной и силой, которой можно позави­довать. Доверие читателя советскому пикателю, доверие к теме иногда позволяет нашим литераторам писать небрежно и схематич­но. Нужно быть достойным эпохи третьей пятилетки, нужно чувствовать ответствен­ность перед будущим поколением и не за­знаваться. далекоФлобер, призывая писателей отражать современность, говорил: «Только такой ценой можно добыть себе жизненность, а, следовательно, и длительное существова­ние». Он призывал писателей смотреть в новое. Затем нужно, конечно, писать о совре­менности. У нас очень много пишут об истории, и это правильно. Но чересчур увлекаются историческими темами. На это Анатоль Франс ответил Горько­му: «Сны гениев - истина. Пророчества великих сердец сбываются с величествен­ной и буквальной точностью». Товарищ Сталин говорил на с езде, что «…у одной части старых кадров бывает иногда склонность упорно смотреть в про­-шлое, застрять на прошлом, застрять на старом и не замечать нового в жизни. Эго называется потерей чувства нового. Это очень серьезный и опасный недостаток». «…Чувство нового, - говорит Сталин - драгоценное качество каждого больше­вистского работника…» А писатель - разве не большевистский работник? Писатель должен видеть новое, понимать настоящее и смотреть в буду­щеeПример этому - Горький, который в 1906 г. писал Анатолю Франсу: «Я ве­рю, этот народ может внести в духовную жизнь страны нечто своеобразное и глу­бокое, нечто важное для всех». Мы верим, что сбудется пророчество ве­ликих сердец, освещающих великое буду­щее нашей страны и грядущую победу коммунизма на всей нашей планете. (Апло­дисменты),

создана. Я думаю, сегодня уместно сказать  и о том, что еще много печатается у нас многословных, плохих стихов и рассказов, которые не достойны той большой темы, которую излагают. Часто малоспособный, а иногда и даро­витый поэт пытается отсутствие взволно­ванности подменить рифмованной цитатой из газетной передовицы. Актуальная, боль­шая тема требует к себе уважения. Это должны помнить не только писатели, но и редакторы журналов, которые часто дают дорогу псевдоактуальным стихам. Можно сказать про детскую литературу, что это литература на рост. Часто стихи, прочитанные в детстве, остаются в памяти навсегда. Значит, мы должны очень сле­дить за тем, чтобы вкус ребенка не был испорчен. Посмотрите комплекты детских газет - областных пионерских газет. В эти газеты ТАСрассылает из центра специальные рассказы для детей. Очевидно, ошибочно считая, что детям будет неинтересно про­честь сжатое сообщение о конкретном фак­те, авторы из ТАСС по поводу любого события сочиняют слащавые рассказы.

хороших авторов нет. Видные писатели избегают журналов, вроде «Ра­ботницы». Мне кажется, что в этом отношении все мы немного дали маху. Надо не сторонить­ся периодики, а бороться за любую воз­можность нести слово в массы и никогда ни в чем не делать для себя вредных скидок. Я разделяю сам общую нашу не­приязнь к ведомственно-борократическим изданиям, к серятине, всякому ремеслен­ничеству. Почему Маяковский считал долгом пе­чататься всюду, а наша молодежь предпо­читает лишь толстые журналы? «Спутник атитатора» имеет тираж 700 тысяч. Оппи­баются те, которые думают, что печатать Там нужно только статьи. Отрывок из ро­мана, просто интересная мысль, высказан­ная писателем, - разве не хотелось бы увидеть это налечатанным в «Спутнике агитатора» рядом со статьей пропатандис­та? Требуя бумаги, мы должны использовать все возможности связи с читательской мас­сой. У нас есть все для того, чтобы рабо­тать хорошо: могучий аппарат издательств, кино, театры, способные выполнить са­мый дерзкий, самый смелый замысел авто­ра. Есть миллионы друзей-читателей, есть партия, направляющая нас крепкой и за­ботливой рукой. Есть у нас такой критик и друг, как Иосиф Виссарионович Сталин! Пусть, когда дело идет о жизни, - - искусство, это есть жизнь, не будет скидок ни на молодость, ни на старость, ни на заслуги и ордена, пусть не будет скидок никому и никогда. (Аплодисменты).

ный магазин беднее, и народ от­правляет посылки с книтами с Камчатки. Несколько лет назад мне пришлось по­йывать в Копенгагене, Бергене, в городах тревней высокой культуры, с великолен­книжными магазинами, Полки ло­уятся от книг, а продавщицы томятся в каании покупателей. На книжных пол­кстоят книги Гамсуна, рядом с ними в рануданно ярких обложках книги Гитле­ра. Тираж - 4000. И, несмотря на такой крохотный тираж, эти книти дожидаются то покупателя второй год. Неудиви­ино что никто не покупает книти Гит­они мало кого интересуют, но народ на покупает и настоящих, не звериных Бмаги у нас нехватает. И тут, на соб­писателей, нам надо опросить са­сабя: а все ли мы сделали для того, побн юнести свое слово читателю? Все л использованы возможности? Нет. У нас штапоралась плохая традиция ограничи­ттыя только толстыми, только литера­турными журналами. Принято роман, по­весть, хороший рассказ давать в «Новый », «Знамя», «Красную новь», а. что поплоше - в «Огонек», в «30 дней», точно свет клином сошелся на литератур­ных журналах. вель существуют лесятки журналов с трссальными тиражами, давно и крепко связанных с читателями, журналов, стоя­ксожалению, на очень низком куль­турном уровне, Многие из нас получили вчера письма в журнала «Работница». Люди вопят:

РЕЧЬ тов. Л. ЛЕОНОВА чувство я испытал по прочтении отчетного доклада вождя. Вместе с моими товаришами, присутст­вовавшими на с езде, я смеялся, когда вождь говорил о козявке, к которой соби­рались присватать слона, и с гордостью радовался, когда в докладе раскрылась на­стоящая книга судеб, книга большевист­ских чисел, чисел роста нашего, славы нашей, возможностей и величия нашего. Только одно сравнение приходит мне на ум. Подобно великому социальному анато­Мы собрались сюда сегодня, чтобы по­говорить о чувствах и намерениях, кото­рые пробудил и в нас XVIII с езд партии. Страна наша на массовых собраниях уже сказала свое мнение о значении этого все­мирно-исторического явления, Принят к исполнению гигантский план третьей пя­тилетки, сказано мудрое слово о задачах социалистической интеллигенции - и она выполнит их!и, наконец, утвержден но­вый устав коммунистической партии, в котором, как и в друтих исторических до-

РЕЧЬ тов. В. КАТАЕВА Товарищи! Партийное дело - это наше кровное дело. Мы связаны с партией дав­нанакрепко и навсегда. Поэтому работа с езда партии была нашим кровным далом. Когда мы следили за ходом работ г зда, когда мы читали речи, когда мы внимательно следили за прениями и вме­несо всей партией принимали те или иные решения, мы решали вопросы своей судьбы, своей жизни. В своей писательской практике мы увидели очень много такого, что должно определять наше творчество на протяже­нимногих лет. Мне кажется, что можно примерно так сформулировать те выводы, которые мы должны сделать из решений партии для литературы, что должна литература воспринять и по какому на­правлению она должна итти. Прежде всего - это, конечно, воспита­не трудящихся в духе коммунизма. Мы ием от социализма к коммунизму. Мы должны привить читателю все идеи, нвобходимые для вступления на эту вы­сокую ступень. Мы должны всеми силами подерживать морально-политическое един­ство советского народа. Почему именно мы? Потому, что слово - это самый мо­гучий и самый ценный цемент, соединяю­души людей. В нашей громадной мно­гнациональной стране обмен книгами, обен мыслями является силой сцепления, котрая держит человека возле человека и всюнашу страну делает стальной и моно­Мыдолжны развивать и культивиро­вать наш советский патриотизм. нас понятие патриотизма разорвало чувство собственности и сделалось чрезвы­чайно широким. Что такое патриотизм? Это - любовь к своей стране. Что такое своястрана? Это - мои горы, мои де­ревья, мои реки, мои моря. Это есть моя история, история моего народа, это - моибратья и мои сестры, мои друзья, мои любимые. Понятие патриотизма в такой интерпре­тации, конечно, должно пронизывать нашу птературу, и привитие такого патриотиз­ка нашему читателю принесет огромную пльзу. Это сделает его более широким, счетым и заставит его защищать свою страну, свой труд и своих друзей. пужно не чураться сатиры. Товариш стлин в своих речах обязательно обра­шается к классическим примерам сатиры. bего руках гоголевская фраза приобрета­совершенно разительную силу. Мы дол­ан не чураться сатиры, должны созда­вать остро-сатирические, беспощадные ве­чтобы добиться высокой чести, когда Стылин с трибуны процитирует кого-ни­будь из наших сатириков. Ны должны научиться честно и крити­чеки относиться друт к другу. У нас веще относятся друг к другу с огля­недостаточно по-товарищески, за­замазывая неудачи товарища. сожалению, орденоносцам мы часто не го­воим неприятных вещей: они являются экстерриториальными, - а дру­пи можно сказать правду. должен указать с этой трибуны на печальных примера, из которых вид­, что наши товарищи написали неудач­ные вещи, а их покрывают и молчат. «Чортов мост» Алексея Толстого спедиементы) и «Джиоконда» Николая рина (аплодисменты). Я принадлежу лышим поклонникам A. Толстого. Я а его как прозаика замечательным писателем, таким мастером слова и тон­РЕЧЬ тов. Советские дети беззаветно любят свою рлину. Их сердца полны любви к Сталину. аедневно редакции детских журналов учают десятки писем от детей. Эти наивны, но всегда полны самой ричей и, тлавное, очень сознательной овик родине, к ее защитникам. Красной армии посвящают юные поэты свои самые дохновенные стихи. Восьмилетний Абрам Быховский из ннирада прислал в журнал «Мурзилка» е первое стихотворение. Оно называется систый красноармеец». Стихотворение нашеано очень крушными буквами на истке в 3 линеечки. Почти после каж­ого слова стоит точка. Стихи выглядят так: «Смелый. Красноармеец. Вот сижу я . На коне. У меня винтовка. На спи­оа дела рабочих. Первый в бой пом­Никаких я белых Бандитов не боюсь». Ат письмо шестилетнего мальчика. ая редакция, посылаю вам два ри­Первый мой рисунок показывает, амурай без оглядки бежит в сторону понию, Второй риунок тем же ким художником, какого нужно поискать не только у нас, но и по всему миру. Но когда Толстой пишет неудачную пьесу и критика вместо того, чтобы по-дружески, по-товарищески и по-настоящему сказать это, замалчивает, увиливает, … это нехо­рошо, это только снижает общий вкус. Толстого не убудет, если он написал сре­ди множества своих вещей одну несвой­ственную ему вещь. Но что скажет моло­дежь, которая учится на Толстом? Это нужно учитывать. То же самое всецело относится и к Погодину. Есть много общепризнанных величин и вещей, которые еще требуют внимательно­го критического разбора. Я думаю, что критика и писатели должны честно и прямо, не боясь поссориться, говорить людям правду, потому что поссориться за правду в нашей этране нельзя. (Аплодис­менты). Мы должны помогать Красной армии, мы должны помогать культурному росту бойца, потому что всем известно: чем культурнее боец, тем он лучше дерется. Наши книги попадают в громадном ко­личестве в Красную армию. Я никогда не встречал такой замечательной, стро­гой и вместе с тем доброжелательной ау­дитории, как красноармейцы. Недавно я приехал в одну воинскую часть и провел там беседу с красноармейцами. Это были не командиры и не курсанты, а обыкно­венные красноармейцы, но культурный уровень их чрезвычайно высок. Выходить к ним на трибуну нужно с полной на­грузкой. С такими людьми, как наши красноармейцы, нашу родину никому не победить. Чего хотят от нас красноармейцы? Во­первых, мы должны обобщить общеизвест­ный и любимый у нас тип Героя Совет­ского Союза. Обязательно должны быть повести о героизме, о Герое Советского Союза, о героических женщинах. У нас есть замечательные примеры: жизнь Вале­рия Чкалова, жизнь трех героинь Осипенко, Гризодубовой и Расковой. Есть примеры обыкновенных бойцов на заставе, совершивших героические подвиги. К со­жалению, эти темы часто попадают в пло­хие руки, делающие банальные и неин­тересные пограничные рассказики, кото­рые противно читать. Но такая тема в хо­роших руках может зазвучать, может стать монументальной.

кументах, принятых на с езде, отразились му он приподнимал самые живые ткани, все великие события последних лет. рассеченные скальпелем марксистско-

Все великое порой вблизи не так замет­но. Мы уже привыкли громадными шагами одолевать пространствотделяющее нас от коммунизма: за сравнительно неболь­шой срок была обнародована великая Сталинская Конституция, произошли вы­боры Верховного Совета СССР, вышел в ленинского знания, и мне самому стано­вилось ясно все в мире; и прежде всего откуда же происходит эта математическая точность большевистской победы! Я стал умнее и зорче, как будто я сам овладел тонкой и сложной наукой дения. Я с волнением произношу имя Сталина, в котором об единено все лучшее, все са­мое честное, все мысли и чувства великих стариков о правде народной. После слова­Ленин - не было еще на языке человече­ства такого емкого по идейному содержа­нию, такого большого и тромового слова. С этим паролем на устах мы вступаем в прекрасную страну - завтра. Об этом ве­ликом и мудром человеке, которого много­миллионные народы справедливо называют своим отцом, у нас пишут много, зача­стую забывая, что писать о нем можно только отлично. Действительно, хорошю жить вместе с ним в его эпоху, работать под его руководством, чтобы осознать ко­гда-нибудь, что и твоя крохотная песчин­ка положена в основание великого всена­родного дела. Мало умереть за него, надо уметь побеждать с его именем на устах, как это делали бойцы у Хасана. Мы все гордимся ими, а стоило бы в такую ми­нуту спросить и их, гордятся ли и они нами? Здесь и надо было бы поговорить о на­ших литературных делах, о трудностях, технологических особенностях нашего ис­кусства и о том, что же делается нами для созлания больших по значению книт и для устранения этих трудностей. Помнить мы должны, что славу нашей впохи соста­вят наши книги, наши звонкие и содер­жательные песни. Именно - только де­лами нашими, а не словами мы отвечаем перед страной, партией и народом, XVII с езд партии дал задание советской интел­литенции - послужить делу коммунисти­ческого воспитания, помогать рабочему классу в повышении знаний до уровня инженерно-технических кадров. Мне ка­жется, что это касается всех областей ду­ховной и материальной жизни нашего на­рода. Это задание диктует нам прямое по­вышение качества нашей продукции, да и об увеличении ее стоило бы потолко­вать! Но близок пленум Союза советских писателей, и мне хочется верить, что в отличие от других наших пленумов этот будет, наконец, подлинным производствен­ным совещанием литераторов, и мне ко­чется верить, что статья тов. Фадеева. написанная об искусствах с большим зна­нием дела и напечатанная в «Правде», есть начало существенного перелома. По прочтении в нашей центральной прессе некоторых очень обоснованных упреков (как читательских, так и кино­зрительских) в нарочитой примитивизации наших книт и пьес, ине хочется обратить­ся публично к Всесоюзной оргализации, заведующей искусствами, и сказать ей от­крыто: помогите нам поднять искусство на высоту в той области, о которой пра­вильно писал Николай Вирта. Не забы­вайте: искусство немыслимо без какого-то свет «Краткий курс истории ВКП(б)» - книгероического опыта рабочего класса, история борьбы за счастье трудящихся земли, освещающая боевое прошлое и мо­билизующая на будущее. Надо отойти на какое-то расстояние, чтобы охватить умом архитектуру замечательного здания, чтоб осмыслить величие происшедшего. И мы все знаем, что груды великолепных книт будут нашисаны об этих немнотих днях, когда каждый из нас с волнением брался за газету, чтобы увидеть итоги ти­танической всенародной работы по построе­нию базы бесклассового коммунистического общества и, чтобы еще раз заглянуть в будущее. Стоит сравнить, какое будущее начер­тано для рядового человека с запада в его утренней газете! Уже оняты маски по ту сторону рубежа, с лирикой покончено, де­мократические арфы сложены в уголок. На столбовые дороги вышел зверообразный и беспощадный хищник. И мелкие держа­вы, прислушиваясь, как хрустят Албания и Чехо-Словакия в зубах у завоевателей, переглядываются в кроличьей тревоге: кого сожрут еще, кто следующий? В то же самое время Союз Советских Социалистических Республик - единствен­ная страна, над которой светит отличное солнце, - прекрасная страна, о которой грезили утописты, о которой с завистью пророчил Белинский, страна, в которой очень скоро будут жить только мастера высоких ремесл и искусств, их подма­стерья и ученики которая растет изо дня в день, множит свои силы, крепит свои и без того прочные внутренние связи, строит сокровища духовной и материаль­ной культуры, поет песни, которые поются только на заре. Славно жить сегодня на моей родине и знать, что никто, ничто не может помешать нашему труду, нашему счастью, нашему победному шествию в коммунизм. Есть одно новое качество в людях на нашей земле. Оно родилось только после Октября и окрепло вследствие побед, олер­жанных в последние годы нашими народа­ми плечом к плечу,это небывалое еще, полное творческого энтузиазма мо­рально-политическое единство граждан на­шей родины. Вспомним замечательные сло­ва покойного Валерия Павловича Чкалова, нашего общего друга, сказанные им жур­налистам в Америже, - о ста семидесяти миллионах, работающих на него. Какая же сила заставила этого летчика сказать та­кую гордую формулу нового социалисти­ческого бытия, достойную пера лучшего поата Вот это и есть сталинское един­ство,неистребимая и кровная дружба на­родов и граждан, и для врага в предстоя­щей схватке она будет пострашней всякого другого оружия! Хотя - повторим вслед за т. Борошиловым другое тоже будет страшно! B исторические дни XVIII с езда вся страна была единодушна в своих чувст­со всеми, кто имел высокое

государствовож-оввРСимовОи Сегодня мы васлушали целый ряд вы­ступлений беспартийных и партийных то­варищей. Все они были устремлены к од­ной цели. Центральный вопрос, который в на­стоящее времятак хорошо и, мне кажет­ся, единодушно прозвучал, - это во­прос о повышении критериев, качестве художественной литературы. Кон­кретное и последовательное осуществле­ние этих требований будет чрезвычайно плодотворным. Приводным ремнем между советским чи­тателем и писателем является наша кри­тика. И одновременно с постановкой во­проса о качестве нашей художественной литературы, естественно, возникает вопрос о качестве нашей критики. Разве не бы­ло печальных примеров, когда бездарные и политически враждебные произведения брались на щит? И разве не было об­ратных примеров, когда те имена, кото­рые или замалчивались или заушались, теперь получили заслуженное и полное оБесспорно, что в свете отромной зада­чи выявления всего действительно одарен­ного, идейно глубокого, до величайших признание. размеров вырастает роль нашей критики. Однако было бы неверным заявлять, что, мол, советские писатели любят только «добрую» критику и не любят так назы­ваемую «злую», ту, которая резко ставит вопросы. Почему это так случилось? Достаточно вспомнить доклад товарища Сталина, до­клады товарищей Молотова и жданова. в них красной нитью проходит внимание к кадрам, забота о живом человеке. Это за­мечательное требование того, чтобы у нас денили работающего, растущего, - пусть доровая и бесспорно основная часть советской литературы ищет не «доброй» критики, и не «злой» критики, а крити-На ки умной, критики большого идейного уровня, критики принципиальной, правди­вой и последовательной. XVIII партс езд окрылил и коммунистов и беспартийных, он окрылил людей ветской земли. даже не лишенного тех или иных недо­статков и недочетов, но преданного, тру­дящегося советского человека. Это окры­лило и бесконечно подняло советского че­повека, советского гражданина. В свете именно этих замечательных ло­зунгов нам нужно ставить вопрос окад­рах как советской литературы, так и кри­тики. Надо прямо сказать, что есть слу­чаи нездоровые,- мелкокорыстные, когда писатель пытается дискредитировать любое здоровоеслово критики. Однако есть и обратные случаи, когда писателя совершенно безнаказанно, совер­шенно голословно, с чрезвычайной легко­стью обливают трязью, делают все то, что может и должно являться вопросом специального разбирательства, партийного или советского, согласно всем установкам партии и страны. И это должно итти по линии борьбы с клеветой, борьбы с охаи­ванием личности и деятельности советско­го гражданина. Нередко у нас бывает так, что вырывают из произведения отдельные цитаты, обрывая их часто на полуфразе и умышленно подгоняя произведение под «предварительную установку» критика. В каком невыносимо тяжелом положении оказывается автор? Он берет свое произ­ведение и с книтой в руках старается до­казать обратное. Нередко его встречают пронической усмешкой: «Что, самолюбие заедает? Конечно, это понятно, кто из вас любит критику!» вопросДумается, что не следует ставить во­прос так однобоко. Ведь если для писате­ля ценен его труд, его общественное липо и достоинство, то ведь и для критика это является тем же самым. Это не верховный жрец в священных ризах, а такой же работающий человек, которому так же до­рога работа, и свое достоинство, и свое общественное лицо. Ему также не доста­вляют удовольствия попытки вымазать его грязью или увенчать шутовским колпа­ком. Но по традиции чаще всего именно писателя ставят в очень невыгодное поло­жение ущемленного человека. И нередко, вопреки самому здравому смыслу, писа­тель, махнув рукой, приходит к убежде­нию: Перед нами, товарищи, вопрос не «кам­пании защиты критики», и не «кампании защиты писателя», а огромный, всех нас равно волнующий вопрос о дальнейшем развитии, укреплении, подеме всей нашей советской литературы, всех видов и всех типов ее оружия. А такое развитие, та­кой расцвет обеспечен тем глубоким, не­забываемым, что было сказано, что было закреплено под руководством товарища Сталина на прошедшем историческом с ез­де. (Аплодисменты). - Пускай пишут что угодно и как угодно, а я буду писать следующую вещь Тов. Жданов со всей четкостью сказал, что нельзя в отсутствии члена партии рассматривать вопрос о его деятельности и заочно выносить решение. А у нас, то­варищи, к сожалению, бывают случаи, когда писатель не в состоянии добиться того, чтобы его возражение критике (как бы критика ни была недобросовестна, а подчас и прямо неумна) нашло место на страницах печати. этих моментах нельзя не заострить нашего внимания. Это именно те моменты глубокого принципиального значения, ко­торые с такой силой прозвучали на XVIII с езде партии. со-Да, товарищи, мы должны ограждать критику, если мы видим, что ее берут под обстрел грубо, бездоказательно и - что самое недопустимое - огульно охаи­вают. Но с неменьшей заботой мы долж­ны помнить и о других кадрах нашей ли­тературы - о писателях. В обоих этих случаях мы должны давать бой всему без­доказательно-заушательскому, клеветниче­скому, продиктованному побочными, не принципиальными, а трупповыми, личны­ми, не деловыми соображениями. И к ра­боте литературных кадров мы должны при­менить великие сталинские указания XVIII с езда. Именно освобождение от всего побочно налипающего к вопросу о работе того или иного литератора или критика даст огром­ный толчок к творческим обсуждениям, к творческим дискуссиям. Только корыстные, узко смотрящие на писательскую профес­сию люди боятся честного, мужественно­го, правдивого обсуждения их работы, их деятельности.

Сейчас идет новая интеллигенция, гро­мадное количество интеллигенции. Есте­ственно, что в самом непродолжительном времени она начнет выделять, да и сей­час уже выделяет из своей среды писате­лей. Появились в полном смысле слова совершенно новые писатели. Мы должны их встретить с честью. Нам будет стыдно, если они придут и побьют нас. Мы всту­паем с ними в здоровое соревнование. По­этому мы не должны никогда забывать, что нужно учиться, учиться и учиться. Что нам нужно, кроме понимания этой идеи? Нужна технология творчества, тех­ника творчества. Этим занимаются мало, а нам нужно заниматься каждый день Моральные качества товарища Сталина, его спокойствие, его мудрость, его чудес­ное проникновение во все стороны нашей жизни, его замечательный талант между­народного политического деятеля вселяют в нас веру в то, что в обиду он нас не даст. Литература наша будет развиваться. Мне хочется закончить пожеланием, чтобы Сталин долго и долго жил! (Аплодис­менты).

гормона изобретательства, а изобретатель­ство всегда сопряжено и с известным ри­ском неудачи. Почитайте «Мастеров ис­кусства об искусстве» и вы поймете, что нужно для процветания искусств в нашей

вах.Вместе счтастье присутствовать на с езде, мы ли­стране, Но помните, что об эпохе нашей станут судить и по произведениям искус­Мы хо­ковали, знакомясь с гитантскими наметка­ми пятилетнего плана, изложенными в докладе Вячеслава Михайловича Молотова, и слаще всякой музыки были каждому из нас цифры ворошиловского доклада о на­шей оборонной мощи! Отраженным эхом ства, которые сохранятся от нее. тим и мы имеем все возможности для то­го, чтоб работать на полный ход. И если наш призыв останется без отклика, давай-

А. БАРТО

те тогда поровну делить заслуженные упре­с ездовских рукоплесканий была наполне­на в эти дни моя страна. И оттого было ки в отставании литературы и драматур­гии от жизни. Работая беззаветно на пользу народа, Слава и спасибо ему за то. что мы так, как если бы братские народы всех одиннадцати республик незримо присут­будем смелыми, как Сталин! ствовати на этом с езде победителей и творцов. И здесь я хочу сказать о своем впечатлении от доклада вождя - о самом спокойно и весело живем под нашим соли­цем, пишем книги и растим сады, строим главном и незабываемом! Бывают ранним летом такие ные утра, когда прозрачен какой-то города и поем песни. И если еще раз по­благодат­гор­лезут на нас охотники до чужого добра, с этой песней о Сталине мы пойдем на

Собрание литературной молодежи Тов, Эдель от имени всех студентов Ли­тературного института ССП требует у руководства союза писателей большего вни­мания к единственному в союзе творче­скому литературному вузу. Интересной была речь тов. Беркина. Он говорит о том, что некоторые важнейшие темы нашей действительности выпадают из поли арения писателей. Такова, например. тема стыхановскоо движения. За исключе­нием «Танкера Дербента», книти, которая так горячо была встречена советским чи­тателем, у нас нет больших произведений о стахановцах, о героях труда, о нова­торах, двитающих вперед советскую науку. Такие произведения должны появиться, вре-Овацией всего зала было встречено пред­ложение послать приветствие великому другу советской молодежи товарищу Сталину. Тов. Фейгельман рассказывает о том, как изучается и издается в настоящее мя лучший, талантливейший поэт нашей советской эпохи Владимир Маяковский. За 1938 год, - говорит т. Фейгельман, - сделано 700 критических работ по Мая­ковскому. Но все эти работы повторяют одна друтую. Налпи критики еще не рас­крыли всето многообразия творческого об­Маяковского. докладу развернулись прения, в ко­торых приняли участие тт. Войтехов, Фей­тельман (Музей Маяковокого), Эдель (Ли­тературный институт ССП), Островой и Два дня (18 и 15 апреля) продолжалось об единенное комсомольское собрание ли­тературной молодежи Москвы, посвящен­ное итогам XVIII с езда ВКП(б) и зада­чам литературы в третьей пятилетке. С большим докладом на собрании вы­ступил т. А. Фадеев. Выступивший первым в прениях тов. Войтехов призвал молодых творческих ра­ботников смелее, ярче, глубже писать о нашей социалистической действительности, ежедневно, ежечасно ощущать свое высо­кое звание советского писателя.

намеком для всех наших вратов». (Смех. Аплодисменты). Книга для детей приобрела у нас в стране отромное значение. Детские книжкаи печатаются миллионными тиражжами. 10, что наш Детиздат крупнейшее изда­тельство, вызывает удивление за грани­цей. У нас детские книжки пишут не ремес­ленники, а писатели. Мы можем сказать. что у наших детей есть хорошие, высово­качественные кипжи, которые воспиты вают ребенка в погстно духе, в духе новых натовное ний. Созданы настоящие советские книжки о Брасной Армии, о летчиках, о дружбе, о переделке природы. Влижайшие годы должны быть годами творческих удач для писателей. Но для того, чтобы советская литература для де­тей стала лучше, мы должны товорить не только о том хорошем, что есть у нас. Очень многое еще нами не сделано. Не создана советская сказка, реалистически­волшебная. Нашей детской литературе воображения, Вокрут а не еще сказка смелости нехватает так много

ною прозрачностью воздух, и голос чело­далеко-далеко, и все духов­чужую территорию, и песня наша зазвучит еще громче, по­ные опособности обострены невероятно, и глазу внятна каждая подробность, и радо­внутри, а уму просторно, и громад­тому что слишком уж хорошие пестви мы поем, чтобы им не стали полпевать народы и по ту сторону рубежа! (Шумные апло­дисменты). ясное спокойствие наполняет мир. Это

РЕЧЬ тов. Л. НИКУЛИНА что представляла собой интеллитенция ста­рого времени. Я не сделаю далекого вкс­курса, но если мы возьмем, скажем, ста­рую армию, то говорить об интеллитен­ции в ней значило говорить, может быть, о небольшой прослойке вольноопределяю­щихся, Между тем, котда мы открываем «Красная звезда», мы очень часто Мы - свидетели того, как была на­писана новая глава истории Всесоюзной коммунистичестой партии, Эта глава назы­вается «ХYШ с езд». Каждый сезд партии энаменует собой новый этап для нашей страны. В этапе, который открывает XVIII с езд, огромная

Литературная газета № 22 3

оза-лика газету находим особую рубрику, которая так работа возложена на социалистическую ин­теллигенцию, хочу напомнить о том,

сказочного,